Жанр: Любовные романы
Дыхание любви
...е
чувственные губы. Элен сладострастно постанывает, прижимается к Макманну
всем телом...
Остановись! Прекрати! — Карли тряхнула головой, чтобы избавиться от
наваждения. — В конце концов, пока нет доказательств того, что Макманн
принимал участие в этих безобразных сценах!
И прежде чем позволить разыграться воображению, необходимо еще раз тщательно
проверить все данные на Мак-манна и побеседовать с ним. Теперь, имея
неопровержимые доказательства существования Вечернего клуба, она добьется
от Макманна признания. В чем? Ну, хотя бы в том, что он знал о
дополнительном заработке своих приятелей. О связи застреленной Элен с
погибшим Билли Хоупвеллом.
— Насколько мне известно, занятия у Билли Хоупвелла начинались не
раньше трех часов дня, — сказала Карли. — Надо бы проверить все
его перемещения между окончанием работы и началом занятий.
— Непременно проверим! — Деррик Грин подчеркнул авторучкой фамилию
Билли. — Ах, дьявол, жаль, что этот парень свалился с косогора прежде,
чем мы догадались его допросить!
— Я тоже сожалею, что мне не удалось еще раз поговорить с Билли
Хоупвеллом.
— Как вы полагаете, майор Сэмюелс, в связи с появлением новых
обстоятельств подозрение с подполковника Смита будет снято?
— Нет, на данном этапе Майкл Смит по-прежнему остается главным
подозреваемым. У нас еще нет доказательств того, что в тот день Элен Досон-
Смит встречалась в лесу с заключенным. И пока мы не добудем их, Майкл Смит
остается подозреваемым в убийстве.
— Логично, — кивнул Деррик Грин. — Никогда не поверю, что
Смит не догадывался о проделках жены. Наверняка знал или подозревал, что она
изменяет ему. Да... мотив очевиден.
— Очевиден, — согласилась Карли.
Распрощавшись с Дерриком Грином, Карли вышла на улицу. Там царило
необычайное оживление. Летчики в зеленых летных костюмах грузили в машины
сумки и оборудование, а потом садились в специальные автобусы.
— Майор Сэмюелс! Рада вас видеть!
Карли обернулась и увидела Джоанну Уэст. Она тоже была в зеленом костюме, а
свои пышные, с медовым отливом, волосы стянула на затылке в пучок.
— Что у вас происходит? — полюбопытствовала Карли.
— Нас перебрасывают южнее, к форту Ракер. Синоптики предсказывают там
шквалистый ветер и выпадение града невероятных размеров, как мячики для игры
в гольф.
— О Господи, только этого нам не хватало! — встревожилась Карли.
— Вертолетная база на юго-востоке Алабамы уже потеряла ангар и два
вертолета из-за шквалистого ветра! — сообщила Джоанна. — Начальник
базы попросил нас помочь им в борьбе со стихией. Сейчас мы грузимся и
отправляемся туда.
— А как же занятия?
Джоанна улыбнулась и беспечно махнула рукой:
— Практика важнее, чем теория!
— Наверное, вы правы. — Карли улыбнулась.
Ей нравилась эта жизнерадостная девушка, и сейчас, после короткого разговор
с Джоанной, Карли почувствовала, как напряжение, не отпускавшее ее столько
времени, спадает. Пожелав Джоанне счастливого пути и пожав руку, Карли
заметила, что золотого кольца на ее безымянном пальце почему-то нет. От него
остался только след — тонкая полоска белой кожи. Карли искренне надеялась,
что кольцо Джоанны исчезло временно: военнослужащим разрешалось носить
ювелирные украшения лишь в часы досуга.
Садясь в машину, Карли решила сказать Паркеру, что больше не будет
встречаться с ним. Жаль, что она не сделала этого накануне, когда он в
раздражении покинул ее дом. Паркер ушел, и... через несколько минут
неожиданно явился Макманн. При воспоминании о нем Карли охватила злость.
Почему она, уступив внезапному порыву, пригласила Макманна зайти? Угощала
его пивом и креветками, как завороженная слушала рассказы о прежней жизни,
смеялась, шутила? Ей казалось, что они с Макманном наконец нашли общий язык,
им стало легче говорить друг с другом. Она поверила ему, а он...
