Жанр: Любовные романы
Обретенная любовь
... ни ее
имени, ни названия кондитерской.
Джеральд Пендергаст подумал, не перепутала ли эта красивая женщина банк.
- Миссис Ролинз, вы уверены, что брали займ в этом банке? Здесь есть еще
несколько...
- Ну разумеется, уверена. Я имела дело лично с Хайрамом Пендергастом, -
решительно заявила Эви.
- Очевидно, это какое-то недоразумение, миссис Ролинз. - Молодой человек
начал подозревать, что кто-то из его
друзей решил подшутить над ним в первый день его работы и договорился с этой
женщиной. Однако Джеральд Пендергаст
не находил в этом ничего смешного.
Женщина, несомненно, красива, подумал он, обиженно взглянув на ее утонченное
лицо, в то время как она внимательно
наблюдала за ним. Цвет ее фиалковых глаз с густыми ресницами напоминал ему
анютины глазки. Это были самые красивые
глаза, какие он когда-либо видел.
Именно красота женщины, вероятно, и была причиной того, что ее выбрали для
этой шутки, подумал он. "Ну что же,
продолжим игру", - самодовольно решил молодой человек.
Пендергаст наклонился над письменным столом с игривым взглядом.
- Может быть, мы обсудим эту проблему в более удобной обстановке? Например, у
вас дома? Я уверен, погашение долга
будет... достаточной платой.
Глаза Эви расширились. Она была потрясена. Как осмелился этот наглый юнец
сделать ей такое предложение? Ведь она
замужняя женщина, а этот прыщавый болван едва достиг половой зрелости. Если бы
она не чувствовала себя оскорбленной,
то это было бы ужасно смешно.
Эви едва не сказала, чтобы он пошел и вымыл рот после таких слов, когда дверь
внезапно распахнулась и в комнату
влетел Хайрам Пендергаст.
- Мисс Макгрегор... простите, миссис Ролинз, я же просил вас подождать.
Надеюсь, мой сын развлек вас в мое
отсутствие? Вы знаете, он только что вернулся после окончания юридического
факультета.
Эви, все еще возмущенная, бросила огорченный взгляд на молодого человека.
- "Развлек" - это не то слово, мистер Пендергаст. Вы уверены, что он провел
время на востоке, посещая юридический
факультет?
Банкир почувствовал что-то неладное и бросил настороженный взгляд на сына.
Юноша побледнел от ужаса, осознав, что
миссис Ролинз не являлась участницей розыгрыша. Он только что оскорбил одну из
банковских клиенток.
Хайрам Пендергаст весь напрягся, поняв это. О Боже, ведь она жена Адама
Ролинза! Если его безмозглый сын сказал или
сделал что-то такое, что открыло истинное положение дел с ее займом, трудно себе
представить, как разозлится Ролинз. Его
богатство и власть были безграничны.
- Пройдемте в мой кабинет, миссис Ролинз. Я уверен, там вам будет удобнее.
Эви чувствовала себя чрезвычайно неловко. Она пришла в банк только для того,
чтобы узнать о своей задолженности, а
старший Пендергаст обращается с ней, как с членом королевской семьи. Здесь чтото
неладное.
Усевшись за свой письменный стол, банкир сочувственно улыбнулся:
- Я слышал о пожаре, который произошел у вас. Какое ужасное бедствие!
- Тогда, очевидно, вы догадываетесь о цели моего визита, мистер Пендергаст. Я
только что спрашивала у вашего сына о
балансе, но у вас нет никаких записей.
Его улыбка увяла.
- Чепуха, здесь, должно быть, какая-то ошибка.
- Я сама видела книгу счетов, сэр. Почему меня нет в списке?
Когда Хайрам Пендергаст достал платок и начал утирать пот со лба, Эви
почувствовала, что ее подозрения
оправдываются. Она была неглупа, и ей стало ясно, что волнение банкира вызвано
чем-то большим, нежели простым
упущением при записи в книгу счетов. Эви ждала, не отрывая взгляда от его лица.
- Так что здесь происходит? - спросила она, не дождавшись ответа на
предыдущий вопрос.
Казалось, он съежился в своем кресле, как будто из него выпустили воздух.
