Жанр: Любовные романы
Магазинчик на Цветочной улице
... зачем проходить эту процедуру вообще, если ты и так
уже решила, что она не увенчается успехом?
— Потому что мне нужно знать.
— Ты хочешь знать, что не можешь забеременеть? — спросил он тихо.
Дуг думал, что помогает, но, наоборот, на самом деле он только все испортил.
— Просто оставь меня в покое.
— Кэрол, ради бога...
— Ты мне здесь не нужен. Я хочу некоторое время побыть одна.
Эти ее перепады настроения из-за лекарств. Их предупреждали, тем не менее
Кэрол это застало врасплох.
Дуг встал и прошел к окну.
Глядя на лунную ночь, он потер рукой лицо, словно обдумывая свои действия.
— Не думаю, что тебя следует оставлять одну, — говорил он, не
глядя на нее.
— Уйди, пожалуйста!
— Я тебе нужен.
— Не сейчас... Мне хочется побыть одной.
— Кэрол... — Он повернулся к ней.
— Дуг, пожалуйста.
Он колебался, а потом неохотно пошел в спальню.
Как только он ушел, Кэрол захотелось его вернуть. Ей захотелось, чтобы он
заключил ее в объятия и заверял в своей любви. Ей хотелось, чтобы он сказал
ей, что будет любить ее до конца своих дней, и не важно, будет у нее ребенок
или нет.
Закрыв глаза, она сражалась с отвратительными голосами, которые угрожали ей
со всех сторон, и старалась мыслить позитивно. Этому приему ее научили в
онлайновой группе поддержки — создавать образ того, что хочешь, и видеть его
в таких ясных подробностях, что начинаешь принимать возможное за реальное.
Она представила себя беременной, с выдающимся вперед животом, в веселом
платье для беременных. Дуг кладет руку ей на живот, наклоняется к ней и
целует ее живот. Когда он выпрямляется, его взгляд полон гордости и любви.
Вот за какой образ ей нужно держаться, за картинку, которую она мысленно
вставила в рамку. Она не позволит, чтобы ее сомнения одержали над ней верх.
В какой-то момент посреди ночи Кэрол, должно быть, уснула на диване. Перед
рассветом она проснулась и снова забралась в постель. Прижавшись к Дугу,
крепко обняла его за талию.
Когда она снова проснулась, ее обнимал Дуг.
— Проснулась? — шепотом спросил он.
— Теперь проснулась.
Она застонала и перекатилась на спину.
— Во сколько ты легла?
— Не знаю, я не смотрела.
Он легонько укусил ее за ушко.
— Чувствуешь себя лучше?
Кэрол выдавила слабую улыбку.
— Да.
— Хорошо.
Она услышала, что в кухне кипит кофе.
— Уже пора вставать?
— Боюсь, что так.
Она с трудом села и улыбнулась Дугу устало.
— Я разве тебе не говорил, как сильно тебя люблю? — спросил он.
Он говорил ей это уже тысячу раз, и каждый раз по-другому.
— Угууу, — сказала она, громко зевнув.
— Знаешь, сегодня — очень важный день, — сказал Дуг, присаживаясь
на край кровати.
— Знаю, — прошептала Кэрол.
Это был день, когда она примет ребенка Дуга в свое лоно.
Глава 21 АЛИКС ТАУНСЕНД
Аликс вышла из видеопроката на улицу и прикурила сигарету. Она сокращала
количество сигарет, но бросить курить было трудно. Сделав глубокую затяжку,
посмаковала и выдохнула, наклонив голову вперед. Она собиралась еще раз
выпустить дым, когда заметила Джордана Тернера, идущего по противоположной
стороне улицы Ее захлестнуло чувство страха, она не хотела с ним
разговаривать.
В чем причина? Он явно ею не интересуется. Да, конечно, она забавляла его,
но он считал ее вызовом, который остался с шестого класса, — девочкой,
которую он хотел спасти. Еще одна зарубка на его пастырском поясе.
Проповедники не могли смириться с тем, что Аликс не искала спасения. Да,
конечно, она ездила на церковном автобусе в воскресную школу. Ее родители
готовы были отпустить ее куда угодно, лишь бы она не маячила у них перед
глазами час или два. Аликс отдавала должное Иисусу с десяти до одиннадцати,
но это никуда ее не привело. Аликс ходила в школу, что-то там делала и была
награждена Библией за хорошее знание Священного Писания.
