Невеста 2. Строптивая невеста

страница №11

...приятности, поняла? И мой первый
приказ будет такой: ни единого слова от тебя в течение суток.
- У меня болит голова, - пожаловалась София. Райдер наклонился к девушке,
ощупал ее голову и заметил рану у виска.
- Почему ты не сказала, что тебя ударили в висок?
- Я забыла.
- Ну ладно, рассказывай, но быстро.
София поведала Райдеру забытый эпизод. Тут в комнату вошли Джереми и Эмиль, и
девушка открыла было рот, чтобы
что-то сказать, но Райдер зажал ей губы ладонью.
- Тс-с, больше говорить не нужно. Приказ в действии.
Джереми подошел к сестре, опустился около нее на колени, стал гладить ей
волосы, руки и вдруг вскрикнул:
- Ой, Софи, что у тебя с ногами?
Райдер кликнул слугу и попросил принести фонарь, а когда фонарь был
доставлен, он взял его и осветил ноги Софии. Все
молча следили за Райдером, а он долго изучал израненные ступни и наконец
произнес:
- Да, Софи... Ты умудрилась поранить себя с ног до головы. Когда Сэмюель
привезет тебя домой, попроси Коко
промыть тебе ступни: они - сплошное кровавое месиво.
Взяв девушку на руки, Райдер отнес ее к экипажу, у которого ждал управляющий,
усадил ее внутрь и попрощался, а потом
смотрел вслед удаляющемуся экипажу до тех пор, пока он не скрылся из виду.
Итак, Теодор Берджес мертв, тут нет никаких вопросов. Но вот где Томас?
Жестокий надсмотрщик был куда опаснее
своего хозяина, и Райдер был почти уверен в том, что подсвечник на пол сбросил
именно Томас и он же ударил Софию по
руке. Куда же скрылся этот негодяй? Райдер не долго размышлял на эту тему, а
потом, оставив Эмиля присматривать за
Кэмил-холлом, отправился домой отдохнуть и поспать.
На следующее утро, когда он проснулся, немедленно появился управляющий и
доложил, что мисс Стэнтон-Гревиль все
еще спит. Райдер нахмурился, вспомнив о Софии и ее израненных ногах. Черт бы
побрал эту девчонку, вечно с ней чтонибудь
случается!
Завтрак прошел мирно, но где-то около полудня вошел слуга и сообщил, что в
Кимберли-холл прибыл судья Шерман
Коул.
Судья оказался неопрятным пожилым человеком с неприятной внешностью: толстый,
с нависающим над воротником
жирным двойным подбородком, на макушке светилась лоснящаяся лысина в обрамлении
жидких и грязных седых волос.
Глаза у судьи были недобрыми, а плотно сжатые тонкие губы придавали лицу злое и
хитрое выражение. Райдер, представив,
как Шерман Коул лез к Софии с нежностями, даже содрогнулся от отвращения.
Поздоровавшись и пожав судье руку, Райдер предложил ему сесть и выпить кофе.
Тот изъявил большую готовность
угоститься кофе и, не стесняясь, попросил к кофе сладких булочек, а когда поднос
с выпечкой принесли, уставился на них с
таким плотоядным выражением, с каким, наверное, он и на обнаженную женщину не
смотрел бы.
Райдер не без брезгливости наблюдал за тем, как гость жадно жует и говорит с
набитым ртом, пьет, давясь, кофе и
чувствует себя при этом замечательно.
- Не сомневаюсь, мистер Шербрук, что вам известно то положение, которое я
занимаю в этом городе. Я - судья и веду
все гражданские и уголовные дела. Я представляю закон, в моих руках находится
законная власть. Мне доложили о событиях
в Кэмил-холле, и я буквально потрясен тем, что в эти события оказались замешаны
вы. Не понимаю, каким образом, но,
надеюсь, вы прольете свет на этот факт. Мне хотелось бы также, чтобы привели
мисс Софию Стэнтон-Гревиль, у меня есть к
ней несколько вопросов.
В течение своей речи судья успел поглотить четыре плюшки и обсыпать крошками
не только подбородок, но и сюртук.
