Жанр: Любовные романы
Вересковая пустошь
...но взрослой, чтобы
собирать волосы в узел на макушке.
Вскоре Лили объявила, что ленч подан, и Домине покинула комнату, замирая от
волнения. По пути в столовую она заглянула в гостиную и остановилась на
пороге как вкопанная: Джеймс Мэннеринг не торопился присоединиться к кузине
и матери, уже сидевшим за обеденным столом. Он лениво развалился в кресле с
бокалом виски в одной руке и кипой бумаг в другой. Заметив, что он погружен
в изучение какого-то документа, Домине понадеялась проскользнуть мимо
незаученной и ринулась к двери столовой, но, как только она подумала, что
все обошлось, раздалось возмущенное восклицание:
- Святый боже! Что ты с собой сделала?!
Домине медленно повернулась.
- Ничего я не сделала, — с неохотой произнесла она. — О чем
вы говорите?
- Да об этом платье, — угрюмо проворчал Мэнне-ринг. — У
старого Генри рука бы не поднялась потратить деньги на что-либо подобное!
- Джеймс, что там происходит? — раздался нетерпеливый голос его
матери из столовой. — Домине уже спустилась?
- Да, мама. — Говоря это, Джеймс продолжал разглядывать девушку
задумчивыми голубыми глазами. — Зачем все это? — тихо спросил
он. — Что за мини-бунт? Если только ты верно истолковала то, что
произошло сегодняшним утром...
Домине, которая с трудом сохраняла спокойствие, залилась краской.
- Не льстите себе, мистер Мэннеринг! — резко перебила она и,
развернувшись, бросилась в столовую, где нарвалась на придирчивый взгляд
Мелани. Та оценила внешний вид Домине и, в изумлении вскинув брови,
насмешливо хмыкнула:
- Ну-ну. Кукушонок начинает расправлять крылья. И вдобавок так быстро!
Миссис Мэннеринг нахмурилась:
- Оставь ее в покое, Мелани. Домине, с тобой все в порядке? Ты
выглядишь взволнованной!
Мелани, казалось, находила ситуацию крайне забавной.
- Ты разве не замечаешь, тетушка, что протеже твоего сына осовременила
свой гардероб? — язвительно спросила она. — Интересно, с чего бы
это?
Домине сжала кулаки.
- Я всего лишь укоротила юбку у этого платья, миссис Мэннеринг, —
воскликнула она, — и не понимаю, зачем выносить это на всеобщее
обсуждение!
Миссис Мэннеринг с сомнением посмотрела на своего сына, в этот момент
появившегося на пороге столовой.
- Никто не собирается ничего обсуждать, дорогая, — сказала она.
— Просто нам любопытно, почему ты решила испортить платье.
Домине еще больше покраснела.
- Все считают своим долгом напоминать мне, что я всего лишь подросток!
— выкрикнула она. — Отлично, тогда Лили тоже подросток, а ее
юбки намного короче!
Миссис Мэннеринг крутила на пальце обручальное кольцо. Джеймс задумчиво
подошел к бару, налил себе очередную порцию виски, разбавил его содовой и
принялся сосредоточенно размешивать напиток в стакане. Мелани поглощала суп
с очевидным удовольствием, и Домине почувствовала неловкость за свое
эмоциональное выступление.
- Видишь ли, дорогая, твое положение в этом доме существенно отличается
от того положения, что занимает Лили Манверс, — наконец произнесла
миссис Мэннеринг.
- Я это знаю, — буркнула Домине.
- Тогда ты должна понимать, что если Лили предпочитает одеваться в
столь... гм-м... легкомысленном стиле, ты вовсе не обязана следовать ее
примеру.
Мелани доела суп и отодвинула тарелку в сторону.
- Да что это с вами, тетушка Джеральдина? — ехидно
поинтересовалась она. — Боитесь соперничества?
