Жанр: Любовные романы
Нескромное предложение серия: (Барон)
...ежеквартальных
подачек. Что же до твоего так называемого мужского благородства, надеюсь, ты им
подавишься.
- Я хотел, чтобы ваш своенравный характер и мятежный дух вернулись к вам,
после того как вы благополучно выйдете за
меня, мадам. Однако, если это означает, что вы превратитесь в сварливую упрямую
ведьму, которая так погружена в свои
мелочные обиды, что...
- Лучше уж быть ведьмой, чем тупым ослом!
- Я ваш муж. Постарайтесь впредь не перебивать меня, Сабрина.
- Ну уж нет! Я буду поступать так, как сочту нужным! В конце концов, я
довольно дорого заплатила вам за это право!
- Вам еще многому нужно учиться, виконтесса, - небрежно бросил он, сумев
овладеть собой. - Что же касается прав... у вас
их попросту нет. Вы будете делать так, как вам велят. Возможно, вы и внучка
графа, но гораздо важнее то, что стали моей
женой. Почему бы вам не подняться к себе и не поразмыслить о вреде
несправедливых нападок и оскорблений? Когда будете
готовы извиниться, позвоните Грейбару, и он меня уведомит.
Горшочек с джемом просвистел мимо его головы. Филип потрясение уставился на
жену. Она дышала часто и тяжело,
грудь ее вздымалась. Ее следует хорошенько встряхнуть, но Филип опасался
причинить ей боль.
- Иди в свою комнату, Сабрина.
- Ни за что! - упрямо проговорила она. - Скорее уж напишу Чарлзу Аскбриджу.
Вероятно, он согласится поехать со мной
на прогулку в парк. Чарлз по крайней мере никогда не был напыщенным тираном!
- Не доводи меня до крайности, Сабрина! Я сошлю тебя в Динвитти-Мэнор, где
ты сможешь охладить свой пыл в мирном
уединении.
- А ты только этого и добиваешься, чтобы спокойно проводить время в
обществе любовницы?! - воскликнула Сабрина, но
тут же осеклась при виде его ошеломленного лица.
На скулах Филипа выступили багровые пятна. Он выглядел смущенным и
виноватым.
И тут Сабрина сделала весьма неприятное для себя открытие.
- Так вот что ты делал прошлой ночью... - едва выговорила она. - Ушел сразу
же после того, как отправил меня в постель.
То-то мне показалось, что я слышала стук парадной двери! Ты... ты поехал к
любовнице в нашу брачную ночь? Не
потрудился даже заглянуть к жене, провести с ней несколько часов, хотя бы лечь в
соседней спальне, нет, ты провел ночь с
другой женщиной!
Филип молчал.
Сабрина окинула его презрительным взглядом.
- Меня поражает, как ты можешь, имея любовницу, хвастаться мне своими
благородством и галантностью.
- Я этого не делал!
- Конечно, вслух ты и не высказывался, но пыжился, надувал щеки и распускал
хвост, упиваясь своим проклятым
нравственным величием и рыцарским поведением! Может, мне броситься к твоим
ногам, Филип, целовать сапоги за то, что
спас меня? Или послать подарок твоей любовнице в знак признательности за то, что
не подпустила тебя к жене в самую
главную ночь ее жизни?
Филип не знал, куда деться. Тихая, бледная девочка внезапно превратилась в
тигрицу. Он ухватился за последнюю фразу,
как утопающий - за соломинку.
- Это действительно самая главная ночь в жизни женщины?
- Только если женщина не подозревает, что собой представляют мужчины.
- Довольно твоих уколов! Хватит меня дразнить, Сабрина! Отвечай: ты хотела,
чтобы прошлой ночью я остался с тобой?
В дверь столовой осторожно постучали.
- О дьявол! - выругался Филип. - Ты ответишь мне на этот вопрос, Сабрина. О
да, ответишь, как только я избавлюсь от той
назойливой особы, которая не уйдет, пока ее не пригласишь. И никаких посланий
Чарлзу. Ты обязана подчиняться мужу.
Войдите! - крикнул он, выпрямляясь.
