Жанр: Любовные романы
Влюбленный повеса
...общества.
Все юные дебютантки, молодые кавалеры,
мечтающие о женитьбе, их мамаши, папаши и компаньонки, а также несколько
светских щеголей, повес и негодяев вроде
нашего Джереми, от которых тебе следует держаться подальше.
- Он не негодяй, - возразила Дэнни, хотя сама не раз мысленно бранила
хозяина.
- Напротив, негодяй и повеса, хотя и неотразимый. Да ты вспомни, как он
обошелся с тобой! Сделал тебя своей
любовницей и при этом заставил убирать в доме!
- Я ему не любовница и никогда ею не буду! Услышав этот яростный возглас,
Регина растерянно заморгала.
- Правда?.. Господи, прошу меня простить! Я думала... вернее, вся семья
решила... но ведь это же очевидно, что его тянет
к тебе, а перед Джереми не устоит ни одна женщина...
Тут Дэнни покраснела, вспомнив, как чуть не поддалась этому коварному
искусителю и с тех пор постоянно напоминала
себе, что добиться близости с Джереми Мэлори не входит в ее планы. Но Регина не
заметила ее румянца и вернулась к
разговору:
- Идем, я уже велела освободить гостиную, чтобы нам хватило места.
Дэнни пришлось учиться не только танцевать. Внизу, в гостиной, Регина
попросила ее:
- Покажи, как ты ходишь. Нет-нет, ты же не в брюках! Не шагай так широко...
Вот так, уже лучше... нет, не раскачивайся
всем телом, только переставляй ноги! Как будто ты скользишь по всей комнате, но
при этом не двигаешься с места.
Дэнни послушно засеменила по гостиной.
- Замечательно! - обрадовалась Регина.
- А вы тоже так ходите? - усмехнулась Дэнни. Регина не сдержала улыбку.
- Пытаюсь. Иногда получается. Но сказать по правде, я выросла сорванцом.
После смерти матери меня растил кузен
Дерек. Я пользовалась той же свободой, что и мальчишки, ну, ты понимаешь, о чем
я. Наверное, потому ты и стала одеваться
по-мужски?
- Нет, там, откуда я пришла, девчонки начинают с малых лет торговать своим
телом. А я не хотела так работать, вот и
выдавала себя за мальчишку.
- О Господи! - Регина густо покраснела. - И никто не знал?..
- Кроме моей подруги Люси.
- Реджи, где ты? - послышался из холла голос Джереми.
- Здесь!
Он ворвался в гостиную, взлохмаченный и сердитый, и напустился на кузину:
- Тебе известно, который теперь час?
- Да, половина утра уже пропала даром. Ты будешь учить Дэнни танцевать.
- Я? - Джереми скрестил руки на груди и прислонился к дверному косяку. - Ты
же сказала, что она подвернула ногу.
- Верно, но ей уже почти не больно. Ведь она ходит, не хромая. Это просто
мера предосторожности. А если сам король
Георг пригласит ее на танец?
Джереми закатил глаза.
- Ну, Реджи, это уж слишком!
- Я просто хотела объяснить, почему она должна уметь танцевать. Это же
нетрудно. Зато мы спасем тебя от кандалов
супружества.
Джереми перевел взгляд на Дэнни и широко раскрыл глаза.
- Тебя подстригли? Очень мило.
Дэнни зарумянилась и еще больше похорошела.
- Сегодня к вечеру меня причешут.
- Если ты станешь еще красивее, мне не устоять, - пошутил он и обратился к
кузине: - Черт побери, Реджи, надеюсь, ты не
оставишь нас вдвоем?
- Ни на минуту. И никаких вольностей я не потерплю, так что веди себя
пристойно!
Он вздохнул:
- А как же музыка?
- Я буду напевать, и только попробуй засмеяться! Живо получишь от меня по
заслугам!
Джереми подошел к Дэнни и подал ей руку.
- Ты готова к уроку, детка?
Эти слова прозвучали так многозначительно, что она сочла необходимым
уточнить:
- Только к уроку танцев.
- Досадно, - шепнул он, привлекая ее к себе и начиная кружиться в вальсе по
комнате.
От руки Джереми, лежащей на спине Дэнни, по се телу расходилось приятное
тепло. Комната была более чем просторной.
