Жанр: Любовные романы
Невеста 5. Сумасбродка
...о выманить деньги у самого закоренелого скряги. Беззаботный, легкий на
подъем, он мог казаться настоящим баловнем
судьбы - но лишь до той минуты, пока вы не узнавали о спасенных им детях. И
тогда вы просто не находили слов, чтобы
выразить свое восхищение этим человеком.
Примерно семь лет назад, почти сразу после свадьбы, Райдер отстроил БрэндонХаус
всего в сотне ярдов от своего
особняка. После этого он стал собирать под его крышу детей, выброшенных на
улицу, умирающих от голода, обиженных
судьбой. Грей не сомневался, что заботиться об этих никому не нужных существах
для Райдера так же естественно, как
дышать, и оттого считал себя духовно связанным с Райдером на всю оставшуюся
жизнь.
- Грей, - прервал Дуглас размышления барона, - ты сказал, что тебя что-то
беспокоит. В чем дело?
- В пятницу я женюсь, и вы уже догадываетесь, что моей женой станет бывший
лакей Джек, - отвечал Грей. - По этой
причине нынче утром я отправился повидать лорда Берли. Опекун Джек не кто иной,
как мой крестный. Необычно, правда?
Во всяком случае, Джек обладает немалым наследством, и оттого я не могу просто
так жениться на ней и наплевать на
брачный контракт.
- Вряд ли лорд Берли вздумает чинить тебе препятствия, - ничуть не
удивившись, заметил Райдер.
- Лорд Берли вообще не сможет ничего предпринять, потому что он лежит без
сознания у себя дома. - И барон
подробно рассказал братьям Шербрук о поразившем лорда Берли ударе и о встрече с
мистером Дженнером.
- Но ты ведь чертовски молод, Грей, - удивился Райдер. - Сколько тебе лет?
Двадцать шесть? Позволь, еще на
прошлой неделе тебе было только двадцать пять?
- Мне именно столько, сколько было тебе, Райдер, когда ты женился на Софи.
- Неужели? Это значит, что прошло уже больше семи лет! - сокрушенно вздохнул
Райдер. - Даже почти восемь... А
мне казалось, что я постарел на целых тридцать! Эта женщина выпила из меня все
соки! Она только и делает, что издевается
надо мной и допекает своими бесконечными шутками!
- Нечего хныкать, Райдер! - Дуглас швырнул салфетку на стол. - Тебе крупно
повезло с женой, и ты отлично это
знаешь, старый пройдоха! Ну а ты, Грей, наверное, хотел попросить нас о помощи?
- Совершенно верно. Я и пришел сюда только для того, чтобы просить Райдера на
первых порах быть мне опорой и
наставником в нелегкой семейной жизни.
- Ни за что не пропущу такую потеху! - расхохотался Дуглас. - И чему же ты
посвятишь первый урок, брат?
- Пожалуй, - задумчиво протянул Райдер, - я мог бы уже сейчас поделиться с
ним кое-какими важными
наблюдениями. Но лучше я изложу их позже, непосредственно накануне свадьбы. А
пока, Грей, прими мои поздравления!
Глава 13
Сидя за письменным столом, барон старательно составлял объявление о свадьбе
для "Лондон газетт". Он и сам не
заметил, как вместо имени невесты рука его вывела "Джек". Ухмыльнувшись, Грей
исправил ошибку. Уинифред. Звучит
ужасно, но ему наплевать. Надо же, Уинифред Леверинг. Хотя, конечно, Грациэлла
ничуть не лучше.
Не далее как этим вечером к нему явились мистер Харпол Дженнер и лорд Брикер,
и вместе они обсудили условия брака с
девицей, чье целомудрие он сохранил в полной неприкосновенности. Но поскольку в
глазах света это не может являться
оправданием, пусть радуется тому, что все окончилось так благополучно.
Грей закончил объявление и поднял глаза. Часы показывали полночь. В это время
кто-то поскребся в дверь его
библиотеки.
- Войдите.
Это оказалась Джек. Бледная и растерянная, она выглядела невероятно смешной в
пеньюаре Матильды, волочившемся по
полу, как ведьмин хвост.
- Минуточку, - промолвил Грей.