- Экипаж ждет, милорд, - объявил Грейбар, устремив взгляд на белоснежный
галстук хозяина. Он отнюдь не был глух и с
радостью воспользовался поводом прервать чересчур оживленную беседу господ. К
счастью, на этот раз обошлось без битья
посуды!
- Мне не нужен экипаж, Грейбар. Ее сиятельство остается дома. Велите
Лэнкому запрячь лошадей в фаэтон.
Грейбар строптиво нахмурился, готовый ринуться в бой, и громко захрустел
пальцами - жест, которого Филип за всю
свою жизнь ни разу не имел возможности наблюдать. И вместо того чтобы выйти,
громко откашлялся. Это оказалось
последней каплей.
- Фаэтон, Грейбар. Немедленно. И никаких споров. Идите.
- Да, милорд.
Когда за Грейбаром закрылась дверь, Филип снова повернулся к жене.
- Отвечай, Сабрина! Ты хотела, чтобы я остался с тобой в прошлую ночь?
Сабрина помолчала, внимательно изучая свои ногти.
- Я сказала, что это самая важная ночь в жизни женщины, если только она не
подозревает, что собой представляют
мужчины. - Она подняла потемневшие от ярости глаза. - Но у меня, к несчастью,
есть печальный опыт общения с
противоположным полом. Тревор многому меня научил, а вы - еще большему. Думаете,
я желаю, чтобы меня, как остальных
несчастных, осыпали грубыми омерзительными ласками? Неужели считаете, что я так
бесконечно глупа?
Ее ответ был бы совершенно иным, если бы не столь несвоевременное появление
Грейбара!
Филип был уверен в этом, но пока Сабрина держалась на редкость мужественно
и явно брала над ним верх.
- Прекрасно. Поскольку вы, очевидно, не нуждаетесь в моем обществе, я
удаляюсь. В ваши обязанности входит
составление меню вместе с миссис Холи. Передайте ей, что сегодня я поужинаю в
клубе и приеду поздно. Желаю хорошо
провести день, Сабрина. Надеюсь, вы не лопнете от ничем не обоснованной злобы.
Сабрина не накинулась на него, хотя кулаки сами собой сжимались.
- Вы так и не сказали, стоит ли послать сувенир вашей содержанке?
- Вы забудете о существовании моей любовницы, - приказал Филип и ринулся к
выходу, умирая от желания перекинуть ее
через колено и задать трепку. На пороге он обернулся: - Я запрещаю вам упоминать
о ней. Понятно?
Сабрина потянулась за очередным горшочком джема, тем самым, что стоял у
самого ее локтя, но Филип уже исчез.
Глава 32
Все в нем так и кипело от бешенства. С каким наслаждением он сейчас побил
бы кого-нибудь! Но, увы, подходящего
кандидата не находилось. И тут Филип улыбнулся. Вот оно! Нужно немедленно ехать
в боксерский салон "Джентльмен
Джексон"!
Следующие два часа он провел на ринге, уложил четырех противников и
измучился так, что едва держался на ногах.
- А я считал, Деренкур, что вы обнаружили куда более приятные способы
избавиться от напряжения.
Филип отбросил полотенце, которым вытирал лицо. Граф Марч, сам недавно
женившийся, с подозрительной веселостью
разглядывал его.
- Добрый день, Сент-Клер. Жаль, что не явились пораньше, попробовали бы
силы в бою со мной.
- Ну да, позволить вам размозжить мне голову? Ни за что! Разрешите нам с
Кейт пожелать вам счастья. Мы только вчера
вечером вернулись из Сент-Клера, иначе я имел бы честь протанцевать вальс с
вашей очаровательной невестой.
- Моя очаровательная невеста в данный момент развлекается с Чарлзом
Аскбриджем. Я запретил ей видеться с ним, но
она не послушалась меня. Ей, видите ли, нравится его общество, потому что он не
тиран.
- В отличие от вас, разумеется?
- Да! И это после всего, что я для нее сделал!
Граф с интересом наблюдал за вспышкой возмущения у этого обычно сдержанного
и хладнокровного человека.
- Наверное, это глупый вопрос, Филип, но не могли бы вы объяснить, что
именно сделали для нее?
- Как... я думал, вы знаете... спас ей жизнь.
- Да, это прекрасный поступок.
