Жанр: Любовные романы
Только сумасшедшие женятся
...его больше обсуждать, ведь так? — Летти взглянула на него,
ощущая странное чувство сожаления.
— Нет, есть. Впрочем, сейчас не время. Ш-ш, любовь моя.
— Но, Ксавьер...
Однако Ксавьер больше не обращал внимания на ее речи. Рот его двинулся по
щеке, отыскивая нежное местечко за ухом. Зубами он слегка прикусил мочку, и
Летти задохнулась.
— Ты дрожишь, — прошептал он.
— Кажется, я не могу унять эту дрожь.
— Сам немного дрожу, — признался он, слегка улыбнувшись, пока
освобождал ее грудь. — Я так долго ждал эту ночь
— Никто не заставлял тебя ждать, — слегка раздраженно напомнила
она ему в тот момент, когда соски ее напряглись под подушечками его больших
пальцев.
— Знаю, знаю. Моя собственная чертова вина. Время от времени я совершаю
ошибки, но всегда стараюсь исправить их.
Внезапно утверждение прозвучало резко. Летти подняла голову, заглядывая в
его лицо, но в полумраке смогла увидеть лишь сверкающие, как драгоценные
камни, глаза. Они излучали властное желание, от которого у нее перехватило
дух.
— Красивая белая грудь, — пробормотал удивленно Ксавьер. — Ты
прекрасна, любовь моя. Сжигаешь меня изнутри. Ты ведь знаешь это? Прежде я
боялся вот так прикасаться к тебе, потому что знал, как ты на меня
действуешь. Знал, что если начну тебя ласкать, то уже не смогу остановиться.
— О, Ксавьер, ты во мне будишь такое же желание. — Она качнулась к
нему, обняла за талию и прислонила голову к широкому плечу.
— Я рад. Очень, очень рад, что ты настолько хочешь меня.
Руки Ксавьера скользнули по голой спине Летти к ее основанию, а затем
сомкнулись вокруг ягодиц. Он сжал их, и глубоко в его груди родился стон,
когда Летти задрожала. — Я весь горю, любовь моя. Я собираюсь
погружаться в тебя, пока ты сама не запылаешь. На этот раз иного пути нет.
Никакой холодный душ не пригодится сегодня.
— Хорошо. — Она поцеловала его в шею. — Какое счастье.
Ксавьер освободил ее от своих объятий. Потом наклонился и откинул покрывало
на кровати, а затем снова подхватил ее на руки. Когда он поместил ее в
центре постели, Летти инстинктивно потянулась за простыней и натянула ее,
прикрывая грудь.
Ксавьер наблюдал за ее манипуляциями голодными глазами, пока раздевался у
постели.
— Стесняешься? — прошептал он.
— Немного.
— Это пройдет. Я прикоснусь к каждому дюйму твоего тела, а затем буду
целовать каждое место, которого коснулся. К утру ты забудешь значение слова
стесняться
.
Летти наблюдала, как он отбросил в сторону тунику и рубашку. Зрелище его
гладкой обнаженной груди вызвало глубоко внутри страстную, на грани боли
жажду. Она задержала дыхание, когда он скидывал башмаки и лосины. Затем
глаза Летти широко распахнулись при виде его великолепно возбужденного тела.
Ксавьер тихо засмеялся, ложась рядом с ней.
— Почему ты так на меня смотришь, любимая? Снимаешь мерку для гульфика?
Она облизала нижнюю губу, когда его тяжелое бедро расположилось поверх ее
голых ног под простыней.
— Нет. Конечно, нет. Впрочем, должна сказать тебе, что ты, эээ,
определенно не нуждаешься ни в какой дополнительной набивке для его
заполнения, — оправившись, сказала она неестественно легкомысленным
тоном.
Глаза его понимающе потеплели.
— Не беспокойся, Летти. — Ксавьер склонил голову, целуя ее в
плечо. — Я тебе идеально подойду.
— Я в этом не так уж уверена.
— Зато я уверен.
Ксавьер потянул простыню, высвободив ее из судорожно сжатых пальцев Летти, и
медленно спустил вниз до талии. Его рот следовал по пути сползающего края
простыни, медленно зажигая огонь на ее чувствительной коже. Когда зубы его
нежно сомкнулись вокруг соска, Летти уже было все равно, подходят ли они с
Ксавьером друг другу. Теперь она точно знала, что он идеален для нее.
