Жанр: Любовные романы
Странные игры
...у. — Робин прокашлялась. — Я даже думаю, он вообще был не в
курсе того, что вы совершили, — с его-то равнодушием ко всему, что
здесь происходило!
Прямо в точку, подумал Итан, но оставил это при себе.
— Поскольку я подписывала договор о съеме квартиры у прежнего
менеджера, для меня остаются в силе все наши с ним договоренности... — Зоя
приостановилась и испепелила Робин взглядом, — и я расцениваю попытку
их исказить как нарушение прав квартиросъемщика! Предупреждаю, если вы
собираетесь настаивать на своем, я вызову адвоката.
— Это излишне! — поспешно заверила Робин. — Мы с вами
взрослые люди и сумеем обойтись без вмешательства закона. Ради Бога, пусть
ваш замок остается, только предоставьте мне запасной ключ.
— И думать забудьте.
Меньше всего Итану хотелось вмешиваться в женский спор, но ситуация не
оставляла выбора Он сделал шаг к Робин.
— Надеюсь, вы не против объяснить нам, каким образом выяснилось, что
ваш ключ не подходит к замку Зои?
Робин выпрямилась, полная оскорбленного достоинства.
— Разумеется, объясню. Это выяснилось, когда я пыталась впустить к ней
в квартиру ремонтного рабочего. Кстати, я была бы вам весьма признательна,
если бы в будущем вы ставили меня в известность о вызове мастера по любому
виду ремонтных работ. Только так я могу быть в курсе происходящего во
вверенном мне жилом комплексе. Надеюсь, вы меня понимаете?
Итан заметил, что Зоя конвульсивно стиснула в руках свой пакет, так что
побелели пальцы. В ее быстром взгляде была тревога, почти страх.
— Иными словами, мэм, сегодня в течение дня кто-то пытался получить
доступ в квартиру Зои?
— Разве я не объяснила это вам на чистом английском? Я взяла на заметку
тот факт, что вы не обговорили со мной визит наладчика, но решила не
поднимать шума и просто впустить его, так сказать, в виде личной услуги.
Однако ключ не подошел, и ему пришлось уйти ни с чем.
— А какой это был наладчик?
— Что значит — какой? — нахмурилась Робин. — Вы не помните,
кого вызывали? Телевизионный мастер. Явился в полдень. Довольно странный час
для визита, на мой взгляд. Чисто случайно я задержалась в офисе, хотя обычно
в это время уже выхожу на обед. Телефонный звонок, знаете ли. Так вот, этот
ваш мастер...
— Никакого мастера мы не вызывали, — перебил Итан. Робин
запнулась, поморгала, затем снисходительно улыбнулась:
— Ну конечно, вызывали. У него был формуляр на производство работ,
заполненный по всем правилам.
— Значит, вы со спокойной совестью могли впустить ко мне в квартиру
незнакомого человека? — Зоя так и кипела от возмущения.
— Что значит — впустить? — вознегодовала Робин. — Я бы
никогда не оставила ремонтного рабочего одного в квартире! Осуществлять
надзор за ходом работ — моя обязанность, и все мастера, все рассыльные, все
подсобные рабочие об этом осведомлены! Если квартиросъемщик отсутствует, я
как бы представляю его, то есть неотлучно нахожусь при рабочем, пока он не
покинет квартиру. Как раз, поэтому и нужно ставить меня в известность о
вызове.
— Опишите мне этого человека, — попросил Итан, стараясь сохранить
ровный тон, что было нелегко.
Робин снова поморгала, и что-то в ее лице изменилось. Очевидно, до нее
начало доходить, что не все в порядке.
— Ну... он выглядел как... как обычный ремонтник!
— То есть?
— Был в униформе, с чемоданчиком, в каких носят инструмент, и с
правильно заполненным формуляром.
— Рост? Цвет волос? — потребовала Зоя.
— Возраст, хотя бы примерно? — добавил Итан.
— Цвет волос? — Окончательно потеряв почву под ногами, Робин
начала отступать к суверенной территории своего кабинета. — Я, знаете
ли, как-то не обратила внимания...
— Хотя бы стрижка или хвост?
— Стрижка! — Еще шаг назад. Гладкое сердечко лица жалобно
сморщилось. — Но я не уверена. Он был в головном уборе.
