Жанр: Любовные романы
Рог изобилия
...ю и все еще не совсем
уловил? — осмелилась она поддразнить его.
— Я многое пока не уловил. Но
Рог изобилия
стал мне ближе. — Он
подошел к кассе и присел на край. — Думаю, что я понял, зачем тебе
детский уголок. Он занимает драгоценное место и в наших магазинах, наверное,
был бы не нужен. Но здесь... — Райнер пожал плечами, — он к месту.
И даже кажется необходимым.
— Потому что он в самом деле необходим. — Она начала складывать
чеки и подкалывать их вместе. — Что еще тебя тревожит?
— Не буду упоминать о твоих многочисленных актах милосердия, как,
например, с этим Сетом.
Она сжала губы.
— Ценю твою сдержанность.
— Но вот об этих дегустациях за счет магазина мне спросить хотелось бы.
Я знаю, что теоретически покупатели могут купить больше, если сначала
попробуют. Но на практике ты выигрываешь столько же, сколько и теряешь.
Джордан хмыкнула.
— Пусть будет так, но это мой способ расшатать у моих покупателей
закоснелость вкусов. Миссис Джонсон не купит манго, даже если оно перед ней
присядет и будет ее умолять. Слишком экзотично. Но здесь она с наслаждением
продегустирует кусочек, а там глядишь...
Он, казалось, принял ее объяснение.
— Ну а
чистые
продукты? Двойная потеря быстро портятся и спрос совсем
небольшой.
— Пять в уме плюс шесть — одиннадцать. — Она вписала цифру и,
прежде чем ответить, положила стопку чеков в сумку для банка. — Вот
здесь ты промахнулся. У меня есть клиенты, которые покупают только плоды,
выращенные без химикатов. Некоторые — из соображений моды, ну а остальные
весьма озабочены состоянием окружающей среды и ничего другого не
едят. — Она подняла на него глаза и усмехнулась. — Эта
потеря
составляет тридцать процентов моего дохода без особых хлопот.
Он удивился.
— Ты серьезно?
— Да, серьезно. — Она видела, что заинтриговала его.
— Если дело обстоит именно так, почему бы не расширить ассортимент
таких продуктов? Скажем... — он окинул магазин оценивающим
взглядом, — поставить несколько прилавков вот сюда. Если убрать эти
картинки со стены...
— Убрать семейные фотографии? — Она отвергла его идею не
раздумывая. — Забудь об этом.
— Почему?
— Потому что эти снимки представляют всю историю нашего магазина.
Некоторые из них висят так давно, что, наверное, уже пустили корни. Я не
сниму их даже за все бананы Коста-Рики.
Райнер подошел к стене, чтобы рассмотреть фотографии, Джордан пошла следом.
— Я ни разу по-настоящему не рассмотрел их, — сказал Райнер, с
интересом изучая каждую. Потом указал на первый снимок. — Это твой
дедушка?
— Да, это дедушка Джо, — гордо произнесла она. Потом указала на
фасад магазина на фото и вывеску над головой у деда. — Тогда мы
назывались
Продукты Робертсов
. Когда бизнес перешел к моему папе и дяде
Клетесу, они решили оставить только овощи, фрукты и молочную продукцию.
— А что стало с молочными продуктами? Джордан пожала плечами.
— Мы отказались от них, когда умер папа. Вообще-то я подумывала о том,
чтобы со временем к ним вернуться. — Она дотронулась до следующего
снимка. — А вот моя мама сразу после моего рождения. Это единственное
фото, где она в кругу семьи.
Райнер положил ей сзади ладони на плечи и легонько сжал, как будто
показывая, что разделяет с ней утрату. Она прислонилась к нему спиной, тепло
его груди согрело ее, прогоняя дрожь. Она изо всех сил старалась дышать
спокойно, говорить так, как будто каждое его движение, каждый звук его
голоса, каждый его вдох не отдавались трепетом в ее душе.
— Вот это последний снимок. Я и дядя Клетес. Если вглядишься, то
увидишь Уолкера. Он заглядывал в витрину магазина. Переживал, что остался в
стороне, бедняжка.
Райнер послушно наклонился, чтобы рассмотреть снимок как следует.