Подъезжая к дому, Карли мечтала побыть несколько часов одна, отдохнуть в
тишине, расслабиться, забыть на время о неразрешимых вопросах, версиях,
догадках, да и вообще о расследовании убийства Досон-Смит. Но увы, на вечер
она запланировала еще одно мероприятие, отказаться от которого не могла.
Вечером миссис Адель Сэмюелс устраивала очередной прием, и Карли придется
побывать на нем. Помогать матери и поддерживать ее во время предвыборной
кампании Карли считала одной из своих главных семейных обязанностей.
Приехав домой, Карли немного отдохнула, привела себя в порядок и, надев
элегантное, облегающее фигуру красное шелковое вечернее платье, отправилась
в банкетный зал отеля, где ее мать устраивала прием. Когда Карли появилась
там, гости уже собрались. Они обсудили последствия стихии в Чилтон-Каунти, а
потом миссис Сэмюелс произнесла приветственную речь, поблагодарила
присутствующих за поддержку и кратко изложила свои взгляды по ряду насущных
проблем штата Алабама, в частности, ее будущего округа. Когда она закончила
речь, к Карли подошел Мозелл Дентон — один из помощников миссис Сэмюелс — и,
любезно поздоровавшись, подвел к хозяйке приема.
Едва Карли успела обменяться несколькими фразами с матерью, как в банкетный
зал ворвались несколько молодчиков с плакатами, осуждающими предвыборную
программу миссис Сэмюелс. Они начали громко выкрикивать оскорбления, но
сторонники миссис Сэмюелс не растерялись и быстро прогнали их. Мать Карли
держалась хладнокровно. Она сделала жест рукой Карли и ее брату Дейву, и они
тут же вышли через боковую дверь в коридор. С такими неприятными инцидентами
миссис Сэмюелс, искушенный политик с большим стажем, сталкивалась
неоднократно, поэтому отлично знала, как вести себя в подобных случаях.
Главное — не позволить злорадным телевизионщикам сделать сенсационный
репортаж о вторжении хулиганов в банкетный зал и показать в десятичасовых
новостях телезрителям растерянные, испуганные лица миссис Сэмюелс и ее
детей. Нет, такого удовольствия она им не доставит!
В коридоре Карли столкнулась с Паркером. Кипя от ярости, он засунул руки в
карманы и нервными шагами мерил коридор. Через мгновение к ним присоединился
помощник миссис Сэмюелс, и Паркер, забыв о приличиях, набросился на него с
обвинениями:
— Черт возьми! Мозелл, как этим молодчикам удалось вломиться в зал?
Куда смотрела охрана? Как вы допустили это?
— Не знаю, все произошло так неожиданно, — смутился Мозелл Дентон.
— Вам следовало позаботиться о безопасности миссис Сэмюелс и ее гостей!
Это ваша прямая обязанность! — гневно продолжал Паркер. — Идите и
выясните, чем занимается охрана!
Мозелл Дентон, уроженец Алабамы, выпускник Гарвардского университета, уже
несколько лет работал помощником миссис Сэмюелс, прекрасно справлялся со
своими обязанностями и не привык, чтобы с ним разговаривали в подобном тоне.
Но отвечать Паркеру грубостью не счел возможным. Он лишь молча смерил его
презрительным взглядом.
— Паркер, перестань! — вмешалась Карли. — Мозелл сам знает,
что ему делать!
— А по-моему, он забыл о своих прямых обязанностях, — возразил
Паркер.
В этот момент к ним подошли миссис Сэмюелс и ее помощник по связям с
общественностью.
— Все в порядке, — спокойно сказала она. — Инцидент исчерпан.
Хулиганов выдворили из зала, — Миссис Сэмюелс что-то шепнула Мозеллу,
после чего удалилась со своими помощниками.
Карли посмотрела на Паркера.
— Если собираешься в недалеком будущем занять в конгрессе место моей
матери, не советую тебе ссориться с Мозеллом Дентоном. От него во многом
зависит успех кандидата на выборах.
— Да что ты говоришь? — презрительно усмехнулся Паркер. —
Спасибо за совет, дорогая. Я тоже хочу тебе кое-что посоветовать. Если
будешь вести себя так же, боюсь, Адель Сэмюелс не сумеет в третий раз
избраться в конгресс.
— Что?
— Кажется, я определенно выразился!
— Паркер, о чем ты?