Встав из-за стола, он подошел к камину, где нежилась в тепле Элинор. Взяв
свою любимицу на руки, отчего она
потянулась и не спеша вонзила коготки ему в плечо, Грей сказал:
- Элинор, познакомься, это Джек. Она будет у нас жить. Да проснись же ты,
ведь начиная с пятницы она будет спать в
нашей постели!
Спать в их постели? Джек машинально положила Элинор себе на плечо и провела
пальцами по мягкой шерстке.
- Грей, а ведь я об этом и не подумала. Мы что, действительно будем спать все
вместе?
- Так принято у женатых людей. Поверь, в этом нет ничего необычного,
предосудительного или неприятного. Мы мирно
растянемся на одной перине и будем храпеть и видеть сны, а может быть, иногда и
лягаться - чтобы привлечь к себе
внимание.
- Эти две недели были самыми странными за всю мою жизнь, - призналась Джек,
лаская Элинор. - Мама вечно
твердила, что моего воображения хватит на полдюжины нормальных детей, но я
уверена, что, даже если бы постаралась, не
сумела бы представить ничего подобного!
- Я тоже не каждый день встречаюсь с невестами по имени Джек. Но с другой
стороны, мне начинает казаться, что до
этого я был слишком избалован. Возможно, сейчас самое время снова вернуться в
суровую реальность. Хотя с этой точки
зрения тебя, Джек, никак не сочтешь чересчур уж суровой реальностью. Вот и
Элинор, судя по всему, тебя одобрила. Хотя,
конечно, она ужасно устала, потому что целых три часа гонялась сегодня за мышью.
И в этом все дело. Ей сейчас понравился
бы любой человек с ласковыми руками.
Тут Грей внезапно представил, как сам прикоснется к Джек. Правда, ему уже не
раз приходилось это проделывать, но вот
уже три дня он ее и пальцем не трогал. У него тут же зачесались руки.
В пятницу она станет его женой. Господи помилуй!
- Грей?
Он тряхнул головой, освобождаясь от наваждения.
- Ты устала держать Элинор? Неужели ты все еще так слаба?
- Просто я пытаюсь представить, где сейчас мой отчим. Он ведь обещал, что
сегодня вернется, верно?
- Обещал.
Грей осторожно забрал Элинор у своей будущей жены и уложил ее на пуфик перед
камином.
- Присядь-ка, Джек, у тебя и впрямь неважный вид.
- Как ты думаешь, - с тревогой спросила девушка, устраиваясь у камина, - что
он еще может выкинуть?
- Ну, если говорить откровенно, твой отчим пообещал, что не уйдет отсюда,
пока я ему тебя не выдам. Он также грозил
привлечь к этому городские власти и прихватить с собой достаточно людей, если
придется уводить тебя силой. В ответ я
налил ему бренди, чокнулся и назвал его своим дорогим тестем.
- О Господи! А что было потом?
- Потом он залил превосходным бренди весь мой ковер и собственный жилет. А
когда негодяй отдышался, я как ни в
чем не бывало сообщил ему, что уже побывал у лорда Берли, по счастливому
стечению обстоятельств являющегося моим
крестным отцом и одновременно твоим опекуном, и все устроил. То есть я дал ему
понять, что твой опекун вполне одобряет
предстоящую свадьбу.
- Тогда он снова принялся вопить и брызгать слюной?
- Гораздо хуже. - Барон наклонился и, широко улыбнувшись, похлопал Джек по
щеке. - Твой отчим был настолько
откровенен, что сообщил мне об одном джентльмене, возжелавшем взять тебя в жены.
У него якобы есть основания
опасаться, будто ты - дикая и необузданная кошка - успела сделать этого
джентльмена своим любовником. Этого
счастливчика зовут лорд Рай, и он крайне великодушный и достойный вельможа, да к
тому же еще и на удивление здоров для
своих лет.
- Просто кошмар какой-то! - Джек даже не заметила, как дернула за ухо Элинор,
за что немедленно получила в ответ
удар мягкой лапкой с острыми коготками. - Ну и что же было дальше?
- Вряд ли это так уж интересно, - ухмыльнулся Грей, откидываясь в кресле.
