Жанр: Любовные романы
Молчаливая роза
...провела в библиотеке.
Лицо Джонатана напряглось, а руки еще сильнее сжали ее запястья. — Я
все знаю, Джонатан. Знаю о пожаре в Стаффорде и о том, что приключилось с
Алексом, знаю о призраке, который он видел Я знаю также, что ты мне врал,
манипулировал мною для того, чтобы я прекратила самое важное в моей жизни
расследование
Джонатан побледнел и выглядел теперь ничуть не лучше Девон. — Ты
просто обязана меня выслушать!
Девон рассмеялась ему в лицо каким-то рыдающим смехом. — Слушать
тебя? Разве я не делала этого прежде, Джонатан? Тогда я тебе верила, но
больше не поверю ни единому твоему слову!
Стаффорд слегка встряхнул ее, все еще надеясь привести в чувство и
заставить выслушать его. — В мои планы не входило причинять тебе
боль, хоть в это ты можешь поверить? Я все делал ради Алекса, пытался
защитить его. — Нет, скажи, как ты мог? — продолжала Девон, не
слушая его оправданий. — А ведь я верила всему, что ты говорил. Вот
дура! — Я не лгал тебе. — Не лгал? Тогда почему не рассказал
мне, что произошло? Как ты мог скрывать правду, когда знал, насколько она
для меня важна?
И тут Джонатан взорвался: — Правду? Какую правду?! Правду о том, что
в доме был пожар и в результате Алекс получил травму? Что он чуть с ума не
сошел от боли? Что из-за травмы он вот уже три года прикован к своему
креслу? Это не имело к тебе никакого отношения тогда, не имеет и сейчас.
Алекс — моя забота, а не твоя!
Так вот, значит, как! Она, оказывается, ничего для него не значит! Сердце
Девон болезненно сжалось. А она-то думала, что уже сделалась
нечувствительной к подобным ударам судьбы. — Теперь ясно, почему ты
не подпускал меня к сыну — боялся, что он скажет правду, и это
позволит мне связать случившееся с Алексом и мои приключения в Стаффорде.
Ты все время пытался меня остановить, а я была слишком занята тобой, чтобы
это заметить. — Я не хотел причинять ему боль. Я и сейчас готов на
все, чтобы этого не случилось. — Ты все делал для того, чтобы
защитить свое имя, фамильную честь, и Алекс здесь ни при чем. Ты назвал
свое семейство
иконой интеграции
, вот как! — Я забочусь в первую
очередь об Алексе, как ты этого не понимаешь! — Что-то не верится,
Джонатан, Мое расследование не может причинить Алексу боль или как-нибудь
ему навредить. Ты манипулируешь своим сыном так же, как и мной. И все для
того, чтобы сохранить репутацию своей семьи незапятнанной. — Ложь.
Теперь для Девон настала очередь действовать. Она вцепилась в запястье
Джонатана и перевернула его руку так, что стал виден шрам. — Ты ведь
заполучил его во время пожара, не правда ли? — Да, это так. —
Тогда почему, когда я спросила тебя о происхождении шрама, ты мне не
ответил? — Я уже объяснил тебе, что для меня главной задачей является
защита сына. Я и впредь буду его оберегать, предупреждаю!
Девон посмотрела на Джонатана в упор. — Значит, это ради безопасности
сына ты заманил меня в свою постель...
Джонатан явно чувствовал себя неуютно под ее взглядом, но глаз не отвел.
— В каком-то смысле это правда, поскольку в результате ты прекратила
вмешательство в дела моей семьи.
Слезы снова подступили к глазам Девон, и никакие усилия воли уже не могли
сдержать их. — Прощай, Джонатан.
Она сделала шаг к двери.
-Девон. — Негромко, но настойчиво произнес Стаффорд и, быстро подойдя
к ней, смахнул с ее щеки слезинку — Я никогда не верил, что наши
занятия любовью смогут удержать тебя от работы над книгой. Я хотел тебя.
Это ясно как дважды два Я и сейчас тебя хочу.
Девон гордо вздернула подбородок. — Ты вел свою игру и старался
победить любой ценой, Джонатан. Я же тебя предупреждаю в конце концов ты
проиграешь.
Она повернулась и направилась к выходу.
Джонатан смотрел на нее, отлично понимая, что сделать уже ничего нельзя.