— О твоих интимных посиделках с Райаном Макманном! Только представь,
какой разразится скандал, если станет известно, что дочь миссис Сэмюелс,
включившей в свою предвыборную программу борьбу с преступностью, тайно
принимает у себя уголовника! Боюсь, Адель не удастся выиграть предвыборную
гонку и получить место в конгрессе!
Карли онемела от изумления. Наконец, овладев собой, она спросила:
— Ты... ты следил за мной?
Холеное лицо Паркера выразило самодовольство.
— А ты как думала? Что же, по-твоему, мне надо было уйти просто так? Ну
уж нет, дорогая! Я немного побродил, успокоился и уже собирался вернуться,
как вдруг заметил подъезжающий бронко. Увидел, как Макманн вышел из него и
направился к твоей двери.
— Ты шпионил за мной! — негодующе бросила Карли.
— Не шпионил, а наблюдал за развитием событий, — уточнил
Паркер. — И смею тебя уверить, они развивались весьма пикантно!
— Паркер...
— Да, пикантно, именно так! Молодая женщина, офицер, юрист, ведущая
расследование дела об убийстве, приглашает поздно вечером к себе домой
бывшего заключенного!
— Кого я приглашаю к себе домой, тебя не касается!
— Уже не касается? А впрочем, мне давно следовало догадаться, что твои
отношения с этим парнем вышли за рамки официальных.
— Паркер, о чем ты говоришь? Перестань!
— Сначала ты вместе с ним посетила кладбище, позволила ему хватать себя
за руки, а потом поздно вечером он явился к тебе домой! Зачем? Для беседы по
делу об убийстве? Нет, дорогая, боюсь, никто не поверит, что вы с Макманном
провели за дружеской беседой несколько часов. Представляю, что происходило!
— Паркер... Ты думаешь, что...
По коридору прошел официант с тележкой. Карли и Паркер замолчали.
— Паркер... ты мне не веришь? — тихо спросила Карли, когда
официант скрылся из виду.
— Ну, в общем... пока верю.
— Спасибо, — презрительно процедила Карли. — Большое спасибо.
Очень тебе признательна, Паркер.
— Карли... Подожди...
Но она, не желая слушать его, ушла.
Карли вернулась домой подавленная. Инцидент на банкете и разговор с Паркером
повергли ее в уныние, и она поняла, что не сумеет собраться с мыслями и
подготовить вопросы для завтрашней беседы с Фэрин Престон и Майклом Смитом
Когда раздались телефонные звонки, Карли решила не брать трубку. Наверняка
это Паркер. Звонит, чтобы продолжить выяснение отношений.
Однако, не выдержав, она все же сняла трубку. Услышав голос матери, Карли
обрадовалась.
— Привет, дорогая! Как ты себя чувствуешь? Надеюсь, небольшой инцидент
на банкете не расстроил тебя?
— Нет, все нормально. Я же помню, как ты учила нас с Дейвом, что надо
делать и как вести себя в подобных ситуациях. — Карли улыбнулась.
— Молодец! Первое и самое главное для будущего политика — выдержка и
хладнокровие. Умение быстро ориентироваться в самых непредвиденных
ситуациях.
Слышала ли она наш разговор с Паркером? — вдруг подумала Карли. —
И если слышала, то что именно?
— Кстати, дорогая, о чем вы так яростно спорили с Паркером? —
словно угадав мысли дочери, спросила миссис Сэмюелс. — У вас какие-то
проблемы?
Карли растерялась. Что ответить матери? Признаться, что накануне она
принимала в своем доме бывшего заключенного Райана Макманна и Паркер узнал
об этом? Но такое признание для будущего конгрессмена прозвучит как сигнал
тревоги. А если Паркер из ревности или просто назло Карли и ее матери кому-
нибудь проболтается? Будущее миссис Сэмюелс как политика будет поставлено
под угрозу! Нет, скрыть неприятный разговор с Паркером нельзя.
— Мы говорили о вчерашнем визите ко мне Райана Макманна, —
призналась Карли.
— Макманн... Макманн... Подожди... Вспомнила! Ну конечно! Райан Макманн
— известный хоккеист. Мы встречались с ним однажды, несколько лет назад, на
благотворительном вечере. Но... по-моему, он... Его обвинили в совращении
несовершеннолетней? Я не ошибаюсь?
— Нет, мама, не ошибаешься. Макманн отсидел несколько лет в местной
федеральной тюрьме, а в данный момент он — условно освобожденный.
