Жанр: Любовные романы
Любовь и ветер
... сразу поеду на пастбище и не хочу ее видеть.
- Даже чтобы попрощаться?
- А почему я должна прощаться с ней? Я ее не звала сюда и не собираюсь притворяться, будто мне жаль, что она уезжает. -
В голосе Джесси послышались просящие нотки. - Ну, пожалуйста, скажи ей вместо меня.
- А что будет, когда она узнает, что мне уготована роль фиктивного мужа?
Глаза Джесси потемнели.
- А зачем ей про это говорить?
- А почему нет? Боишься, что она не оставит тебя еще несколько лет?
Джесси растерянно уставилась на него. Он дал ей время поволноваться, причем его собственное настроение явно
улучшилось.
- Знаешь, Джесси, новая ситуация кажется мне довольно презабавной.
- Если ты имеешь в виду шантаж, я не назвала бы это забавой.
- Понятно. Кстати, ты собираешься поехать и сказать, чтобы Рэчел немедленно собирала вещи?
- Если ты этого сам не сделаешь, тогда придется. И что ты вечно споришь со мной? - раздраженно спросила она - Ты же
не хотел осесть, обзавестись семьей. Да, ты заставил меня выйти за тебя замуж, но мы оба знаем, почему. С твоей стороны
это великодушно. Спасибо. Так почему ты не хочешь отблагодарить меня, раз я даю тебе полную свободу? Тебе надо искать
своего отца. Ты не забыл? Поезжай в Испанию, Чейз. Найди его. С женой на хвосте ты этого не сумеешь.
- А почему нет? Ты могла бы поехать со мной, после того как родится ребенок.
- Я никогда не оставлю ранчо, Чейз.
- Ты, наверное, еще не поняла, но теперь ранчо принадлежит и мне тоже, - сказал он несколько раздраженно.
Джесси напряглась - Что это значит?
- Это значит, дорогая, если я хочу остаться здесь, я останусь.
- Поступай как знаешь, - холодно бросила Джесси. - Но лучше бы тебе этого не хотеть!
Глава 37
На ранчо они ехали невеселые и всю дорогу молчали.
Джесси и хотела и не хотела видеть Рэчел. Она желала, чтобы та уехала, но в то же время понимала, что в таком случае
она больше никогда не увидит свою мать.
Когда Джесси выходила из конюшни, она увидела Рэчел у кухонной двери. Девушка не была уверена в том, что ей удастся
сохранить спокойствие при разговоре с ней. Чтобы укрепить свою решимость, она пыталась вызвать воспоминания о том,
как отец сидел за кухонным столом с бутылкой виски и проклинал предательство шлюхи. Воспоминания, когда он со злобой
объяснял ей, почему у нее нет матери. Воспоминания, когда он что-то выкрикивал про Рэчел и Уилла Фенгла.
Рэчел стояла в дверях в аккуратном темно-зеленом платье. Хоть бы раз Джесси видела эту женщину в запыленной одежде
или с растрепанными волосами. Ну что-то такое, от чего она бы стала похожей на других.
- Раз ты приехала, стало быть, все неприятности позади? - спросила Рэчел подошедшую Джесси. - Вы наконец согнали
стадо?
Джесси шла, не останавливаясь, заставляя Рэчел идти следом за собой на кухню. Она встала у кухонного стола, сняла
шляпу и перчатки, бросила их на стол. Она была напряжена.
Рэчел внимательно наблюдала за ней.
- Он теперь уедет?
Джесси твердо встретила ее взгляд.
- Ответ на все твои вопросы, Рэчел, один - нет!
- Ну и ладно. Просто ты сказала тогда, что вернешься, когда все будет улажено.
- Завтра утром мы уедем обратно. Мы с Чейзом только что из Шайенна.
- О? - Рэчел подняла брови.
- Что "о"?
- Дело в том, что Джеб с Билли поехали искать тебя. Видишь ли, я отсылаю Билли в Чикаго. Я не могу допустить, чтобы
он пропускал занятия в школе, - объяснила она. - Но он так хотел попрощаться с тобой перед отъездом. Я надеюсь, они ни от
кого не слышали, что вы отправились в Шайенн, и не поехали за вами.
- Ты зря беспокоишься, - нетерпеливо перебила Джесси. - У Джеба хватит ума не тащить мальчика в такую даль.
