Жанр: Любовные романы
Любовь и ветер
...дом и приготовь постель.
- Он серьезно ранен? - уже без смеха спросил Джеб, когда Билли ушел.
- Доктор считает, что через неделю он встанет на ноги. Но пока он нуждается в уходе. Вот почему я и привезла его сюда.
Джесси осторожно потрясла Чейза за плечо и вздохнула. Ушло немало времени, пока ноги Чейза коснулись земли. Они
были как ватные и совсем не держали его. Пришлось его поддерживать.
Джесси и Джеб потащили Чейза в комнату Томаса Блэра, где Билли уже приготовил постель и, взволнованный, ждал их. К
счастью, кровать в комнате была довольно низкой.
- Давай положим его так, чтобы он сперва уперся коленями, а потом лег на живот.
- Ой, ой, больно, - застонал Чейз.
- Заткнись, - бросила нетерпеливо Джесси. - Никогда не слышала, чтобы мужчина так скулил.
- Леди, если бы у тебя в желудке было две кварты виски, ты бы тоже заскулила.
- Ты говоришь слишком много для человека, которого еле доволокли сюда.
Чейз слегка приподнял голову и улыбнулся.
- А предполагалось, что я должен лежать как труп? Но мне никто не говорил про это.
Джеб крякнул и вышел, проворчав что-то себе под нос. А Билли захихикал, и Джесси сердито посмотрела на него.
"" - Ой, я пойду выну вещи из повозки, - тут же сказал он и выбежал из комнаты.
Джесси повернулась к Чейзу.
- Я начинаю подозревать, что ты не так уж плох, как расписывал мне доктор, - сказала она холодно. - И если это так, Джеб
завтра может отвезти тебя обратно в город.
- Еще одна такая поездка, как сегодня? - закричал он. - Ни за что в жизни! И что это за разговоры о докторе? Ну да, у меня
тяжелое похмелье, все тело ломит. Но при чем тут доктор?
- Ты что, на самом деле не помнишь, что с тобой было?
Чейз прикрыл глаза.
- Я напился. Ну, может, чуть перебрал. Ну и что? Да, в последнее время я много пил, - сказал он больше себе, чем ей.
- Может, имя Энни о чем-то тебе напомнит? Злость в ее голосе подействовала на него отрезвляюще.
- Энни?..
Единственная Энни, которую он знал... Чейз поднес руки к вискам, и это движение отозвалось резкой болью в спине. Он
не знал, что хуже - физическая боль, пронзившая его тело, или воспоминания о том, как он карабкался по лестнице в
прошлую ночь к Серебряной Энни. В тот момент он все время помнил о Джесси и только одну ее желал. Неужели он и
правда пошел к той шлюхе?
Чейз раскрыл глаза и увидел, что Джесси не просто сердита, она буквально дрожит от ярости. Она стояла, скрестив руки
на груди. Ее тело было в таком напряжении, что казалось, она вот-вот взорвется. Ее глаза метали молнии.
Значит, она узнала. Каким-то образом она узнала. И разъярилась. Но Чейз не знал - радоваться ему из-за этого или
огорчаться.
- Я могу тебе объяснить... Ты знаешь... - начал он тоном невинной овечки.
- Можешь объяснить? - спросила холодно Джесси. - То место, где тебя нашли, говорит само за себя. Не так ли?
- Нашли? Неужели ты заходила в салун? Так это там ты все разузнала?
- Да! Я там была. И не я одна, там собралось полгорода. Очень может быть, что это попадет в газеты. Представляю
заголовки: "Нападение на пьяного и его ограбление в комнате проститутки". "Вор скрывается со штанами жертвы, поскольку
пострадавший обнаружен без них".
Чейз зажмурился.
- Ты думаешь, это смешно?
- Это как раз то, что случилось, Саммерз. Или ты не помнишь, как тебя пырнули ножом в спину? Он попытался
перевернуться, но не смог.
- Так вот почему так болит спина?..
- Могу себе представить, как, болит.
- Насколько серьезна рана?
- Доктор Мэддли сказал, что через несколько дней ты оправишься.
- Если мне нужен был только покой, зачем ты меня притащила сюда.