Она выгнулась под его ртом, крепко вцепившись пальцами в его волосы цвета
ночи. Жаркое жидкое возбуждение разливалось по ней, и Летти понимала, что
они с Ксавьером предназначены друг для друга. Она знала это с первого дня их
встречи.
Руки его двинулись ниже, скользя по изгибам и долинам, выискивая все ее
женские секреты. Когда пальцы его достигли внутренней стороны бедра, она
застонала и впилась зубами ему в плечо.
— Я знал, что из тебя получится страстная любовница, — произнес
Ксавьер с глубоким удовлетворением. Рука его накрыла покрытое пышной
порослью влажное местечко между ног. — Боже. Такая жаркая, страстная и
влажная. Любовь моя, я хочу тебя. Как же я хочу тебя.
— Да. О, да. Пожалуйста.
— Коснись меня, — голос Ксавьера уже звучал хрипло. Он поймал ее
руку и направил ее ладонь вниз вдоль своего тела.
Она ощутила, как ее пальцы скользнули по жестким курчавым волосам, а потом
она притронулась к его гладкому мощному члену. Он запульсировал под ее
пальцами, когда она нежно обхватила его.
— О, нет. Погоди, милая. Это плохая идея. — Ксавьер втянул со
свистом воздух и отстранил ее руку от себя. — Это уж слишком, любимая.
Еще пара секунд, и я взорвусь, а мне хотелось бы быть при этом событии
внутри тебя.
Как сквозь туман, она улыбнулась ему, когда до нее окончательно дошло, что
она обладает такой же силой в этой схватке, как и он. Ее руки нежно прошлись
по его бедру и оказались на спине.
— Ты такой сильный и гладкий, — шептала она с удивлением.
— И почти потерял голову. Скажи, что ты хочешь меня, любимая.
Пальцы его нежно скользнули внутрь ее, а затем очень медленно вернулись
обратно.
Летти задохнулась, вздрогнув в ответ.
— Я хочу тебя. Больше всего на свете.
— Бери все, что хочешь, любимая.
А затем он придвинулся, положил ее под себя и устроился между ее ног. Где-то
вдали из коридора раздавался шум. Летти не осознавала ничего, кроме
необходимости ощутить внутри себя Ксавьера, соединиться с мужчиной, которого
любила. Она схватилась за его плечи, впившись ногтями в кожу, и все ее тело
напряглось.
— Полегче, милая.
Пальцы Ксавьера снова нырнули в ее теплое местечко, проверяя, готова ли она.
— Ты такая маленькая. Не хочу причинить тебе боль.
— Ты не сможешь причинить мне боль. Ты никогда не сделаешь мне больно.
Почему-то она была совершенно в этом уверена.
— Да, никогда.
Он мягко раскрыл ее и стал поудобнее устраиваться. Рот его сомкнулся на ее
губах, и одним медленным уверенным неотвратимым толчком он полностью
заполнил ее.
Летти застонала в ответ на это ощущение тесной наполненности. Но этот слабый
звук потерялся во рту Ксавьера. Она вела себя очень тихо, пока ее тело
привыкало к восхитительному вторжению, а потом Ксавьер начал двигаться.
Ритм его движений был медленным, глубоким и невероятно чувственным. В
реальности быть любимой Ксавьером оказалось гораздо более волнующим, чем все
те фантазии, которым она предавалась последние несколько месяцев. Откуда ей
было знать, сколь возбуждает тяжесть его тела, когда он вот так лежал на
ней. Нельзя было вообразить, как действует его покрытая курчавыми волосами
грудь на напрягшиеся соски. Она не понимала, как притягательный мужской
запах его тела будет подвергать ее танталовым мукам.
Но более всего она и представить не могла в мечтах пламенеющий жар,
посылающий сейчас в полет ее чувства.
Ксавьер любил женщин так, как мог только он, Ксавьер, — жестко,
напористо и неистово нежно. Летти ощущала невероятную безопасность и
защищенность, хотя чувства ее были на пределе.
Страсть истощала ее. Что-то внутри Летти все туже и туже сворачивалось с
каждым долгим полным выпадом. Потом Ксавьер протянул руку между их телами,
нашел ее, коснулся и стал мучительно теребить до тех пор, пока она уже не
смогла терпеть. И сломалась.
—
Ксавьер.
