Жанр: Любовные романы
Любовные хроники: флинт маккензи
...ли все деревья, кактусы,
кусты, уничтожив даже полынь. И город превратился в природную цитадель - ни
человек, ни зверь не смог бы подойти к
нему незамеченным.
- Сколько здесь жителей? - спросила Гарнет.
- Что-то около пары сотен. По крайней мере было столько, когда я проезжал
здесь в последний раз. Не считая
обитателей соседних ранчо. Можете послать оттуда телеграмму в Санта-Фе или сесть
в дилижанс.
- И надолго вы в город, мистер Маккензи?
- Скорее всего дня на два.
Нужно было быстро что-то придумать. Срок невелик - два дня, - чтобы
разработать и осуществить план, благодаря
которому он взял бы ее с собой.
- Пора ехать. Я подсажу вас на Сэма. Вы сможете держаться на лошади без
помощи?
- Я хотела бы тоже прогуляться, - ответила Гарнет. - Не возражаете?
- Сэм уж точно не возражает. Только смотрите под ноги. - Они бок о бок начали
спускаться по ведущей в долину
тропе. Подойдя поближе к городу, Гарнет внезапно обнаружила вместо речушки,
которая, как ей казалось, здесь протекала,
колею, набитую бесчисленным количеством фургонов, повозок и дилижансов,
сновавших взад-вперед.
- Где же они берут воду? - спросила она, оглядывая бесплодную долину.
- Город построен на естественном природном источнике. Некоторые жители вырыли
собственные колодцы, но
большинство пользуются общественным - на центральной площади. Двадцать пять лет
назад здесь были сплошные леса и
излюбленное место команчей, где они набирали воду. Но потом бледнолицые надумали
построить город. После нескольких
нападений индейцев они поумнели и вырубили все, что росло вокруг. А без
прикрытия команчи бессильны против ружей. И в
конце концов они смирились.
- Вы хотите сказать, индейцев согнали с этих земель? Это так же
отвратительно, как то, что после войны сделали с
южанами богатые янки.
- Знаете, леди, у нас большая страна. Всем хватает земли. И вовсе незачем
убивать друг друга. А если считаете иначе,
вспомните, что случилось с людьми из каравана. - Флинт натянул поводья и пошел
вперед.
Новые дома в городе были построены из камня и самана, а старые, деревянные,
хранили следы двадцатипятилетней
непогоды - палящего солнца и дождя. Флинт остановился у деревянного беленого
строения. Прикрепленная к балкону
второго этажа вывеска гласила, что это гостиница.
Флинт открыл сумки и достал одежду Гарнет.
- Полагаю, здесь мы с вами расстанемся. - Он подал сверток и две золотые
монеты по десять долларов. - Этого хватит
расплатиться за комнату, купить себе платье и билет на дилижанс.
- Ваших денег, мистер Маккензи, я не возьму, - запротестовала она.
Проводник улыбнулся и вложил ей золото в ладонь:
- Здесь не много. Я хотел бы дать вам побольше.
- Вы и так сделали для меня очень много. Просто сказать спасибо - значит
ничего не сказать. - Явно смущенный,
Флинт оглянулся, и Гарнет захотелось его обнять, чтобы снова почувствовать
прикосновение его рук. Но вместо этого она
только прикоснулась к его ладони. - Я обязана вам жизнью.
Их взгляды встретились, и несколько минут они пристально смотрели друг другу
в глаза.
- Никто никому не обязан жизнью. Жизнью и смертью распоряжается только
судьба.
- Судьба! - От удивления глаза Гарнет расширились, и она едва не подскочила.
- Неужели вы тоже верите в судьбу?
- Да... Думаю, что так, - едва слышно промолвил Флинт. - Теперь, рыжая, вам
придется заботиться о себе самой. - И
взяв Сэма под уздцы, повел его к конюшне.
Гарнет провожала его глазами, пока он не скрылся из виду, потом повернулась к
гостинице. Пожав плечами, молодая
женщина тяжело вздохнула и пошла по дощатой мостовой.