Филип внезапно опустил глаза. Проклятие, Джулиан прав! И Сабрина тоже. Он
возомнил себя божеством среди простых
смертных, всемогущим, всесильным, бескорыстным.
- Мне кажется, - дружелюбно заметил граф, - что вам выпало счастье жениться
на чудесной девушке, из хорошей семьи, с
великолепным приданым. Если бы вы встретили ее в Лондоне при обычных
обстоятельствах, влюбились бы вы в нее тогда?
Захотели бы жениться? Судя по тому, что я слышал, она красавица. У нее было бы
немало поклонников. Пожелали бы вы
стать одним из них, чтобы выиграть драгоценный приз? Кто знает?
- Дьявол вас побери, Джулиан! Был бы крайне благодарен, если бы вы держали
свое драгоценное мнение при себе.
Дело в том, что она моя жена и должна повиноваться мне, и все тут.
- Чарлз Аскбридж, закоренелый холостяк, возможно, согласится с вами. Но я
все-таки осмелюсь иметь свое суждение. Не
пытайтесь сломить ее дух, Филип. А теперь прощайте, друг мой. Моя жена обожает
есть мороженое у Гюнтерса. Я рад во
всем ей потакать. Говоря по правде, у меня сердце тает от ее счастливой улыбки.
Филип, разминая усталые мышцы, угрюмо смотрел вслед другу. Господи, как
неприятно осознавать, что ты не прав. И
еще неприятнее, когда тебе указывают на это.
Сабрина вручила плащ, подбитый соболем, расстроенному Грейбару и спокойно
дожидалась, пока тот принимал пальто и
перчатки Чарлза.
Они проследовали в гостиную, чтобы выпить чаю.
- Что это с Грейбаром? - спросил Чарлз. - Мне показалось, он либо сейчас
заплачет, либо разобьет об мою голову
китайскую вазу.
- Он верный слуга своего хозяина, а Филип запретил мне видеться с вами,
следовательно, Грейбар не одобряет моего
своеволия.
Чарлз подошел к камину и протянул руки к огню. Сабрина, не находя себе
места, уныло бродила по комнате. Странно,
почему ей пришло в голову пригласить на прогулку в парк именно его? Правда, он
был деликатен и не задал ей ни одного
вопроса. Сабрина же всю дорогу изводила его пустой болтовней, так что в конце у
него голова пошла кругом. Какое счастье,
что хоть сейчас она молчит! Но беда в том, что Чарлз слишком хорошо знал Сабрину
и ему было больно видеть, как она
страдает и старается это скрыть.
- Где Филип? - наконец спросил он. - Я думал, мы застанем его дома.
Сабрина повернулась к нему. Ее щеки раскраснелись от ветра, волосы в
беспорядке вились вокруг осунувшегося лица.
Она с притворным безразличием пожала плечами, но не так-то просто было обмануть
Чарлза.
- Понятия не имею, Чарлз.
- Как скоро вы его ожидаете?
- Это дом Филипа. Он вернется, когда пожелает.
Гнев, а не горечь поражения, вот что владеет ею!
- Выслушайте меня, Сабрина Эверсли, поскольку я последние два часа
подвергал свой слух самому жестокому испытанию
и был вынужден терпеть вашу идиотскую трескотню. Я задаю самый обычный вопрос о
местопребывании вашего мужа, а вы
мгновенно превращаетесь в ощерившегося мастиффа. Вы замужем всего два дня. Что
происходит, черт возьми?!
- Я так и знала, что вы станете его защищать.
- Защищать Филипа? С чего вы это взяли? Ну же, Сабрина, - попросил он,
немного смягчившись при виде полных тоски и
боли глаз, - мы дружим целую вечность, и вы прекрасно понимаете, что можете мне
довериться. Поговорите со мной.
В комнате возник Грейбар с тяжелым серебряным подносом. Пока Сабрина
возилась с чашками, Чарлз безуспешно ломал
голову, пытаясь найти объяснение происходящему.
Как только Грейбар с неодобрительно-чопорным видом монахини, случайно
попавшей в бордель, удалился, Чарлз
подступил к Сабрине:
- А теперь немедленно объясните, что заставило Филипа бежать из
собственного дома.
И тут же подскочил от оглушительного крика.
