Жанр: Любовные романы
Рог изобилия
...аниматься бизнесом, и ты должна
заставить его серьезно рассмотреть наше предложение. Я очень удивлен, что ты
так долго продержалась одна. Когда ты находишь время для себя?
— Это моя жизнь! — выпалила она ему в лицо. — Прекрати меня
учить, как ею распоряжаться!
— У тебя вообще нет жизни, — бросил он в ответ. — У тебя лишь
работа.
— Которую я в состоянии выполнять без твоих советов. Я в тебе не
нуждаюсь!
— Нет, нуждаешься. — Он притянул ее поближе, крепче обнял за
плечи. — И раз уж мы заговорили об этом, то знай, что я рассчитываю на
обещанное сотрудничество.
— Ты его получишь!
— Не сомневаюсь. — Он легонько встряхнул ее. — Джордан, не
сражайся со мной. Ты не выиграешь...
— Прекрати мне об этом напоминать!
— Прекрати сражаться. — Его руки скользнули вниз, на талию, и он
прижал ее к себе. — Перестань сражаться, — прошептал он снова. Он
обнял ее еще нежнее, еще крепче. Губы прикоснулись к ее губам, дразня,
разжигая желание.
Она тихо застонала.
— Ты заберешь у меня все, если я перестану сражаться с тобой. У меня
ничего не останется. Я не могу так сдаться.
Он поцеловал ее снова, ласково и настойчиво.
— Ты думаешь, что я только беру? Ты еще плохо знаешь меня, любовь моя.
Но узнаешь непременно.
Джордан закрыла глаза. Она была не в силах смотреть на него, не в силах
видеть этот омытый зеленью моря взор. Иначе — она знала! — она утонет в
нем навсегда.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Спустя немного времени они вернулись в магазин. К счастью, в нем было чем
заняться, и Джордан тут же включилась во всеобщую суматоху. Здесь она все
понимала, эту работу она знала до тонкостей.
Рог изобилия
не кружил ей
голову, не смущал ее.
Рог изобилия
не заставлял ее краснеть по десять раз
на дню.
Но почему Райнеру это удается? Она не могла понять своего состояния.
Наверняка это лишь гормональный дисбаланс. Даже физическое вожделение легче
перенести, чем такие скачки настроения. Она закрыла глаза. Это не любовь. Не
может быть любовью. У нее нет ни времени, ни опыта, чтобы любить такого, как
Райнер.
Она украдкой взглянула на него. И в тот же миг встретилась с его взглядом и
внутренне сжалась, молясь, чтобы он не заметил ее смятения. Она слишком
увязла в своем чувстве. Эта мысль крепла в ней, становилась все четче,
наполняла ее страхом. Усилием воли она отвела от него глаза и невидяще
уставилась на груду кукурузы. Настало время взять себя в руки. И поскорей.
Пора искать выход.
Дядя Клетес сделал величайшую ошибку в своей жизни, пригласив этого человека
к ним на работу. Все равно что запустить кота в голубятню. И судя по
выражению лица Райнера, он находил свою добычу чрезвычайно вкусной.
— С чего начнем? — спросил он достаточно хладнокровно.
Она глубоко вздохнула и огляделась.
— Так, посмотрим... Энди и Лероя я послала сортировать картофель. Дядя
Клетес всегда занимается прилавками с овощами. Уолкер помогает ему. Мишель
занимается кассами. Значит, тебе остается...
— Все остальное?
Прищурясь, она смерила его подозрительным взглядом. Ни намека на иронию не
промелькнуло у него на лице.
— Тебе и карты в руки, — согласилась она.
— А ты будешь заниматься...
— Ценами, прейскурантом и улаживанием конфликтов. — Она невольно
улыбнулась. — Множества конфликтов.
Если она ожидала, что Райнер будет комментировать каждый ее шаг, она очень
скоро убедилась, что была не права. Правда, он внимательно следил за всеми
ее действиями. Однако держал выводы, которые наверняка делал, при себе.
Работал он больше, чем кто-либо, выполняя за пять минут столько, сколько ей
удавалось лишь за полчаса. К открытию магазина решительно все было сделано.
Джордан изумленно покачала головой.
— Никогда не предполагала, что такое возможно, — пробормотала она.