— А как его имя? Хоть это вы знаете?
— Нет. — Робин сглотнула. — Кажется, там была карточка, у
него на кармане, но я не... что-то длинное!
— А название фирмы?
— Не помню! — в отчаянии возопила Робин, глаза у нее уже были на
мокром месте.
Ну вот, подумал Итан, сейчас ударится в слезы. Так ей и надо!
— Ладно, забудем. Мы хотели бы выяснить насчет этого визита, но где и у
кого? Скорее всего, это вообще был не мастер, а грабитель, переодетый
мастером, и явился он не для ремонта, а чтобы унести телевизор или, упаси
Боже, компьютер.
— Да, но я была бы при нем! — бледнея, воскликнула она. — Я
бы ничего подобного не допустила!
— Может, вы бросили взгляд на его машину? — спросил он без особой
надежды.
— Нет... — раздался сдавленный шепот.
— Теперь, надеюсь, вам понятно, отчего я предпочитаю не давать
менеджерам запасных ключей, — безжалостно заключила Зоя и продолжала
путь вверх по лестнице. — Идем, Итан! Мне нужно выпить чего-нибудь
покрепче.
— Если вспомните что-нибудь особенное насчет этого лжемастера,
пожалуйста, дайте мне знать, хорошо?
— Зачем? — тупо спросила Робин.
— Чтобы его разыскать. И спросить, какого дьявола ему понадобилось в
квартире Зои.
— А если он не лжемастер? — промямлила она. — Если просто
ошибся адресом?
— Тогда ему нечего опасаться моих расспросов. И потом это еще надо
выяснить. Кстати, — добавил он, уже уходя, — это в ваших же
интересах. Если это грабитель, он может повторить попытку с любой другой
квартирой, в любой другой день, теперь, когда знает, что вы готовы услужливо
отпереть для него любой замок.
Робин закрыла лицо руками и, всхлипывая, укрылась в своем кабинете. Дверь
захлопнулась.
Зоя, уже скрывшаяся за поворотом, высунула голову и оглядела дверь с
надписью
Менеджер
. Лицо у нее было сочувственное.
— Тебе не кажется, что мы переборщили? Может, вернуться и как-то... ну,
утешить, что ли?
— Еще чего! — Итан потянул ее за собой за руку. — Пусть
немного помучается. В конце концов, она долго напрашивалась.
— Наверное, ты прав. Знаешь, что? — Что?
— Ты ведь тоже думаешь, что это не был просто случайный грабитель,
правда? Что это как-то связано с тем, что за Аркадией следили?
— В самом деле, такая мысль пришла мне в голову. — Пока Зоя
отпирала дверь, Итан раздумывал, потом добавил: — Надо связаться с Гарри.
Он зашел на кухню положить пакет на стойку, потом в гостиной снял трубку
телефона.
— Если это имеет отношение к тому, что происходит вокруг Аркадии, то
при чем тут моя квартира? — спросила Зоя.
— Почему бы и нет? Из слежки за Аркадией он должен знать, что вы
подруги. У кого еще и разжиться информацией, как не у тебя?
Зоя, явно тоже во власти раздумий, начала выгружать продукты.
— В тот раз была престарелая туристка, на этот раз — кто-то мужского
пола. Если за всем этим стоит Грант Лоринг, у него целая армия приспешников!
Мы знаем о двоих, но их может быть гораздо больше.
— А может, это был он, собственной персоной.
— Черт возьми, об этом я не подумала. Пропади пропадом Солдафон со
своей любовью к правильно заполненным формулярам! Лучше бы она
интересовалась человеческим фактором.
— Типичный свидетель. Из них сроду не вытянешь ничего толкового —
просто не замечают. Чего ради? — Итан набрал номер.
— Хм. Зато она замечает каждое отклонение от ее драгоценных правил. Для
нее это прямо-таки скрижали. Десять заповедей!
Зоя открыла холодильник и встала перед ним, прикидывая, куда поставить
пакет.
— Что это за пойло? Насколько я понимаю, не молоко, — заметил Итан
с трубкой возле уха.
