Жанр: Любовные романы
Райская сделка
...-то приличий. Уитни стояла в
одной рубашке, ожидая, когда он встанет, и наконец в ее глазах зажегся коварный огонек. Она
сняла рубашку и медленно стянула с него одеяло.
Гарнеру потребовались все силы, чтобы лежать тихо, когда она коснулась его своим
прохладным гладким телом и, судя по всему, уселась рядом и нагнулась к его спине.
- О Господи, Уитни! Ты хочешь меня укусить? - Он весь сжался от страха. Она нашла
особое местечко на его спине, поближе к правому боку.
- М-м-м... - Уитни еще раз легко куснула его. Гарнер дернулся и изогнулся,
вцепившись в простыни. Ее смех, чуть хрипловатый и коварный, подготовил его к третьему
укусу, который так его возбудил.
Он почувствовал, что совершенно проснулся, попытался перевернуться, но Уитни
прижала его к кровати и начала нежно покусывать его спину вверх до шеи. Гарнер прикрыл
глаза от удовольствия.
- Если... - проговорил он сквозь стиснутые зубы, извиваясь и напрягаясь от все
большего возбуждения, - если ты решила это сделать... тогда прошу тебя оставлять следы
укусов только в местах, где их не увидит мой камердинер.
Лицо Уитни опять осветилось разрушительной улыбкой Далилы.
- Может, тебе стоит сделать камердинером Бенсона? Уж он-то точно ничего не
заметит. - Она уже покусывала мочки его ушей и мурлыкала.
- Бенсон. Что ж... я об этом подумаю, - проговорил Гарнер, делая вид, что сдается, но
быстро перевернулся, схватил ее за руки и притянул на постель. В следующее мгновение она
уже лежала под ним, отчаянно пытаясь вырваться. - Но сначала... Мне нужно свести с вами
счеты, милая барышня. У вас есть привычка вонзать в меня зубки, а я уже предупреждал, что
когда-нибудь вам придется за это поплатиться. - Он развел в стороны ее руки и прижал их к
кровати. - И этот час настал!
- Нет... Гарнер! - Уитни начала вырываться, глаза ее стали огромными, когда он
обнажил зубы и угрожающе зарычал. - Нет... правда... Ой!
Он приблизил зубы к ее оголенному плечу, затем слегка стиснул их в сочном местечке.
Уитни беспомощно пыталась вырваться, и глаза ее округлились еще больше, когда она увидела,
куда он нацелился дальше.
- Не надо, Гарнер... Ой! О!
Он покусывал ее, начав с грудей, затем двинулся к внутренней стороне предплечий, к
нежному изгибу талии и плоскому животу, разжигая в ней страсть и не обращая внимания на ее
мольбы. Он покусывал ее бедра и сзади под коленями, затем, последний раз куснув ее чуть
ниже золотистой поросли в развилке бедер, он улегся на ее мягкое податливое тело. От желания
у нее стиснуло горло, и она смогла только простонать.
- Вот тебе наказание за твой укус, - с деланной суровостью проворчал Гарнер, и Уитни
распахнула глаза:
- Ты хочешь сказать... каждый раз?
- Каждый раз.
- А что еще?
- Гм-м... Вот это.
Оба закрыли глаза, и спустя мгновение Уитни почувствовала у себя на губах его губы и
проговорила:
- Насчет Бенсона...
- М-м?
- Он тебе пригодится.
- Тоже придумала, когда... О! Уитни!
Через день после ссоры Байрона с Гарнером Уитни постучала в кабинет Эзры и
улыбнулась, услышав скрипучий голос старика, приглашающий войти. Она вошла и осторожно
прикрыла за собой дверь, предостерегающе приложив палец к губам. Этот жест говорил о том,
что рядом рыскает Эджуотер. Затем Уитни извлекла из складок юбки бутылку любимого рома
Эзры, рома Таунсендов. Он довольно усмехнулся.
- Вот это напиток, - сказал дед Гарнера позднее, наслаждаясь последним глотком,
затем посмотрел на Уитни. Увидев, что она решительно закрывает бутылку пробкой, он
недовольно фыркнул. Похоже, эта женщина становилась такой же жадной, как и его
ближайшие родственники.
