Жанр: Любовные романы
Рог изобилия
...много.
Благодаря Андреа она теперь знала, на что Райнер может пойти. Ей также
известно, какими безжалостными бывают Торсены. Полученная информация
подсказывала ей несколько выходов. Это ей нравилось — можно попробовать что-
то одно, а если не сработает, мгновенно переключиться на другое. Это
означало, что у нее есть время продумать все наперед, заранее просчитать,
как отразить любой из его шагов. Конечно, все будет непросто. Очень
непросто. Но если ставка —
Рог изобилия
, ради победы она не остановится ни
перед чем.
Первое и самое важное — обеспечить себе поддержку округи. Это сразу
расстроит замыслы Райнера. Это...
— У-уф! — Она налетела на чью-то каменную грудь, и от удара у нее
как будто сдулись легкие.
— Эй, поищите дверь! — сказал вместо приветствия Райнер. —
Это гораздо проще, чем пытаться пройти сквозь стену. — Он склонил
голову к плечу. — Сегодня утром вы кажетесь весьма решительной.
— Благодарю. — Вздернув подбородок, она пронзила его убийственным
взглядом. — Я и чувствую себя решительной.
Он не отрывал от нее глаз, а пальцы дерзко гладили ее щеку.
— Сегодня я не вижу грозовых облаков. Ваши глаза рассказывают мне о
ясном синем небе.
На этот раз она не увернулась от его руки. Дрожь захватила ее врасплох. У
него в самом деле дивные руки. Всякий раз, когда он дотрагивался до нее, ей
хотелось, чтобы это ощущение длилось вечно. Как будто уловив невысказанное
желание, он нежно провел огрубевшими от работы пальцами от ее виска к
подбородку.
— Они меняются, — пробормотал он. — Как будто облачко
отражается в озере.
— Прекратите, — прошептала она. — Здесь не время и не место.
Его голос упал до предела.
— Назовите время и место — и я буду там.
Джордан покачала головой.
— Вы знаете, что это невозможно. — Она вдруг пришла в себя и
осознала, насколько умудрилась забыться. Итак, он нашел в конце концов
подход, которого она не предусмотрела. Парень красив как ангел и коварен как
сам дьявол. — Таким путем вам
Рог изобилия
не заполучить, —
сообщила она ему с ледяной гордостью. — Меня нельзя купить — точно так
же, как и моего дядю.
Глубокий заразительный смех снова вырвался из его груди.
— Я знаю. Если бы к
Рогу изобилия
вел этот путь, я бы его уже давно
прошел.
Она задохнулась от возмущения и отпрянула от него. Все очарование исчезло,
осталась одна злость. Андреа была права. Торсены действительно ни перед чем
не остановятся, чтобы добыть желаемое.
— Мечтайте себе на здоровье. Смех его затих.
— Можете отрицать сколько угодно, но вы ощущали мое присутствие задолго
до того, как увидели меня. И это не имело отношения ни к
Рогу изобилия
, ни
к Торсенам, ни к тому, что сейчас между нами стоит. Это имело отношение лишь
к мужчине и женщине и их безотчетному влечению. Такое влечение не так просто
обойти.
— На вашем месте я бы не обольщалась.
— Смелые слова, — насмешничал он. — Воинственные слова.
Должен ли я принять их за вызов?
Она вздохнула.
— Разве вы не принимаете за вызов любые слова?
Он привычно потер ладонью подбородок.
— Верно, так я и делаю. — В зеленой глубине его глаз искрился
смех. — Вызов — это прекрасно. Вызов работает на меня. Так что,
поскольку перчатка брошена... Замечательно, я принимаю.
Ее охватило волнение.
— Принимаете что? Эй, не начинайте все сначала. Я ничего вам не
бросала.
Казалось, он не слышит ее.
— Это будет получше
Рога изобилия
. Решено. Мне нравится.
Джордан покачала головой и отступила на шаг.
— Вы сошли с ума, мистер. А я так и вовсе сумасшедшая, если стою тут и
слушаю вас. Не знаю, что за вызов, по вашим словам, я вам бросила, но можете
о нем забыть.
