Жанр: Любовные романы
Серебряный ангел том 1-2.
...онять, что с ней что-то не
так, и оставить ее в покое. А вместо этого он все чаще вызывал Мару, чтобы
выместить на ней свой гнев. Вы же сами
понимаете, что это омерзительно!
- Я понимаю, что тебя трудно в чем-либо убедить, - вздохнула Рахин. - А то,
что она постоянно доказывала всем, что сама
хочет, чтобы с ней так обращались, тоже не изменит твою точку зрения? Есть
женщины, которые наслаждаются подобными
вещами. Ты знаешь?
- Но на самом деле Мару угнетало то, что с ней так обращаются.
- Так почему же она сама об этом никому не сказала?
С последним Шантель не" могла не согласиться. Она и сама говорила Маре то
же самое в тот роковой день. Но принять
сторону дея она тоже не могла, особенно сейчас. Вот уже пять вечеров, прошедших
со времени гибели Мары, Джамиль
призывал ее, а она, приходя к нему, лишь отворачивалась, не произнося ни слова.
Он мог бы сам рассказать ей то, что только
что поведала его мать. Возможно, она и поняла бы его. Но ему, как видно, было
безразлично, что она обо всем этом думает.
Дей просто сердился на то, что она молчит, и отсылал ее обратно. А потом пошел к
Шиле. Вот и хорошо! Просто
замечательно! Пусть и дальше любезничает со своей Шилой. Шантель не хочет иметь
с ним ничего общего.
Она отвернулась и пробормотала скорее сама для себя:
- Но почему он не берет в это путешествие Шилу вместо нас?
- Обычно дей всегда брал с собой именно Шилу, когда покидал Барику, но на
этот раз выбрал тебя, это твой шанс
окончательно завоевать его сердце, как ты не понимаешь, Шахар? - раздраженно
проговорила Рахин.
- А если я не хочу?
- Думаю, что на этот случай он и берет с собой Джамилю, - не удержалась от
предупреждения мать дея.
Шантель отшатнулась, глаза ее сузились, сделались совсем фиолетовыми.
- Он мог бы просто...
- Достаточно, Шахар! У меня больше нет времени спорить с тобой. Джамиль
прислал за мной, и я уже опаздываю, если я
не увижу тебя еще раз до вашего отъезда... - Рахин подошла ближе и обняла
девушку. - Да поможет тебе Аллах. Может быть,
он вернет тебе здравый смысл.
До покоев дея Рахин пришлось почти бежать. Слишком много времени ушло на
разговор с Шахар. Но ей так хотелось
самой сообщить ей о предстоящем путешествии. Мать дея надеялась, что Шахар
обрадуется. Ведь это так почетно - быть
избранной в спутницы Джамиля. Но вышло все наоборот. Что поделаешь! По крайней
мере удалось заставить ее выслушать
правду о Маре. Девушка умна. Она все поняла и не будет больше винить Джамиля в
том, что произошло с этой женщиной.
Но Шахар вместе с тем и очень упряма. Она слишком долго была единственной
фавориткой. Ревность терзает ее, как бы она
это ни отрицала, и если Джамиль будет игнорировать ее на судне, занявшись
Джамилей, ревность эта может разрастись до
опасных размеров.
Рахин решила, что непременно должна поделиться своими опасениями с сыном.
Она размышляла, как лучше сделать это,
и тогда, когда вошла к нему. Дей был в комнате совершенно один, и это удивило
ее. Ведь, как правило, вокруг него
постоянно крутилось не менее дюжины слуг. Впрочем, и само ее появление здесь
было необычным событием. Джамиль
годами не приглашал ее к себе. Она предпочла не думать о причинах вызова и не
собиралась делать это сейчас, опасаясь, что
и эта встреча с сыном ничего хорошего ей не обещает.
Мать дея решила сразу сообщить ему то, что может вызвать огорчение, надеясь
потом перевести разговор в более
спокойное русло.
- Я только что была у Шахар и рассказала ей о предстоящем путешествии.
- И как она восприняла эту новость?
- Она знает, что и Джамиля тоже едет.