Большую часть холла занимала ведущая на второй этаж лестница, покрытая
ковром. Из-за боковых дверей доносилось
треньканье расстроенного фортепьяно. У стойки жарко спорили двое мужчин. Гарнет
было повернула направо, но,
оказавшись в насквозь прокуренном баре, сморщила носик, вернулась в холл и
устроилась на красном бархатном стуле,
которых было здесь с полдюжины. Невольно прислушиваясь к разгоряченным словам,
она с нетерпением ожидала окончания
перебранки.
- Сколько раз я тебя предупреждал, Уоллес, не смей показываться мне на глаза
в пьяном виде. А сейчас убирайся и не
вздумай появляться здесь опять! - кипятился коротышка-крепыш, сопровождая свои
слова клубами дыма из зажатой в зубах
сигары.
- Со всем нашим удовольствием, мистер Клоски, - отвечал другой. - Я сыт по
горло вашей чертовой работой. Желаю
удачи в поисках нового ночного портье. Только вряд ли в городе найдется второй
дурак, который согласится работать с
таким скрягой, как вы. - Он протопал через холл и хватил дверь ногой так, что
она жалобно заскрипела и закачалась на
петлях.
Гарнет подошла к конторке.
- Чего надо? - прорычал Клоски, не поднимая глаз.
- Комнату, сэр.
При звуках женского голоса хозяин гостиницы удивленно вскинул голову. От
взгляда Гарнет не укрылось, как при виде ее
одежды подозрительно скривилось лицо коротышки. Его явно насторожили рубашка и
штаны Флинта и перевязанные
сыромятным ремешком волосы.
- Ты приезжая, сестрица?
- Только что прибыла.
Хозяин передвинул сигару в другой угол рта.
- И сколько думаешь здесь пробыть?
- Пару дней.
- Комната стоит доллар за ночь. - Он раскрыл регистрационную книгу и веско
добавил: - Плата вперед.
- У меня к вам предложение, мистер Клоски, - начала Гарнет.
- Не выйдет, сестрица. - Коротышка и слушать ее не хотел. - В городе полно
шлюх. Две работают даже в моем баре.
Так что если нет баксов, чтобы расплатиться за комнату, проваливай подобрупоздорову.
У меня приличная гостиница.
Попытай счастья в "Золотой туфельке". Хотя я сомневаюсь, что в таких обносках у
тебя что-нибудь выйдет.
Мысль, что этот противный коротышка принял ее за проститутку, которая
собирается снять комнату на ночь для занятия
своим ремеслом, привела Гарнет в бешенство. Ей захотелось вырвать у него изо рта
сигару, но она придержала язык и
продолжила, как ни в чем не бывало:
- Мистер Клоски, я случайно слышала ваш разговор с только что уволенным
портье. И поскольку собираюсь ненадолго
остановиться в вашем городе, могу поработать в обмен на комнату.
Хозяин мрачно посмотрел на странную посетительницу.
- Ночной портье - работа не для женщин, сестрица.
- Сэр, - с достоинством ответила Гарнет, - я пережила войну с янки, а недавно
- набег индейцев. И полагаю, что в
течение двух ночей справлюсь с вашей конторкой.
- Вы были в том караване, на который с неделю назад к востоку отсюда напали
команчи?
- Была. - Гарнет заметила, что у хозяина гостиницы хватило ума изобразить
сочувствие на толстой физиономии.
- А я слышал, что в живых никого не осталось.
- Вас ввели в заблуждение, сэр. Меня подобрал мистер Маккензи.
- Флинт Маккензи? Вам повезло. Если кто-то и мог вытащить вас из этой
передряги, так только он. - Коротышка
презрительно фыркнул. - Маккензи такой пройдоха, что его не убить.
Гарнет тотчас ощетинилась, намереваясь защищать человека, за которого
собралась замуж.
- Я нахожу мистера Маккензи смелым и благородным, - возмущенно заявила она. -
И не потерплю, чтобы кто-нибудь
говорил о нем дурно. Так получу я работу или нет?
Клоски снова перебросил сигару из одного угла рта в другой и поскреб рукой
подбородок.
- Нового ночного портье мне придется искать дня два. Читать умеете?
- Конечно.
- Не только печатные буквы, сестрица. Я имею в виду и письменные.
- Во-первых, я вам не сестрица, сэр. Меня зовут миссис Скотт. Что до вашего
вопроса, я умею читать по-всякому.