Домине с недоумением уставилась на Мелани. Неужели та решила выступить на ее
стороне, так резко изменив мнение о подопечной своего кузена?
Скорее всего,
она сделала это, чтобы позлить тетушку и отомстить ей за недавние насмешки
,
— подумала девушка.
Джеймс Мэннеринг напустил на себя скучающий вид и, решив прервать их
перебранку, тихо произнес:
- У меня есть кое-какая работа на сегодня. Печатная машинка до сих пор стоит в кабинете, мама?
- Да, дорогой. — Миссис Мэннеринг нахмурилась. — о ты же не
можешь писать здесь, Джеймс!
- Ты права, здесь это нелегко, потому что вы двое постоянно ссоритесь
друг с другом, — язвительно заметил он. — И пожалуйста, не
делайте из Домине еще одну тему для своих перебранок!
Домине с благодарностью посмотрела на него и встретила ответный пристальный
взгляд, но в его глазах не было теплоты, и девушка поняла, что он сказал это
просто из вежливости.
В этот момент вбежала Лили.
- Мистер Мэннеринг, к вам посетитель, — взволнованно сообщила
она.
- Кто? Ты сказала ему, что я в столовой? — сурово спросил он.
- Конечно же сказала, дорогой, — растягивая слова, произнес
голос, который показался Домине смутно знакомым. — Ты же не станешь от
меня прятаться!
Джеймс поднялся на ноги. Домине повернулась и увидела на пороге одну из
самых красивых женщин, которых ей когда-либо доводилось встречать. Она была
в коротком пальто желтовато-зеленого цвета, отделанном по подолу серебристым
мехом. Из-под шляпки, подобранной идеально в тон, выбивались светлые волосы,
в руках переливалась серебристая муфта. На женщине были высокие, до колен,
сапоги из мягкой черной кожи, и держалась она с изяществом и элегантностью.
Определенно, она совсем не вписывается в чопорную викторианскую обстановку
дома дедушки Генри, думала Домине, гадая, почему с самого первого взгляда
эта незнакомка вызвала у нее такую сильную антипатию.
Джеймс пошел навстречу гостье, но его приветствие прозвучало прохладно, и в
голосе не было особого энтузиазма. Зато миссис Мэннеринг, как отметила
Домине, при появлении красавицы расплылась в довольной улыбке. Не обращая на
мать внимания, Джеймс с той же сдержанностью продолжал:
- Домине, это Ивонн Парк. Помнишь, ты разговаривала с ней по телефону в
моей лондонской квартире. Ивонн, позволь представить тебе мою подопечную,
Домине Грейнджер.
Миссис Мэннеринг явно не понравилось поведение сына, и она кинула на него
осуждающий взгляд. Заметив, что это не произвело ожидаемого эффекта и его
лицо по-прежнему бесстрастно, она с радушной улыбкой устремилась к Ивонн:
- Моя дорогая, какой приятный сюрприз! Как мило, что ты заглянула к
нам. Я даже не знала, что ты в Йоркшире — Джеймс настоящий
конспиратор, все от меня скрывает!
Глаза Ивонн заблестели. Рассеянно одарив Домине и Мелани лучезарной улыбкой,
она, казалось, в тот же миг забыла об их существовании, сконцентрировав
внимание на Джеймсе Мэннеринге и его матери.
Воспользовавшись тем, что их присутствия никто не замечает, Мелани
многозначительно посмотрела на Домине.
- Ивонн Парк — дочь владельца компании
Парк текстайлз
, —
шепнула она. — Тетушка Джеральдина готова целовать землю под ее
ногами.
Домине нахмурилась.
- Странно... Мистер Мэннеринг не стал говорить с ней, когда она
позвонила ему в лондонскую квартиру, — пробормотала она.
- Меня это не удивляет. Он уже несколько месяцев мечтает избавиться от
Ивонн. Но тетушку Джеральдину так просто не переспоришь, можешь мне
поверить, и если уж она решила сделать сына наследником миллионов семьи
Парк, от своих намерений не откажется!