Переубедить эту упрямую женщину оказалось невероятно трудно. Возможно, ему
следовало это понять с самого начала — Джонатан, с вами все в
порядке? — Ди, стоя в дверях, смотрела на него с глубокой
озабоченностью. — Нет, не все. Но вы ничем не можете мне помочь.
— Вы уверены?
Джонатан сокрушенно покачал головой. — Не на этот раз.
Выражение лица Ди сменилось на сочувственное. Как ей ни хотелось помочь
Джонатану, она понимала, что такого рода проблему ему придется решать
самому.
Ди тихо вышла из кабинета, а Джонатан, тяжело вздохнув, поплелся на свое
место. Усевшись за стол, он долго смотрел прямо перед собой, словно забыв о
времени.
Два следующих дня прошли примерно так же. Стаффорд пытался работать, но все
валилось у него из рук. Он постоянно думал о Девон, проклиная себя за
неосмотрительность. Дома он тоже не находил покоя без конца ходил по
квартире, вспоминая часы, которые они с Девон провели вместе. Стаффорд
скучал по ней, как не скучал еще ни по одной женщине, но тем не менее не
сделал попытки ей позвонить. Утром в четверг он пришел к выводу, что лучшим
средством от любовной тоски явится работа, тем более что Ди постоянно
сообщала ему о все новых и новых проблемах, решение которых требовало его
личного участия.
Стаффорд очень старался. Господь свидетель, он не жалел усилий,
просматривая документы, перечитывая их по нескольку раз, чтобы вникнуть в
их смысл. Он позвонил всем кто ждал его звонка, но закончив разговор не мог
вспомнить ни единого слова.
Был примерно час пополудни, когда зазвонил его личный телефон. Только
Алекс, Мэдди, Стивен, тетушка Стелл и еще несколько представителей
семейства Стаффордов знали этот номер. В свое время он подумывал сообщить
его Девон, но не успел. И все-таки как близко она сумела к нему
подобраться!
Звонила Мадлен. — Надеюсь, ты не забыл, что у нас совместный ленч?
— Конечно, забыл. Но как ты догадалась?
-Просто я слишком хорошо тебя знаю. Все, что не относится к твоему бизнесу,
ты помечаешь Знаком
потом разберемся
и забываешь.
Джонатан вздохнул. — Боюсь, у меня опять наклевывается неотложное
дело и нашу встречу придется отменить. — Глупости! — На этот
раз сестра говорила тоном, не допускающим возражений — Если ты не
приедешь, то приеду я, устрою тебе в офисе семейную сцену, ты выйдешь из
себя, начнешь со мной ругаться, и драгоценное время так или иначе будет
потеряно. Спускайся вниз, Джонни.
Бель Монд
всего в двух кварталах от
твоего офиса. — Послушай, Мэдди, я совсем не в настроении...
С минуту она молчала. — Да, на этот раз ты сказал правду. Я чувствую
это по твоему голосу. Пойдем, прошу тебя. Вдруг мне удастся тебе помочь?
Действительно, вдруг она и в самом деле что-нибудь подскажет? Когда-то
очень давно — много лет назад, в детстве — они с Мэдди были
очень близки. Джонатан был на шесть лет старше и всячески старался ее
опекать. Удивительно, что крошка Мэдди испытывала по отношению к брату
абсолютно то же. Потом, правда все изменилось. Джонатан поступил в закрытую
школу и уехал из дому. После окончания школы и колледжа он занялся семейным
бизнесом, женился и зажил своим домом. Мэдди за это время тоже обрела
самостоятельность. Теперь они жили на расстоянии нескольких тысяч миль
встречались крайне редко, но чувствовали искреннюю привязанность друг к
другу. Если бы не дела... — Ладно, жди. Я скоро буду.
Вряд ли Медди была в силах изменить случившееся, но уже одно то, что он мог
ей все рассказать, до определенной степени облегчало его положение. Во
всяком случае, Стаффорд очень на это надеялся, поскольку давно уже не
пребывал в таком расстройстве. К тому же выяснилось, что он уже привык
исповедоваться одной женщине — Девон.
Внутри у Джонатана что-то болезненно сжалось. Он ни на йоту не продвинулся
вперед, и все оставалось в точно таком же положении, в котором было, когда
он в первый раз встретился с Девон она по-прежнему готова переворошить
скелеты в его родовом склепе, что может навредить Алексу, а он собирается
всеми силами удержать ее от этого рокового шага.