Удалившись от Регины в противоположный угол, Джереми начал нашептывать партнерше
комплименты:
- К тебе приятно прикасаться. Как думаешь, она заметит, если я спущу
ладонь... пониже?
- Я точно замечу, - предупредила Дэнни. Он хмыкнул:
- А если тебе понравится?
- Не надейтесь. Вы не посмеете! Мы же просто танцуем.
- А я могу танцевать и заниматься любовью одновременно, - заявил Джереми. -
Честное слово!
Дэнни ахнула и еле выговорила:
- Врете! Сию же минуту прекратите!
Но он, конечно, не послушался. Придвинувшись ближе, он зашептал:
- Хочешь, объясню, как это делается? Тебе надо только обхватить мою талию
ногами. Конечно, мы оба должны быть
раздеты.
Дэнни споткнулась и удивилась, что этого не случилось раньше, - она забыла
обо всем, кроме Джереми и собственных
соблазнительных фантазий. Джереми поддержал ее, помог восстановить равновесие,
но напрасно: с такта Дэнни безнадежно
сбилась.
Регина замолчала. Дэнни оглянулась и заметила, что к хозяйке дома подошел
слуга. Должно быть, Джереми тоже увидел,
что его кузина отвлеклась, потому что вдруг прильнул губами к шее Дэнни, обжег
ее поцелуем и передвинулся выше, к уху, в
которое забрался кончиком языка. Ощущение было неописуемым. У Дэнни подогнулись
колени, но ей и не требовалось
держаться на ногах: Джереми обнимал ее так крепко, что поднял над полом! А она
ничего не смогла поделать с собой и
прижалась к нему. Чувства, которые он пробуждал в ней, требовали иной
близости...
Громкое покашливание Регины вернуло их к действительности, но не сразу.
Поставленная на пол, Дэнни растерянно
озиралась. Заметив усмешку Джереми, она вдруг разозлилась. Негодяй! Он точно
знал, что творится в ее душе, и
наслаждался победой!
Но Джереми сжалился над ней и объяснил, как следует подстраиваться к
партнеру. Вскоре Дэнни кое-что усвоила и
смогла впервые пройтись в вальсе.
Она думала, что после ленча урок продолжится, но ее отправили в постель.
Регина приказала ей хорошенько выспаться, а
не просто отдохнуть: бал может затянуться до утра. Дэнни думала, что от волнения
не сомкнет глаз, да еще в такое
непривычное время суток, но усталость сразила ее. Она торопливо разделась, легла
в постель и уже через несколько минут
спала.
Глава 28
Дэнни спала так крепко, что пробуждение принесло си горькое разочарование:
кажется, ей снилось, что она поедет на
бал... Но тут в дверь постучали. Дэнни открыла глаза и вспомнила, что она в доме
Регины Иден и сегодня впервые в жизни
побывает на балу.
После сна ей приготовили ванну. Потом сразу усадили к зеркалу, и Тесс
занялась ее прической. Регине помогала
одеваться другая горничная, но Дэнни не смотрела в ее сторону и не слышала ее
распоряжений: ее заворожило чудо, которое
творилось у нее на глазах.
Пригладив непокорные кудри Дэнни, Тесс водрузила на них усыпанную
драгоценными камнями диадему с крупным
аметистом в середине. Волосы ниспадали из-под диадемы мелкими локончиками,
обрамляя лицо, а сзади были уложены так,
что напоминали прическу, которая вошла в моду в Англии еще несколько лет назад.
Вдвоем горничные надели на Дэнни
через голову нижние юбки, а потом - самое чудесное бальное платье на свете.
Казалось, волшебник сотворил его из бледно-лавандового шелка. Ближе к
подолу платье украшали два волана из тюля и
кружев. Ко второму горничная пришила полосу белого шелка, а поверх него пустила
фиолетовое кружево. Тем же
фиолетовым кружевом были отделаны короткие рукава-фонарики и глубокий вырездекольте,
а также верх длинных белых
перчаток, которые Дэнни тоже предстояло надеть. Глядя на себя в зеркало, она
думала, что это бальное платье сшили именно
для нее.
Вчера при примерке оказалось, что линия талии на платье находится слишком
высоко. Но мастерица-горничная сделала
вставки из белого шелка и фиолетового кружева, такого же, как на подоле, и талия
оказалась на положенном месте.