— А почему он не снялся с вами?
— Дядя Клетес ему бы не позволил. Он сказал, что Уолкер — не настоящий
член семьи. — Она наморщила нос. — Лично я с этим не согласна.
Когда семья такая маленькая, дорог каждый.
— И каждый становится незаменимым, — добавил Райнер.
— Да, — прошептала она. — Особенно если он любит тебя,
волнуется о тебе, воспитывает тебя. Особенно если он никогда ничего не
просил, а только старался все дать тебе.
— А
Рог изобилия
?
— Это тоже моя семья, хоть и немного по-другому. — Охваченная
желанием объясниться с ним раз и навсегда, она обернулась к нему. — Это
МОЯ связь с прошлым. Это все, что у меня осталось от родителей, от всех
предков. Ты носишь сережку как напоминание. А тебе ведь достаточно только
вернуться домой — и ты получишь все. У тебя есть родители, братья и сестры,
родные и двоюродные, дяди и тети, целый клан родственников. Я... у меня же
только дядя Клетес и
Рог изобилия
...
— Я понимаю тебя, но... — Он колебался, старательно выбирая
слова. —
Рог изобилия
не может заменить семью. Он не может заменить
личную жизнь.
Она отвернулась от него, скрестила руки на груди. Как ему объяснить ее преданность памяти родителей?
— Твой брат считает, что я должна взять деньги и бежать. Но куда мне
бежать? В Аризону, на куриное ранчо дяди Клетеса? — Она улыбнулась с
грустной иронией. — Здесь все, что у меня есть в жизни.
Рог изобилия
— это все-таки семья, что бы ты ни говорил. Я его никогда не покину. И дядя
Клетес тоже — несмотря на все эти разговоры о куриных ранчо.
— Джордан...
Она резко обернулась и взглянула на него, слова сами рвались из нее.
— Оставь это, Райнер. Оставь нас. Оставь меня. Возвращайся к своей
жизни и дай нам жить своей. Тебе не нужен
Рог изобилия
. У вас же десятки
магазинов.
Он сжал зубы, на виске забилась жилка.
— Не мне решать. Я бы хотел, чтобы это было так. Но мне нужно многое
принимать во внимание.
— Что тут можно еще принимать во внимание?! Ты понимаешь важность
семьи. Уверена в этом. Так не лишай же меня моей семьи!
— Я не хочу этого! — Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. — Но
не имею права решать, полагаясь лишь на свои собственные симпатии.
— Почему не можешь?
Он схватил ее за плечи и заговорил горячо, искренне:
— Послушай меня, Джордан. От меня и моих решений зависит жизнь многих
людей. Ни один магазин в цепи магазинов Торсенов не стоит отдельно. Каждый
является жизненно важным звеном. Семья в целом зависит от этой единой
цепочки. Я несу ответственность перед семьей и перед нашими работниками,
потому что каждый из них имеет свою долю в нашем бизнесе.
— Мы вам не нужны, — умоляла она. — Вы можете просто обойти
нас.
Он покачал головой.
— Не будет того успеха. Дорогая,
Рог изобилия
занимает самую лучшую
позицию в этом районе. Мы можем обойти вас, пойти дальше на север, но наши
возможности будут сильно подорваны. Для нас очень важно получить
Рог
изобилия
. И я не могу от своего имени, из-за личных причин, решать так, а
не иначе.
— Так что же ты собираешься делать? — Она едва смогла выговорить
эти слова.
— Собираюсь поработать здесь еще неделю. Собираюсь еще поговорить с
Клетесом. А потом мы потолкуем уже вместе и постараемся достигнуть
полюбовного решения.
Джордан опять скрестила руки на груди.
— Не вижу подобного решения. Мы с тобой даже не можем прийти к
компромиссу. Один из нас в любом случае выигрывает. А другой остается в
проигрыше.
Райнер изогнул бровь.
— И это я слышу от женщины, у которой больше найдется выходов, чем в
лабиринте?
Она широко раскрыла глаза.
— Дядя Клетес сказал тебе?..
— Думаю, он сделал это в порядке предупреждения. — Он фыркнул. Не
удержавшись, она тоже рассмеялась. Он поймал ее ладони. — Подождем еще
одну неделю и увидим, что выйдет. Потом поговорим снова. Мы должны найти
вдвоем какой-то выход.