— Это потому, что ты никогда не работала со мной. — В его глазах
отражалась теплая забота. — Видишь, что может сделать всего лишь
небольшая помощь?
Джордан неловко вздохнула.
— Спасибо. Я тебе благодарна.
На самом деле это было не так, и он прекрасно понял ее.
— Я вижу. — Он сорвал одну виноградину с кисточки на прилавке и
бросил в рот. — Не позволяй внезапно наведенному порядку расстраивать
себя, любовь моя. Я на этом деле собаку съел, не забыла? Знаю, что к чему. И
могу разложить клубнику наилучшим образом. Тебе следует расстраиваться
только в том случае, если что-то не будет сделано.
Джордан улыбнулась, ей стало немного легче.
— Я просто глупа. Мне всегда хотелось, чтобы к открытию магазина все
было в порядке. — Широким жестом она охватила весь сверкающий чистотой
магазин. — Моя мечта исполнилась — а я по-прежнему не рада.
— Потому что это сделано с моей помощью. Она закусила губу. При всем
своем желании она не могла ничего возразить. Ведь в его словах заключалась
большая доля правды. Она криво усмехнулась.
— По-твоему, я слишком упорно сопротивляюсь? Не так ли?
— Защищаешь свои владения — так будет точнее. — Он придвинулся
поближе и понизил голос до полушепота: — Я прекрасно знаю, как защищают свои
владения. — Наклонив голову, он почти коснулся губами ее уха, и от его
теплого дыхания у нее на виске затрепетали завитки. — Я беру, что хочу,
и крепко держу свою добычу. Она моя, и никто ее у меня не отнимет. Ты ведь
так считаешь?
— Да. Кроме того, я слышу, как колокола бьют тревогу, — прошептала
она, задрожав.
— Прислушайся к их звону. — Он выпрямился. — А пока покажи
мне хоть что-нибудь из того, что так отличает
Рог изобилия
.
Я беру, что хочу — он хочет магазин, — и крепко держу свою добычу.
Никто ее у меня не отнимет. Он не упустит
Рог изобилия
. Но неужели он
считает, что магазин уже у него в руках? Кот все ближе подкрадывается к
голубям. Да поможет Бог голубиной душе.
— Джордан?
Она постаралась сосредоточиться.
— Да?
— Ты собиралась показать мне то, что делает
Рог изобилия
таким
уникальным.
— Уникальным... — Она обвела магазин пустыми глазами.
— Вот, например, интересные картинки на стене. Она рассвирепела от
глубоко спрятанной в его словах иронии. Дядя Клетес был прав — он в самом
деле хочет изменить здесь все. Что ж, пусть попытается — и пусть потерпит
неудачу.
— Да, картинки!
Он подошел к стене и стал рассматривать коллаж. Детские работы изображали
фрукты и овощи. Несколько картин были нарисованы дядей Клетесом и самой
Джордан.
— Очень миленькие, но не слишком профессиональные.
— Вот как! — Джордан вскинула подбородок. — Их рисовали дети
моих покупателей. Они рисуют вон за тем столом, пока их родители занимаются
покупками.
Он бросил полный сомнения взгляд в ту сторону, где стоял стол. Он занимал
целый угол. У стены, рядом со столом, стоял шкаф с книгами. На столе лежали
фломастеры, карандаши, бумага, ножницы и клей.
— Я как раз собирался спросить тебя об этом. Если ты вместо стола
установишь прилавки, то сможешь увеличить продажу на... на...
— ...десять процентов или даже больше, — подхватила она, стараясь,
чтобы ее голос звучал не слишком сухо.
— Не пойми меня неправильно, — поспешил добавить он. — Это
очень мило и все такое. Но у тебя бизнес. Занимать целый угол для детей и
давать кредит некоторым покупателям, а потом выбрасывать их счета — это...
— Не профессионально? — Она одарила его любезной улыбкой. Черта с
два она станет объяснять ему свои причины! Сет был ее самым любимым
покупателем, она заботилась о нем особо. Что же касается детского уголка...
Райнер решил поработать у них. Так пусть работает и учится. — Ты прав.
Возможно, это моя ошибка. — Она огляделась по сторонам. — Что еще
мы делаем неправильно?