- Куда-куда потащили мальчика? - спросил Чейз, появляясь на пороге.
Рэчел даже не взглянула в его сторону. И Джесси пришлось ответить:
- В город, чтобы найти меня и попрощаться, - ответила она как можно вежливее. - Она отсылает Билли в школу.
Чейз вопросительно посмотрел на Джесси - Ты ничего ей не сказала?
- Что она должна была мне сказать? - поинтересовалась Рэчел.
- Предоставляю это удовольствие Джесси Я настоял на том, чтобы приехать сюда и сообщить.
- Джесси, в чем дело?
- Не можешь подыскать слова? - усмехнулся Чейз Джесси одарила его уничтожающим взглядом, потом повернулась к
матери.
- Рэчел, мы вчера ездили в Шайенн и поженились. Чейз - мой муж.
Рэчел переводила взгляд с одного на другого, осмысливая сказанное, но без малейшего удивления.
- Понятно, - сказала она с улыбкой. - Когда ты уезжал, Чейз, я думала: когда вы наконец оба образумитесь Так и вышло. -
Она вся светилась от радости.
Джесси недоумевала.
- Черт побери! Что все это значит?
- Что значит? А то, что я знала, что так должно случиться, - спокойно ответила Рэчел Глаза Джесси вспыхнули
Невероятно!
- Разве? Два человека, которые ведут себя так, как вы, просто предназначены друг для друга. Не могу передать вам, как я
рада.
- Как ты можешь говорить так? - вскипела Джесси. - Ты же была против него, помнишь?
- Да, - улыбнулась Рэчел. - И ты сразу встала на его защиту. Так что с моей стороны это была тактика...
- В этом есть что-то подлое, - покачала головой Джесси. - Тактика! Чейз засмеялся.
- Неужели ты и вправду защищала меня, мое золотце?
Джесси с гневом посмотрела на него и снова уставилась на Рэчел. Не было слов, которыми она смогла бы выразить свое
возмущение! Она резко повернулась и вышла.
А Чейз остался, он был в веселом настроении, улыбался.
- Ты меня провела, Рэчел! И Джессику тоже. Ты не понимаешь, почему она так взбесилась? Она, видимо, ожидала от тебя
совсем другой реакции?
- Я знаю, - улыбнулась Рэчел. - С ней не надо было хитрить. Но пойми, я была так расстроена из-за того, как у вас все
началось.
- Естественно, - согласился Чейз.
- Но я была уверена, что вы созданы друг для Друга.
Чейз вздрогнул. Если бы она знала правду, из-за чего они поженились!
- Не беспокойся. - проговорил он. - Она угомонится.
- До моего отъезда?
- А когда ты собираешься уехать?
- Я собиралась отправить Билли завтра, утренним поездом. А теперь не вижу причины, почему бы и мне не поехать с ним.
- Так скоро?
- Да. Так что пойду и поговорю с Джессикой сейчас, я не могу оставить ее в таком состоянии.
- Хорошо. Но если ты собираешься серьезно говорить с ней, Рэчел, почему бы тебе на этот раз не объяснить ей кое-что?
Может, у тебя последний шанс расположить ее к себе, рассказать о своем прошлом?
Улыбка сошла с лица Рэчел.
- Наверное, стоит попытаться. Может быть, хотя бы на этот раз она меня выслушает...
Рэчел не стала ждать, когда Джесси отзовется на ее стук. Она решительно открыла дверь и вошла. Взглянув на холодное
лицо дочери, она чуть отступила назад, не зная, как начать.
- Ах... Кейт готовит ужин, жарит мясо. Ты придешь, Джессика?
- Нет!
- Мне бы очень хотелось, чтобы ты пришла, - ровным голосом сказала Рэчел. - Это будет последний семейный ужин.
Завтра утром мы с Билли уезжаем.
Наступила пауза, после которой Джессика произнесла:
- Я никогда не воспринимала нас единой семьей, Рэчел. И не могу сказать, что мне жаль, что ты уезжаешь. Надеюсь, ты не
будешь против, если я не приду. У меня слишком много работы.
Эти слова больно ужалили Рэчел. Ей хотелось развернуться и уйти. И все-таки она не могла, она знала, что никогда не
простит себе, если последний раз не попробует объясниться с дочерью.