— Знаешь, по-моему, тебе пора заканчивать с ним отношения, — вдруг
сказала мать.
— С кем? С Макманном?
— Нет, с Паркером Стюартом. Это не твой тип мужчины, Карли. Он,
безусловно, умен и образован, но слишком назойлив, бесцеремонен и
напорист. — Миссис Сэмюелс вдруг рассмеялась.
Услышав ее смех, Карли печально покачала головой. Конечно, мать из
деликатности никогда не задает ей нескромных вопросов. Она не спросит, что
делал Райан Макманн поздно вечером в ее доме. Да и вообще не усматривает в
его визите к дочери ничего предосудительного. Но ведь пока мать не в курсе
последних событий. А рассказать ей обо всем придется. К сожалению.
— Макманн — свидетель обвинения по делу об убийстве Досон-Смит, расследование которого я веду.
Карли сообщила матери ошеломляющие новости о существовании на территории
базы Вечернего клуба и о том, чем занимались его члены — молодые женщины,
в том числе и офицеры. Миссис Сэмюелс внимательно выслушала дочь, а потом
взволнованно воскликнула:
— Господи, какой скандал! Грандиозный скандал!
На месте миссис Сэмюелс любой политик, баллотирующийся в конгресс, не
преминул бы воспользоваться блестящей возможностью и раздул скандал до
невероятных размеров. Еще бы, на территории базы военно-воздушных сил
молодые женщины покупают себе заключенных для любовных утех! Куда смотрит
руководство базы и начальство тюрьмы? Да, другой политик кричал бы на всех
перекрестках о падении нравов, предлагал бы свои программы для искоренения
подобных явлений и клялся бы возмущенной общественности, что он, и только
он, сумеет выправить ситуацию, поможет вооруженным силам вновь обрести
утраченные моральные ориентиры и укрепит нравственные устои. А если еще
вспомнить, что база Максвелл входит в район законодательной ответственности
именно миссис Сэмюелс...
Но эта умная женщина обладала чувством меры и отлично сознавала, что этот
скандал ударит и по ней, и по членам ее семьи. И уж как минимум запятнает
репутацию дочери — офицера, пригласившего к себе поздно вечером бывшего
заключенного. В свете открывшихся фактов о существовании Вечернего клуба
это свидание выглядело бы весьма пикантно. И первые полосы местных газет
запестрели бы кричащими заголовками о дочери известного политика,
принимающей у себя дома уголовников!
Вспомнив о неожиданном визите Макманна, Карли досадливо поморщилась. С какой
стати она пригласила его зайти? Забыла о том, что занимается расследованием
обстоятельств убийства и Макманн — главный свидетель обвинения?
Запамятовала, что она — майор, офицер вооруженных сил? Не подумала о своей
репутации? И о том, что это угрожает срывом избирательной кампании матери,
как справедливо заметил Паркер?
Только одно в какой-то мере оправдывало странный, опрометчивый поступок
Карли — вчера она еще не знала о существовании Вечернего клуба и о той,
вне всякого сомнения, неприглядной роли, которую в этом деле играет Макманн.
— Я совершила непростительную глупость, пригласив Макманна к
себе, — тихо проговорила Карли. — Боюсь, это может негативно
сказаться на твоей избирательной кампании.
— Не стоит обсуждать это и делать поспешные выводы, — спокойно
заметила мать. — Приходи завтра вечером к нам, мы все соберемся за
столом: дед, Дейв, Элисон, ты и я — и тогда обсудим сложившуюся ситуацию.
Повесив трубку, Карли долго еще сидела неподвижно, вспоминая подробности
разговора с матерью. Обсудить положение дел с членами семьи? Сколько Карли
себя помнила, все важные и насущные вопросы семейство Сэмюелс обсуждало за
большим столом в гостиной. Каждый высказывал свои соображения, давал советы,
выслушивал мнения других, а потом сообща принималось решение. Но в данной
ситуации... Что они будут обсуждать? Поведение Карли? Высказывать ей упреки?
Она уже сама много раз укоряла себя за глупость!
Карли тяжело вздохнула, села за письменный стол, положила перед собой чистые
листы бумаги и взяла авторучку. Несмотря на дурное настроение, придется
обдумать и приготовить вопросы для завтрашней беседы с Фэрин Престон и
Майклом Смитом. Карли очень надеялась, что ее визит к Фэрин Престон не
окажется напрасным. Та прояснит ситуацию и посоветует Карли, каких именно
заключенных лучше допросить. Возникнут новые догадки, появятся
дополнительные версии, клубок понемногу начнет разматываться...