- Вот видите, Чарлз, вы уже взяли его сторону! - Голос Сабрины звенел в его
ушах. - Почему вы осуждаете меня, не
выслушав? Неужели ни на минуту не допускаете, что не я виновата в его
отсутствии?
- Вот именно, не допускаю. Слишком хорошо мы знакомы. Я привык к вам и
вашим выходкам. Господи, только подумать
обо всех проделках, в которые вы втянули несчастную Маргарет! Но бедняга
Филип...
- Бедняга, говорите? Уж поверьте, он отнюдь не беден, получив такое
великолепное приданое, как у меня, не говоря уже о
десяти тысячах наследства! Бедный Филип, подумать только! Прямо-таки нищий!
- Я вовсе не это имел в виду, и вы все прекрасно понимаете!
- Превосходно! Итак, за завтраком ваш бедный Филип счел своим долгом
сообщить мне, что возвращает мне мое
наследство, а вместе с ним и финансовую независимость.
- Да как он смел, негодяй! Да его стоит повесить за такую наглость!
- Хотите сказать, что Филип ничего не говорил вам о нашем деловом
соглашении?
- Деловом соглашении? Что за бессмыслица? Начнем с того, что джентльмены не
станут пачкать руки какими-либо
сделками, тем более с дамами.
Сабрина опустила глаза и принялась нервно теребить складки на юбке.
- После той ужасной ночи в клубе "Олмэкс" Филип старался держаться подальше
от меня. Обстановка была такой
невыносимой, что мне пришлось написать ему и попросить приехать. Это я
предложила ему жениться на мне, Чарли. У меня
сложилось впечатление, что он нуждался в моих деньгах, поэтому мы заключили
договор, устраивающий нас обоих.
- Клянусь всеми святыми, Филипу в голову бы не пришло жениться по расчету!
С тех пор как один из Мерсеро женился на
богатой наследнице, их род ни в чем не знал недостатка. Последние два поколения
виконтов многократно увеличили
состояние. Филипу так же нужны ваши деньги, как прошлогодний снег.
- Кажется, я поняла это сегодня утром, - тяжело вздохнула девушка. - Но я
тоже богата, Чарли.
- И что из этого? Теперь-то вы поняли, что Филип никогда не гнался за вашим
золотом? Господи, да он не взял бы его,
даже если бы сам не имел ни фартинга. Похоже, вы сами вынудили его прибегнуть к
этой уловке, чтобы выполнить свой долг
по отношению к вам.
- Видимо, я и это сознавала, - пробормотала она так тихо, что Чарлз был
вынужден податься вперед, чтобы лучше
расслышать. - Все это было чистым притворством. Ложью.
- Вспомните, Сабрина, сколько раз вы ему отказывали. Он нес за вас
ответственность, хотя исключительно по вашей вине
попал в такой переплет. Разумеется, вы не намеренно втянули его в эту историю,
но, не наткнись он на вас в лесу, ничего бы
не случилось.
- И Филип был бы свободен и не обременен нелюбимой женой! О, неужели не
понимаете, Чарлз? Я не желала жертв с его
стороны и поэтому стремилась привнести в наш брак хоть что-то, помимо моей
запятнанной репутации.
- Если бы вы хоть на минуту перестали тревожиться за свою честь и подумали
бы о его...
Сабрина сморгнула подступившие слезы. Она терпеть не могла выказывать столь
постыдную слабость, но ничего не
смогла с собой поделать. Судорожно сглотнув, девушка подняла глаза.
- Он и вправду меня не любит. И не случись всего этого, даже не обратил бы
на меня внимания, не то чтобы жениться.
- Разумеется, не любит. С чего бы такие нежные чувства? Вы едва друг друга
знаете. Что же до остального, вы непременно
встретились бы в Лондоне во время сезона. Кто знает, возможно, при первом же
взгляде на вас он бросился бы к вашим
ногам.
Чарлз придвинулся поближе и неуклюже погладил ее по плечу. Сабрина
повернулась к нему и уткнулась головой ему в
грудь.
- Он провел ночь... нашу брачную ночь не со мной. Поехал к любовнице.
Чарлз от неожиданности задохнулся, чувствуя себя так, словно над головой
смыкается толща воды. Нет, Филип не сделал
бы ничего подобного! Никогда! В конце концов, никто не может назвать Сабрину
дурнушкой. Она прелестна!