Он рассмеялся и поднял руки:
— Ладно-ладно. Сдаюсь. Я буду смотреть и слушать, а потом сделаю
выводы... В конце недели мы снова обсудим... вашу уникальность.
— Прекрасно. — На этот раз он не смог не заметить холодности ее
тона.
Дни недели пролетали один за другим. Джордан привыкла, что Райнер ездит с
ней за товаром на рынок Константина. Она не знала, что он сказал Нику, но
все перешептывания прекратились. Если их и обсуждали исподтишка, то ни
единого слова до нее не долетало.
В
Роге изобилия
дела шли так же гладко. Его помощь оказалась неоценимой.
Как ни противна она была самой себе и как внутри у нее все ни бушевало, она
все больше и больше рассчитывала на эту помощь. Он так много знал о бизнесе,
так прекрасно умел обращаться с людьми. Вдобавок он такой большой и сильный
и...
Даже дядя Клетес неожиданно полюбил его, азартно обсуждая с ним философские,
религиозные и политические вопросы, а также их влияние на фруктово-овощную
продукцию. Ни единым жестом или словом Райнер не показал иронии или
пренебрежения. Он серьезно слушал и серьезно отвечал. Но это лишь усиливало
ее подозрительность.
Она не могла позволить себе забыть, зачем он здесь. Этот человек помогал им
с определенной целью. И эта цель не имела ничего общего с альтруизмом.
С грустью размышляя об этом, Джордан следила, как он болтает с Мэри
Лангстром, хорошенькой рыжеволосой покупательницей. Смутная ревность
становилась все определеннее, и Джордан недовольно нахмурилась. Она
напомнила себе, что у Мэри замечательный муж и целый выводок детей, но эта
мысль не помогла ей ни на грош.
Я беру, что хочу, и крепко держу добычу.
Его слова неотвязно вертелись у нее в голове, но сейчас она уже воспринимала
их как свои собственные. Ей хотелось подойти к этой рыжеволосой кокетке и
вышвырнуть ее из магазина. Она съежилась. Защита владений. Если эти слова
относятся к
Рогу изобилия
, она может их понять. Но к Райнеру? Она покачала
головой. Никоим образом. Это значит навлечь на себя неприятности. Большие
неприятности.
Она с трудом собралась с мыслями, стараясь определить как размеры уже
нанесенного ущерба, так и пути его уменьшения, прежде чем он станет
необратимым.
— Джордан? — произнес неловкий голосок сбоку от нее.
Вздрогнув, она резко обернулась и увидела веселое личико восьмилетней дочери
Мэри.
— Кейзи, я и не заметила тебя!
— Я нашла то, что хочу нарисовать, но не знаю, как оно называется.
— Давай выясним, — предложила Джордан. — Это фрукт или овощ?
Девочка мгновение раздумывала.
— Оно коричневое, — решительно определила она.
— Коричневое. — Джордан усмехнулась. — Может быть, ты мне
покажешь? — Она прошла с Кейзи к детскому столу, где девочка и ее брат
стали листать лежавшие там книжки.
— Вот оно, — Кейзи показала картинку.
— Это фрукт. Он называется киви. Под этой уродливой кожицей скрывается
чудесная мякоть. Пойдемте, я вам покажу.
Заинтересовав обоих ребятишек, Джордан прошла к прилавку с фруктами и
выбрала самый красивый. Затем взяла нож и разрезала киви на четыре дольки.
— Он очень сладкий, — объясняла Джордан. — И вы можете даже
съесть вот эти маленькие черные зернышки. — Срезав кожицу, она откусила
кусочек. — Попробуйте.
Обменявшись неуверенными взглядами, дети взяли по кусочку и последовали
примеру Джордан. Неуверенность в их глазах сменилась восторгом, и они
побежали к матери, требуя, чтобы она купила им киви. Джордан услышала
веселый смех и согласие Мэри.
Райнер посмотрел на нее. Неужели она увидела отблеск одобрения в его глазах?
Если он считает, что она оставляет детский уголок лишь с этой целью, то он
глубоко ошибается. Она обожала заниматься с ребятишками и рассказывать им об
овощах и фруктах, которые они видели в магазине. Ей также нравилось, когда
ее покупатели и их дети чувствовали себя здесь уютно, как дома.