А вот что касается разговора с Майклом Смитом... На беседу с ним Карли не
возлагала особых надежд. Наверняка Смит подозревал жену в измене, а
возможно, даже и точно знал, что Элен покупает за деньги любовь молодых
заключенных, но хитрый адвокат, разумеется, посоветует своему подзащитному
держать рот на замке. Майкл изобразит изумление, услышав о похождениях жены,
и признания от него не добьешься. Он ничего не знал, следовательно, и причин
застрелить жену у него не было.
Макманн... С ним тоже предстоит нелегкий разговор, но на сей раз Карли уже
не позволит ему обвести себя вокруг пальца. Она заставит Макманна признаться
в том, что ему было известно о существовании Вечернего клуба, и сделает
все возможное, чтобы он открыл свои тайны.
Карли так увлеклась работой, что не заметила, как наступила полночь. Ложась
в постель, она подумала, что сегодняшний день был слишком насыщен событиями,
и поэтому вряд ли ей удастся заснуть. Но Карли заснула сразу и так крепко,
что даже не слышала, как грохотал гром, шумел ливень и бушевала гроза.
Глава 12
Крупные капли дождя с силой ударялись о ветровое стекло бронко, а
ослепительные зигзаги молний раскалывали черное небо. По Ривер-роуд текли
мутные потоки воды, из-под колес автомобиля летела грязь. Райан Макманн,
крепко сжимая руль, напряженно смотрел сквозь залитое дождем ветровое
стекло. Черт бы побрал этот ливень и грозу! Синоптики предсказывали, что
шквалистый ветер, обрушившийся на юг штата, стихнет, но он не только не
стих, а переместился в центральную часть Алабамы. И вот теперь, несмотря на
грозу и ливень, Райан должен тащиться в тюрьму, поскольку занятия с
заключенными никто, разумеется, не отменял!
Настроение у него было отвратительное, и он, ругаясь сквозь зубы,
раздраженно думал о том, что если бы Эд Болт, начальник тюрьмы, был умнее,
то вместо никому не нужных занятий послал бы заключенных на укрепление
берегов реки, которая вот-вот разольется и затопит территорию базы.
Но дело даже не в разбушевавшейся стихии. Просто в последнее время занятия с
заключенными потеряли для Райана всякий смысл, и он воспринимал их как
тягостную повинность. Пока был жив Билли Хоупвелл, Райан с удовольствием
обучал его грамоте, пытался помочь ему преодолеть заикание, а теперь...
Бедняга Билли мертв, а Райан отсчитывает дни и часы, оставшиеся до полного
освобождения. После этого он, не теряя ни секунды, уберется из этого штата.
Прочь из Алабамы, из Монтгомери, с территории базы Максвелл! Райан
постарается навсегда вычеркнуть все это из памяти и не вспоминать никогда,
до конца жизни. Он запретит себе думать обо всем, что связано с этим штатом!
Обо всем, кроме... Райан сознавал, что не сумеет заставить себя забыть о
Карли Сэмюелс, и это очень огорчало его. Но зачем ему думать о ней, какой во
всем этом смысл? Смысла нет. Однако избавиться от навязчивых воспоминаний о
Карли он не в силах. Карли... Перед глазами Райана снова промелькнули
волнующие картины их недавней встречи. Они сидели во внутреннем дворике,
тихо беседовали, он рассказывал Карли о прошлой жизни, а она внимательно
слушала и задумчиво кивала. Она была в джинсах и тенниске, и Райан, впервые
видевший Карли в домашней одежде, не мог оторвать глаз от ее стройной
фигуры. Она сидела, закинув ногу на ногу, джинсы плотно облегали ее узкие
бедра, подчеркивали тонкую талию. Пышные каштановые волосы с медным отливом
разметались по плечам. На лицо Карли падал приглушенный свет лампы, и оно
казалось необычайно красивым, даже загадочным... Ее руки с тонкими длинными
пальцами лежали на столе, и Райан едва сдерживал желание коснуться губами
прохладной шелковистой кожи.
Два месяца осталось ему провести в Монтгомери, даже чуть меньше, а потом...
