Жанр: Любовные романы
Дом, любимый дом
... И он отключился.
Томми осторожно положила трубку на место. Это уже слишком. Она научила его
варить кофе и привезла ему чистые полотенца. Они купили несколько изысканных
кофейных кружек, а Тереза несколько дней наводила порядок в шкафчиках.
Кроме того, они с Терезой еще несколько раз ездили за покупками. Томми
знала, Пит старается наладить дело в компании, но ей казалось, что он решил
вообще не участвовать в обустройстве дома.
А она работала, создавая дом, о котором сама могла бы мечтать. Единственной
проблемой будет расставание с ним.
Телефон зазвонил снова.
— Добрый день, это Томми Тайлер. Могу я вам помочь?
— Да, можешь.
Томми узнала голос миссис Шофилд, в котором звучали недовольные нотки.
— Миссис Шофилд, как я рада, что вы позвонили!
— Дорогая, Джим мне сказал, что ты помогаешь Питеру обставлять его дом.
Не понимаю, почему он не попросил меня.
— Думаю, не хотел причинить вам беспокойство, миссис Шофилд. Пит
собирается устроить через неделю вечеринку. Он спросил у вас, как называется
ваш поставщик?
— Он действительно спрашивал название фирмы и номер телефона.
Томми показалось, что у миссис Шофилд разочарованный голос. Хотя она знала,
что из-за этой женщины они будут медленнее работать, но, поскольку они с
Терезой поедут сегодня вечером за фарфором и хрусталем, можно пригласить ее
присоединиться к ним.
— Я собиралась позвонить вам сегодня. Мы с сестрой покупаем фарфор и
хрусталь. Конечно, были бы рады, если бы вы помогли нам. В конце концов, у
вас гораздо больше опыта в том, что касается приема гостей.
— О, я бы с удовольствием. Когда мы встретимся?
Они условились, и Томми со вздохом повесила трубку. Может, вечером они
потратят больше денег, зато мать Пита почувствует себя лучше. Что напомнило
ей: она должна позвонить своей матери.
Пит посмотрел на часы. Около полудня. Успеет ли он пригласить Томми на ланч?
Интересно, с кем сегодня Томми собирается провести вечер.
Пита ошеломил ее отказ. Наверное, он принимал ее как нечто само собой
разумеющееся. Но ему столько предстояло сделать. Его дело на этой стадии
было важнее дома. С другой стороны, он не мог ждать до понедельника. Хотя бы
потому, что устал спать на полу. Из-за ломоты в костях он чувствовал себя
старым, просыпаясь каждое утро.
Когда вместо Томми послышался автоответчик, он понял, что не встретится с
ней за ланчем. Оставил сообщение и попросил перезвонить.
— Мистер Шофилд, вам звонок на третьей линии, — сказала
секретарша.
— Алло?
— Милый, это мама.
— Привет, мама, как дела?
— Прекрасно. Собираюсь вечером выбрать для тебя фарфор.
Услышав ее слова, Пит оцепенел.
— Что?
— Ну, та милая девушка попросила меня поехать за покупками с ней и
сестрой. Она поняла, сколько у меня опыта в том, что касается приема гостей.
И объяснила, почему ты не попросил меня обставить дом. Ты проявил такую
заботу!
Он решил обязательно поблагодарить Томми за то, что та спасла его шкуру.
— Я рад, что ты так думаешь. Когда вы собираетесь за покупками?
— Вечером. К счастью, у меня не было других планов. Но я рада помочь тебе обставить новый дом.
— Знаю, мама. Только, прошу, не перестарайся.
— Джим сказал то же самое. Мне повезло, что у меня такие преданные
сыновья.
— Хорошо, я должен идти, мама.
Он повесил трубку и поспешил в офис. Томми говорила так, будто сегодня
вечером у нее свидание. Вместо этого она собиралась за покупками вместе с
его матерью.
Один из сотрудников просунул голову в дверь.
— Пит? Кое-кто из нас собирается в
У Джо Т. Гарсиа
. Хочешь пойти с
нами?
— Я думал, ты обычно присоединяешься к жене, — сказал Пит.
— Не сегодня. Томми пригласила всех дам на ланч. Ты забыл?
Пит притворился, будто забыл то, о чем никогда не знал.
— О да, верно. Конечно, я пойду с вами. Я целую вечность не был в
У
Джо Т.