- Полагаю, вам лучше... спросить... своего мужа. - Его прерывающийся голос
свидетельствовал о том, что он наконец
сдался.
Сердце Эви упало.
- Что сделал мой муж с моим счетом?
Пендергаст понял, что ему не избежать откровенного разговора с этой женщиной.
Он ругал себя за то, что забыл
предупредить сына о договоренности с Адамом Ролинзом и теперь заварилась такая
каша.
Хайрам Пендергаст нервно потер руки.
- Когда вы обратились за ссудой на расширение вашей кондитерской, банковский
комитет решил, что слишком
рискованно давать взаймы деньги двум молодым женщинам, и отказал в вашей
просьбе.
- Не понимаю, - сказала Эви, сбитая с толку. - Я дала вам расписку, а вы дали
мне деньги.
Пендергаст откашлялся.
- Да, но, понимаете, миссис Ролинз, банк не... Догадываясь об истине, Эви
прервала его:
- Вы хотите сказать, что деньги дал мне Адам Ролинз?
Банкиру ничего не оставалось делать, как рассказать все как есть.
- Мистер Ролинз каким-то образом узнал о решении комитета и обратился ко мне
с предложением. Если я соглашусь
сделать вид, что банк дает вам ссуду, он дополнительно положит в наш банк на
хранение огромную сумму.
Пендергаст выглядел очень виноватым, глядя на потрясенную Эви.
- Постарайтесь понять, миссис Ролинз, ваш муж - очень влиятельный человек. Я
не хотел бы иметь такого врага. Когда
он объяснил, что вы обручены с ним и вам неудобно брать у него деньги, я не
видел причины отказать в его просьбе. Кроме
того, эта уловка избавляла вас от последующих проблем.
Эви оцепенела, лицо ее было бесстрастным. Она сидела, ничем не выдавая своего
гнева.
- Я прекрасно понимаю ваше положение, мистер Пендергаст, - мрачно сказала
она. - Теперь я хотела бы знать, не
заинтересуется ли банк покупкой земельного участка, которым я владею?
Глаза банкира заблестели от перспективы приобрести превосходный участок.
- Конечно, мы без колебаний купим его, если, разумеется, цена будет
умеренной.
- Я хотела бы оформить продажу как можно быстрее. Мои документы сгорели во
время пожара, но есть протокол
регистрации. - Эви протянула руку к своей сумочке. - Моей совладелицей является
мисс Лиль, и я ее доверенное лицо на
продажу земли.
- Разумеется, я понимаю. Я скажу сыну, чтобы тот немедленно составил
документы.
Через несколько минут они достигли соглашения. Эви решительно подписала
бумаги. Ее мозг, оцепеневший от
предательства Адама, казалось, существовал отдельно от тела.
Эви покинула банк и вернулась в казино. Когда она вошла в "Первородный грех",
Билли Чамберс вежливо поклонился ей:
- Добрый день, миссис Ролинз.
Эви не заметила его. В состоянии, очень похожем на транс, она проследовала
наверх по лестнице.
Когда Эви вошла в комнату, Адам встал. При взгляде на нее приветливая улыбка
сошла с его лица. Эви открыла свой
кошелек, вытащила деньги, которые только что получила в банке, и положила перед
ним на письменный стол.
Она повернулась, чтобы уйти, но не успела достигнуть двери, как Адам схватил
ее за плечи и повернул лицом к себе.
- Что все это значит, Эви? - спросил он в замешательстве.
Она отбросила его руки.
- Это означает, Адам, что всю оставшуюся жизнь я буду платить тебе проценты
за твою инвестицию.
Эви повернулась, но он преградил ей выход.
- Ради Бога, Эви, может быть, ты скажешь, о чем идет речь? - Он попытался
обнять ее, но снова встретил
сопротивление.
- Банковский вексель, Адам. Его лицо просветлело.
- О, этот чертов вексель. Я совсем забыл о нем. Мне не нужны твои деньги,
Эви.
- А я никогда не нуждалась в твоих, Адам. Когда ты поймешь это?
Эви двинулась, чтобы уйти, но он обхватил ее рукой и прижал к себе. Она
замерла в его объятиях. Адам наклонил голову
и прижался щекой к ее густым шелковистым волосам.
