Жанр: Любовные романы
Влюбленный повеса
...р"
было бы достаточно, чтобы обеспечить ей
победу. Но нам удалось подготовить к этой сцене ее отца, поэтому у Эмили не
осталось никаких шансов. Уверений троих ее
поклонников хватило. И мы знаем, кого должны благодарить за это.
Три пары глаз уставились на Дэнни, которая начала заливаться краской. Она
была в восторге оттого, что ее план сработал
и теперь Джереми не придется жениться на нелюбимой женщине. Значит, какое-то
время он еще будет холостяком! Но быть
в центре внимания Дэнни не понравилось: она совсем застеснялась.
- Пустяки... - пробормотала она.
- Напротив, - шепнул Джереми ей на ухо. Она украдкой наступила ему на ногу.
- Сейчас не время! Он обратился к отцу:
- Ты прав, она спасла нас, и в знак признательности я подарю ей котенка.
- Думаешь, это достойный подарок? - хмыкнул Энтони, повернулся к брату и
осведомился: - Чему ты его учил?
Джереми задумчиво нахмурился:
- Но кажется, кошки не уживаются с крысами... Пожалуй, лучше щенка.
Дэнни снова наступила ему на ногу - на этот раз сильнее.
- Не вздумай разболтать им про моего любимца! - прошипела она.
Но Джеймс уже заинтересовался:
- При чем тут крысы, черт возьми? Кстати, мой брат в кои-то веки прав.
Лучше выбрать какое-нибудь изящное украшение.
Во всяком случае, такие подарки предпочитал я.
- Я не ослышался? - встрепенулся Энтони. - Ты признал мою правоту?
- Признал, признал, только помолчи, - буркнул Джеймс.
Отступив на шаг от Дэнни, чтобы уберечь ноги, Джереми объяснил:
- Украшение она швырнет мне в лицо. Эта девушка не принимает подарков.
- Значит, вот оно как! - Джеймс уставился на Дэнни, потом опять на Джереми.
- Кстати, почему она до сих пор носит
передник?
Мгновенно забыв о смущении, Дэнни с жаром выпалила:
- Это мне решать, что мне носить. И не вздумайте назвать меня любовницей.
Никакая я не любовница и никогда ею не
буду! Я живу своим умом и играю по своим правилам.
- Ну и ну! - оживился Энтони. - Господи, если бы все женщины были такими!
Но они рассуждают совсем иначе. Если
вдуматься, ты ведешь себя... по-мужски.
Яркий румянец залил щеки Дэнни. Она в досаде махнула рукой и выбежала из
комнаты, бормоча: "Чертовы богачи!"
- Я не хотел ее обидеть... - растерялся Энтони.
- Ты и не обидел, - объяснил Джереми. - Просто она не любит, когда ей
напоминают, что лет пятнадцать она жила и
мыслила, как мальчишка.
- Стало быть, Джеймс меня не обманул? - с любопытством спросил Энтони. -
Она и вправду всю жизнь выдавала себя за
мальчишку?
- По собственному выбору. Чтобы избежать участи проститутки.
- А, вот оно что. - Энтони кивнул. - Смышленая девчонка. Но с ней, должно
быть, приходится чертовски трудно.
Джереми расхохотался:
- Ты даже не представляешь себе, насколько трудно, дядя Тони!
Глава 39
Дразнить Дэнни было опасно, поэтому Джереми решил не показываться ей. За
это время он успел найти для нее подарок,
от которого будет трудно отказаться. Джереми искренне надеялся вечером хоть
немного побыть с Дэнни.
Вернувшись домой, он отправился на поиски Дэнни и обнаружил ее заправляющей
постель в одной из комнат для гостей.
Видеть ее рядом с кроватью было почти невыносимо: желание пронзало его
раскаленным кинжалом. Но даже если постели
поблизости не оказывалось, рядом с Дэнни Джереми просто не мог держать себя в
руках.
Застыв в дверях, он прокашлялся, привлекая ее внимание. Дэнни оглянулась и
нахмурилась. Очевидно, она все еще
злилась на него за то, что он афишировал их близость в присутствии родных, и,
наверное, придумала немало колкостей. Но
все отрепетированные слова вылетели у нее из головы, как только она увидела, что
Джереми держит в обеих руках.