- Что ты имеешь в виду? — озадаченно спросила Домине.
Мелани вздохнула.
- Тетушка — дама амбициозная и сейчас готовится заключить самую
крупную сделку в своей жизни. Ивонн должна стать миссис Джеймс Мэннеринг.
Домине во все глаза уставилась на Мелани.
- Теперь понимаю, — чуть слышно пробормотала она.
Девушка знала, что Мелани пристрастна, что они с тетушкой никогда не
испытывали друг к другу симпатии и готовы раздуть скандал из любой мелочи,
но на этот раз кузина Джеймса, похоже, не преувеличивала. Миссис Мэннеринг
обрадовалась неожиданному приезду гостьи, и кто знает, что скрывалось за
прохладной реакцией Джеймса. Домине вздохнула. Какая, в конце концов, ей
разница? Через шесть месяцев она навсегда покинет
Грей-Уитчиз
и забудет об
интригах семейства Мэннеринг.
Глава 5
Миссис Мэннеринг настояла на том, чтобы Ивонн осталась на ленч, и за столом
Домине узнала, что хотя у Ивонн была квартира в Лондоне, она часто гостила в
доме своих родителей близ Холлингфорда, неподалеку от текстильных фабрик
мистера Парка в Бредфорде.
Исподтишка разглядывая красавицу, Домине пришла к выводу, что ни один
мужчина не смог бы устоять перед таким совершенством, и гадала, почему ее
чары оставляют равнодушным Джеймса Мэннеринга. Под пальто у Ивонн оказалось
белое узкое платье из тонкой шерсти, облегавшее ее восхитительную фигуру и
скорее подчеркивавшее, нежели скрывавшее ее идеальные формы. Копна светлых
кудрей, точеные черты лица, нежная кожа персикового оттенка — ни
одного изъяна. Домине читала в модных журналах, что такой цвет лица был
мечтой каждой англичанки. На свою смуглую от природы, но бледную и
казавшуюся нездоровой кожу Домине давно махнула рукой, покорно решив, что
никогда не сможет достичь такого уровня совершенства. Единственным
недостатком Ивонн можно было признать неприятный пронзительный голос, но,
философски размышляла Домине, это не так уж важно для женщины.
Когда прием пищи был окончен, миссис Мэннеринг предложила всем перейти в
гостиную, но Джеймс покачал головой.
- Я же сказал тебе, мама, мне нужно закончить работу, — заявил он
тоном, не терпящим возражений.
- Дорогой, это невежливо. Ты же не можешь пренебречь гостьей ради
работы, Джеймс. — Миссис Мэннеринг раздраженно поджала губы.
- К сожалению, у меня нет выбора, — отозвался он, лениво
отодвигая стул. — К тому же Ивонн прекрасно осведомлена о невзгодах и
лишениях, сопровождающих жизнь истинного писателя!
В его голосе Домине уловила саркастические нотки.
- Я думала, ты так хорошо потрудился в Лондоне, что тебе уже некуда
складывать рукописи, — многозначительно бросила Ивонн, нервно
разглаживая складку на скатерти.
Джеймс осклабился и, вставая, отвесил шутовской поклон. Домине недоумевала,
как Ивонн может терпеть его оскорбительное высокомерие.
- Что ж, — заявил он, — это доказывает, что я еще не
исписался и вдохновение меня не оставило. А теперь прошу извинить, но я вас
покидаю...
Он окинул взглядом присутствовавших, его глаза на мгновение задержались на
изумленном личике Домине, а затем он развернулся и исчез за дверью. В
столовой повисла ужасающая гробовая тишина, которую решилась нарушить миссис
Мэннеринг:
- О, Ивонн, дорогая, мне так неловко перед тобой, но ты же знаешь,
каким несносным бывает Джеймс, когда работает! С ним просто невозможно
общаться!
