Жанр: Любовные романы
Грешный ангел
...му навстречу.
- От кого послание? - спросил он.
- От лорда Кристиана, ваша милость, - проговорил тот и протянул Алексу пакет.
- Он велел передать, что вам нужно
срочно ехать в Лондон.
Алекс кивнул, выудил из кармана пару монет и велел посыльному пройти в кухню.
Потом распечатал пакет и пробежал
глазами письмо. Артур сообщал, что вопрос о правах католиков будет обсуждаться в
палате общин на следующий день. Но в
палате лордов мнения разделились, члены ее чуть ли не дерутся, обсуждая этот
вопрос. Присутствие Алекса совершенно
необходимо, если он хочет, чтобы законопроект о реформах получил шанс пройти
через верхнюю палату.
Алекс аккуратно сложил письмо, не признаваясь себе, что испытал огромное
облегчение - наконец-то он вырвется из
заточения! В Лондоне он будет заниматься только делами, готовиться к выступлению
в палате лордов. Повернувшись, он
вышел из библиотеки и отправился на поиски лорда Уиткома.
К вечеру он будет в Лондоне.
ГЛАВА 15
Алекс не верил, что это он сидит в фаэтоне на Рассел-сквер, держит на коленях
букет гардений и собирается идти к ней.
Господи, он и не припомнит, когда в последний раз был с визитом у дамы. Но
выбора у него нет - за два дня, проведенных в
Лондоне, беспокойство его достигло таких размеров, что он решил во что бы то ни
стало увидеть ее. Иначе он спятит. Если,
конечно, уже не спятил.
Он сидел в фаэтоне почти четверть часа. Когда свернул на площадь, увидел, что
из дома вышел баварец с корзиной на
плече; в корзине были, как показалось Алексу, помидоры. Алекс презирал этого
красивого великана за то, что тот находится
в Лондоне, преследует Лорен. За то, наконец, что несет на плече эту дурацкую
корзину с помидорами.
Мимо прошла пожилая пара и с любопытством посмотрела на него. Вздохнув, Алекс
заставил себя выйти из фаэтона.
Прихватив гардении, подошел к парадной двери и постучал. Дверь открыл худощавый
старик и смерил Алекса
подозрительным взглядом.
- Добрый день, сэр. Могу ли я увидеть графиню Берген?
- Карточку, - потребовал старик.
Алекс вынул из нагрудного кармана визитную карточку и положил на поднос,
поданный стариком. Дворецкий, взглянув
на карточку, без долгих разговоров захлопнул дверь перед самым носом Алекса.
Ошеломленный Алекс переминался с ноги
на ногу, чувствуя себя просто посмешищем - ждать на лестнице, точно юный денди!
К счастью, седовласый слуга вскоре
опять растворил дверь и сказал:
- Гостиная, - кивком указав, куда следует идти.
Алекс тоже кивнул в знак благодарности и вошел. Как ни странно, он не обратил
внимания на необычность обстановки.
Единственное, чему Алекс отдал должное, так это набору доспехов, который попался
ему по пути.
Войдя в гостиную, Алекс огляделся, но, к своему великому разочарованию,
увидел там только Пола Хилла.
- Полагаю, вы - мистер Хилл. Я - Алекс Кристиан, герцог Сазерленд.
- Я знаю, кто вы, - отозвался Хилл и медленно поднялся с кресла, выпрямившись
во весь рост, коего было в нем около
шести футов; потом, прихрамывая, вышел из-за стола.
Алекс несмело указал на букет гардений.
- Могу ли я видеть графиню Берген? - спросил он, раздраженный тем, что
приходится задавать вопросы.
- Нет. Она уехала кататься с лордом Уэстфоллом, - проговорил Хилл ледяным
тоном и скрестил руки на груди -
больше, по-видимому, для равновесия, чем для эффекта.
Разозлившись оттого, что Лорен опять находится в обществе Дэвида, Алекс
вздохнул:
- Понимаю.
- Вот как?
Резкий тон удивил Алекса.
- Прошу прощения?
- Моя сестра не принадлежит к высшему обществу. Она бесхитростна и
простодушна, и я совершенно не понимаю,
зачем вы ее преследуете.
Подобные вещи Алекс называл "перейти к сути дела". Проклятые гардении
действовали ему на нервы, и он переложил их
на другую руку.