Она сама заботилась о себе с шестнадцати лет, и один из самых суровых
уроков, которые ей преподнесла жизнь, состоял в том, что единственный
человек, на которого она могла положиться, — это она сама. Такой урок
не скоро забудешь.
Раздавив полувыкуренную сигарету, Аликс вернулась в видеопрокат, надеясь,
что Джордан поймет намек и оставит ее в покое.
— Ты быстро, — буркнула Лорел, когда Аликс присоединилась к ней за
прилавком.
— Я иду в подсобку.
Лорел нахмурилась:
— Зачем?
— Если придет сама знаешь кто, скажи, что я сегодня не работаю.
— Ты все еще избегаешь Джордана?
— Просто скажи, и все, — огрызнулась Аликс и поспешила в подсобку,
чтобы священник не успел ее застать. Прошло уже две недели с тех пор, как
они случайно встретились в кафе
Старбакс
и он бросил свою бомбу. От взрыва
у нее до сих пор уши заложены. Джордан — священник, и она не хотела иметь
ничего общего ни с ним, ни с его Богом.
Не прошло и минуты, как явилась Лорел, и вид у нее был не слишком довольный.
— Он тебя видел.
Аликс пришла в смятение.
— Тогда скажи, что я занята.
— Я уже пыталась. — Это начинало ее раздражать.
— Значит, скажи ему еще что-нибудь. Я не хочу с ним разговаривать.
— Ты не можешь прятаться вечно.
— А я не прячусь, — настаивала Аликс, что явно было слабым
аргументом.
— Поступай как знаешь, — сказала Лорел. — Но он сказал мне,
что собирается ждать, пока ты не выйдешь.
И с этими словами ее соседка по комнате и предполагаемая подруга вышла из
подсобки в зал. Аликс выждала мучительно долгие несколько минут и решила,
что к тому времени Джордану надоест ее ждать. Ей не повезло. Скрестив руки,
он стоял у витрины с попкорном для микроволновки рядом с кассовым аппаратом.
Он сощурил глаза, когда увидел ее.
Не пытаясь больше избегать Джордана, Аликс решительно подошла к нему.
— Ты не понял намека, не так ли? — спросила она напрямик.
— Не совсем, — согласился он. — Давай поговорим.
— Я не могу.
Она уже использовала свой пятнадцатиминутный перерыв, и тот перекур был
последним за вечер. Видеопрокат не был процветающим, но народу хватало.
— Встретимся после работы.
Аликс пожала плечами. Она вполне сможет покончить со всем этим.
— Ладно.
— Ты сдержишь слово?
Вызов в его голосе оскорбил ее гордость.
— Черт побери! Я буду в
Старбаксе
через десять минут после закрытия.
— Пусть будет кафе
У Энни
.
— Прекрасно,
У Энни
.
— Я буду ждать.
Может, Аликс подвело воображение, но ей показалось, что Джордан подмигнул
Лорел по пути к двери. Интересно, что это, дьявол его побери, означает? Но
потом Аликс решила, что это не значит ровным счетом ничего. Если он
проявляет интерес к ее подруге, тогда прекрасно. Она надеется, что эти двое
будут вполне счастливы. Джордан был куда лучше, чем этот скользкий продавец
подержанных авто.
Только Аликс было
не все равно, и она пребывала в
преотвратном расположении духа до конца смены. К одиннадцати часам Лорел
больше с ней не разговаривала и ушла в ярости. Аликс тоже была рада, что
отделалась от нее.
Точно десять минут спустя после того, как закрыла кассу, заперла на замок
видеопрокат и сдала выручку, Аликс вошла в кафе
У Энни
. Кафе находилось на
расстоянии половины квартала от видеопроката. Каждую получку Аликс
лакомилась здесь ужином. Еда была вкусной, порции большие и дешевые.
Когда она подошла, Джордан сидел в отдельной кабине и читал меню. Она
бросила на него сердитый взгляд и сказала:
— Я тебе ничего не должна.
— Да ну? А что ты имеешь в виду?
— Я не должна быть здесь!
Он удивленно поднял брови.