Ивонн пожала изящными худыми плечиками, открыла портсигар, извлекла оттуда
длинную американскую сигарету и грациозно прикурила. Затем, после нескольких
Резких затяжек, она сказала:
- Что ж, Джеральдина, я думаю, мне нет смысла здесь оставаться...
- Это точно! — подала голос Мелани, сверлившая Ивонн ледяным
взглядом.
Та предпочла проигнорировать реплику и продолжила:
- Я обещала навестить Гамильтонов сегодня вечером, так что придется мне
оставить Джеймса наедине с его... музой!
- О, Ивонн! Тебе надо уходить? — Миссис Мэннеринг сцепила и
расцепила пальцы. — Я уверена, Джеймс обидится, если ты покинешь нас
так скоро. Может, останешься поужинать с нами? К тому времени Джеймс
закончит работу, и вы вдвоем сможете пойти прогуляться.
Мелкие ровные зубки Ивонн закусили нижнюю губу.
- Право, не знаю, — нерешительно протянула она. — Не
хотелось бы покушаться на уединение Джеймса, ведь он приезжает в
Грей-
Уитчиз
в поисках тишины и покоя, но так как я проходила мимо... — Она
сделала многозначительную паузу и глубоко вздохнула. — Но если вы
полагаете, что к ужину он закончит...
- Я уверена в этом! — пылко воскликнула миссис Мэннеринг.
- В таком случае я остаюсь, — с улыбкой сообщила Ивонн.
Мелани со скрипом отодвинула свой стул и встала.
- Прошу меня извинить, — произнесла она с преувеличенной вежливостью и вышла из столовой.
Миссис Мэннеринг проводила ее насмешливым взглядом и повернулась к Ивонн,
выразительно подняв темные брови:
- Бедняжка Мелани! Рядом с тобой она оказывается в невыгодном свете и
понимает это.
Ивонн польстило замечание миссис Мэннеринг, она удовлетворенно заулыбалась,
и Домине почувствовала, что больше не может находиться в этом обществе.
Поднимаясь, она произнесла:
- Если вы не возражаете, миссис Мэннеринг, я пойду прогуляюсь.
- Конечно, дорогая, — согласилась та, внимательно посмотрев на
девушку. — Я уверена, что ты привыкла развлекать сама себя.
Домине кивнула, вышла из столовой, миновала гостиную и, только оказавшись в
холле, протяжно выдохнула, испытав невероятное облегчение.
Славу богу
,
— пробормотала она, чувствуя себя так, словно только что вырвалась из
клетки с дикими львами, и, накинув пальто, выскочила во двор через боковую
дверь, которой они с Мелани и Джеймсом воспользовались утром.
Погода стояла прохладная, но воздух был упоительно свеж, и Домине, подняв
воротник и засунув руки в карманы, неспешно направилась к конюшне. Времени у
нее было достаточно, никто ее не подгонял, и она с любопытством глядела по
сторонам. Вокруг теснились разнообразные хозяйственные постройки, мужчина в
рабочей одежде поливал из шланга загон для скота. Пока Домине, дрожа на
ветру, стояла во дворе, из-за угла сарая вышла Мелани с ведром в одной руке
и метлой в другой.
- Вот это да! — удивилась она. — Что это ты здесь делаешь?
- Пришла узнать, не нужна ли тебе моя помощь, — смущенно
вымолвила Домине.
Мелани недоверчиво воззрилась на нее:
- Ты серьезно?
- Конечно серьезно. Миссис Мэннеринг сказала, что вам не хватает
рабочих рук, и я подумала, что могла бы чем-нибудь помочь.
- Это ее идея? — с подозрением спросила Мелани.
- Нет, моя. Возможно, я кажусь не слишком крепкой, но могу заверить
тебя, что в монастыре нам приходилось усердно трудиться. За нами никто не
ухаживал. Мы сами застилали кровати и содержали свои комнаты в чистоте, а
еще раз в неделю нас заставляли прибирать в столовой и комнате отдыха.