- Эви, любимая, какое значение имеют деньги? Все мое принадлежит тебе. Я
знал, что кондитерская важна для тебя, и
хотел только помочь.
Эви вздохнула и, расслабившись, прижалась к нему.
- Тогда почему ты солгал мне, Адам? Почему ты прибег к обману?
Его влажные губы скользнули к ее уху, отчего волосики на ее руках встали
дыбом.
- Потому что если бы ты узнала, что эти деньги от меня, то никогда бы не
взяла их. Я люблю тебя, Эви, и не могу видеть,
как ты страдаешь.
- Люди могут страдать по многим причинам, Адам. Когда ты наконец поймешь, что
я страдаю оттого, что не могу сама
распоряжаться своей жизнью?
Адам отпустил ее, так как раздался стук в дверь. Открыв ее, Эви проскользнула
мимо Билли Чамберса и вернулась в свою
комнату. Обман Адама очень расстроил ее.
На кровати лежала его куртка, и Эви отодвинула ее в сторону. Затем, подумав,
отнесла в гардероб. Из кармана выпал
толстый пакет, и из него посыпались какие-то бумаги. Эви наклонилась, чтобы
поднять их.
Внимание Эви привлекло название "Детективное агентство Аллана Пинкертона",
написанное в верхней части одного из
листов. Заинтересовавшись, она села на кровать и начала читать.
Еще долго после того, как Эви закончила чтение, лист бумаги оставался в ее
безвольных руках. Она сидела, глядя в
пространство, оцепенев от ужаса. Эви никак не могла поверить. То, что могло бы
при других обстоятельствах показаться
довольно забавным, превратилось в кошмар из-за еще одного обмана.
Она пыталась отбросить в сторону обиды прошлого по просьбе Адама, но письмо
из детективного агентства и его
недавнее предательство невозможно забыть.
Теперь другого выхода у нее не было. Эви собрала кое-какие вещи и пошла
искать Сэма и Симону.
К счастью, она нашла обоих в комнате Симоны. Они приготовились к
трогательному прощанию с ней, но были удивлены
неожиданным вопросом:
- Можно я поеду с вами? - Эви не стала ничего объяснять, видя их испуганные
лица. - Пожалуйста, не требуйте
сейчас объяснений. Я хочу уехать с вами.
Выражение лица Эви достаточно убедительно говорило Симоне о серьезности
ситуации. Она протянула ей свою тонкую
руку. Эви в отчаянии ухватилась за нее, как за спасительную соломинку.
- А что с Адамом, дорогая?
- Он снова солгал мне, Симона. - Она безнадежно покачала головой. - Все это
сплошное притворство. Адам солгал
мне.
Сэм понял, что в своих отношениях с Адамом Эви имеет склонность видеть только
часть истины. Несмотря на свою
обычную сдержанность и принципиальную установку ни во что не вмешиваться, он
почувствовал, что должен высказаться.
- А ты выслушала его? - осторожно спросил он.
- Я устала слушать объяснения Адама, Сэм. Его ничто не в силах изменить.
Золотой прииск Бэйли - моя единственная
надежда освободиться от этого человека. Я знаю, что это всего лишь жалкая
соломинка, но я в отчаянии и хочу попытаться
ухватиться за нее.
Симона порывисто повернулась к Сэму, умоляя его глазами. Лицо его исказилось,
он пожал плечами:
- Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, Эви. Мы рады взять тебя с собой, но мне
кажется, что ты все-таки должна
выслушать Адама.
- Да, Сэм, я выслушаю его отговорки в последний раз.
Как только Билли Чамберс удалился, Адам поспешил в спальню. Эви сидела на
краю кровати. Адам был потрясен тем, как
она изменилась. На ее лице больше не было гневного румянца, а глаза не горели
неистовым огнем. Она была бледна, как
будто во всем теле не осталось ни кровинки. И эти отсутствующие, безжизненные
глаза, как будто она под действием какогото
наркотика.
- Мой Бог, милая, что случилось? Ты заболела?
- Нет, Адам. Это ты болен. - Эви положила рядом с собой на постель конверт.