Что она говорит, как будто не понимает, что это за вызов? Как будто ей
неясна сексуальная подоплека в его подшучивании! Такого рода борьба стара
как мир. Она ведется с тех пор, как Ева соблазнила Адама. Но если у нее есть
хоть капля разума, она и пытаться не станет соблазнять этого человека.
Потому что викинги привыкли брать, и будь она проклята, если позволит взять
себя!
— Не умно показывать противнику свой страх, — абсолютно серьезно
сообщил он ей. — А еще хуже — когда женщина показывает, что боится
мужчину. В нем тогда срабатывает охотничий инстинкт.
Спуститесь с дерева, Тарзан. Я не стану изображать Джейн, так что забудьте
об этом.
— Джорд, — задумчиво произнес он. — По-норвежски означает
мать-
земля
. В вас есть что-то стихийное. Райнер. По-норвежски
воин
. — Он
шагнул к ней. — Мне всегда казалось, что значение имен — совершенно
бесполезная информация. Да сегодняшнего дня. Теперь я считаю наши имена
очень подходящими. Как вам кажется?
— Мне кажется, что я ухожу. — Развернувшись, она зашагала к
выходу.
Он догнал ее и остановил, схватив за руку.
— Подождите. — Она вырвала руку, он отступил. — Извините,
Джордан, я не хотел вас испугать.
— Вы не испугали, — ответила она, решившись отрицать очевидное.
Судя по выражению его лица, переубеждать его было пустой тратой времени и
сил. Он успокаивающе улыбнулся.
— Я ведь с вами не об этом хотел поговорить. Я хотел просить вас
сделать мне одолжение.
— У вас довольно странная манера обращаться с просьбой.
Он слегка изогнул губы в неловком признании:
— Верно. И все же я бы хотел пригласить вас завтра посетить некоторые
из магазинов Торсенов.
Джордан смущенно уставилась на него, застигнутая врасплох странным
предложением.
— Зачем?
— Чтобы доказать бесполезность вашего сопротивления.
Смущение сменилось недоверием.
— Каким это образом демонстрация магазинов Торсенов может доказать мне,
что наше сопротивление бесполезно?
Он осторожно подбирал слова:
— Послушайте, мне известно, что это вы, а не ваш дядя, ведете все дела
в
Роге изобилия
. Если бы вы настаивали на продаже, возможно, он бы
согласился. Может быть, когда вы увидите наши магазины, увидите, насколько
мы сильны, вы поймете, что продать — лучший из всех выходов для вас.
Фактически единственный выход.
Она пришла в бешенство.
— Позвольте мне кое-что вам объяснить насчет тех выходов, что у меня
есть... — Она оборвала себя, глаза ее сузились.
Нет. Она не скажет ничего, о чем будет потом жалеть. Если она оттолкнет его
сейчас, то потеряет ценную возможность следить за его действиями. До сих пор
он был с ней весьма откровенным относительно своих планов. И таким же
откровенным относительно своего влечения. Почему бы не воспользоваться этим?
Не повредит получше узнать своего противника и выявить возможные его
слабости. Будет просто глупостью с ее стороны не воспользоваться этим
предложением.
— Ладно, ваша взяла, — спокойно произнесла она. — Заезжайте
за мной завтра в девять, посмотрим ваши магазины. — Ты еще пожалеешь об
этом, подумала она.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
— Соглашательство с врагом! Вот как это называется!
Джордан вздохнула.
— Дядя Клетес, это не соглашательство с врагом, это...
Старик покачал головой.
— Это горький, горький день! Мое единственное дитя, моя дорогая любимая
племянница собирается предать свою семью и перебежать в стан врага.
— Горький, — вставил свое веское слово Уолкер.
Джордан и Клетес, как по команде, уставились на него. Пробормотав извинения,
он ретировался к прилавку с брокколи.
Дядя Клетес в отчаянии заламывал руки:
— Твой дедушка Джо переворачивается в могиле, льет слезы с небес!
— Это дождь, — сухо уточнила она. — У нас он не
редкость. — Она бросила взгляд на часы, в ужасе от того, что стрелки
неумолимо движутся к девяти. Если они не прекратят этот спор и не начнут
подготовку к открытию, она точно опоздает. — Дядя Клетес, ты хочешь
продать
Рог изобилия
?