- Тогда все ясно, - рассмеялся Дерек. - Это сообщение она не могла принять
с восторгом. Но это не важно, мама, она
узнает о многом другом, когда мы отплывем, и новые впечатления вытеснят старые
переживания.
Вновь это наполняющее душу теплом слово "мама"! Рахин так нервничала, войдя
сюда, что только сейчас сообразила, что
это слово и все другие Джамиль произнес по-английски. Чтобы сделать приятное ей?
Вряд ли. Английским он пользуется
крайне редко, в основном когда разговаривает с дипломатами, не знающими других
языков. Почему? То ли он не очень
хорошо им владеет, то ли на английском ему просто труднее общаться. Но, судя по
сегодняшнему разговору, сын далеко
продвинулся в английском с тех пор, как она беседовала с ним на этом языке.
Правда, это было очень давно, когда Джамиль
был еще мальчиком.
- Куда.., каков конечный пункт вашего путешествия? - растерянно спросила
она. - Мне до сих пор так и не сказали.
- Мы плывем в Англию, мама, и я хочу, чтобы и ты с нами уехала.
- Мне нужно, чтобы ты осталась, мама, - неожиданно услышала она голос..,
голос Джамиля, который стоял в дверях.
Рахин посмотрела на одного, затем на другого, вновь на того, кто стоял
перед ней.
- О Боже! - тихо произнесла она, теряя сознание. Дерек, быстро
наклонившись, подхватил мать.
- Черт бы тебя побрал, Джамиль! Я рассчитывал, что ты дашь мне хоть
несколько минут, чтобы подготовить ее. Тогда бы
она отнеслась к твоему.., моему появлению спокойнее.
- А заодно позволю увезти мать прямо из-под моего носа? - в свою очередь
высказал претензии брату Джамиль.
- Неужели ты собираешься воспрепятствовать этому после ваших с матерью
отношений все эти годы? - удивленно
произнес Дерек.
- Не исключено, - ответил Джамиль, помогая брату перенести Рахин на
кровать. - У тебя нет необходимости в ее
присутствии, а мне она необходима здесь. - Она - хранительница мира во дворце!
- А сама она об этом знает? Ты хоть раз говорил ей что-либо подобное?
- В любом случае ты должен был предупредить, что собираешься предложить ей
вернуться с тобой, - сердито парировал
Джамиль. - Тогда я бы ни за что не разрешил тебе встречаться с ней.
- Ты бы не смог воспрепятствовать этому, брат. Разве мог я уехать отсюда,
не повидавшись с матерью? А ту первую нашу
встречу можно не считать. Она тогда думала, что я - это ты.
Они бережно уложили Рахин на кровать, но как толь ко Дерек попытался
отойти, мать с такой силой сжала его руку, что
он даже вздрогнул. Он склонился к ней и увидел устремленные к нему изумрудные
глаза, заполненные слезами.
- Касим... О мой Бог! Касим? Это в самом деле ты. Мне не кажется? - Она
посмотрела на стоящего с другой стороны
Джамиля и снова повернула взгляд к Дереку. - Это правда ты, - произнесла она
срывающимся голосом. - Я не сплю!
Дерек сел рядом с матерью, обняв ее за плечи.
- Вот уж не думал, что ты будешь плакать, когда увидишь меня, мама.
Слезы ручьем катились из глаз Рахин. Смущаясь оттого, что до такой степени
утратила контроль над собой, она закрыла
лицо руками. Но сдержаться так и не могла. Через мгновение она рыдала совсем
громко.
Дерек прижал мать к себе.
- Не надо плакать, пожалуйста, мама. Я думал, ты обрадуешься, увидев меня.
- Я рада, очень.., правда! - донеслось сквозь всхлипывания.
Братья обменялись беспомощными взглядами. Как и большинство сильных опытных
мужчин, они знали, что следует
делать в любой ситуации, кроме той, в которой находились в данный момент.
- Может, налить тебе чего-нибудь? - мягко спросил Дерек. - Бренди? Коньяк?
- Она не употребляет спиртного, - ответил за мать Джамиль.
- Почему ты так решил? - огрызнулся раздраженный Дерек. - Только потому,
что ты сам не...
