Жанр: Любовные романы
Рог изобилия
...ины, он одним мягким движением взлетел на красный капот
и уселся там, спокойно вылизывая лапы.
— Я бы поднялся и убил этого кота, если бы мне не было настолько
удобно, — произнес Райнер, опираясь на локти.
Джордан тут же осознала всю опасность своего положения, и у нее вырвался
шумный вздох. Он прижал ее собой всю, до последнего дюйма. Их тела так
чудесно подходили друг другу, что совпадение показалось ей почти немыслимым.
Она смотрела на него широко раскрытыми, изумленными глазами.
Райнер улыбнулся.
— Удобно, правда? — Он убрал волосы с ее лица. Густые черные пряди
вперемешку с высокой мягкой травой обвивались вокруг его тонких пальцев.
Нежно, едва касаясь, он провел пальцем вниз по ее щеке, к шее, вдоль
жемчужного ожерелья к бретельке платья. Поколебавшись мгновение, осторожно
сдвинул ее и открыл плечо. Пальцы погладили обнаженную кожу легким,
волнующим движением.
— Райнер, — простонала она. — Кто-нибудь может увидеть.
Он прижался губами там, где только что была его ладонь.
— Никто не увидит. Трава слишком высокая.
— Дядя Клетес...
Он сжал зубами нежную кожу, а потом тронул языком едва заметные вмятинки.
— ...скорее всего, спит. Как и весь мир. Все спят, кроме нас.
Джордан задрожала, ее слабое сопротивление рушилось под наплывом страсти.
Сердце бешено колотилось в груди, ей было трудно дышать. Пылкое желание
языком пламени пробежало вниз по мышцам живота. Она хотела его всего, ее
охватила отчаянная потребность оказаться где-нибудь в другом месте, там, где
они смогли бы утолить взаимную жажду.
Райнер приподнялся над ней на руках, и она увидела, как напряглись мощные
мускулы. Несколько восхитительных долгих мгновений он изучал ее
разгоревшееся лицо, а затем снова опустился на нее — медленно, так медленно,
что ей показалось, что она умрет, не дождавшись его. Наконец он нашел ее
губы своими.
Ее рот раскрылся навстречу его губам. Руки коснулись его спины, проникли под
легкую рубашку. Жар его тела обжигал ей ладони. Ее пальцы скользнули вверх,
прошлись по упругим мышцам спины и плеч.
Она изогнулась, прижавшись к нему, ощущая спиной неровную поверхность земли.
Прямо возле ее уха раздалось тихое урчание. Она в страхе отпрянула от
Райнера.
— Что это? — шепотом спросила она. Потом повернула голову и
встретилась с немигающим взглядом Злючки. Урчание становилось все громче,
она с изумлением поняла, что он мурлычет и ластится к ней.
Райнер буркнул что-то и шикнул на кота. Это было огромной ошибкой.
Леденящий душу вопль вырвался из глотки оскорбленного животного. Секунду
спустя на крыльце загорелся фонарь.
— Что за шум? Что здесь происходит? — прокричал дядя Клетес.
— Не шевелись. Может быть, он уйдет, — прошептал ей в ухо Райнер.
Джордан послушно затихла.
— Джордан? Это ты? Что ты делаешь на лужайке? Ты не ушиблась, девочка
моя?
Райнер скатился с нее, и она села в траве, стряхивая землю и соломинки с
головы.
— М-м... нет. Не очень.
Уолкер высунул голову из-за плеча Клетеса, изучая их таким же немигающим
взглядом, как и кот. В одной руке он держал папайю, а в другой киви.
— Хм, — только и произнес он. Дядя Клетес обернулся к нему.
— Нечего преувеличивать. — Потом прокашлялся. — Поскольку я
воспитан в старых традициях, то предполагаю лучшее — и закрываю
дверь, — объявил он.
— Лучшее для кого? — пробормотал Райнер.
— Только не надо выяснять, — поспешно вмешалась она.
— Я закрываю дверь. Уолкер и я будем продолжать игру в шашки, а вы
можете продолжать... — он вдруг смутился. — Я закрываю
дверь. — И наконец-таки закрыл.
— Могу я спросить, что мы теперь будем делать? — сказал Райнер.
— Не можешь. У меня осталось всего десять секунд, чтобы заскочить в дом
и избежать...