- Ну, по крайней мере он не пырнул тебя кинжалом. Он так любит им
размахивать!
Грей в задумчивости погладил себя по подбородку.
- Я сказал ему, что уже наслышан о лорде Рае, и не преминул заверить, что
отлично знаком с очаровательным
наследничком лорда, Артуром, - молодым человеком примерно одних со мной лет.
Замолчав, барон стал вспоминать все, что произошло тогда между ним и сэром
Генри.
- Кэдмон Кэлберн, лорд Рай, является достаточно зрелым джентльменом, а не
взбалмошным повесой, способным лишь
разбить девичье сердце своими выходками. - Побагровев, сэр Генри надменно цедил
слово за словом.
- Зрелым? - Грей прищурился. - Так, значит, вы собираетесь разделить с лордом
Раем свои отцовские обязанности, а
вашу приемную дочь сделать мачехой Артура, который на несколько лет ее старше?
- Довольно болтовни, милорд! Подавайте сюда Уинифред, и на этом покончим! Она
уже помолвлена с лордом Раем, так
что вам не видать ее как своих ушей!
- То есть мне не видать причитающуюся за ней мелочишку, вы хотите сказать?
Грей прошел к письменному столу, выдвинул верхний ящик и достал толстую пачку
бумаг, которые тут же предъявил
сэру Генри:
- Если вы потрудитесь прочесть брачный контракт, сэр, то без труда
удостоверитесь, что я уже ее получил. Так что пусть
лорд Рай подыскивает себе какую-нибудь богатую вдовушку, которая по недомыслию
захочет связать с ним свою судьбу. Ну
а теперь выбирайте сами: мы можем разойтись как цивилизованные люди, или в
противном случае мне придется сделать из
вас отбивную и вышвырнуть вот из этого окна. На худой конец, если вы уж слишком
меня допечете, я не постесняюсь
отобрать ножичек, который вы прячете за спиной, и выпотрошить им ваши мозги!
Дойдя в своих воспоминаниях до этого места, Грей поднял глаза на Джек и,
увидев, что она с нетерпением ждет
продолжения его рассказа, произнес:
- Веришь ли, твой отчим действительно попытался ударить меня кинжалом.
Джек так и застыла в своем кресле, в то время как Элинор, неожиданно вскочив,
зашипела и спрыгнула на пол.
- Эй, что с тобой, Джек? - Барон ободряюще улыбнулся.
- Он ударил тебя кинжалом? Господи, ты не ранен?
Вот как! Кажется, она не на шутку испугалась. Она беспокоилась о нем, и Грей
не мог этого не оценить. Он поднес к
губам нежные ручки и расцеловал каждый пальчик. Все это время Джек стояла
удивительно тихо, не шевелясь.
Грей не спеша снял с ее губы прилипшую шерстинку из шубки Элинор и улыбнулся:
- Твой милый отчим не успел ничего сделать, потому что я мигом отобрал у него
эту опасную игрушку и забросил ее в
камин. Когда он наконец взял себя в руки, то поклялся, что скорее отправит меня
прямиком в ад, нежели позволит стать
твоим мужем. - Грей помолчал. - Как ни странно, в эту минуту он показался мне
просто героем. Да, именно так. Высокий,
осанистый - ни дать ни взять настоящий вождь, личность, внушающая доверие и
любовь.
- Ох, нет, Грей, он же ни капельки не похож на тебя! Тут молодой человек чуть
не лопнул от гордости. Она считает его
достойным доверия и любви? Ради всего святого, неужели он и вправду такой?
- Ты права, - медленно произнес Грей, - твой отчим ни капельки не похож на
меня.
- Я до сих пор не могу разрешить эту загадку. Моя мать обожала его до самой
смерти. Возможно, в конце концов она и
узнала правду, и разгадала, что за человек кроется под благообразной личиной, но
это ни имело для нее никакого значения.
Ты только пойми меня правильно. Сэра Генри нельзя считать дураком. Я полагаю, он
действительно выглядел влюбленным
- пока не женился на матери и не завладел ее деньгами. А когда отпала
необходимость притворяться, он тут же стал тем,
кем и был на самом деле...
- То есть негодяем.