- О не-ет! - воскликнула она, торопливо подходя к нему и бережно принимая
белоснежного котенка. - Я не могу его взять,
- добавила она, нежно прижимая зверька к щеке.
- А я и не предлагал, - отозвался Джереми, сумев сдержать улыбку.
Переведя взгляд на крохотного щенка, которого Джереми держал в другой руке,
она добавила:
- И этого тоже. - И потянулась за щенком.
- Ну конечно, - согласился Джереми.
Дэнни посадила обоих малышей на только что заправленную кровать. Они
обнюхали друг друга, щенок свернулся в тугой
клубочек и уснул, а котенок сел рядом и принялся старательно вылизывать лапку.
По размеру оба были совершенно
одинаковыми и, должно быть, появились на свет несколько недель назад.
- Я слышал, собаки прекрасно ладят с кошками, если они выросли вместе, -
заметил Джереми, подходя поближе и
наблюдая за пушистыми комочками.
- Думаешь?
- И с крысами тоже.
Застонав, Дэнни жалобно произнесла:
- Джереми Мэлори, вы негодяй.
- Благодарю, я стараюсь.
Она вдруг оживилась:
- А может, ты просто купил их себе?
- Разумеется!
- Ты не против, если я буду ухаживать за ними - для тебя?
- Ничуть, дорогая.
Просияв, она присела на кровать, посадила котенка на колени и стала бережно
гладить его.
- Они прелесть, правда?
С точки зрения Джереми, единственной прелестью в комнате была Дэнни.
Задумавшись, он вдруг понял: с тех пор как в
его жизни появилась Дэнни, он забыл про всех женщин на свете. Но говорить об
этом вслух он не стал, только кивнул, чтобы
Дэнни не рассердилась не вовремя.
- Я мечтал нарядить тебя и повеселиться где-нибудь в городе, - объяснил он,
- но вдруг вспомнил, что нам понадобится
компаньонка, а это в мои планы не входило. И я остановился на пикнике.
- Между прочим, время обеда уже прошло.
- Но не время ужина, верно? И кто сказал, что пикники устраивают только
утром? Я задумал чудесный вечерний пикник у
живописного пруда, на берегу, заросшем цветами. Только не говори, что тебе это
не по душе! Ты просто обязана составить
мне компанию. Ведь это ты спасла меня от ужасного брака. И если ты считаешь, что
это не повод для праздника, я
придерживаюсь другого мнения, так что тебе придется согласиться. Ну, что
скажешь?
- Звучит заманчиво. На пикниках я еще никогда не бывала. А разве в городе
есть пруды?
- Мы поедем туда, где нам никто не помешает и где нет моих знакомых.
Неподалеку от Лондона есть прекрасное
местечко. Я уже приказал закладывать карету, а миссис Эпплтон согласилась
присмотреть за малышами на кухне, пока ты не
вернешься. И приготовила нам корзинку. Так что едем!
Он вышел из комнаты прежде, чем Дэнни успела придумать причину для отказа.
Спустя тридцать минут Лондон остался
позади. Джереми умолчал только о том, что ехать придется довольно долго. Пруд, о
котором он говорил, находился возле
постоялого двора в часе езды от столицы. Обычно отец Джереми останавливался
здесь по пути из Хейверстона. А Джереми
задумал провести ночь вместе с Дэнни на постоялом дворе.
Но Дэнни не следила за временем: прежде ей никогда не случалось сидеть в
открытых экипажах и наслаждаться обзором.
Джереми, который правил лошадь-ми, поддерживал непринужденную беседу,
рассказывал, как искал по всему городу
котенка и щенка, хотя на самом деле котенка подарила ему Реджи, у которой
окотилась ее любимица, а щенка - Келси. О
новорожденных обе дамы упомянули, еще когда возили Джереми выбирать мебель.
В это время года пруд был на удивление живописен: на берегах пестрели
цветы, на мелководье плескались утки, за одной
торопливо плыли три крохотных утенка. Миссис Эпплтон превзошла себя: корзина
оказалась набита аппетитной снедью,
здесь же нашлось несколько бутылок вина.
Они жевали, смеялись, поддразнивали друг друга. Несмотря на все старания
Джереми, разговор неожиданно принял
серьезный оборот, речь зашла о жизненных целях, и Дэнни призналась:
- Много лет назад у меня была одна цель, но добиться ее было невозможно.