— Запятнанных репутаций?
— Скорее запятнанных еще больше. — Она хотела протянуть к нему
руки, но вовремя остановилась. — И как бы мне ни нравилось пятнать свою
репутацию с тобой, сейчас не время и не место.
Райнер поднялся на ноги и подал ей руку.
— Тогда давай встретимся завтра. — Он стал счищать с ее платья
траву. Очень усердно. К тому времени, когда он закончил, она дрожала так,
что едва могла удержаться на ногах. — Магазин в воскресенье закрыт. Мы
можем провести целый день вдвоем. Одни.
Она не стала раздумывать.
— Да! — сказала она прежде, чем ей в голову пришли десятки причин
сказать
нет
. Взглянув на дверь, она поднялась на цыпочки и быстро
поцеловала его в губы. Но он не отпустил ее так просто. Он стиснул ее в
объятиях и поцеловал так, как ей и не снилось.
Джордан влетела в дом на крыльях, но суровый взгляд дяди Клетеса сбросил ее
с небес на землю.
— Вы очень неплохо чувствуете себя друг с другом, — неодобрительно
произнес он. — Интересно, куда это... — он сделал жест в сторону
лужайки за окном, — заведет?
— Куда? — эхом отозвался Уолкер.
Ее обуяло чувство вины. О чем только она думает? Как она могла позабыть и о
Роге изобилия
, и о дяде, и об Уолкере?
— Не волнуйтесь, — заверила она их. — Моя преданность вам
безгранична.
— Гм-м, — фыркнул ее дядя.
— Гм-м, — добавил Уолкер.
Джордан медленно поднялась по лестнице в свою комнату. Осталась одна неделя
с Райнером, в отчаянии думала она. Одна неделя, чтобы найти решение, которое
она даже представить себе не могла, несмотря на их сближение. Проблема в
том, что она не может продать магазин, а Райнер обязан получить его. В любом
случае их ожидает разрыв.
Она бросилась на постель. У нее есть еще завтрашнее свидание. Ей нужно
постараться использовать эти последние часы как можно лучше, потому что
скоро все закончится. В конце следующей недели он навсегда исчезнет из ее
жизни. К ее глубокому негодованию, с ресниц ее скатилась слезинка и поползла
по щеке.
На рассвете Джордан выскользнула из дома. Ей хотелось побыть с Райнером как
можно дольше. По молчаливому соглашению, ни один не упомянул ни дядю
Клетеса, ни
Рог изобилия
.
— Куда сначала? — спросил Райнер.
— Давай съездим в Сиэтл и пройдемся по пирсам, — предложила
она. — Мы сможем там позавтракать, а потом отправимся на Пайк-Плейс, на
рынок. Мне бы хотелось посмотреть, чем там торгуют, и сравнить цены.
— Не можешь удержаться, а? Она бросила на него проказливый взгляд.
— Не могу, никак.
— А рыбные базары? Ты не хочешь купить крабов или еще чего-нибудь?
Она подумала, потом отрицательно покачала головой.
— Не сегодня. Потому что после рынка я хотела бы погулять в Эдвард-
парке, а затем на пароме отправиться на остров Бейнбридж.
— Ты весь день распланировала! Их взгляды встретились.
— Я хочу насладиться этим днем с тобой, — ответила она. Потому что
он станет последним днем вдвоем, добавила она про себя. Он кивнул.
— Что ж, давай выполнять твой план.
Прогулка по практически пустым пирсам разбудила в них аппетит. Оба решили не
тратить времени на завтрак и наелись горячих булочек с корицей, одновременно
рассматривая продукты на рынке Пайк-Плейс.
Здесь царила жесточайшая конкуренция между продавцами, и Джордан изучала
прилавки, раздираемая одновременно завистью и пренебрежением. Они
великолепно преподносили свой товар, она не могла не признать этого, да и
сами продукты были высочайшего качества. И все же ничто здесь не могло
сравниться с привлекательностью и уникальностью
Рога изобилия
.
Некоторые из продавцов здоровались с ними, и почти все были несказанно
удивлены тем, что видят Райнера и Джордан вместе. Кто-то угостил их
яблоками, они с улыбкой поблагодарили и отправились по близлежащим
магазинам.