.
— Кстати, мы очень ценим работу Томми. Моя жена чувствует себя здесь,
как дома. Форт-Ворс — дружелюбный город, а уж благодаря Томми все чувствуют
себя желанными гостями. Вообще-то никому не хочется возвращаться домой в
понедельник.
— Что просто означает: нам предстоит снова радушно всех принять, —
кивнул головой Пит.
Он напомнил себе, что должен поблагодарить Томми, когда заведет с ней
разговор. Сразу после того, как отругает ее за то, что она ввела его в
заблуждение.
Эвелин Шофилд, разодетая в пух и прах, сидела в бархатном кресле за
антикварным столом, обычно предназначаемом для невест. Она безраздельно
завладела вниманием продавщицы.
Как только Томми и Тереза вошли, женщина заворковала:
— О, мои милые девочки, я так взволнована. — Она поманила их
поближе. — Я обсуждала то, что мы выбрали, с этой восхитительной дамой.
Как вас зовут, дорогая?
— Нелда Блум, мэм.
— Просто идеальное имя для той, кто работает в свадебном отделе, не так
ли?
Сестры встревожено переглянулись.
— Спасибо за помощь, мисс Блум. Мы хотели бы современный узор,
желательно с синей отделкой.
— Миссис Шофилд уже попросила что-нибудь синее. Она сказала, это
любимый цвет се сына. — Продавщица улыбнулась матери Пита.
— Я предварительно отобрала узоры от разных компаний, самые
первоклассные, конечно.
Томми сразу поняла, какой ей нравится. Изящную красоту фарфора с изысканной
отделкой по краям подчеркивали синие цветы.
— Нужно увидеть чашки этих трех узоров, — твердо приказала миссис
Шофилд.
У Томми вырвался вздох облегчения: понравившийся ей узор включили в
отобранные образцы.
— Мы думали о сервизе на двенадцать персон, миссис Шофилд. Как, по-
вашему, это слишком много?
— О, вовсе нет, детка. Нужно заказать сервиз на двадцать четыре
персоны.
У продавщицы загорелись глаза. Она наверняка работала за комиссионные.
Томми взяла в левую руку и протянула изящную чашку с понравившимся ей
узором.
— Очень красиво, — сказала она, поднося его к миссис Шофилд.
— О! — вскрикнула миссис Шофилд. — Какой ужас!
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Томми чуть не уронила чашку.
— Вам не нравится узор?
— О, красивый узор, моя дорогая. Если тебе нравится, мы должны его
выбрать. — Она наклонилась к Томми и заговорщически прошептала: — Но я
хочу извиниться за сына. Я знаю, он занят, но не должен отправлять тебя
выбирать фарфор без него. Особенно если до сих пор не подарил тебе кольца!
— Кольца? — спросила сбитая с толку Томми. Миссис Шофилд схватила
ее за левую руку, будто стараясь скрыть бестактность своего сына. Томми
поняла: — О, нет! Миссис Шофилд, я работаю у вашего сына. Здесь нет ничего
личного. Он нам платит.
Та отдернула руку.
— Понимаю. Ну... даже если это так началось, наверняка ты не сможешь
ему сопротивляться. Он очень красив, ты знаешь.
— Я... я, конечно, согласна, он привлекателен, но могу вас заверить: мы
просто деловые партнеры.
— Ну, ты была бы идеальной невестой. Я поговорю с ним, как только
увижу.
— О нет! Нет, не делайте этого. Надо сосредоточиться на выборе фарфора.
Мне действительно нравится этот узор. Разве вам не нравится?
— О да. Это красиво. Тереза, дорогая, ты тоже так думаешь?
— Да. Но какой, по-вашему, узор хрусталя к нему подойдет?
Этот вопрос привлек внимание как продавщицы, так и миссис Шофилд. Томми
благодарно кивнула Терезе. Ее план привлечь миссис Шофилд к обустройству
дома оборачивался против нее.
И Тереза, и Томми усердно старались говорить только о том, что нужно Питу
для дома. Его мать выбрала пару серебряных подносов, набор для бара и
несколько других вещей, затем они приняли решение насчет хрусталя и заказали
сервиз на двадцать четыре персоны.
Томми объяснила, что все покупки надо отправить в отдел мебели, чтобы их
доставили в понедельник утром.