— Да. Да. Все. Все, любимая. Давай.
Напряжение внезапно разразилось мягким взрывом, который рябью разошелся по
телу до кончиков ног Летти. Где-то сквозь туман она услышала хриплый крик
удовлетворения Ксавьера, и он так крепко сжал ее, что она с трудом могла
вздохнуть.
Наконец Летти ощутила, как Ксавьер всей тяжестью обмяк на ней, тело его
покрылось испариной. Он пробормотал что-то хриплое и утробное ей в ухо, но
она не смогла различить слов. Ей было лень попросить его повторить их снова.
Помимо прочего, ей и говорить-то сейчас, на самом деле, не хотелось. Эмоции
беспорядочно путались. Ничего не казалось ясным. Все обернулось совсем не
так, как предполагалось.
Это должна была быть наша первая брачная ночь
, — подумала Летти. А
вместо этого она начала роман с мужчиной, за которого когда-то собиралась
выйти замуж.
— Летти? — прозвучал низкий бархатный шепот Ксавьера.
— Да?
— Сейчас все в порядке, не так ли?
Она не понимала, что он имеет в виду. Вместо ответа Летти обняла его
скользкую спину и тесно прижалась. Долгое время она тихо лежала,
прислушиваясь к шумному веселью, царившему снаружи, а затем уснула.
На следующее утро Летти разбудил звонок телефонного аппарата, который
находился рядом с постелью. Она осознала незнакомое ощущение твердой
мускулистой мужской ноги, лежащей поверх ее бедра. Потом открыла глаза и
обнаружила, что пялится на такой же незнакомый на вид полог над кроватью.
Ослепительной вспышкой вернулась память. Телефон зазвонил снова, и тяжелая
нога сместилась. Раздались грохот и приглушенные проклятия, это Ксавьер
добирался до телефонной трубки.
— Кто это, черт возьми? — раздраженно потребовал он ответа, когда,
наконец, прижал к уху телефон. — Если это вы, Пибоди, можете
паковать... Что? А, это ты, Молли. Нет, ты не ошиблась комнатой. В каком
смысле — кто это? Это я, Августин. А кто, по твоему мнению, это мог быть?
Летти села, натянув простыню, чтобы прикрыть грудь, и потянулась к телефону.
— Эй, позволь мне, Ксавьер. Это меня.
Ксавьер одарил ее медленной улыбкой, полной ленивой чувственности и
самодовольства.
— Она, в самом деле, здесь, Молли. Соединяю.
Он вручил телефонную трубку Летти, которая сердито взглянула на него.
— Молли?
— Летти, это ты? — голос Молли звучал встревожено. — Что там
происходит? Семь часов утра. Что Ксавьер делает в твоей комнате? Он что,
провел с тобой ночь?
Летти приставила к спинке кровати подушку и оперлась на нее спиной,
осознавая, что Ксавьер, между прочим, прислушивается к каждому ее слову в
этом разговоре.
— Ну, да, собственно говоря, так и есть.
— Боже милосердный, помолвка же не восстановлена или типа того, ведь
так?
— Нет. — Летти избегала собственнического взгляда Ксавьера. Было
трудно игнорировать большую руку, поглаживающую ее бедро.
— Но ты с ним спишь? Летти, я не уверена, что это хорошая идея.
Информация становится все любопытнее и любопытнее.
Летти подтянула колени вверх и обхватила их рукой. Она скользнула по
Ксавьеру изучающим взглядом, которому тот, впрочем, не придал значения.
— Что случилось, Молли?
— Помнишь, я говорила тебе, что не существует никакого Ксавьера
Августина, совпадающего по описанию или по номеру социальной страховки с
твоим Ксавьером десять лет назад?
— Я помню.
Легкий озноб прошелся по спине Летти.
— Ну, я предположила, что он законно изменил имя, поэтому поискала кое-
какие записи об этом, и ты не поверишь, что получила в ответ.
— Что?
— Запрос, — по-настоящему взволнованно ответила Молли. — Кто-
то хотел знать, почему я ищу информацию на Ксавьера Августина.
— Я не понимаю. Ты имеешь в виду, что кто-то знает, что ты...
о!.. — Летти бросила вскользь еще один тревожный взгляд на Ксавьера,
который, наконец, начал выказывать некоторый интерес к разговору. — Кто-
то знает, что ты делаешь кое-какие изыскания?