- Вы не должны ссориться, - не дала ему договорить Рахин. - Братья не
должны ссориться ни при каких обстоятельствах!
- Разве мы ссоримся, Джамиль? - Дерек улыбнулся.
- Ни в малейшей степени, - ответил дей, на лице которого появилась точно
такая же улыбка.
Рахин попыталась придать себе строгий, бесстрастный вид, но не смогла. Она
все еще не могла поверить своим
ощущениям, тому, что видит и слышит. Касим здесь? Джамиль беспокоится о ней,
говорит, что она ему нужна? В который
уже раз мать смотрела то на одного, то на другого сына. Как похожи! Как она
любит их! Сердце, переполненное
неожиданностями сегодняшнего дня, казалось, вот-вот разорвется.
Она вытерла рукавом слезы, затем осторожно, будто опасаясь, что он
рассеется, как призрак, провела пальцами по щеке
Дерека.
- Каким образом? Когда?
- Уже несколько недель, - ответил Дерек. - Я приехал, чтобы Джамиль мог
поискать Селима, не опасаясь, что из-за
каждого угла на него выскочит наемный убийца. Мы не могли знать, что сама затея
не имеет смысла.
- Конечно, вам же не было известно, что он уже... Так это был ты.., с того
самого времени... - Рахин попыталась поточнее
припомнить события последних недель. Их было так много, что мысли путались. - С
того дня, когда купили Шахар... Нет,
когда ты первый раз призвал ее. Тогда дей стал вести себя несколько странно..,
не так, как обычно. А я и не догадалась!
- Ты и не могла, - сказал Джамиль, склоняясь к ней и нежно беря ее
свободную руку в свою. - Об этом никто не знал,
кроме Омара. Кстати, это была его идея позвать сюда Касима, чтобы он ненадолго
заменил меня.
- Даже Шиле ты ничего не сказал?
- Нет. Она узнала только вчера вечером, когда я вернулся. Я хотел поставить
тебя в известность...
- Мы оба думали об этом, - вставил Дерек.
- Но для того, чтобы наша хитрость удалась, надо было, чтобы все вели себя
точно так же, как раньше.
- За исключением тебя самого, - улыбнулась мать, понимающе пожимая руку
Джамиля.
- Да. Нам на пользу пошло то, что я уже в течение нескольких месяцев вел
себя не совсем обычно. Ошибки Касима
благодаря этому могли быть отнесены на счет непредсказуемости моих поступков.
То, что он был здесь, и впредь никто не
должен даже заподозрить. Касим не намерен воскресать и не хочет, чтобы кому-то
пришло в голову пригласить его на трон
Барики. Разве только со мной что-то случится до того, как мои сыновья станут
взрослыми.
Это напоминание заставило сердце Рахин вновь сжаться. Она вспомнила о том
далеком дне, когда расставалась со своим
Касимом, и перевела взгляд опять повлажневших глаз на младшего сына.
- Как ты жил там все это время.., сносно?
- Более чем сносно, мама, - улыбнулся ей Дерек. - Тамошняя жизнь
представляется мне восхитительной.
В горле Рахин запершило. В его искренность она верила и не верила.
- Я.., прости меня, Касим! - с трудом произнесла она. - Я начала
раскаиваться в своем поступке почти сразу же, как
корабль увез тебя в Англию. Я молилась, днем и ночью просила Небо, чтобы ты както
узнал об этом, почувствовал какимнибудь
чудесным образом, как я люблю тебя и страдаю. Надеяться на то, что вновь
увижу тебя и смогу сама тебе все это
рассказать, я не смела.
- Я постоянно ощущал это, мама, - произнес Дерек тоном, в искренности
которого невозможно было усомниться. - И я
понял тебя практически сразу, как встретился с твоим отцом. Я полюбил его всей
душой. Правда, в старости он все чаще стал
вести себя как диктатор, - добавил он шутливо.
- Неужели? И в чем же это проявляется? - поддержала шутливый тон сына
Рахин.
- Я должен жениться, и немедленно, если ты еще не знаешь. Маркиз направил
за мной сюда специальный корабль, не веря,
что я сам смогу найти верный путь к дому.
Рахин наконец рассмеялась.