— Верно, но я решил, ты должна мне объяснить, почему бросила меня в
шестом классе.
— Я тебя не бросала... я просто попала в не зависящие от меня
обстоятельства.
— Хорошо, но объяснить, что произошло, — это обычная вежливость.
Было видно, что он обучен этикету. Она же, наоборот, понятия об этикете не
имела.
— Слушай, — заговорила Аликс агрессивно, — мы можем провести
остаток вечера, споря о том, что произошло еще в начальной школе, или просто
поговорить. Решать тебе.
Было слишком очевидно, что Джордан намерен докучать ей до тех пор, пока не
получит ответов на свои вопросы. Она уже приняла решение, что не станет
связываться со священником, но он осложняет все дело. Нахмурившись, она
проскользнула в кабинку и села напротив него.
— Что не так, Аликс? — спросил Джордан.
Это был интересный подход, но не успела она ответить, как появилась
официантка. Аликс знала Дженни, которая работала посменно, и заметила, что
женщина переводит взгляд с него на нее и обратно, не стараясь скрыть своего
удивления.
Загнув верхний лист своего блокнота, Дженни спросила:
— Чем могу помочь?
Джордан закрыл закатанное в пластик меню.
— Я подумываю о чизбургере с беконом и со всем остальным. — Потом
он посмотрел на Аликс. — Как насчет тебя?
При мысли о чизбургерах, которые подавали
У Энни
, размером с мамонта, у
нее потекли слюнки. Но сначала ей нужно выяснить, кто будет платить.
— Ты платишь? Или я буду сама платить за себя?
— Я не стал бы спрашивать, если бы не собирался платить.
Аликс запихнула меню за сахарницу.
— То же самое.
— Два чизбургера с беконом, — сказал Джордан. — И две колы.
Он улыбнулся Аликс вопросительной улыбкой, и она кивнула.
Дженни записала заказ и удалилась.
Как только ушла официантка, Джордан положил руки на столик.
— Итак... — начал он.
Храбро встретив его взгляд, Аликс тяжело вздохнула.
— Итак, я не интересуюсь церковью, — сказала она.
— Почему?
— На случай, если ты еще не заметил, объясняю: я не из тех, кто ходит в
церковь.
— А что в тех, кто ходит в церковь, особенного?
Аликс закатила глаза.
— Дамы носят шляпы и перчатки и ведут вежливые разговоры, время от
времени повторяя:
Хвала Господу!
Джордан запрокинул голову и фыркнул от смеха.
— Ты описываешь благотворительный прием в саду, а не церковь. Можно
сделать вывод, что ты уже давно не была в церкви.
— Я ходила в воскресную школу в начальной школе, но сбегала от всей
этой церковной болтовни, — поведала она ему.
Правда была в том, что она ходила в воскресную школу всего несколько раз, но
сбегала пораньше, потому что ей было скучно слушать проповеди.
— Как я уже сказала, меня не интересует...
Дженни принесла им колу, и Джордан нетерпеливо ждал, когда она уйдет, прежде
чем ответить:
— Откуда ты знаешь?
— Джордан, я думаю, ты — замечательный. — Она сделала большой
глоток напитка. — Я помню твоего отца, и он тоже был милым.
Отец Джордана однажды приходил к ним домой поговорить с ее матерью после
того, как Аликс наградили той призовой Библией. Это было один-единственный
раз, когда он заходил, и она не винила его в том, что он больше ни разу у
них не появился.
— Откуда ты знаешь, что тебя не интересует церковь, если ты не
пыталась? Почему бы не прийти как-нибудь в воскресенье и не посмотреть?
— Послушай, — сказала Аликс, стараясь быть как можно
правдивее, — мне не нужно, чтобы меня кто-нибудь спасал.
Он нахмурился:
— Так, значит, ты так думаешь?
— Чертовски верно.
— Ты определенно меня вычислила, — сказал он немного саркастично.
Грубость была ее натурой, но она решила сохранять мир, пока не съест
чизбургер. В конце концов, ведь это
он за нее платит. А
она была голодна.
— Почему так важно, чтобы я пошла в церковь? — спросила она, а
потом ответила за него: — Потому что ты хочешь, чтобы я изменилась.
— Нет, — возразил он. — Я просто хочу тебя увидеть.