- Я не собиралась оставаться в городе и быть твоей сиделкой. Мэддли сказал, что там ухаживать за тобой некому. Я бы,
может, и нашла кого-то присмотреть, но мне легче было привезти тебя сюда. Рэчел тобой займется. Так что если хочешь чтото
объяснить, объяснишь ей.
Чейз нахмурился.
- Я сомневаюсь, что Рэчел захочет мне помогать. Она меня видеть-то не желает.
- Ты думаешь, я желаю?
- Нет, не думаю. А что ты все-таки делала в салу не?
- Тебя искала, - сказала она сдержанно и в первый раз почувствовала неуверенность в себе.
Чего-чего, а этого он никак не ожидал от нее услышать.
- Зачем?
- Теперь это вряд ли имеет значение. И с этими словами она вышла из комнаты, оставив Чейза в полном недоумении.
Глава 29
Джесси осталась за столом вдвоем с Рэчел - Билли поел и убежал. Ей давно не приходилось есть в таком гнетущем
молчании. Обычно только после ссоры с отцом она чувствовала себя за ужином так, как сейчас. Ничего удивительного, что
Билли поторопился уйти.
Но Джесси решила, что это обстоятельство не должно влиять на ее аппетит, потому что только по вечерам она
чувствовала себя настолько нормально, будто никаких перемен внутри нее не происходило.
Молчание становилось все более тягостным, обе избегали смотреть друг на друга. Наконец Джесси поела и решила
покончить с этим делом. Она глубоко вздохнула.
- Он здесь ненадолго, Рэчел. Самое большее - на неделю. Как только сможет сесть на лошадь, он уедет. Неделя - это не так
уж много.
В глазах Рэчел не было никакого сочувствия.
- Зачем ты привезла его сюда?
- Послушай, его присутствие мне нравится не больше, чем тебе. Но в городе некому ухаживать за ним. Не могла же я
отвернуться и уйти?
- Кто его ранил?
- Вор, который грабил его, запаниковал и ударил ножом в спину.
Рэчел опустила глаза.
- Да, этого давно следовало ожидать, - сказала она хрипло, имея в виду его занятие.
Это было самое серьезное осуждение, которое Джесси слышала от нее.
- Ты же знала, что он картежник. И раньше тебя это не волновало.
- Он не мальчик, за которым я должна следить.
- Меня тоже не интересует, чем он занимается, Рэчел, - сказала Джесси. - Он не обязан перед нами отчитываться.
- Да, как прекрасно ты стала относиться к нему после того, что он с тобой сделал, - сказала Рэчел, едва сдерживая слезы.
- Ты когда-нибудь перестанешь говорить об этом? То, что случилось между Чейзом и мной, мы делали вместе. Ясно? И ты
единственная, кто плачет по этому поводу.
- А почему же ты не вышла за него замуж, когда он предложил?
- Он предложил слишком поздно, - печально ответила Джесси. - Он не хотел на мне жениться, и я знала об этом. И чье
самолюбие было бы удовлетворено, прими я его предложение? Только твое, Рэчел. Голос Рэчел смягчился.
- Ты хочешь сказать.., что если бы он любил тебя, ты бы вышла за него замуж? Джесси покачала головой.
- Бог мой, с чего ты взяла, что этот человек любит меня. А значу я для него не больше, чем любая из его бесчисленного
множества женщин.
- Ты так в этом уверена, Джесси? Мне кажется, он давно любит тебя, но пока еще сам этого не понял. Ведь он все это
время оставался в городе и не уезжал, - заметила она.
- Оставался, чтобы пьянствовать.
- Но, понимаешь, если бы он не любил тебя так сильно.., он.
- Ты что, защищаешь его?
Рэчел отвела взгляд.
- Я не защищаю его ни в коей мере.
- Прекрасно. Я рада это слышать.., потому что я ее собираюсь выходить замуж за пьяницу...
- Так тебя это все же волнует?
Джесси готова была вырвать себе волосы, так сильно она разозлилась. Она подалась вперед и стукнула кулаком по столу,
ее щеки раскраснелись.
- Нет, не волнует! Ноги моей не будет в его комнате! И близко не подойду к нему! Ты первая привезла его сюда! Значит,
ты за него и отвечаешь! Ты его и лечи!