Адам тотчас узнал его и в панике
перевел взгляд на жену. - Как ты посмел, Адам?! Как ты посмел скрывать от меня
все это в течение последних шести лет?!
- Щеки ее снова покраснели от негодования. - За кого ты себя принимаешь? Кто дал
тебе право распоряжаться жизнью
других людей?
- Я хотел рассказать тебе, Эви. Я пытался сделать это несколько раз.
- О, пожалуйста, избавь меня от своих отговорок. Я не хочу их слушать. У тебя
было шесть лет, чтобы обо всем
рассказать мне. В течение шести лет ты лишал меня моих родственников, Адам?
Когда же ты собирался сообщить мне, что
Бэйли Монтгомери мой отец и у меня есть единокровный брат по имени Сэм?
Она покачала головой, все еще не в силах поверить, что он способен на такое
вероломство.
Адам начал отчаянно подыскивать слова:
- Не знаю... возможно, я не хотел рассказывать тебе об этом, потому что...
Ну, на то была особая причина.
- Я знаю эту причину, Адам. Если бы у меня был законный отец, я не находилась
бы под твоей пятой и не страдала бы от
твоего давления и вмешательства в мою жизнь.
- Ты ошибаешься, Эви. Не поэтому. Я знал, что Бэйли Монтгомери бродяга, и
надеялся, что ваши дороги никогда не
пересекутся, но, когда он появился здесь, в Сан-Франциско, я понял, что должен
рассказать тебе правду о нем. Я тянул время,
стараясь уберечь тебя от страданий.
- Уберечь меня от страданий! - Эви негодующе усмехнулась. - Адам, мои
страдания начались двенадцать лет назад,
когда я потеряла мать. И теперь я страдаю из-за предательства мужчины, которого
люблю. Не говори мне о страданиях. Ты
заставил меня достаточно мучиться.
- Я знаю, что поступил неправильно, Эви. Я хотел тебе все рассказать, когда
ты вернулась из Франции, - сокрушенно
признался он.
- О нет, зачем тебе было рассказывать! - возмущенно воскликнула она. - Ведь я
тогда не стала бы жить под твоей
тиранией! Зачем рассказывать, если я обрела бы отца, который окружил бы меня
любовью, столь необходимой мне в то
время!
- Твой отец не смог бы дать тебе заботу и защиту. Бэйли - мечтатель и
бродяга, заставлявший мучиться всех женщин,
которые любили его. Твою мать. Мать Сэма. Да, он привлекательный старик, хотя и
вспыльчивый, но по натуре не отец, не
семьянин. Он никогда не годился на эту роль. Спроси Сэма. Он лучше других может
рассказать об этом.
- Только я могу судить об этом! - вспыхнула Эви. - Только я знаю, что мне
надо и что требовать от него. Ни ты, ни
Сэм не вправе делать это за меня. - По щекам ее потекли слезы. - Ты не имел
права, Адам, лишать меня родного человека.
- Эви зарыдала.
Адам обнял ее, пытаясь утешить:
- Эви, я думал, Бэйли никогда не войдет в твою жизнь. Так же, как и Сэм. Он
стрелок, и время его сочтено. Я не хотел,
чтобы они вторгались в твою жизнь только для того, чтобы ты испытала муки,
потеряв их.
Адам молил Бога, чтобы она поняла его.
- Когда я встретил их... узнал и полюбил... я понял, что должен обо всем
рассказать тебе. Я больше не мог лишать тебя
родственников. Как ты думаешь, Эви, зачем я привез доклад Пинкертона в СанФранциско?
Поверь мне, я хотел рассказать
тебе всю правду. Я люблю тебя и никогда не хотел причинять тебе боль.
Эви шевельнулась в его объятиях и посмотрела на него. В глазах ее блестели
слезы. Затаив дыхание, она внимательно
изучала лицо Адама, проникнутое пониманием и любовью к ней.
Да, она знала, что он любит ее. Но его любовь была слишком
покровительственной. Его собственнический инстинкт в
конечном счете мог подавить ее.
Она протянула руку и ласково коснулась его щеки. Несмотря ни на что, она тоже
любила его. Слишком многое связывало
их, и невозможно отрицать, что их отношения были проникнуты глубокими чувствами.