— Молоко, только соевое, — рассеянно ответила Зоя, пристраивая в
отделении для овощей большую сетку брокколи. — Я прочла, что оно
снижает холестерин и отлично действует на простату.
— Ах, вот как!
Внезапно Итан почувствовал, что уже способен с надеждой смотреть в будущее.
Раз Зоя заботится о его простате, значит, намерена быть с ним до старости.
Ну, разве не славно?
Когда Гарри Стэгг наконец соизволил снять трубку, он услышал в ней довольное
насвистывание.
Глава 27
Много позднее, когда ужин был съеден, со стола убрано и тарелки составлены в
старенькую моечную машину, Зоя принесла в гостиную два пузатых бокала
бренди.
Итан снова был у телефона и разговаривал на этот раз с Синглтоном, за
сегодняшний вечер это был его шестой звонок.
Водрузив бокалы на журнальный столик, Зоя внимательно изучила суровое, умное
лицо мужа. Он был как будто весь в разговоре, но не глух к окружающему и
говорил тем ровным и нейтральным тоном, который, как она уже успела понять,
принимал в стадии предварительного расследования. Она называла это
охотой
,
потому что в Итане брала верх иная, более мужественная часть его
я
.
Впрочем, хищная энергия, которой он бурлил, находилась в железной узде.
Просто поразительно, как он был вынослив в преследовании добычи. Даже
изнуренный, он не бросал погони, пока еще мог сделать хоть один шаг. Сама
Зоя не претендовала на выносливость. К этому времени она едва держалась на
ногах — и неудивительно, ведь ни одному из них так и не пришлось поспать в
эту ночь, когда Гарри и Аркадия объявились у дверей. Но если она лишь
изводилась беспокойством за подругу и размышлениями о том, как вписывается в
общую картину Линдси Войл, Итан еще и действовал.
Возможно, как раз в этом он и нуждался. Изматывающая работа отвлекала от
тягостных воспоминаний, от чисто ноябрьской хандры.
— Точно. Согласен. Если будет что-то новое, сразу звони. Положив
трубку, Итан принялся делать записи в блокноте.
Только покончив с этим, он заметил на столике бренди.
— Спасибо!
— Пожалуйста. — Зоя уселась в свой угол дивана и по привычке
свернулась калачиком. — Что-нибудь интересное?
— Объявился Лавочник. — Итан помолчал, сидя с опущенными между
коленей руками, но на этот раз вертя в них бокал. — Говорит, нашел
конкурента по созданию новых личностей, сильного, который вполне мог
состряпать такую для Гранта Лоринга.
— По-моему, отличная новость. Зная, что у Гранта теперь новое имя, мы можем взяться за поиски.
— Взяться можем, но не обязательно найдем. Он мог не раз сменить имя за
время поисков Аркадии — Бокал продолжал размеренное вращение, отливая
янтарем в свете лампы. — И все же это хорошее начало.
— Тогда над чем ты так задумался?
— Над тем, что наши предпосылки могут быть и неверны. — Итан с
усталым вздохом откинулся на спинку дивана. — Мы исходим из того, что
за всем этим стоит Грант и что его цель — добраться до Аркадии. А если
происходит что-то совсем другое?
— Но согласись, это наиболее вероятно.
— Как раз, поэтому не стоит забывать о других возможностях. — Не в
силах оставаться в покое, он снова наклонился вперед и свесил руки с бокалом
между коленей. — Трудно увязать столь реального и приземленного типа,
как Грант Лоринг, с тем, на что ты наткнулась в библиотеке и в кабинете
Аркадии.
Сердце Зои ухнуло, бокал в руках дрогнул, и она сочла за лучшее поставить
его.
— Что у тебя на уме? Скажи прямо! По-твоему, мне все это почудилось?
— Начнем с того, что об этом думаешь ты сама. Ты совершенно уверена,
что это не игра воображения?
— Совершенно, — сказала Зоя сквозь зубы.
— Тогда и у меня нет причин так думать, потому что я доверяю твоим
суждениям. Суждениям и... м-м... интуиции.
Зоя промолчала. Она была слишком утомлена, чтобы затевать спор о
парапсихологии и о своих сверхъестественных способностях. Им хватало проблем
и без этого.