— О, ты хорошо планируешь, Томми. Так, а есть ли у него гарнитур для
столовой? Я знаю замечательный универмаг неподалеку.
— Разрешите, я сначала покажу вам табуреты. В доме есть уютный
сервировочный столик, за которым Пит мог бы пить кофе. Сейчас ему негде
сидеть.
— О, милосердный Боже, я понятия не имела, что он терпит такие
неудобства, — сказала его мать, встала и последовала за Томми.
Томми еле удержалась от смеха. Жизнь в этом доме было трудно назвать
неудобством, даже если там не было мебели.
Миссис Шофилд одобрила табуреты, а перед уходом предложила прогуляться по
отделу мебели. За час они выбрали обстановку для столовой, спальни хозяина и
еще одной спальни. Кроме того, Томми выбрала красивый антикварный стол для
кабинета Пита и кожаное кресло.
— Думаю, на сегодня достаточно, — сказала Томми. — Вы
замечательно нам помогли, миссис Шофилд.
— Я должна познакомиться с твоей мамой, Томми. Ома воспитала таких
очаровательных дочек. Не знаю, как она справилась самостоятельно.
Тереза улыбнулась.
— Она — сильная женщина, миссис Шофилд. Мы пригласим вас обеих на ланч,
когда закончим обставлять дом Пита.
— Да, конечно. Что ж, я неплохо провела время. Должна рассказать Питу,
как хорошо вы работаете. — Миссис Шофилд помахала рукой и ушла.
В машине Томми с трудом перевела дыхание.
— Вот так-так! Надеюсь, она не скоро поговорит с Питом.
— Вероятно, нет. По-моему, он очень занят. Вчера вечером я
разговаривала с Джимом, и он жаловался, что почти не видел Пита.
— Сейчас он особенно занят. Я уверена, у него будет больше времени на
Джима и маму, когда он наладит работу компании.
— Ты его защищаешь? — спросила Тереза, хитро улыбаясь.
— Нет, я только... Тереза! Ты меня поддразниваешь.
— Только хотела узнать, какие чувства ты к нему испытываешь.
— Он — славный человек. Это все. Я уже сказала, что мне не хочется
рожать по двое-трое детей. И у меня не такой характер, как у тебя. У меня
есть карьера.
— Знаешь, такие вещи можно уладить.
— Можно, если их хотят уладить оба. Здесь другой случай.
— Только убедись во всем, прежде чем сжечь мосты. — Тереза вышла
из машины.
Томми помахала ей рукой, а вскоре уже и сама была дома.
Услышав стук в дверь, она удивилась. Интересно, кто может к ней прийти в
десять вечера? Томми осторожно посмотрела в глазок и отшатнулась.
— Что ты хочешь, Пит?
— Поговорить с тобой.
— Пит, я пыталась объяснить твоей маме... Наверное, она невнимательно
слушала. Беспокоиться не о чем.
— Впусти меня, Томми! Я отказываюсь разговаривать через дверь.
Она чуть открыла дверь — так, что он не мог войти.
— Я хочу войти, Томми.
— Уже поздно.
— Ненадолго.
Наконец она впустила его.
— Я объяснила твоей маме, Пит. Я не виновата, если она не поняла.
— Что ты объяснила?
— Что мы не... — Ома запнулась. Очевидно, он понятия не имел, что
миссис Шофилд намерена их поженить. — Ты разговаривал со своей мамой?
Пит ухмыльнулся.
— Нет, но мне не терпится узнать, что ты должна была ей объяснить.
— Ничего. — Она смотрела в сторону, стараясь не встречаться с ним
взглядом. — Я устала.
— Что ты объяснила моей маме?
— Не имеет значения. Главное — мы многое купили вечером. И все это
доставят в понедельник утром.
— Ты будешь там во время доставки?
— Да.
— Итак, тебе понадобится больше денег?
Томми широко раскрыла глаза.
— Вовсе нет, хоть твоя мама и заказала сервиз на двадцать четыре
персоны.
— Хорошо. Кстати, с твоей стороны не очень-то было мило вводить меня в
заблуждение.
Томми шагнула назад.
— О чем ты говоришь?
— Сегодня вечером... Ты говорила так, будто у тебя свидание. — Он
подошел к ней ближе.
— Я так не говорила. Я сказала, что у меня есть планы. Именно так оно и
было. Кроме того, если бы у меня было свидание, это не твое дело.