- Почему ты никогда не хочешь узнать от меня о том, что произошло между мной и твоим отцом? - резко бросила Рэчел.
Джесси отвернулась и уставилась в окно.
- Почему? Слушать, как ты будешь обвинять Томаса и говорить, что он лгал? Да, он был слишком тяжелым человеком,
чтобы его любить, но больше у меня Никого не было. И если бы я узнала, что ад, в который он превратил мое детство, был
беспричинным, я бы вырыла его из могилы и всадила в него еще несколько пуль. Но когда человек рассказывает одно и то же
- и пьяный, и трезвый, это всегда оказывается правдой.
- Правдой для него. Но что, если правда не такая, какой он ее видел?
Джесси медленно повернулась. Глаза ее стали похожи на бирюзу.
- Хорошо. Тебе до смерти хочется объясниться со Мной с первого дня, как ты здесь появилась. Рассказывай. А потом
уходи.
- Я никогда не изменяла твоему отцу.
- Ну конечно! А теперь ты скажешь, что Билли - сын Томаса Блэра.
- Да, он действительно сын Томаса Блэра. Слова были произнесены еле слышно, но Джесси услышала.
- Черт побери! Если это правда, почему ты не сказала ему об этом? Ты же знала, как он хотел сына. Это единственное,
чего он хотел.
- Было слишком поздно говорить ему что-то, даже если бы я могла.
- Для начала звучит хорошо, - хмыкнула Джесси. - Но я на это не куплюсь. Томас видел тебя собственными глазами с
Уиллом Фенглом в вашей постели. До этого его месяц не было дома. Месяц, которым ты воспользовалась, чтобы развлечься
со своим любовником. И если уж Билли чей сын, то, конечно, Фенгла.
- Бог мой! - Рэчел побледнела и села на кровать Джесси. - В тот вечер... Томас упоминал Уилла. Но он никогда открыто не
сказал, что привело его в такую ярость. В моей кровати!
Джесси сухо сказала:
- Прекрасно, Рэчел. Действительно, замечательно! Твое место на сцене. Ты настоящая актриса! Сарказм Джесси взорвал
Рэчел.
- Если твой отец видел Уилла Фенгла, занимающегося любовью с женщиной в моей постели, то этой женщиной могла
быть только Кейт! Это была не я, Джесси. Меня вообще весь день не было на ранчо.
Один поселенец пришел за мной в то утро - его жена рожала. И жена, и ребенок умерли. В тот вечер я вернулась домой
совершенно разбитая от усталости и волнений. Ты мне при родах тяжело досталась, ты знаешь это, а тогда я снова была
беременна. Доктора поблизости не было.
Это чудо, что Томас не убил Билли. Он зверски избил меня, едва я вошла в дом. Он не дал мне сказать ни слова в свое
оправдание, Джесси. Ни единого слова! А после того, как он перестал меня бить, я уже не могла говорить. У меня была
сломана челюсть, и я была почти без сознания. Спроси Кейт. Она была на ранчо единственной женщиной, кроме меня. Она
была с Уилли, спроси ее!
Джесси молчала. Выражение ее лица не изменилось. Она заговорила мрачным тоном:
- У тебя было десять лет, чтобы изложить эту версию. Кто теперь может опровергнуть ее? Фенгла нет, Томаса нет. Кейт,
естественно, будет отказываться. Потом, Кейт индианка, кто ей поверит, что она была с Фенглом.
- Спроси ее, Джессика, - умоляла Рэчел.
- Я не буду унижать ее такими вопросами. Бог мой, разве ты не понимаешь, в чем ты ее обвиняешь? Ты хочешь сказать,
что все эти годы Кейт держала язык за зубами? Она не сделала ни малейшей попытки исправить эту ужасную ошибку?
Почему она хранила молчание все эти годы? Ради чего? Служить Томасу при его нраве - не подарок. Так зачем ей это было
надо?
- Я не знаю. Джессика, почему, но она так поступила.
- Нет! - Джесси снова отвернулась. Рэчел сидела, окаменев.
- Джессика, а что, если я говорю правду, - шепотом сказала она, прежде чем встать и выйти. - Так кто же я - преступница
или жертва? Подумай об этом...
- Мама, я не, могу найти индейские перья, которые Джеб подарил мне вчера вечером!