Если бы обстоятельства сложились по-другому...
Джонатан провел рукой по волосам и надел пиджак. Ах, как ему хотелось
позвонить Девон и пригласить ее на обед. А потом — очень может быть
— они отправились бы в кино. Признаться, он уже не мог вспомнить,
когда в последний раз был в кинотеатре...
Вместо всего этого ему предстояла одинокая ночь в холодной, пустой постели.
Просто представить невозможно, до чего ему не хватало Девон!
Глава 16 — Привет, Джонни. Ты выглядишь ужасно. —
Мадлен Стаффорд с тревогой наблюдала за тем, как ее высокий,
красивый и всегда такой импозантный брат тяжело усаживался на стул с
противоположной стороны столика. Вокруг них суетились официанты,
разнося на подносах и развозя на сервировочных столиках шедевры
французской кухни. В тяжелых серебряных ведерцах со льдом подавали
самые лучшие и самые дорогие вина в мире.
Но Джонатан, казалось не обращал на эту суету ни малейшего внимания. Он
выглядел бледным, и это при том, что от рождения был смугл, как и
большинство Стаффордов волосы Джонатана обычно всегда аккуратно уложенные,
явно нуждались в услугах парикмахера а под его серо-голубыми глазами
залегли глубокие тени. Хуже он выглядел разве что в те трагические дни,
когда после пожара попал в больницу. — Как Алекс? Надеюсь, его
состояние не ухудшилось? — осторожно спросила Мадлен. Мысль о
племяннике только что пришла ей в голову, и она по-настоящему испугалась.
— К счастью, с ним все благополучно. — Значит, причина твоей
хандры — состояние наших дел, и мне следует быть готовой к тому, что
ты урежешь мои доходы? — Лишив тебя тем самым возможности носить
костюмы от Кристиана Диора? — Джонатан окинул взглядом
экстравагантный наряд сестры. Что и говорить, Мадлен выглядела очень
стильно Следуя последней моде, она зачесывала свои волосы наверх и сильно
подкрашивала глаза, которые от этого приобретали весьма интригующий вид.
— От Унгаро, — поправила брата Мадлен. Джонатан изобразил
подобие улыбки. — Успокойся, дело не в нашем семейном бизнесе.
— Хм, если дело не в Алексе и не в бизнесе, что мы имеем тогда?
— Мадлен задумчиво пощелкала длинным наманикюренным ногтем по бокалу
с лимонным соком. — Ага... Кажется, я начинаю понимать. Причина
— очаровательная миссис Джеймс, не так ли? — Неплохо. С третьей
попытки ты попала в цель, значит, хватки по-прежнему не теряешь.
Мадлен протянула руку и накрыла ею ладонь Джонатана. — Расскажи мне
об этом поподробнее, Джонни. Я знаю, что по женской части ты дока, Но
далеко не все женщины умещаются в рамки, которые придумывают для них
мужчины. У меня такое чувство, что Девон не подходит под общие правила.
Джонатан тяжело вздохнул. — Боюсь, так и есть. Кстати, почему бы нам
не сделать заказ? Обещаю, что расскажу тебе обо всем, а заодно попытаюсь
что-нибудь съесть. — Неужто все так плохо? — Хуже, чем ты
можешь себе представить.
Не раздумывая долго, Мадлен заказала утку в вине и салат Джонатан же
ограничился чашкой бульона.
и это все с удивлением спросила сестра, когда принесли заказ Джонатана.
— Куда больше того, что я съел за последние два дня. — Ох,
Джонни, ты себя докопаешь. — Потягивая охлажденное
Поли Фюме
из
хрустального бокала, Мадлен слово за слово вытянула из Джонатана историю о
том, что произошло с Девон в темную осеннюю ночь в гостинице
Стаффорд
.
Помимо этого, она узнала о Поле Джеймсе и о разводе, который едва не довел
Девон до психического расстройства. Стаффорд также поведал сестре о страхах
Девон и о ее неуемном желании написать книгу о загадочном прошлом их семьи.
Он не забыл упомянуть и о Майкле Галвестоне и о том, как последний
ухитрялся манипулировать Девон все два года, пока они встречались.