Он гордо выпрямился.
— Как ты могла задать мне такой вопрос?
— И все же?
— Конечно, не хочу. Почему тебе пришло это в голову?
— Ты уверен? — выпытывала Джордан. — Торсены предлагают много
денег. Больше чем достаточно, чтобы ты мог уйти на покой. Ты мог бы
отправиться в Аризону еще до наступления зимы, купить свою ферму и отдыхать
на солнышке.
Он сник.
— Ты бы хотела, чтобы я продал? Мне казалось, ты любишь
Рог изобилия
.
— Люблю. Но сейчас мы говорим о тебе и твоих нуждах.
Клетес взял ее руки в свои. Его серо-голубые глаза, точно такие, как у нее,
вглядывались в нее с необычным напряжением.
— Дорогая моя, Робертсы и есть
Рог изобилия
. Почти пятьдесят лет этот
бизнес составлял нашу гордость и радость, несмотря на последние тяжелые
годы. Возможно, я поступаю эгоистично, связывая тебя стариковскими
мечтаниями, может быть, лучше было бы тебе освободиться...
Слезы затуманили ей глаза. Она так давно не плакала, что казалось, уже
забыла, как это делается. Но нет, все еще помнит.
— Дядя Клетес, я люблю
Рог изобилия
. Люблю почти так же сильно, как и
тебя. Я не хочу, чтобы ты его продавал.
Она не так представляла себе их разговор. Как это на него похоже — думать
сначала о ней, а уж потом о себе. Но ей-то необходимо узнать его собственные
мысли по поводу магазина. Он не должен держаться за него из-за каких-то
устаревших обязательств. Если придется сразиться с Торсенами и победить, им
нужно будет обоим выкладываться для достижения этой цели. Одна она не
справится.
Он нежно улыбнулся, как будто прочитал ее мысли.
— Значит, мы с тобой заодно. Мы одна команда, Джордан. Разумеется, я не
продам магазин. Что будет с тобой?
— Ты не должен беспокоиться обо мне, — запротестовала она. —
Я из тех, кто выживает, ты же знаешь. Я найду другую работу, обзаведусь
новой навязчивой идеей. — Ее переполняли сомнения. — Ты уверен,
что хочешь сохранить
Рог изобилия
, дядя Клетес?
Он пылко кивнул.
— Убежден. А ты?
— Предстоит борьба не на жизнь, а на смерть.
Он вернулся к своим стенаниям:
— Тогда почему ты сегодня едешь с Торсеном?
Она рассмеялась.
— А ты поверишь, если я скажу — потому что он меня пригласил? И
еще, — поспешно добавила она, — кое-что разведать.
Ее заявление настолько его заинтриговало, что он прервал свои стоны:
— Шпионаж? — Кустистые его брови взлетели вверх, он поскреб
лысину. — Шпионаж! Джордан, ты гениальна!
Она скромно опустила глазки.
— Повтори еще раз.
— Да. Да. Ты можешь кое-что разузнать. — Он потирал руки, и
Джордан готова была петь от радости при виде его оживления. — Ты можешь
выпытать его секреты, использовать женские уловки. Прямо как Мата... —
Он резко оборвал себя.
Она хихикнула, увидев выражение ужаса на его лице, и невинно подхватила:
— Мата Хари?
Он уставился на нее, как будто увидел впервые, и укоризненно погрозил
пальцем.
— Только посмей, и я тебя высеку. А между прочим, сколько тебе
лет? — подозрительно спохватился он.
Она изо всех сил старалась сохранить серьезное лицо.
— На прошлой неделе стукнуло двадцать четыре, ты разве не помнишь?
Клетес в ужасе покачал головой.
— Был бы жив твой отец, он бы тебя запер, а ключ выбросил. Ты слишком
хорошенькая, как бы чего не вышло. Неудивительно, что этот человек шныряет
тут и разнюхивает.
— Дядя Клетес! — возмутилась Джордан. В его взгляде появилось
упрямство.