- Какая?
Она лежала на одеяле, расстеленном у воды, лениво вертела в одной руке
ромашку, в другой держала бокал вина.
- Я хотела, чтобы у малышей появился настоящий дом.
- У тех, с которыми ты жила? - уточнил он, перебирая ее волосы.
- Да. Я жалела, что не знаю грамоты, и думала, что другие дети были бы не
прочь учиться. Мне хотелось, чтобы они
ходили в школу, чтобы у них всегда была еда и чтобы им было больше незачем
воровать.
- Значит, ты хотела устроить для них сиротский приют?
Его пальцы пробежали по щеке Дэнни, коснулись мочки уха и шеи. Дэнни
невольно поежилась и уронила ромашку.
Ответила она не сразу.
- В то время я была еще очень мала и почти ничего не понимала. Через два
года я сообразила, что об этом не стоит и
мечтать. - И она пожала плечами.
Джереми помедлил, но все-таки спросил:
- А ты позволила бы мне помочь тебе осуществить эту мечту?
Она нахмурилась:
- Ты хочешь сказать, что дал бы мне денег?
- Вроде того.
- В виде подарка, да? Показал свою щедрость? Нет, это же не твоя мечта, а
моя. Но я уже знаю, что жалованья горничной
мне не хватит...
Он кашлянул.
- Я мог бы дать тебе прибавку. Она рассмеялась:
- Нет, я ее не возьму, если ты не повысишь жалованье всем остальным слугам.
Ты уже сделал мне один подарок. Ладно, я
приму его, но чтобы впредь этого не было, слышишь?
Джереми взял ее ладонь, поднес к губам и поцеловал пальцы по очереди.
- С тобой чертовски трудно, детка. Знаешь, меня так и тянет осыпать тебя
подарками. - Он втянул один палец Дэнни в рот.
- Не знаю почему. Такого со мной еще никогда не случалось. - Он занялся вторым
пальцем. - И это досадно... нет, очень
досадно - думать о твоем запрете.
Дэнни смотрела на него, ее дыхание участилось.
- Я тебе не верю.
- Еще бы! У тебя же никогда не возникало подобного желания.
- Возникало, - призналась она. - Когда я видела что-нибудь, что мне
нравилось, мне сразу приходила мысль, что и Люси
понравилась бы эта вещь. Конечно, ведь я ее люблю. Она для меня - мать, сестра и
лучшая подруга. Значит, ты хочешь на
свой лад объяснить, что я тебе дорога?
- Господи, если ты до сих пор этого не поняла, тогда я все объясню. Но
лучше...
Он притянул ее к себе, уложил на согнутую руку и приник к ее губам,
впитывая их вкус с такой страстью и жадностью, что
никак не мог остановиться. Ему нравилось целовать ее, прикасаться к ней,
чувствовать, как она вздрагивает в его объятиях.
Он начал было расстегивать ей блузку, но его терпение лопнуло, и он подхватил ее
грудь через ткань. Дэнни приложила
ладонь к его щеке. Этот жест воспламенил его, а ее стон...
Собрав в кулак все остатки силы воли, Джереми оторвался от ее губ.
- Проклятие! Если бы я не знал, что мы найдем мягкую постель на соседнем
постоялом дворе, я овладел бы тобой прямо
здесь, на траве. Дорогая, кажется, нам пора уезжать отсюда, и поскорее.
Уже почти стемнело, когда они собрали остатки праздничной трапезы и сели в
экипаж. Последний краешек заходящего
солнца скрылся за низкими облаками на горизонте и деревьями вдоль дороги. Если
бы не эти деревья, в темноте дорога была
бы почти не видна.
Карета подскакивала на ухабах, не предназначенная для езды по проселочным
дорогам, да еще ночью.
Освещенные окна постоялого двора манили их, как маяк, и когда до него было
уже рукой подать, Джереми слегка
успокоился. Он не стал объяснять, что могло случиться на дороге, где по ночам
разбойничают грабители и где неверного
поворота хватит, чтобы угодить в канаву. А сон в открытом экипаже на обочине
тоже никак нельзя назвать удачным
завершением дня.