"Ну и ну, - удивлялся про себя Райдер, - этот субъект не только прожорливая
свинья, но и самовлюбленный, напыщенный
и высокомерный дурак. Такого не грех раздеть и бросить на съедение крокодилам в
мангровые болота, там ему самое место.
Крокодильчики на славу закусят жирным мясом".
- Боюсь, мистер Коул, что я не в силах буду выполнить вашу просьбу, - сказал
Райдер. - Девушка слишком слаба, к
тому же она пострадала от дыма во время пожара и еле-еле говорит. Приезжайте
сюда через несколько дней, она к тому
времени поправится и даст вам необходимые объяснения.

Мистер Коул недовольно нахмурился. Он не привык, чтобы кто-нибудь шел
наперекор его желаниям; он олицетворял
собой силу и власть, и каждый был обязан подчиняться ему беспрекословно.
- Я желал бы поговорить с мисс, - упрямо повторил он свою просьбу.
- Нет.
- Слушайте, Шербрук...
- Для вас я мистер Шербрук.
Шерман Коул на некоторое время замолчал, озадаченный неожиданным отпором. Он
чувствовал, как внутри у него
начинает закипать злоба, но не дал воли своим чувствам. Несмотря на
самоуверенность и самодовольство, он все-таки не был
глуп и понял, что имеет дело не с простачком. София Стэнтон-Гревиль могла быть
любовницей Райдера, раз он так рьяно
выступал в ее защиту. Судья решил промолчать, надеясь, что во, время паузы
Райдер, подобно большинству людей,
почувствует себя неуютно и начнет говорить, а если уж он начнет говорить, то,
вполне вероятно, что-нибудь выболтает.
Однако Райдер не произносил ни слова. Он сидел прямо и спокойно в кресле, сцепив
тонкие длинные пальцы, и на лице его
ясно читалась скука. Каков нахал! Коул начал сердиться не на шутку. Он нахмурил
брови, сжал тонкие губы еще плотнее и
мельком взглянул на поднос с едой. Булочек там больше не осталось, и это
добавило судье раздражения. Он не только любил
поесть, он ел и тогда, когда перед ним вставало какое-либо затруднение - процесс
пищеварения помогал мыслительному
процессу, так повелось еще с детства.
- Мне необходимо увидеть девушку, - упрямо повторил он.
- Очень жаль, дорогой сэр. И, смею заметить, вам до нее никогда не добраться,
так что лучше смиритесь с этим
печальным обстоятельством.
- О, мне кажется, вы неправильно поняли мою мысль, мой дорогой друг! Я не
собираюсь навязывать мисс свое
общество, что вы! Я женатый человек, и супруга у меня - прелестная,
очаровательная женщина. Дело совсем в другом, и я
вам объясню. У меня есть сильное подозрение, что мисс Стэнтон-Гревиль
хладнокровно убила своего дядю, а потом
устроила в доме пожар. Поэтому-то я и хочу поговорить с ней, главной
свидетельницей, так сказать.
- У вас возникло довольно странное подозрение. Могу я спросить, что дало вам
повод так думать? Мне, например, такое
предположение кажется просто диким.
- Понимаете, мистер Шербрук, вы приехали сюда совсем недавно и плохо знаете
местную публику, в том числе и мисс
Софию. Я-то знаю ее гораздо лучше. Так вот, эта девушка вовсе не такая, какой вы
ее, по всей видимости, считаете. Она
распутная особа, расчетливая и хладнокровная, без каких бы то ни было понятий о
чести. Вы наверняка слышали, что о ней
говорят, и, можете мне поверить, это не голословные слухи, не болтовня. Такая
бесстыжая бестия вполне способна убить
человека. Я предполагаю, с большой долей уверенности, что мистер Берджес какимто
образом узнал правду о своей
племяннице и вызвал ее на откровенный разговор, возмущенный поведением
последней, а она, не желая, чтобы дядя
вмешивался в ее жизнь, избавилась от него. - Коул остановился, набрал в грудь
побольше воздуха и, наградив Райдера
строгим, неподкупным взглядом истинного поборника справедливости, заявил: -
Поэтому я и явился сюда, закон должен
наказать виновницу.
Райдер громко рассмеялся в лицо судье.
- Мистер Коул, у вас богатое воображение. Отдаю должное вашему остроумию, но,
согласитесь, ваша теория построена
на пустом месте.