— Так вот, я изменил свое мнение по поводу сегодняшнего дела. Он
слишком хорош собой. И слишком высокий, и слишком сильный, и... и блондин! Я
сам поеду с ним. С тем же успехом он может показать свои магазины мне, а не
тебе. — Обрадовавшись такой прекрасной мысли, Клетес просиял. —
Может быть, он вовсе не за
Рогом изобилия
охотится, а за тобой! —
Брови у него снова сдвинулись. — Не знаю даже, что хуже.
Если бы он охотился за ней! — тоскливо подумала Джордан. Если бы
Рог
изобилия
не стоял между ними. Но раз уж так обернулось, раз ему нужен
магазин... Теперь она никогда не сможет быть уверена, что он ухаживает за
ней ради нее самой, а не ради того, чтобы захватить магазин. Взять хотя бы
историю с Андреа, ее помолвку с одним из Торсенов... Джордан безжалостно
отбросила эту мысль, чтобы подумать над ней попозже.
— Ты слишком много читаешь романов, дядя Клетес. Могу поклясться, что
Райнеру нужен магазин, а не я, — твердо сказала она. — Он думает,
что своим показом повлияет на меня и мы преподнесем ему
Рог изобилия
на
серебряном блюдечке. Он ошибается, но пока этого не знает.
Клетес колебался.
— Он очень красив.
— Я не заметила, — солгала она без зазрения совести. —
Единственная моя забота — убрать этого человека из нашей жизни. Навсегда. Не
думаю, что стоит упускать такую возможность. Почему бы мне не поехать с
ним? — О Боже, это звучит лицемерно. Дядя Клетес не купится на это!
Но она увидела, что он начал уступать.
— Нам нужно разработать план, чтобы победить их, — сказала она,
стараясь закрепить свой успех. — Копнув поглубже, мы сможем добыть
нужные для нас сведения.
— Не сомневаюсь, — сдался он, заключив ее в объятия. — Но ты
все же будь осторожна. Не дай себя в обиду.
Звучит как патетическая заключительная реплика, с неловким чувством подумала
она. Или скорее как ироническая заключительная реплика. Ей снова вспомнились
пальцы Райнера на своей щеке, и она задрожала. Откуда у нее возьмутся силы
защитить
Рог изобилия
, когда она саму себя защитить не способна? Она тихо
застонала. Хотя больше хотелось закричать во весь голос. Неужто она уже
заранее разбита наголову? Где ее сила воли? Где ее дерзость? Прячется вместе
с мужеством, вот где!
— Эй, Джордан, — прервал ее размышления голос Мишель. —
Покупатели тарабанят в дверь. Уже больше девяти. Что мне делать?
Джордан со вздохом закрыла глаза. Ну как оставить все без присмотра на целый
день? К закату солнца здесь воцарится полный развал.
— Попытайся открыть дверь, — посоветовала она вежливым
тоном. — Я обнаружила, что это их успокаивает лучше всего.
Глаза у Мишель округлились.
— О-ох! Мне нужно было самой догадаться. Джордан прикусила язык,
стараясь не наговорить лишнего.
— Ладно, забудь, Мишель. Я сама открою. Лучше включи кассы,
ладно? — Девушка послушно засеменила обратно. Джордан взглянула на
дядю, и оба, не сдержавшись, расхохотались. — Не могу поверить, что все
еще стою здесь, когда я даже не сменила ценники, — полным раскаяния
голосом сказала Джордан.
— Нет проблем. Я все сделаю, — вызвался дядя Клетес. — Ты мне
никогда не позволяешь помогать тебе с ценниками. А ты же знаешь, как мне это
нравится.
— Ты уверен? — не удержалась она от недоверчивого вопроса. У нее
уже был один опыт с
помощью
дяди Клетеса, и она с удовольствием обошлась
бы без повторения.
— Ты что же, думаешь, я не смогу? — оскорбился дядя.
— Ну что ты, конечно, не думаю. Просто... — Она сдалась. —
Список на столе на кухне. Сегодня нужно изменить только три ценника, я
обвела цены кружочками.
— Можно подумать, что я никогда в жизни не занимался этим, —
проворчал он.
Джордан вздохнула. В том-то все и дело. Он однажды занялся этим, и большей
неразберихи она не помнит. Что ж, придется пойти на риск.
Райнер появился в ту самую минуту, когда она открыла входную дверь.