— Верно. Что означает, что кто-то установил несколько ловушек в
системе, чтобы поймать того, кто мог бы проявить любопытство. Какой-то
умник. Летти, это может что-нибудь значить. Не знаю, что посоветовать тебе.
Мы, возможно, воистину вскрыли банку с червями. Я могу проигнорировать
запрос и попытаться подойти к проблеме с другой стороны. Но не знаю, что
получится. Ты хочешь, чтобы я продолжила расследование?
— Да, — решительно произнесла Летти, — продолжи.
— Это может быть серьезным делом. Мы можем столкнуться с чем угодно,
начиная от бандитской шайки и кончая правительством.
— О, мой Бог.
— Точно. Очень загадочно, — вторила Молли таким же мрачным тоном,
как у Летти, но подспудно под ним явно кипел охотничий азарт. Молли
наслаждалась.
— Молли, а это не опасно или вроде того, а? — Летти шептала в
трубку, отвернув голову от все более настороженного взгляда Ксавьера.
— Я так не думаю. Не на этой стадии. Не думаю, что кто-то сможет
определить источник поиска, но даже если и сделает это, он только узнает,
что спрашивают откуда-то из Типтонского колледжа. Такое ведь может проделать
всякий, кому доведется сидеть на одном из множества компьютеров здесь, на
территории колледжа.
— Только будь осторожна, ладно?
— Кто бы говорил. Ради Бога, это ведь ты спишь с таинственным
незнакомцем. Последуй-ка своему собственному совету.
— Да, ты права. До свидания, Молли.
Летти вручила телефонную трубку обратно Ксавьеру, который положил ее на
место, не отрывая взгляда от девушки.
— Происходит что-то, что мне следует знать? — Ксавьер закинул руки
за голову, откинулся на подушки и пристально стал изучать Летти.
— Нет. Нет, вовсе нет. — Летти дотянулась до очков и надела их.
Она окинула взглядом Ксавьера, думая, что он никогда еще не выглядел столь
беспутным и опасным, как этим утром. — Молли только болтала о каком-то
проекте, над которым работает. Она очень волновалась.
Летти понимала, что ее голос звучит слишком высоко и тонко. Чтобы скрыть
тревогу, она стала выбираться из постели, по пути захватив с собой простыню.
— Подожди, Летти. Ну-ка, вернись.
Ксавьер пресек ее попытки ускользнуть, мягко взяв Летти за руки и потянув
обратно в постель.
Она отказалась от бесполезной борьбы и попыталась весело и беззаботно
улыбнуться.
— Что-то не так, Ксавьер?
Он задумчиво смотрел на нее снизу.
— Вот уже во второй раз с той поры, как ты здесь обосновалась, Молли
звонит тебе. Я понимаю, что вы близкие подруги, но это немного нелепо. Она
что, беспокоится о том, как ты проводишь здесь время?
Летти ухватилась за этот предлог.
— Да, боюсь, что так. Она не была уверена, что мне следовало принимать
приглашение Шелдона, видишь ли.
Ксавьер обдумал объяснение, а потом потряс головой.
— Нет, здесь еще что-то кроется. Ты так же интересуешься Молли, как и
она тобой. Если задуматься, то ты странно вела себя оба раза, когда говорила
с ней по телефону. Что происходит, Летти?
Летти решила, что лучшая защита — высокомерное поведение. Она снова села и
вздернула подбородок.
— По правде говоря, Ксавьер, это не твое дело. У нас с Молли был личный
разговор. Он не имел ничего общего с тобой.
— Интересно.
Она сузила глаза.
— Что интересно?
— Никогда прежде не видел, как ты пытаешься лгать. У тебя не очень
хорошо получается. Вероятно, сказывается недостаток опыта, —
самодовольно заключил он.
Летти взвилась.
— Ну и что? — необдуманно возразила она. — Полагаю, у тебя его в избытке, не так ли?
Что-то холодное появилось в его взгляде. Но тон оставался угрожающе мягким.
— У меня в избытке, чего? Опыта по части лжи? Ты это хочешь сказать?
Слишком поздно Летти поняла, что ступила на зыбкую почву. Она предприняла
еще одну попытку освободиться, потянув за собой простыню, и, наконец, смогла
встать рядом с кроватью.
— Забудь. Я всего лишь расстроена. Ненавижу, когда ты говоришь мне,
сколь наивной, чопорной и добродетельной я являюсь. Я меняю свой имидж.