В ювелирном на глаза Джордан попался изысканный золотой кулон. Цепочка в
виде стебля, обвитого листьями, спускалась к изящному маленькому помидору в
центре.
Она вспомнила тот день, когда Райнер впервые появился в
Роге изобилия
, и
тот двусмысленный разговор, который произошел при миссис Свенсон. Она
вспомнила и его пальцы, поглаживавшие блестящий спелый плод с какой-то
изысканной нежностью. А вспомнив, вдруг вся вспыхнула и еще долго не могла
отойти от прилавка, где лежала безделушка.
Они пообедали в открытом ресторане на пирсе, заказав крабовый салат и
бутылку местного вина. Джордан не могла оторвать глаз от Райнера. Она любит
его. Эта безнадежная мысль томила ее, наполняла горечью и отчаянием. Но,
несмотря на все муки, она не отказалась бы от своего чувства.
Сегодня был их день, и она знала, что он наслаждается каждой минутой так же,
как и она. Наступал вечер. На трамвае они поехали в Эдвард-парк, погуляли по
аллеям, посидели в траве на берегу озера, наблюдая за медлительными
паромами.
Поужинав в кафе, отправились на пирс и сели на паром, отправлявшийся на
остров Бейнбридж. Они стояли на носу парома, и луна, полная, щедрая, светила
над ними. Джордан спряталась в теплых объятиях Райнера, и для нее не было на
свете места надежнее.
Засунув руку в карман, он, к ее удивлению, достал тот самый золотой кулон. И
без единого слова застегнул цепочку на шее Джордан. Потом он поцеловал ее, и
свидетелями этого поцелуя были только луна и звезды. Джордан знала, что
будет помнить это мгновение всю жизнь.
Паром доставил их в Сиэтл сразу после полуночи, и они решили на этом
завершить свой день. Джордан шла к машине, тесно прижавшись к Райнеру и с
трепетом дотрагиваясь до его подарка.
— Я встречу тебя у Константина, — сказал он ей по дороге
домой. — Ты, наверное, совсем валишься с ног от усталости. Я почти
жалею, что задержал тебя допоздна. — Он остановился у дома и выключил
мотор.
— А я — нет. — Она придвинулась к нему поближе и обвила руками его
шею. — Отосплюсь когда-нибудь потом.
Дни пролетали быстро. Джордан могла думать только о Райнере, о том, что
время проходит, а угроза разрыва по-прежнему висит над ними. Она постоянно
тревожилась и очень мало спала. Это проявлялось и в темных кругах под
глазами, и в ее натянутом веселье.
Ей необходимо найти выход из этой путаницы. Она теребила пальцами кулон,
стискивала золотой его помидор как будто в поисках вдохновения. Если бы у
меня был выход, думала она. Хотя бы один! Но ничего не приходило ей в
голову.
Выпустив из пальцев цепочку, она откинула назад волосы и огляделась. По
крайней мере подготовка к рабочему дню идет нормально. Это что-то да значит.
Ее помощники спорили теперь очень редко, дядя Клетес уже несколько дней не
упоминал о политике, а Уолкер, кажется, даже в эту минуту ему улыбался. Так
почему же она не может радоваться хотя бы этому?
Ее размышления прервал голос Райнера:
— Джордан, ты слышала, что я сказал?
Она отрешенно посмотрела на него.
— Что?
— Я сказал, что снаружи собирается огромная толпа. С чего бы?
Ей потребовалось несколько секунд, чтобы вникнуть в смысл его слов. Наконец,
не выдержав, он схватил ее за плечи и подтащил к дверям магазина. Она
увидела все увеличивающуюся очередь покупателей, с нетерпением ожидающих
открытия.
— О-о! Сегодня, кажется, среда. Уже действует наша реклама.
— Что за реклама?
— Мы решили несколько раз дать рекламу в газеты о снижении цен, чтобы
посмотреть, не сможем ли мы таким образом...
— Сорвать планы Торсенов? — высказал он предположение.
Она слабо усмехнулась.
— Что-то вроде того. — Еще раз посмотрев на толпу, она слегка
нахмурилась. — У нас, конечно, довольно низкие цены, но о таком я даже
и не мечтала. Ну ладно. Давайте готовиться! — крикнула она всем в
зале. — Сегодня нас ждет трудный день!