- Я никогда не сожалел о том, что моя жизнь повернулась таким образом,
мама, - добавил он серьезно, - ты не должна
обвинять себя!
- Я не заслуживаю твоего прощения, Касим. Джамиль никогда...
- Джамиль - тупоголовый осел.
- Нет. Не смей так говорить!..
- Он прав, мама, - вмешался сам Джамиль. У Рахин сладко защемило в груди,
когда он нежно сжал ее голову в своих
ладонях и она услышала произнесенные с болью слова:
- Прости меня, если можешь, мама!
- Пожалуйста... Джамиль.., пожалуйста, не надо, - прерывисто заговорила
мать, прижимая сына к себе. Слезы вновь
заполнили ее изумрудные глаза. - Я понимаю, как больно и горько было тебе. Вы
двое были как одно целое. И вдруг я
разорвала связующую вас нить. Я не имела права поступать так и никогда не
осуждала тебя за твое отношение ко мне.
- А я не... Я не мог. Но когда я все понял, ты уже была отделена от меня
стеной, которую я сам создал. Я был полностью
не прав...
- Теперь уже все позади. Все хорошо, Джамиль, правда.
Дерек, который тоже многое понял из этого разговора, посчитал возможным
вмешаться:
- Подозреваю, что это означает и то, что ты не собираешься возвращаться со
мной в Англию.
- Будем откровенны, Касим, - произнесла с улыбкой Рахин, - ты же на самом
деле и не думал, что я соглашусь. Там, куда
ты отправляешься, меня не существует, так же как тебя нет здесь. В Англии все
убеждены, что я давно умерла.
- Да, такое объяснение и было дано твоему затянувшемуся отсутствию. Оно
всех удовлетворяло, - с неохотой согласился
Дерек.
- Ну, так сам видишь. Мы оба с тобой живем не совсем своей жизнью. Но и у
тебя, и у меня она стала единственной,
которую мы хотим.
- Но ты можешь начать новую жизнь, взять новое имя.., вновь увидеть отца.
- Но это будет несправедливо, - мягко возразила она. - У него теперь есть
ты, и я ему не нужна. Джамиль нуждается во мне
больше.
- Прекрати спорить с матерью, Касим, - вмешался немного раздраженный дей. -
Она остается.
- Вынужден сдаться в связи с явным численным превосходством противника, -
изящно согласился Дерек. - Но имей в
виду, брат, ты сумел переманить маму на свою сторону тем, что обещал отныне
ценить ее по достоинству. Если нарушишь
слово, я вырву листок из какой-нибудь старой книги маркиза, сделаю из него
волшебный кораблик и пришлю его за ней в
Барику.
Джамиль что-то проворчал в ответ. Но Дереку и без слов было ясно, что
именно в этом дворце Рахин обретет то, что ей
нужно, храня его мир и спокойствие.
Глава 47
После нескольких недель плавания тоска окончательно овладела Шантель. Ее
нынешнее путешествие, по сути, мало чем
отличалось от плавания на корабле корсаров. Так же, как и тогда, она была
заперта в небольшой каюте и не имела
возможности хотя бы просто наблюдать за тем, что творится на палубе, чтобы
развеять скуку. Небольшого роста англичанин,
который приносил ей пищу, наверняка был рабом, и понимавшую это девушку
раздражало его вечно веселое расположение
духа. Единственным человеком, которого она видела на корабле, кроме этого
коротышки, был сам Джамиль.
Истосковавшейся по общению Шантель с каждым днем становилось все труднее
выдерживать объявленный дею Барики
бойкот, и это сердило ее еще больше.
Во время первого путешествия у нее был Хаким, который не упускал ни единой
минуты, чтобы не рассказать ей что-то
или не научить чему-то полезному. Беседы с маленьким турком и тревоги за свое
ближайшее будущее не оставляли тогда
времени на тоску. Зато сейчас делать ей было совершенно нечего. Шантель была бы
рада и компании Джамиля. Но как
только они взошли на корабль, женщин сразу развели по разным каютам, и больше
они друг друга не видели. Причина этого
сомнений не вызывала: Джамиль не хотел расстраивать одну наблюдением за тем, как
он посещает другую. Спросить его о
том, может ли она встречаться с Джамилей, Шантель не могла, ведь она с ним не
разговаривала.