— Я всегда делаю покупки только в
Роге изобилия
, — услышала она
слова Мэри, обращенные к Райнеру. — И никогда не пойду ни в какой
другой магазин.
— Почему же?
— Потому что я могу спокойно заниматься делами и не волноваться, что с
детьми что-то случится, — последовал убедительный ответ. — И они
так много здесь узнают! Раньше они были очень привередливы в еде. А теперь,
благодаря Джордан, у них более здоровое и разнообразное питание, чем раньше.
Джордан удовлетворенно улыбнулась. Замечательные слова о
Роге изобилия
.
Кроме того, они объясняют, почему магазины Торсенов не смогут отобрать у нее
покупателей. Идея дяди Клетеса была не такой уж плохой, подумала она, и в
ней затеплилась надежда. Может быть, Райнер изменит свое мнение и вместе со
всеми остальными Торсенами оставит
Рог изобилия
в покое. Им всем найдется
место на северном рынке, особенно если Торсены отправятся подальше на север
— желательно на Аляску.
Субботний рассвет был ярким, чистым и свежим. Джордан по Баллардскому мосту
ехала на оптовый рынок. На спокойных водах канала играли легкие отблески
пурпурных и голубых лучей. Со своего места в кабине она видела утиное
семейство, плавающее вокруг одинокой рыбачьей лодки.
Ей было очень грустно оттого, что этот день был последним днем работы
Райнера в
Роге изобилия
. Любопытно, какие у него сейчас намерения? Пришел
ли он к каким-нибудь выводам? И, что гораздо важнее, отступится ли от
Рога
изобилия
? Она очень надеялась на это, хотя какая-то ее частичка всегда
будет сожалеть о его уходе.
Оказалось, что она очень одинока в своей работе. До его вторжения в ее жизнь
она этого не ощущала. Его присутствие рядом всю эту неделю выявило ее
одиночество. Он был ей партнером, и она обнаружила, что ей нравится работать
с партнером.
Она въехала на двор оптового рынка и удивилась, когда не увидела красного
автомобиля Райнера. Она немного подождала в кабине, ожидая, что он вот-вот
появится. Через пятнадцать минут она выбралась из машины. Время не ждет.
Работа тоже. Райнер сможет найти ее на рынке.
Джордан уныло доплелась до Терри и выложила перед ним свой заказ. Ощущение
потери не покидало ее, и она злилась на себя.
— Большой парень освободил вас из-под ареста? — спросил Терри,
бросив исподтишка пугливый взгляд по сторонам.
— Не бойтесь, Ника нигде не видно, — успокоила она его. — Да,
похоже, что Торсен и вас тоже освободил от своего присутствия.
— Правда? — Продавец воспрянул духом. — Итак, что же
происходит? У вас с ним роман или как?
— Я что, объявила открытие охотничьего сезона? — пробормотала
Джордан. — Нет, можете со спокойной совестью объявить на весь рынок,
что между мной и Райнером романа нет.
— Ага... — понимающе бросил он. Для него и этого было достаточно.
Большой парень
, по выражению Терри, так и не появился этим утром на
оптовом рынке. Не ждал он ее и в
Роге изобилия
. В результате подготовка к
открытию пошла прахом. Все было не так. Энди и Лерой чуть не подрались, так
же как и дядя Клетес с Уолкером. Мишель никак не могла взять в толк, какие
лужи ей нужно подтереть, хотя топталась прямо посередине одной из них. А
Джордан... Джордан была совсем несчастна.
За две минуты до открытия она стояла перед дядей, решительно подбоченясь.
— Тебе придется выложить огурцы для засолки на прилавок. Мы их для
этого и покупаем. Для этого же мы покупаем и укроп. — Она указала на
груды пушистой зелени. — Укроп плюс огурцы равняется засолка. Понял?
Наши покупатели не смогут солить огурцы без самих огурцов.
Клетес прижал огромную коробку с огурцами к груди.
— А чего хотят сами огурчики? Это никого не интересует?
Она сжала кулаки и проговорила сквозь зубы:
— Огурчики созданы для того, чтобы их солили. Этого жаждет каждая
клеточка наших крепеньких огольцов.