Наряд был таким роскошным, что Дэнни сразу вспомнился ее сон о прекрасной
леди, похожей на ангела. Вот он и стал
явью. За одну ночь она превратилась в пленительную незнакомку. Дэнни не могла
отвести от себя глаз. Регине пришлось
буквально оттаскивать ее от зеркала, когда наступило время отправляться на бал.
- Закрой рот, Джереми, - распорядилась Регина, когда они спустились к
ждущему в холле спутнику.
Но он смотрел на Дэнни во все глаза. Она медленно залилась краской.
Кажется, он даже не слышал упрека кузины. Где-то
глубоко в душе Дэнни проснулась гордость.
Сам Джереми выглядел внушительно и элегантно в черном вечернем костюме. Под
облегающим сюртуком на шее был
небрежно повязан гофрированный белый галстук, придающий ему вид щеголя. Смоляные
волосы он зачесал назад, но они то
и дело падали на лоб, прикрывая виски, и на шею. Выражение лица Джереми вызвало
у Дэнни трепет.
Несомненно, ее вид ошеломил его. И Дэнни его понимала - она помнила, как
таращилась на себя в зеркало.
Регине пришлось несколько раз ткнуть Джереми в бок локтем. Тогда он наконец
пришел в себя, преградил дамам путь и
непреклонным тоном заявил:
- В таком виде из дома она не выйдет.
- А чем плох ее вид? Я же предупреждала...
- Она чертовски красива, и ты сама это видишь, Реджи.
Кузина усмехнулась:
- Глупый мальчишка! Так и было задумано.
- Ну уж нет! Я не ожидал, что она окажется... такой. Она произведет фурор,
какого столица еще не видывала. Нет, Дэнни
останется дома - это мое последнее слово.
Регина укоризненно покачала головой:
- Хочешь - оставайся сам. А она поедет на бал. Чтобы добиться своего, ты
нам не нужен. Я и без тебя пущу слухи, показав
ее всему свету. Но без нее сделать это не получится.
- Ты меня слышала, Реджи?
- Нет, лучше ты послушай: теперь твое согласие нам не требуется. Я спасу
тебя, даже если ты этого не хочешь. Пойдем в
карету, Дэнни.
Конечно, Джереми последовал за ними. И продолжал спор с кузиной всю дорогу
до дома Эйтчисонов, до которого было
недалеко. Бал давали в одном из особняков возле дома отца Джереми.
Рассердившись на кузена, Регина перестала слушать его. Дэнни последовала ее
примеру. И вправду, зачем он поднял
шум? Потому, что она показалась ему слишком миловидной? И он опасался
любопытства гостей? Но, насколько понимала
Дэнни, именно это ему и нужно, чтобы опровергнуть лживые сплетни, распускаемые
Эмили Баскомб.
Очутившись вместе с Джереми в карете, Дэнни вспомнила ночь их знакомства.
Наверное, Джереми по ее лицу догадался,
о чем она думает, потому что прошептал:
- Предыдущая поездка была совсем другой, верно? Кстати, ты умеешь прекрасно
выскакивать из карет на ходу. Если
хочешь повторить - не стесняйся.
Услышав это предложение, Дэнни негромко фыркнула. Значит, Джереми в
скверном расположении духа. Чем это может
ей грозить - неизвестно.
Но, вспомнив о ночи, когда они познакомились, Дэнни вдруг заволновалась и
приглушенно спросила:
- Как думаете, он там будет?
Не спрашивая, кого она имеет в виду, Джереми пожал плечами:
- Какая разница? Тебя видел его слуга, а не он.
Регина остановила Джереми: карета уже приближалась к особняку Эйтчисонов.
Уперев указательный палец ему в грудь,
она предупредила:
- Попробуй только на балу быть мрачнее тучи! Имен в виду, пожалеешь -
больше я тебе не скажу ни слова.
- Обещаешь? - усмехнулся Джереми.
Пропустив этот вопрос мимо ушей, Реджи продолжала:
- Раз уж ты с нами, играй свою роль как следует - веди себя как влюбленный,
иначе весь этот фарс не имеет смысла. Ну,
возьми себя в руки, Джереми. Представление начинается.