От этого было еще труднее покинуть
его. Что бы ни уготовила ей будущая судьба, он навсегда останется частью ее
жизни.
Однако прочная любовь должна строиться на фундаменте доверия. Но не на лжи.
Адам обхватил ладонями ее щеки и улыбнулся ей:
- Я знаю, ты очень расстроена сейчас, милая. Я уйду, чтобы ты могла
отдохнуть. Позднее мы сядем и все обсудим.
Больше ничего подобного не будет, дорогая. Никаких сюрпризов, никаких секретов.
Теперь ты все знаешь.
Эви встала и поцеловала его. Это был горько-сладкий поцелуй. Сладость нежной
любви, смешанная с горечью
предстоящей разлуки.
Она улыбнулась ему сквозь слезы, невыносимая боль сжала ее сердце в груди.
- Прощай, Адам.
Глава 19
После ухода Эви Адам еще долго оставался в своем кабинете, задумчиво глядя в
пространство. Он понимал, что этот
последний конфликт между ними был не просто очередным недоразумением, которое
можно было устранить одним
поцелуем. Эви глубоко обижена. Не важно, что она говорила в любовной страсти,
при этом ее сомнения были только
подавлены. Сможет ли он теперь завоевать ее полное доверие? Сможет ли добиться
того, чтобы его действия не вызывали у
нее подозрений?
Справедливости ради он признавал, что у нее есть основания быть расстроенной.
Но даже если его решения были
неправильными, почему она никак не хочет понять, что он делал все в ее
интересах?
Адам поморщился. Он теряет время. Надо поторопиться, если он хочет убедить ее
вернуться с ним завтра в Сакраменто.
Конечно, было бы разумнее дать Эви возможность самой принять решение. Не
давить, однако мысль о том, что она
тяжело переживает случившееся, не могла оставить его безучастным.
Адам вернулся в их спальню, но Эви там не было. Он прошел по коридору до
комнаты Симоны, уверенный, что Эви у
нее. Постучал несколько раз - нет ответа.
- Проклятие! Куда, черт побери, они могли исчезнуть так быстро? - проворчал
он.
Адам вернулся в свой кабинет и выглянул в окно, надеясь увидеть их на улице.
Никого.
Он на некоторое время задержал свой взгляд на пустом месте, где когда-то
стоял "Запретный плод".
Мрачное свидетельство недавнего бедствия напомнило ему, как близок он был к
тому, чтобы потерять ее навсегда, отчего
их недавние глупые ссоры показались еще бессмысленнее.
Стремление Адама продолжать поиски Эви отошло на второй план, когда внизу
остановился экипаж. Из кареты вылез его
секретарь Ричард Грейвс, за ним последовал незнакомец. Мужчина протянул руку,
чтобы помочь женщине. С того места,
откуда Адам наблюдал за ними, она выглядела довольно молодой, высокой и
стройной. Лицо незнакомки прикрывала
широкополая шляпа, обильно украшенная перьями. Леди взглянула наверх, и он
увидел, что она довольно мила. На
несколько секунд их взгляды встретились. В глубине ее зеленых глаз мелькнул
интерес. Затем ее полные чувственные губы
тронула едва заметная улыбка, прежде чем она снова повернулась к сопровождающему
мужчине.
Он был немного ниже женщины и казался лет на двадцать старше ее. В темных
волосах посверкивала седина.
Адам отошел от окна, стараясь заставить себя не думать об Эви и заняться
делами. Приезд Ричарда Грэйвса был как
нельзя кстати.
Грейвс был по происхождению англичанином, но уже давно стал настоящим
американцем. Он приехал в Северную
Америку в 1821 году на службу в английское посольство в Мексике. В мае 1823
года, когда мексиканский правитель бежал
из страны во время революции, Грейвс решил, что для иностранцев возникли
серьезные проблемы, и покинул страну. Однако
вместо того чтобы вернуться в Англию, отправился в путешествие вдоль западного
побережья и случайно встретился с
Дэниелом Ролинзом, который тотчас нанял его на службу.
Привязанный к семье Ролинзов, скромный и застенчивый молодой человек никогда
не был женат. Сейчас ему было уже
пятьдесят пять лет, из которых последние двадцать шесть он посвятил верной
службе интересам семьи. Адам полностью
доверял ему.