Рэчел поднялась, рассерженная.
- Я отказываюсь лечить человека, который обесчестил мою дочь. - Рэчел вышла из-за стола и громко хлопнула дверью
комнаты. Джесси понеслась за ней вдогонку.
- Я не обесчещена! Ты слышишь?
- Я невольно слышу, потому что ты очень громко кричишь, - ответила Рэчел, не останавливаясь. - Но это ничего не
меняет. Я не стану ему помогать.
- Но он же твой друг!
- Был другом, - упрямилась Рэчел, остановившись перед своей дверью. - А если он нуждается в уходе, пускай этим
займется Кейт. Я уверена, она не откажется.
- Она не согласится! - резко бросила Джесси. - Ты не можешь всучить его ей.
- А ты не можешь всучить его мне, Джесси, - холодно парировала Рэчел, заходя в свою комнату и закрывая дверь.
Через двадцать минут Джесси понесла Чейзу еду. Сейчас она выскажет ему все, что о нем думает! Но он спал. И она
поставила тарелку на столик рядом с кроватью, проверила, тепло ли он укрыт, и вышла из комнаты.
Чейз радовался, что выздоравливает. Его не сильно огорчало даже то, что единственное приветливое лицо, которое он
видел возле себя, было лицо Билли. По утрам мальчик приносил ему завтрак и оставался поболтать. Чейз каждый день видел
и Джесси. И ему было приятно ее видеть, хотя она и смотрела на него со злобой.
Про себя он назвал эту ситуацию торжеством справедливости. В конце концов его прирезали, потому что он напился и не
мог себя защитить. А напился он из-за Джесси. Так что разве не справедливо, что ей пришлось ухаживать за ним?
Джесси, похоже, так не думала. Она сделала все, чтобы продемонстрировать ему, в каком она негодовании, что из-за него
должна сидеть дома. Его гордость должна быть уязвлена, и ему полагалось сердиться, но ему этого нисколько не хотелось.
Напротив, ее резкие движения, тягостные вздохи, с помощью которых она изображала из себя страдалицу, его развлекали. К
тому же вечером она могла бы посылать ужин с Билли, заставлять его подержать зеркало, когда Чейз брился, и, уж конечно,
могла бы поручить Джебу делать перевязку и обтирать его влажным полотенцем. Но Джесси все делала сама. Даже меняла
постельное белье, хотя это была прямая обязанность Кейт. Единственное, чего она не делала, - не приносила завтраки.
По утрам Чейз вообще не видел ее. И никто не видел, как утверждал Билли. Джесси уезжала на пастбище раньше
обычного. Чейз поймал себя на том, что постоянно прислушивается, стараясь уловить звук ее голоса, и, если она
задерживалась, он волновался. А когда появлялась рано - радовался.
Временами до него доносился голос Рэчел, но она ни разу не зашла к нему и тем самым демонстративно выказывала свое
презрение. Однажды он отчетливо услышал, как она требовала у Джесси ответа, когда он наконец уберется отсюда. Должно
быть, Рэчел сильно удивилась: дочь сказала, что он уберется тогда, когда захочет. Он и сам очень удивился, что Джесси
приняла его сторону. Конечно, она это сделала, чтобы позлить мать. Он это знал. И все-таки...
Через неделю Чейз уже вставал. Рана хорошо затянулась, и он, без сомнения, вполне мог сидеть на лошади. Пришло время
покинуть Роки Вэлли. Джесси привезла на ранчо его вещи и крупную сумму денег, которую он выиграл в городе. Грабителю
достались лишь карманные деньги. Теперь Чейз обладал достаточной суммой, чтобы вернуться на восток и оттуда
отправиться в Испанию. Он так и должен был сделать.