Но в следующий момент он понял, что руководило другом, и похлопал Сабрину
по спине. Она не плакала, только
бессильно обмякла, как крошечное обиженное дитя.
- Сабрина, он просто не хотел торопить вас. Решил дать вам время справиться
с ударом, который нанес вам Тревор, и
сделал все, чтобы вы его не боялись. А потом... ведь вы так тяжело болели! И до
сих пор просто пугающе бледны! Нет,
Филип заботился о вас и ваших чувствах. Не стоит ненавидеть его за то, что он
старался вести себя как джентльмен по
отношению к вам.
Она мгновенно напряглась и словно окаменела. Глаза злобно сощурились.
- Ну, слава Создателю, теперь мне все понятно! Наш галантный рыцарь был так
благороден, что поспешил забраться в
постель к любовнице! А мне кажется, Чарли, что, будь Филип в самом деле
настолько свят, каким вы его хотите представить,
он не помчался бы к своей шлюхе, а остался бы дома, в собственной постели.
Вместе со мной. Этот праведник, разумеется,
не коснулся бы меня. Или, о радость, провел бы в соседней комнате целую ночь, а
не несколько часов перед рассветом, когда
соизволил наконец вернуться! Он просто свинья!
- Ну уж нет, Сабоина! Беда в том, что Филип привык к женскому вниманию и не
может обходиться...
Он поспешно сжал губы, но было уже поздно. Роковые слова слетели с языка.
- Я не хотел... забудьте... это все глупости...
- Да, конечно, - медленно протянула она, и Чарлзу показалось, что Сабрина
сумела взять себя в руки. Какое облегчение!
Он не выносил женских слез. - Да, это вполне возможно, - повторила она. - Филип
действительно не в силах отказаться от
любовных утех. Он таков, каков есть. Не пожелал спать со мной из опасения
напугать. Теперь все ясно. - Она вскочила и
принялась метаться по комнате. - Видимо, теперь от меня зависит убедить его, что
я вполне здорова и не упаду в обморок,
если мужу вздумается подарить мне супружеский поцелуй.
- Но... но одних поцелуев недостаточно... и...
- Знаю!
Сабрина повернулась, и Чарлз, к своему невыразимому удивлению, обнаружил,
что она широко улыбается. Перед ним
стояла совершенно преобразившаяся, словно светящаяся изнутри девушка.
Он едва удержался от смеха. Невероятно! Подумать только, что за картина:
Филип Мерсеро, не устоявший перед чарами
восемнадцатилетней девчонки, к тому же, по странному совпадению, оказавшейся его
женой!
Чарлз от души пожелал ей успеха. Он обязательно помолится, чтобы она навеки
забыла Тревора и свои страхи.
- Но, Чарли, не знаю, как быть с его любовницей. Видите ли, я предоставила
ему полную свободу.
- Советую ничего не предпринимать, - твердо заявил Чарлз. - Позвольте
событиям идти своим чередом. Согласитесь, что
ваши отношения с Филипом с самого начала не слишком походили на обычный роман.
Филип еще не осознал, что женат. Он
слишком уверен в женском внимании.
Дамы вечно бросаются ему на шею и твердят, какой он исключительный и
несравненный.
- Но ему приходится им платить, а я его жена, - выпалила Сабрина и,
помолчав, добавила: - Правда, мне он назначил
ежеквартальное содержание.
- Да, иногда он им платит, - начал объяснять Чарлз, но благоразумно
воздержался от продолжения и, улыбнувшись, сжал
руку Сабрины. - Еще раз умоляю, не торопитесь. Подождите, Сабрина. Филип,
вероятно, растерян не меньше вашего. Дайте
срок, все образуется. Он новичок в вопросах супружеской жизни.
- Ну да, а я старый опытный морской волк. Боже, Чарли, мне ведь всего
восемнадцать!
- Верно, но дамы куда лучше разбираются в таких вещах и обычно более
проницательны, чем мужчины, особенно когда
речь идет о чувствах и тому подобном. Так что, Сабрина, держите язычок на
привязи. Дайте мужу шанс.