В том, что он захаживал к Джамиле, сомнений у нее не было. О! Он, конечно,
и к ней приходил каждый вечер, но это
были не более чем визиты вежливости. Даже попытки разговориться Джамиль
практически прекратил, и уж тем более не
сообщал ей, чем намерен заняться после этих натянутых встреч.
Дей очень изменился на корабле. Другим, казалось, стал даже характер
Джамиля, не говоря уж о его внешности. Он
сбросил свою восточную одежду, все эти туники и тюрбаны, отказался даже от
извечных своих шаровар. Вместо этого на
нем были рубашка, покрою которой мог бы позавидовать любой англичанин, и узкие
кожаные брюки, заправленные в
сапоги. До полного наряда путешествующего английского аристократа недоставало
только укороченной морской куртки, но
ее отсутствие, как понимала Шантель, объяснялось исключительно жаркой погодой.
Девушка не могла понять, почему это дей Барики разоделся, как европеец, а
спросить об этом его самого мешало
упрямство. Вести себя Джамиль стал гораздо вежливее. Но Шантель объясняла это
его особыми отношениями с Джамилей, а
не с ней. Как бы то ни было, он не выказывал ни малейшего гнева и даже не
раздражался, несмотря на ее равнодушие к его
попыткам примирения. Похоже, что он даже радовался незримому защитному кокону,
который она возвела вокруг себя, и,
ходя вокруг, не очень стремился его сломать.
Ужин принесли, как всегда, вовремя, и доставивший его маленький морячок,
который отзывался на имя Пичез, был, как
обычно, весел и улыбчив.
- Завтра мы зайдем в порт за свежим продовольствием, мисс. Так что никаких
жестких галет и "сами добавьте чего-нибудь
еще!", как говорит Ганди, выдавая свою тушенку, завтра уже не будет! - сообщил
он, ставя поднос.
Шантель обратила внимание на то, что сегодня на нем имелась и бутылка вина,
видимо, это и было то "чего-нибудь еще",
которое предлагал добавить Ганди к своим блюдам. Сам корабельный кок уже с
неделю готовил на редкость однообразные и
далеко не самые изысканные на вкус блюда.
- Как называется этот порт, в котором мы остановимся, Пичез?
- Вряд ли я смогу правильно произнести его название, если и постараюсь,
мисс. Это одно из этих трудно выговариваемых
иностранных слов. К тому же это всего лишь небольшая гавань где-то в центре
побережья Португалии, совершенно не
знаменитая.
Шантель посмотрела на моряка с недоверием.
- Вы хотите сказать, что мы уже вышли из Средиземного моря?
- Ну конечно. Так оно и есть. Ах да, вы, наверное, не заметили, как мы
миновали пролив, потому что это произошло
глубокой ночью. Удивительно, что Синклер вам еще не сказал.
- Синклер?
- Ну да. Джентльмен, с которым вы...
- Если твоих обязанностей недостаточно, чтобы занять твое время, Пичез, -
раздался вдруг голос неожиданно
появившегося в дверях Дерека, - я, пожалуй, поговорю с капитаном. Думаю, он
сможет исправить это упущение.
- Не надо. В этом нет необходимости, милорд. Я всего лишь перемолвился
парой дружеских слов с леди, не более того.
- Теми, что я слышал?
- Совершенно верно, - произнес моряк, поспешно покидая каюту.
Дерек закрыл дверь и прислонился к ней спиной, скрестив руки на груди.
Шантель, прищурившись, пристально
посмотрела на него.
- Мои уши шутят со мной или ты на самом деле говорил с ним на безупречном
английском языке, Джамиль?
- Сомневаюсь, что он понял бы хоть слово, заговори я с ним по-французски.
- Значит, ты обманул меня. Ты прекрасно знаешь английский.
- Конечно, - ответил он, слегка пожимая плечами. - Это Джамиль не говорит
на этом языке, по крайней мере достаточно
хорошо.
- Джамиль не говорит?.. О, понимаю. Видимо, в этом путешествии ты сменил не
только одежду, но и имя.