Молчание длилось довольно долго. Они потягивали бренди, позволяя тишине
углубляться, сгущаться вокруг. В поисках более безопасной темы Зоя вспомнила
разговор, прерванный Робин Дункан.
— Я все-таки не могу взять в толк, как мог Нельсон Раднор обратиться к
тебе насчет слежки за женой. У него же целый полк подневольных сыщиков!
— Он сказал, что не желает давать повод для сплетен, и тут я его вполне
понимаю.
— Да, я не подумала. Наверняка это ужасно, когда подчиненные судачат о
твоих семейных неурядицах. — Она вздохнула. — Какая неприятная
штука эти дела об измене... Как может муж обращаться к постороннему, чтобы
подтвердить или опровергнуть свои подозрения? А уж если он знает толк в
расследованиях, вообще непонятно. Мог бы сам за это взяться, и не пришлось
бы посвящать других в личные дела.
Прежде чем ответить, Итан вдумчиво изучил янтарные глубины своего бокала.
— Он, в самом деле, хочет получить ответ, но из этого автоматически не
следует, что он жаждет видеть свою жену с другим, даже на фотографии. Быть
брошенным — это... — Он запнулся, но продолжил: — Это тяжелое испытание для
любого мужчины.
Разумом Зоя уловила подтекст, а шестым чувством ощутила, как на светлую и
ясную ауру Итана словно пала темная тень. Он, конечно, вспоминает какой-то
из предыдущих браков, а может, даже и не один. Ведь не могли же они
распасться просто так, без причины. Только это, конечно, не был Итан — он не
мог. Наверняка какая-нибудь из жен развлекалась на стороне.
Ей пришло в голову, что для мужчины, у которого за спиной, можно сказать,
уже четыре брака, Итан удивительно старомоден в вопросах верности и чести.
— Бывает и наоборот, — резонно заметила она. — Думаешь, легко
быть брошенной? Скажем, ехать по делам и вдруг заметить, как муж
поворачивает в мотель с женщиной на соседнем сиденье? Иногда думаешь, что
лучше оставаться в неведении.
— Не каждый на это способен. По крайней мере, мужчина обычно хочет
знать правду, как бы больно это ни оказалось. — Он допил бренди и с
решительным стуком поставил бокал на столик. — На то и существует
частный сыск.
— А вот ты не стал бы обращаться к постороннему. Если бы дело дошло до
поисков правды, занялся бы этим сам. Нанять кого-то для слежки за женой...
по-моему, это гадко.
— По-моему, тоже. Нет, я не стал бы никого нанимать.
Тон показался Зое очень странным: одновременно резкий и унылый. Она
прикинула, что может снедать Итана, но не сумела определить и еще больше
встревожилась.
Снова воцарилась тишина, на этот раз заметно тягостная для обоих. Внезапно
ответ пришел, и он был таким неожиданным, что она захлебнулась очередным
глотком.
— Итан!!! — Что?
— Нет, не может быть! Поверить не могу, что ты... нет, в самом деле,
это уж...
Она не знала, как поделикатнее подать то, что пришло в голову, — слова
просто не шли с языка. Тем не менее, нельзя было заикаться до бесконечности.
О таком не молчат.
— Ты ведь не подозреваешь меня? Не думаешь, что у меня кто-то есть?
Итан посмотрел растерянно, словно она попросила дать краткое определение
тому, как возникла и развивалась Вселенная. Потом это прошло, и когда он,
наконец, ответил свое
нет
, взгляд был прямой и открытый. Зоя взвесила
нет
, нашла его категорическим и безапелляционным и несколько успокоилась.
— Ну, спасибо! Ты пролил бальзам мне надушу. — В настойчивой
потребности подкрепиться она сделала хороший глоток из бокала. —
Признаюсь, на какой-то момент мне показалось, что сегодняшний визит
подтолкнул тебя к далеко идущим выводам.
— Ты бы не могла меня обманывать.
Уверенность в его голосе тронула Зою до глубины души.
— Я о тебе того же мнения. Видишь, не такие уж мы разные, есть кое-что
общее.
— И на том спасибо.
Сердце у нее екнуло, вторично за последние пять минут. Что с ним такое?
Словно гонки по пересеченной местности: только покажется, что дорога
наладилась, как новый ухаб!