- Бьюсь об заклад, вы никогда не наблюдали, что происходит, когда Филип
спускает с привязи свой язык.
- Почему же, наблюдал, но это совсем другое дело. Мужчинам полагается
сквернословить и награждать друг друга
тумаками. Ну а теперь мне пора. Вы довели меня до умопомрачения и совершенно
измучили. Я устал. Голова раскалывается.
К тому же нужно бежать, пока Филип не вернулся и не стал допытываться, что
именно я наговорил вам.
Мартина недоумевающе уставилась на любовника. Кого-кого, а уж Филипа она
никак не ожидала.
- Дорогой, что ты здесь делаешь? Еще совсем рано, и к тому же ты только
вчера женился! Так не принято! Я уже не
говорю о том, что ночь ты провел у меня! Неужели настолько не выносишь жену,
которая, как мне говорили, молода,
прелестна и к тому же богата? Что стряслось?
Мартина обожала разыгрывать из себя томную красотку. Она была безмятежной,
сдержанной, благодушной и даже в
постели не разыгрывала бурную страсть. Но сегодня бедняжка была явно выбита из
колеи непредсказуемым поведением
покровителя.
- Добрый вечер, Мартина, - приветствовал Филип, швыряя на стул пальто. -
Да, я здесь. Да, сегодня второй день после
свадьбы. И что? Я стал для тебя нежеланным гостем?
Он устремился к растерянной любовнице и поцеловал розовые губки.
- Я всегда счастлива тебя видеть, и ты это знаешь, - запротестовала
Мартина, пристально разглядывая лицо любовника.
Ах, эти неотразимые глаза и чувственный рот! - Но ты у нас молодожен!
- И знаю об этом не хуже тебя. С чего вдруг такие упреки? А, знакомый тон!
Слышал нечто подобное сегодня утром и сыт
по горло гневом, раздражением и полным отсутствием логики. Хватит с меня злобных
фурий! Оставь меня в покое и будь
сама собой.
- Эта девочка, на которой ты женился, сердится на тебя? Непонятно почему,
Филип! Она должна быть благодарна по гроб
жизни, боготворить тебя, восхищаться твоим благородством!
У Филипа хватило совести поморщиться.
- Как бы там ни было, теперь она в безопасности.
Подойдя к буфету, он налил себе портвейна. Мартина молча наблюдала, как он
двумя глотками осушил бокал и налил себе
еще.
- Надеюсь, маляр обновил штукатурку на потолке?
- Да, еще вчера. Разве ты не заметил?
Филип, что-то припомнив, рассеянно кивнул.
- Такой забавный! Все ухмылялся и уверял, что теперь мозги вашего
сиятельства не разлетятся по подушке.
- Это было бы весьма неаппетитное зрелище.
Филип поставил бокал, поклонился и широким жестом показал ей на дверь в
спальню.
- Надеюсь, ты последуешь за мной, Мартина? Мое желание растет с каждой
минутой.
Ей отчего-то так не казалось, но она с милой улыбкой протянула ему руку.
Снимая платье в кокетливо обставленной спальне, Мартина бросила взгляд на
виконта, стоявшего у камина и тупо
смотревшего в огонь.
- Филип!
Он что-то проворчал, не отводя взгляда от пламени.
- Малышка сейчас одна?
Филип приподнял голову.
- Какого черта ты так ее называешь?
Мартина спустила с плеч бретельки сорочки, и мягкая ткань скользнула вниз.
Но, как ни странно, Филип не обратил
внимания на пышные прелести любовницы.
- Дело в том, что я ее видела.
- Где и когда?
- Сегодня в парке. Она каталась вместе с Чарлзом Аскбриджем, в его фаэтоне.
Его пленительные глаза мгновенно потемнели. Завораживающее зрелище! Но его
напускное безразличие вовсе не
обмануло Мартину. Она лениво освободилась от одежды, представ перед ним
полностью обнаженной, и направилась к
кровати. Однако Филип не шелохнулся.
- Как она выглядела?
- Так, словно старалась забыть нечто неприятное. Она улыбалась, я даже
слышала ее смех... но какой-то... какой-то
искусственный... ты понимаешь, о чем я?
- Буду крайне благодарен, если ты не станешь вмешиваться не в свои дела,
Мартина.