Зная об умении сестры хранить тайны, Джонатан рассказал ей куда больше
того, чем намеревался, и Мадлен поняла, насколько ее брат был заинтересован
в этой женщине. — У меня такое чувство, что ты склонен эту самую
миссис Джеймс защищать и опекать. Ничего подобного я прежде не наблюдала в
твоих отношениях с женщинами, даже с Бекки. — Бекки никто никогда не
был нужен. — А Девон, стало быть, нуждается в тебе? — Скорее
всего. — А ты в ней? — И это возможно. — Джонатан,
однако, предпочел не развивать опасную тему, а сразу перешел к рассказу о
том, что случилось между ним и Девон Не забыл он упомянуть и о том, что
умолчал о причинах, приведших к несчастью с Алексом, и о слухах,
утверждавших, будто в доме на Черч-стрит, 25 в Стаффорде
было нечисто
. Он
также признал, что большинство претензий Девон имело под собой реальную
основу. — Выходит, я ничуть не лучше Галвестона. Мне, видите ли,
показалось, что я смогу контролировать ее поступки, заманив ее к себе в
постель. — Так оно, в сущности, и случилось, — заметила Мэдди
не без лукавства. — Она слишком мне доверилась. Обыкновенно она
старалась избегать ситуаций вроде этой. — Под словами
ситуация вроде
этой
ты подразумеваешь интимные отношения с привлекательным мужчиной?
— Когда дело касается мужчин, Девон проявляет удивительную наивность.
Я знал, что она не терпит случайных связей, но тем не менее продолжал ее
добиваться... Я хотел, чтобы она забросила свою работу, хотя отлично знал,
как эта книга важна для нее. Но хуже всего то, что сейчас я, возможно,
снова поступил бы так же.
Брови Мадлен поползли вверх. — Вот как... — Я рад, что ты по
крайней мере выслушала меня. — Джонни, ты делал все, что считал
необходимым в данном случае. Правда, ты как бы походя затащил ее в свою
постель, и уж конечно, сделал это по велению сердца, а не из чувства долга.
Джонатан ничего не ответил, он лишь протянул руку к стакану с перье и отпил
глоток. — В сущности, ты вовсе ее не использовал. По крайней мере в
том смысле, как это понимает она. Ты ведь неравнодушен к ней, не так ли?
По-моему, ты и сейчас думаешь только о ней.
Джонатан упрямо продолжал хранить молчание. — Проблема не в том, что
случилось, а в том, что ты собираешься делать дальше. — То-то и оно.
Я действительно не знаю, как вести себя дальше. — До тех пор пока ты
веришь, что Девон представляет для тебя угрозу, ты будешь прилагать все
силы, защищая репутацию своей — извини, нашей — семьи. Вряд ли
кому-нибудь было бы приятно наблюдать, ничего не предпринимая, за особой
женского пола, которая носится повсюду, размахивает записной книжкой и
угрожает разоблачениями, способными повредить имиджу его семейства. А что,
если она говорила правду? Вдруг Флориан Стаффорд и впрямь такой негодяй,
как утверждает Девон, и в самом деле держит в заключении души Энни и
Бернарда в старом доме? Если бы ты верил, что это так, смог бы ты жить
спокойно, зная о том, как они страдают? — Но это же чистой воды
безумие! Надеюсь, ты не веришь в подобный бред? — Ты забыл, что я
живу в Англии. Там все верят в привидения. Кроме того, я далеко не так
прагматична, как ты. Я верю в Бога и в дьявола, в жизнь после смерти, в
небеса и ад, в добро и зло. Если принять на веру существование всего этого,
то не так уж трудно примириться с утверждениями Девон и Алекса о том, что
они видели нечто странное. — Утверждения Алекса? Неужели ты способна
принять всерьез слова насмерть перепуганного малыша, к тому же получившего
тяжелую травму?
Мадлен пожала плечами. — Я не знаю. Просто уж очень странное
совпадение. — Не забудь, речь идет о разных домах. — Верно. Но
связь между обоими событиями может иметь место. — Я не верю в эту
чушь. — Ты ведь занимаешься медитацией? Кажется, это часть твоих
тренировок по карате... — Не вижу здесь ничего общего. — В
таком случае объясни мне смысл медитации. — Она наполняет силой наше
Чи-Ай, возбуждает энергии, дремлющие внутри нас. Это огромная мощь, которую
каждый из нас носит в себе. — Эту мощь, или Чи-Ай, как ты говоришь,
некоторые еще называют душой.
