Жанр: Любовные романы
Без ума от тебя
...б этом, — велел он себе и обратился к другой, менее
болезненной проблеме.
Билл — отличный парень, простоватый, но честный, трудолюбивый и вежливый.
Господи, какой он скучный, что в нем нашла Куинн?
Так почему же он ведет
себя так, словно Куинн не может его бросить?
Ник вновь прислонился к колесу и попытался поставить себя на место Билла.
Это было трудновато для него, поскольку он не любил вникать в дела
посторонних людей. Итак, он — Билл. Он живет с Куинн — мысли Ника чуть
отклонились в сторону, забираясь в тот уголок, где хранились воспоминания о
ее нижнем белье, — и вот она уходит от него. Представить такое было
нетрудно. Женщины быстро пресыщались Ником и уходили, и долгие годы это не
беспокоило его.
Но если вообразить, что на их месте оказалась бы Куинн... Вообразить, что он
привык возвращаться домой каждый вечер и видеть Куинн, которая читает лежа
на тахте, весело болтает с Дарлой по телефону или принимает душ... —
Не
думай об этом!
— ...и в один прекрасный день прийти домой и вместо Куинн
обнаружить записку...
Мысль о душе несколько развлекла Ника — в этом видении было так много
мыла, — но потом он постарался представить себе бумажку, на которой
написано:
Милый Ник, я ухожу от тебя
, — и эти слова встревожили его
куда больше, чем он ожидал. Куинн уходит из его жизни, а значит, больше не
будет ее смеха, ее медных волос, споров, всех этих
угадай, что я узнала
,
никаких сюрпризов вроде похожих на крыс собак с комплексами неполноценности.
И уже никогда, забравшись в кровать, он не почувствует рядом с собой ее
мягкое тепло, никогда не прикоснется руками к ее телу, не поцелует эти
сочные жаркие губы, не ощутит, как скользят по его коже шелковистые волосы,
не будет жадно вонзаться в ее плоть...
— Ладно, — сказал Ник вслух и поднялся на ноги.
Куинн ждут нелегкие времена. Билл не намерен так просто отказываться от нее.
Ник это понимал, поскольку и сам действовал бы так же, но Биллу придется
смириться, поскольку этого хочет Куинн.
Но тогда у нас будет два комплекта
, — сказал Билл. А когда Куинн
сообщила, что уходит от него, он лишь улыбнулся.
Пожалуй, будет нелишне присматривать за Куинн — ничего особенного, чисто
братское внимание, — поскольку Биллу нужно лишь осознать, что эта
женщина потеряна для него, и тогда все будет в порядке.
Выбросив из головы все мысли о Билле, о Куинн, о мытье в душе и о кроватях,
Ник повернулся к
эскорту
.
Ему хотелось узнать, какого цвета нижнее белье носит Куинн под этим
свитером.
Глава 6
Вернувшись домой во вторник вечером, Куинн обнаружила два десятка алых роз.
Их прислал Билл.
Он позвонил ей в надежде, что она выразит благодарность, но Куинн сказала:
— Между нами все кончено. Не присылай больше цветов.
Она дала отбой и набрала номер Дарлы.
— Алые розы, — заключила Куинн, поведав Дарле о том, что
случилось. — Как это похоже на Билла. Розы — самый распространенный
подарок в Америке.
— Билл старается быть любезным, — отозвалась Дарла.
— Ничего подобного, — возразила Куинн. — Он пытается
отвергнуть реальность.
— Может, он надеется тем самым разрушить ее? — предположила
Дарла. — Мужчины не любят перемен.
— Так вот, этому не бывать, — отрезала Куинн. — Завтра утром
я должна явиться в банк и написать заявление с просьбой о предоставлении
кредита на приобретение дома. И тогда всей этой истории будет положен конец.
После этого даже Билл поймет, что я ушла навсегда.
— На твоем месте я бы на это не рассчитывала, — заявила Дарла. И
тем не менее на следующий день во время большой перемены Куинн вошла в
мраморный с золотом вестибюль Тиббетского отделения Первого Национального
банка с таким чувством, будто явилась продекларировать свою независимость.