— Хорошо, — неохотно согласилась она. — Еще одну неделю.
— Прекрасно. Но это не все. Я надеюсь, что ты исполнишь еще одну мою
просьбу, Валькирия.
Она закусила губу. О Боже, этот человек хочет слишком многого. Иногда ей
казалось, что он потребует всю ее, от пяток до макушки, и не успокоится,
пока не получит и ее сердце в придачу.
— Гм-м. Маловероятно, — ответила она, хотя в душе сказала совсем
другое. Попроси у меня луну — и я подарю ее тебе, вместе с солнцем и всеми
звездами Вселенной.
Только вслух она этого не произнесла. Его глаза улыбались ей сверху, глубокие, пронзительно-зеленые.
— Я хочу тебя сегодня, — сказал он. — Ты будешь моей?
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Да, да, да! Джордан почти прокричала это. Но вслух сказала:
— Что ты?!
— Я слышал твое
да
, — усмехнулся Райнер. — Я должен его
проигнорировать — или же мне им воспользоваться?
— М-м... Проигнорировать.
Его глаза поддразнивали ее.
— Не выйдет. Я хочу тебя — ты хочешь меня. Я слышал
да
. Говорить не о
чем. Пойдем.
Она судорожно сглотнула.
— Куда?
Улыбка исчезла, желание сковало его черты.
— Куда угодно, — глухо сказал он. — Скажи куда.
Джордан покачала головой, не в силах вымолвить ни слова. Страсть к нему
пронзила ее током. Но она не должна поддаваться безрассудству. Джордан
закрыла глаза, чтобы не видеть желания, так ясно написанного у него на лице.
— Не надо, Райнер. Мы не можем. — Она посмотрела на него и поняла,
что он тоже разрывается между страстью и здравым смыслом.
— Ладно, — наконец сказал он. — Пусть будет так — на этот
раз. Могу предложить замену. Так хорошо, конечно, не будет, — он пожал
плечами, — но мы все-таки проведем время вместе.
— И что за замена?
— Поедем со мной к моему отцу на день рождения.
Меньше всего она ожидала такого предложения. Собственно, она совсем такого
не ожидала.
— Зачем? Опять деловые переговоры?
Его глаза потемнели, он отрезал почти грубо:
— Нет. У меня личные мотивы. Очень личные.
— Я не могу...
— Поехать куда? — послышался голос дяди Клетеса, и Джордан
поспешно отпрянула от Райнера. Ее дядя вглядывался в них с
подозрением. — Вы еще оба здесь? Куда вы собираетесь?
Джордан посмотрела на Райнера.
— Никуда, — твердо сказала она.
— На вечер, посвященный шестидесятилетию моего отца. — Он вернул
ей взгляд. — Почему ты не хочешь поехать?
— Не то чтобы я не хотела, — поспешила она объяснить, — я не
могу. Надо посидеть над текстом объявления для газеты. Мне бы хотелось
присоединиться к тебе, но...
— Снова работа? — Его насмешка больно уколола ее.
Клетес подошел к ним, переводя взгляд с одного на другого.
— Я сам могу это сделать, — предложил он. — Тебе надо хоть
немного развеяться, Джордан. Меня расстроит, если ты опять будешь работать
допоздна.
— Похоже, я не единственный человек, который считает, что ты должна
больше внимания уделять своей личной жизни, — подхватил Райнер.
Она сердито посмотрела на него, а потом обернулась к дяде:
— Я тебе очень благодарна, но...
— Нет-нет, я настаиваю. — Он весь сиял от радости. — Хоть
этим тебе помогу.
Ей очень хотелось поехать. Так хотелось. Но она понимала, что дядя ни за что
на свете не справится с объявлением. Особенно после его последней
помощи
с
ценниками. Наверное, ее сомнения отразились на лице.
— Ты что, не доверяешь мне? — с обидой спросил Клетес.
Ну что она могла ему сказать? Разумеется, не то, что думала. Да еще при
Райнере.
— Конечно, я тебе доверяю. И очень ценю твое предложение, но...