— Летти...
— А сейчас, если позволишь, я хотела бы принять душ и одеться. —
Она неловко схватилась за простыню, стараясь обернуть ее вокруг себя так,
чтобы не предоставить взору Ксавьера неограниченный доступ к своей тыловой
части, пока она будет добираться до ванной. — Этим утром намечается
парочка семинаров, которые я хотела бы посетить, но прежде мне нужно
позавтракать.
— Летти, ты трусишь.
— Я не трусиха, — взбесилась она вдруг от незаслуженного упрека.
— Я никуда не собираюсь, и ты никуда не пойдешь, пока не озвучишь мне
настоящую причину, зачем вчера и сегодня утром тебе звонила Молли.
Летти вперила в него взгляд, придя в ярость от его неумолимой позиции.
— Я не обязана давать тебе объяснений, Ксавьер Августин.
— Черт возьми, обязана. Мы помолвлены.
— Мы не помолвлены, — завопила Летти.
Глаза его похолодели, как глубины зеленого моря.
— Ты все еще настаиваешь на этом после всего того, что было между нами
прошлой ночью?
— Прошлой ночью мы начали роман, а не возобновили помолвку, —
орала Летти, уже почти добравшись до порога ванной комнаты. Простыня
волочилась за ней по полу. — Я думала, ты это понял. Это твоя идея,
черт возьми. Помнишь?
Почему бы не завести роман с мужчиной, которого ты
любишь, Летти
?
Лучший способ окунуться в роскошную, полную приключений
жизнь
?
Прекрасно и безопасно
— так ты говорил.
— А ты? — спросил тихо Ксавьер.
— Что я?
Она чувствовала себя взволнованной и полностью выбитой из колеи в данный
момент.
— Ты все еще любишь меня?
— Не все ли тебе равно?
Она была уже почти у двери в ванную. Еще пара шагов, и она в безопасности.
— Так уж случилось, что мне отнюдь не все равно... — Ксавьер
вскочил с кровати, не обращая внимания на собственную наготу, и проследовал
за Летти. — Я хочу знать, Летти. Из-за чего все эти телефонные звонки?
— Почему это я должна тебе говорить?
— Потому что ты не покинешь эту комнату, пока не скажешь, —
невозмутимо изложил он.
— Ладно, — резко начала Летти, стоя на пороге ванной комнаты и
чувствуя себя уже в безопасности. Она гордо подняла подбородок, все еще
прижимая к груди простыню. — Я скажу тебе, о чем был разговор. Я навожу
о тебе справки, Ксавьер Августин. Выясняю, кто ты на самом деле. В конце
концов, если уж я собираюсь завести с тобой роман, мне следует немного знать
о тебе, ты так не считаешь? Женщине в моем положении не помешает излишняя
осторожность.
— Наводишь обо мне справки? Что, черт побери, это значит? Что там
проделывает Молли?
— Она ищет информацию на тебя через библиотечную компьютерную
систему, — сообщила ему холодно Летти. — Такое же расследование,
как провел ты по поводу меня. Око за око, Ксавьер.
— Расследование? По моему поводу? — Глаза Ксавьера стали холодными
как никогда, ни одного следа теплоты или нежности не осталось в чертах
сурового лица.
— Точно.
Сейчас Летти по-настоящему испугалась. Она никогда не видела Ксавьера в
таком состоянии. Она подхватила болтающийся хвост простыни и перекинула
через порог. Потом хлопнула перед его носом дверью и закрылась на замок.
— И еще кое-что скажу тебе, — прокричала она через закрытую
дверь. — Молли уже обнаружила кое-какие интересные факты о тебе, Святой
Августин.
— Например? — проорал в ответ Ксавьер.
— Например, факт, что ты даже не существовал еще десять лет назад.
Летти испытала недолгое удовлетворение, поняв, что она, наконец, взяла верх
над Ксавьером Августином.
А затем в дверь ванной впечатался кулак Ксавьера, да так, что та чуть не
слетела с петель.
Вздрогнув, Летти подскочила и схватилась за комод. Она перевела дух и
уставилась, широко открыв глаза, на закрытую дверь.
— Ксавьер?
Ответа не последовало, только зловещая тишина снаружи.