Рэчел угрюмо покачала головой. Она искоса взглянула на Чейза, а затем на забитый вещами сундук на кровати. И
вздохнула.
Утро оказалось суматошнее, чем она предполагала.
- Не сможешь ли ты закрыть его и вынести на крыльцо? Я думаю, сын опять обнаружит что-то недостающее, пока мы не
закроем сундук. Если мы сейчас не тронемся, придется провести ночь в Шайенне. А мне не хотелось бы.
Чейз молча кивнул. Он знал, что Рэчел тяжело дался разговор с Джесси. Она рассказала ему. И он поднимал, как она
страдает.
А сама Джесси? Или она действительно такая бессердечная, или она искренне уверена, что Рэчел лжет? Он отправился
было сам спросить обо всем Кейт, но не нашел ее. И завтрака в это утро не было. Может, Кейт сбежала? В таком случает
разве это не доказательство?
Чейз вздохнул и принялся за сундук. Придет ли Джесси попрощаться с матерью? Билли боготворит сестру. И если она не
покажется, он будет очень страдать.
Сундук не закрылся и после третьей попытки. Чейз выругался, открыл его, желая посмотреть, что мешает. Выпала толстая
тетрадка, застрявшая между крышкой и стенкой сундука. Она и мешала. Чейз положил ее сверху и снова попытался закрыть.
Почему это, путешествуя, женщины таскают с собой столько бесполезных вещей?
Но сундучок не поддавался. Опять эта тетрадка! Он передвинул ее ближе к центру. Но уголок все время высовывался.
Потом он попытался засунуть ее поглубже, но вещи лежали плотно. И тогда он, раздосадованный, вынул ее вообще.
Чейз оглянулся, желая убедиться, что никто его не видит, бросил тетрадь на пол и хотел ногой задвинуть под кровать.
Глаза выхватили слово "Дневник". Он подумал - нет, только не дневник. Это то, чего Рэчел не могла бы потерять. Смешно,
но он не предполагал, что Рэчел способна вести дневник. Кто угодно, только не она.
Чейз наконец закрыл сундучок и вынес его на крыльцо, где уже ожидал Джеб с повозкой.
- Еще будет что? - проворчал Джеб, пристраивая сундук на повозку. Чейз ухмыльнулся.
- Я не думаю, что у Билли сундук будет легче. В городе попросите кого-нибудь, чтобы вам помогли разгрузиться.
- А ты думаешь, я сам это потащу? Если женщина не тронется сейчас, мы только к ночи попадем в Шайенн.
- Ты, случайно, не видел Джесси? - спросил его Чейз.
- Ты что, парень, слепой? Ты только что прошел мимо нее в гостиной.
Чейз никогда бы не подумал, что ради Рэчел и Билли Джесси захочет принарядиться. Можно ли было узнать Джесси в
красотке возле камина? Да, это была она. В платье из розового бархата, украшенного кружевами. Ее волосы были собраны на
затылке в пучок и перевязаны белыми лентами. Он потерял дал речи - самая красивая женщина, какую ему когда-либо
доводилось видеть!
В комнату вошли Рэчел и Билли и встали как вкопанные.
- О Боже!
Билли расплылся в улыбке:
- В Чикаго ты бы затмила всех девушек! - Он подбежал к ней и обнял за талию. Ей хотелось прижать к себе мальчика и
стиснуть его в объятиях. Но она смотрела поверх его головы на Рэчел и руки ее не двигались. Спазм перехватил горло: ей не
следовало приходить, ей надо было запереться у себя в комнате и сидеть, пока они не уедут!
Билли даже не заметил, что она не ответила на его объятия.
- Я буду по тебе ужасно скучать, Джесси. А можно я приеду еще раз?
Она прошептала ответ, который никто, кроме Билли, не мог услышать:
- Если ты не приедешь, я тебе этого никогда не прощу.
Ее губы скользнули по его щеке. Билли отступил на шаг, сияя, и с воплем восторга выскочил из гостиной, едва не сбив с
ног Чейза.
Рэчел с надеждой шагнула вперед:
- Джессика, я...
- До свидания, Рэчел.
Она едва не потеряла над собой контроль, но, когда Билли выскочил, снова взяла себя в руки.
Рэчел оглядела Джесси с головы до ног. Дочь была еще красивее, чем она могла себе представить.
