Жанр: Любовные романы
Любовные хроники: флинт маккензи
...ни скрывал, Гарнет знала, что он желает ее так же сильно. Ее
женское чутье безошибочно это угадывало.
И даже сейчас он лежит наверху, томимый желанием. От этой мысли глаза Гарнет
закрылись сами собой.
Но есть способ заставить Флинта желать ее еще сильнее.
- Прошу прощения, мистер Клоски, за то, что покидаю доверенный мне пост, -
пробормотала она. - Этому пустому
холлу придется до утра побыть без меня. - Она посмотрела на лестницу. - Есть
места, где я нужнее, чем здесь.
Когда пробило час, Флинт оставил тщетные попытки уснуть. Сел, взбил за спиной
подушки и мрачно уставился в
темноту. Он клял себя на чем свет стоит. Что с ним, в конце концов, происходит?
Давно надо было подобрать какую-нибудь
шлюху и выбросить из головы рыжеволосую чертовку.
Раздался скрип. Флинт молниеносно повернул голову к двери и одновременно
потянулся к "кольту". Он ждал: неужели
Бодин и Мур решили все-таки вернуться? Дверь медленно отворилась, и он увидел в
проеме знакомую фигуру.
- Верный способ оказаться застреленной. Вы так ничему и не научились,
вдовушка Скотт?
Глава 8
В комнате было темно, но Гарнет ощутила на себе взгляд Флинта. Она
прислонилась к притолоке, ожидая, пока глаза
привыкнут к полумраку. И наконец увидела его. Флинт сидел на кровати. Лунный
свет серебрил обнаженные плечи и грудь,
но лицо оставалось в тени. Он протянул руку к лампе.
- Не зажигайте, - попросила Гарнет.
Она вся дрожала и про себя молила об одном: только бы сохранить хладнокровие.
Ноги так подкашивались, что хотелось
сесть. Она сбросила ботинки и сделала шаг к кровати. Пальцы так онемели, что
никак не могли расстегнуть блузку.
- Разве я неясно выразился внизу? - начал Флинт. - Из каких только переплетов
я вас не вытаскивал! Довольно. Если
вы снимете блузку, обратной дороги не будет.
- А я, помнится, говорила, что способна позаботиться о себе сама. - Гарнет
сбросила блузку и откинула ее в сторону.
- Это вы называете заботой о себе? Да вы глупее вынюхивающей скунса домашней
кошки. Сами не понимаете, в какую
готовы вляпаться неприятность.
- Так отчего же вам прямо об этом не сказать? - Она освободила завязку на
юбке, та упала к ее ногам, Гарнет
перешагнула через лежащую ворохом одежду и еще приблизилась к кровати. Теперь на
ней оставались только лифчик и
панталоны.
- Я все уже говорил. Что, не помните? Я не юный Бобби Джо и не старикан
Фредди. Никакие семейные штучки-дрючки
со мной не пройдут. Настанет утро - только меня здесь и видели.
- Говорили. - Гарнет наклонилась и скатала с ноги чулок, потом проделала то
же с другим и, перебросив через спинку
кровати, подошла еще ближе.
- Черт возьми, дамочка. Я дурака не валяю. Как сказал, так и будет.
- Понятно. Но я хочу всего лишь воспользоваться случаем. - Нагота ее никогда
не смущала, и она без колебаний
сбросила остальную одежду.
Теперь она стояла перед Флинтом совершенно обнаженная и лихорадочно думала,
что делать дальше. Все случилось
быстро, под влиянием порыва, но теперь ее уверенность в себе быстро таяла. А
что, если все это было ошибкой? Что, если
она не сможет его удовлетворить? Или хуже, если он просто над ней посмеется?
Тогда она сгорит от стыда. Умрет от
унижения.
- Волосы. Не забудь про волосы, вдовушка Скотт. - Его спокойствие
обескураживало Гарнет. Она не владела собой.
А Флинт держал себя в руках.
Гарнет быстро расплела косу и расчесала пальцами локоны. Потом тряхнула
головой. На миг рыжие кудри взвились
золотистым облаком и легли на плечи. Она уронила руки и ждала, что он сделает
дальше.