Вот уж воистину — слово не воробей. Джордан вздохнула, понимая, что выбора у
нее нет. Придется позволить дяде Клетесу заняться объявлением, а потом самой
проверить его.
Довольная, что нашла приемлемый выход, она со спокойной душой сдалась.
— Спасибо, дядя Клетес. Если ты уверен, что тебя это не очень
затруднит...
— Вовсе не затруднит. — Он довольно улыбнулся и засеменил обратно,
на ходу призывая Уолкера.
— Что ж, похоже, мы едем, — обратилась она к Райнеру. — Дашь
мне минутку — переодеться?
— Я дам тебе пять, — великодушно предложил он.
Ей потребовалось десять, но эти лишние минуты стоили того восхищения,
которое она увидела в его взгляде.
— Ты прекрасна, — объявил он хрипло. — Сиреневый цвет очень
тебе идет. Твои глаза становятся темнее и загадочнее. Я не уверен, что мы
попадем на вечер. Мне бы хотелось остаться с тобой наедине.
Она смущенно поправила складку на шелковом платье и улыбнулась.
— Полагаю, мы будем в большей безопасности в доме твоих родителей.
— Разве что на несколько часов... может быть. Ее улыбка растаяла.
Только это у них и есть.
Несколько часов. Всего лишь короткая передышка перед светопреставлением.
— А потом мы вернемся, и все начнется сначала. Беличье колесо
Рога
изобилия
.
— Не нужно, — мягко сказал он. — Не сейчас. Забудь о
магазине. Забудь о Клетесе, о работе, обо всех этих
должна
и
не должна
.
Давай будем эгоистами, будем наслаждаться этим вечером, забыв обо всем.
Согласна?
Джордан подняла на него тревожные глаза.
— А это возможно?
Он дотронулся рукой до ее плеча, потом пальцы скользнули выше, погладили
нежную шею, запутались в густых распущенных локонах.
— Сделаем это возможным.
— Мне нравится, — согласилась она, и ее напряжение исчезло.
Они доехали до дома Торсенов всего за несколько минут. Джордан вышла из
машины, взглянула на полную луну, заливающую мягким матовым светом
зеркальную поверхность огромного озера. Вдалеке мерцали огоньки паромов,
которые сновали от одного берега к другому.
— Волнуешься? — спросил он. — Твой первый визит...
— Не имел шумного успеха?
— На этот раз я буду все время рядом, — заверил он ее, поддерживая
за локоть. — Никаких игр с малышами.
Она с облегчением вздохнула.
— Это официальный ужин?
— Нет. Это smorgasbord. — Он произнес слово по-норвежски. —
Некоторые считают, что идея шведского стола возникла у викингов.
— Ну разумеется, — иронически сказала она.
— Нет, честно. Им так было удобнее во время набегов. Voil?.
— По-французски означает
вот так
, — прокомментировала она.
— Валькириям ведь набеги не страшны, верно?
— Верно. Он хмыкнул.
— Ты пробовала Kjotkaker? — (Она покачала головой.) — Очень
хорошо. Мама делает самые лучшие на свете норвежские тефтели. Она добавляет
чуть-чуть мускатного ореха и гвоздики. Потрясающий вкус. Тебе понравится.
Дом манил к себе яркими огнями. Изо всех окон звучали музыка и смех. Едва
ступив на порог, они оказались окруженными людьми. Джордан мгновенно
заметила Тора. Он стоял в центре зала как напоминание обо всем том, что она
хотела бы забыть. Джордан испуганно отвела глаза.
Где же твой боевой дух? — внушала она себе с укором. Один-единственный
взгляд на бога грозы — и ты прячешься в объятиях Райнера. Уголки ее губ
поползли вверх. Зато в каких объятиях! До нее донесся голос Бриты:
— Джордан, я очень надеялась увидеть тебя сегодня. — Она подбежала
к ним. — Вы уже видели папу?
— Мы только приехали, — ответил Райнер.
— Мама на кухне. Пойдем, поздороваешься. — Брита взглянула на
брата, лукаво сморщив носик. — Не возражаешь, если я украду у тебя
спутницу на несколько минут?
Не дожидаясь ответа, она потащила Джордан за собой.