Мелани криво усмехнулась.
- Это немножко не то, — задумчиво сказала она. — Не боишься
запачкать руки?
- Нет, — улыбнулась Домине. — Я даже думаю, что эта работа
мне понравится, — призналась она.
Мелани пожала плечами:
- Что ж, твое дело. Но если Джеймс начнет ворчать по этому поводу,
скажи, что я здесь ни при чем!
- Обязательно! — пообещала Домине и вслед за Мелани направилась к
сараю.
Позже она обнаружила, что Мелани может быть довольно занимательной
собеседницей. Ее язвительность, до сих пор избиравшая мишенью то тетушку
Джеральдину, то Джеймса или Домине, теперь превратилась в добродушный юмор,
и после того как Домине поскользнулась на залитом водой дощатом настиле
коровника, оцарапала руки и коленки, вычищая курятник, и под конец случайно
заперла себя в стойле с быком, девушки забыли свою прежнюю вражду.
Было довольно поздно, когда Домине покинула Мелани, оставив ее запирать
свинарник, и вернулась в дом. В холле она с ужасом взглянула на свое
отражение в зеркале. В волосах торчали соломинки, руки и ноги почернели от
грязи, а туфли были так сильно перепачканы в навозе, что она даже не
решилась ступить в них на ковер и сняла перед тем, как подняться по лестнице
в свою комнату.
Первым делом девушка приняла горячую ванну, затем переоделась к ужину. У нее
не было времени, чтобы превратить какой-нибудь из своих старомодных костюмов
в вечерний наряд, и поэтому пришлось довольствоваться тем, что имелось. Она
надела темно-красную юбку из крепа и белую блузку. Вопреки ожиданиям,
результат ее не разочаровал. Но волосы по-прежнему приводили Домине в
уныние. Коса выглядела так по-детски и неуклюже, что девушка в порыве
отвращения распустила ее. Но лучше не стало. Волосы были слишком длинными, и
в неопрятной копне она не находила никакого изящества. Порывшись в ящиках
шкафа, она извлекла красный шифоновый шарф, подаренный ей на прошлое
Рождество одной из подружек, и перехватила им волосы на затылке, но через
несколько секунд в раздражении сняла его, отбросив и этот вариант.
В тот самый момент Лили объявила, что ужин готов.
Домине снова поспешно заплела косу и сбежала по лестнице, перепрыгивая через
две ступеньки. Все, кроме Джеймса, уже сидели за столом, и по плотно сжатым
губам миссис Мэннеринг девушка поняла, что та в очередной раз успела
повздорить с сыном.
- Ты опоздала, — резко произнесла миссис Мэннеринг и, словно
извиняясь перед Ивонн за невоспитанность подопечной, развела руками. Когда
она снова взглянула на Домине, выражение ее лица посуровело. — Сегодня
ты опоздала к завтраку, к ленчу и к ужину. Неужели это так сложно —
приходить вовремя? Разве я многого прошу?
- Мы не в гостинице, тетушка Джеральдина, — вкрадчиво вмешалась
Мелани. — Если вы хотите, чтобы все строго подчинялись требованиям,
вам придется бить в гонг за пять минут до того, как подают на стол!
Миссис Мэннеринг смерила племянницу презрительным взглядом:
- Спасибо за совет, но воспитанному человеку пунктуальность повредить
не может, не так ли, Ивонн?
Ивонн явно была не в духе и с прохладцей в голосе откликнулась:
- По крайней мере, лучше прийти с опозданием, чем вовсе не явиться!
Миссис Мэннеринг тяжело вздохнула:
- Да, дорогая, мне ужасно неловко. Я бы не попросила тебя остаться,
если бы знала, что...