Объятый желанием, Флинт голодным взглядом окинул ее наготу. Однажды он уже
видел ее голой при свете солнца. Но
лунный луч делал зрелище несравненным. Изгибы тела подчеркивали таинственные
тени, а рыжая копна волос казалась
дикой, как у очаровательной ведьмы. Желание томило его - ни одну женщину на
свете он не хотел так сильно, как Гарнет.
- По моим расчетам, вдовушка Скотт, до рассвета осталось часов пять. Так что
не будем терять времени.
Она бросилась в его объятия. Их губы сомкнулись. В поцелуе Флинта не
ощущалось ни капли нежности. Да в этом и не
было нужды. С первой их встречи там, у костра, их потянуло друг к другу, и этот
миг неминуемо приближался. Не было
смысла подогревать ласками страсть - она закипела от одного прикосновения губ.
На Гарнет нахлынуло удивительное
чувство, которое пробирало ее до самых костей.
Флинт оттолкнул ее, расстегнул ремень на штанах из оленьей кожи, быстро
стянул их вместе с нижним бельем и
нетерпеливо отбросил в сторону. Потом снова лег и положил на себя Гарнет - ее
груди прижались к монолиту его
мускулистой груди. Женщина вытянулась, тесно приникла плоть к плоти, и Флинт
запустил руки в ее пышные кудри.
- Но никаких условий, рыжая.
Гарнет подняла голову и посмотрела ему в глаза. Сиявшее в них желание еще
больше распалило ее страсть.
- Для тебя никаких.
И движимая жаждой испить его всего, потянулась к губам. Флинт зажал ее ноги
своими, подмял под себя. Гарнет
почувствовала, как он возбужден, и судорожно вздохнула. Но его язык тут же
скользнул ей в рот и подавил стон.
Она почти задохнулась, когда он оторвался от ее губ и дорожка поцелуев
пробежала к груди. Язык, словно влажная терка,
прошелся по сразу отвердевшим соскам, и один оказался у него во рту. Гарнет
судорожно выгнулась и крепче прижалась к
Флинту. Смущение прошло, руки свободно блуждали по его телу. И когда он
возобновил поцелуй, женщина жадно раскрыла
рот. На такую вершину чувственного возбуждения ей еще никогда не приходилось
взлетать, и она сама себе удивлялась -
желание принадлежать этому человеку заглушало здравый смысл. Наконец она
перестала сдерживаться, позволяя рукам и
губам наслаждаться его телом так же, как он наслаждался ею.
Охваченная желанием, она закружилась в вихре страсти. Слух улавливал его
стоны, разум сознавал, какая мужская сила
таится в теле, к которому она прикасалась губами и кончиками пальцев.
Гарнет была чувственной женщиной, но ее страстность бывшие мужья не пытались
ни удовлетворить, ни разжечь. И
теперь она самозабвенно кинулась в любовный омут, отбросив стыд, который всегда
ей в прошлом мешал.
Каждое движение, каждый стон и ласковое слово еще больше распаляли Флинта, и
это возносило ее чувство на
небывалые высоты.
Они касались друг друга, испытывали, пробовали, наслаждались.
Губы Гарнет трепетали от поцелуев, тело пронзала страсть. Ей казалось, еще
мгновение - и она не выдержит, но безумно
хотелось, чтобы это мгновение никогда не кончалось.
Наконец он проник в нее. Женская плоть сомкнулась вокруг его естества, Гарнет
жадно вздохнула, и они вместе взлетели
на вершину всепоглощающей страсти.
Через несколько минут Гарнет вернулась с небес на землю и стала ощущать
несовершенство бренного тела: трудно было
вдохнуть, от бухающего сердца ломило в груди.
Почувствовав прикосновение к щеке, она открыла глаза и перехватила
озадаченный взгляд Флинта. Он нежно провел по
ее лицу рукой, убрав со лба влажную прядь.
- Вот что, милая, если ты всегда любила, как сейчас, то ничего удивительного,
что довела обоих мужей до ручки. - Он
скатился с нее и растянулся на матрасе.
Гарнет повернулась на бок, оперлась на локоть и посмотрела на него сверху
вниз:
- Ты, как всегда, верен себе, Маккензи. А я надеялась, что хоть теперь ты
окажешься вежливым и поблагодаришь меня.