Рука об руку они поднялись в свою комнату. Дэнни не спросила, почему они не
вернулись в Лондон. И не удивилась,
услышав, что Джереми снял для них комнату с одной постелью. Об опасностях,
которые подстерегали их по дороге, она
догадывалась, а что касается одной постели, то ей не терпелось очутиться в
объятиях Джереми, и лучше всего здесь, вдали от
города, где их никто не знает.
Увы, надежды были напрасны. Хозяин постоялого двора узнал Джереми в лицо и
назвал его по имени. Этого гостя он
вспомнил сразу. Да и другие постояльцы, ужинавшие в общем зале, обернулись с
дружескими улыбками. А один из них
воззрился на Дэнни так, будто увидел ангела - или призрак.
Но парочка ничего не заметила. Джереми потерял терпение в тот же момент,
когда за ними захлопнулась дверь. Зажигать
лампу они не стали. Раздеваться тоже. Джереми унес Дэнни на кровать и поцеловал
так крепко, что она не смогла даже
возмутиться. Но она и не думала протестовать. Джереми так и не понял, в ком из
них страсть полыхает жарче.
Его несдержанность воспламенила Дэнни. Сюртук он швырнул на пол, рубашку
стащил через голову. Дэнни торопливо
расстегнула блузку, опасаясь, что иначе он ее разорвет. Нижнюю кофточку он
просто спустил с плеч, потом подхватил груди
Дэнни и со стоном уткнулся в них лицом, осыпая поцелуями, пока она не запросила
пощады. Горячими губами он проложил
дорожку из поцелуев вверх по шее и нашел ее губы. А потом хрипло прошептал ей на
ухо:
- Коснись меня. Я так долго этого ждал...
Он перекатился на спину и посадил Дэнни сверху. Ее ладони заскользили по
его груди, слегка задевая соски. Она
наклонилась, лизнула один из них, и Джереми застонал, с трудом сдерживая
желание. Рывком подняв юбку Дэнни, он
просунул обе руки ей под панталоны и подхватил ягодицы, прижимая ее к своим
чреслам. Но этот жест она восприняла чуть
ли не с возмущением: она жаждала большего. Ждала, когда он войдет в нее и
заполнит собой.
Об этом сказал Джереми воркующий стон. Его пальцы запутались в волосах
Дэнни, он притянул ее к себе, уложил на бок
и стащил с нее панталоны. И наконец ее желание исполнилось: он вошел в нее,
погрузился в самую глубину, а она охватила
его, вобрала в себя, вскрикивая от наслаждения, отвечая его ударам, пока комнату
не огласил его протяжный рык.
Сердце Джереми неистово колотилось. Такого блаженства он никогда не
испытывал. Значит, вот что бывает, если
сдерживать влечение долгие часы!
Нет, сдерживаться ему случалось и прежде. Все дело в ней, в Дэнни. Ни с
одной другой женщиной ему не было так
хорошо, как с ней. И не только в постели. Она должна быть рядом с ним каждый
день, каждую минуту, но Джереми понимал,
что это невозможно, и сгорал от досады и бессилия.
Разжимать объятия он не желал, но все-таки оторвался от нее на минуту,
чтобы раздеться. Он даже встал и зажег лампу,
поскольку было еще не так поздно и ему пока не спалось.
- Мы не захватили ночные рубашки, - напомнила Дэнни.
- Вот и хорошо. - Он снова привлек ее к себе. - Не знаю, как ты, а я буду
спать в твоих объятиях. И ты можешь спать в
моих.
- Ну, если ты так считаешь, поверю тебе на слово. - Она удобно устроилась,
прижавшись к нему. - Странно это все-таки: я
на постоялом дворе, а никого не граблю.
Он усмехнулся:
- Может, все-таки связать тебя? На всякий случай? Или ты способна
удержаться?
- Постараюсь. В конце концов, постояльцы могут поднять шум. А я не хочу,
чтобы меня будили среди ночи.
Дэнни замолчала. Подождав минуту, он поднял голову, чтобы проверить, не
улыбается ли она. Но на ее лице не было даже
намека на улыбку.
- Это была шутка?
- Разумеется, приятель, - заверила она. - Кстати, о сдержанности: тебе ее
явно не хватает.
- Прикуси язычок! Я терпел целую вечность. Еще немного - и я бы лишился
рассудка.
Она фыркнула:
- Вряд ли. И потом, я говорю про другое. Про твою ревность.