Грейвс представил Адаму своих спутников, и Питер Вудвард, человек, которого
Грейвс рекомендовал для управления
"Первородным грехом", произвел на него положительное впечатление. Единственное,
что беспокоило его, - явный интерес
Вудварда к женщинам типа этой леди с зелеными глазами. Дама по имени Лили Кэван
была очень чувственной и открыто
флиртовала с Адамом, делая недвусмысленные намеки, с которыми он был знаком еще
с шестнадцати лет. Вообще он
привлекал многих женщин, но не Эви, с тоской подумал Адам, позволив своим мыслям
вернуться к недавней теме.
Чуть позже, оставшись наедине с Грейвсом, он высказал свое сомнение
относительно возможности Вудварда правильно
оценивать людей. Грейвс был настроен не столь скептически. Секретарь еще раньше
по обыкновению навел справки о
Вудварде, о его связях и о прошлой жизни, но не нашел ничего предосудительного.
- Мисс Кэван - просто мимолетный каприз, Адам. Вудвард говорит, что она
обладает прекрасным голосом. - Адам с
сомнением поднял бровь, и Грейвс не удержался от улыбки. - Видишь, он уже
позаботился о наших интересах. Кроме того,
я сомневаюсь, что эта леди надолго задержится здесь. Ее в большей степени
привлекает "Эльдорадо".
- Хорошо, Ричард. Надеюсь на твое чутье, - уступил ему Адам. - Кстати,
Вудвард мне тоже нравится, - добавил он,
похлопав Грейвса по плечу. - Думаю, ты сделал хороший выбор.
- Ладно, теперь, когда мы покончили с этим, я хотел бы повидать Эви. Где она?
Адам был раздосадован:
- О Боже, Ричард, я совсем забыл сообщить тебе новость. Эви и я поженились
неделю назад.
Грейвс широко улыбнулся, с чувством пожав Адаму руку:
- Поздравляю, Эви замечательная девушка.
В течение последних нескольких лет Ричард Грейвс с интересом наблюдал, как
развиваются отношения между двумя
молодыми людьми. Хотя Адам Ролинз старался скрывать свои истинные чувства к Эви
Макгрегор, его секретарь обо всем
догадывался. А когда такой деловой человек, как Адам, отложил свои дела, чтобы
построить в Сан-Франциско казино
напротив некой кондитерской, подозрения Ричарда подтвердились.
- Ну, и где же скрывается новобрачная? Несмотря на серьезность ситуации, Адам
не мог удержаться от смеха:
- "Скрывается", пожалуй, самое подходящее слово. Я сам хотел бы знать ответ
на этот вопрос.
Она исчезла куда-то вместе с Симоной Лиль. Сейчас она очень злится на меня.
Садись, Ричард, и я обо всем расскажу
тебе.
Когда Адам закончил рассказ о событиях предыдущей недели, Грейвс подошел к
окну и посмотрел на остатки
кондитерской.
- Мой Бог, вы оба могли погибнуть в огне.
- Но этого не случилось, Ричард. Теперь проблема в том, что Эви узнала не
только о финансировании мною ее
кондитерской, но и всю правду о своем отце.
Ричард печально покачал головой:
- Я не хотел говорить тебе, Адам, но знал, что Эви очень расстроится, когда
узнает обо всем. Я никогда не понимал,
почему ты не был откровенен с ней с самого начала.
Адам резко сел на край письменного стола с отчаянным видом.
- Я хотел послушаться тебя, но все откладывал, рассчитывая, что расскажу ей
правду, когда мы поженимся. Тогда это не
будет иметь значения. - Он криво усмехнулся. - Но я оказался прав только
наполовину.
- Тебе следовало рассказать ей о Бэйли Монтгомери несколько лет назад, -
сказал Грейвс серьезным голосом.
Адам почувствовал себя полностью опустошенным. Он закрыл глаза, вспомнив о
безнадежной ситуации, в которой теперь
оказался.
- Я знаю. Поверь, я собирался сделать это. Однажды даже начал рассказывать,
но Эви остановила меня, не дав
договорить. Теперь она так страдает, что я не уверен, простит ли она когданибудь
меня.