- Ее губы растянулись в улыбке.
- Это ты должна меня благодарить, - в ответ улыбнулся он. - Я ведь тебя
предупреждал, каково заниматься любовью с
настоящим мужчиной.
- Значит, опять я обязана тебе? А мне показалось, что и у тебя получилось со
мной не как со всеми. Помнишь, я тебя
предупреждала, что ты в меня влюбишься?
- Влюбишься! - Флинт даже фыркнул. - Любовь к этому не имеет никакого
отношения. Давай называть вещи своими
именами - мы просто переспали.
- Называй как хочешь, а я считаю по-другому, - упрямо проговорила Гарнет.
- Ну и черт с тобой, дамочка. - В его голосе появились нотки раздражения. -
Но мы переспали. И ничего другого в
этом не было.
Она наклонилась, погасила поцелуем его воинственность, провела языком по
губам и поправила:
- Мы занимались любовью, Флинт.
- Красивые слова, и только. Надеюсь, вдовушка, ты не рассчитываешь, чтобы я в
них поверил?
- Когда-нибудь поверишь. - Она поцеловала его опять.
Флинт обвил ее талию руками и притянул к себе.
- Я готов поверить в другое, - хрипло прошептал он ей на ухо.
- Во что?
- В то, что твоя мама молодец, потому что научила всяким хитрым штучкам, как
распалять мужчин. Они действуют
безотказно.
Гарнет с радостью почувствовала, что он снова возбужден, и, подняв глаза,
улыбнулась.
- Я тебе тоже скажу: заниматься любовью с настоящим мужчиной - это нечто... -
Она смело скользнула ладонью по
его телу и, подобравшись к мужскому естеству, лишь на миг замешкалась и стала
его ласкать. Страсть снова всколыхнулась в
ней, вспыхнула и охватила ее всю, как пожар, покорила разум и тело. Ее движения
стали быстрее и резче, пока горячая плоть
не стала сама собой подрагивать под ее пальцами.
Флинт застонал, жадно ее поцеловал, а когда оторвался от губ, посмотрел в
глаза.
- А этому фокусу тебя кто научил: мальчонка или старый джентльмен?
- Я приберегла его для тебя.
Флинт навалился, распластав ее под собой, и усмехнулся:
- Только на этот раз, вдовушка, полегче. Может, это не самый худший способ
умирать, но мне пока к твоим мужьям
присоединяться не хочется.
Когда Флинт проснулся, за окном сияло солнце. Рядом еле слышно дышала Гарнет.
Мужчина осторожно, чтобы не
разбудить ее, освободился из объятий и встал. Они ласкали друг друга и
целовались всю ночь, пока наконец, обессиленные,
не заснули под утро.
Флинт долго смотрел на нее и качал головой - необыкновенная женщина,
настолько соблазнительна, что способна
влезть в душу даже к такому бродяге, как ой. И великолепна в постели: знает, как
ублажить мужчину, но не преминет
показать, какое наслаждение получает сама. При этом нисколько не притворяется,
как дешевые шлюхи, - в каждом стоне ни
тени фальши. Она искренне наслаждается любовью.
Флинт поспешно оделся. Следовало проявить благоразумие и поскорее убраться из
этого городка. Гарнет настолько его
притягивала, что одна мысль о ней приводила его в возбуждение.
Он застегнул ремень с кобурой и, на мгновение задержавшись, взглянул спящей в
лицо. Оно было спокойно и прекрасно,
как никогда, как у юной девушки, а не дважды овдовевшей женщины.
- Ты что надо, рыжая, - прошептал Флинт. - Но я тебя предупреждал - никаких
обязательств. Отныне будешь
заботиться о себе сама.
Его чресла стало сводить. Еще немного, и он поддастся искушению забраться
обратно в кровать и разбудить Гарнет
поцелуем. Но и на этот раз Маккензи превозмог себя, нахлобучил на голову шляпу и
стремглав понесся прочь от соблазна.
Гарнет проснулась, испытывая необыкновенную умиротворенность. Ее губы
распухли от поцелуев, тело еще покалывало
после ласк Флинта. Она повернула голову и обнаружила, что любовник исчез, как
она и предполагала. Флинт не из тех
мужчин, которые будут ждать в постели, пока не откроет глаза подруга. Как многие
мужчины, он поступал так, как хотел.