— Немного опаздываете? — спросил он. — Это нехорошо для
бизнеса.
— Как раз наоборот. Когда человек прямо-таки рвется попасть в магазин,
он потом накупает вдвое больше. Ну что же мы, так и будем обмениваться
личными оскорблениями или поедем?
Райнер изобразил раздумье.
— Обмен с вами чем-нибудь личным, даже оскорблениями, — большой
соблазн, — поддразнил он ее. — Однако, думаю, все же лучше
отправимся.
Клетес вышел и встал рядом с ней, на лице у него застыла настороженность
пса, охраняющего свою кость.
— Следи за ним, — прошептал он нарочно громко, чтобы Райнер
услышал.
— Глаз не спущу, — пообещала она. — Ты не забудешь о тех
ценниках, что необходимо сменить? Справишься?
— Разумеется, справлюсь, — обиженным тоном сказал дядя. — Я
же не совсем новичок в этом деле, не забывай.
Джордан почувствовала раскаяние.
— Нет, конечно. Извини. До встречи.
Она быстро чмокнула его в щеку и обернулась к Райнеру. Почему ей вдруг
показалось, что она взяла свою судьбу в свои руки? Правильнее было бы
сказать — вручила ее в его руки, поправила она себя, когда Райнер сжал ее
пальцы и потянул за собой.
Под дождем они добежали до спортивного автомобиля с открывающимся верхом,
который в данный момент, как она с облегчением отметила, был поднят. Райнер
открыл ей дверцу, помог сесть и только потом обежал машину вокруг и сел за
руль. Она с любопытством покосилась на него:
— Куда мы поедем?
— Я решил, что сначала мы отправимся посмотреть самые южные из наших
магазинов. Они больше всех похожи на
Рог изобилия
. А потом поедем в дом к
моим родителям. Тор сказал, что после обеда присоединится к нам, мне бы
хотелось вас познакомить.
— Он ведь ваш брат, верно? — спросила она и поджала губы. Вспомнив
вчерашний рассказ Андреа, она решила, что не очень хочет знакомиться именно
с этим из Торсенов. Ей представлялся образ жестокого человека с ярко-рыжими
волосами, налитой кровью шеей и свирепым выражением лица. Она вздрогнула и
решила, что предпочитает блондинов с золотистым загаром и смеющимися
зелеными глазами.
Он умело вырулил на дорогу.
— Мой большой брат.
— Большой брат? — не веря своим ушам, повторила она. Он, должно
быть, шутит. Она попыталась представить себе больший вариант Райнера, но ей
это не удалось. Ее спутник был слишком уникален, чтобы его можно было
скопировать, не говоря уж о том, чтобы увеличить.
Райнер глубоко вздохнул.
— Да. Грустно, конечно, но это правда. Я всего лишь второй. — Он
сверкнул в сторону Джордан задиристой ухмылкой. — Мама говорит, что
именно поэтому я всегда так сражаюсь за победу.
— Она права?
— Я с ней не согласен. Просто я люблю драться.
— И выигрывать, — закончила она за него.
Он рассмеялся.
— И это тоже. Нелегкое это дело, когда твой противник — темноволосая
Валькирия с яростными глазами.
— Полагаю, мне надо быть польщенной.
— Почему бы и нет? — Он взглянул на нее. — У вас есть
определение получше?
С минуту она молчала. Потом в памяти всплыли образы, а вместе с ними и
чувства, которые она долгие годы загоняла глубоко внутрь.
— Мой... мой дедушка Джо часто подшучивал над моей внешностью, —
вдруг призналась она.
— Как? — мягко спросил Райнер. Она не отвечала, и он попросил еще
раз: — Расскажите. Мне бы хотелось знать.
— Он говорил... он говорил, что у меня волосы темнее ночей в Аризоне,
щеки ярче, чем помидоры, а глаза серые, как день в Сиэтле. — И она
застенчиво улыбнулась. — Он вырос в Аризоне. Мой отец и дядя тоже
родились там. Наверное, поэтому дядя хочет туда вернуться.
—
Рог изобилия
основал ваш дедушка? — И, заметив краем глаза ее
кивок, он спросил: — Какой он был?
Воспоминания охватили ее, выплескиваясь, казалось, по собственной воле.