- А как вам понравится, если вы сможете пробовать его... каждый день? Если будете
опять делать ром? - поинтересовалась Уитни.
Эзра выпрямился в своем кресле, остро вглядываясь в ее улыбающееся лицо.
- Ты хочешь сказать... чтобы я работал на винокурне? - Сердце старика забилось, как у
школьника, и он пристально посмотрел ей в глаза. - А тебе это зачем?
Уитни выпрямилась и скромно наклонила голову.
- Мне нужны ваши десять процентов. - Она увидела удивление Эзры и добавила: -
Для Гарнера.
- Для этого щенка, - презрительно проворчал Эзра и отвел взгляд в сторону. - Так я и
знал.
- Не все ваши десять процентов, а десять процентов ваших голосующих акций, -
пояснила Уитни, проницательно оценив его реакцию. - Вы знаете, он будет очень хорошим
руководителем. Не нужно судить о нем по... - Уитни перевела дух и заставила себя
выговорить, - по тому, как он меня хочет.
- Почему это нельзя? - Эзра повернулся к ней, и его глаза хитро блеснули. - Хороший
бизнесмен должен иметь некоторые желания... и время от времени удовлетворять их. Значит,
мои голосующие акции для того, чтобы завод снова... - Ему не пришлось долго размышлять.
По лицу его расползлась усмешка. - Пожалуй, брак с тобой был самым разумным поступком
щенка за всю его жизнь!
В январе почти ежедневно шел мокрый снег с порывами пронизывающего холодом ветра.
И когда однажды днем выглянуло солнце, Гарнер так обрадовался, что рано ушел из конторы и
отправился с Уитни гулять. К вечеру они возвратились домой и велели Эджуотеру подать
горячего чая и печенья, чтобы согреться, как вдруг в центральном холле поднялся шум.
Эджуотер поспешил выяснить причину суматохи.
На безупречно чистом мраморном полу холла стояла бесформенная фигура в огромном
овечьем тулупе, в фетровой шляпе с обвисшими полями и в тяжелых башмаках, с которых
отваливались комья грязи. Человека удерживал за руку лакей, который ответил на стук в дверь.
Эджуотер сурово сжал тонкие губы и поспешил помочь лакею изгнать это наглое создание из
Таунсенд-хауса.
- Скажите вашему соломенному чучелу, чтобы он меня отпустил, - произнес высокий
женский голос. - Это возмутительно! Я пришла повидать свою племянницу, Уитни Дэниелс. Я
знаю, что ее привезли сюда против ее желания, и не уйду, пока не поговорю с ней.
- Господи милостивый, да это женщина! - произнес Эджуотер, с безопасной дистанции
вглядываясь в странное существо.
- Вот именно. - Глаза женщины метали молнии из-под мокрых полей шляпы. - Я
Кэтрин Моррисон, тетка Уитни, и требую, чтобы мне дали с ней увидеться! - пронзительно
закричала она.
- Что здесь происходит, Эджуотер? - спросила появившаяся на лестнице Маделайн.
И в ту же самую минуту распахнулись наружные двери и вместе с порывом ледяного
ветра в холл влетел разъяренный Байрон Таунсенд в плаще, чье приближение не было замечено
из-за разгоравшегося скандала.
- Черт побери, Эджуотер! - зарычал он, срывая с головы шляпу с низкой тульей. -
Самое малое, что вы можете делать, это обеспечить, чтобы за дверью присматривали... - Тут
его взгляд упал на Кэтрин Моррисон, и Байрон умолк. Он сощурил глаза, с негодованием и
удивлением разглядывая ее грубую одежду. - А это еще что такое?
- Я... Да отпустите же меня! - Кейт вырвалась из рук лакея и повернулась лицом к
надменному педанту, который только что отнес ее к неодушевленным предметам. - Я Кэтрин
Моррисон.
- Это Кэтрин Моррисон, сэр. - Эджуотер фыркнул, давая понять, что лично он уже
составил о ней мнение.
- А кто такая Кэтрин Моррисон? - властно спросил Байрон у дворецкого, не обращая
внимания на Кейт. - И самое главное, что она здесь делает, почему осмелилась запачкать
своими башмаками мой холл?