Но совсем не этого ему хотелось. А хотелось ему постоянно видеть Джесси. Он привык к ней за эту неделю и стал лучше
понимать девушку. Говорят, устами младенца глаголет истина. Малыш Билли все поставил на свои места, когда сказал, что
Джесси специально старается держать себя резко и грубо, потому что считает, что в этом ее единственная защита и она
прибегает к ней, чтобы спрятать боль, смущение, страх. Чейз увидел Джесси в новом свете. Он понял, что перед ним
неуверенная в себе, испуганная девочка, отчаянно пытающаяся не зависеть ни от кого. У нее не было плеча, на которое она
могла опереться. Когда Чейз понял это, ему захотелось обнять ее и не отпускать от себя. Но маленькая упрямая Джесси
никогда бы на это не согласилась. Сначала надо проломить броню, в которой она пряталась не один год.
Чейз знал, что на этом пути ему предстоит многое преодолеть. На что он надеялся? Он не знал, на что. Но знал точно, что
не хочет отсюда уезжать. И будет тянуть с отъездом как можно дольше, ведь в конце концов Джесси не гонит его. Понимал
он и то, что, как только начнет вставать с постели, свое слово скажет Рэчел. Черт возьми, он никогда бы не подумал, что она
такая злопамятная. Конечно, дело в том, что, несмотря ни на что, она очень любит Джесси. И горько, что девушка этого не
понимает. Но он может биться об заклад, что Джесси в глубине души тоже любит свою мать. Но пропасть, разделившая их,
так глубока, что лишь чудо способно наладить их отношения. Чейзу хотелось отыскать такое чудо.
Чейз давно мечтал о горячей ванне. И в тот день его мечта стала явью - помогли ему Билли и Джеб. Надо было принести в
комнату воды так, чтобы Рэчел не заметила и не узнала, что он уже моются. Джеб нагрел воду в баке для белья и вместе с
Билли перенес его в комнату Чейза. Для Билли было увлекательной игрой делать что-то по секрету от матери. Но Чейз хотел,
чтобы и Джесси не узнала и не догадалась, что он уже поправляется.
Все складывалось удачно. Но неожиданно Джесси вернулась с пастбища раньше обычного. Они оба онемели от
удивления, когда Джесси обнаружила его сидящим в баке. Она быстро пришла в себя и решительно прошла в комнату.
Девушка была в рабочих брюках, в пыльной одежде, на спине болталась шляпа на завязках. Впервые она вошла к нему, не
приведя себя в порядок. Но Чейз про это не думал, он слишком смутился, не зная, как объяснить свое купание. Он был
благодарен, что Джеб и Билли оставили его одного.
- Рэчел в курсе, что ты уже поправляешься?
- Нет.
- Ты ждешь, когда намокнет твоя рана? Сколько ты тут сидишь?
- Не так давно.
Она подошла к баку и сунула палец в воду.
- Довольно давно. И сколько таких ванн ты принял по секрету от меня? Выходит, я обтирала тебя каждый вечер для твоего
развлечения?
- Брось, Джесси, это в первый раз.
- Но я должна была бы знать об этом. А я бы не узнала, приди чуть позже. Правда?
Он чувствовал себя виноватым, и она это видела. Но он не мог понять - сердится Джесси или нет. Он, конечно, чувствовал
себя не в своей тарелке, сидя перед ней раздетый.
Он кашлянул.
- Ну что тут такого? Чем плохо, что я хорошенько помоюсь?
- Ничем, - кивнула Джесси. - И судя по тому, как ловко ты снял повязку и залез в бак, тебе пора как следует помыть спину.
- Джесси!
- Наклонись вперед, Чейз, - приказала Джесси. - Ты же хочешь помыться? А я потру спину так, чтобы не задеть рану.
Легче было подчиниться, чем спорить. Но больше всего на свете ему хотелось знать, что у нее на уме. Так непривычно
она себя вела. Не сказала ни одного грубого слова, не расшумелась из-за того, что он не в кровати. Она была слишком
спокойна, а значит, что-то не так. Но что? Он не мог понять.
Наконец девушка скомандовала:
- Ну вот. Теперь вставай. Я тебя ополосну.
- Я и сам могу, - заторопился он.
- Конечно, и зальешь водой весь пол. И вообще удивительно, как ты поместился в этом баке?
- Я не рассчитывал ни на чью помощь. - От смущения Чейз говорил мало.
- Но тебе уже ее оказали - Уходи, Джесси. Она тихо рассмеялась.
- А почему ты стесняешься меня? Можно подумать, что я тебя не видела голого.