- Простите, мистер Хилл, - холодно возразил он, - но я не преследую вашу
сестру. Я пришел к ней с визитом.
- Я не стану безучастно наблюдать за тем, как вы с ней играете! - заявил
Хилл, напыжившись. - С какой стати вы
наносите ей визит? Ее положение в обществе ниже вашего, и поскольку вы женитесь
на леди Марлен, могу с уверенностью
сказать, что вы просто играете ею!
Алекс, ошеломленный, тем не менее не мог не признать, что в его словах есть
доля истины, и сердито прищурился.
- Мистер Хилл, на сей раз прощаю вам ничем не обоснованные обвинения в мой
адрес. Если вы полагаете, что наше
знакомство с графиней Берген нуждается в штампе "Одобрено обществом", то глубоко
заблуждаетесь, - заявил он с
оскорбленным видом, понимая, что лицемерит. - Вероятно, мне следует зайти в
более благоприятный момент.
И, не дожидаясь ответа, он покинул гостиную, все еще держа на сгибе локтя
несчастные гардении.
Проходя мимо дворецкого, старательно полирующего шарниры доспехов, Алекс
остановился. Огляделся - и сунул
цветы этому щуплому старику. Тот не моргнув глазом принял букет и положил между
доспехами. Алекс воздел глаза к небу,
прошел к своему экипажу, сел и пустил чалого быстрой рысью, не решив пока, куда
направиться. Горький смех замер у него
в горле. В последнее время он только и делал, что сомневался. Буквально во всем.
На следующий день ровно в два пополудни Алекс прибыл на Рассел-сквер верхом,
не раздумывая спешился и дал двухпенсовик
парнишке, чтобы тот отвел лошадь на конюшню. После чего решительным
шагом направился к парадному входу и
резко постучал.
- Добрый день, - сказал он, когда дверь распахнулась. - Будьте добры сообщить
мистеру Хиллу, что я пришел с
визитом к его сестре. Повторно.
Странный дворецкий и глазом не моргнул, захлопнув дверь, как и накануне.
Алекс стоял, небрежно прислонившись к
косяку, пока дверь снова не отворилась.
- Гостиная? - спросил Алекс.
Ни единый мускул не дрогнул на лице дворецкого. Он молча кивнул и отступил в
глубь вестибюля. Положив шляпу и
перчатки на маленький столик, Алекс прошел через вестибюль, отметив про себя,
что доспехи передвинуты на другое место.
Гостиная была пуста, и впервые Алекс заметил причудливую смесь обстановки и
охотничьих трофеев. Но его внимание
тут же привлекло постукивание трости о деревянный пол коридора.
- Меня ждете? - ухмыльнулся Хилл, который, прихрамывая, вошел в гостиную и с
раздраженным видом направился к
креслу.
- Я предпочел бы увидеть вашу сестру, но уверен, что ее нет дома, - сказал
Алекс, когда Хилл опустился в кресло.
Пол бросил взгляд на шейный платок Алекса, перевел его на сюртук.
- Вы совершенно правы, - сказал он.
- Катается с лордом Уэстфоллом? Усмехнувшись, Хилл покачал головой:
- С графом Бергеном.
Алекс устремил глаза в потолок.
- Я и представить себе не мог, что кто-то еще любит кататься в парке так, как
ваша сестра.
- Что она любит, вас не касается. Моя сестра не хочет вас видеть.
- Надеюсь, это она вам сказала? - спросил Алекс не без сарказма.
- Уж если быть точным, она сказала, что у вас вместо головы кочан капусты. На
вашем месте я забыл бы об этом
безумии.
- Но вы не на моем месте, мистер Хилл, - спокойно возразил Алекс. - И вряд ли
пожелали бы на нем оказаться. А мне,
насколько я понимаю, остается только ждать.
И он опустился на красный диванчик.
Хилл насторожился.
- Простите, но не можете же вы просто сидеть и ждать.
- А кто мне запретит? - спросил Алекс. Хилл похолодел, лицо его побагровело.
- Вы злоупотребляете гостеприимством моего дяди!