Кейт возмущенно сдернула с себя шляпу и открыла раскрасневшееся лицо со
сверкающими глазами, обрамленное густыми темными волосами.
- Очевидно, она имеет какое-то отношение к некоей Уитни Дэниелс, сэр, - сказал
Эджуотер, позволив себе проявить остроумие. - И настаивает на встрече с ней.
- Боже милостивый! - Байрон обернулся к Кейт с презрительной усмешкой. - Так я и
знал. Теперь наш дом буквально заполонят эти наглые типы с границы!
Только ради своей любимой племянницы Кейт Моррисон отважилась на далекое
путешествие, во время которого ее гордая и утонченная натура подверглась многочисленным
испытаниям. Три долгих недели ей приходилось страдать от жестокого холода, ночевать где
придется, подчас в обществе весьма подозрительных людей, отбиваться от грязных
предложений, с которыми не стеснялись приставать к ней мужчины, видя, что она
путешествует в одиночестве. И все для того, чтобы теперь, когда она наконец добралась до
цели, ее опять оскорбляли - терпению измученной Кейт пришел конец.
- Самодовольный и грубый хам! - Со сверкающими от гнева глазами она двинулась на
Байрона, и тот растерянно попятился. Кейт намеренно топнула ногой, отчего от ее башмака
отвалился на драгоценный пол еще один ком грязи. - Я, одинокая женщина, провела в пути
несколько недель, почти без сна и еды, едва не замерзла, на каждом шагу подвергалась
опасности! Вы понятия не имеете о приличных манерах! - в ярости кричала она, надвигаясь на
него. - Но я не убоюсь вас и, клянусь Господом, увижусь со своей племянницей и узнаю, что с
ней сделало это отвратительное чудовище! И не смейте вставать на моем пути, надменный
грубиян! - Она положила руки на бедра и громко закричала: - Уитни!
- Послушайте, женщина! - загремел Байрон, пораженный силой ее легких. - Как вы
смеете врываться в мой дом, оскорблять меня и...
- Сделайте же что-нибудь, Эджуотер! - Маделайн сбежала с лестницы и подтолкнула
остолбеневшего дворецкого. - Эджуотер!
Уитни и Гарнер стояли в гостиной перед камином, ожидая чая, но когда громкие голоса в
холле сменились возбужденными криками, она прислушалась и насторожилась.
- Гарнер, это похоже на... - Она тут же выбежала из гостиной, а следом за ней
поспешил и Гарнер.
В холле Эджуотер, Ноулен и Маделайн кричали и размахивали руками, требуя, чтобы
кто-нибудь хоть что-то сделал. За ними у дверей стоял Байрон Таунсенд, все еще в плаще и в
перчатках, весь багровый от злости, и грозно кричал. А чуть ли не нос к носу с ним стояла...
тетушка Кейт! Уитни не поверила своим глазам:
- Тетя Кейт?
- Уитни? - Кейт быстро обернулась, еще не остывшим взглядом обежав одетую в
дамское платье Уитни, и тоже недоверчиво сморгнула. - Это ты?!
Она смотрела во все глаза на модное платье, на изящно подобранные локоны,
ниспадающие на шею Уитни, на цветущее лицо своей любимой племянницы и от избытка
чувств больше ничего не могла выговорить.
Покачнувшись, она шагнула вперед и протянула руки. Уитни бросилась к ней и радостно
обняла. Снова и снова они кружили и разглядывали друг друга, смеялись, обнимались, плакали
и снова смеялись, совершенно забыв о враждебных взглядах окружающих. Через некоторое
время Кейт удалось слегка отстранить племянницу, полюбоваться на нее и погладить по
волосам.
- Дай мне посмотреть на тебя. Ах, Уитни, я места себе не находила из-за тревоги...
- У меня все отлично, тетя Кейт, правда. Как ты сюда добралась? - Она посмотрела
Кейт за спину, словно ожидала еще кого-то увидеть.
- Какую-то часть дороги я ехала на повозке, а потом, когда она развалилась, верхом...
- Вы ехали... одна? - Озабоченный и настороженный Гарнер подошел к ним, понимая,
что мешает их встрече, но не в силах удержаться от вопроса. - Весь путь... проделали одна?!