- Да. Вот только маме было наплевать. Когда она родила Джорджи, а не
вожделенного наследника, я боялась, что она
покончит с собой. Но ему хотелось отомстить ей еще сильнее. Он сумел убедить ее,
что это она виновата и специально не
стала рожать сына, чтобы поиздеваться над ним. До этого он был мне просто
противен, но тут я возненавидела его за
жестокость - и ненавижу по сей день. Наверное, когда-то в прошлом мой отчим и
твой отец были как-то связаны друг с
другом. Мне следует предпринять расследование, чтобы это узнать.
- Ладно, Джек, перестань. Сэр Генри даже не сумел меня ранить. Зато я
пригласил его на свадьбу и взял на себя
смелость пообещать, что если он сумеет вести себя прилично, как и полагается
любящему отчиму, то ты его простишь.
Также я сообщил ему, что не он поведет тебя под венец, поскольку этой чести
удостоен мистер Харпол Дженнер.
- Что еще за мистер Харпол Дженнер?
Джек озабоченно нахмурилась, и Грей ласково обнял ее за плечи.
- Не бойся. Мистер Дженнер тебе понравится. Он старый друг лорда Берли и один
из тех, кто устроил брачный контракт.
Насколько я могу судить, твой отчим наверняка слышал о мистере Дженнере как о
человеке, которого стоит уважать и даже
бояться.
Джек молча кивнула. Она по-прежнему сидела потупившись, не спуская глаз с
черных домашних туфель,
позаимствованных у Матильды.
- Я ужасно боюсь за Джорджи - она ведь по-прежнему целиком в его власти! Даже
не знаю, что мне делать...
- Не переживай, я непременно что-нибудь придумаю. Даю тебе клятву, что с
Джорджи не случится ничего плохого и она
скоро будет в безопасности. Ты мне веришь?
По ее глазам Грей прочел, что она ему доверяет, хотя по-прежнему тревожится
за свою младшую сестру.
- Ладно, поживем - увидим. - Джек вздохнула.
- Кстати, не хочешь ли прочесть наш брачный контракт?
- Хочу, и еще как! Мне ужасно любопытно разобраться в вашей мужской
премудрости!
- Но сначала иди сюда и позволь мне тебя поцеловать.
Ее губы оказались удивительно горячими, податливыми и приятными на вкус. Грей
и не заметил, как его руки скользнули
вниз. Но все же он вовремя успел остановиться. Нет, не стоит спешить, ведь это
не Дженни. Джек совершенно неопытна в
таких делах. Да и готовить она наверняка совсем не умеет... Что ж, надо
надеяться, теперь у него будет достаточно времени,
чтобы научить ее всему, что должна знать молодая жена.
- Сначала тебе нужно расслабить губы... - пробормотал он, щекоча языком
ямочку у нее на щеке.
- Что это значит?
- Это значит, что ты слишком сильно их сжимаешь. Она немного отодвинулась, не
в силах удержаться от смеха.
- Ох, Грей, лучше сам покажи, что я должна делать!
А вот это уже никуда не годилось. Она оказалась чересчур податливой и
покорной. Он мог овладеть ею прямо сейчас, вот
на этом диване, тем более что на ней же ничего не было, кроме пеньюара из
черного шелка.
Грей решительно отстранился.
- В пятницу я покажу тебе все, что ты пожелаешь. Но это произойдет только
после свадьбы. А теперь возвращайся в
свою спальню. Я не стану тебя провожать - не хочу обрекать себя на лишние муки.
По виду Джек было ясно, что она абсолютно ничего не понимает. Ничего
страшного. Зато ей мигом все станет ясно, как
только Грей получит благословение епископа на плотские утехи, которым он будет
предаваться до тех пор, пока
окончательно не лишит ее сил.
И все же он чувствовал, как его благие намерения трещат по швам - они
буквально разваливались, словно старое
зеркало, видевшее слишком многое на своем веку. В отчаянии Грей подхватил Элинор
- и тут же получил легкий укус в
шею. Тут он заметил, что Джек по-прежнему стоит на месте, не зная, что делать.
- Я бы хотел, чтобы в пятницу вечером ты укусила меня в шею точно так же, как
это сделала сейчас Элинор, ладно?