Oн недовольно изогнул бровь, но переменил тему:
— Мои сотрудники очень ценят то, что благодаря тебе их жены чувствуют
себя здесь как дома.
У Томми вырвался вздох облегчения: разговор пошел скорее о делах, а не о
личном.
— Они — очень милые женщины, и я прекрасно провела с ними время.
— Хорошо.
Она ожидала, что после этого Пит уйдет, но он стоял и улыбался.
— Что-то еще? — наконец спросила она.
— Наверное, нет. У меня всегда было мало времени на... на общение с
друзьями, но сейчас очень хочется получше с тобой познакомиться.
Томми нахмурилась.
— Я работаю у тебя, Пит. Помнишь? Ты платишь мне за то, что я делаю. Ты
совсем не обязан проводить со мной
личное
время. — Она сделала еще
один шаг назад.
Он сузил глаза.
— Кажется, ты нервничаешь.
— Да. Мы не подходим друг другу, Пит. Я — работающая женщина и не хочу
заводить одновременно двух-трех детей. Ты — старомодный парень, который
хочет, чтобы его женщина была на кухне. Чересчур сближаться было бы для нас
большой ошибкой.
— На днях я испытал незабываемое чувство, когда поцеловал тебя, —
мягко сказал он.
— Брак не должен быть основан на том, что ты испытываешь
незабываемое
чувство. Ты — привлекательный мужчина. Сначала я увлеклась тобой, но затем
поняла, что мы не могли бы быть счастливы друг с другом. Так что давай
держаться на расстоянии.
— А если я против?
— Ты хочешь сказать, что не против, если твоя жена будет много
работать?
— Ну, нет, но ты могла бы измениться, — с улыбкой предположил он.
— Это не то, чего я хочу.
— Как ты узнаешь, чего хочешь, если будешь держаться на расстоянии?
— Потому что я умею думать.
Он взял ее за плечи, привлекая к себе.
— А я вот не думаю, просто не могу выбросить из головы тот поцелуй. Мне
надо снова тебя поцеловать, чтобы понять, почему после этого я целый день
был не в себе: потому что получил дом или из-за тебя?
Томми почувствовала, что краснеет.
— Я уверена, что из-за дома.
Он склонился к ней.
— А я не так уж уверен. Сейчас я не думаю о доме, могу думать только о
твоих губах...
— Пит...
Он прервал ее возражения, припав к ее губам. Она чувствовала его силу, его
жар, когда он страстно целовал ее. Томми не могла возразить даже в мыслях,
потому что они исчезли, как туман, а сердце учащенно билось.
Наконец он слегка отстранился, и она глубоко вздохнула, пытаясь снова
собраться с силами. Прежде чем это случилось, он снова поцеловал ее, и ей
стало жарко. Его руки гладили ее по спине, но она не нуждалась в поощрении,
и это Томми пугало.
Пита ошеломила его реакция на Томми. Она сводила его с ума, явно желая
большего. Он обхватил ее упругие ягодицы, и ему захотелось перекинуть ее
через плечо и найти ближайшую кровать. Пит осыпал поцелуями ее шею, после
чего вернулся к губам.
— Пит, мы не должны...
Он не дал ей договорить. Ему не хотелось останавливаться. Не хотелось, чтобы
она снова объясняла, как они не подходят друг другу. Его тело говорило ему
совсем другое. До сих пор ему никогда не доводилось переживать магического
чувства, которое наполняло его сейчас. Это ошеломило его. Томми вырвалась из
его объятий.
— Пит, мы не можем так делать. Я не стану!..
— Ты говоришь
нет
? — В его голосе звучало недоверие. Она так
подходила для его объятий, была такой... идеальной, что ему было непонятно
ее поведение.
— Ты ведь знаешь, я не та, что тебе нужна.
— У меня сложилось другое впечатление. — Пит пристально смотрел на
ее слегка распухшие губы, чувствуя неодолимое желание.
— Пит, со мной ты был бы несчастен. Я не готовлю. Не сижу дома. Не хочу
полный дом детей, к тому же близнецов. Мог бы ты жить с такой женой?
Он задумался, но она не стала ждать ответа.
— Не мог бы! Ты уже сказал мне, чего хочешь. Я тебе не подхожу, так что
мой ответ на наш... поцелуй: нет, остановись.