- Спасибо за это, - сказала Рэчел, указывая на ее платье.
Джесси кивнула и отвернулась. Рэчел секунду смотрела на ее спину.
- Что бы ты ни думала, Джессика, я люблю тебя. Звук удаляющихся шагов Рэчел, пересекающей комнату, стук
закрывающейся двери отдавались в голове Джесси, ей стало трудно дышать. Она ухватилась за спинку стула, боясь упасть.
Джеб скомандовал, и повозка выехала со двора. Джесси все еще слышала, все еще слышала, все еще слышала... И уже ничего
не слышала...
- Джессика - ты просто неотразима!
Как давно он здесь? И как давно она сидит здесь, подумала она.
- Что?..
- Ты слышала? - произнес Чейз, подходя к ней. - Ты проявила тепло к мальчику, хотя и не веришь, что он твой брат. Но к
своей матери, к своей собственной матери...
- Она меня не интересует.
- Врешь!
Джессика вскочила со стула, он схватил ее за руку и притянул к себе:
- Ты просто не можешь смириться с тем, что была не права все эти годы.
- Ты ничего не знаешь.
- Ничего не знаю? А ты знаешь, что Кейт сбежала?
- Сбежала? - переспросила Джесси.
- Кейт, видимо, слышала, что ты кричала своей матери прошлой ночью.
- Ну и что, если слышала? Это еще не значит, что Кейт в чем-то виновата. Она где-то поблизости.
Чейз сдерживался, чтобы не закричать на нее. Он подтащил ее к дивану и толкнул.
- Сиди! - резко скомандовал он. - Я хочу кое-что тебе показать.
Он положил перед ней тетрадь.
- Читай, - сказал Чейз. - Я вынул это из сундука твоей матери и забыл вернуть. Может, это чепуха, а может, и нет.
Посмотри, что может писать такая женщина, как Рэчел.
Чейз вышел из комнаты и оставил ее одну. Она взяла тетрадку и сразу же отложила ее в сторону. Это ее не интересует!
Здесь ничего, кроме вранья, нет. Но, с другой стороны, не будет же Рэчел врать в дневнике? Ведь она писала дневник только
для себя. Джесси снова взяла тетрадку и начала читать.
"Декабрь, 12, 1863. Я и не мечтала, что пальцы так хорошо срастутся. Когда доктор Харрисон предложил мне для
тренировки писать, я рассмеялась. А кому писать? Впрочем, не это главное - оказывается, я еще могу смеяться. Челюсть
больше не болит. И доктор Харрисон уверяет, что, поскольку я беременна всего два месяца, ребенок не пострадал".
"Декабрь, 13, 1863. Я все еще не в силах изложить на бумаге то, что случилось в Роки Вэлли. И не думаю, что когданибудь
смогу. Доктор Харрисон сказал, что дневник - прекрасная идея, и он считает, что я должна описать в нем все, что
со мной случилось. Мне сразу же станет легче. Но я пока не могу".
"Декабрь, 23. Я уже забыла, что значит поесть досыта. Доктор Харрисон заботится обо мне и даже дал немного
денег. Бог благословит его за то, что он поверил, что я когда-нибудь рассчитаюсь с ним. Но я никак не могу найти работу.
Я еще недостаточно окрепла, чтобы работать".
"Декабрь, 27. Наконец я нашла работу. Живу в маленьком городке, о котором раньше и не слышали. Но только до него я
смогла добраться на деньги доктора Харрисона. Прислуживать за столом не так уж и трудно. Только вот рабочий день
очень длинный. Даже если я буду экономить каждый цент, мне понадобится еще три недели, чтобы я могла поехать и
забрать Джессику".
"Декабрь. 30. Как я могу писать об этом? Но почему нет? Что такое изнасилование пьяным стариком по сравнению с
тем, что тебя до полусмерти избивает человек, которого ты любишь? Это был один из клиентов, по крайней мере я так
думаю. Он ждал меня у ресторана. Слава Богу, это быстро кончилось - или я стала безразличной к боли?"
"Декабрь, 18, 1864. Оказалось, мне понадобилось больше времени, чтобы уехать отсюда, чем я предполагала. Когда
ребенок зашевелился во мне, я от неожиданности уронила поднос с тарелками. Теперь я должна за них заплатить. Но
ребенок шевелится, значит, он жив. Слава Богу, Томас не убил своего сына".