Дэнни захлестнули волнение и предвкушение. Помогая одеваться, Регина долго
и подробно перечисляла, что она должна
и чего не должна делать на балу. Но сейчас замысловатые правила этикета вылетели
у нее из головы. А потом ее ошеломили
длинная вереница карет, подъезжающих к парадному подъезду, яркие краски, огни,
пышные бальные платья, блеск паркета в
огромном зале. Ничего подобного она никогда не видела.
Должно быть, у нее непроизвольно открылся рот, потому что Джереми зашипел
ей на ухо:
- Перестань делать вид, будто впервые на балу! Сегодня ты леди, привычная к
светским развлечениям.
- Да я-то... - начала она, глотая слоги, спохватилась, закашлялась и
продолжила, как истинная аристократка: - ...редко
бывала в обществе - еще совсем недавно я училась в пансионе.
- Это Реджи тебя научила так отвечать?
Дэнни покраснела.
- Да, и многому другому.
- Но зачем? - чуть не застонал Джереми. - Мы же договорились, что ты будешь
молчать.
Она пожала плечами:
- Но ведь может оказаться, что мне понадобится что-нибудь сказать.
- И ты такого наговоришь!.. Нет, дурацкая идея. Похоже, я спятил, иначе это
не назовешь. Это все ты виновата!
Дэнни вздрогнула, не понимая, с какой стати и в чем ее обвиняют.
- Как это, приятель?
- Меня так тянет к тебе, что я просто не могу думать ни о чем другом.
У Дэнни опять приоткрылся рот, щеки запламенели. Колени задрожали, где-то
внизу живота возник тянущий холодок, и
ей представилось, как они кружатся по залу совсем обнаженные...
Зачем он говорит ей все это? Почему от его слов на нее нападает слабость?
Особенно теперь, когда она в центре
всеобщего внимания?
Реджи придвинулась ближе и шепнула:
- Не придирайся к ней, Джереми. Это ее звездный час. Смотри, что она с ними
сделала!
Дэнни огляделась. И вправду, музыка еще играла, но все танцующие замерли,
отовсюду на нее смотрели. Она покраснела
еще гуще. Джереми снова застонал.
- Я же предупреждал: она произведет фурор, - втолковывал он кузине.
- И я рада, что ты не ошибся. Если ты еще не заметил, Эмили здесь и сейчас
мечет молнии в нашу Дэнни.
- В нашу Дэнни? С каких это пор она наша?
- А ты как думал? Нашел ее ты, но помогла ей засиять во всей красе я,
дорогой. Хватит смотреть на нее так, будто ты
сердишься. Ты же влюблен, помнишь? Играй свою роль. Или показать тебе, как это
делается?
Джереми закатил глаза, но невольно улыбнулся. И предупредил Дэнни:
- Нас заметили - сейчас хлынут лавиной. Если можешь промолчать - молчи.
"Да", "нет", "приятно познакомиться", "всего
хорошего" - и все! Так будет лучше. И почаще кивай головой, словно поддерживаешь
разговор.
Насчет лавины Джереми не шутил. Двое гостей вскоре не справились с
любопытством и подошли здороваться, а за ними
своей очереди ждали еще человек двадцать. Регина Идеи вновь доказала, что
прекрасно знает людей. Она сама отвечала на
все вопросы, сама предупредила гостей о сорванном голосе и подвернутой ноге, как
и собиралась, Дэнни оставалось только
улыбаться и протягивать руку для поцелуев. Несколько самых настойчивых новых
знакомых сумели вытянуть из нее пару
слов, надеясь похвастаться в разговоре с друзьями: "А со мной она даже
поговорила!"
Запоминать фамилии и имена Дэнни не пыталась - встретиться с этими людьми
вновь она не рассчитывала. Она ловко
играла роль юной леди, только что вышедшей из пансиона и случайно
познакомившейся с Джереми Мэлори, который уже
всерьез задумывался, стоит ли и впредь оставаться холостяком. Дэнни
перевоплотилась в Даниэллу Лэнгтон, дальнюю
родственницу Келси.
Разумеется, кое-кто из гостей тут же вспомнил, как Келси оправлялась после
трагедии. Говорили, что ее мать застрелила
ее отца из-за карточных долгов, а потом покончила с собой. Но вскоре выяснилось,
что оба погибли случайно, потому
произошедшее стали деликатно называть трагедией.