По его мнению, в ее голосе было многовато категоричности.
— Хорошо, понял. Незачем все время говорить
нет
.
Он все сильнее сердился, потому что она не чувствовала того, что чувствовал
он. Ее не тронуло главное: они так хорошо подходят друг другу.
— Поезжай домой, Пит, — сказала Томми усталым голосом.
— Поеду. И постараюсь отныне держать себя в руках, — сказал он с
подчеркнутым сарказмом.
Хлопнув дверью, он вышел. Потом пожалел о своем поспешном ответе. Но его
обидел ее ответ. Впервые Пит почувствовал магию, о которой столько
говорилось в песнях и книгах. До сегодняшнего вечера он даже не верил в ее
существование.
А Томми его отвергла.
Была ли она права? Будет ли их союз ошибкой? Могли он пойти на компромисс?
Могла ли она? Не стоит ожидать, что свое мнение изменит только она. Томми
высказалась ясно.
Пит даже не заметил, что уже подъехал к своему дому. Он думал о последних
нескольких минутах, проведенных у Томми.
Въехав в гараж, он заглушил мотор и вошел в свой красивый, пустой дом. Желая, чтобы там была Томми.
Сестры собирались на вечеринку. Бретт пригласил Табису, Джима, Терезу и,
конечно, Пита и Томми. Только Томми приехала на вечеринку на своей машине,
отказавшись от вежливого предложения Пита.
Целый день она работала в офисе. Все, что угодно, лишь бы не думать о Пите.
Прошлым вечером она не вполне честно с ним говорила. Ей не хотелось сказать
нет
. Томми испытала чувство, которое оказалось сильнее, чем ее
осторожность, и это испугало ее.
Умнее всего было бы избегать Пита. Поэтому Томми поехала на вечеринку на
своей машине и собиралась как можно меньше общаться там с Питом.
Но почему же тогда она решила надеть вызывающее красное платье? А что в этом
такого? Она имела право хорошо выглядеть, не собираясь кого-то обольщать. От
нее не требовались власяница и пепел.
Томми сделала глубокий вдох, прежде чем войти в ресторан. Будь благоразумна,
напомнила она себе. Она нарочно приехала поздно, чтобы не пришлось
переживать неловкие моменты наедине с Питом.
Ей незачем было волноваться. Когда Томми вошла, Пит флиртовал с
привлекательной официанткой. Он бросил на Томми беглый взгляд и снова
повернулся к официантке. Похоже, пытается дать ей понять, что больше ею не
интересуется.
Прекрасно. Именно этого она хочет, не так ли?
Когда все начали занимать места, Томми с трепетом подошла к свободному стулу, за которым стоял Пит.
— Это не электрический стул, Томми, — прошептал он ей на ухо.
Хорошо, значит, он заметил, что она не в восторге.
— Спасибо, Пит. Ты хорошо провел день?
— Лучше, чем ты. Я не работал.
— Ты должна была сегодня работать? — спросила Адель. Она сидела по другую сторону от Пита.
— Да, должна. Суббота — важный день для риэлторов.
— Тогда из тебя не получилось бы хорошей футбольной мамочки. Суббота —
важный день для футбольных матчей, — с печальной улыбкой сказала Адель.
— Я об этом слышала. Значит, твои дети оба увлекаются футболом?
— И всем остальным. Заняты больше, чем я. Я — только их шофер.
Томми старалась не смотреть на Пита.
— Может, ты найдешь и для себя занятия, когда поселишься здесь. Женщины
смогут подвозить детей и друг друга по очереди.
— Верно. Ведь мы все будем жить по соседству, — оживилась Адель.
— Пит здорово это придумал, — добавила Томми.
— Спасибо, — пробормотал Пит. — Рад, что я на что-то гожусь.
— Пит, ты расстроен? — спросила Адель.
Ее вопрос прозвучал, когда разговор стих, и все пристально посмотрели на
Пита.
— Босс, что-то случилось? — спросил один из мужчин.
Пит, помолчав, ответил:
— Ничего не случилось. Вообще-то после того, как вчера я побывал в
гостях у нескольких влиятельных людей, я собирался вам сказать, что дело
обстоит очень хорошо. Может, нам потребуется больше людей, так что скоро
устроим собеседование.