Она открыла дверь, и покупатели чуть ли не лавиной хлынули в магазин.
Понимая, что Мишель и дядя Клетес не справятся вдвоем, она тоже села за
кассу. Через несколько минут женщина, которую она до тех пор ни разу не
видела, подошла к кассе с двумя корзинами в руках. Одна была доверху
наполнена виноградом, а другая — нектаринами.
— Я не могла поверить своим глазам, когда увидела ваше объявление.
Решила поспешить сюда, пока вы не разорились, — выдохнула она, опуская
свою ношу на стойку у кассы.
Джордан улыбнулась.
— Такого не случится.
Она взглянула на корзинки покупательницы и была немного разочарована — там
лежали только удешевленные продукты. Хорошо бы уговорить ее на что-нибудь
еще в придачу, из обычного ассортимента. Ну да ладно, утешила она себя.
Может быть, эта женщина придет к ним еще раз. Может быть, она станет
покупать у них регулярно.
— Я рада, что вы нами довольны, — сказала Джордан с дружелюбной
улыбкой и подвинула два пакета с фруктами. — Думаю, пятьдесят девять
центов за фунт — прекрасная цена.
Женщина рассмеялась.
— Еще бы! Но девятнадцать центов — просто непревзойденная!
Джордан, обомлев, уставилась на нее.
— Что?!
— Девятнадцать центов за фунт, — повторила женщина, повышая
голос. — Так говорится в вашем объявлении. — Она достала из сумки
газету, развернула ее и ткнула коротким толстым пальцем в нужную
строчку. — Вот, пожалуйста, черным по белому:
Виноград. Девятнадцать
центов за фунт. Нектарины. Двадцать девять центов за фунт. Помидоры. Десять
центов за фунт
. — Женщина окинула Джордан ледяным взглядом. —
Если бы я не выращивала помидоры сама, то набрала бы и их полную корзину!
Цифры прыгали у Джордан перед глазами, сначала она не могла поверить, потом
ужаснулась. Объявление. Объявление, которое дядя Клетес вызвался за нее
сделать, чтобы она смогла отправиться с Райнером! Объявление, которое она
намеревалась проверить — и не сделала этого. Потому что была настолько
очарована Райнером!
— З-здесь, должно быть, какая-то ошибка, — заикаясь, выговорила
Джордан.
— Разумеется, это станет огромной ошибкой, если вы откажетесь от своих
обязательств, — согласилась женщина, перейдя почти на визг. Несколько
покупателей перестали выбирать товар и обернулись на шум. — Вы ведь
собираетесь выполнить свои обязательства, не так ли? В противном случае я
вам не завидую.
В магазине вдруг воцарилась тишина. Джордан спрятала сжатые в кулаки руки
под кассу, чтобы скрыть дрожь в пальцах.
— Разумеется, мы отвечаем за наши объявления. Я... я просто была
удивлена, что это вызвало такой ажиотаж, — солгала она, собрав всю свою
выдержку.
Райнер остановился около нее.
— Что происходит? — пробормотал он.
— Все в порядке, — чуть слышно ответила она и дотронулась до
своего кулона. — Небольшая путаница с объявлением.
Он окинул ее долгим испытующим взглядом.
— Что я могу сделать?
— Следить за тем, чтобы прилавки не оставались пустыми. — Голос ее
сорвался, выдавая мучительную тревогу. Райнер, конечно, заметил это, но не
произнес ни слова. Ответив быстрым кивком, он направился в холодильную
комнату, позвав за собой Энди и Лероя.
Джордан изо всех сил старалась скрыть свою панику. Что ей делать? Мысль о
невероятно огромной сумме денег, которую им придется потерять, ужасала ее.
Она быстро подсчитала стоимость первой покупки, потом следующей — опять
только удешевленные продукты — и опустила ничтожную сумму в кассу. Через час
ей стало понятно, что спрос значительно превысит их запасы.
— Энди, — позвала она, — сядь, пожалуйста, за кассу. —
Она поспешила в подсобные помещения, где Райнер, Лерой и Уолкер работали не
покладая рук, чтобы постоянно заполнять прилавки. — Мне придется
съездить к Константину, — сообщила она, отводя взгляд от Райнера.
— Нет, — твердо заявил он. — Останови эту бессмыслицу, пока
не поздно. Можно вывесить другие цены, объяснив, что в газете была опечатка.