— Ты выглядишь великолепно, — болтала она по дороге. — Тянет
иногда принарядиться, правда? Я уже устала от джинсов и маек. — Она
дотронулась до жемчужного ожерелья на ее шее. — Мне очень нравится.
— Это моей мамы. И сережки тоже. — Отбросив волосы, она показала
такие же жемчужные сережки.
— Очень красивые. — Брита толкнула дверь в заполненную суетой
кухню. Все было уставлено закусками и напитками. Руководила всей этой
суматохой Соня, ее высокая фигура и светлые волосы сразу же бросались в
глаза.
Соня встретила Джордан теплой улыбкой.
— Добро пожаловать. Ты уже поужинала? Сегодня у нас шведский стол, так
что угощайся. Брита, дай ей тарелку и чашку. Зная Райнера, не удивлюсь, если
она умирает с голоду.
Джордан пристроилась в сторонке, с удовольствием вслушиваясь в веселый
гомон. Норвежские слова и фразы легко вплетались в английскую речь.
— Итак, что же ты решила насчет
Рога изобилия
? — спросила
Брита. — Мы уже в состоянии войны?
— Пока нет, — уклончиво вывернулась Джордан.
И тут резко вмешалась Соня:
— Никаких деловых разговоров у меня на кухне. Вот, — она вручила
дочери блюдо, — отнеси это в гостиную. И убедись, что Лео попробовал
Romme-gr0t. Его личный заказ.
— Я опять села в калошу, а? — Брита забавно подмигнула
Джордан. — Ладно, исчезаю. Мама твердо верит, что бездельники тут же
попадают в лапы дьявола. Я только отнесу десерт мистеру Голдбрику и сразу
вернусь.
Фамилия, которую упомянула Брита, была Джордан смутно знакома.
— Лео Голдбрик? — спросила она. Соня взглянула на нее и кивнула.
— Ты его знаешь?
— У него был магазин в Белом Центре, верно? — осторожно
поинтересовалась Джордан.
— Совершенно верно. Мы купили его пару лет назад.
Джордан не удалось скрыть изумления.
— Но я слышала...
— Что мы его уничтожили?
Она смущенно кивнула.
— Я так поняла, что вы открыли конкурирующие магазины рядом с ним, и он
разорился.
— Мы в самом деле открыли магазин рядом, — откровенно ответила
Соня. — Вот только не все слухи дошли до тебя — сначала мы купили его
магазин. Просто вместо того, чтобы воспользоваться старым зданием, мы
построили новое.
Джордан смущенно смотрела на нее.
— Тогда откуда возникли такие кривотолки?
— Бедному Лео не хотелось покидать магазин, хотя он продал его охотно.
Ну, а Райнер, будучи... Райнером, позволил Лео закрыть магазин тогда, когда
он на это решился.
Что означает... что Райнер не такой уж негодяй, каким она его себе
представляла. Джордан облегченно вздохнула. Андреа ошиблась в этой истории.
В чем она еще ошиблась? Услышанное определенно придало новую окраску всей
ситуации.
— Значит, он, в конце концов, не такой уж безжалостный, —
пробормотала она.
— Не обманывайся. Торсены в самом деле безжалостны. С этим нужно
смириться — или же отступить в сторону. Я смирилась.
— Но почему они такие? — вырвалось у Джордан.
Соня пожала плечами.
— У Тора свои причины быть... скажем так, Тором. А Райнер такой потому,
что слишком серьезно относится к своей ответственности. Если от его решения
зависят интересы семьи, он может быть беспощадным.
Джордан опустила глаза на уже пустую тарелку, пряча тревогу. Соня лишь
подтвердила то, о чем Райнер уже рассказывал ей. Для нее это не должно было
стать таким уж сюрпризом. Если бы он мог понять! Разрушая
Рог изобилия
, он
разрушит все то, что Торсены так горячо любят, — семью, традиции.
Она подняла глаза и увидела проталкивающегося к ней сквозь толпу Райнера. Их
взгляды встретились. И вдруг она поняла, что любит его. Мысль эта причинила
ей боль, но тут уж она ничем себе не поможет. Ее с неодолимой силой потянуло
припасть к нему, утонуть в его объятиях, а сердце мучительно сжалось.