Услышав его слова, присутствующие заулыбались. Кроме Томми. Официантки
начали подавать основное блюдо, и рыжеволосая официантка, с которой
разговаривал Пит, поставив перед ним тарелку, широко ему улыбнулась и
наклонилась так, что открылась ложбинка на груди.
Мужчины, сидевшие рядом с Питом, стали изощряться в двусмысленностях, а
Томми старалась выглядеть так, будто ее интересует только бифштекс.
— Извини, — пробормотал Пит.
— Меня не касается, если ты находишь ее привлекательной.
— Слушай, Томми, перестань вести себя так, будто мы совсем чужие!
Томми бросила на Пита холодный взгляд, решив убедить его, что так и есть. Но
у нее это совершенно не получилось, и она быстро отвернулась.
— Я думал над своими словами, — мягко сказал он. — Может, мы
могли бы договориться.
Не обращая на него внимания, она положила кусок масла на печеную картошку.
— Я мог бы измениться, — пробормотал он.
Ей надо было избавиться от него.
— До тех пор, пока ты не залезешь ко мне в трусы, ты хочешь
сказать? — спросила она, надеясь, что после этого неизящного выражения
он отстанет.
Он бросил на нее жесткий взгляд.
— Мне не нравится, когда сомневаются в моей честности.
Она принялась есть, не обращая на него внимания.
— Мы поговорим позже, — резко сказал он и тоже принялся за еду.
Томми не стала спорить с этим утверждением. Но приготовилась ответить, пока
рядом еще были люди. Она не собиралась снова оставаться наедине с Питом.
Когда ушла первая пара, Томми встала и тоже направилась к выходу. Пит
схватил ее за руку и прошептал:
— Если ты сейчас уйдешь, все поймут, из-за кого я расстроен.
Томми была в смятении. Если она останется, может снова испытать соблазн, но
если уйдет, ее новые друзья подумают, что она бестактна.
По крайней мере, здесь будут люди, и он сохранит сдержанность. Может, так
будет лучше всего. Кроме того, что бы он ни сказал, это ничего не изменит.
Не так ли?
Томми отдернула руку, но снова уселась. Повернувшись к соседям слева, Бретту
и Табисе, она заговорила с ними, прекрасно замечая, однако, каждое движение
Пита. Заметила она и рыжеволосую официантку, которая пришла снова налить
кофе Питу. Конечно, от Томми не укрылось, что официантка не обратила
внимания на другие пустые чашки, заболтавшись с Питом.
Хорошо, что она не ревнива, успокоила себя Томми. Нет — хорошо, что ей не
хочется заводить с Питом личных отношений. Вот почему ее не расстроил явный
флирт этой женщины.
Конечно, не расстроил.
— Можно мне еще кофе или он предназначается только для Пита? —
спросила она с едкой улыбкой.
— Да, и мне тоже, — добавил Бретт.
— О, конечно. — Надменно улыбаясь Томми, официантка наполнила им
чашки. — Кто-нибудь еще хочет?
Откликнулись несколько человек, и она неохотно рассталась с Питом.
Пит обнял Томми одной рукой.
— Спасибо, дорогая. Я думал, она сейчас усядется ко мне на
колени. — Он наклонился и поцеловал Томми.
С отсутствием личных отношений было покончено.
В понедельник Томми заехала за Терезой. Обе волновались: ожидалась большая
доставка заказов.
— Вчера я прочла наш основной список, чтобы посмотреть, что еще нужно
купить. Думала, мы уже купили большую часть. Оказалось, нет.
— Ну, может, у нас еще много работы, но по крайней мере сегодня утром
мы узнаем, чего достигли. И я хочу увидеть лицо Пита, когда он придет домой
и обнаружит, что у него есть кровать, на которой он может спать. Не могу
поверить, что он так долго спал на полу.
— И я тоже. Джим говорит, ему не нравится спартанская жизнь.
— Ну, по крайней мере, у нас нашлось нечто общее, — со смехом
сказала Томми. Она покосилась на сестру. — Кажется, ты часто общаешься
с Джимом. Влюбилась?
Тереза покачала головой.
— По-моему, ему просто удобно появляться со мной на вечеринках брата.
— О, жаль.
— Не беспокойся. У меня не разбито сердце. Слушай, давай заедем в
Старбакс
за кофе и пирожными. По-моему, у нас много времени.
— Хорошо.
Спустя неско
...Закладка в соц.сетях