Вообще жизнь мужчины казалась Гарнет легкой. Ведь женщине выпало на долю ловить
мужчин в свои сети и день за днем
сражаться, точно с врагом. "Только Флинт мне не враг", - подумала Гарнет, нежась
в отсвете страсти минувшей ночи.
Она встала и посмотрела на свое обнаженное тело. Оно выглядело по-прежнему,
но ощущения были совсем другие. И
себя она чувствовала совсем другой. И первый раз за взрослую жизнь восхитилась,
что родилась женщиной. Она подошла к
висевшему над туалетным столиком зеркалу и вгляделась в отражение. Ее щеки
горели, глаза сияли мягким блеском. Гарнет
приложила к щекам ладони.
- Ты влюблена, Гарнет Скотт.
В первый раз за двадцать шесть лет влюблена безоглядно... по-настоящему...
бесповоротно. Впервые в жизни нашелся
человек, способный о тебе позаботиться, который - признает он это или нет -
нуждается в тебе не меньше, чем ты в нем.
- Когда-нибудь признает, - поклялась себе Гарнет.
Почему-то она осталась жива, в то время как погибло столько людей. И теперь
ей казалось, что все трагедии вели ее сюда,
к этому человеку. Без сомнения, они созданы друг для друга.
На мгновение в голову закралась предательская мысль: а не обманывает ли она
себя? Не вводит ли ее в заблуждение зов
плоти?
Ну, конечно же, нет. Она не какая-нибудь девственница. И раньше делила
постель с мужчиной. Но к Флинту испытала
настоящее чувство. Ничего подобного ее мужья ей дать не могли.
Поначалу она устремилась к Флинту, повинуясь лишь собственному рассудку. По
этим же соображениям Гарнет вышла
замуж за Фредерика Скотта. Флинт был рядом, и ей требовалась его помощь. Однако
со временем она все больше склонялась
к мысли: их любовь предопределена.
И теперь ей предстоит прожить с Флинтом целую вечность.
Если только удастся его найти!
Улыбнувшись своим мыслям, Гарнет принялась приводить себя в порядок. С
помощью Хуаниты она приготовила ванну и
неохотно смыла с себя следы любви; Потом быстро оделась и устремилась вниз,
надеясь обнаружить там возлюбленного.
Но вместо него натолкнулась на разъяренного Ральфа Клоски, который с сигарой
во рту поджидал ее у подножия
лестницы.
- Вот вы где! - сердито взревел он. - А я уже собирался подниматься наверх.
Гарнет почудилось, что сизые клубы табачного дыма у него над головой - это не
дым, а праведный хозяйский гнев.
- Доброе утро, мистер Клоски. Как прошел день рождения вашего сына?
- Не увиливайте, миссис Скотт. Куда это вы запропастились? Разве вам не было
велено оставаться внизу, пока я вас не
отпущу?
- Прошу прощения. Но за целый вечер не зарегистрировался ни один человек. И в
конце концов я решила подняться к
себе.
- Неужели? А я только что встретил двух спукавшихся сверху ковбоев, но имен
их в книге не обнаружил.
- Ах это... Вы встретили братьев Бун. Они помогли мне выпутаться из
неприятностей в баре, и в благодарность за это я
предоставила им комнату.
- В баре? - Два новых клуба дыма устремились к потолку. - А какого черта вам
понадобилось в баре?
- Разыскивала человека.
- И кого же именно?
- Мне кажется, мистер Клоски, это вас не касается.
- Я вам говорил, миссис Скотт, у меня не богадельня. Считайте, что вы
уволены. И должны мне доллар за комнату,
которую отдали ковбоям, а еще доллар за вашу, поскольку не выполнили порученную
вам работу.
- Я оставалась за конторкой после часу, сэр, и считаю это вполне достаточным.
- Гарнет порылась в кармане и
швырнула на стойку монету. - Вот вам деньги за комнату братьев Бун, но за свою я
платить не собираюсь.
- Отлично! Тогда собирайте вещи и выкатывайтесь. Таким, как вы, не место в
моей гостинице.
- Таким, как я? - Она подбоченилась. - Извольте объясниться, сэр!