- Избавьте меня от извинений, — отрезала Ивонн. — Теперь
уже ничего не исправишь! В этот самый момент я должна была бы ужинать с
Гамильтонами! А Джеральд Гамильтон не тот человек, которого можно
безнаказанно игнорировать!
Мелани состроила гримасу Домине, и та с трудом сдержала смешок.
Прислушиваясь к своим ощущениям, она неожиданно обнаружила, что уже не
чувствует себя лишней в этом доме, во всяком случае, желание бежать из
Грей-
Уитчиз
куда глаза глядят и то состояние безысходности, которое овладело ею
днем, исчезли. Теперь чужой была Ивонн. Домине гадала, куда запропастился
Джеймс. Уехал по делам? Или просто отказался от ужина?
- Подумать только! — не унималась Ивонн. — Он, оказывается,
попросил подать ужин в кабинет! Неужели ему сложно было выйти к столу?
Мелани вздрогнула.
- Ты производишь слишком много шума, Ивонн, — насмешливо
пробормотала она.
Домине поперхнулась чаем, и Мелани пришлось похлопать ее по спине.
Ивонн покинула
Грей-Уитчиз
сразу после ужина — укатила в красном
спортивном автомобиле, даже не попрощавшись с Джеймсом. Миссис Мэннеринг
тотчас удалилась к себе, сославшись на головную боль, а поскольку Мелани
невозможно было оторвать от книги по разведению лошадей, Домине ничего не
оставалось, как подремать перед телевизором и рано лечь в постель.
Прошло несколько дней. Домине редко виделась с Джеймсом Мэннерингом —
тот погрузился в работу, постоянно связывался по телефону с Лондоном, и его
мать ворчала, что телефонная компания скоро завалит их счетами. Она все еще
злилась на сына за то, как он вел себя с Ивонн Парк, но Джеймс, похоже, не
обращал на это никакого внимания.
Домине проводила время, исследуя окрестности и помогая Мелани на ферме.
Отношения между ними окончательно наладились, — очевидно, Мелани
считала, что подопечная Джеймса не представляет для нее опасности, пока тот
занят работой. Когда девушки поближе узнали друг друга, Мелани призналась в
любви к своему кузену и со вздохом добавила, что он был единственной
причиной, по которой она терпела колкости Джеральдины Мэннеринг. Хотя Домине
уже успела проникнуться к новой подруге симпатией и высоко ценила ее
доверие, она не могла разогнать тревогу, вызванную ее словами. Впервые за
последние девять лет Домине жила в обычном доме, в семье, и, возможно,
именно поэтому она не хотела, чтобы ее опекун задумывался о женитьбе на ком-
либо в данный момент. Во всяком случае, она сочла это объяснение разумным.
Погода оставалась теплой и безветренной, но по утрам уже начинало
подмораживать. Домине всегда вставала рано и, оседлав Роузи — кобылу,
с которой успела подружиться, — отправлялась на прогулку по вересковой
пустоши. Иногда к ней присоединялась Мелани, но чаще всего девушка гуляла
одна и уже не вспоминала о том, как разгневался Джеймс в то утро, когда она
ускакала вперед, заставив его поволноваться. В конце концов, она никогда не
забредала слишком далеко от дома и к тому же чувствовала себя вполне
способной избежать общества отвратительных типов, которыми пугал ее опекун,
если вдруг на них натолкнется.
И все же однажды утром она пережила несколько довольно неприятных мгновений,
когда увидела, как к ней галопом приближается всадник. Незадолго до этого
Долине спешилась, отпустив Роузи пощипать травку, и теперь в панике схватила
кобылу под уздцы, готовая вскочить в седло и умчаться, но вдруг, к своему
невероятному облегчению, узнала Винсента Морли.
- Эй, привет! — бодро крикнул он, так лихо заставив Гребца
остановиться, что тот взвился на дыбы. — Какой приятный сюрприз!