- Вовсе нет. У меня имеется свидетель.
- Неужто? И кто он, если не секрет?
- Томас, надсмотрщик. Райдер, услышав это имя, рассмеялся еще громче, чем
прежде.
- Не вижу причин для подобного веселья, - недовольно заметил судья.
- Ах, прошу прощения, - Райдер прекратил смеяться, - но меня очень позабавила
мысль о том, что безродный
надсмотрщик может выступить в качестве свидетеля. Кроме того, он - законченный
негодяй, ни для кого это не секрет. А
основывать обвинение на показаниях негодяя - намерение не слишком мудрое, как вы
считаете? Я могу предложить вам
другую версию, в корне отличающуюся от вашей. Послушайте: мистер Берджес
случайно обнаруживает, что Томас
обманывает его, и вызывает того для дачи объяснений. В ходе разговора вспыхивает
ссора, и Томас в пылу ярости убивает
своего хозяина. Мисс Стэнтон-Гревиль и ее брат оказываются невольными
свидетелями случившегося, и Томас берет
инициативу в свои руки и направляется к вам, чтобы, извратив факты, обвинить в
преступлении невинных. Мисс София,
оставшись без покровителя и защитника, легко может пасть жертвой злых домыслов;
Томас рассчитал правильно, решив
переложить вину на девушку.

- Но почему вы думаете, что Томас способен на такое...
- А почему нет, скажите? Он отъявленный мерзавец, без сердца и совести,
спросите любого, и вам это подтвердят, да вы
и сами это знаете не хуже других. Он безродный ублюдок, жестокий, хитрый,
скользкий, как змея. Кто, по-вашему, больше
способен на преступление: такой гнусный и бессердечный человек, как Томас, или
юная девушка, пусть о ней и идет
нехорошая молва и ее считают особой легкого поведения?
- Юные девушки еще и не на такое способны. Не вижу причин, почему я должен
считать мисс вне подозрений. Она...
- Я бы не советовал вам углубляться в оценку достоинств мисс Стэнтон-Гревиль,
дорогой мистер Коул. Девушка
находится под моим особым покровительством, и я в самое ближайшее время подам
прошение о том, чтобы мне поручили
опеку над девушкой и ее братом. Этим займется мистер Оливер Сассон.
- Ага, ну что ж, коли так, то дело проясняется. Я начинаю понимать истинную
подоплеку вашего поведения.
- Да? И что же вы поняли?
- А то, что мисс Стэнтон-Гревиль, как я и подозревал, ваша любовница.
Райдер тяжело вздохнул и произнес тоном, какой всегда был у его отца, когда
какой-либо посетитель или гость
злоупотреблял его терпением:
- Возможно, когда-нибудь мисс София и станет моей любовницей, однако я не
уверен, что такое желание может у меня
возникнуть. А пока я имею определенные обязательства по отношению к ее брату,
осиротевшему мальчику, и буду о нем
заботиться, а заодно и о его сестре. И не забывайте, дорогой сэр, Джереми
является наследником имущества Тео Берджеса.
Интересы мальчика должны быть защищены, а поскольку я не вижу никого, кто хотел
бы взвалить заботу об этом на свои
плечи, я решил сам выступить в качестве его покровителя и защитника, так
подсказывает мне мои долг честного человека и
джентльмена. У вас есть ко мне еще какие-нибудь вопросы, мистер Коул? Нет? Тогда
разрешите откланяться, и на прощание
я хотел бы дать вам маленький совет: расспросите подробнее Томаса, вдруг он не
устоит под вашим натиском и выложит вам
всю правду?
Райдер встал, давая гостю понять, что разговор окончен. Судья нехотя поднялся
с кресла и сказал с явной ноткой
упрямства в голосе:
- Ей не удастся избежать наказания! Я найду другие доказательства ее
виновности!
- Другие? - удивился Райдер. - А разве вы располагаете сейчас хоть какиминибудь
доказательствами? Слова негодяя
не доказательство. Повторяю, возьмитесь как следует за Томаса, убийца - он, и
никто иной. А теперь прошу меня извинить,
у меня много дел. Кстати, не дать ли вам парочку плюшек в дорогу, я заметил, они
вам пришлись по вкусу.