С полуулыбкой-полунасмешкой хозяин гостиницы кивнул:
- Будь по-вашему, миссис Скотт, - и подвинул к ней ключ. - Только еда в нашу
сделку не входит. Номер шесть на
втором этаже в конце коридора. Пожалуйста, поспешите и сразу же возвращайтесь
сюда.
- Мне потребуется некоторое время, чтобы помыться и погладить свою одежду.
Коротышка двинулся к двери в глубине холла.
- Отправляйтесь на кухню, найдете там Хуаниту - она о вас позаботится. А мне
пора домой. Нужно успеть к ужину -
сегодня у моего сына день рождения.
- Не беспокойтесь, все будет хорошо, сэр. - Гарнет схватила ключ и поспешила
на кухню. Мексиканку она застала у
плиты и, договорившись с ней обо всем, бросилась в соседний магазин. Там она
быстро купила нижнее белье, пару чулок,
несколько туалетных принадлежностей и среди прочего флакон с розовым маслом.
Все путешествие заняло не больше десяти минут, но к ее возвращению Хуанита
успела приготовить горячую ванну. И как
ни хотелось Гарнет понежиться в теплой воде, пришлось поторапливаться - только
окунуться и вымыть волосы.
Вид кровати в комнате манил. Мелькнула мысль позволить мистеру Клоски
поискать другого портье и впервые за много
дней поваляться на чистых простынях и настоящем матрасе, но, отогнав ее, Гарнет
наскоро вытерла голову и надела новый
нарядный лифчик и панталоны. Как только с этим было покончено, в дверь постучала
Хуанита и внесла отглаженное платье и
начищенные ботинки.
- Ты просто волшебница! - воскликнула Гарнет. - Не пришлось ни секунды ждать.
- Грациа, сеньора.
Теперь оставалось управиться с волосами. Она попробовала их расчесать, но
мексиканка взяла у нее щетку.
- Позвольте, я помогу, сеньора?
- Спасибо, Хуанита, беда мне с ними.
- У вас чудесные волосы, - заметила служанка, умело расчесывая рыжие кудри.
Через несколько минут они были
заплетены в одну длинную косу.
Спустя час после того, как Гарнет покинула холл, она появилась там вновь за
конторкой. Клоски остался доволен ее новой
внешностью.
- Вот уж надули меня, сестрица. А после того как прихорошились, выглядите
вполне прилично. - Его косой взгляд
скользнул по ее фигуре.
- Я вам не сестрица. Меня зовут миссис Скотт, - поправила Гарнет.
- Вы уже говорили. - Клоски схватил шляпу и нахлобучил ее на лысину. - Итак,
запомните: без денег никого не
пускать. Утром я вас сменю.
- Хорошо, сэр.
- Возникнут затруднения - зовите Хуаниту. Она спит в комнате за кухней.
Иногда сюда заносит бродяг. Стоит
отвернуться - и они уже в комнатах, а наутро драпают, не заплатив ни цента. Так
что держите ухо востро.
- Непременно, сэр.
С уходом хозяина Гарнет облегченно вздохнула и первым делом бросилась
проверять регистрационную книгу, но имени
Флинта в ней не оказалось. Где он? Что делает? Может быть, сейчас с женщиной?
При одной этой мысли сердце у Гарнет
упало. Нет, положение надо срочно менять. Знать бы только как.
Она обратила внимание на доносившиеся из бара громкие мужские голоса. Может
быть, он там? Подошла к качающимся
дверям, выглянула - нет как нет.
Вернувшись к конторке, она подперла ладонью подбородок, облокотившись на
полированную поверхность. "По крайней
мере хоть кто-то весело проводит время", - мрачно подумала она.
Минуты тянулись необычайно медленно, но ни одна живая душа не появлялась в
холле. Перед уходом Хуанита оставила
сандвич и стакан молока, но просила не говорить об этом Клоски. Служанка исчезла
в своей комнате, Гарнет осталась в
полном одиночестве.
На неудобном деревянном стуле за конторкой сидеть было неловко, и молодая
женщина, жалея, что нет ни газеты, ни
книги, перешла на бархатный стул в холле. Постепенно ее веки стали тяжелеть, и
она время от времени трясла головой,
чтобы прогнать сон.
- Миссис Скотт, какого черта вы здесь делаете?