Кейт поспешно вытерла мокрые от слез щеки и с вызовом ответила:
- Да, одна. Если вы помните, майор, теперь я совсем одинока. Я пришла посмотреть, как
тут моя Уитни.
Гарнер видел, как едва заметно дрожит подбородок Кейт, и по углубившимся морщинкам
вокруг ее сияющих от радости глаз ясно прочитал все трудности и лишения, которые она
перенесла ради встречи с любимой племянницей. Он понял, что его и эту отважную женщину
связывает нечто общее: оба любят Уитни, и смягчился.
- Добро пожаловать, миссис Моррисон.
От Кейт не укрылось его первоначальное замешательство, быстро сменившееся радушной
улыбкой.
- Благодарю вас, майор.
- Ну, нечего тут стоять, Эджуотер! - Уитни повернула сияющее улыбкой лицо к
возмущенному дворецкому. -
Возьмите у нее шубу. А потом принесите нам горячего чаю. Тетя едва не замерзла!
Дворецкий нерешительно помедлил, но, поймав угрожающий взгляд Гарнера, подошел к
Кейт. Она сняла огромную шубу, и все недоверчиво уставились на ее хорошо сложенную
фигуру в практичном дорожном платье из шерсти со стеганым корсажем. Кейт почувствовала
на себе их взгляды и расправила складки юбки.
- Прошу... прошу извинить за такой вид. - Она подняла голову и обращалась только к
Уитни и Гарнеру. - Добравшись до города, я сразу направилась в гостиницу, но поскольку я
приехала одна, мне отказали в комнате, пока я не представлю рекомендаций. - Она заставила
себя обратиться к Гарнеру: - Боюсь, сэр, мне придется попросить вас об одолжении дать мне
рекомендации, если не возражаете.
Уитни обняла тетку за талию.
- Конечно, он поможет... - Она посмотрела на Гарнера, увидела его серьезное лицо и
только теперь подумала, что, возможно, он не так уж рад приезду Кейт.
- В этом нет необходимости, - спокойно сказал Гарнер, намеренно бросив взгляд на
свое ошеломленно молчавшее семейство. - У нас достаточно много комнат. Милости просим
остановиться у нас, миссис Моррисон.
- О! - Кейт покраснела, стараясь не показать удивления, которое вызвало в ней "это
чудовище". - Благодарю вас, но я не могу. Это было бы для вас слишком хлопотно...
- В самом деле. - Байрон подошел ближе, держа шляпу в затянутых в перчатки
руках. - Я уверен, что родственникам твоей жены будет гораздо удобнее остановиться
где-нибудь в другом месте. К тому же у нас возникает досадная проблема с комнатами. - Он
устремил на Гарнера ядовитый взгляд. - Полагаю, твои сорок процентов комнат в этом доме
уже заняты.
Гарнер едва удержался, чтобы не накричать на отца.
- Зато у нас есть несколько комнат для гостей. Но миссис Моррисон может показаться
более удобной моя спальня. Как вам известно, я уже некоторое время ею не пользуюсь.
- Это невероятно... Невыносимо! - Байрон весь побагровел. Он с возмущением
уставился на Кейт, встретил яростные огоньки в ее поразительно красивых глазах и с трудом
удержался, чтобы не пройтись взглядом по се точеной фигуре. - Ты не можешь всерьез
предлагать этой особе свою комнату!
Кейт метнула на него смелый взгляд, вызывая Байрона Таунсенда снова схлестнуться с
ней, и невольно отметила поразительное сходство с красивым майором - несмотря на
неизбежные с возрастом морщины и седину на висках, у него был такой же полный
чувственный рот, тот же прямой орлиный нос и характерный твердый очерк лица.
- Что ж, я принимаю ваше предложение, майор, - заявила Кейт, отводя взгляд от
Байрона. - Я с удовольствием останусь у вас, пока не найду себе в городе подходящее жилье.
Уитни ахнула от радости и крепко стиснула тетушку в объятиях, только потом осознав
вторую часть ее заявления.
- Ты собираешься жить в Бостоне?