У дальней стены зала Барбара с искренней серьезностью, будто со взрослым,
беседовала с круглолицым подростком в сером костюме. На Барбаре были
элегантный розовый костюм, сшитый по выкройкам
Шанель
, светлые чулки и
розовые лодочки на шпильках. Куинн, одернув рыжее пальто, с неудовольствием
оглядела свои джинсы и тряпичные туфли. Отправляясь по делам, она надела
свежую небесно-голубую блузку, хотя и понимала, что к концу школьного дня
заляпает ее гипсом и красками. Но блузки было явно недостаточно. Готовясь
залезть по уши в долги, следовало принарядиться получше.
Заметив ее, Барбара помахала рукой, и Куинн подошла к ней.
— Моя мать звонила вам насчет кредита.
От этих слов Куинн почувствовала себя еще неуютнее. Ей тридцать пять лет, а
мать до сих пор ведет переговоры о ее делах.
Барбара кивнула:
— Ты покупаешь старый дом на Эппл-стрит, верно? — Казалось, сама
она не очень-то рада этому.
— Ну, видишь ли, настало время обзавестись собственным жильем, —
ответила Куинн, гадая, откуда у нее такая уверенность. Мысль о собственном
доме, о свободе, о взрослой жизни и независимости кружила ей голову, но
стены банка напоминали о том, что
иметь дом
, в сущности, означает
иметь
кучу денег
. Она улыбнулась Барбаре, стараясь унять нервную дрожь. —
Тебе ведь приятно иметь собственный дом, правда?
— Нет, — сказала Барбара.
— Э-э-э...
Черт побери!
— Я займусь бумагами. — Барбара ткнула пальцем куда-то за спину
Куинн. — А ты тем временем посиди у второго стола.
Куинн кивнула и, подойдя к массивному столу из красного дерева, опустилась
на краешек тяжелого кресла, обитого зеленой кожей. Она почувствовала себя
послушной двенадцатилетней девочкой и с трудом подавила желание откинуться
на спинку и подрыгать ногами. Ну почему покупка дома ввергает ее в щенячий
восторг?
Когда Барбара уселась напротив, держа в руках целую кипу бланков, Куинн
спросила:
— Почему тебе не по душе иметь собственный дом? Может быть, и мне
следует отказаться от покупки?
Барбара положила документы на стол.
— Приобретение дома — это великолепное вложение средств, которое
непременно оправдается в будущем. Снимая квартиру, ты расходуешь деньги
безвозвратно, а покупка дома сродни приобретению надежных акций. Вдобавок
этот доход не облагается налогом, а значит, приобретение жилья в
собственность является весьма выгодной финансовой операцией.
Куинн с сомнением взглянула на Барбару.
Барби из Банка. — Так почему же тебе не нравится иметь собственный дом? —
повторила она.
Барбара заерзала в кресле.
— В доме нужен мужчина. То и дело что-то ломается, и тогда приходится
звать кого-нибудь на помощь. Но очень часто попадаются некомпетентные люди,
и ты оказываешься в затруднительном положении, поскольку не понимаешь, что
произошло. Мужчины понимают — компетентные мужчины. Иными словами, в доме
непременно должен быть мужчина.
Вот тебе и Барбара, феминистка от финансов.
Барбара улыбнулась Куинн:
— Но тебе опасаться нечего. У тебя ведь есть тренер Хиллиард. Похоже,
он весьма компетентный человек.
— У меня больше нет Хиллиарда, — отозвалась Куинн. — Я от
него ушла. Этот дом я покупаю только для себя.
Лицо Барбары выразило сочувствие. Банковская Барби куда-то исчезла.
— Мне очень жаль, Куинн. Это ужасно. Я ненавижу мужчин, которые вот так поступают с женщинами.
Куинн хотела спросить:
Как именно?
— но это означало бы завести разговор о
мужчинах, а ей нужно только одно — кредит. Хотя...
— Тебе кажется, будто можно положиться на него, — продолжала
Барбара, — но потом что-нибудь случается, и он не в силах справиться. И
тогда ты думаешь:
А чего я волнуюсь? Если от него нет толку, мне проще жить
одной
. Но мужчины этого не понимают.
Я тоже
, — хотела сказать Куинн, но лишь кивнула.