Так я тебе и поверила!
— Ты мне нравилась в шестом классе и сейчас нравишься. Мне для этого
нужно оправдание?
Он наклонился через стол, не желая нарушать зрительный контакт.
— Я — не твой тип.
— Ты сама пришла к такому выводу или тебе кто-то помог?
Аликс рассердилась от такого вопроса:
— Я сама за себя решаю.
Она видела, что Джордан начинает злиться. Он все крепче сжимал столовые
приборы, завернутые в бумажную салфетку.
— Давай разберемся, правильно ли я тебя понял. Я годился в твои
поклонники, пока ты не узнала, что я тот, с кем ты была знакома десять или
двенадцать лет тому назад, тот, кто случайно оказался священником?
Аликс потупила взгляд и отказалась отвечать.
— Я тебе нравился в начальной школе, а теперь не нравлюсь?
Лучше уж этому чизбургеру с беконом скорее появиться, потому что держать
язык за зубами чертовски трудно
.
Аликс закусила нижнюю губу.
— Последнее, что ты можешь сделать, — это ответить мне.
— Что ты хочешь, чтобы я ответила? — огрызнулась она. —
Это
не имеет значения
? Нет, имеет!
— Что изменилось?
Она открыла было рот, но запнулась, не зная, что сказать.
— Ты... Ты... — Она показала на него, делая круговые движения
руками. — Ты хороший.
— Хороший? — повторил Джордан. — Что ты под этим
подразумеваешь?
Она сложила руки и с растущим отчаянием стала искать взглядом Дженни. Еще
никогда ее так долго здесь не обслуживали. У нее в желудке заурчало,
напоминая ей, что последний раз она пила свой латте в полдень и уже сильно
проголодалась. Как только подадут еду, она сможет сказать все, что хотела, и
взять чизбургер с собой домой. Только Джордан ее смущает. Она могла думать
только о том, как сильно ей хотелось пойти на ту вечеринку в День святого
Валентина. Она ему не сказала, но и у нее тоже была валентинка для него.
— Ты знаешь, что я имею в виду, — бросила она с вызовом.
— Нет, не знаю, — сказал Джордан, — поэтому объясни мне.
Почему, черт побери, я такой хороший?
Она заморгала и поняла, что он говорит вполне серьезно.
— Из-за Бога, — прошептала она.
У него на лице было написано недоумение.
— Бога?
Она кивнула:
— Ты из тех чистых, как лилии, мальчиков, которые выросли в идеальных
семьях. Я — нет. У тебя есть родители, которые любят тебя. У меня — нет.
Ты...
— Это не имеет никакого отношения к делу, — возразил он, оборвав
ее.
— Моя мать отбывала срок за то, что стреляла в моего отца. Ты это
знаешь?
Он медленно кивнул:
— Об этом было много разговоров, но я хотел узнать, что произошло с
тобой.
— Ой!
Это было неожиданно. У Аликс чуть было не вырвался вздох облегчения, когда
появилась Дженни с двумя тарелками. Чизбургеры были открытыми, и сыр отлично
расплавился. Кусочки жареной картошки блестели от масла и шипели, только из
духовки. У нее во рту набежала слюна при одном виде еды.
— Я просил отца выяснить, куда ты пропала. Он пытался, но ему не
удалось ничего узнать. Очевидно, тебя и твоего брата уже отправили в
семейный приют в другом конце города, — сказал Джордан.
Аликс протянула руку за солонкой, но не спускала с него глаз, пока солила
свой картофель.
— Правда?
Он кивнул и взял кусочек картошки. Хотя Аликс и была голодна, она даже не
прикоснулась к еде.
— Что заставило тебя пойти в священники? Пошел по стопам отца?
— Эта история еще на один вечер.
Джордан добавил листок салата и кусочек помидора к своему бургеру, прежде
чем от него откусить.
Аликс тоже впилась зубами в свой.
— Просто запомни: я не желаю, чтобы ты меня спасал, — сказала она
с полным ртом.
— Я не мог бы, если бы даже захотел.
Она проглотила и отпила еще колы.
— Почему?
— Я такими делами не занимаюсь. Спасение я оставляю Богу. Он спасает, я
же указываю ему путь.