Шерман Коул, ничего не ответив, резко повернулся и вышел из гостиной.
Во все время разговора Райдера с судьей София подслушивала под дверью и еле
успела убежать, прежде чем важный
гость вышел. Она стремительно взбежала по лестнице на второй этаж и скрылась в
своей спальне, или, вернее, спальне
Райдера, улеглась в постель и стала вспоминать все, что услышала. Все сказанное
Райдером и судьей не явилось для нее
новостью, она и раньше знала, зачем Шерман Коул явился в Кимберли-холл, и была
рада, что в лице Райдера судья нашел
сильного противника. Правда, одна фраза из разговора неприятно кольнула ее:
"Возможно, когда-нибудь мисс София и
станет моей любовницей, если я этого захочу, однако я не уверен, что такое
желание может у меня возникнуть". Какая
самоуверенность! Значит, Райдер в принципе ничем не лучше остальных мужчин! Он
сам выдал себя, и намерения его ясны:
он возьмет ее тело в качестве платы за заботы о Джереми и, наигравшись вдоволь
новой игрушкой, потом выкинет за
ненадобностью. Ну и пусть! - решила София, натянув одеяло до самого подбородка.
Зато потом ее и Джереми оставят в
покое и они мирно заживут в Кэмил-холле, а через полтора года, когда она станет
совершеннолетней, она сможет
официально взять на себя опеку над братом.
София услышала звук открывающейся двери и через секунду увидела у изголовья
кровати Райдера.
- Мистер Коул наговорил мне много забавного, - сказал он.
- Неужели? Меня арестуют?
- Не будь глупой, Софи, никто не собирается тебя арестовывать. Я предложил
судье кандидатуру Томаса как вполне
подходящую для виселицы. Было бы чудесно, если бы этого негодяя вздернули на
веревке, он это заслужил.

София отвернулась к стене и тихо спросила:
- А почему Коко не спала вчера в такой поздний час? Она - единственная, кто
видел, как я уходила.
- Коко - в положении и вышла на балкон подышать свежим воздухом, когда ей
стало дурно.
- О!
- Хочешь, чтобы я рассказал тебе в подробностях наш разговор с судьей?
Софии хотелось накричать на Райдера и выгнать его, сказав, что она все уже
знает, но она, конечно, не могла так
поступить и просто согласно кивнула в ответ. Райдер передал ей содержание беседы
достаточно подробно, опустив лишь
несколько неприятных для Софии фраз, в том числе и ту, в которой он говорил о
возможности интимных отношений между
ним и Софией. Когда он закончил говорить, София сказала:
- Думаю, не стоит этого делать.
- Чего делать?
- Ну, я считаю, что ни к чему тебе быть нашим опекуном. Мне почти двадцать, а
по достижении совершеннолетия
опекуном Джереми стану я.
- Нет.
- Почему? Ты ненамного старше меня, и ты хочешь быть моим опекуном? Да это
смешно!
- Мне почти двадцать шесть лет, так что я нахожусь во вполне зрелом возрасте.
- Не в таком уж и зрелом. Райдер усмехнулся:
- Хотел бы я, чтобы тебя послушал мой брат, которому двадцать восемь и
который владеет всеми землями и
имуществом Шербруков! Наши родственники давно наседали на него, чтобы он женился
и обзавелся наследником. А ты
говоришь, двадцать шесть лет не зрелый возраст.
- И что же твой брат? Он женился?
- Да, он женился незадолго до того, как пришло письмо от Грэйсона.
- Если твой брат женился лишь затем, чтобы получить наследников, то мне
искренне жаль ту женщину, которая
вступила с ним в брак!
- Жену брата зовут Александра, и она не относится к числу людей, которые
вызывают у окружающих жалость, а ее
отношения с супругом, моим братом, не сводятся к производству наследников. Но
оставим это, меня ждут дела поважнее,
завтра я поеду в Монтего-Бей и встречусь там с Оливером Сассоном. Сообщу ему,
что я знаю о той оплошности, которую он
совершил в отношении наследства моего дяди, и пообещаю не поднимать шума, если
он возьмется уладить данное дело.