Покупатели поймут.
Она подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза.
— В газете не было никакой ошибки. Ошибку сделала я. — И это было
правдой. Никогда она себе не простит, что не проверила объявление. —
Мне необходимо сохранить репутацию магазина. А это значит — держаться
обязательств и обеспечить столько товару, сколько потребуется. И не имеет
значения, чего это будет нам стоить.
Не добавив больше ни слова, она вышла из магазина и забралась в кабину
грузовика.
Голова ее бессильно упала на руль: ей показалось, что почва уходит из-под
ног. Как она сможет выбраться из этого хаоса? В который раз потеребив
золотой помидор, она наконец выпрямилась. Как-нибудь удастся выкрутиться,
ведь всегда удавалось.
Справившись с подступившим к горлу комком, она рванула с места.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
В конце тяжелейшего рабочего дня Джордан оглядела бойню, ранее носившую
название
Рог изобилия
. Наверное, никогда, за все пятьдесят лет
существования, магазин не видел такого разгрома. Горькое сознание
собственной вины переполняло ее, искажало лицо страдальческой гримасой.
Поставив на первое место личные свои чувства, она угробила семью. Она
отвечает за судьбу магазина — и так оплошала.
А ведь
Рог изобилия
— ее прошлое и будущее. Джордан безрадостно
усмехнулась. Похоже, о будущем говорить не приходится.
Она обвела взглядом зал. Остановила глаза на скомканных скатертях,
раздавленных остатках винограда на полу, на груде помятых нектаринов и
прогнувшемся прилавке для помидоров. Она застонала. Этот прилавок ее отец
сделал своими руками, а сейчас он, после такой нагрузки, практически сломан.
Райнер, к счастью, смог укрепить его. Временно. Она закрыла глаза, не в
силах продолжать осмотр.
Это... этот развал прежде был магазином Робертсов. А она опозорила это имя.
Если бы она больше думала — вообще думала — о
Роге изобилия
вместо того,
чтобы заниматься своими чувствами, такого бы не случилось. Но ее захватила
страсть к Райнеру. Мысли о нем занимали все ее время — на работе и дома. И
вот результат.
Она посмотрела на Лероя, Энди и Мишель. Они все были настолько измучены, что
еле держались на ногах. Это тоже ее вина.
— Пойдем на кухню, — сказала она им. — В холодильнике есть
напитки.
Они обменялись унылыми взглядами, неуверенно кивнули и гуськом потянулись в
подсобку. Ей нужно что-нибудь побыстрее придумать, иначе завтра у нее будет
на три сотрудника меньше, поняла Джордан. Эти ребята выглядят так, что вряд
ли перенесут еще один такой день, не говоря уж о трех. Она устало опустила
голову. Откуда же взять силы? Но надо, надо что-то придумать.
Трусиха! — горько упрекнула она себя. Бесхребетное создание! Если ты не
в состоянии смотреть в лицо временным трудностям — значит, ты не
заслуживаешь
Рога изобилия
! Или собирайся с силами и продолжай бороться —
или же сдавайся и беги, поджав хвост!
Ей потребовалось каких-нибудь полминуты, чтобы заставить все свое существо
подчиниться немым командам. Стиснув зубы, она распрямила плечи, вскинула
голову. Еще полминуты ушло на то, чтобы пригладить волосы, расправить
смявшуюся одежду и придать лицу выражение
у-меня-все-под-контролем-и-я-
справлюсь
.
Ей это удалось — с трудом.
Джордан прошла на кухню и оглядела свое потрепанное войско. Молодежь,
бессильно навалившись на стол, потягивала напитки. Уолкер дремал в углу с
открытым ртом. Дядя Клетес откинулся на спинку стула, мертвенно, болезненно
бледный. Она глубоко вздохнула и попыталась заговорить как можно бодрее.
— Ну что ж, у меня для вас есть хорошая новость — и плохая. — Ее
заявление было встречено стонами.
Она подошла к холодильнику, налила себе колы и сделала огромный глоток. Да
здравствует кофеин!
— Почему бы не начать с плохой новости? — Она ослепительно
улыбнулась.
— Мы все уволены, и вы выплачиваете нам двухнедельное выходное
пособие? — уныло промямлил Энди.