Алекс улыбнулся:
- Ваш дядя весь день проведет в Уоллис-Хаусе. Я знаю - моя тетка Пэдди битых
полчаса сетовала на столь ужасную
перспективу. - Хилл еще больше помрачнел. Алекс покачал головой. - Я желаю
поговорить с вашей сестрой, сэр, и,
поскольку вызвать на дуэль этого немца никак не могу, единственное, что мне
остается, дождаться ее возвращения.
- Вы не можете вмешиваться в ее жизнь против ее воли! - твердо заявил Пол.
Нет, он может. Алекс посмотрел на молодого человека и заметил, как тот
смущен. Конечно, Хилл понятия не имеет о том,
каково это, когда тебя сжигает огонь желания, а по ночам преследует образ
любимой женщины и ты боишься уснуть.
- Против ее воли? Или против вашей? - невозмутимо спросил он. Хилл округлил
глаза. Алекс сказал со вздохом: -
Замечательно, когда брат с таким пылом защищает сестру, ей очень повезло.
Хилл не нашелся что ответить.
- Ответственность за нее усложняет мне жизнь.
- Разумеется. Но вы должны понять, что бывают обстоятельства, против которых
человек бессилен, и чувство
ответственности тут не поможет.
Хилл нахмурился:
- Что вы хотите этим сказать?
- Только то, что не всегда можно противиться своему инстинкту, каково бы ни
было твое положение. Я не играю вашей
сестрой, сэр. Это невозможно - я слишком ее уважаю. И тем более не хочу ей
навредить, но ее дружба крайне важна для
меня. Так важна, что я готов нарушить условности, только бы поговорить с ней.
Явно смущенный, Хилл ничего не ответил. Алекс едва заметно улыбнулся:
- Не предложите ли мне после такого признания чего-нибудь выпить?
Хилл поколебался, потом медленно поднялся с кресла и заковылял к буфету.
- Портвейн? Или вы предпочитаете виски?
- Виски.
Хилл налил Алексу виски, себе - портвейна. Вернулся на свое место и стал
пить, глядя в окно. Алекс готов был ждать
сколько угодно, готов был спорить, драться на дуэли, если понадобится. Он не
осуждал Хилла за то, что тот злится, понимал,
что это результат раздражения, но в отчаянном положении нужны отчаянные
средства. Наступило молчание. Казалось,
прошел не один час, прежде чем Хилл допил свой портвейн и искоса взглянул на
Алекса.
- Сколько же вы намерены ждать? Они могут вернуться через несколько часов.
- Столько, сколько понадобится.
Презрительно фыркнув, Хилл снова выбрался из кресла. Подойдя к буфету, взял
графин с портвейном и отнес туда, где
сидел. Вытащил из графина пробку, отшвырнул. Снова наполнил стакан и резким
жестом поставил графин на стол, отчего
угрожающе накренился пыльный коготь доулинговского медведя.
- А знаете, Лорен права. Вы действительно высокомерный глупец. Полагаю, леди
Марлен осведомлена о ваших светских
визитах? - поинтересовался он.
Алекс нахмурился, глядя на него поверх стакана.
- Не сомневайтесь, леди Марлен не исключает моей дружбы с представительницами
прекрасного пола.
- Оставьте свой покровительственный тон, Сазерленд. Я не дурак.
Мальчик с характером, этого нельзя не признать.
- Разумеется, нет. - Алекс встал, подошел к буфету, взял бутылку виски и
вернулся на место. - Это доказывают хотя
бы ваши набеги на Саутуорк. Только умный может выигрывать с таким постоянством.
Стакан замер на полпути к губам Хилла.
- Откуда вы знаете?
- Слухами земля полнится, друг мой, - ухмыльнулся Алекс. - Полагаю, ваши
выигрыши весьма важны для вас -
должно быть, немец требует приличного приданого.
Хилл сосредоточенно рассматривал свой стакан.
- Вы, разумеется, представить себе не можете, что этот Берген не просит
никакого приданого. Вообразите - брак без
сопутствующих деловых сделок. Все мои выигрыши пойдут на Роузвуд. Впрочем, вы не
в курсе дела, и вряд ли это вас
позабавит, - высокомерно добавил юноша.
- Напротив, я очень хорошо знаком с Роузвудом, - признался Алекс.
Хилл вскинул голову и, прищурившись, с упреком посмотрел на Алекса.