- Но ведь теперь меня ничто не удерживает в Рэпчер-Вэлли. Я решила снова жить в
городе, и почему бы не в Бостоне? - Она бросила неуверенный взгляд на Гарнера, который
удивил ее сдержанной улыбкой.
- Вы можете оставаться здесь, миссис Моррисон, сколько вам будет угодно.
- Черт побери! В моем же доме... - Байрон стянул с себя плащ и швырнул его на голову
Эджуотера, после чего широко расставил ноги и уперся кулаками в пояс - эта поза ярости
была уже знакома Кейт по Гарнеру. Каков папаша, таков и сынок, подумала она, ответив ему
таким же непримиримым взглядом. Он затопал в свой кабинет, выкрикивая в бешенстве: -
Черт побери!
Гарнер и Уитни сразу провели Кейт в гостиную, где уютно устроили в кресле у самого
камина, закутав ей ноги пледом. От тепла лицо ее раскраснелось, как у девушки.
- А как дела у папы? - Уитни встала рядом на колени и держала Кейт за руку, тогда как
Гарнер облокотился о каминную полку и задумчиво теребил подбородок. - Я так тревожилась.
Ты ведь обещала мне написать.
- Я виделась с ним в Питсбурге, - Кейт сжала руки племянницы, - через неделю после
твоего отъезда. Мне удалось несколько минут поговорить с ним и передать ему немного еды и
смену одежды. А через две недели я узнала, что всех пленников отправили на восток, вероятно
в Филадельфию, где их будут судить.
- В Филадельфию? - озабоченно нахмурился Гарнер. Кейт кивнула.
- С ним все в порядке, Уитни, не беспокойся. Уж если кто-то и может приспособиться к
любым обстоятельствам, то это Блэкстон. Когда я его видела, у него было хорошее
настроение. - Кейт решила не расстраивать Уитни и умолчала, что заметила у него на лице
оставшиеся после побоев ссадины и синяки. - Но его еще не судили, и похоже, день суда до
сих пор не назначен.
Уитни встревоженно посмотрела на Гарнера, и он поспешил ее успокоить:
- Если его содержат в Филадельфии, мы скоро это выясним. Она огорченно кивнула,
затем заставила себя улыбнуться и обратилась к Кейт с вопросом:
- А как наша долина? Как все?
- Все по-прежнему. Хотя нет, не совсем. - Изящные черты лица Кейт осветила
улыбка. - Кажется, майор, наша долина очень приглянулась кое-кому из ваших солдат.
Несколько человек вернулись туда после того, как уволились из ополчения. Уоллес... Помните,
такой высокий и здоровенный детина? Так вот, он привез деньги, которые ему выдали при
увольнении, купил несколько акров земли и стал подъезжать к Мей Доннер. Теперь они ждут,
когда в долину приедет проповедник, чтобы сочетаться браком. Вообще-то предстоят сразу две
свадьбы. Еще женятся Фреда Делбертони этот парень, Кинджери, такой долговязый. Ее
сыновья были вне себя - едва не прогнали его кнутом! Но тут вмешался Харви Дедхем и
заставил их считаться с ним и слушаться мать. - Кейт улыбнулась и покачала головой. -
Нужно было видеть, как они вокруг него топтались!
- А тетушка Сара? - спросила Уитни. - Как ее здоровье? Кейт засмеялась.
- Как и стоило ожидать, она буквально истосковалась по своему Чарли. Но слава Богу,
теперь она не одинока - ее поддерживает сержант, кажется, его зовут Лексоулт, да? Так вот,
он приехал в долину незадолго до моего отъезда. Сказал, что не смог вынести мысль о
бедняжке Саре, которой предстоит провести всю зиму без помощи и защиты мужчины да еще
заботиться о малышах. - Кейт засмеялась низким музыкальным смехом. - Подозреваю, что
когда весной до нас доберется проповедник, ему придется сочетать браком даже не две, а сразу
три пары. А Харви пристроил еще две комнаты для гостей на деньги, которые он получил... -
Она закусила губу, бросив взгляд на Гарнера.
- На те самые "проклятые бумажные деньги", которые я передал ему от себя и моих
солдат, - закончил он за нее с преувеличенно негодующим взглядом, который медленно
сменился улыбкой. - Экий плут! - Он обернулся к Уитни. - Если уж он смог преодолеть
свою ненависть в деньгам... то и любой сможет.