Безысходная ситуация.
Потому что, несмотря на любовь, между ними по-прежнему стоял
Рог изобилия
— Что случилось? Что было не так? — спросил Райнер на пути домой.
Джордан уставилась в окошко.
— Что может быть не так?
— Давай по очереди. С чего начнешь? С Торсенов — или же с
Рога
изобилия
?
Начинать нужно с того, что я люблю тебя, чуть не вырвалось у нее.
— Извини. Я не хотела тебе все испортить. — Она постаралась, чтобы
голос у нее звучал более радостно. — Все такие милые. Мне понравился
твой отец. Я не знала, что он прикован к инвалидной коляске.
— Он сломал позвоночник пятнадцать лет назад. — Райнер
нахмурился. — Ты не ответила на мой вопрос. Что же не так?
Джордан наклонила голову, голос ее был очень сдержанным.
— Я думала о нашей ситуации. — Она вздохнула. — И не вижу ни
единого выхода.
На Баллардском мосту замигали предупредительные огни, и шлагбаум опустился,
перекрывая дорогу. Райнер остановил машину и выключил двигатель. Джордан
увидела мачту корабля, ожидавшего разведения моста. Без единого слова она
открыла дверцу и, выбравшись из машины, направилась к парапету. Перегнувшись
вниз, она смотрела, как корабль разворачивается к фарватеру.
Райнер присоединился к ней. Положив руку ей на талию, он привлек ее к себе.
— Все решится. Дай время.
— Как? — Джордан вскинула подбородок. — Мы должны склониться
перед великими Торсенами?
Рог изобилия
должен получить другое название —
например,
Северный магазин Торсенов
?
— Возможно. А возможно и другое. Что думает по сему поводу Клетес?
Она чуть не рассмеялась.
— Он думает, что ты будешь до конца дней своих платить нам за свою
работу. Или же что он однажды проснется — а ты исчез, и все наши проблемы
решены.
— Невероятно. — Две половинки моста разошлись и вонзились
вертикально в ночное небо. Корабль начал медленно проходить под
мостом. — Мне так жаль, что ты одна со всеми своими проблемами,
Джордан. Мне бы хотелось... — он замолчал, не закончив фразу.
— Мне тоже... — прошептала Джордан.
Мост стал опускаться, и они вернулись в машину. Райнер не произнес ни слова
за всю оставшуюся часть пути. Да и добрались они молниеносно.
— К черному ходу? — спросил он, подъехав к магазину. — Она
кивнула, он обогнул дом, остановился у задних ворот и помог ей выйти. —
Спасибо за то, что поехала со мной. — Обняв ее за плечи, он прошел с
ней к дому через поросшую высоченной травой, заброшенную лужайку.
— Надо бы скосить ее, — со стыдом прошептала она.
— Ну разумеется. Как-нибудь, после того, как закончишь всю работу в
магазине, часов в двенадцать придешь сюда с косилкой, а потом утром встанешь
в пять, чтобы ехать на оптовый рынок.
— Ладно, тогда я найму кого-нибудь. — Она засмеялась и прижалась к
нему. — Не хочешь заработать пятерку?
Он взглянул на нее и весело фыркнул. Потом веселье его растаяло, лицо стало
серьезным.
— Джордан, я...
Его речь была прервана разъяренным кошачьим визгом. Злючка, явно недовольный
тем, что Райнер поставил ногу ему на хвост, решил оправдать свое прозвище.
Десяток острейших когтей вцепились Райнеру в лодыжку.
Бормоча проклятия, Райнер дернул ногой, стараясь сбросить озверевшее
создание. Кот упорствовал, все сильнее запуская когти в тело.
— Отпусти меня, Райнер, иначе мы... — она поскользнулась и упала,
увлекая за собой Райнера вместе с котом, — свалимся, — закончила
она фразу, пытаясь спихнуть его с себя. — Тебе никогда не говорили, что
ты тяжелый?
— Это не я, это кот, он у меня на спине. О-ох!
Издав последний негодующий клич, Злючка решил, что наказал их достаточно.
Прыгнув в сторону маш
...Закладка в соц.сетях