София приняла эту новость молча. Райдеру молчание Софии не понравилось, и он
поспешно добавил:
- Как я решил, так и будет, Софи, и поверь мне, для тебя и Джереми такой
выход - наилучший в данной ситуации. А
если ты попытаешься убежать из Кимберли-холла, то на этот счет я дал Эмилю
соответствующие указания. Он примет
необходимые меры, имей в виду.
- Я не понимаю, зачем тебе это надо? Ты, видимо, не понимаешь до конца, за
что берешься. Зачем тебе брать на себя
заботы о девятилетнем мальчике и его распутной сестре? Чего ради взваливать на
свои плечи такую обузу?
- Не знаю, - после недолгого раздумья признался Райдер. - Точно я тебе на
твой вопрос не отвечу. Мне двадцать
шесть лет, и я второй сын; это не значит, что я не имею средств к существованию,
но я избавлен от ответственности. Сначала
ответственность лежала на моем отце, а после его смерти главным в семье стал
Дуглас, а я, как и раньше, продолжал жить,
ни о чем особенно не задумываясь, делал то, что мне хотелось, и никто от меня
большего и не требовал. Есть, правда, одно
обстоятельство, но о нем никому не известно... И это мое личное дело и никого
больше не касается.
- А можно узнать, что это за обстоятельство? Райдер покачал головой и,
похоже, сам на себя разозлился за свою
болтливость.
- Итак, Софи, давай подведем итог: на данный момент я отвечаю за тебя и
Джереми, и никто, кроме меня, не может
претендовать на эту роль. И советую тебе не возражать, Софи, а пожать мне руку
как своему будущему опекуну.
Райдер не ожидал, что София последует его совету, но она послушно протянула
руку и сказала:
- Спасибо за заботу о Джереми, я искренне благодарна тебе за твою доброту. Я
думаю, мой брат в хороших руках.
- И ты тоже, Софи.

- Нет.
- Какая же ты упрямая, Софи, просто ужас. Кстати, как твои ноги?
- Ноги? Я и забыла о них. Ступни почти зажили, спасибо.
- Рад слышать это. Дай-ка я взгляну на них. Райдер стянул простыню с ног
Софии и посмотрел на забинтованные
ступни. Бинты пропитались кровью.
- В чем дело, Софи? - удивленно спросил он. - Почему на бинтах кровь?
"Почему, почему... - раздраженно подумала София. - Да потому, что я вставала
и ходила подслушивать!
- Я не знаю, - ответила она.
- А я знаю, - сердито сказал Райдер. - Ты вставала с постели, не так ли?
Признайся.
- Да, я вставала, ну и что? Мне нужно было в туалет.
- Не пытайся обмануть меня, Софи. Ночной горшок стоит в шести футах от
кровати, а для того, чтобы на бинтах
выступило столько кровавых пятен, ты должна была проделать немалый путь. Куда ты
ходила?
София вместо ответа тупо уставилась на свои руки и неожиданно заметила, что
под ногтями - грязь.
- Тебе нянька нужна больше, чем Джереми, - недовольно заметил Райдер.
София по-прежнему ничего не отвечала, и ее взгляд с рук переместился на ноги.
И как она могла забыть об этих кровавых
бинтах! Пока она бежала по лестнице к гостиной, чтобы подслушать разговор между
Райдером и судьей, пока она стояла под
дверью, а потом торопилась обратно в спальню, она не чувствовала боли и ощутила
ее только сейчас.
- Я сама перебинтую ноги, - заявила София, - ты можешь оставить меня одну.
В ответ Райдер раздраженно выругался и начал разматывать бинты. В течение
десяти минут он возился, промывал
глубокие кровоточащие порезы мылом и горячей водой и не раз за это время обзывал
про себя Софию глупой идиоткой, а
она лежала в постели, бледная, и едва не кричала от боли. Увидев, какие
страдания приходится испытывать девушке, Райдер
немного смягчился. Промыв как следует раны, он прижег их спиртом и, зная, что
боль сейчас должна быть нестерпимой,
крепко прижал Софию к кровати и сказал:
- Я понимаю, что ты испытываешь в данный момент, но поделом тебе, нечего было
бегать по дому. Не пытайся
двигаться, это тебе не поможет. Я собираюсь еще раз продезинфицировать порезы
спиртом, и если ты будешь мне мешать, я
тебя привяжу. Кричать разрешается. А что касается твоей вылазки, я обязательно
выясню, куда ты ходила, понятно?