— Но ты ведь, кажется, в хороших отношениях с Дарлой Зейглер,
верно? — Теперь Барбара улыбалась от уха до уха. — Ее муж — очень
компетентный человек.
— Да, он... — начала Куинн и подумала:
Только этого не хватало
.
— Я слышала, он даже ремонтирует канализацию в своем доме. — На
лице Барбары появилось мечтательное выражение. — На такого мужчину
можно положиться. Дарле очень повезло. — Она откинулась на спинку
кресла. — Ты всегда можешь позвать его на помощь. Он умеет все.
— Барбара, если тебе так не нравится владеть домом, продай его, —
сказала Куинн.
И прекрати ухлестывать за женатыми водопроводчиками и
электриками. И автомеханиками
.
— Не могу, — ответила Барбара. — Это дом моих родителей. И
это — отличное вложение средств.
— Может, тебе записаться на вечерние курсы водопроводного дела? —
предложила Куинн.
Барбара отпрянула, и ее лицо вновь превратилось в пластмассовую маску.
— Я посещаю вечерние курсы по инвестменту. А теперь тебе нужно
заполнить вот эти формы и приложить соответствующие справки...
Куинн слушала вполуха, размышляя, не следует ли предупредить Дарлу, что
Барбара проявляет интерес к Максу. Наверное, нет. В сущности, ничего не
произошло, и вряд ли Барбара станет околачиваться у авторемонтной мастерской
или вытворять что-либо подобное.
Всего неделю назад ее жизнь была куда проще. Школа, квартира, дружба с Ником
— на минуту Куинн охватила растерянность, она скучала по Нику, который бежал
от нее как от чумы, — но с другой стороны, неделю назад в ее жизни был
Билл и не было Кэти.
Барбара указывала нужную графу безупречно наманикюренным жемчужно-розовым
ногтем:
— Заполни этот бланк и подпишись вот здесь. У тебя есть вопросы?
Вопросы. Стоит Куинн подписаться
вот здесь
— и на ее плечи ляжет долг в
шестьдесят три тысячи и она лишится большей части своих сбережений.
Зато обретет свободу. Взрослая женщина, у которой есть собственный дом. И
тахта.
— Никаких вопросов, — ответила Куинн. — Я уверена, что
поступаю правильно.
На обратном пути в школу она заглянула в единственный на весь Тиббет
мебельный магазин и купила в честь сделки массивную широченную кровать из
золотистого дуба с четырьмя столбиками. После старенькой койки, на которой
она провела ночь в родительском доме, и двуспальной кровати, которую делила
с Биллом, новое ложе выглядело настоящим футбольным полем. Хотя двенадцать
сотен долларов были слишком солидной суммой, чтобы тратить ее с бухты-
барахты, мысль о покупке показалась Куинн весьма удачной, и она даже не
колебалась.
У нее были кое-какие виды на эту кровать.
Тем же вечером после школьных занятий Билл сидел на краю скамьи для поднятия
тяжестей, дожидаясь, пока Бобби закончит тягать штангу, и старался отогнать
от себя мысль, мучившую его весь день: Куинн покупает дом.
Он столкнулся с Куинн — а если честно, подкараулил ее — у дверей студии,
когда она вернулась в школу после большой перемены, и спросил таким
беззаботным тоном, словно они и не думали расставаться и нынешняя разлука —
явление временное:
— Где вас носило, леди?
Куинн, даже не улыбнувшись, посмотрела на него.
— В банке. Я покупаю дом.
Дом. Биллу становилось тошно при одной мысли об этом. А потом он выяснил,
что из всех выставленных на продажу домов Куинн выбрала маленькую лачугу на
Эппл-стрит. Старый дом в заброшенном районе. Слишком далеко от школы, чтобы
их дети могли ходить туда пешком. О чем она думает?
— Ты чего загрустил, Босс? — Дэ Эм в фирменном зеленом спортивном
костюме подошел к Биллу. Билл закрыл глаза и подумал:
Иди к черту, Бобби,
пока я на тебя не наступил
. Куинн частенько называла Бобби
клопом, на
которого хочется наступить
. Как-то раз она спросила:
Неужели тебе не
хочется закатить ему оплеуху, когда он называет тебя Боссом?