Вслух об этом никто не вспоминал, но свет решил, что Дэнни Лэнгтон
приходится Келси родственницей по линии ее
родителей, предположил, что Дэнни уже помолвлена с Джереми и принадлежит к его
семье. Несколько пожилых
джентльменов были готовы поручиться, что встречались с ней раньше, но Регина без
труда объяснила этот феномен:
- Если о чем-то часто слышишь, начинаешь этому верить и думать, будто
всегда это знал.
Джереми успокоился и перестал хмуриться, особенно когда убедился, что на
все вопросы у Регины готов ответ. Какой-то
миловидный юноша подошел к прекрасной незнакомке снова, должно быть, прослушав
пассаж о подвернутой ноге. Дэнни
точно знала, что ей представляли его, но фамилию не помнила.
Он сверкнул ослепительной улыбкой.
- Леди Даниэлла, имейте в виду: я застрелюсь, если вы не оставите мне
первый танец.
Отвечать Дэнни не пришлось: Джереми не дал ей ни малейшего шанса.
- Ничего подобного вы не сделаете, Фаулер, об этом я позаботился заранее.
Леди не будет танцевать ни с кем, кроме меня.
Всего хорошего.
Джереми так грозно хмурился, что Фаулер не посмел возразить и поспешно
удалился.
После того как толпа разошлась и Дэнни опять осталась наедине с Джереми,
воздух в зале загудел от пересудов. Но Дэнни
прекрасно справилась с ролью и теперь ликовала.
- Хочешь попробовать потанцевать? - спросил он через несколько минут,
убедившись, что их никто не слышит.
- И испортить удачную комедию?
- Ради чего тогда я кружил тебя по гостиной Реджи битый час? Если и
споткнешься, не беда: все помнят, что у тебя болит
нога. Что в этом сложного? Просто позволь повести тебя.
Попробовать Дэнни очень хотелось. Она уже поняла, что танцевать приятно.
Поэтому она кивнула, и Джереми повел ее на
середину зала. Вскоре Дэнни забыла, где она находится и кто на нее смотрит.
Его пальцы были крепкими, ладони горячими, кожа чуть шершавой. Дэнни
задумалась о том, какая кожа у Джереми на
всем теле. Желание выяснить это было почти нестерпимым. Перед глазами вдруг
возникла уже знакомая картина: они
кружатся по залу, она крепко обнимает его ногами, оба совершенно голые, ее
наполняет и музыка, и Джереми... о Господи!
- Что такое? - встрепенулся Джереми, услышав, как она тихо ахнула.
- Пустяки, - солгала Дэнни, решительно отогнала непристойные видения и
спросила: - А тот парень - он что, всерьез
решил стреляться?
- Нет, разумеется. Уверен, то же самое он говорит всем юным леди. Даже
такая грубая лесть бывает очень полезна. Но я
предпочитаю говорить правду, и если ты в ближайшем времени не станешь моей, я
точно застрелюсь.
Дэнни растерянно заморгала, а потом расхохоталась.
- И это, по-вашему, правда?
- Ну, не совсем, но в общих чертах. Я уже в отчаянии, дорогая.
У нее перехватило дыхание. В его глазах отражалось не только отчаяние, но и
обжигающая страсть, готовая выплеснуться
наружу. Дэнни потупилась, опасаясь немедленно поддаться искушению.
Чтобы сменить тему, она спросила:
- Кто научил вас танцевать?
- Первый помощник моего отца. Дэнни насмешливо приподняла бровь.
- Первым помощником вашего отца была женщина?
- Нет, Конрад Шарп по прозвищу Конни - шестифутовый, огненно-рыжий
шотландец. Если бы ты видела, как он целый
час притворялся женщиной, чтобы научить меня вести в танце, ты бы лопнула со
смеху!
- Воображаю! - засмеялась Дэнни.
- Но я-то знаю: учить меня ему было не так приятно, как мне - тебя.
Дэнни вспыхнула:
- Джереми, ведите себя прилично!
- Ни за что! - шепнул он ей на ухо.