Тромкий вопрос внезапно разбудил Гарнет. Она открыла глаза и, увидев перед
собой Флинта, вскочила на ноги.
- Привет, мистер Маккензи. Я, кажется, заснула.
- Будьте уверены - мертвецким сном. Но, дьявол вас побери, почему вы сидите в
холле? Я дал вам деньги на комнату.
- Я хотела их сохранить...
- Послушайте, леди, под вашими рыжими волосами есть хоть какие-нибудь мозги?
- Вы мне не дали договорить. Я как раз собиралась сказать, что, желая их
сохранить, в обмен на комнату нанялась
ночным портье. Согласитесь, весьма предприимчиво с моей стороны.
- Не соглашусь. Город здесь дикий. Нравы не то что в вашем тихом местечке в
Джорджии.
- Помнится, мистер Маккензи, вы говорили, что верите в судьбу.
- В судьбу? Нет, я рассуждал о смерти. Но и до нее с человеком может
произойти много всякого и, заметьте, не всегда
приятного.
- Неужели? - Гарнет насмешливо подняла брови. - А я и не догадывалась. Да и
где уж мне знать: всего-то потеряла
родных и дважды овдовела. Да еще пережила войну. - И она опрометью кинулась к
конторке.
Флинт последовал за ней:
- Мой вам совет - уезжайте откуда приехали. Легче прижиться снегу в аду, чем
вам в здешних краях. - Он повернулся
и направился к бару.
- Если мне потребуется ваш совет, мистер Маккензи, - закричала ему вдогонку
Гарнет, - я сама вас о нем попрошу!
Глава 7
Гарнет злилась еще несколько минут, но постепенно поняла, что гнев не лучший
способ убедить Флинта, что он не
сможет без нее жить. Переупрямить его не удастся.
Вечер шел своим чередом, и чем больше Гарнет думала, как ей приручить Флинта,
тем в большее уныние она приходила.
Немного отвлекал лишь доносившийся из бара шум.
Наконец, когда музыка и голоса сделались невыносимо громкими, она поднялась и
выглянула в двери, надеясь, что ее
заметит Флинт, но вместо этого привлекла внимание двух молодых ковбоев.
- Посмотри-ка, Джой, - заржал один из них. - Крошка хочет в нашу компанию.
Прежде чем Гарнет успела понять, что у него на уме, другой ковбой схватил ее
за руку и потащил в бар.
- Нечего смущаться. Заходи, красавица. Я Джеб Бун, а это мой брат Джой. Мы
тебя угостим выпивкой.
Оба брата были белокуры и голубоглазы, родились, похоже, близнецами и
выглядели лет на восемнадцать, не старше.
Гарнет поняла, что братья вполне безобидны, просто хватили лишнего.
- Спасибо, джентльмены, - добродушно произнесла она, - но мне надо
возвращаться к работе.
- Негоже работать, когда все другие развлекаются, - осклабился Джеб. - Может,
пропустишь рюмашку?
- Спасибо, не могу. - Гарнет оглядела соседние столики. - Я ищу одного
человека... - Внезапно, узнав какого-то
мужчину, на мгновение застыла и удивленно воскликнула: - Мистер Мур!
Человек с темной косматой бородой медленно поднялся. Он был грузен и оказался
по меньшей мере на восемь дюймов
выше шести футов. На свободном ремне болталась кобура. Устрашающий вид довершал
перекинутый через левое плечо
кнут, При взгляде на Гарнет его густые, кустистые брови насупились:
- Вроде бы что-то знакомое, но никак не припомню, где я тебя видел,
сестричка.
- И не захотите вспоминать. Потому что вы тот самый человек, кто трусливо
бросил наш караван.
Глаза Мура превратились в черные бусины.
- Никто еще не называл Булвипа Мура трусом, сестра, - ни мужчина, ни женщина!
- проревел он.
Гарнет вызывающе вздернула голову:
- Значит, я буду первой.
В баре притихло. Даже пальцы пианиста перестали бегать по клавишам, и он
прислушался к разговору.
- Думаю, и другие согласятся со мной, когда узнают правду.
- Не связывайтесь, мэм, - едва слышно прошептал мгновенно протрезвевший Джой
Бун и выпустил ее руку. Его брат
Джеб мрачно насупился.