- Не подумайте плохого. Я оказался в Роузвуде случайно, когда мой конь
охромел. Уверяю вас, совершенно случайно.
Весьма удивленный, Хилл изучал Алекса, широко раскрыв свои синие, как у
сестры, глаза.
- Так это были вы? Мистер Кристиан?
- Конечно! Вы, разумеется, знали об этом? - засмеялся Алекс.
- Кристиан. Черт побери, как же я сразу не догадался? - И юноша с тяжелым
вздохом закрыл глаза.
- Полагаю, это не прибавило вам любви ко мне? - осведомился Алекс с
неуместным смешком.
Хилл бросил на него хмурый, осуждающий взгляд.
- Разве от этого вы перестали быть герцогом? Или отменили предстоящую
свадьбу? Или от этого как-то улучшилось
положение моей сестры?
"Да, тут нечего возразить", - подумал Алекс и предпочел уклониться от ответа.
Он выпил свое виски, налил еще. Ну
увидит он Лорен, поговорит с ней. Что дальше?
Пол, в свою очередь, не понимал, чего добивается герцог, и это его
нервировало. Дружба? Он сильно сомневался, что
дело этим ограничится. С подозрением глядя на Сазерленда, он налил себе еще
портвейна. Боже, как же это он не связал
воедино Алекса Кристиана, герцога Сазерленда и мистера Кристиана? Почему не
сложил два и два? Почему Лорен ничего
ему не сказала? А потому что знала, что это мистер Кристиан, сельский
джентльмен, в которого она влюбилась до безумия. И
всякий раз, когда разговор заходил о Сазерленде, Пол делал все возможное, черт
побери, чтобы предостеречь ее касательно
намерений этого негодяя. Еще в конце прошлой недели в Роузвуде они крупно
поссорились из-за этого. Пол намекнул на ее
чувства к герцогу. Она, конечно же, с жаром все отрицала, и теперь наконец он
все понял: Лорен любит этого негодяя.
Негодяя, который одной-единственной речью может изменить жизнь нации.
Судя по всему, закон о правах католиков пройдет через палату лордов, и не в
последнюю очередь благодаря Сазерленду.
Последние два дня он только этим и занимался. Пол был в курсе дела, потому что
не пропускал ни единого слова из
парламентских дебатов. Какие прекрасные перспективы! Если католики получат место
в парламенте, значит, грядут и другие
реформы, предполагающие равное представительство. А при справедливом
представительстве, точнее, при
представительстве, защищающем интересы мелких поместий, у его родного Роузвуда
появятся возможности для
процветания. Не далее как вчера он присоединился к тем, кто поддерживал
Сазерленда как народного героя. И у Пола не
укладывалось в голове, что могущественный деятель и реформатор и сидящий сейчас
перед ним человек - одно и то же
лицо.
- Погода для этого времени года просто великолепная, вы не находите? - как-то
нехотя спросил герцог.
Это заявление показалось Полу смехотворным, если учесть, что с тех пор как он
приехал в Лондон, из семи дней четыре
льет дождь. Именно это Пол и сказал герцогу. Сазерленд возразил, что, мол,
Лондон - темная заводь, где водятся всякого
рода пороки, и они принялись обсуждать достоинства и недостатки Лондона. Мужчины
непринужденно потягивали свои
напитки; разговор перешел в жаркий спор, касающийся самых различных тем, включая
парламент, торговлю с заграницей, в
которой Сазерленд явно был весьма заинтересован, и кончая ценными бумагами,
государственными и частными, - тут Пол
проявил необычайную осведомленность. А потом каким-то непостижимым образом оба
пришли к соглашению насчет того,
какие именно реформы необходимы для оздоровления экономики. После пятого стакана
портвейна Пол зашел так далеко,
что похвалил последнюю речь герцога, посвященную этой теме.
Спустя три часа Пол и Алекс обсудили все общественные проблемы и поглотили
столько спиртного, что перед глазами
все плыло, но главный вопрос, касающийся Лорен, так и повис в воздухе. В
завязавшемся споре Пол проявил неуступчивость
и с каждым стаканом портвейна воздвигал вокруг сестры все новые и новые
препятствия. Алекс был готов биться, если
нужно, прямо на диванчике, но поскольку это ни к чему не привело бы, в его
пьяной голове возникла новая идея.