"Январь, 26. Боже, прости меня, но я начинаю ненавидеть Томаса. Ему показалось мало избить меня и выгнать в чем
была на улицу, не заботясь, выживу я или нет. Но теперь он отнял у меня Джессику. Единственное, что ожидало меня в ее
школе, это письмо от Томаса, в котором он объявил о разводе со мной и о том, что убьет меня, если я попытаюсь
увидеться с Джесси. Он забрал ее из школы три с лишним месяца назад. Должно быть, Джеб сообщил ему, что я выживу,
иначе он оставил бы ее там. Что мне теперь делать?"
"Февраль, 8. Я думаю, Джонатан Кинг спас мне жизнь. Никогда не встречала такого доброго человека. Без работы и в
моем положении я была обречена просить подаяние. Томас позаботился о том, чтобы несколько друзей, которые у меня
были, ничем не захотели мне помочь. Что случилось с человеком, которого я так любила? Пойму ли я когда-нибудь, почему
Томас вдруг так настроился против меня? Сошел с ума?"
Джесси выбежала из комнаты, прижимая к груди дневник матери.
Вещи были погружены. Начиналась посадка на поезд. Рэчел ждала, когда Билли попрощается с Джебом. Она старалась
больше не думать о ранчо, о Роки Вэлли.
- Мама!..
Рэчел застыла. Это был не голос Билли. Она узнала сперва коня, стоявшего в конце платформы, а потом - Наездницу. Это
была Джесси. Она соскочила с Блэк Стара. Она ничего не видела вокруг - только Рэчел и бежала к ней.
Рэчел задержала дыхание. В глазах дочери она прочла боль, отчаяние - те чувства, которых, казалось, не существовало в
душе дочери. Она увидела тетрадку в руках, и краска стыда залила ее лицо. Так вот в чем дело! Этот дурацкий дневник
сделал то, чего не могли сделать никакие слова.
- Джессика! - Рэчел протянула руку, но девушка бросилась в ее объятия.
- Мама! Мама! Прости меня! Мне так стыдно! Я была так жестока с тобой! - рыдала Джесси. - Но я не могла позволить
себе, чтобы ты видела, как я люблю тебя и как я всегда любила тебя.
- Знаю, моя дорогая. Сейчас это не имеет значения. - Рэчел, потрясенная, едва могла говорить. - О Джессика, не плачь!
- Как только подумаю, что тебе пришлось пережить из-за меня, что сделал с тобой Томас... О, мама, как тебе было плохо!
- Джессика, Джесси, посмотри на, меня. - Она сжала ее лицо своими ладонями. - Милая моя, это не твоя вина. Все, что
было, - ушло и ничего не значит, раз ты снова со мной.
Джесси заглянула в материнские глаза, и слезы градом покатились из ее глаз.
- Мама, обними меня крепко! Я так мечтала, чтобы ты снова обняла меня!
Загудел паровоз. Рэчел напряглась. Джесси подняла голову. На ее лице Рэчел прочла страх.
- Ты не можешь сейчас уехать! Рэчел нежно улыбнулась.
- Наши вещи уже погружены.
- Мы их снимем!
Рэчел засмеялась, услышав упрямые и хорошо знакомые нотки в голосе дочери.
- Дорогая, тебе надо побыть наедине со своим мужем.
- Нет, не прячься за этот предлог. Если бы его не было здесь, ты бы не уехала.
- Но ведь он здесь.
- Я разведусь!
- Нет, Джессика. Ты этого не сделаешь. Твоему будущему ребенку нужен отец, даже если ты думаешь иначе.
Джесси опустила глаза и покраснела.
- Значит, он тебе сказал?
- Да.
- Мне нет необходимости быть с ним наедине.
- Нет, есть. Это нужно всем новобрачным. Но я скоро вернусь, как только улажу школьные дела Билли и еще кое-какие. И
приеду. Хорошо?
- Ты обязательно вернешься, мама? В голосе Джесси слышалась такая мольба, что Рэчел чуть было не осталась. Но она
понимала, что Чейзу и Джесси нужно пожить одним какое-то время. Не все так благополучно у них.
- Я обещаю. Но и ты пообещай мне, что дашь Чейзу шанс. Он хороший человек. Джесси вздохнула.