- Я еще ни разу не видела вас на торфяниках. — Домине улыбнулась
и отпустила поводья Роузи.
Винсент спрыгнул на землю.
- Вы хотите сказать, что часто гуляете здесь?
Домине кивнула.
- Ясно. Придется мне взять это на заметку и почаще выбираться на
вересковые пустоши. — Он хитро подмигнул, и девушка рассмеялась в
ответ.
- Обычно я приезжаю на этот холм, чтобы полюбоваться морем, —
сообщила она. — Отсюда открывается чудесный вид.
- А вы бывали на побережье? В Витби или Скарбороу?
Домине покачала головой:
- Нет. Вообще-то я еще нигде не бывала. Мистер Мэннеринг пишет пьесу, а
я стараюсь не отъезжать далеко от дома в одиночестве. Так что в основном
занимаюсь тем, что помогаю Мелани на ферме.
- Святые Небеса. — изумился Винсент Морли. — А ваш опекун
об этом знает?
Домине вздрогнула.
- Не уверена. Это важно?
- Ну, наверное, нет, — с сомнением протянул управляющий и
нахмурился.
- Мне очень нравится эта работа, — искренне призналась Домине и,
немного помолчав, вздохнула: — Здесь так хорошо, правда? Мне никогда
не наскучат вересковая пустошь, море, этот покой...
Винсент покачал головой.
- Вы необычная девушка, — задумчиво проговорил он. —
Большинство ваших ровесниц стремятся к ярким огням столицы и обязательно
воспользовались бы знакомством с известным драматургом. Я думал, Джеймсу
будет трудно удержать вас здесь.
Домине отвела взгляд.
- Мне кажется, сейчас он и вовсе не стал бы утруждать себя. Он так
погружен в работу, что не замечает ни меня, ни других домочадцев.
Винсент достал сигареты, предложил одну Домине, и в течение нескольких минут
они молча курили. Затем молодой человек сказал:
- Полагаю, вам все же придется в скором времени отправиться в Лондон,
ведь пьеса Джеймса, которую ставят на телевидении, через несколько дней
выйдет на экран.
- Правда? — удивилась девушка и откинула челку со лба. — Я
не знала. Вы думаете, Джеймс захочет присутствовать на премьере? —
Домине не задумываясь произнесла его имя. Она сказала
Джеймс
, а не
мистер
Мэннеринг
или
опекун
и даже не заметила этого.
- Ну конечно. Это важное событие, и драматург не может оставаться в
тени.
Сердце Домине затрепетало.
- Понимаю. Мне будет жаль уезжать, — сказала она и поняла, что
кривит душой: Йоркшир привлекал ее прежде всего потому, что здесь она обрела
кров, но без Джеймса Мэннеринга дом станет другим. Пусть он редко
показывается из кабинета и вечно недоволен своей подопечной — он
рядом, и это самое главное.
Внезапно они услышали стук копыт, почти одновременно обернулись, и Домине
приложила ладонь козырьком ко лбу, стараясь рассмотреть против солнца, кто к
ним приближается. Когда она узнала своего опекуна, сердце в ее груди
заколотилось сильнее.
Мэннеринг осадил вороного гунтера в нескольких шагах от них и мрачно махнул
рукой в знак приветствия.
- Так вот куда ты забралась, — произнес он сухо, обращаясь к
Домине. — Мелани сказала мне, что ты уехала одна.
- Я... это правда, — поспешно сказала Домине. — С мистером
Морли мы столкнулись всего пару минут назад.
- Да ну? — Джеймс сурово посмотрел на Винсента. — Не знал,
что ты любишь утренние прогулки верхом в этих краях.
- Я бываю здесь довольно редко, — спокойно ответил Винсент,
— и встретил мисс Грейнджер совершенно случайно.
Джеймс сдержанно кивнул и повернулся к девушке;
- Ты готова ехать назад, Домине?
Д
...Закладка в соц.сетях