— Нет, в самом деле, иметь что-то общее очень важно, — заговорила
она, чтобы не допустить очередной натянутой паузы. — Одинаковый
моральный кодекс — залог долгосрочных отношений.
Черт! Черт! Ни дать ни взять психоаналитик, начитавшийся популярной
литературы. Впору книгу писать — Зоя Труэкс,
Десять простых правил, как
построить идеальный брак
.
— Может, тебе трудно поверить, — сказал Итан с мрачной иронией, — но я сам догадался.
— Итан! — Зоя почувствовала, что с нее довольно загадок. —
Что с тобой? Ты ведешь себя странно!
— Извини. — Трогательно беспомощным жестом он потер шею под
волосами. — Это был нелегкий день.
— Мы только что выяснили, — начала она, собираясь с силами для
серьезного разговора, — что я не изменяю тебе, и не могла бы. Значит,
это отпадает. Тем не менее, тебя что-то беспокоит. Я чувствую, что это имеет
какое-то отношение к нам двоим, именно к нам, а не к смерти твоего брата или
тому, что творится вокруг Аркадии. Давай это обсудим.
Взгляд Итана стал тяжелым, но не ушел в сторону.
— Знаешь, недаром говорят, что не стоит будить спящую собаку. Порой знать правду — себе дороже.
— И все же лучше, если ты задашь все вопросы, которые накопились. Прошу! Неведение не для меня!
Итан выпятил челюсть. Зоя решила, что услышит категорический отказ, однако
лицо его смягчилось.
— Ладно, будь, по-твоему. Я часто раздумываю о том, не жалеешь ли ты, что вышла за меня замуж.
— Что?
— Допустим, ты остаешься со мной из чувства долга. Этот твой моральный
кодекс... зная тебя, можно предположить, что верность стоит в нем на первом
месте. Ты из тех, что держит клятву даже в ущерб себе самой.
Зоя была так поражена, что несколько долгих минут смотрела на него круглыми
глазами, не находя слов. Подобный оборот просто не приходил ей в голову.
— Да, но... — пришлось пару раз сглотнуть, чтобы пересохшее горло
заработало, — с чего ты взял?
— Хотя бы с того, что порой ты, замыкаешься, уходишь в свою
раковину. — Он смотрел с каменным лицом, из-под сдвинутых
бровей. — В последнее время это случается все чаще, и почти каждый раз,
когда разговор заходит о твоих парапсихологических способностях.
— Но, Итан...
Зоя прикусила язык, понятия не имея, что делать с его откровениями, тем
более что это было прямое попадание. Итан оказался более чутким, чем она
думала. В самом деле, чем дальше, тем сильнее она мучилась сознанием того,
что ее дар для него — пустое место.
Но винить его за это было бы несправедливо. Другое дело, если бы он не желал
принять ее дар. Он не может, не способен. Для человека, который привык
руководствоваться соображениями разума, это в лучшем случае самообман, в
худшем — мошенничество.
— Так вот, — бесстрастно продолжал Итан, — у меня такое
чувство, что, если я так и не куплюсь на твою теорию
шестого чувства
, ты
откажешься терпеть меня рядом в качестве мужа. Я прав?
Зою охватила паника. Разговор был неизбежен, но случился он в неподходящий
момент: слишком рано, не в той обстановке!
В голове пронеслось что-то вроде того, что, быть может, говорит мужу
застигнутая с поличным жена:
Хорошо, хорошо! Я надеялась, что это не
выплывет так скоро. Но раз уж так вышло, можешь подавать на развод. Я люблю
этого человека и готова на все, лишь бы с ним остаться
.
Всегда хочется оттянуть неизбежное. С Итаном этот номер не пройдет. Для него
легче рубануть сплеча, чем прятать голову в песок.
Зоя обхватила колени руками. Трудно сглотнула. Сделала глубокий вдох.
— У меня тоже есть свои опасения. Вот какие. Боюсь, если ты так и не
сумеешь принять эту часть моей натуры, то просто не сможешь со мной
оставаться. Ни как муж, ни как любовник, ни как друг — ни в каком качестве.
Не поженись мы, можно было бы еще как-то прокантоваться, но печать все
меняет.
— Каким образом?
В пальцах возникла тупая ноющая боль. Опустив взгляд, Зоя увидела свои руки.