И он принялся сыпать шутками и усердно смешить Дэнни. Он оказался отменным
танцором и был сегодня неотразим -
нет, он всегда выглядел превосходно, но сегодня, в черном облегающем фраке -
особенно. Танцуя с ним, Дэнни чувствовала
себя любимой, ей казалось, будто ее место - здесь, в этом зале. Давно она так не
веселилась. Отрицать это Дэнни даже не
собиралась. Если Джереми сегодня только изображал пылкую влюбленность, то Дэнни
начинала догадываться, что ей самой
незачем притворяться.
Джереми и вправду успокоился, с каждой минутой все лучше играя свою роль,
но происходящее ему совсем не нравилось.
Единственным светлым пятном вечера казалась искренняя радость Дэнни. За это
Джереми не сердился на нее. Просто не
желал ни с кем ее делить.
Дэнни он воспринимал как свою собственность, и стойло другому мужчине
приблизиться к ней, в Джереми закипало
почти первобытное стремление защищать то, что ему принадлежит. Но это же нелепо.
Она всего-навсего его горничная. Он
хотел бы видеть ее в роли любовницы, но Дэнни отказывалась наотрез.
Регина послала кузена за шампанским для нее и Дэнни - не просто попросила,
а отдала приказ. А ему не хотелось
оставлять Дэнни одну ни на минуту. К несчастью, его взгляд случайно упал на
Эмили, не сводящую с него печальных глаз.
Господи, неужели теперь она вздумала разыграть брошенную возлюбленную? И попрежнему
настаивать, что они
встречались тайно?
- Сдается мне, тебе самое место в сумасшедшем доме, - послышался за спиной
Джереми хорошо знакомый ему голос.
Джереми поморщился. Отец. А он и не видел, как приехал Джеймс, вообще
ничего не замечал, кроме Дэнни.
- Знаю.
- О чем ты только думал, дьявол тебя раздери, когда решил притащить ее
сюда?
- Это не моя затея. Ты считаешь, мне хотелось делить ее со всем светом и
видеть, как на нее пялятся похотливые юнцы?
Ну уж нет!
- Тогда кто же это сделал? Кажется, я догадываюсь.
- Совершенно верно. Реджи, конечно.
- Моя дорогая племянница славится умением вмешиваться во все и вся, но на
этот раз она явно лишилась рассудка.
- Только потому, что найти другую женщину не удалось. Реджи решила, что
единственный способ заткнуть Эмили рот -
показать ей, что я влюблен не в нее, а поскольку мы не нашли никого, кто мог бы
затмить Эмили...
- Я все понял, но мне кажется, что перед такими трудностями наша
настойчивая юная леди не пасует.
- На это Реджи и не рассчитывала, а другого способа заставить Эмили выбрать
новую добычу не смогла придумать. Весь
этот фарс - пища для сплетников, поскольку Эмили уже распускает слухи, что я
сплю с ней.
- Дьявольщина!
- Вот именно. Но теперь нам есть что возразить. Зачем мне скромная
маргаритка, когда я ухаживаю за редкостной белой
розой?
- Ухаживаешь? - изумился Джеймс.
- Для пущей убедительности, - заверил его Джереми. - Повторять этот
спектакль нам не придется. Дэнни так потрясла
свет, что разговоров о ней хватит сплетникам еще на месяц. А ты что здесь
делаешь? Ты же говорил, что у тебя уже готовы
отговорки - на случай если тебя повезут на бал?
- А потом передумал. Захотелось взглянуть па лживую девчонку, которая
заманивает тебя к алтарю. Кстати, где она?
Джереми повернулся в ту сторону, где недавно видел Эмили. Но ее на прежнем
месте не оказалось. Регину на минутку
отвлекла мачеха Джереми, Джордж, и Дэнни осталась в одиночестве. Этим не
преминула воспользоваться та, ради кого и
была затеяна вся комедия.
- Господи, Эмили идет в атаку на Дэнни! Джеймс вскинул бровь, глядя в том
же направлении.
- Значит, предстоит интересное зрелище. Никогда не видел, как женщины
устраивают кулачный бой, а сейчас это вполне
вероятно, если вспомнить, откуда твоя Дэнни.
Дэнни теребила розу, когда какая-то леди ущипнула ее за руку, привлекая
внимание. Незнакомка была прекрасна.