- То было совсем другое дело.
- Почему? Потому что и я была голая? Но не надейся, что и я сейчас все с себя сброшу. А теперь будь хорошим
мальчиком, вставай. - И потом ехидно добавила:
- Я не буду к тебе приставать, если ты этого так боишься.
Чейз через плечо взглянул на нее. Она действительно развлекалась. Не так часто он видел ее глаза смеющимися, в такие
моменты они становились светлее и ярче.
Он встал и почувствовал, как холодная вода полилась по спине. Потом она вытирала его полотенцем, и он совсем
разомлел.
- Ну что, разве плохо? - спросила она, шаловливо шлепнув его по ягодицам.
Он повернулся к ней, но она уже пошла к столику за чистыми бинтами.
- Подойди сюда, я забинтую твою рану. Если ты считаешь, что это еще необходимо.
Чейз сразу же огорчился. Иными словами, она говорила, что он здоров. Значит, сейчас спросит, когда он намерен уехать.
Обернув вокруг бедер полотенце, он подошел к кровати и сел так, чтобы она могла его перевязать. Он напряженно
наблюдал, как она склонилась, почувствовал, как бережно она положила вату на рану. Она перевязывала его так нежно и так
не похоже на обычную Джесси, что его разобрало любопытство. Наконец он спросил:
- Отчего такая нежная заботливость? Она подняла бровь.
- Нежная?
- Ты понимаешь, что я имею в виду.
Она пожала плечами и посмотрела на свою работу.
- Не знаю. Может, потому, что вижу тебя в последний раз. Я хочу расстаться по-доброму. Чейз покачал головой.
- Так ты хочешь вышвырнуть меня отсюда из-за этой проклятой ванны?
Она подняла на него глаза.
- Не смеши. Мне все равно, сколько ты собираешься тут прохлаждаться. Просто я знаю, что теперь ты здоров и можешь
отчалить в любой момент.
- Стало быть, мы расстаемся по-дружески? - ухмыльнулся он и погладил ее по бедру. Она отбросила его руку.
- Не совсем. - Она отошла на безопасное расстояние и снова засмеялась.
- Брось, Джесси, я не кусаюсь. Пора бы тебе понять это.
- Неужели? - Ее взгляд окаменел. Он нахмурился. Они оба одновременно вспомнили, как он отлупил ее накануне того
отъезда.
- Я надеялся, что ты меня давно простила.
- Нет, не простила!
- Но ты никогда не вспоминала об этом.
- Может, я должна была пристрелить тебя, пока ты лежал?
- Ты не смогла бы застрелить меня, Джесси, - сказал он уверенно.
- Лучше оставим эту тему. Я сожалею, ты же знаешь. Просто в тот вечер я был не в себе.
- Я сказала, покончим с этой темой.
- Хорошо, - вздохнул он, смирясь с переменой ее настроения.
- Почему ты сегодня так рано?
- Я пришла сказать, что больше не буду за тобой ухаживать. А теперь вижу, что ты совсем хорошо себя чувствуешь.
- Ты не сердишься? - спросил он.
- Я не сержусь. Больше тридцати коров пало на южном пастбище из-за того, что кто-то отравил водопой. Так что у меня
нет времени злиться.
- Ты серьезно?
- Конечно, серьезно. Единственное, зачем я сюда приехала, это сообщить всем, что меня не будет несколько дней. Надо
перегнать стадо ближе к дому и охранять его день и ночь. А поскольку не все работники вернулись с перегона, каждый
человек на счету. В том числе и я.
- По твоему виду не подумаешь, что у тебя такие неприятности.
- Ты меня отвлек, - сказала она. - И потом - что сделано, то сделано. Какой смысл плакать? Что я должна сделать, так это
то, чтобы больше ни одной головы из стада не пропало.
- Я тебе сочувствую.
- Тебя не должно это волновать. Итак, прощай.
- Почему?
- Я не приеду домой несколько дней. Да и тебе больше незачем оставаться здесь.
- Но я же могу тебе помочь!
- А я не прошу. И Рэчел не хочет, чтобы ты тут болтался.
- Так чье это ранчо в конце концов? - сердито спросил Чейз.