Но Гарнет отнюдь не собиралась останавливаться и снова повернулась к Муру:
- Вы бросили фургоны за два дня до нападения.
- Я слышал, что при набеге индейцев все переселенцы погибли, - отозвался
сосед Булвипа Мура по столику.
Гарнет покосилась на говорившего:
- Меня спасли. И благодарить за это я должна вовсе не мистера Мура.
- Кто же вас спас? - поинтересовался незнакомец.
- Некто мистер Маккензи, - задиристо провозгласила Гарнет. - А ваш Мур бросил
нас и словом не обмолвился о
грозящей гибели.
- Эта женщина несет околесицу! - возмутился проводник.
- Вы лжец, сэр. Трус и лжец.
- Серьезное обвинение. Особенно в здешних краях, - предостерег сидевший за
столиком.
- Но от этого оно не становится менее правдивым, мистер...
- Бодин. Натан Бодин. - Рядом со здоровенным Муром его сосед казался вдвое
меньше. На узком лице темнели
аккуратно подстриженные усы.
- Не бери в голову, Бодин, - рявкнул проводник. - Она мелет несусветный
вздор.
- Я знаю, что вас наняли проводником, мистер Мур. Знаю, что мы целиком
зависели от вас. А вы нас бросили и оставили
на растерзание индейцам двенадцать фургонов с женщинами и детьми.
В баре загалдели, и какой-то человек спросил:
- Это правда, Мур?
- Да ты что! Эта шлюха все врет, потому что я не попался на ее крючок.
- Не смей ее так обзывать! - поднялся на защиту Гарнет Джеб Бун.
- Кто это разевает пасть? - взревел взбешенный верзила. - Не хватало, чтобы
каждый молокосос указывал Булвипу
Муру, что ему можно, а что нельзя!
- А тебе, выходит, разевать пасть можно? - раздался спокойный голос, и у
Гарнет екнуло сердце. Она узнала своего
недавнего спутника, который сидел в дальнем, неосвещенном уголке бара.
И только теперь Флинт Маккензи выступил из тени.
С тех пор как Натан Бодин и Булвип Мур заявились в бар, Флинт оставался в
своем углу незамеченным. Его не могло не
заинтересовать, какого черта эти два сукиных сына делают вместе. "Ворон
ворону..." - мелькнуло в голове. Они оба
заслуживали смерти, и Флинт одинаково презирал каждого из них. Мур трусливо шел
напролом, но из их парочки Бодин был
опаснее: коварная змея, он наносил удар исподтишка и предпочитал, чтобы грязную
работу делали за него другие. Флинт
понял, что на этот раз Бодин использовал Мура.
Насколько Флинт мог припомнить, Натан Бодин никому не сделал добра. Они
выросли в одной техасской округе, и их
дорожки не раз пересекались. Флинт недоумевал, как это Бодин разгуливает на
свободе - года два назад он всадил нож в
спину мексиканца. Флинт давал тогда показания, и благодаря его свидетельству
сукина сына приговорили к пяти годам
тюрьмы.
Флинт выпил, заказал еще. И целый час только пил, набираясь злости и
помалкивая до поры до времени.
Когда бутылка опустела, он подал знак бармену принести другую, но тот
обернулся на гвалт в другом конце бара и
побежал выяснять, в чем дело. Флинт поднял глаза, увидел свою рыжеволосую
знакомую и в тот же миг понял, что у нее
неприятности. Какого дьявола она делала в баре? Чертова баба так и вынюхивала, в
какую бы вляпаться историю, точно
гончая, зарывающаяся носом в нору скунса.
Два ковбоя, похоже, оказались безобидными ребятами. Но в следующую секунду
Флинт опять чертыхнулся, увидев, что
Гарнет узнала Мура.
Верзила обозвал ее шлюхой, и Флинт тут же вскочил. Одному из юнцов это тоже
не понравилось. И теперь он, а с ним и
оба брата рисковали быть застреленными, а его рыжая могла попасть под
перекрестный огонь.
- А тебе, выходит, разевать пасть можно? - Слова сами собой сорвались с его
губ.
- Это еще кто? - оборачиваясь, проревел Мур, и Флинт заметил на его лице
удивление. - Тот самый Маккензи, о
котором трепалась девчонка!