- Ревность? - воскликнул он и негодующе добавил: - Я никогда в жизни не
ревновал.
- За что же ты уволил Карлтона сегодня утром?
- А, это... - Джереми пожал плечами. - Просто я... в общем, я не знал, что
происходит, но если бы я...
- Ты ревновал. И это выглядело глупо. Ты даже не спросил, почему я сижу на
нем, - просто взял и выгнал беднягу.
Научись доверять мне, Джереми, потому что другого выхода у нас нет, понимаешь?
- Ровным счетом ничего. Она тяжело вздохнула:
- Исключение я делаю только для тебя. Если я начну заниматься любовью со
всяким встречным-поперечным Томом,
Диком и Гарри, я стану такой, какой поклялась никогда не становиться. Значит, из
всех мужчин для меня существует только
один. Когда мы расстанемся, я хочу выйти замуж, а не размениваться налево и
направо - надеюсь, ты меня понял.
Он притянул ее ближе.
- Дэнни, дорогая, я всерьез сомневаюсь, что мы когда-нибудь расстанемся.
Она ответила не сразу. Джереми ждал, затаив дыхание, пока она не сказала:
- Если мне не предложат работу получше. Он рывком сел, но Дэнни уложила
его.
- Я пошутила, приятель. Ты что шуток не понимаешь?
Он нахмурился:
- Шутки понимаю, но ты и не думала шутить. О какой работе ты мечтаешь?
И она опять долго медлила с ответом, пока не вздохнула и не призналась:
- Жены и матери. Этого я не стыжусь. Я хочу иметь свою семью. У тебя уже
есть семья, притом большая, поэтому новая
тебе не нужна. А я буду стремиться к цели.
Он прижал ее к себе крепче, чем следовало. Напоминаний о целях Дэнни он не
любил, но, судя по задумчивому тону,
добиться их она собиралась в отдаленном будущем, а может, и никогда. Так что
беспокоиться ему незачем.
Немного погодя он признался:
- Не знаю, выдержу ли я такой груз счастья. Дэнни уже дремала, но эти слова
разбудили ее. Она открыла глаза.
- А ты счастлив?
- Не был бы счастлив - не говорил бы. Хотелось бы только, чтобы и дома мы
спали в одной постели. Прислуга уже знает
про нас с тобой. Я сам позаботился, об этом сегодня утром.
Дэнни прищурилась:
- Если ты хочешь сказать, что сделал это умышленно, я могу и ущипнуть.
Больно.
- Нет-нет, это вышло случайно. - Он усмехнулся. - Но прекрасно
подействовало, верно?
- А по-моему, ничего не стоит менять. Ты опять хочешь сделать из меня
любовницу. Перестань. Мои условия ты знаешь:
равенство во всем.
- Да, но при чем тут постель? Только сон, Дэнни. Мне просто нравится
держать тебя в объятиях.
Она улыбнулась и придвинулась ближе.
- Приятно, правда? Ладно, я подумаю. - И она погрузилась в дремоту,
напоследок пробормотав: - Ты прекрасно заменяешь
ночную рубашку, приятель, честное слово...
Постоялый двор - не самое подходящее место для подобных дел. Тайрус пришел
к этому выводу, когда полночь миновала,
а в комнате девчонки по-прежнему горел свет. Ему до сих пор не верилось, что он
нашел ее в тот момент, когда потерял
последнюю надежду. После визита к богачу он исполнился уверенности, что уж на
этот раз выполнит его поручение. А потом
обнаружил, что на прежнем месте она уже не живет. Ее выгнали оттуда и не знали,
куда она ушла. А Лондон чертовски
велик, чтобы надеяться на еще одну случайную встречу на улице.
Но об этом Тайрус пока не говорил лорду - не хотел признаваться, что и на
этот раз оплошал. И наконец-то нашел ее!
Сегодня же он выполнит свою работу.
Решив подождать несколько часов, он заказал бутылку рома и унес ее в свою
комнату. Вопреки всем его ожиданиям
парочка явилась на постоялый двор не для того, чтобы спать. Мог бы и догадаться:
девчонка превратилась в лакомый
кусочек, совсем как ее мать. Джентльмен, с которым она приехала, не спускал с
нее глаз.
Рано или поздно они все равно уснут. Не поедут же обратно посреди ночи!