Белокурые волосы, уложенные в изысканную прическу, роскошное белое бальное
платье, любимого цвета юных дебютанток,
отделанное голубым - под цвет лазурных глаз. Сейчас эти глаза дерзко и
пренебрежительно сузились. Они изливали такую
ненависть, что Дэнни на миг оторопела.
- Не знаю, кто вы такая, но если вы надеетесь украсть его у меня, вы
жестоко ошибаетесь, - заявила ей незнакомка.
Дэнни вдруг поняла, кто перед ней. Регина украдкой показывала ей эту леди -
на всякий случай. Но как Эмили
приблизилась к ней, Дэнни даже не заметила.
Бесцеремонный щипок так разозлил Дэнни, что сдерживаться она не сочла
нужным.
- А, так вы, должно быть, и есть лживая Эмили!
- Что, простите?
- Вы выставляете себя на посмешище, леди. Над вами смеются - он, его семья,
а завтра будет хохотать весь город. Своей
ложью вы добьетесь только одного: похороните собственную репутацию.
Эмили ахнула, густой румянец проступил на ее нежных щеках.
- Нет, вы, кажется, не поняли. Он все равно женится на мне. Об этом
позаботится мой отец.
Дэнни вскинула бровь.
- Он поверит лжи?
- Вижу, вас ввели в заблуждение. Я не лгу. Это он лжет, отрицая, что
ухаживал за мной.
- Так вот как вы называете несколько случайно брошенных слов! - с невинным
видом воскликнула Дэнни.
- Так вот что он говорит! - недоверчиво повторила Эмили, словно не веря
своим ушам. И добавила со вздохом: - Мне
следовало бы знать, что он не умеет держать слово. Ведь его отец - самый
отчаянный повеса, какого когда-либо видел этот
город, дядя Энтони - второй после него, а Джереми, очевидно, решил последовать
по стопам родных.
На это Дэнни не ответила. Она не удивилась бы, окажись слова Эмили правдой.
То, что Джереми не имеет ни малейшего
намерения жениться, она уже знала. Но от удовольствий он отказываться не
собирался. Дэнни вспомнила, как он пытался
соблазнить и ее. Но поверить в то, что Джереми не умеет держать слово, было
трудно, скорее всего никаких обещаний он и
не давал. Обольстил леди, чтобы поразвлечься, вот и все.
А от Эмили такой искренности Дэнни никак не ожидала. Ее слова звучали
убедительно. Либо она на редкость искусная
притворщица, либо говорит правду.
Дэнни, решила выяснить это.
- Если он и вправду такой негодяй, зачем он вам нужен?
- У меня уже нет выбора, - объяснила Эмили и добавила шепотом: - Кажется, я
в положении...
- Как вы узнали, да еще так быстро? Вы же познакомились с ним на прошлой
неделе.
- Я же говорю - мне кажется... - с досадой прошипела Эмили. - Знать
наверняка я буду через неделю-другую. Надеюсь, я
ошиблась, но, к сожалению, это маловероятно. Теперь вы понимаете, почему зря
тратите время? Вскоре вас постигнет
горькое разочарование.
Дэнни покачала головой:
- Да нет, это вы заблуждаетесь. Давно пора смириться с потерей. А если вы
втянете в это дело отца, опозоритесь навсегда.
И ради чего? Он все равно не женится на вас.
- Господи, ну как можно быть такой бестолковой! Вы не понимаете, что
происходит. Когда речь идет о наследнике
состояния, личные счеты не играют роли. Поверьте, у Джереми не останется
никакого выбора, как и у меня. Все решат за
нас.
Не успев познакомиться с этой леди, Дэнни уже возненавидела ее.
- Проваливайте-ка вы отсюда, леди. У меня от вас разболелась голова.
- Я здесь ни при чем! - возмущенно воскликнула Эмили.
Дэнни согласно кивнула:
- Первая правда из ваших уст.
Эмили открыла рот, чтобы парировать удар, передумала и торопливо отошла. И
Дэнни поняла почему, когда за спиной
послышался голос Джереми:
- Ну как ты?
Дэнни кисло улыбнулась:
- Трудная это работенка, приятель, - чисто выговаривать каждое слово, когда
так много болтаешь. От нее у меня адская
мигрень.
- Это тебе поможет. - Он протянул ей бокал с шампанским. - Прости, что мы
оставили те
...Закладка в соц.сетях