Райдер налил в миску спирта и опустил туда ступни Софии. От боли девушка
завопила на весь дом, на глазах ее
выступили слезы, она пыталась вырваться, но тщетно. Внезапно в спальню вбежал
Джереми, услышавший крики сестры;
лицо у него раскраснелось от гнева и решимости, руки были сжаты в кулаки.
Райдер строго посмотрел на мальчика и объяснил:
- Это необходимо, Джереми. Я должен тщательно промыть и продезинфицировать
раны, иначе может случиться
заражение крови. Подойди сюда и подержи сестру за руки.
Джереми послушно подошел и помог Райдеру, который, выждав еще какое-то время,
вынул наконец ступни из спирта и,
постелив чистое полотенце, положил на него ноги Софии.
- Пока все, - сказал он, - от тебя требуется лежать неподвижно. Обещаю тебе,
что, если ты попробуешь встать и снова
куда-нибудь отправишься, я отлуплю тебя, и Джереми мне поможет.
- Софи, пожалуйста, не вставай и не ходи, - попросил сестру Джереми. - И что
ты только умудрилась сделать со
своими ногами, ведь Коко вчера перебинтовала их, и крови не было.
София, видя, как Джереми слушается Райдера, страшно разозлилась, но, будучи
совершенно беспомощной и
обессиленной, сумела лишь прохрипеть: "Ты должен слушаться меня, я твоя сестра",
- но Джереми не разобрал ее слов.
Зато Райдер понял и ее злость, и вызванные обидой на брата слова и довольно
улыбнулся. Наклонившись к Софии, он
дружески потрепал ее по бледной щеке и сказал:
- Джереми присмотрит за тобой, Софи. Не разрешай ей вставать, Джереми, кроме
того случая, когда ей захочется
облегчиться. Внимательно следи за ней. Я надеюсь, ты оправдаешь мое доверие. Не
подведи меня, мой мальчик, хорошо?
- Ну что вы, сэр, - ответил Джереми. Райдер послал прощальный салют Софии,
подмигнул мальчику и вышел из
комнаты.

Глава 9

Размышления о том, куда ходила София, не долго беспокоили Райдера. Он быстро
догадался, что девушка, вероятнее
всего, подслушала его разговор с Шерманом Коулом, которого заметила в окно,
когда тот подъехал к дому. Значит, она
слышала все! И нелестное мнение о себе судьи, и его, Райдера, жестокие слова.
Ах, какая неудача! Проклятая девчонка! У
нее есть все основания не доверять ему, и она ему не доверяет, несмотря на его
искренние заботы о Джереми. Райдер был
раздосадован этим обстоятельством и долго стоял в холле, куда он спустился после
визита к Софии, уставясь бессмысленным
взором в пространство. Из забытья его вывел голос Джеймса, слуги:
- Сэр, нужно что-нибудь?
- Нет, Джеймс. Скажи-ка лучше, ты не видел мисс Стэнтон-Гревиль здесь, на
первом этаже?
- Да, сэр, она была здесь совсем недавно. В ночной рубашке мистера Грэйсона,
с распущенными волосами и
забинтованными ногами.
- А-а, понятно. Спасибо, Джеймс.
- Рад вам служить, сэр. А как Томас, его повесят?
- Искренне хочу в это верить, Джеймс. Райдер вышел из просторного холла на
веранду и невдалеке от дома заметил
Эмиля, который махал ему рукой. Подъехав к парадному входу и спешившись, Эмиль
легко взбежал по ступенькам и
торопливо прошел на веранду, где его ждал Райдер.
- В Кэмил-холле все в порядке, - доложил Эмиль. - Запах гари и дыма почти
выветрился, но слуги пока еще не
очистили внутренние помещения от грязи и копоти. Я оставил вместо себя нашего
бухгалтера Клэйтона, он толковый и
опытный человек и встретит бухгалтеров и надсмотрщиков Кэмил-холла во всеоружии.