Женщина вальяжно раскинулась на постели, но Филип продолжал стоять на
месте.
- Я не вмешиваюсь, дорогой. Вспомни, это ты начал меня допрашивать.
- Я приказал ей держаться подальше от Чарлза. Она хотела послать ему
записку! На второй день после свадьбы пожелала
встретиться с другим мужчиной! Но если ты видела ее, значит, она ослушалась.
Почему-то это меня не слишком удивляет.
Он начал было раздеваться, но что-то остановило его.
- У малышки необыкновенные глаза, - продолжала Мартина. - Изумительные.
Только представь, какие у вас получатся
дети! Достойные восхищения!
Филип не дрогнул. Отблески пламени играли на его обнаженном торсе. Не
дождавшись ответа, Мартина заметила:
- В жизни не видела фиолетовых глаз!
Филип с ожесточением набросился на ни в чем не повинные панталоны.
- Черт возьми, я был и останусь свободным! И не собираюсь всю жизнь быть
привязанным к юбке жены! Вздор! Я
слишком молод и не потерял вкуса к приключениям! Да, она хотела, чтобы я пришел
к ней прошлой ночью, можно сказать,
сама в этом призналась, но дурочка не подозревает, что стоит мне коснуться ее, и
она умрет от страха! Нет, я не отважусь на
это! Но буду поступать так, как хочу! Да, моя независимость мне всего дороже, и
не важно, каким способом я стану это
доказывать - себе и ей! Не имеет значения.
Он был почти обнажен. Мартина улыбнулась Филипу, хотя, по правде сказать,
не совсем его понимала. Он стал другим,
что-то в его душе изменилось, и ему приходилось отчаянно бороться с непонятными
силами, внезапно ворвавшимися в его
жизнь. Мужчины, с которыми Мартина обычно имела дело, были чересчур упрямы.
Филип подмял ее под себя и принялся неистово ласкать. Но это продолжалось
недолго. Он застыл, откатился от нее, встал
и, ни слова не говоря, стал одеваться.
- Знаешь, ведь Роэн Кэррингтон имел репутацию завзятого повесы, - ни с того
ни с сего выпалил он, натягивая панталоны.
- Да, и все были потрясены, когда обнаружилось, что у него жена и
четырехлетняя дочка. Говорят, вернее мужа не
сыскать. Меня уверяли, что он без ума от супруги и обожает малышку.
- Да, но мы с ним слишком разные люди, Мартина. Роэна никогда не заботила
потеря свободы, в отличие от меня.
Филип поднял голову. Мартина лежала в соблазнительной позе опытной
искусительницы, но он ничего не замечал.
- Да, я совсем не похож на Роэна, - повторил он. - И кажется, способен
причинить боль близкому человеку.
Одевшись, он подошел к кровати, нагнулся и нежно поцеловал Мартину в губы.
- Я увижу вас, милорд? - прошептала она и потерлась щекой о его ладонь.
- Разумеется, - заверил Филип.
- Ах да, ведь вопрос независимости, не так ли?
Филип окинул ее жестким взглядом.
- Возможно, - наконец обронил он и не оглядываясь вышел.
Мартина долго смотрела в пространство невидящим взглядом.
Маленькие позолоченные часы на камине пробили полночь. Сабрина лежала в
темноте, напряженно прислушиваясь к
малейшему шороху в ожидании мужа. Она была не совсем уверена, что отчетливо
представляет, как именно приступит к
нелегкой задаче обольстительницы, но знала, что, если решится поцеловать Филипа,
тот наверняка не останется
равнодушным. Очевидно, это самый верный способ разжечь в мужчине страсть.
Сабрина вздрогнула и насторожилась, услышав звук шагов за дверью спальни.
Филип остановился, помедлил, затем шаги
стали удаляться, пока не замерли где-то в конце коридора. Прекрасно! Он дал ей
возможность избавиться от страха перед
мужчинами!
Она вынудила себя несколько минут полежать спокойно, потом поднялась и,
подойдя к туалетному столику, зажгла свечу.
В зеркале отразилась тоненькая девушка с неестественно огромными сверкающими
глазами, в длинной вышитой сорочке.
Блестящие волосы спускались до талии темно-красными волнами.
...Закладка в соц.сетях