- Нечто вроде этого.
- Мог бы сказать хоть пару слов об этом раньше, - обиженно произнесла
девушка, - коль скоро ты решил путешествовать
тайно.
- Что тебя заставляет так думать? Брови девушки сошлись, выражая крайнее
недоумение.
- Ты выпивал сегодня? - спросила она подозрительно.
- Ни капли, - усмехнулся Дерек.
- Ну, тогда я ничего вообще не пойму. Коль ты не хочешь, чтобы кто-то знал
во время этого путешествия, кто ты такой, то
каким же его считать, если не секретным?
- Но это не так, Шахар. Все на борту знают, кто я такой, Дерек Синклер,
урожденный граф Малбери, к вашим услугам.
- Дерек? - Имя воскресило в памяти Шантель эпизод из недавнего прошлого. -
Не просил ли ты меня однажды называть
тебя... Подожди, подожди! Мне же знакомо и имя Синклер. Это родовое имя маркиза
Ханстэбля, который живет в четырех
милях от моего дома.
- Это мой дедушка.
- Какого черта! - огрызнулась девушка. - Не принимай меня за дуру, Джамиль.
- У меня и в мыслях этого не было. Надеюсь, твои затруднения рассеет такой
факт: я не Джамиль Решид. Я лишь на время
занял его место, поскольку он нуждался в моей помощи.
- А это уж полное вранье! Как мог ты занять место человека, которого там
знают все? Для этого вы с ним должны быть
близнецами.
- Именно это и облегчило мою задачу. Шантель чуть не плюнула от злости,
услышав столь не правдоподобное, с ее точки
зрения, заявление.
Дерек отошел от двери и подвинул стул к небольшому столу.
- Садись. Я постараюсь тебе все объяснить, Шахар. Пришло время расставить
все по своим местам.
Шантель села. Когда рассказ графа был завершен, она лишь хлопала ресницами,
удивленно глядя на собеседника.
- Значит, ты и в самом деле не дей Барики? Ты вырос в... И ты настоящий
англичанин?
- Да, раз ты считаешь, что в моем случае я таковым являюсь, - согласился
Дерек, у которого отлегло от сердца при виде
реакции девушки на его объяснения. Она всего лишь удивлена! Не сердится, а это
главное. Пусть считает его кем хочет, это
большого значения не имеет. - Ты не возражаешь против такого поворота?
- Я не знаю, - откровенно призналась она. - Я еще по-настоящему... Если ты
не Джамиль, значит, я не принадлежу тебе,
так? Да и никогда не принадлежала.
- Тебя купили именно для меня, Шахар. Когда я стал Джамилем, в моем
распоряжении оказался, естественно, и весь его
гарем. Предполагалось, что его женщины, которые удостоятся моего внимания, будут
по его возвращении отданы замуж за
других. Вот брат и посчитал, что если у меня будет своя собственная любимая
наложница, то таковых окажется не так много.
Ему очень не хотелось расставаться со своими женщинами, особенно с некоторыми из
них. Вышло все даже лучше, чем он
ожидал.
- А Джамиля?
- Я узнал о ней еще до того, как отправился в Барику. Меня просили
вызволить ее из плена, если я смогу. Но как ты
знаешь, она уже была фавориткой Джамиля, а значит, он вряд ли разрешил бы ей
уехать, если бы я просто попросил об этом.
- Поэтому ты решил, что нужно переспать с ней.
- Да. Только на самом деле я даже пальцем к ней не прикоснулся. Но сказать
тебе об этом в Барике не мог - все, особенно
Джамиль, должны были быть уверены, что она побывала в моей постели.
- Значит, ей ты рассказывал в ту ночь, кто ты такой?
- Нет. Она была явно огорчена, что так и не сумела возбудить меня. Но она
не только симпатичная, но еще умная и
амбициозная женщина. На этом и строился мой расчет. Я посчитал, что она вряд ли
захочет кому-либо рассказать о том, что
единственное, чем мы занимались той ночью, была игра в шахматы. Так оно и вышло.
Объяснение это даже немного развеселило Шантель. Однако уже в следующее
мгновение она вновь нахмурилась.