Глава 7
Ксавьер, как зверь, метался по комнате, прилагая немалые усилия, чтобы
успокоиться. Он запер смежную к номеру Летти дверь, так как чрезвычайно
боялся окончательно потерять самообладание при виде девушки, если она,
наконец, рискнет выйти из ванной. Давненько он не пребывал в такой ярости.
И никогда прежде в своей жизни не был так испуган.
Летти дала добро Молли Суит провести по нему расследование. Он поверить не
мог. Какая наглость! Типичная подлинная женская дурость. Кем, черт возьми,
она себя воображает?
Леди со склонностью к мести, вот кто она. Она отплатила ему той же монетой.
Ксавьер застыл у окна и стал глядеть на море. Летти с ним расквиталась. И по
ходу дела она могла бы отомстить даже сильнее, чем рассчитывала. Она могла
бы разрушить ту новую жизнь, что он для себя построил.
Он явно совершил огромную ошибку, подрядив Хоука провести проверку прошлого
своей будущей невесты, мрачно пришел к выводу Ксавьер. Все, ради чего он
работал, все, что так тщательно планировал, разваливалось на глазах из-за
этого расследования.
Прошлой ночью он был так уверен, что исправил нанесенный им вред, так
убежден, что она снова в его руках. Летти отдалась ему полностью, так легко
и замечательно сдавшись, что он аж изумился. Любить ее оказалось даже более
восхитительным, чем он мог когда-либо представить, и, по его убеждению, для
нее все было столь же замечательно. Она вспыхивала пламенем в его объятиях.
Но сейчас Летти объявила, что не только не имеет стремления связывать себя
чем-то более серьезным с ним, помимо романа, она копалась в его прошлом в
точности, как он в ее собственном.
Однако в отличие от нее, Ксавьер знал, что его прошлое при более близком
рассмотрении не устоит.
На деле же вопрос состоял в том, насколько хороша Молли Суит в компьтерных
делах? Все-таки, насколько может быть проницательна эта маленькая
библиотекарша?
Воспользовавшись тем, что Летти была в душе, Ксавьер решил кое-что сделать.
Он отвернулся от окна, опустился в кресло и взял телефон. Выйдя на внешнюю
связь, он по памяти набрал номер.
Ему ответили после второго звонка.
— Да? — знакомый мужской голос был низким и охрипшим от сна.
— Хоук? Ты проснулся? — Пальцы Ксавьера сжали телефонную трубку.
— Нет. А что, по голосу не слышно, что я сплю? Черт. Это ты, Августин?
Я пытался с тобой связаться. Где ты, черт возьми?
— В небольшой гостинице на побережье в Орегоне, — раздраженно
уточнил Ксавьер. — Хоук, там ничего не происходит с моими старыми
записями?
— Кто-то задает вопросы, приятель. — Сейчас сонных интонаций в
голосе Хоука как не бывало. — Не знаю, как далеко он зашел, но факт
налицо. Должно быть, кому-то случайно повезло. Я попытался дозвониться до
тебя прошлым вечером, но не смог. Что происходит? Нечто серьезное? Это не
похоже на обычную проверку кредитоспособности.
Ксавьер вздохнул.
— Ты не поверишь. У моей нареченной есть друг, который по компьютеру
прощупывает мою подноготную. Этот друг уже определил, что я не существовал
десять лет назад.
— Не шутишь? — Хоук был явно впечатлен. — Быстрая работа. Кто
этот друг? Он явно хорош в этом деле. Отдаю должное.
— Имя друга Молли Суит.
— Ух, ты? Женщина?
— Она работает библиотекарем в Типтонском колледже, и мне наплевать,
насколько она хороша. Я хочу ее остановить.
— Я послал обратный запрос об идентификации, но она немедленно
уклонилась. Потом она, очевидно, не выходила этой ночью в сеть. Я не получил
больше отклика, когда пытался выманить ее.
— Не думаю, что она собирается сдаться. Не раньше, чем Летти даст
указания. Ты можешь с этим справиться?
— Я попытаюсь. Но было бы проще, если бы ты рассказал своей милой
правду.
— Нет, — отрезал Ксавьер. — Еще нет. У меня и так сейчас
достаточно хлопот.
— Каких хлопот?
Ксавьер потер затылок.
— Она пытается отменить свадьбу. Заявила, что хочет ограничиться только
романом.
— Наша милая чопорная правильная малышка доктор Конрой отменила свадь
...Закладка в соц.сетях