Джонатан пристально посмотрел на сестру. — Множество людей верит, что
душа живет вечно и подобна дыму над сгоревшим деревом, который не
улетучивается, а остается на этом месте навсегда. И если это так, то...
— Мэдди улыбнулась и нежно пожала ему руку. — Ну что, начинаешь
понимать, к чему я клоню? — Ты говоришь то же, что и Девон, —
хочешь заставить меня смотреть на вещи без предубеждения. — Как
минимум, Джонатан. — Рано или поздно газетчики все разузнают, и к
Алексу снова начнут приставать с расспросами. Я не могу пойти на риск
— это сведет на нет усилия врачей. — А как далеко они
продвинулись? — Результат почти нулевой, насколько я понимаю, да не в
этом дело. Они по крайней мере говорят, что у мальчика остается шанс...
— И получают от тебя очередной чек. Ну а ты сам, Джонни? Эта женщина
многое для тебя значит. Ты же уничтожил почти все, чего успел добиться,
строя с ней свои отношения. Но если она тебе так нужна, ты должен найти
способ ее вернуть, не подвергая при этом опасности здоровье Алекса. —
Я не знаю... — Стаффорд уставился куда-то поверх головы сестры.
— Не торопись и подумай над моими словами. Если она испытывает к тебе
такие же сильные чувства, то пройдет немного времени и она будет готова
выслушать твои оправдания. Но когда этот час настанет, твои доводы должны
быть неотразимы.
Джонатан откинулся на спинку стула. — Обещаю тебе, Мэдди, что
подумаю. Можешь поверить, в последнее время я только этим и занимаюсь.
Мадлен только улыбнулась в ответ. Джонатан знал женщин, а она знала своего
брата, пусть они и не были уже столь близки, как в детстве. Он увяз куда
больше, чем ожидал, в отношениях с этой женщиной. В данной ситуации он мог
рискнуть и попытаться использовать гнев Девон как средство, позволяющее
покончить с их близостью. Или, наоборот, возникший кризис мог побудить его
заглянуть в себя и понять до конца, что же он на самом деле хотел получить
от этой связи.
Мадлен играла на стороне Девон. Судя по всему, эта писательница —
настоящий боец и, будучи лицом заинтересованным, сумеет предотвратить
газетную шумиху, которой так опасался Джонатан. Таким образом, здоровье
Алекса не пострадает, когда ее книга выйдет в свет.
Мэдди очень надеялась, что дала брату верный совет.
Часы пробили три, но Девон все никак не могла заснуть. Лежа на кровати, она
смотрела в потолок, припоминая и вновь переживая события прошлой недели и
все то, что последовало потом.
Слава Создателю, Кристи оказалась на высоте. Девон отправилась к ней, как
только покинула офис Джонатана, и проплакала на плече подруги два часа
подряд.
Ну конечно же, Джонатан скотина, — утешала ее Кристи, не
забывая добавить: — как и все мужики вообще
. И ничего такого вроде:
Ах, я тебя предупреждала!
— просто сочувствие и поддержка.
Все последующие дни Девон провела за работой. Ярость, бушевавшая в ее
груди, обеспечила ей удивительное прилежание и послужила отличным топливом,
подпитывающим ее целеустремленность.
Она вернулась в библиотеку и перечитана все, так или иначе имевшее отношение к пожару в Стаффорде.
Нужные ей сведения печатались по преимуществу в бульварных изданиях,
которые Девон никогда прежде не покупала и не читала. История о призраке,
увиденном Алексом, упоминалась на их страницах чуть ли не повсеместно.
Однако же суть событий эти газетенки описывали довольно сумбурно, и
выяснить правду о случившемся можно было, лишь переговорив с мальчиком с
глазу на глаз. Правда, последнее теперь представлялось крайне
затруднительным.
Сама того не желая, Девон вспомнила страстные объятия, в которые заключал
ее Джонатан совсем не так давно и на этой же самой кровати. Мысль о том,
как его мужское естество двигалось внутри ее тела, зажигая в ней пожар
страсти, была теперь почти непереносима.
Застонав, Девон уткнулась носом в подушку и принялась оплакивать величайшую
потерю ее жизни.
Она проснулась в дурном настроении и с тяжелой головой. Единственным, что
еще давало ей силы подняться и жить в привычном ритме, была ее жгучая
ненависть к Джонатану.