Тайрус настроился на долгое ожидание.
Каждые десять минут он приоткрывал дверь и убеждался, что из-под двери комнаты
напротив по-прежнему пробивается
свет.
Досадно, что с девчонкой Мэлори. Об этой семейке Тайрус был наслышан. То,
что все они лорды, - ерунда, гораздо хуже
то, что связываться с этими людьми опасно. Превосходные стрелки, дуэлянты,
мастера кулачного боя, умельцы сводить
счеты. Значит, прикончить этого субъекта не стоит и пытаться - лучше просто
оглушить.
Но если ему опять не повезет, наверное, погибнет и Мэлори. Лишь бы пришить
девчонку. Как только она будет мертва, к
нему вернется удача.
Ночью Дэнни привиделся страшный сон. Безо всяких причин. Этот сон она
видела, когда чего-то боялась, тревожилась
или просто волновалась, а в эту ночь была безмятежно счастлива. Но сон, как
обычно, разбудил ее: Дэнни открыла глаза,
едва над ее головой взметнулась дубинка.
Передернувшись, она придвинулась поближе к Джереми. Наконец-то ей есть у
кого искать утешения. Но разбудить его ей
и в голову не пришло. Хватило и того, что он рядом.
Заснуть Дэнни так и не смогла и потому сразу услышала негромкий стук в
дверь и женский голос:
- Джереми, ты здесь?
Дэнни замерла. В голове у нее пронесся десяток мыс-лей, все до единой
пугающие. В тревоге она бесцеремонно
растолкала Джереми.
- Что? - Он рывком сел и открыл глаза.
- Какая-то девчонка зовет тебя, - сказала Дэнни.
- Не выдумывай. Это тебе приснилось. Из-за двери снова раздался голос:
- Джереми, я тебя слышу. Может, все-таки откроешь мне?
- Боже милостивый! - удивленно ахнул он. - Эми?
- Значит, ты ее знаешь?
Голос Дэнни звучал так сердито и обиженно, что Джереми поспешил объяснить:
- Ты не о том думаешь. Это моя кузина.
- Ну да, как же! - буркнула Дэнни и уперлась ногами ему в поясницу,
сталкивая с кровати.
- Дьявол! - Он чуть не плюхнулся на пол. - Говорю тебе, это правда.
И он чиркнул спичкой, чтобы зажечь потухшую лампу. Крохотное пламя
выхватило из темноты незнакомое мужское
лицо. От неожиданности Дэнни вскрикнула. Непрошеный гость был средних лет, но
совершенно седой, волосы неопрятными
клочьями выбивались из-под соломенной шляпы. Рослый, тощий, он был одет как
нищий - в лохмотья, почти сплошь
усеянные дырами.
Незнакомец застыл как вкопанный в нескольких футах от того края постели,
где лежала Дэнни. Судя по всему, он был так
же ошеломлен, как и обитатели комнаты. В одной руке он держал дубинку" во второй
- подушку, которой, вероятно,
собирался душить свои жертвы. Он распространял резкий запах спиртного и явно был
не в состоянии рассуждать трезво.
- Эми! - крикнул Джереми. - Отойди от двери, сейчас я кое-кого вышвырну! А
если у тебя есть оружие, можешь войти!
- У меня нет! - крикнула в ответ Эми. - Зато у Уоррена есть. Он ставит
лошадей в конюшню. Скоро он будет здесь.
Не дослушав, Джереми ринулся на незнакомца. При упоминании об оружии у того
в глазах мелькнула паника, он отскочил
от постели и заметался, не зная, куда бежать. Дэнни попыталась схватить его за
ногу, но не удержала. Выдергивая ногу,
незнакомец потерял равновесие и рухнул ничком на пол у кровати, но быстро
вскочил. С неожиданным для его возраста
проворством он устремился к двери.
Джереми кинулся за ним, забыв о своей наготе. Дэнни стала натягивать юбку и
блузку, чтобы последовать за ним. Дверь
осталась широко распахнутой, женщина в коридоре поспешно отскочила. Если она и
вправду кузина Джереми, ей полагалось
повернуться к нему спиной.
Джереми вернулся, когда Дэнни уже заканчивала одеваться. Он был мрачен и
зол, а Дэнни вдруг расхохоталась.