Уитни покраснела, и Кейт заметила, какими теплыми взглядами обменялись молодожены,
и обрадовалась за племянницу.
Появился Эджуотер с чаем и бисквитами, и Уитни пересела на кресло напротив тетушки.
Кейт смотрела, как она разливает чай, и была поражена непринужденными манерами
племянницы. Глаза Кейт заволокло слезами, когда она приняла от Уитни чашку из тончайшего
фарфора и поняла, как часто она мечтала об этом: увидеть свою Уитни в красивой гостиной,
изящно одетой и сияющей от счастья быть любимой женой. Уитни порозовела под изучающим
взглядом Кейт, радуясь тому, что наконец-то сможет отблагодарить тетушку за ее науку.
Они заговорили о событиях прошедших недель, а Гарнер прислушивался к их беседе и
время от времени вставлял свои замечания. Перед ним снова представали странные люди,
населяющие Рэпчер-Вэлли, и оживали незабываемые подробности их жизни, согревая его
сердце теплом. Он искренне порадовался, узнав, что дядюшка Баллард благополучно перенес
инфлюэнцу, а дядюшка Джулиус и дядюшка Феррел Добсон помогали дядюшке Харви делать
пристройку. А когда Кейт передала "дяде Таунсенду" привет от Робби Дедхема, у него в горле
почему-то встал комок.
Глава 21
Уже зашло солнце, и в гостиной появилась горничная, чтобы закрыть ставни и задернуть
тяжелые шторы. Уитни вздрогнула.
- О, время ужинать! Пойдем, тетя Кейт, я покажу тебе... - Она обратилась к Гарнеру:
- Ты действительно хочешь предоставить ей свою комнату?
- Отведи ее в любую комнату, какая тебе понравится, Уитни. - Гарнер засмеялся и
многозначительно поднял брови. - Кроме своей спальни.
Уитни покраснела, как новобрачная, и повела Кейт наверх по великолепной лестнице,
попутно рассказывая о доме. Она поместила Кейт в одну из нарядных комнат для гостей и
послала Мерси разжечь огонь и приготовить горячую воду. Затем поспешила в свою комнату,
выбрала там одно из своих новых платьев и полную смену нижнего белья, чтобы Кейт
переоделась к ужину.
- Какое красивое! - Кейт с восторгом погладила тонкий лиловый бархат и кружева. -
Это Таунсенд купил тебе новую одежду?
Уитни кивнула, покусывая губы.
- Тебе не кажется, что я поступила неправильно... что приняла их... как ты думаешь?
Честно говоря, не так уж много я делаю, чтобы заработать на свое содержание, но все вокруг
сердятся, когда я предлагаю им что-нибудь взамен.
- Еще бы! - Кейт с трудом удержалась от смеха, живо представив себе Уитни,
расстроенную тем, что упрямые бостонцы отказываются от ее услуг, предпочитая твердую
валюту.
- Правда, ему пришлось запереть меня, чтобы заставить принять все эти платья.
- Воображаю!
- Но в конце концов мы с ним договорились - Пленительная улыбка Уитни ясно
говорила о природе договоренности. - И я стараюсь стать ему достойной женой, тетя Кейт.
Поверь мне, он очень хороший человек.
Кейт заметила задумчивый вид своей племянницы и почувствовала необходимость
спросить:
- Он... он добр к тебе, Уитни?
- Да... - Уитни кивнула и опустила взгляд, в котором промелькнул озорной огонек, -
когда я этого хочу.
Настала очередь покраснеть Кейт. Но тут в комнате появилась Мерси со слугами, которые
принесли охапку дров, чистое постельное белье и горячую воду, так что им уже некогда было
разговаривать. Вскоре Кейт уже погрузилась в восхитительно горячую и душистую воду и
принялась смывать с себя дорожную пыль и усталость. Уитни устроилась рядом на стуле, с
улыбкой глядя на блаженное лицо тетки.