— Дедушка был огромным молчаливым человеком. Помню, он мог спокойно
носить по мешку картошки на каждом плече. Он подбрасывал меня в воздух с
такой легкостью, как будто я весила не больше пушинки. — Она
рассмеялась. — Наверное, для него так оно и было. Он называл меня своей
тыковкой. — Во второй раз за этот день слезы заволокли ей глаза. —
Глупо, да?
Голос его стал еще нежнее.
— Просто он очень любил свою внучку. Мой отец называет мою племянницу,
Лору, капустинкой. Странное дело, но ей нравится. Возможно, в душе она
чувствует, как сильно любит ее дед. — Он опять взглянул на
Джордан. — А сколько вам было, когда он умер?
— Пять. Мама и он погибли в автокатастрофе. Райнер сдавленно воскликнул
что-то, свернул к обочине и остановил машину. Выключив двигатель, он
повернулся к Джордан, в глазах у него сквозило сожаление.
— Боже, Джордан, извините. Я не знал.
Она покачала головой.
— Это случилось так давно, у меня лишь бессвязные обрывки воспоминаний.
Я знаю, что похожа на маму. Она тоже была маленькой и темноволосой. —
Джордан беспомощно пожала плечами. — Чаще всего память оживает от какого-
нибудь знакомого запаха или выражения лица. Или я, например, слышу чей-то
смех, и появляется чувство d?j? vu.
— А ваш отец? — осторожно спросил он.
— На работе произошел несчастный случай, с грузовиком, мне тогда было
четырнадцать. — Она выдавила улыбку. — Вот когда бы вам появиться!
Вы бы получили
Рог изобилия
за бесценок.
— Это вы зря, — сказал он хрипло. — И как же вы справились?
— Дядя Клетес делал все, что мог, но ему нужна была помощь. Какое-то
время, пока я не сумела разобраться, дела шли под гору. Но последние два
года мы прекрасно справляемся, даже несмотря на удар, который случился с
дядей Клетесом прошлым летом.
Он сидел неподвижно.
— Кто-то сказал мне, что вы покупаете продукты у Константина вот уже
десять лет. Так что же получается, вы ведете дела с четырнадцати?
Она кивнула.
— Я ездила туда с дядей Клетесом перед уроками. Потом помогала ему
открыться, а когда заканчивались занятия в школе, снова возвращалась к
делам. После окончания школы я полностью взяла на себя закупки.
— Не верю, — пробормотал он.
— Почему? — Она в удивлении расширила глаза. — У меня это
получается гораздо лучше, чем у дяди. Он прекрасно умеет оформлять витрины и
замечательно ведет дела в самом магазине, но он раздражал продавцов, потому
что... — она резко замолчала.
— ...беседует с овощами, — закончил за нее Райнер.
Она почувствовала, что краснеет.
— Не смейте язвить над моим дядей, — предупредила она, — я
его очень люблю. Если бы не его... Привязанность к овощам, мы бы так не
преуспели.
Райнер покачал головой.
— Я не согласен. Но не стану спорить. — Он с любопытством
посмотрел на нее. — Где вы берете время на личную жизнь?
— Ухитряюсь.
— Вот как! Не сочиняйте. Я ведь сам в этом бизнесе, не забыли? И мне
известно, сколько он отбирает времени. — Она хотела было возразить, но
он приложил палец к ее губам. — Прежде скажу я. Мне удается выкроить
время на личную жизнь только потому, что у меня есть помощь. Заметная
помощь.
Она все-таки заговорила — прямо из-под его указательного пальца, борясь с
искушением вцепиться в него зубами.
— А у меня есть дядя Клетес.
— Точно. — Он разглядывал ее в задумчивости. — Если когда-
нибудь на свете и существовала девица, которую нужно спасать, то она передо
мной. Не стоит ли мне примчаться на белом коне и вызволить вас?
— Нет, — жестко сказала она. — Я не Золушка, и работа в
магазине вовсе не представляется мне столь уж изнурительной. Если бы это
было так, я бы ее бросила. Очень любезно с вашей стороны, но я не купилась.
— А я и не торговался.
Рог изобилия
процветает по одной и
...Закладка в соц.сетях