- Какого черта ты развеселилась? - раздраженно спросил он.
Попав в комедию ошибок, Дэнни заливалась смехом, с трудом объясняя:
- Ты выскочил за вором в коридор нагишом!
- И шокировал меня! - возмущенно добавила Эми из коридора.
- Он удрал бы, пока я надевал штаны, - резонно возразил Джереми.
- А голым ты его догнал? - спросила Дэнни.
- Нет, - буркнул Джереми. - Он скатился кубарем по лестнице, вскочил и
бросился наутек. А гоняться за ним но лесу
нагишом я не отважился, тем более босиком.
- Ты хотя бы панталоны успел надеть? - крикнула Эми.
Джереми закатил глаза и потянулся за поданными Дэнни бриджами. Спустя
несколько минут он позвал кузину:
- Заходи, детка, и объясни, какого дьявола ты ломилась ко мне среди ночи?
Эми заглянула в комнату, убедилась, что ее кузен выглядит прилично, вошла и
возмущенно заявила:
- Я не ломилась, а тихонько постучалась!
- Это правда, - поддержала Дэнни, уже не сомневаясь, что эта женщина
приходится Джереми кузиной.
Ее убедил тон Джереми, а когда гостья вошла - и ее внешность. Ее волосы
были такими же густо-черными, как у
Джереми, глаза - такого же редкого разреза, ярко-синие. Эми оказалась
удивительной красавицей. Неужели у Джереми все
родственники такие?
- Что ты здесь делаешь, Эми? - спросил Джереми. - Кстати, когда это вы с
Уорреном вернулись в Англию?
- Мы приплыли сегодня... точнее, уже вчера днем. И мне показалось...
- Господи, да это уже не важно! - застонал Джереми. - Забудь мой вопрос.
Ничего не хочу слышать.
- Успокойся. - Эми удобно устроилась на стуле.
Джереми огляделся в поисках рубашки, которую отбросил не глядя. На кузину
он старался не обращать внимания. Дэнни
сидела на постели, уверенная, что в ближайшее время ей не заснуть.
- Так вот, у входа в гавань мы были уже днем. Наверное, корабль Уоррена до
сих пор ждет своей очереди, чтобы подойти
к причалу. А у меня, как только я очутилась на пристани, возникло странное
ощущение, что тебе грозит опасность. И мы
примчались прямо к дяде Джеймсу, а там узнали, что у тебя теперь свой дом. Там
нам сообщили, что ты уехал. Кстати, как
тебе живется одному.
- Прекрасно, спасибо. Отцу о своих предчувствиях ты, конечно, не сказала?
- Нет, каким-то чудом промолчала. Мы совсем пали духом, узнав, что дома
тебя тоже нет. Хорошо еще, тебе хватило ума
предупредить экономку о том, куда едешь.
- Скажи лучше, что именно тебе померещилось, Эми?
- Возникло какое-то неопределенное предчувствие - не просто неприятностей,
а настоящей опасности. Ты ничего такого
не замышлял?
- Опасного? На ближайшую неделю - нет. Эми нахмурилась и упрекнула:
- Напрасно ты не принимаешь меня всерьез. Ты же знаешь, я никогда не
ошибаюсь. Я не потащила бы Уоррена сюда сразу
после плавания, если бы сомневалась, что...
- Еще как потащила бы!
Эми раздраженно прищелкнула языком и продолжала:
- Предчувствие не давало мне покоя. Она не собиралась убить тебя... или
ограбить?
Дэнни заморгала, обнаружив, что Эми смотрит на нее в упор, не скрывая
подозрений. Джереми рассмеялся.
- Разве что довести до блаженного изнеможения, - с трудом выговорил он
между взрывами смеха. - Это моя... подруга
Дэнни. Дэнни, познакомься с моей неугомонной кузиной Эми.
- Подруга? Значит, вот как это теперь называется? - усмехнулась Эми.
- Другого слова не нашлось, - объяснил Джереми. - Быть моей любовницей она
наотрез отказывается. Она только моя
подруга. И горничная - свое содержание она усердно отрабатывает.
Эми улыбнулась Дэнни.
- Невероятно! Служанка, которая не желает жить в праздности! Рада
познакомиться, Дэнни.
Дэнни коротко кивнула. Ей не нр
...Закладка в соц.сетях