Внезапно из-за поворота, из серой пелены тумана вынырнул огромный грузовик,
и Райан, чертыхнувшись, резко вывернул руль. Бронко завилял на мокром
асфальте, зашелестели резиновые покрышки. Краем глаза Райан заметил, что
кузов грузовика набит до отказа мешками с песком. Понятно... наконец-то
местные власти спохватились и занялись укреплением берегов реки!
Проехав еще немного, Райан увидел невдалеке от Ривер-роуд людей в
камуфляжной форме и арестантских темно-зеленых робах. Они толпились вокруг
нескольких машин, выгружая мешки с песком. Райан презрительно усмехнулся.
Все работают: и персонал базы военно-воздушных сил, и заключенные местной
тюрьмы! Если бы он не получил условного освобождения, ему тоже пришлось бы
вкалывать на таких тяжелых работах, несмотря на бушующий ветер и проливной
дождь. А теперь — нет, увольте! И вообще, пусть ураган сотрет с лица земли
эту чертову Алабаму, пусть ее смоет вышедшая из берегов река, ему наплевать!
Он даже будет рад, если это случится.
Райан въехал в ворота тюрьмы, огляделся, прикидывая, где лучше припарковать
машину, и вдруг увидел маленькую эм-джи, стоявшую почти у входа в здание.
Сердце Райана глухо ухнуло и часто застучало. Так... Снова Карли Сэмюелс...
Мозг Райана лихорадочно заработал. Зачем она приехала в тюрьму? Что ей здесь
надо? Ведь не развлекаться же?
Теперь он почему-то не сомневался, что Карли пригласила его к себе, надеясь
вытянуть подробности убийства Досон-Смит. Только для этого она позвала его в
дом, а он-то, глупец, самонадеянно решил, что... Правда, во время той
встречи Карли ни словом не обмолвилась ни о трагической гибели Билли
Хоупвелла, ни об обстоятельствах смерти Элен, но все же... Побоялась
спугнуть его? Не было повода завести разговор об этом? И вот теперь машина
Карли стоит возле входа в здание, а сама она наверняка уже беседует с Эдом
Болтом или еще с кем-нибудь из руководства.
Райан выключил мотор, вышел из машины и, подняв воротник плаща, побежал к
дверям. Он предъявил охраннику документы, и тот отметил время его прибытия в
тюрьму. Отряхнув с плаща капли дождя, Райан торопливо двинулся в глубь
здания по коридору, но не в сторону учебных классов, а на кухню. Тревожные
мысли о внезапном появлении в тюрьме Карли Сэмюелс не давали Райану покоя.
Скорее на кухню! Там всегда работают заключенные, постоянно заходят
охранники выпить дармового кофе, поболтать с молодыми парнями, обменяться
новостями и получить, если представится возможность, очередную денежную
подачку. Конечно, и охранники, и заключенные уже знают о появлении в тюрьме
майора Сэмюелс, и Райан получит от них хоть какую-нибудь информацию.
Распахнув дверь кухни, он огляделся. В помещении работал лишь один
заключенный: он мыл пол, но зато, к радости Райана, его старый знакомый,
охранник Джон Мерфи, пил кофе и читал газету. Ветер, ворвавшийся в открытую
дверь, разметал листы газеты, лежащей перед Мерфи. Он недовольно обернулся и
увидел Райана.
— Плотнее закрывай дверь, Макманн. А то тут сквозняк гуляет.
Райан кивнул охраннику и заключенному, мывшему пол, снял плащ и подошел к
столу. Мерфи налил себе еще чашку кофе и положил в нее три куска сахара.
Райан терпеть не мог этого жадного и глупого охранника, постоянно
занимавшегося поборами с заключенных, но держался с ним ровно и спокойно. За
время, проведенное в тюрьме, Райан хорошо понял, что никогда, ни при каких
обстоятельствах не следует вступать в конфликты с охранниками. Все они
лживые, подлые, жадные до подачек люди, но если наладить с ними хорошие
отношения, то из этого можно извлекать выгоду. Вот и Джон Мерфи такой.
Приличный с виду, немолодой, вскоре выйдет на пенсию, примерный семьянин,
заботливый отец, посещает по воскресеньям церковь... Но пожалуй, никто,
кроме Мерфи, не получал от заключенных столько денег, и только с ним за
приличную сумму или иную услугу можно было договориться обо всем. Гнать бы
таких в шею...
— Садись, Макманн, в
...Закладка в соц.сетях