— Боюсь, что нет. — Она увидела, как на кухню зашел Райнер и встал
у двери. Ей потребовалась вся ее воля, чтобы не обращать на него внимание и
продолжать говорить. — Плохая новость заключается в том, что наше
объявление имеет силу до конца недели. Можно ожидать еще три дня таких же,
как сегодняшний.
— Три? — в ужасе повторила Мишель. Потом сглотнула, собираясь с
силами. — Мы справимся, ведь правда?
— Да-а, — в унисон пробормотали Энди и Лерой, хотя в этом ответе
не было ни малейшей уверенности.
Джордан моргнула. Какими же разбитыми они выглядят! Она не думала, что
потеряет из-за этой ситуации работников, но все же они такого не
заслуживали. Но за безумную работу требуется вознаграждение.
— Хорошая новость такова. Вы получите премию за эти три дня.
Казалось, это их воодушевило. Обернувшись к другим, Мишель что-то
прошептала. Те кивнули.
— Не нужно, — сказала Мишель. — Спасибо за предложение, но
доплата нам не нужна. Мы решили, что мы в этой заварушке вместе с вами.
Знаете — удачи и неудачи, взлеты и падения, хорошее и плохое... Мы все
заодно.
В глазах у Джордан заблестели слезы.
— Спасибо, — пробормотала она, — вы отличные ребята.
Райнер пошевелился, когда она посмотрела сквозь опущенные ресницы в его
сторону. Он стоял, облокотившись на дверной косяк, невозмутимый,
бесстрастный, скрестив на груди руки — викинг из викингов. Всем своим видом
он выражал неодобрение — властное и очевидное. Но, как ни странно,
безмолвствовал.
Джордан снова перевела взгляд на ребят.
— Спасибо за понимание. Мы поговорим об этом в другой раз. — Она
похлопала Мишель по руке. — Отправляйтесь-ка все домой. Постарайтесь до
завтра хоть немного передохнуть. Эти несколько дней будут очень тяжелыми.
Уж в этом-то они не сомневались. Разом встали и поплелись к выходу,
переговариваясь на ходу.
Дядя Клетес беспокойно заерзал на стуле. Никогда она не видела его таким
несчастным.
— Похоже, мы попали в переделку. Как думаешь, сможем справиться?
— Разумеется, сможем. — Она постаралась изобразить ободряющую
улыбку. — Прекрасно справимся.
— Это все моя вина, — взволнованно забормотал он. — Только
вот не понимаю, что я сделал не так.
Джордан попыталась успокоить его.
— Не волнуйся, дядя Клетес. Полагаю, я нечетко написала цифры.
— Четко, — сказал совершенно проснувшийся Уолкер. — Очень
четко.
Дядя Клетес нервно ерзал на стуле и потирал ладонью лысину.
— Уолкер прав, — признался он наконец. — Ты очень четко все
написала. Просто... Просто... — Его лицо болезненно сморщилось. —
Ты сказала, что мы должны дать рекламу о снижении цен. Пятьдесят девять
центов за фунт — не такая уж низкая цена. Поэтому я подумал... если мы
сможем привлечь новых покупателей, немножечко скостив цену... — Он
умолк с несчастным видом.
Джордан закрыла глаза. Ох, дядя Клетес, что же ты наделал? Он хотел как
лучше, вот и все, пыталась она убедить себя. К сожалению, после инсульта его
деловые способности стали равны нулю. Она знала об этом. Она должна была
предупредить его.
— Забудь, — сказала она. — Дела не настолько уж плохи. Андреа
обещала продавать нам продукты без надбавок. Уже легче. И мы еще не знаем,
скольких покупателей привлечем к себе за эти несколько дней.
Клетес поднял на нее глаза, в которых засветилась надежда.
— Ты думаешь?
— Ну конечно. — Она снова улыбнулась ему. — Придется немножко
затянуть пояса, но это не окончательное поражение.
— Затянуть пояса? — испуганно повторил дядя Клетес. Он поднялся на
ноги, вид у него был совершенно озадаченный. — Но я ношу подтяжки.
Джордан прикусила язык.
— Может, вы с Уолкером пройдете в дом и сыграете в шашки? —
предложила она. — Мне тут еще кое-что нужно сделать, а
...Закладка в соц.сетях