Одевшись и допив остатки вчерашнего кофе, Девон натянула пальто, подхватила
сумку и направилась к выходу. Внизу уже стояла машина, которая должна была
отвезти ее в Стаффорд. После длительных переговоров по телефону ей удалось
выяснить адрес Элвуда Доббса, и тот согласился встретиться с Девон в десять
утра. Теперь ей предстояла утомительная трехчасовая поездка, и поэтому она
хотела как можно скорее отправиться в путь.
В дороге Девон просматривала свои записи и время прошло незаметно. Тем не
менее, когда автомобиль свернул с шоссе к Стаффорду, Девон так
разволновалась, что была вынуждена отложить бумаги. Водитель довольно
быстро нашел маленький домик Доббса, находившийся неподалеку от пепелища
родового гнезда Стаффордов. Несмотря на то что сердцебиение Девон
усилилось, а ладони вспотели, она мысленно приказала себе остановиться на
обратном пути возле развалин и тщательно их исследовать. — Приехали,
— сказал водитель, останавливая машину и выключая зажигание. —
Я не задержусь.
Девон быстро вышла и направилась по выложенной кирпичом дорожке в сторону
небольшого деревянного домика, выкрашенного белой краской.
Над порогом висела выцветшая от времени вывеска, на которой значилось:
Мастерская Элвуда Доббса. Вы ломаете — я чиню
. Девон усмехнулась.
Имя этого человека очень подходило к старинной вывеске, украшавшей его
жилье. Она поднялась по ступенькам и постучала в дверь. Одна из ставен на
ближайшем к ней окне приоткрылась и заскрипела на ветру. Через некоторое
время распахнулась и тяжелая деревянная дверь. — Здрасьте. Вы, стало
быть, миссис Джеймс? — Да, это я. Разрешите войти? — Как же,
как же. — Дверь раскрылась во всю ширь, и хозяин дома посторонился,
пропуская посетительницу в гостиную. Комната, сверху донизу заставленная
старинными деревянными полками, на которых пылились подшивки старых
журналов, выглядела весьма мрачной, даже, пожалуй, чуточку зловещей. Доббс,
однако, быстро поднял шторы, и комнату осветил неяркий свет зимнего солнца.
— Не обращайте внимания на беспорядок. Когда была жива моя Бетси, эта
комнатка выглядела чудесно. А у меня не хватает сил поддерживать здесь уют
и чистоту.
Элвуд Доббс был высоким человеком с сутуловатыми плечами и двухдневной
седой щетиной. Его изрезанное морщинами лицо показалось Девон довольно
приятным, а небольшие карие глаза светились дружелюбием. Доббс отодвинул
ногой пачку лежавших на полу старых газет и указал гостье на потертый
кожаный диван, куда Девон присела, так и не сняв тяжелого зимнего пальто.
— Значит, ваша жена умерла? — спросила Девон только для того,
чтобы что-то сказать. — Точно так, — радостно улыбаясь, сообщил
старик, усаживаясь в кресло напротив, — как говорится, отошла в
лучший мир. Смертушка так и косит нашего брата так и косит — вжик-
вжик.
Девон несколько покоробило подобное фамильярное отношение к смерти, но она
храбро продолжала гнуть свою линию: — В каком-то смысле я приехала
поговорить с вами именно об этом. То есть о
смертушке
, как вы называете
эту старуху с косой. Мне бы хотелось задать вам несколько вопросов по
поводу того, что произошло в ту ночь, когда сгорела старая усадьба
Стаффордов. — Да-да, вы говорили мне по телефону... Скажите, а вы
точно не репортер или кто-нибудь в этом роде? — Клянусь. — Вообще-
то мне наплевать, но после того, как я рассказал кое о чем журналистам,
здесь больше никто не хочет со мной иметь дела. А жить совсем одному,
знаете ли, не сахар... Да. — Я вас понимаю. — Девон отлично
знала, что такое одиночество. — Вы вот говорите, что прочитали о
пожаре в газетах. А почему, позвольте спросить, это вас вдруг
заинтересовало?
Грудь Девон словно сжало стальным обручем. — Дело в том, что со мной
тоже произошло нечто подобное — в стаффордской гостинице. У меня были
ужасные видения. Вам, может, покажется это смешным, но я верю, что призрак
Флориана Стаффорда обитает в том доме, и хочу выяснить, так ли
...Закладка в соц.сетях