- Ах, теперь оно, видите ли, мое! А когда я хотела, чтобы ты уехал, Рэчел должна была принимать решение.
- - Но сейчас тебе действительно может понадобиться моя помощь. Как ты думаешь - это Бадр? Он был не в восторге,
когда я отыграл долговое обязательство твоего отца.
- Еще бы! Но я не могу этого доказать. Отравление скота - явная месть. Я не думала, что он способен на такое.
- Способен, Джесси. И Бадр на этом не остановится. Тебе может понадобиться помощь.
- Мне может понадобиться стрелок, а не картежник.
В ее голосе не звучало презрение, и он не обиделся.
- Я ношу военный револьвер не для красоты. И умею им пользоваться.
- А ты убивал кого-нибудь?
- А ты?..
Джесси не привлекала идея постоянно видеть Чейза рядом с собой. Ей и так тяжело было видеть его изо дня в день всю
неделю. Она не понимала чувств, которые он возбуждал в ней. А всю неделю он был само очарование. И это пугало ее.
- Ты не в той форме, чтобы помогать мне, Чейз. В любом случае это не твои заботы.
- Послушай, пока не вернутся обратно твои работники, ты можешь рассчитывать на меня. Я справлюсь не хуже какогонибудь
новичка и нисколько не перетружусь, если посторожу стадо.
- А почему ты хочешь мне помочь?
Он пытался быстро сообразить, что ответить.
- Наверное, из-за того, что я отыграл долговое обязательство. Выходит, снова из-за меня у тебя проблемы. И было бы
справедливо...
Она оборвала его.
- Бадр хотел не денег, а ранчо. Даже если бы я расплатилась с ним, он все равно бы мстил. Да ладно, как знаешь. Но пеняй
на себя, если снова примешься за старое.
Она вышла из комнаты. Чейз улыбнулся. Он был доволен.
Чейз проснулся от звона посуды - кто-то готовил завтрак и варил кофе. Он с досадой посмотрел на все еще темное небо.
Когда третьего дня он проснулся в такой же час и выругался, в ответ раздался смех. Все привыкли вставать до зари и
работать без отдыха целый день. Он - нет. И все считали его неженкой. И были правы.
Чейз сам ввязался в это дело, и какой смысл теперь жаловаться? Он бы хотел убедить себя, что это галантность с его
стороны - помочь даме, но это было далеко от истины.
Он почти не видел Джесси, а, отправляясь с ней сюда, надеялся на обратное. Дело у него было самое легкое - охранять
водопой, куда пригоняли стадо, и следить, чтобы скот не разбредался. Чейз видел Джесси раза два в день, когда она собирала
с холмов заблудившихся коров. К вечеру она так уставала, что они едва могли перекинуться словом, и она тут же у огня
валилась спать вместе со всеми. Они ни разу не оставались наедине А по утрам ее вообще никто не видел, даже повар,
поднимавшийся первым.
Чейз сел, вздрогнув от утренней прохлады Одеяло пропиталось влагой и покрылось изморозью А ведь только первая
неделя ноября.
Для чего устраивать фермы в таком холодном месте? Томасу Блэру захотелось осесть именно здесь, и скоту здесь
неплохо. А люди привыкли.
Чашка горячего кофе согреет, решил Чейз, дрожа при одной мысли, что надо вставать. Он посмотрел в ту сторону, где
Джесси обычно спала. Никого. Ушла. Рано, как обычно. Почему? Когда мужчины позавтракали и отправились работать,
солнце только-только вставало, значит, Джесси исчезла еще в темноте Он как-то спросил ее, куда она уходит, но она
перевела разговор на другое.
Он покачал головой и вспомнил о позапрошлой ночи. После приступа ярости она уже спокойнее, чем можно было
ожидать, отнеслась к новому несчастью. Митч Фабер ночью прискакал в лагерь и сообщил, что все коровы, угнанные на
север, украдены за день до того, как, предполагалось, они будут на месте. Работники спали, а охранник исчез вместе с
ворами.
- Полный нокаут, - сказал Митч. - Я даже не знаю, чем меня стукнули. Худшее трудно представить, уж лучше бы меня
прикончили, чем увели стадо.