- Я жду, леди. Чтоб через пять минут вас с вашими пожитками и духу здесь не
было.
- С превеликим удовольствием! - Круто повернувшись, Гарнет устремилась вверх
по лестнице. Пока Флинт не
соберется покинуть город, угол найти труда не составит. Она сложила немудреные
вещички и завернула их вместе с
рубашкой и штанами Флинта в бумагу, накануне взятую в магазине. Спустившись в
холл, Гарнет гордо прошествовала мимо
хозяина гостиницы, не удостоив его даже мимолетным взглядом.
Но на улице сообразила, что понятия не имеет, где искать Флинта. К счастью,
город был маленьким, и вскоре она
заметила знакомую фигуру у станции дилижансов. Маккензи разговаривал с каким-то
человеком. Гарнет поспешила было к
ним, но, услышав обрывок разговора, остановилась и отступила в тень.
- Всего-то и делов, что поедешь охранником до Уэйнесбурга. Стингер дал туда
телеграмму и получил ответ, что замену
они приготовили.
- А что с Галладжером? - поинтересовался Флинт.
- Док вытащил из него индейскую стрелу и считает, что через неделю он сможет
вернуться на службу. Значит, подхвачу
на обратном пути. Спасибо за помощь, Флинт.
- Я все равно еду в ту сторону. Так что не стоит благодарить. Да и негоже
упускать случай честно заработать.
- Я трогаюсь через десять минут, - предупредил незнакомец.
- Подожди, только заберу из платной конюшни своего серого и привяжу его к
задку экипажа.
Так он собирается улизнуть, расстроенно думала Гарнет. Даже не попрощавшись!
Но вместо того чтобы выйти Флинту
навстречу и бросить в лицо обвинение, женщина только отступила еще дальше.
Гарнет представляла себе его бешенство при
виде ее. Но стоит промедлить, и она потеряет его навсегда. Проскользнув на
станцию, Гарнет купила билет до Уэйнесбурга и
к тому времени, как вернулся Флинт, устроилась в дилижансе. Пока он привязывал
Сэма, она скрючилась на сиденье в три
погибели. Однако, к ее облегчению, внутрь Флинт не удосужился заглянуть, а молча
полез наверх устраиваться на скамейке
рядом с кучером.
Гарнет распрямилась и улыбнулась своим спутникам. Их было трое. Один из них
показался ей коммивояжером, а юная
пара - молодоженами.
Улыбка Гарнет стала еще восторженнее, и она обратилась к попутчикам:
- Приятный для путешествия денек, господа!
Пятидесятимильный путь до Уэйнесбурга прошел в приятной беседе. Гариет мило
щебетала с торговцем виски и
молодоженами, которые, как оказалось, ехали в Санта-Фе. А когда кучер
останавливал дилижанс, притворялась спящей,
чтобы не выходить из экипажа.
Они прибыли в Уэйнесбург уже к вечеру. Гарнет терпеливо дождалась, когда
Флинт скроется в помещении станции, и
только тогда выбралась из дилижанса, захватив сверток со своими пожитками.
Оставаясь незамеченной, молодая женщина
украдкой наблюдала, как Маккензи возвращается, перебрасывается на прощание парой
слов с кучером, отвязывая Сэма, и
уходит прочь.
К счастью, город оказался значительно больше Команч-Уэллса, поэтому Гарнет
удавалось держаться от Флинта на
большом расстоянии и незаметно следовать за ним.
Она вздохнула с облегчением, когда увидела, что он отдает Сэма в платную
конюшню. Это означало, что ее бывший
проводник намерен задержаться в городе по крайней мере до завтрашнего утра. Так
оно и вышло - с седельными сумками
через плечо Флинт заглянул в ближайшую гостиницу.
Выждав время, Гарнет проследовала за Маккензи. Называть свое настоящее имя до
разговора с Флинтом она сочла
неразумным и поэтому зарегистрировалась под девичьей фамилией. Служащий подал ей
ключ:
- Ваша комната номер восемь в конце коридора, миссис Петтит.
- Я вижу, здесь остановился мистер Маккензи. - Гарнет сделала вид, что только
что заметила знакомую фамилию в
книге. - Мы ехали с ним в одном дилижансе.