- Мы поговорим об этом, когда ты вернешься.
- Упряма, как всегда, моя дорогая, - улыбнулась Рэчел.
Джесси робко протянула матери дневник.
- Я надеюсь, ты не дочитала, до конца? - сказала Рэчел, вспомнив, как она изливала в дневнике свою сердечную боль
последних дней.
- Нет, но хотела бы.
Рэчел потрепала дочь по щеке, потом снова обняла ее - уже прощаясь.
- Я думаю, никому из нас больше не придется читать эту тетрадь.
- Я люблю тебя, мама.
- О, Джессика! Я так долго ждала этих слов. - Рэчел плакала. - Я тоже тебя люблю. Я очень скоро приеду.
Еще долго после того как поезд скрылся из виду, Джесси стояла на опустевшей платформе. Джеб, как только увидел, что
Джесси и Рэчел обнялись, удалился в салун, понимая, что Джесси надо остаться одной.
Чейз нашел Джесси на вокзале.
- Она уехала? - неуверенно спросил он. Джесси не взглянула на него.
- Да, - ответила она, не отрывая глаз от пустого железнодорожного полотна.
- Отчего такая печаль? - опять неуверенно спросил он.
Джесси медленно подняла глаза.
- Она не осталась.., из-за тебя!
- Подожди-ка, Джесси. Как это понимать?
- Она думает, что мы должны побыть одни.
- А, тогда ладно, - улыбнулся он. - Это верно.
- Нет, неверно! - заспорила Джесси и, круто повернувшись, пошла к Блэк Стару. Чейз - за ней.
- Ты куда?
- Домой.
- Так нельзя, Джесси. Уже слишком поздно, чтобы ехать верхом.
- Я могу и при лунном свете.
- Ты замерзнешь, - напомнил он.
- Я поеду быстро и не замерзну. Он тряхнул ее за плечи.
- К чему такая спешка?
- Я хочу домой. Хочу заснуть в собственной постели, в своей комнате, в окружении своих вещей.
Она сбросила его руку, злясь на себя, что и так слишком много потратила слов. Она чувствовала, что ее предали. Как
будто снова потеряла мать.
- Я не прошу тебя ехать со мной. Ты можешь вернуться с Джебом утром.
Не дожидаясь ответа, она вскочила на лошадь и понеслась, не оглянувшись.
Джесси сначала не поняла, чем встревожили ее силуэты трех всадников. Они были еще далеко; она не слышала топота их
лошадей, но почувствовала их присутствие. А потом увидела. У нее мурашки побежали по спине, когда она поняла, что эти
трое ехали со стороны ее ранчо.
Беспокойство вызвало то, что они ехали не по главной дороге, ведущей в город, а по тропе, будто боялись кого-нибудь
встретить. Она тут же направила Блэк Стара за ними. Она не думала о Чейзе, который держался от нее на приличном
расстоянии всю дорогу. Это были ее проблемы - Джессики Блэр. И она защитит свои интересы без чьей-либо помощи, даже
без помощи мужа.
Понукая коня, Джесси быстро догоняла всадников. Они услышали ее. Первая пуля просвистела возле ее уха. Она
схватилась за револьвер и ответила двумя выстрелами, несясь в яростном галопе. Поводья выскользнули из рук, и она с
большим трудом вновь завладела ими. Трое снова стреляли, уже явно спасаясь от погони.
Джесси продолжала гнаться за ними и поняла, кто они. Лунный свет был достаточно ярким. Разгневанная, она не
собиралась прекращать погони до тех пор, пока не уложит всех троих. Слава Богу, что оружие при ней.
Внезапно ее нагнал Чейз и схватил Блэк Стара под уздцы.
- Ты что, ненормальный? - закричала она. - Они ведь уйдут!
- Я не вижу ничего забавного в том, что моя жена сломает себе шею, - закричал он, остановив коня. - Ночью нельзя
нестись на такой скорости. Подумай о своей лошади и о себе.
Он был прав. Любая ямка на дороге могла быть такой же смертельной, как пуля. Лошадь сломает ногу, и всадник рухнет
на землю.
Ее ярость не улеглась. Она наблюдала, как три фигуры почти скрылись во тьме.
- Черт бы тебя побрал! Теперь уже позд
...Закладка в соц.сетях