Джордан взял еще ломтик картофеля и обмакнул в небольшую лужицу кетчупа,
который вылил себе на тарелку.
Аликс все еще ему не верила.
— Я что-то не пойму.
— Не поймешь что?
— Тебя, — сказала она. — Почему ты хочешь со мной
встречаться.
Он бросил на нее странный взгляд:
— Разве есть закон, в котором говорится, что ты не должна мне
нравиться? Ты была мне симпатична в шестом классе, и я до сих пор считаю,
что ты привлекательна.
Я ему нравлюсь? Он считает меня привлекательной?
— Неужели? — спросила она и почувствовала унижение оттого, что у нее слегка дрожал голос.
— Я не стал бы говорить, будь это не так.
Он протянул руку и украл у нее с тарелки кусочек жареной картошки.
— Эй! — Она хлопнула его по руке.
Джордан рассмеялся и отдал ей свой порезанный на кусочки соленый огурец.
Они закончили есть, болтая о кинофильмах, которые оба смотрели, и вышли из
кафе час спустя.
— Ты больше не станешь меня избегать? — спросил Джордан.
Аликс напустила на себя равнодушный вид.
— Я еще не решила.
— Решай скорее, ладно?
— Почему?
— Потому что не знаю, насколько у меня хватит денег, чтобы брать фильмы
напрокат.
Аликс рассмеялась.
— Ты пойдешь в церковь в воскресенье? — спросил он.
— По всей вероятности, нет.
Она не могла представить себя сидящей рядом с благонравной прихожанкой в
своих мешковатых штанах и с большой сумкой. Возможно, Джордан хочет, чтобы
она там появилась, но она не думает, что все эти благочестивые люди
снисходительно отнесутся к алым прядям ее волос.
Церковь для людей, ведущих нормальную жизнь, у которых есть цели и мечты.
Ладно, у Аликс тоже были мечты, но чертовски маленький шанс увидеть их
воплощенными в жизнь. Она хотела стать шеф-поваром. Не просто поваром, а
настоящим шеф-поваром в каком-нибудь модном ресторане. Она поработала в
нескольких кафе, похожих на
У Энни
, и всегда ей больше всего нравилась
работа на кухне. Последнее заведение, где она работала, — как раз перед
видеопрокатом — закрылось, но именно работа там и породила ее мечту.
Аликс подозревала, что Джордан смеется над ней. Прежде чем она поняла, что
он намеревается сделать, он завел ее в тенистую аллею и прислонил спиной к
каменной стене.
Они долго молча смотрели друг на друга, не дыша, не говоря ни слова. Потом
его губы коснулись ее рта, и она с трудом удержалась, чтобы не рухнуть от
его поцелуя. У нее начала кружиться голова, а колени ослабли. Ей оставалось
только одно — держаться за него, поэтому она обняла Джордана за шею. С этого
момента у нее возникло ощущение, словно она с замиранием сердца съезжает с
американских горок в Диснейленде — более захватывающего ощущения даже Дисней
не мог бы ей предложить.
— Зачем все это? — спросила она голосом, похожим на звук
дребезжащей консервной банки.
Когда Джордан, наконец, поднял голову, он прошептал:
— Я счел, что ты мне должна, потому что разбила мне сердце в шестом
классе.
Аликс облизнула губы.
— Ну да... но ты был не единственным.
В руках вязальщицы пряжа становится средством, которое связывает сердца и души. Еще одна пятница подошла к концу. Урок вязания оказался одним из лучших.
Аликс много смеялась, а Жаклин была более спокойной и снисходительной, чем
прежде. Кэрол осталась дома — указание врачей. К тому времени, как я
перевернула табличку на
Закрыто
на двери магазина и направилась вверх по
лестнице в свою квартиру, я была совсем без сил. Но это была хорошая
усталость. Когда я только что открыла
Путеводную нить
, у меня было полно
свободных часов, чтобы поработать над своим вязаньем.
Больше нет. У меня непрерывный поток покупателей, и я занята большую часть
недели. Нужно будет поблагодарить Жаклин. Она рассказала всем о моем
магазине, и двое из ее богатых подруг недавно заглянули ко мне. Несмотря на
свои угрозы бросить уроки, она появлялась каждую пятницу. А подруги Жаклин
по загородному клубу накупили пряжи на четыреста долларов. С такими большими
продажами мне не нужно будет беспокоиться об арендной плате, что являлось
самой моей большой заботой, когда я только что открыла магазин.