- Именно так. - Портье дружелюбно улыбнулся. - Его комната номер семь - рядом
с вашей. Надолго ли к нам?
- Пока не знаю. - Гарнет положила на стойку серебряный доллар. - Скорее всего
до завтрашнего дня. Там будет
видно.
- Общая ванная - первая дверь направо. Но если вы предпочитаете вымыться в
номере, за дополнительные двадцать
пять центов вам все устроят в комнате. Желаю приятного отдыха.
- Благодарю, сэр, - ответила Гарнет с преувеличенной бодростью: мысль о
предстоящей встрече с Флинтом отнюдь не
вселяла в нее уверенность.
В комнате она развязала пакет и, достав из него мужские штаны и рубашку,
вышла в коридор и застыла у соседней двери.
Наконец, собравшись с духом, Гарнет с бесшабашной решительностью кавалерийской
атаки самого генерала Стюарта
толкнула дверь.
Сбросив сапоги и повесив ремень с револьвером на спинку кровати, Флинт решил
вздремнуть несколько часочков. Всю
дорогу его глаза слипались, он еле сдерживался, чтобы не заснуть и не свалиться
со своего высокого насеста рядом с
кучером.
Взяв ключ с комода, он направился к двери. А вспомнив, как рыжеволосая не
давала ему спать всю ночь, не сдержал
улыбки - славно провели время. Чертовски не хотелось ее оставлять, но Флинт
знал: у Гарнет достанет сил и мужества
снести разлуку. И какого черта, сердился он на себя, какого дьявола он ее
жалеет! Жалеть следовало себя. Гарнет юркнет в
постель к своему троюродному братцу и там успокоится, а он будет долго-долго
одиноко вспоминать их первую и
последнюю ночь.
Он наклонился, чтобы вставить ключ в замочную скважину, и в это время дверь
напротив, с треском распахнувшись,
ударила его по макушке, а при падении он весьма ощутимо проехался по ней спиной.
Флинт лежал на полу и глядел в потолок, на котором кружились тысячи темных
точек. Странно, что он не видел их
раньше.
- Дорогой, ты в порядке?
Он тщетно боролся с головокружением. Какой уж тут порядок? Был бы в порядке,
ему бы не слышался голос
рыжеволосой, не мерещился ее аромат, а темные точки на потолке не сошлись бы в
два прозрачных зеленых круга.
- Извини, дорогой.
Флинт застонал. Она!
Все сходилось: голос с хрипотцой, от которого по спине пробегали мурашки,
зеленые глаза, светившиеся то теплом, то
щемящей грустью, знакомая шелковистая грива пламенеющих на солнце рыжих волос,
которые при лунном свете
становились золотисто-каштановыми.
Но все эти соблазны он оставил в пятидесяти милях отсюда - крепко спящими в
гостиничном номере.
И тут им оказаться не было ни малейшей возможности. Если только...
Существовало одно лишь объяснение.
Флинт Коллингсвуд Маккензи, ты умер и вознесся на небо!
Потом он вспомнил, как сияние этих глаз, каскад волос и волнующий шепот
болезненно томили его чресла, и догадался:
видимо, сбылись пожелания недругов, которые спали и видели его в аду.
Флинт несколько раз мигнул - зрение прояснилось, но рыжеволосой нигде не
оказалось. Поистине, разыгравшееся
воображение может свести человека с ума, подумал он с облегчением. Попробовал
сесть, но тут вновь возникла
рыжеволосая, опять уложила его на пол, обернула вокруг головы мокрое полотенце и
велела не шевелиться.
- Ты?..
Флинт сбросил с головы полотенце и вскочил на ноги. Нет ничего такого, что
нельзя бы было объяснить и исправить. Он
подбежал к кровати и нахлобучил шляпу - ведь со шляпой на голове мужчине
думается гораздо легче. Когда-то Флинта
осенила догадка, что женщины нащупали слабую струнку у противоположного пола и
поэтому требуют в своем присутствии
шляпу снимать, чтобы лишить мужчин преимущества.
- Увязалась за мной! - сердито взревел он.
- Да, увязалась. Ехала в том же самом дилижансе. - Гарнет была настроена
очень решительно, и это еще сильнее
взбесило Флинта. Он сел на кровать, скрестив на груди руки.