- А когда ты поменялся местами со своим братом? Дерек хмыкнул, прекрасно
понимая, чем вызван этот вопрос.
- Именно в тот день, когда ты первый раз была призвана к дею.
- Тогда.., выходит, что это не ты, а Джамиль осматривал нас тогда, решая,
кого купить? Дерек кивнул.
- И это был первый и последний раз, когда ты видела настоящего дея Барики.
- Так это не ты.., это был он.., и с Марой тоже! Не ты!
Шантель вскочила со стула и стремительно бросилась к нему на шею.
- Я так рада! Меня так мучило то, что ты мог быть так жесток... Но это он.
Я не понимаю сейчас, как я могла...
Девушка вдруг смолкла, опустив глаза.
- Продолжай же. Что могла?
- Теперь это не важно, - ушла она от ответа. - Скажи лучше, а что с Шилой?
Насколько я помню...
- Это тоже был не я. То, о чем ты хочешь спросить, произошло как раз в тот
день, когда вернулся Джамиль. Первым делом
он пошел к своей любимой жене. Он же так любит ее, ты сама знаешь.
- Значит, ты сдержал свое слово?
- Полностью. Я не лгал тебе, когда говорил, что не могу думать ни о ком
другом с того самого дня, как впервые увидел
тебя. И с того времени у меня никого не было. Это правда, Шахар. Только ты!
Она несколько мгновений смотрела на него сияющими от счастья глазами, потом
склонилась и сама поцеловала в губы.
Его ответный поцелуй был страстен и долог. У Джамиля самого от счастья кружилась
голова. Вот уже несколько недель она
была так холодна, так далека от него, несколько недель он не находил себе места,
мучительно размышляя о том, как поведет
себя Шахар, когда узнает правду. А все оказалось так легко и просто.
Не разжимая объятий, Дерек поднял ее и перенес на койку. Шантель сама
помогла раздеть себя, сама снимала одежду с
него. Они долго лежали рядом, перестав ощущать время и пространство, и он, делал
то, о чем мечтал так долго.
Каждое его прикосновение вызывало у Шантель сладкий трепет. Он уже хорошо
знал ее тело, каждое заветное место на
нем, и его ласки зажигали огонь страсти в ее груди. Неужели она сама чуть было
не лишила себя этого? Какое блаженство
сознавать, что больше ничто не мешает их близости! Дерек сказал ей всю правду.
Всю! Похоже, что он все-таки любит ее.
При этой мысли так радостно, так светло стало у нее на душе.
- Мне следовало рассказать тебе обо всем раньше, - шептал Дерек, покрывая
поцелуями дорожку от ее шеи до груди.
- Почему же ты.., не рассказывал? - пролепетала почти бездыханная от
счастья Шантель.
- Я боялся, что ты рассердишься.
Она притянула к себе его голову и покрыла поцелуями его лицо.
- Это за то, что ты не Джамиль, - приговаривала она. - Это за то, что ты
сдержал свое слово. А это за то, что ты везешь
меня домой! Ведь ты привезешь меня домой, не правда ли?
- Конечно, - улыбнулся он. - Только в тот дом, где буду и я. Ведь ты же не
думаешь, что я затеял все это только для того,
чтобы лишиться твоего общества, как только мы окажемся в Англии?
Произнеся это, он накрыл ее тело своим, как бы показывая, как хорошо им
будет в том доме вдвоем. Шантель и сама
старалась прильнуть к нему каждой клеточкой своего тела, с радостью отдаваясь
страстному желанию, которое еще сильнее
разгоралось от сознания того, что она любит этого мужчину. Боже, какое это
блаженство - подчинить всю себя его воле, не
думая ни о чем, отдать ему свое сердце и тело! Весь мир преобразился. Все
заполнилось блаженством, когда их тела слились
в одно целое, пульсируя в экстазе, подобного которому они еще не испытывали.
Когда Дерек поднялся с приютившей их корабельной койки, за окном каюты уже
брезжил рассвет. В промелькнувшую как
одно мгновение ночь он не спал ни минуты. Нежившаяся в постели Шантель
внимательно наблюдала за тем, как он
умывает
...Закладка в соц.сетях