На самом деле пока я не зарабатывала столько, чтобы выплачивать себе
зарплату, но справлялась с оплатой аренды, а так как я в бизнесе еще меньше
трех месяцев, это меня очень радовало. Моей стратегией было жить просто и
верить в себя.
Когда я поднялась наверх, в гостиную просочился легкий ветерок, так как я
оставила открытыми форточки. Уискерс тут же оказался около меня, он терся о
мои ноги, стараясь привлечь к себе все мое внимание. Я люблю своего кота, и
он составляет мне отличную компанию, но бывают дни, когда мне хочется побыть
наедине с собой, чтобы расслабиться. Тем не менее потребности Уискерса у
меня на первом месте.
Я открыла банку с его любимым тунцом и подставила ему. Он ужасно избалован,
но я ничего не могу с этим поделать. Пока Уискерс поглощал свой ужин, я
просматривала дневную почту и наткнулась на конверт со знакомым почерком.
Я помедлила, прежде чем открывать конверт. Внутри были две благодарственные
открытки, по одной от каждой моей племянницы, они благодарили меня за
свитера, которые я недавно им связала. В первый раз они официально признали
мои подарки. В прошлом я частенько подозревала, что Маргарет не отдавала им
вещи, которые я для них вязала.
Оглядываясь назад, я, по всей видимости, вряд ли отреагировала бы звонком
моей сестре. Только в последнее время наши натянутые отношения стали лучше,
и я чувствовала себя окрыленной. Чтобы не передумать, тут же набрала ее
телефонный номер.
На первом звонке я действительно чуть было не передумала и не повесила
трубку. Но я знала, что у нее есть определитель номера, и она сразу же
свяжется со мной, чтобы спросить, зачем я звонила.
На втором звонке ответила Хейли.
— Я получила ваши благодарственные открытки, — сказала я ей.
— Мама сказала, чтобы мы тебе написали, но я все равно тебя
поблагодарила бы. Классный свитер, тетя Лидия. Мне очень понравилась
расцветка.
— Я рада, что она тебе понравилась.
Я выбрала пряжу цвета лайма и обвязала манжеты и петли для пуговичек ярко-
оранжевой нитью. Оказалось действительно классно, даже если я говорю это об
изделии собственного изготовления.
— Мама подошла, — сказала Хейли, и не успела я ей сказать, что нет
необходимости отвлекать от дел Маргарет, моя сестра уже была на линии.
— Все в порядке? — потребовала она ответа в том самом резком
недружелюбном тоне, который держит в запасе для меня.
— Конечно, — заверила я ее. — Я сегодня получила открытки от
девочек и...
— Ты всегда звонишь, если что-то случается.
Это было категорически неверно, но я не захотела с ней спорить. Обычно я
избегаю звонить Маргарет, потому что зачастую это просто выбивает меня из
колеи.
— У меня действительно все в полном порядке, — попыталась
рассмеяться я, но это прозвучало фальшиво.
— Ты в последнее время виделась с этим симпатичным шофером из
Ю-пи-
эс
?
Я почувствовала, что у меня загорелось лицо при упоминании Брэда. Я
позвонила сестре не для того, чтобы разговаривать о нем.
— Он был тут на днях. — Я попыталась быстро придумать что-нибудь,
что смогло бы отвлечь ее от темы Брэда Гетца, но не смогла.
Водитель доставки
Ю-пи-эс
был, как всегда, дружелюбным, но больше не
приглашал меня никуда. Теперь он знает о моем раке, и это все объясняет. Я
была благодарна, что он не заставляет меня изобретать правдоподобно звучащие
оправдания. Но когда он ушел после своего самого последнего визита в мой
магазин, я почувствовала укол сожаления. Это слабое, но безошибочное чувство
потери оставалось со мной весь оставшийся день.
— Ты предложила ему встретиться? — давила на меня Маргарет.
— Нет. Я... — Это все, что я успела промямлить, прежде чем сестра
оборвала меня:
— Почему нет? Ты все время говоришь, что этот твой магазин — аффимация
жизни.
— Да, знаю,
...Закладка в соц.сетях