- Ладно, Хилл, - сказал он ухмыляясь; при этом содержимое его стакана
угрожало перелиться через край, пока он
пытался удержаться на краешке канапе, - вот вы полагаете, что разбираетесь в
карточной игре; так почему бы вам не
сделать деньги на вашу ставку?
- Делайте что хотите, Сазерленд, а я сделаю ставку на свои деньги, - поправил
его Пол. Алекс нахмурился и
отмахнулся.
- Нет, нет. Пари. - Он замолчал, пытаясь подавить отрыжку, и провел ладонью
по своему измявшемуся галстуку. -
Ладно. Итак, пари, - повторил он.
- Какое еще пари? - спросил Пол.
- Я думаю, - осадил его Алекс, крепко зажмурившись и пытаясь вспомнить только
что промелькнувшую в голове
блестящую идею. Идея внезапно вернулась к нему, и он открыл глаза, поморщившись
от головокружения и стараясь
сосредоточиться. - Вот оно. Я хочу пойти в оперу. Снимем колоду?
- На что спорим? - спросил явно сбитый с толку Пол.
- На оперу.
- Я не хочу идти с вами в оперу! - презрительно проговорил Пол, глотнув
портвейна.
- Боже мой, да не о вас речь. О Лорен! - вскричал Алекс.
- Вы страшно фамильярны с моей сестрой, сэр! - бросил Пол.
- Да уж, наверное, не фамильярнее, чем Гнус! Вот проклятие, сколько же может
карета кружить по парку! - воскликнул
Алекс.
Пол фыркнул. Алекс глянул на своего юного противника, вцепился в подлокотник
и не отпускал его до тех пор, пока
комната не перестала кружиться. Наконец ему удалось сфокусировать зрение, и он
сверкнул глазами на Пола.
- Снимем колоду? - повторил он.
- Дайте мне разобраться, - с трудом ворочая языком, выговорил Пол и попытался
наклониться вперед, но тут же
откинулся назад. - Если выигрываете вы, я веду Лорен в оперу.
- Нет! - закричал Алекс и, теряя терпение, тихо выругался. - Если выигрываю
я, я иду с Лорен в оперу, - сказал он,
ударив себя кулаком в грудь. - Выигрывает тот, у кого выпадет старшая карта. Это
очень, очень просто, Хилл.
- А если выиграю я? - спросил Пол. Алекс замолчал, пытаясь воткнуть пробку в
бутылку, но не смог и махнул рукой.
- Вы должны что-то получить, - сказал он.
- Да! Должен! - воскликнул Пол, отчаянно кивая головой.
- Ну... вам нравится моя лошадь? - спросил Алекс. Это предложение Пол с ходу
отверг взмахом руки.
- Лошадь мне ни к чему.
- В Сазерленд-Парке у меня есть несколько прекрасных охотничьих собак, -
сказал Алекс. - Вы любите охоту?
Пол вздохнул, выразительно посмотрев на свою трость, прислоненную к креслу,
потом на Алекса.
- Ах, - смущенно пробормотал Алекс, - это вам не годится, да? Дайте
подумать... у меня есть деньги. Лицо Пола
прояснилось.
- Да! Деньги! Две тысячи фунтов! - радостно воскликнул он.
Алекс помрачнел.
- Две тысячи фунтов? Помилуй Бог, ведь речь идет всего лишь об опере! -
насмешливо сказал он.
- Речь идет о моей сестре!
- Хороший выпад, - весело согласился Алекс и воткнул наконец пробку в
бутылку. Но торжествующая улыбка тут же
исчезла с его лица, поскольку он заметил, что стакан его пуст.
- Значит, договорились, - сказал Пол. Он встал с неожиданной для него
легкостью, схватил трость и заковылял к
письменному столу. - Хотите две из грех? - крикнул он через плечо, шаря по столу
в поисках карт, в то время как
аккуратно сложенная колода лежала на самом виду.
- Две из трех, - согласился Алекс.
Пол нашел карты, что-то сказал по поводу порядка в доме и, подойдя к канапе,
буквально рухнул на него рядом с
Алексом.
- Молите Бога, чтобы не проиграть, Сазерленд. Две тысячи фунтов - это очень,
очень... большие деньги, -
пробормотал юноша.