Когда Митч и работники добрались до первого шахтерского городка, чтобы заявить шерифу о случившемся, стало ясно,
что все без толку. Воры прекрасно рассчитали время. Они успели распродать всех коров до того, как Митч и работники
опомнились. И самое гнусное было то, что стадо распродали тем шахтерам, с которыми Джесси подписала контракт. Агент
закупил стадо целиком, разделил его на партии и подготовил к отправке в соседние городки. Он заплатил всю сумму через
банк и получил квитанцию. В такой ситуации шериф ни черта не мог сделать. Сам Митч тоже ничего не мог. Агента нельзя
было обвинить ни в чем - стадо пригнали из Роки Вэлли, продали ему контракты, украденные у Митча, когда тот был без
сознания. Джесси лично не имела дела с этим агентом, и Митч тоже. Так что он не знал ни ее, ни его.
- И как они могли пронюхать о контрактах? - недоумевала Джесси.
Она тяжело переживала случившееся, лицо посерело, в глазах застыло недоумение. Чейз понимал, что она чувствует. Он
знал, какой большой заем взят ею в банке. И ей теперь нечем расплатиться с долгами и с работниками.
Но больше всего она рассвирепела, услышав, что сбежал человек, охранявший стадо. Блю Паркер. Митч признался, что
Блю вел себя довольно странно во время перегона. Да, Блю знал о контрактах. Еще за месяц перед этим он ходил с угрюмым
и недовольным видом. Чейз вспомнил, что именно тогда он сам появился в Роки Вэлли. Джесси тоже вспомнила и кинула в
его сторону обвиняющий взгляд. Чейз не понял - он не знал Блю Паркера и только потом обнаружил, что это тот самый
парень, с которым он застал ее в первый день. Вероятно, Паркер сговорился с ворами, и было нетрудно догадаться, кто они
такие.
В тот вечер Джесси ничего не стала объяснять Чейзу, проклиная Паркера и Лэтона Бадра. А когда она чуть успокоилась, у
Чейза не хватило духу снова заговорить на эту тему. Но его чертовски заинтересовал этот Паркер. Воспоминания о той сцене
не давали ему спать...
Наконец Чейз собрался с духом и отбросил одеяло. Один месяц - и столько всего!
Он взял чашку кофе обеими руками, чтобы согреть их. Двое мужчин сидели у огня, ели бифштексы и ухмылялись, глядя,
как он дрожит.
- Ты привыкнешь, Саммерз, если поживешь здесь с наше, - сказал Рамзей.
- Мужайся, дружище. Будет еще холоднее, - добавил, ухмыльнувшись, ковбой средних лет по имени Болди. - Похоже,
скоро снег выпадет.
Чейз заворчал, и работники засмеялись. Их было трое, остальные отправились на перегон с Митчем и Блю. Джесси
послала Митча и одного парня в форт Ларами попытаться продать немного мяса, чтобы рассчитаться с работниками. Один
уволился из-за того, что Джесси не дала ему выходной на попойку. И ей пришлось ехать с ним на ранчо, чтобы наскрести
хоть какие-то деньги. Чейзу так хотелось отдубасить этого ублюдка, но это дело Джесси, и, если он сунет нос, ей не
понравится.
Чейзу отчаянно хотелось помочь ей в свалившейся на нее новой беде. Дьявол! Он отдал бы все до последнего цента, если
бы она только согласилась принять его помощь.
- Кто-нибудь говорил сегодня утром с Джесси? - осторожно спросил он, принимая тарелку с едой.
Болди покачал головой, не отрываясь от бифштекса.
- Я проснулся, когда она уже уехала. Так что увидел только хвост лошади.
- А в какую сторону она поехала?
- Она собиралась на запад, к холмам. И сказала, что вернется через несколько дней, - объяснил Рамзей. Болди пожал
плечами.
- Если она собралась так далеко, видно, заночует в хижине. Жаль, что она мне не сказала. Я же был там вчера, оставил
кое-какие запасы. И мог бы сделать, что надо, и ей незачем было бы ехать.
Чейзу стало очень тоскливо от мысли, что он не увидит
...Закладка в соц.сетях