Нерешительно кивнув, она шагнула вслед за ним.
- Грей, честно говоря, я ведь могла бы покусать тебя прямо сейчас. Вряд ли
кто-то сможет назвать это совращением.
- Напротив, именно так это и назовут! - Барон едва владел собой. - Если ты
сейчас станешь кусать меня и кто-то это
увидит, нам придется жениться немедленно, можешь мне поверить. Ступай в постель,
Джек!
- Но разве ты не хочешь дать мне хотя бы небольшой урок по поводу новой
работы?
- Какой еще работы?! - У Грея глаза полезли на лоб.
- Ну, я ведь скоро стану твоей женой... хотя до сих пор ничего об этом не
знаю. То есть я ничего не знаю о телесной
стороне этого занятия. Моя мама успела научить меня обращаться со слугами, я
умею застилать постель и прекрасно шью.
Но, Грей, я совершенно ничего не знаю о своих обязанностях в постели!
- Джек, я торжественно клянусь, что ты обучишься этому очень быстро. Я
отличный учитель, и ты получишь столько
уроков, сколько я буду в состоянии тебе преподать. Вот почему тебе совершенно не
обязательно знать что-то заранее.
Тебе же будет спокойнее оставаться в блаженном неведении до последней
минуты... Черт побери, да поди же сюда!
Не в силах больше ждать, он сам ринулся к ней, схватил в охапку, принялся
гладить по лицу, сопровождая свои ласки
поцелуями. И тут же взвыл оттого, что Элинор вонзила в него свои когти.
- Прости, я, кажется, забылся, - пробормотал Грей, отдирая Элинор от своего
плеча.
Джек стояла не шелохнувшись, не спуская зачарованного взгляда с его губ. Она
выглядела слегка испуганной... Ну что ж,
ей должно быть известно, что занятие любовью - не для слабонервных.
- Джек... - Он легонько погладил ее волосы. - Мы с тобой составим прекрасную
пару. А теперь смотри прямо мне в
глаза.
Он медленно положил ладони на ее груди и почувствовал, как девушка вздрогнула
всем телом.
- Не дергайся. Лучше скажи, что ты сейчас чувствуешь?
Джек шумно сглотнула. Потом медленно выпрямилась, отчего ее прелестная
головка откинулась назад. Грей с жадностью
следил, как трепетно опускаются на щеки пушистые ресницы.
Ее стройная белая шея так и манила к себе, но Грей решил, что для начала
хватит чего-то одного, и осторожно стал
ласкать ее груди. Его чуткие пальцы ощущали нежную плоть, прикрытую тончайшим
шелком. Когда-то он сам обтирал эти
груди влажной тканью и прикладывал к ним компресс, спасая Джек от лихорадки.
Теперь от одного взгляда на эти груди у
Грея захватило дух. Он старательно повторял про себя, что непринужденная беседа
лучше всего помогает в данной ситуации.
- Отчего ты молчишь. Джек?
- Я ничего не вижу.
- Потому что ты опять зажмурилась. Взгляни на меня.
Она подчинилась, и тут Грей увидел ее сияющие от возбуждения глаза. Но хотя в
паху у Грея все давно затвердело до
состояния розового каррарского мрамора, его руки не сдвинулись ни на дюйм.
Наклонившись, он поцеловал ее в шею и распахнул пеньюар.
- Ты смотришь на меня!
- Да, и вижу, что твое тело прекрасно.
- А твое тело тоже должно показаться мне прекрасным?
- Конечно! - Барон молился, чтобы так оно и было. Поцеловав розовые вершины
ее грудей, Грей поспешно прикрыл их
тонким черным шелком.
- Ну вот, сейчас ты сама вернешься в постель. Завтра уже четверг, так что до
пятницы можешь думать о том, как я
целовал тебе грудь. Ты постараешься не забыть?
- Я постараюсь, Грей.
Когда Джек ушла, барон обернулся к Элинор, не спускавшей с хозяина
загадочного взора круглых зеленых глаз.
- Ну, ты чем-то недовольна?
Элинор лениво уселась и принялась умываться. Тем временем Грей присмотрелся к
ней повнимательнее:
- Элинор, а что это с твоим брюшком? Ты, часом, не беременна? Уж не решила ли
ты осчастливить меня выводком
беговых котов?