И Билл
ответил:
Нет, конечно, ведь он меньше и слабее меня
. Да и что за жизнь у
несчастного Бобби? Билл внезапно подумал, какое существование ждало бы его
без Куинн — жизнь, как у Бобби, — но тут же отмел эту возможность как
совершенно невероятную.
Бобби уселся рядом, повесив на шею полотенце и глядя в грудь Биллу.
— Неприятности с женским полом, да? — спросил он, и Билл подумал,
не двинуть ли ему по носу локтем. Но это только мысль; он ни за что так не
сделает. — С женщинами трудно, но без них — хоть в петлю.
Что он хочет этим сказать? Биллу никогда не было трудно с Куинн. И уж
конечно, ему не придется жить без нее.
— Ты не должен ставить интересы команды в зависимость от своей личной
жизни, — продолжал Бобби. — Ты обязан отдавать парням всего себя,
понимаешь?
Билл посмотрел на него сверху вниз.
— Не хочешь ли ты сказать, что я плохо исполняю свой долг?
— Ничего подобного! — Бобби вскочил на ноги. — Нет, ты лучший
в своем деле, все об этом знают. — На его лице появилась задумчивая
мина. — Однако вчера мы проиграли. Не то чтобы я жаловался...
Что за придурок этот Бобби
, — говаривала Куинн. И была права.
— ...но главное — это отношение к работе, верно, Босс? Давай говорить
откровенно: сейчас ты относишься к тренировкам не так, как прежде. —
Бобби снова сел и поерзал по красной мягкой обивке скамьи. — Так вот, я
не собираюсь давить на тебя, но заем...
— Я знаю о займе, — сказал Билл. — Команда не подведет.
Каждый когда-нибудь проигрывает.
— Дело не только в займе. — В голосе Бобби уже не слышалось
угрозы. — Тут еще и моя работа.
Его слова прозвучали так робко, что Билл навострил уши.
— При чем здесь твоя работа?
— Меня назначили директором лишь до окончания текущего года, —
объяснил Бобби. — Я получил этот пост только потому, что работал
заместителем директора, а начальство решило отложить поиски кандидатуры до
следующей весны. Черт побери, им даже не придется искать! Деннис Рул из
Селины рвется на мое место, а он проработал директором у себя в городе
десять лет. У него большой опыт. — Последнее слово Бобби произнес как
ругательство.
— Ну... ты неплохо справляешься... — осторожно проговорил Билл.
— Этого мало, — с нажимом возразил Бобби. — Но если я получу
заем, директорскую должность оставят за мной. И тогда в начале следующего
года мы начнем строить новый стадион и легкоатлетический манеж и нас ждут
новые победы в чемпионатах... — Он устремил взгляд в пространство, любуясь
блистательным будущим, потом вернулся на грешную землю. — Но только
если мы выиграем кубок этой весной и получим заем. Без тебя мне не обойтись,
Босс. Чем могу быть тебе полезен? Только скажи — и я все устрою.
— Ты не всесилен, — отозвался Билл, думая о Куинн в новом доме, но
без него. Останься она с родителями, непременно вернулась бы к нему, но если
купит собственный дом...
— Ты бы удивился, узнав, на что я способен, — сказал Бобби.
— Ну что ж. — Билл поднялся. — Помешай Куинн купить дом в
плохом районе. Это меня приободрит.
— Она покупает дом? — Бобби нахмурился.
— Это я так, в шутку. — Билл в последний раз окинул взглядом зал.
Ему совсем не улыбалось провести остаток вечера в обществе Бобби. — Я
лишь хотел сказать, что ты ничем не можешь помочь.
— Не уверен. — На лице Бобби отразилась усиленная работа
мысли. — Она действует через Первый Национальный?
— Что?
— Где она берет кредит? В Первом Национальном?
Билл замер:
— Не знаю. Но там мы держим наши деньги.
Бобби удовлетворенно кивнул:
— Стало быть, Куинн обратится именно туда. Проще пареной репы.
— Что ты имеешь в виду?
Бобби скрестил руки на груди, самоуверенный, будто сам сатана.
— Карл Брюкнер там вице-президентом.
Подумаешь. Администратор
Бустеров
— тоже вице-президент банка.