- Правда, великолепно? Вот так и я наслаждалась в первый день, когда здесь оказалась, и
с тех пор моюсь буквально через день. Я вспомнила твои рассказы о таком купании, и
оказалось, что ты ничуть не преувеличивала, когда описывала удовольствие, которое от этого
получаешь... Собственно, и остальные твои рассказы о жизни в таких условиях подтвердились,
мне здесь очень хорошо... за исключением того, что, бывает, меня донимает железная семейка
Гарнера.
Кейт подняла на племянницу взгляд и увидела на лице Уитни жесткое выражение.
- Тетя Кейт, постарайся просто не обращать внимания на отца Гарнера. Эзра - это его
дед - говорит, что у Байрона нет никаких человеческих желаний, поэтому он не понимает
людей, у которых они есть. А Маделайн в высшей степени избалованная и капризная девица. А
вот старый Эзра - отличный человек. Он винокур, во всяком случае, раньше им был. Сейчас
он прикован к своему креслу на колесиках и исподтишка щиплет горничных, чтобы не потерять
интерес к жизни... а еще он ворует ром и пьет, когда только придется.
Кейт усмехалась, слушая нелестное описание богатых родственников племянницы.
- Ну, давай поскорее заканчивай мыться. - Уитни указала на пахучее розовое мыло и
встала, расправляя складки платья. - Из-за нас они задерживают ужин, так что нам не стоит
слишком опаздывать. - Уитни уже собралась уйти, как вдруг вспомнила. - Да, и пожалуйста,
не слишком выражай свое недовольство, если Маделайн прикажет сегодня подать лобстера.
Она специально проделала это со мной в надежде, что меня вырвет. Но я поняла, что это просто
очень большой красный рак, только в нем гораздо больше мяса. - Ее хитрая усмешка вызвала
ответный смех Кейт.
- Лобстер, - сказала Кейт, вспомнив, как когда-то сама впервые познакомилась с этим
деликатесом, и воздала должное непоколебимому практицизму Уитни. - Я помню это блюдо.
Уитни и Кейт появились в столовой всего на несколько минут позже установленного
времени, задержавшись в дверях, чтобы морально подготовиться к встрече. Глаза всех
присутствующих устремились на женственную фигуру Кейт в светло-лиловом бархатном
платье, на изящно подобранные вверх блестящие темные волосы и на белоснежную грудь в
вырезе корсажа. Уитни ободряюще сжала руку Кейт, когда они двинулись навстречу несколько
подавленным Таунсендам.
Гарнер официально представил Кейт Маделайн, затем подвел ее к Эзре, который пожал ей
руку и постарался как можно больше выпрямиться в кресле. Байрон приветствовал ее угрюмым
ворчанием и жестом пригласил усаживаться за стол, где у каждого прибора лежали несколько
вилок. При этом он бросил на Кейт злорадный взгляд, на что та ответила ему вызывающей
усмешкой. Между Кейт, Уитни, Гарнером и Эзрой завязался непринужденный разговор, тогда
как Байрон и Маделайн угрюмо молчали. Кейт откровенно воздавала должное превосходно
приготовленным блюдам и, к удивлению Уитни, точно определяла страну происхождения, а
иногда и год производства каждого поданного к столу вина. По мере того как проявлялось
светское воспитание Кейт, Байрон все больше съеживался на своем месте во главе стола. Когда
Эзра заметил, что фамилия Моррисон кажется ему знакомой, Кейт пришлось сказать, что семья
ее покойного мужа занималась в Аллентауне коммерцией, а ее члены были избраны в первый
законодательный орган штата Пенсильвании. Байрон не удержался и что-то недоверчиво
пробурчал себе под нос, после чего приказал подать десерт.
Видя нескрываемое презрение Байрона к своей тетке, Уитни возмутилась и взяла на себя
смелость объяснить тетке его мнение о жителях границы как о преступниках, прозябающих в
грязи. Когда она добралась до вшей, сточных канав и отсутствия нравственности, глаза Кейт
стали метать молнии.
Она допила вино, аккуратно положила салфетку рядом с тарелкой и сделала сдержанный
комплимент хозяевам за выбор блюд. Затем встала и демонстративно собрала пять вилок,
которые не дала слугам унести при смене блюд. Со сверкающими глазами она отнесла их
Байрону.
- Ваши вилки, сэр. - Она подняла их пе
...Закладка в соц.сетях