Я собираюсь вернуться обратно
после обеда и проверю, все ли распоряжения выполнены.
- Томас не объявлялся?
- Нет. Я проследил также за тем, чтобы останки Тео Берджеса были похоронены.
Господи, вы не представляете, Райдер,
что это было за зрелище! Слава Богу, все кончено. Тело покойного, разумеется,
осмотрели поверхностно. Как себя чувствуют
Джереми и Софи?
- Прекрасно. Будьте внимательны и осторожны, Эмиль.
- Хорошо. Вы собираетесь уезжать?
- Да, я поеду в Кэмил-холл. Софи и ее брату нужна одежда.
С этими словами Райдер направился к выходу с веранды, а Эмиль, нахмурившись,
долго смотрел ему вслед.
Клэйтон оказался необыкновенно подвижным, загорелым и на удивление волосатым
маленьким человечком; он ни
минуты не мог посидеть спокойно и постоянно двигался или что-то делал, и даже
когда он просто стоял, создавалось
впечатление стремительного движения куда-то. Поздоровавшись с Райдером, Клэйтон
разразился быстрым, нескончаемым
потоком слов. Райдер внимательно слушал все, что рассказывал ему бухгалтер, и
между делом осматривал окружающую
обстановку, одновременно отмечая про себя, что необходимо переделать. Отпустив
наконец разговорчивого Клэйтона, он
прошел на второй этаж; там ему встретилась смешливая чернокожая служанка в ярком
платке, обмотанном вокруг головы,
она проводила господина в спальню Софии. По дороге девушка проинформировала
Райдера, что ее зовут Дорси.
Спальня Софии располагалась рядом со спальней Тео Берджеса, и, заметив это,
Райдер недовольно сдвинул брови, сразу
представив себе, как Тео, с кнутом в руках, врывается в комнату племянницы.
Бедная Софи! Решительным шагом Райдер
проследовал внутрь помещения и подошел к платяному шкафу. Открыв его, он увидел
не менее дюжины платьев, богатых и
нарядных, но подходящих скорее опытной кокотке, без труда сводящей мужчин с ума,
нежели молодой девушке. Кроме этих
бесстыдных, откровенных нарядов, других туалетов в шкафу не было. Райдер,
заметив рядом со шкафом комод, начал
выдвигать один за другим ящики и в одном из них обнаружил скромные, пастельных
тонов платья, вполне приличные для
девушки из хорошей семьи. Эти наряды, в отличие от предыдущих, шелковых и
атласных, были сшиты из муслина. Нижнее
белье, лежавшее в других ящиках, было хорошо сшито и украшено искусной вышивкой,
но оно не подошло бы куртизанке,
потому что было сшито из батиста и полотна, а не из шелка или атласа. Среди
белья Райдер нашел также и простенькую
девичью ночную рубашку и, достав ее и другие вещи, которые он счел подходящими,
связал их в узел и оставил в комнате.

Затем он прошел в спальню Джереми и вскоре вернулся с другим узлом в руке.
Дело было сделано, оставаться в Кэмил-холле дольше было незачем, и Райдер
покинул жилище Софии и ее брата и через
четверть часа уже подъезжал к своему дому. А там его ждал сюрприз в виде судьи
Шермана Коула и четырех вооруженных
людей. Коул визгливым голосом кричал на управляющего, приказывая ему немедленно
привести распутную девчонку,
которую он, как представитель закона, обязан препроводить в тюрьму Монтего-Бей
за убийство дяди. Райдер, проехав на
коне среди столпившихся у парадного входа незваных гостей, остановился у нижних
ступеней лестницы и вопросительно
посмотрел на Коула.
- А-а, вот и вы! - вскричал судья. - Но это уже не важно. Слушайте меня, сэр.
Я приехал забрать ее и для
осуществления своего намерения привел с собой помощников.
Райдер высокомерно взглянул на "помощников", явно чувствовавших себя не в
своей тарелке, и усмехнулся.
- Почему вы не проходите в дом, мистер Коул? У нас найдутся для вас сдобные
плюшки, которые вам так понравились.
За плюшками мы и...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10
• 11
• 12
• 13
• 14
• 15
• 16
• 17
• 18
• ...
• 24
• 25
• 26

Закладка в соц.сетях