— И что же?
— А то, что если я намекну, будто бы предоставлять Куинн кредит
рискованно, поскольку она так странно себя ведет — она ушла от тебя, —
то Карл пересмотрит решение и откажет ей в кредите.
Билл хотел сказать:
Не надо, это нечестно
, — но промолчал. Все, что
помешает Куинн переехать в тот дом, обернется для нее добром в будущем. Ему
была невыносима мысль о том, что она останется там навсегда. Это
небезопасно, и к тому же дом совсем не годится для их будущих детей — вдвоем
они ни за что не купили бы такое жилье. Нет, Куинн не должна там жить, она
попросту не сможет, ей там будет плохо.
— Ну, что скажешь? — спросил Бобби.
— Действуй.
— Я слышала, ты шляешься по киношкам? — спросила Дарла, когда тем
же вечером в комнате отдыха появилась Луиза.
Луиза пожала плечами:
— Мне нравится Том Круз. Мэтью купил билеты. Ничего серьезного.
— Куда уж серьезнее — бегать на свидания с бывшим мужем. — Дарла
заметила, что Луиза пожала плечами. — Я уж не говорю о том, что ты
заставила его расплатиться. В буквальном смысле этого слова.
— Он не бывший муж, — ответила Луиза. — Я еще не подписала
документы.
— Правильно сделала, — одобрила Дарла. — Я никогда ничего не
подписываю. От этого одни неприятности.
Губы Луизы вытянулись в жесткую линию.
— Неприятности не от документов, а от всяких Банковских Шлюх!
— Верно. — Дарла подумала, не сказать ли Луизе, что никакая
Барбара не в силах разрушить по-настоящему прочный брак, но промолчала.
Пусть Луиза выплескивает свой гнев на Барбару, коли это помогает ей
сохранить семью.
— Кажется, она начала охоту за кое-кем другим, — продолжала Луиза.
Ее лицо потемнело.
— Какая у Барбары теперь прическа? — полюбопытствовала Дарла,
вспомнив о теории Дебби.
Луиза фыркнула:
— Откуда мне знать? Можно подумать, она делала ее в моем салоне!
И тут в помещение впорхнула Куинн, лучась радостью.
— Мой новый дом — такая прелесть! — сообщила она, усаживаясь в
кресло. — Сегодня утром я подала заявление о предоставлении кредита,
так что дело движется!
— Я проезжала мимо того дома, — отозвалась Луиза. — Его никак не назовешь прелестью.
Луиза вышла из комнаты, и Куинн спросила:
— Чего это она?
— Луиза бегает на свидания со своим мужем, — объяснила
Дарла. — Казалось бы, она должна сиять от счастья, но нет. Продолжает
злиться на Барбару.
— Встречается со своим мужем? — Куинн нахмурилась. — Почему
же она должна сиять от счастья?
— Хоть какое-то разнообразие, — сказала Дарла, стараясь не
вспоминать о той свежей струе, которую она пыталась привнести в свою
семейную жизнь.
— Какое еще разнообразие? Мэтью был безнадежен еще до того, как Барбара
прибрала его к рукам. Я отлично понимаю, почему свидания с ним так
раздражают Луизу.
— Но ведь он ее муж, — без всякого воодушевления отозвалась Дарла.
— Верно, — согласилась Куинн, продолжая мысленно заполнять
бланки. — Что ты собираешься предпринять в отношении Макса?
— Кое-что придумаю. Но не сейчас. Давай посплетничаем. Кто оформлял
твой кредит? Барбара? Расскажи, какая у нее прическа.
— Откуда ты узнала о ее прическе? — удивилась Куинн. — Она
перекрасила волосы. Очень милый цвет, светло-каштановый с темными прядками.
Я просто поразилась. Барбара всегда была блондинка, а теперь у нее светло-
каштановые волосы.
Дарла почуяла тревогу. Что-то здесь не так. Если бы Барбара положила глаз на
Ника, она бы покрасила волосы в темно-коричневый, как у Лиз.
— Светло-каштановый?
Куинн кивнула:
— Она собирает их на затылке в узел, как ты, но не так плотно. И
выглядит просто чудесно.
Как ты
.
— Дарла?..
— Как у меня?