Адам открыл глаза. Лицо Ричарда выражало сочувствие.
- Как я мог все так ужасно испортить, Ричард?
- Возможно, если бы вы сели вдвоем и спокойно все обсудили, она поняла бы
тебя. Думаю, главная проблема в том, что
Эви сама обнаружила эти факты, Адам. Вероятно, если бы ты был откровенен с ней,
она приняла бы их более спокойно.
Адам встал.
- Не надо об этом, Ричард. Я не стану винить Эви, если после всего
случившегося она никогда больше не заговорит со
мной.
Когда обе женщины не вернулись к наступлению ночи, Адам уже метался по
комнате, как зверь в клетке. Полагая, что
каким-то образом пропустил их, он вновь поспешил к комнате Симоны. Когда на стук
никто не ответил, Адам открыл дверь и
заглянул внутрь. Спальня была пуста. Подозрительно пуста. Он обвел ее взглядом,
и его подозрения усилились. Вещей
Симоны нигде не было видно. Он вернулся в свою спальню. Вещи Эви также исчезли.
Смысл увиденного заставил Адама
покрыться холодным потом.
Он выскочил из казино и столкнулся с Хильгой Свенсен около ее дома. Она
сказала, что Эви и Симона были здесь днем,
купили несколько штанов и рубашек, принадлежавших ее четырнадцатилетнему сыну.
Адам поблагодарил ее, затем что есть
мочи бросился в конюшню. Кузнец подтвердил его худшие опасения. Сэм Монтгомери
купил у него трех лошадей. С Сэмом
верхом уехали две женщины.
Адама охватила паника. Как Сэм мог предать его? Что теперь делать?
Отправиться на поиски? Но какой дорогой они
уехали?
Он ломал голову, пытаясь восстановить обрывки разговоров. Прошлым вечером Сэм
сказал, что хочет попытаться найти
своего отца. Адам выругал себя за то, что не уделил достаточного внимания
болтовне Бэйли о своем руднике.
Подавленный, он поднял вверх сжатый кулак: - Будь ты проклята, Эви! Будь
проклята за свою вспыльчивость,
порывистость и глупость. - Сердце его разрывалось. - О Боже, девочка моя, где ты
теперь?
К тому времени, когда Адам вернулся в "Первородный грех", он уже овладел
собой, поняв, что, если хочет преуспеть в
поисках Эви, эмоции не должны туманить его рассудок.
Адам знал, что Бэйли зарегистрировал свой участок в пробирной палате, которая
могла бы дать ему сведения о
местоположении рудника. Утром он выяснит это. Затем надо нанять детективов,
каких только сможет найти в Калифорнии.
Человек с такой репутацией, как у Сэма Монтгомери, не мог передвигаться
незамеченным. А поскольку он путешествует с
двумя женщинами, даже если они переодеты парнями, его еще легче выследить.
Адам присоединился к Грейвсу и Вудварду, которые находились в баре. Все
присутствующие в казино стоя увлеченно
слушали пение Лили Кэван. Вудвард был прав, неохотно подумал Адам, женщина
действительно обладала хорошим голосом.
Он послушал ее еще несколько минут, затем подошел к Грейвсу и повел его наверх.
Когда Адам поднимался по лестнице, Лили закончила песню, и зал взорвался
аплодисментами и свистом. Адам оглянулся.
Лили смотрела на него и самоуверенно улыбалась. На какое-то мгновение взгляды их
встретились, затем он продолжил свой
путь.
Грейвс был потрясен и обеспокоен, когда услышал новости об Эви. Он согласился
с планом Адама проследить путь ее
следования, а затем поехать за ней.
- Я свяжусь с Алланом Пинкертоном, как только мы вернемся в Сакраменто. Он
превосходный сыщик. Если кто-то и
может найти Эви, так это он, - уверенно заявил Ричард, стараясь поднять
настроение Адама.
Однако они оба знали, что невозможно найти человека на золотых приисках, если
он не хочет, чтобы его нашли.
- Твой план неплох, - хмуро произнес Адам, - но я не поеду с тобой в
Сакраменто и останусь здесь, чтобы связаться с
другими детективными агентств
...Закладка в соц.сетях