- Не для меня, - беспечно признался Алекс, протягивая руку к колоде.
Он демонстративно снял колоду, сунул пальцы в самую ее середину и вынул
бубновую двойку. Он застонал и откинулся
на диванчике, закрыв глаза рукой и изображая отчаяние.
- Ха! - воскликнул Пол мгновение спустя и расхохотался.
Алекс посмотрел на него сквозь пальцы. Пол держал в трясущихся руках шестерку
пик и махал ею перед носом Алекса.
"Черт побери, - подумал Алекс, - мне может помочь только чудо".
Затем Пол вытянул восьмерку треф. На этот раз Алекс не изображал отчаяние и,
закрыв глаза, сунул пальцы в колоду. Он
вытащил десятку бубен. Хилл не изменился в лице, если не считать легкого
подергивания брови.
- Полагаю, вы сорвете банк, - сухо проговорил Алекс.
- Естественно, - миролюбиво согласился Пол.
Пока он неловко тасовал карты, Алекс едва сдерживал смех. Он проиграет, Алекс
это чувствовал нутром, но быть совсем
близко к выигрышу в такой момент весьма забавно. Он усмехнулся.
- Завтра в девять вечера, - беспечно бросил он, допил свое виски и вытянул
карту - королеву червей.
Глаза Пола сверкнули. С тяжелым вздохом он долго смотрел на колоду, потом
протянул к ней руку. Медленно перевернул
вытянутую карту. Они с Алексом оба одновременно ахнули и подняли друг на друга
изумленные глаза.
Тройка пик.
"Чудо свершилось", - подумал Алекс.
- Она не может ехать с вами без сопровождающей дамы! - сердито выкрикнул Пол.
- Нет-нет, конечно, нет. Пэдди, она тоже поедет, - пробормотал Алекс,
ошеломленный своим везением.
Комната погрузилась в молчание; мужчины смотрели на тройку пик в руке Пола.
Наконец юноша заговорил, голос его
прерывался:
- Дайте... слово!..
Даже в состоянии опьянения Алексу не нужно было спрашивать, что имеет в виду
Пол. ~ Даю, - спокойно ответил он.
Пол швырнул проигравшую карту на пол и рывком поднялся с дивана. Затем,
опершись о трость, спокойно посмотрел на
Алекса.
- Вы дали мне слово, - сказал он.
Алекс молча кивнул и посмотрел вслед Полу, направляющемуся к дверям. И лишь
когда тот вышел, откинулся на канапе
в совершенном восторге и вдруг спохватился: не забыть бы о лошади, которую он
оставил у дома.
Закутавшись в плащ с капюшоном, Лорен выглянула из экипажа и увидела ярко
освещенный оперный театр. Если бы
Итан отдал ее в заклад как драгоценную безделушку, она не удивилась бы, но от
брата ничего подобного не ожидала. Пол
сослался на то, что был пьян и не контролировал свои действия. Лорен не
поверила. Тогда он сказал, что не стоит сердить
герцога, который, в конце концов, честно выиграл пари. Лорен бурно возражала
против того, чтобы ее использовали в
разного рода сделках. Пол извинялся, но настаивал на том, чтобы она поехала с
герцогом, нравится ей это или нет; он был
непреклонен, утверждая, что Хиллы платят свои долги. Итан же, черт его побери,
фыркнул в знак согласия; даже весьма
туманная перспектива заполучить герцога в качестве поклонника племянницы не
оставила его равнодушным. И вот она
здесь, втиснутая в карету вместе с ним и болтливой леди Пэддингтон, вынужденная
расплачиваться за глупое, глупейшее
пари Пола!
Когда Алекс помогал ей и леди Пэддингтон выбраться из кареты, до слуха ее
долетели едва слышные звуки музыки. Хотя
Лорен и чувствовала себя совершенно униженной, она не могла не признаться себе,
что мечтает встретиться с Алексом.
Впрочем, в данный момент ей хотелось лишь одного: рассказать ему, что творится у
нее на душе, стереть эту ленивую
усмешку с его лица. Она поднималась по лестнице следом за Алексом и леди
Пэддингтон, а войдя в театр, остановилась и
сбросила капюшон.