- Именно. И я согласен с ковбоем: ты должен перед ней извиниться. Нельзя
обзывать женщин. К тому же я подтверждаю
слова этой леди - ты в самом деле бросил караван.
- Значит, подтверждаешь? - Мур дернул плечом, кнут подался вперед и рукоятка
легла прямо в его широкую ладонь.
У Флинта не дрогнул ни один мускул.
- Только попробуй подними, и я прострелю тебе руку. - Флинт не мигая смотрел
на противника. Завсегдатаи бара,
сидящие между ним и Муром, бросились врассыпную. - Руки на стол, Бодин, чтобы я
мог их видеть! - обратился он к
соседу верзилы, не удостаивая его взглядом.
- Вот мы и встретились, мистер Маккензи. - Рот Натана Бодина скривила злобная
усмешка.
- Не ожидал тебя встретить, Бодин. Как же ты здесь очутился? Сбежал из
тюрьмы?
- Меня отпустили за примерное поведение.
- Это лишний раз доказывает, как много легковерных живет на этом свете.
- Не спорьте с ними, мистер Маккензи, - сделала попытку вмешаться Гарнет.
- Убирайтесь отсюда! - не отрывая взгляда от Мура и Бодина, приказал ей
Флинт.
- Уйду, но прежде скажу...
- Послушайтесь его, мэм, уходите, - прошептал Джой Бун.
- Выведите ее, - приказал Флинт братьям.
Братья подхватили Гарнет под руки:
- Пойдемте, мэм.
- Одну минуту, - остановил их Флинт. - Прежде чем леди уйдет, Мур должен ей
кое-что сказать.
Верзила нерешительно покосился на Бодина. Бул-вип Мур хоть и хорохорился, но
было заметно, что он покрылся
испариной. И бросив на Флинта ненавидящий взгляд, наконец выдавил:
- Не обращайте внимания, леди. Дурацкий вышел разговор.
Его явно сдерживало присутствие Бодина, хотя угрожающий вид говорил о том,
что он не прочь испытать этого невесть
откуда взявшегося Маккензи. И не теряя времени, Флинт повернулся к Гарнет:
- Миссис Скотт, перед вами извинились. Теперь идите.
- Но... - начала она, но больше не могла проговорить ни единого слова -
братья Бун буквально поволокли ее к дверям.
- А теперь, поскольку леди доказала твою трусость, ты, Мур, и ты, Бодин,
седлайте лошадей и прочь из города.
Губы Бодина сложились в злобную улыбку:
- Мы и так хотели уезжать. Не думай, Маккензи, что это ты нас прогнал. Но я
уверен, мы еще встретимся. - Он и не
пытался скрыть свою угрозу. - Пошли, Булвип.
Глаза Мура засверкали ненавистью:
- Да, непременно встретимся, - процедил он.
- Буду с нетерпением ждать, - ухмыльнулся Флинт и посторонился, давая дорогу.
- Теперь, сынок, почаще оборачивайся, - посоветовал ему старик за соседним
столиком.
- Как бы хорек ни крался, его обязательно почуешь, отец, - рассмеялся в ответ
Флинт и двинулся к двери. Он был сыт
по горло этим городом и собирался, как следует отоспавшись, наутро повидать
рыжеволосую и в путь.
Гарнет в одиночестве стояла за конторкой. Но увидев Флинта, ринулась на него,
точно защищающая детенышей волчица.
- Как вы посмели? - вскричала она, и Флинт невольно залюбовался пламенем ее
рыжих волос и мерцающими
изумрудами глаз. От гнева в обворожительном голосе Гарнет появились хрипловатые
нотки.
Она была ненормальной. Взбалмашной. Безумной. Окончательно свихнувшейся. Поослиному
упрямой.
Но чертовски красивой. Настолько красивой, что на нее было больно смотреть.
Флинт чуть не согнулся от боли в чреслах.
- А сейчас какая муха вас укусила, миссис Скотт?
- За кого вы меня принимаете, Флинт Маккензи? Как вы посмели приказать тем
парням выволочь меня из бара, словно
непослушную девчонку?
- Я сделал это для вашего же блага.
- Благодарю! Я могу сама о себе позаботиться.
- Сомневаюсь. Иначе вы держали бы язык за зубами. Или еще не поняли, что
здесь вам не Юг? Не все играют по
правилам. И один из таких - Булвип Мур.