— Не так плотно. Пышнее. — Куинн показала руками. — Как у
тебя, но не совсем. С локонами, обрамляющими лицо.
Только отпустила локоны вдоль щек, чтобы казаться сексуальнее, сказала
Дебби. С этой прической несчастная Бея выглядела так, словно у нее горшок на
голове, а от Барбары было глаз не оторвать
.
Дарла потрогала своей французский боб — все тот же тугой узел, который она
носила со школы.
Какая тоска!
— Ты в порядке? — спросила Куинн.
— Все отлично, — сказала Дарла. — Все просто замечательно.
— Ничего подобного, я же вижу. Давай поговорим.
— Я и собираюсь. — Дарла взяла сумочку. — Я собираюсь
поговорить с Максом.
Когда Дарла вошла в мастерскую, Макс стоял, нагнувшись над
санбердом
, и
она с полным равнодушием отметила, что у мужа до сих пор классная задница.
Следовало отдать должное братьям Зейглер — они держали себя в хорошей форме.
А ей достался более красивый из них. Ник слыл задирой, на его худощавой
физиономии выделялись многочисленные косточки, отчего в школе он казался
старше своих лет. Макс был красавчик, симпатяга, с улыбчивым лицом. Его мать
сказала Дарле:
Если выберешь красавчика, он никогда не доставит тебе
неприятностей
. Ник внушал окружающим безотчетную тревогу, но Макса любили
все.
И, судя по всему, любят до сих пор.
Макс поднял голову, увидел Дарлу, и его лицо выразило испуг.
— Привет. Я не слышал, как ты вошла. Что-то случилось?
— Почему ты не сказал, что Барбара нацелилась на тебя, а не на
Ника? — Голос Дарлы звучал отчетливо, но слова были чужие, как будто
вместо нее говорил кто-то другой.
Макс захлопнул капот машины и осмотрел его куда внимательнее, чем если бы
хотел убедиться, что замок защелкнулся.
— Не видел причин.
— Знаменитая разлучница начинает охоту за моим мужем — и ты не видишь
причин говорить мне об этом? — Дарла поразилась тому, как спокойно
звучит ее голос.
Ее слова не произвели на Макса особого впечатления.
— Поскольку этот муж — я и я не собираюсь тебе изменять, то — да. Я не
видел причин. — Он скрестил руки на груди и прислонился к борту машины.
Для невозмутимого Макса это была атакующая стойка. Он принимал эту позу
всякий раз, когда между ним и Дарлой случались ссоры.
— Ты дал мне понять, что ей нужен Ник, — сказала Дарла.
— Это никому не повредило.
— Ты выставил меня на посмешище.
Макс с явным отвращением покачал головой.
— Ничего подобного. В городе отлично знают, что я никогда тебе не
изменю.
Внезапно Дарла с ошеломляющей ясностью осознала, что Макс действительно ей
не изменит. Он влюбился в нее в восемнадцать лет, женился на ней, она родила
ему двух сыновей, они вместе построили дом, и теперь Макс твердо намерен
прожить с женой до гробовой доски и не сделает ничего, что огорчило бы ее.
— Ты получил все, о чем только мог мечтать, — запальчиво
проговорила Дарла, все больше раздражаясь оттого, что сама не знает толком,
чего еще можно пожелать. Их жизнь вошла в пору зрелости и теперь неумолимо
катилась под уклон. — Именно потому ты так взбесился из-за дождевика
тем вечером. Он нарушил привычное течение твоей жизни.
— Я не взбесился, а только удивился, — сердито ответил
Макс. — И мне не нужна Барбара.
— Я почти жалею об этом, — сказала Дарла, и Макс свирепо уставился
на нее.
— Что за дерьмо ты несешь!
Дарлу захлестнула волна жгучего гнева.
— Не смей называть меня дерьмом!
— Я и не называл. — Макс крепче сжал руки на груди. — Я
сказал:
Что за дерьмо ты несешь
. Но если ты будешь продолжать в том же
духе, я могу...
— Привет, ребята! — воскликнул Ник, входя с автостоянки на задах
мастерской. Затем, хорошенько приглядевшись к Максу и Дарле, пробормотал: &mda
...Закладка в соц.сетях