Леди Пэддингтон, поправляя свои мелкие букли, вдруг издала громкий возглас -
она увидела миссис Кларк.
- Подождите здесь, - тихо проговорил Алекс; в его голосе звучало нечто вроде
угрозы.
С демонстративным видом он быстро повел леди Пэддингтон туда, где стояли
миссис Кларк и еще одна пожилая дама.
Господи, какой негодяй! Лорен сердито дернула застежку плаща, сбросила его и
сунула подошедшему лакею, извинилась,
поскольку чуть не толкнула его в грудь, а потом подняла раздраженный взгляд на
негодяя, оправляя при этом свое платье из
сине-зеленого атласа.
Забыв о зрителях, спешащих занять свои места, она уставилась на него - он
беседовал с приятельницами леди
Пэддингтон. И вдруг Лорен заметила, что леди Пэддингтон удаляется вместе с
миссис Кларк. Куда это направляется ее
сопровождающая? Неужели он надеется, что Лорен будет сидеть в ложе с ним вдвоем?
Что за высокомерное существо! Она
нетерпеливо переступила с ноги на ногу, ожидая, когда он подойдет и все
объяснит. Леди Пэддингтон исчезла в коридоре, а
он с улыбкой повернулся к Лорен, жестом приглашая ее присоединиться к нему. Этот
грубиян хочет, чтобы она подошла к
нему! Он не только высокомерен, но к тому же еще и глуп. Но до чего красив, черт
бы его побрал!
Разъяренная Лорен прошествовала через огромное фойе, и когда подошла, Алекс
протянул ей руку. Она бросила на него
уничтожающий взгляд.
- Вы, сэр, - сказала она, пылая от негодования, - вы... низкий человек!
Он опустил руку и поклонился.
- А вы, мадам, вы - видение. И он протянул ей изящную бутоньерку с гарденией.
Откуда взялась эта бутоньерка?
Пожав плечами, Лорен отвела взгляд, изо всех сил стараясь подавить волнение,
вызванное в ней этой простой гарденией. Ей
было трудно встретиться с ним глазами; его взгляд был таким пронзительным, и она
чувствовала себя совершенной
простушкой. Она видела, что он внимательно рассматривает ее, не упуская ни
единой мелочи. Интересно, уж не сравнивает
ли он ее с леди Марлен? Она потупилась, разглядывая свои сине-зеленые туфельки.
Ей казалось, что он изучает ее уже целую
вечность; нет, она больше не выдержит! Ни секунды. Лорен вскинула голову.
- Ну? Прошла я осмотр? - бросила она.
От его усмешки она ощущала слабость в коленях.
- Успешнее, чем вы полагаете, - отозвался он и кивком указал на гардению в
своей руке. Лорен вытаращила глаза.
- Послушайте, - выпалила она, выхватив у него проклятый цветок, - это пари
между вами и Полом должно быть
признано недействительным на том основании, что объект его не является
добровольным участником! - Она укололась
булавкой бутоньерки и добавила, поморщившись: - Закон должен запрещать такие
пари!
Явно наслаждаясь ее попытками приколоть бутоньерку, он вскинул бровь. Наконец
бутоньерка была приколота, и Лорен
сердито обхватила себя за талию.
- Вы довольны? Впрочем, мне это безразлично! - сказала она, не дожидаясь
ответа. - Будь вы хоть чуточку
джентльменом, не заставили бы меня прийти сюда, словно... словно невольницу.
Условия пари выполнены, а теперь
разрешите мне вернуться домой!
- Боюсь, это невозможно, - любезно проговорил он; его изумрудные глаза
сверкали от удовольствия.
- Почему же? - Она с опаской огляделась.
- Потому что вы в таком состоянии, что вряд ли услышите то, что я вам скажу.
Нет, лучше подождем, когда вы сможете
поговорить со мной, как подобает леди.
От такого оскорбления Лорен на мгновение замерла, потеряв дар речи. Потом
воскликнула:
- Ну и нахал!
- Ах, как это оригинально! - ухмыльнулся он. Лорен бессильно уронила руки,
сжатые в кулаки.
- Никогда, никогда в жизни не встречала более надменного грубияна! -
проговорила она задыхаясь.
Он с веселым видом склонил голову, соглашаясь с
...Закладка в соц.сетях