Элинор невозмутимо продолжала свое занятие.
Рассмеявшись, Грей повернулся и с довольным видом вышел из библиотеки.
Поднимаясь к себе в спальню, он гадал,
какой теперь станет его жизнь. Это просто неслыханно - чтобы человек из высшего
общества взял в жены лакея, укравшего
его лошадь!
Завтра ему непременно следует повидать Дженни. Теперь-то он точно знал, что
если и будет о чем-то скучать - так это о
чудесном яблочном печенье со свежим девонширским кремом...
- Нет, ты просто с ума сошел! Какая-то девчонка захотела, чтобы ты на ней
женился, и для этого ей достаточно было
прикинуться лакеем и, набравшись наглости, украсть твоего Дурбана. Она наверняка
знала, что ты вернулся домой и сразу же
ее поймаешь!
- Ох, Дженни, - Грей старался оставаться серьезным, но в конце концов не
выдержал и рассмеялся, - она и не думала
о свадьбе, когда пыталась украсть Дурбана. Честно говоря, в тот момент я чуть не
придушил ее, отшиб ей ребра, челюсть и
вывалял в соломе. Лучше успокойся и поверь: я правдиво рассказал тебе все, что
со мной случилось. Мы отлично подойдем
друг другу, вот увидишь.
- Разумеется, ты с ней уже переспал?
Вопрос прозвучал чересчур откровенно, но Грей и бровью не повел.
- Нет, Дженни, я не мог позволить себе этого до свадьбы.
Барон с сочувствием смотрел, как его любовница мечется по своей уютной
гостиной. Зеленое муслиновое платье было ей
очень к лицу и самым выгодным образом подчеркивало форму ее груди, даже несмотря
на то что поверх был надет фартук,
заляпанный какими-то жирными пятнами. Ничего удивительного - сейчас самое
подходящее время для ленча. Грей
принюхался. Он мог поспорить на что угодно - не далее как в двух шагах отсюда
жарился аппетитный молодой барашек.
- Очень мило. - Дженни тоже принюхалась, явно поглощенная мыслями о том, что
творится на кухне. - Вот и возись
теперь с ней. Я всегда знала, что тебе придется жениться ради наследника, и была
к этому готова. Полагаю, двух недель
хватит с избытком, чтобы она тебе надоела, и тогда ты снова вернешься ко мне.
Пока же я на пару недель съезжу в Бат,
отдохну там на Римских водах. А теперь, милорд, позвольте вас угостить жареным
ягненком под острым мятным соусом.
Поглощая нежное мясо, превосходно приготовленное Дженни, Грей недоумевал, как
он сразу не подумал о том, что
можно одновременно иметь и любовницу, и жену. Так поступали многие мужчины, но
сам он не считал такое поведение
правильным. Муж дает клятву перед алтарем и просто обязан ее сдержать. Только
такой негодяй, как его отец, может
путаться с целой толпой любовниц, не скрывая своих связей ни от жены, ни от
сына.
Размышляя над этой серьезной проблемой, Грей не спеша преодолел целую милю -
как раз такое расстояние отделяло
прелестную квартирку Дженни в доме на Кэндлвик-стрит от его особняка на Портменсквер.
Хотя дождя не было, небо
выглядело довольно хмурым, и созерцание его привело барона в мрачное настроение.
При воспоминании о матери в его груди зародилась привычная тупая боль.
Внезапно перед мысленным взором Грея
возникло ее лицо - такое, каким он видел его, когда ему исполнилось восемь лет.
Тогда он застал мать в коридоре, но она
даже не обратила на него внимания, потому что не в силах была отвести взгляд от
передней, где ее муж целовал другую
женщину на глазах у всех, кому случилось в этот момент проходить мимо. До сих
пор Грей помнил боль отчаяния в
чудесных маминых глазах и слезы, увлажнившие ее бледные щеки.
Барон сердито тряхнул головой. Он ненавидел эти воспоминания, потому что
ничего не мог с ними поделать. Обычно они
всплывали в самый неподходящий момент и столь же неожиданно исчезали, оставив в
душе ощущение чего-то
несправедливого.