- Я же сказал тебе "прощай"! Так какого черта тебя понесло вслед за мной?
Гарнет спокойно сложила одежду на комод.
- Ты забыл рубашку и брюки, которые мне одолжил.
Взбив подушку, Флинт откинулся назад. Он почувствовал удовольствие, даже был
польщен, что вдовушка не оставляет
его в покое. Решительная женщина. К его удивлению, тяга к ней пересилила гнев.
Значит, не так просто порвать эту связь.
Вот дьявольщина! Флинт припомнил, что только раз или два ему захотелось
повторить ночь с девчонкой. Он заложил руки за
голову.
- Хочешь меня убедить, что это была единственная причина?
- А какая могла быть еще? - невинно спросила Гарнет.
- Ладно уж, иди сюда, вдовушка Скотт.
От этих слов в груди у Гарнет екнуло и задрожали ноги, но она не сдвинулась с
места.
- Если хочешь меня, ковбой, подойди сам.
Пока Флинт вставал и шел через комнату, горячая волна ударила ей в виски,
пронизала каждую жилку, взбудоражила
кровь. Их взгляды встретились, и они долго-долго не отрывали друг от друга глаз.
Потом Флинт протянул руку. Гарнет
чувствовала, как задрожала ее рука в его широкой, чуть шершавой ладони.
- Раз уж гналась за мной в такую даль, могла придумать причину и получше.
Стоили ли старая рубашка и рваные штаны
такого путешествия?
Он расстегнул ей блузку, пальцы скользнули внутрь, и губы потянулись к губам.
Поцелуй был неспешным, долгим,
всколыхнул чувство из самых глубин естества, и Гарнет отдалась ему без остатка.
Губы Флинта казались твердыми и
влажными, нетерпеливый язык заставлял сердце бешено колотиться.
- О Боже, Флинт, - задохнувшись, прошептала она, когда он наконец оторвался
от ее рта. - Как я хочу... - Но не
успела договорить, потому что он снова овладел ее губами.
Она почувствовала его жаркое прикосновение, когда широкие ладони легли на
ягодицы и крепче прижали ее тело к
возбужденной плоти. Копчики пальцев посылали стрелы желания, и они насквозь
пронзали ее тело.
- Выкинуть бы твою задницу отсюда к чертовой матери, да уж больно она хороша,
- прошептал ей на ухо Флинт.
- Только для тебя, - так же на ухо ответила Гарнет.
Его руки устремились вверх по спине, расстегнули лиф, начали его стягивать, и
кисти Гарнет запутались в складках
рукавов. А в следующий миг она почувствовала божественное прикосновение его
пальцев к груди.
Флинт начал торопливо срывать с себя одежду, так что послышался треск
разрываемой ткани. Потом схватил ее за плечи,
отклонил назад и взял сосок в рот. Гарнет застонала и запрокинула голову -
горячие волны желания накатывали одна за
другой.
Она почувствовала свои руки свободными, только когда Флинт снял с нее лифчик,
обнажив налитые груди. Он щекой
прижался к одной, провел по коже языком и стал развязывать поясок на юбке.
Мгновение спустя та упала на пол вместе с
панталонами.
Обнаженная Гарнет горела под его неспешным, изучающим взглядом. Но вот Флинт
сдернул с себя остаток одежды, и она
так же откровенно и жадно посмотрела на возлюбленного. Его тело показалось ей
совершенным - ноги и торс были
вылеплены на редкость гармонично.
- Почти совсем зажило. - Гарнет провела пальцем по свежему рубцу на плече,
потом наклонилась и легонько коснулась
губами. - А это откуда? - Она показала шрам на груди. - По виду старый.
- Старый, - согласился Флинт, подхватывая ее на руки и направляясь со своей
ношей к кровати.
И там, на простынях, его обнаженное тело стало ее единственным укрытием. На
этот раз поцелуй оказался жарким, как
пламя.
- Сладкая, - пробормотал он. - Выпил бы всю.
- Пей! Я так тебя хочу! - вскрикнула Гарнет, ощутив на груди язык.
От сосков влажный след устремился ниже - к
...Закладка в соц.сетях