Они были переплетены так тесно, что пальцы совсем побелели.
— У меня это тоже не первый брак, Итан. В первом я, если можно так
сказать, жила во лжи — скрывала правду о том, какая я на самом деле.
Престона я любила, но сознавала, что он никогда не сумеет принять моих
парапсихологических способностей. Он счел бы меня не вполне нормальной и в
лучшем случае жил бы ожиданием того, когда это начнет прогрессировать, а
может, даже понуждал бы меня к лечению. Разумеется, из самых лучших
побуждений, но брак стал бы невыносим для нас обоих.
— Ты так ему и не сказала?
— Не хотела возлагать на его плечи непосильное бремя. Не хотела
разрушать то, что мы уже построили. Однако жизнь во лжи тоже не каждому по
плечу. Мне все время приходилось притворяться... нормальной. Позже, когда
Престона не стало, я часто просыпалась на рассвете и лежала без сна, думая о
том, как это было бы, как могло бы быть, если бы я...
— Рассказала ему?
Глаза Зои наполнились слезами. Она прикрыла их и кивнула. Слезинка
выскользнула из-под ресниц и покатилась по щеке. Еще одна, еще. Нет, только
не сейчас! Сейчас не время! Что хорошего это принесет, если она вконец
рассопливится? Итан подумает, что она решила воспользоваться основным
оружием женщины, чтобы настоять на своем.
Зоя расплела оледеневшие пальцы и яростным жестом отерла щеки.
Теперь хорошо бы сделать вид, что ничего особенного не случилось. Итан
подыграет, он ведь не выносит сцен.
Опять притворство? Ну и ладно, в конце концов, она в этом эксперт.
Притворялась в прошлом, притворится и теперь.
Зоя осторожно приподняла веки и встретила испытующий, очень пристальный
взгляд.
— В те ночи после смерти Престона ты изводилась виной. Так?
— Главное, тем, что не пошла на это раньше. Ведь рано или поздно я бы
рассказала, честное слово, рассказала! Этот секрет не из тех, которые можно
хранить вечно. Только не в браке.
Итан придвинулся вплотную, обнял Зою за плечо и привлек к себе. Пришлось
бороться с собой, чтобы не спрятать лицо у него на груди.
— Сдается мне, ты так и не поняла, что между твоим первым браком и
браком со мной есть громадная разница. — Итан поднялся, увлекая ее за
собой, и повернул так, чтобы смотреть в лицо. — Здесь тебе не нужно
притворяться, хотя бы потому, что я изначально наслышан о твоих
сверхъестественных способностях.
— Да, но ты в них не веришь, а это низводит ситуацию до того же самого
уровня!
— Позволь с тобой не согласиться. Вот как я это вижу. Ты убеждена, что
обладаешь способностями к парапсихологии, и я знаю, что ты в этом убеждена.
Сам я тоже совершенно уверен, но в другом — что у тебя куда более развита
интуиция, чем у обычного человека. Все сводится к тому, каким понятием
каждый из нас оперирует, но не меняет того факта, что мы оба принимаем тебя
такой, какая ты есть. Ты не стремишься обратиться к врачу, и я тебя к этому
не неволю Ты знаешь, что вполне психически нормальна, и я это знаю.
— Итан!
— С тобой случилось в жизни много очень неприятных вещей, и все из-за
чрезмерно развитой интуиции. Вот почему ты считаешь, что можешь только
притвориться нормальной, а на деле таковой не являешься.
— Вот именно, не являюсь! Я не обычный, не средний человек! —
воскликнула Зоя, конвульсивно сжимая и разжимая пальцы.
— Я тоже не назвал бы себя таким. Помнишь, я говорил, что был прямой
противоположностью брату? Он всегда и во всем поступал так, как следует,
оправдывал и даже превосходил все ожидания, шел по жизни самым прямым путем,
всегда по восходящей — от детского сада к собственной компании, и где-то на
этом пути обрел совершенно нормальный брак и пару отменных сыновей.
А потом был убит, подло и хладнокровно, продолжала про себя Зоя. Ушел из
жизни, оставив на попечение Итана все, что имел, — заботиться и заодно
искать математически чис
...Закладка в соц.сетях