Дядя еще крепче сжал коробку в объятиях.
— Если бы Райнер был здесь, он бы меня понял.
— Но его здесь нет, а я есть, так что тебе не повезло, — рявкнула
она. — А теперь положи их на место.
Их беседу прервал глубокий голос:
— Есть проблемы?
Джордан и Клетес обернулись. У Клетеса глаза засияли от радости, а у Джордан
сердито сверкнули.
— Райнер, мальчик мой! Тебя-то мне и нужно. — Старик обиженно
посмотрел на племянницу. — Эти огурчики...
Райнер тронул ее за руку.
— Девять уже пробило, покупатели ждут. Почему бы тебе не открыть
магазин? Об остальном я позабочусь.
Охваченная яростью, она бросилась к двери и рывком распахнула ее.
— Надеюсь, вы пришли не за огурцами для засолки, — набросилась она
на маленькую старушку, которая стояла впереди всех. — Потому что как
раз их вы и не получите.
— Нет-нет, — заверила ее женщина робко. — Огурцы мне не
нужны. Я думаю, мне вообще ничего не нужно...
Но прежде чем бедняжка успела улизнуть, Джордан схватила ее за руку. Она вся
горела от стыда.
— Ну что вы! Конечно, вам что-нибудь нужно. Попробуйте дыню. За счет
магазина.
Старушка колебалась.
— Наверное, я... и правда попробую кусочек.
— А я буду счастлива предложить вам еще что-нибудь... — Ее
схватили сзади за руку, и не успела она запротестовать, как Райнер потянул
ее в подсобку. — Эй, какого черта...
— Сюда, — сказал он.
— И не подумаю!
— Хорошо, тогда на людях.
Джордан вздохнула и сдалась.
— На кухне.
— Ну, вот это в самом деле нечто уникальное, — выпалил он в ту же
секунду, как они зашли на кухню. — Изо всех уникальных действий, что я
видел в жизни, это самое уникальное.
Джордан почувствовала, как к горлу подступают слезы.
— Я знаю, знаю. Мне так стыдно. Я просто полное ничтожество. Не могу
поверить, что так сорвалась. Единственное оправдание, что утро было
ужасным. — Она убрала со щеки темный локон. — Ничего не сделано,
все спорят друг с другом, меня довели до того, что я кричу на
покупателей. — Она выпятила нижнюю губу. — А все ты виноват.
— Я виноват? Что еще за новости?!
— Потому что тебя не было... — Она зажмурилась и издала
пристыженный стон, не в силах сама поверить тому, что сейчас произнесла.
Она открыла глаза от его поцелуя. Нежного, любящего, согревшего ее до
кончиков пальцев. Его объятие было легким, прикосновение успокаивающим, а не
страстным, и благодарность за его чуткость наполнила ей душу.
Она положила руки ему на плечи и сжала пальцами твердые мускулы. Никогда
раньше она не чувствовала себя такой ранимой, никогда так не нуждалась в его
силе. Его губы нежно касались ее губ, и желание бороться растаяло как дым.
Она устроилась поудобнее в кольце его рук.
— Джордан, кто-нибудь может зайти, — пробормотал он, крепче
прижимая ее бедра к своим.
Она задохнулась от интимного объятия.
— Когда ты так обнимаешь меня, все остальное мне почти
безразлично. — Она подняла на него глаза, охваченная внезапной
неуверенностью. — Думаю, мне не следовало в этом признаваться.
Улыбка тронула его губы.
— Я рад, что ты это сделала.
Она провела рукой по его щеке, пальцы задержались на крошечной золотой
сережке. Она немного отодвинулась, чтобы получше рассмотреть, и снова
осторожно дотронулась до нее.
— Я всегда хотела об этом спросить, — призналась она. —
Торсен. Сын Тора. Ты именно поэтому носишь эту молнию? Потому что это знак
Тора?
— Да. Но не только. — Он помолчал. — Это напоминание.
Ее глаза загорелись любопытством.
— О чем?
Он не сразу ответил. Она молча ждала, и он наконец произнес:
— О семье. О традициях. О том, как тяжело дается успех в жизни.
Как раз о том, что стоит между ними. Ясно, почему он ответил с такой неохотой. Она скорчила гримасу.