Нет, он ни за что не поступит так с Джек. Женившись, Грей будет всегда верен
ей. Уже сегодня при взгляде на Дженни он
не ощутил даже намека на желание. Зато он с огромным удовольствием умял жаркое
из ягненка - что правда, то правда.
Грей вспомнил виденное им где-то объявление о новой чудесной печи, которая
практически все делает сама - разве что
только не добывает мясо для жаркого. Он непременно купит Дженни такую печь и,
кроме того, постарается подыскать ей
нового покровителя, так же способного оценить ее кулинарные способности, как это
делал Грей.
Небрежно насвистывая неизвестно откуда пришедший ему в голову мотив и
поигрывая тросточкой, Грей поднимался по
ступеням своего крыльца, когда навстречу ему вылетел обычно невозмутимый Куинси,
крича не своим голосом:
- Милорд, мисс Джек пропала!
Джек нечем было дышать, потому что ей на голову натянули какой-то вонючий
мешок. Она хотела сдернуть его и тут
обнаружила, что руки ее связаны за спиной.
Закашлявшись, она чуть не задохнулась.
- Заткнись! - раздался рядом чей-то грубый голос. - Просто заткнись - и все!
Но она продолжала корчиться и кашлять, и ей уже стало казаться, что пришел ее
смертный час.
Незнакомец выругался, и мешок наконец-то сдернули с ее головы. Девушка тут же
принялась жадно дышать. В этот
момент она не могла думать ни о чем, кроме как об этом свежем, чудесном воздухе,
прорвавшемся к ее легким, откинулась
на спину и, лежа неподвижно, дышала, дышала без конца.
Наконец она открыла глаза и увидела, что находится в карете, мчащейся куда-то
на огромной скорости, подпрыгивая на
ухабах. Странно, отчего-то подумала она, как это при такой тряске ее до сих пор
не сбросило с сиденья, на котором из-за
того, что руки у нее были связаны сзади, она еле умещалась?
- Ну вот ты и вернулась к нам, дорогая Уинифред. Я как-то забыл, что ты не
любишь оставаться взаперти. Нет, не
двигайся, не то мне придется тебя наказать! Учти, я ведь могу надеть этот
холщовый мешок обратно, и твой кашель тебе не
поможет!
Джек во все глаза уставилась на Артура Келберна, старшего сына лорда Рая. С
их последней встречи прошло не меньше
трех месяцев, но она не очень бы расстроилась, если бы не видела его еще лет
тридцать.
- Почему? - только и смогла выговорить она, с ненавистью разглядывая его
лицо, белым пятном вырисовывавшееся в
полумраке кареты над жабо, венчавшим вычурно расшитую куртку для верховой езды.
Молодой человек наградил ее томным взором, от которого обычно подгибались
коленки у большинства знакомых ему
девиц. Его черные как смоль волосы длинными напомаженными завитками спускались
до самых плеч, а один локон их
хозяин картинно зачесал на лоб. Артур был примерно одних лет с Греем, но на этом
их сходство и заканчивалось. Насколько
могла судить Джек, со временем он обещал вырасти в еще большего негодяя, чем его
отец.
- Почему? - не удержавшись, снова произнесла она.
Однако ее мучитель не спешил отвечать. Сидя на противоположной скамейке,
Артур не спеша разглядывал свою
пленницу.
- Когда я был зеленым юнцом, - произнес он наконец, - то считал тебя самой
неуклюжей и уродливой девчонкой на
свете. Но папа лишь усмехался и твердил: "Обожди, мой мальчик, всему свое
время!" И я послушно ждал. Теперь тебе
восемнадцать - и я не могу не согласиться, что он был прав. Ты стала выглядеть
просто очаровательно. Но и я теперь уже
взрослый мужчина, мне пора жениться. Мы с папой договорились, что из нас двоих
ты достанешься ему, так что все было
решено и устроено заранее. Мы знали, что две глупые старухи утащили тебя в
Лондон; нам также было известно, где они
тебя спрятали. Сэр Генри не сумел вернуть тебя назад, и тогда я сказал папе, что
ты скорее предпочтешь ему меня; если я
стану твоим
...Закладка в соц.сетях