- Какая разница - здесь или на востоке? Трус и лжец останется трусом и лжецом
независимо от того, где живет. И пока
люди будут бояться называть вещи своими именами, трусы и лжецы никуда не
исчезнут. Но я их терпеть не собираюсь.
- Ваша шкура - это ваша забота, но могли убить двух парней, которые за вас
вступились.
Как только смысл его слов дошел до Гарнет, она опустила глаза:
- Я об этом не подумала.
- А напрасно. В здешних краях следует сначала думать, а потом действовать.
Представить страшно, что станет с теми
юными ковбоями, столкнись они на улице с Муром и Бодином.
- Я отослала их наверх отсыпаться после выпитого. Признаюсь, не сообразила,
что моя опрометчивость может угрожать
другим. - Она подняла голову, и Флинт увидел закипающую ярость в глазах молодой
женщины. - Но повторяю, мистер
Маккензи, о себе я способна позаботиться сама. Так что если мне понадобится ваша
помощь, я дам вам об этом знать.
- Охолоньте, вдовушка Скотт. Я достаточно вытаскивал вас из разных
переплетов. Отныне выбирайтесь сами. И желаю
удачи. - Он швырнул на конторку серебряный доллар. - А мне нужна комната. Пора
ложиться спать.
Гарнет подвинула деньги обратно:
- Ступайте в мою. Нечего ей пустовать, раз мне все равно всю ночь оставаться
внизу, - и вытащила из кармана ключ.
- Номер шесть в конце коридора.
Флинт удивленно изогнул бровь:
- Мне кажется, миссис Скотт, это против правил.
- Некоторые правила, мистер Маккензи, для того и писаны, чтобы их нарушать.
Ямочка на подбородке Гариет придавала ее улыбке особое очарование, и это, к
глубокому огорчению Флинта, явно
подогревало его желание. Нужно избавляться от этой соблазнительницы - и чем
скорее, тем лучше. Он зажал ключ в кулаке.
- Номер шесть в конце коридора?
Гарнет кивнула, и Флинт направился к лестнице.
В комнате царил полумрак. Только полоска лунного света очерчивала темный
контур кровати в углу. Несколько секунд
Флинт стоял, прислонившись спиной к стене, давая глазам привыкнуть к темноте. А
потом почувствовал аромат роз. Ее
аромат.
Словно притягиваемый магнитом, он шагнул к кровати и поднял сброшенный Гарнет
лифчик, поднес к носу, зарылся
лицом в тончайшую ткань. И тут же, проклиная себя за глупость, бросился к окну,
распахнул створку и долго смотрел на
пустынную улицу. Где-то далеко в тишине ночи часы пробили полночь. Испытывая
отвращение к самому себе, Флинт
вернулся к кровати, снял пояс с револьвером, повесил его на спинку. Потом стащил
сапоги и рубашку, зевнул и растянулся на
матрасе.
После того как Флинт ушел из холла, Гарнет поняла, что не сможет долго на
него сердиться. Хотя, Бог свидетель, поводов
для этого он давал немало. Самый несносный человек, которого она только знала.
Ни с кем не умел ладить.
Но в его присутствии Гарнет ощущала себя в безопасности и была уверена, что
Флинт вытащит ее из любой передряги.
Ни с одним из своих мужей она не испытывала такого чувства. Он был искренен и
даже простоват, но благороден и
прямолинеен и, несмотря ни на что, жил по законам чести. Одного этого было
достаточно, чтобы уважать мужчину и
доверять ему.
Однако существовало нечто более глубокое и осязаемое, чем обычное уважение и
уверенность, что Флинт - ее судьба.
Да будь он хоть самым последним на западе проходимцем, это нечто никуда бы не
исчезло: его мужское начало притягивало
ее женскую сущность. Он ее очаровывал, его стройное тело будоражило ее кровь, а
поцелуй разжег страсть.
Почему бы, думала Гарнет, не броситься навстречу этому влечению? К чему
лгать? Притворяться, что он ее не
привлекает. Что поцелуй не всколыхнул чувства, которые закипали от каждого
прикосновения, мимолетного взгляда его
манящих сапфировых глаз.
И как бы Флинт
...Закладка в соц.сетях