— Лучше бы я не спрашивала.
— У Тора тоже есть сережка, — сказал он, — крошечный молот.
Чтобы проще было пристукнуть ее? Проще стереть с лица земли
Рог изобилия
?
Ей было неприятно думать об этом. Только не здесь. Только не сейчас, когда
ей так спокойно и надежно в руках Райнера. Чуть слышный вздох вырвался из ее
груди.
— Мне кажется, что я предпочитаю молнию, — застенчиво призналась
она.
Если он и понял, каких усилий стоило ей это признание, то не подал виду.
— Я рад это слышать. — Он дотронулся до ее губ жестким
пальцем. — У меня есть просьба к тебе.
Она задрожала от плохого предчувствия.
— Какая?
— Не волнуйся так. — Он улыбнулся и заправил ей выбившийся
локон. — Я бы хотел остаться еще на неделю. Поэтому и задержался —
договаривался с Тором на тот случай, если ты согласишься.
Она хотела согласиться. Она этого хотела больше всего на свете.
— Зачем? — спросила она вместо того, чтобы согласиться. —
Зачем ты хочешь остаться?
— По нескольким причинам. Ты же знаешь, что я не узнал еще всего, что
так отличает
Рог изобилия
от наших магазинов. Мы не пришли к решению
относительно нашего... разногласия. Я имею в виду будущее магазина. И...
— И? — Она презирала себя за то, что от волнения у нее сорвался
голос.
— Нам с тобой еще кое-что нужно обсудить, — хрипло признался
он. — Кое-что личное.
Джордан опустила глаза, в которых его признание зажгло огонь восторга.
Однако она не хотела, чтобы этот огонь увидел Райнер. У него и так слишком
много власти над ней. Избыток власти повредит ему. Как и ей.
— Думаю, я могу поговорить с дядей Клетесом, чтобы ты еще остался у
нас, — не раздумывая сказала она. — И сделаю тебе скидку. За эту
неделю тебе придется заплатить всего лишь пятьсот долларов.
— Ого, благодарю.
Она ответила дерзкой ухмылкой.
— Не за что!
Он наклонил голову и прижался к ее губам долгим поцелуем.
— Ну как, теперь ты готова дать отпор хаосу и истерии?
— Запросто! — Она задержалась на пороге. — Между прочим, ты
убедил дядю Клетеса положить огурцы на прилавок?
— Разумеется.
— Каким образом? — подозрительно спросила она.
— Очень просто, — кротко улыбнулся он. — Я его попросил.
К ее удивлению, в зале все встало на свои места. Хотя, собственно,
непонятно, чему тут удивляться. Присущее Райнеру обаяние творило чудеса.
Одним движением брови он добивался большего, чем она долгими спорами. У него
был дар делать всех довольными и вежливыми — даже ее.
Рабочий день летел быстро, до предела насыщенный работой. Казалось
невероятным, что она так долго смогла справляться одна. Конечно, она была не
совсем одна, поспешно поправила она себя. Не нужно забывать про дядю
Клетеса. Мысль о нем заставила ее улыбнуться. Он такой милый, но в бизнесе
понимает не больше, чем она... в политических пристрастиях овощей.
Поток покупателей не убывал, и все были так заняты, что Райнер даже не
отреагировал, когда Джордан отпустила продукты несчастному Сету бесплатно.
Наконец ушел последний посетитель. Уборка магазина — обычно нудное и
неприятное занятие — с Райнером стала для Джордан удовольствием. Все ее
помощники поспешили домой, заняться субботними делами, а Уолкер и дядя
Клетес решили сыграть пару-другую партий в шашки.
Райнер выключил верхний свет, оставив зажженным лишь один ряд ламп. Несмотря
на то, что на улице еще не стемнело, в зале стало сумеречно и спокойно.
— Есть время поговорить? — спросил он, наблюдая, как она
подсчитывает выручку.
— Конечно. А о чем?
— О
Роге изобилия
. — (Она с тревогой подняла голову и
успокоилась, увидев его дружескую улыбку.) — Не об этом, —
подтвердил он. — О том, как вы ведете дела. И что отличает вас от
магазинов Торсенов.
— А-а, опять наша уникальность. Пробыл здесь недел
...Закладка в соц.сетях
