Жанр: Любовные романы
Шопоголик на Манхэттене
...mdash; скромно улыбаюсь я, — как вам сказать...
— Я ставлю пятый уровень. Если вам это о чем-нибудь говорит. — И
мужчина быстро нажимает кнопочки на своей панели.
— Хорошо. Спасибо!
Так, если он на пятом уровне, то я наверняка не ниже чем на седьмом.
Посмотрите на него и посмотрите на меня.
Я нажимаю кнопку с цифрой
7
, потом
СТАРТ
. Дорожка двинулась, и я иду.
Знаете, оказывается, это приятно! Нужно почаще выбираться в спортзал. Или
вообще записаться в спортклуб.
И это только еще раз подтверждает, что прекрасную форму можно сохранить без
всяких усилий. Потому что идти мне очень легко. Даже слишком легко. Надо
было, наверное, выбрать уровень...
Подождите. Дорожка поднимается. И ползти начала быстрее. Мне приходится бежать, чтобы не свалиться.
Но это ничего. Я ведь для этого сюда пришла, так? Чтобы хорошенько
пробежаться. Да, легкий бег, с легкой одышкой... ведь это означает, что мое
сердце работает, а ему это полезно. Прекрасно. Главное, чтобы...
Она опять поднимается. Боже. Она бежит все быстрее и быстрее.
Я так долго не выдержу. У меня все лицо красное. В груди сдавило. Я
задыхаюсь и сжимаю поручни этой чертовой штуковины. Я не могу так быстро
бежать. Нужно замедлить ход.
Судорожно тыкаю подряд на все кнопки панели, но дорожка все крутится и
крутится и вдруг поднимается еще выше. О нет. Только не это.
На панели мигает надпись:
Осталось 38 минут
.
Еще 38 минут?! Скосив глаза вправо, вижу, что лысеющий мужчина спокойно и непринужденно
бежит на своей дорожке, словно под горку спускается. Я хочу его позвать, но
не могу открыть рот. Я вообще ничего не могу поделать, только изо всех сил
перебираю ногами.
Вдруг он оборачивается ко мне, и у него тут же меняется выражение лица.
— Мисс, вам нехорошо?
Он быстро останавливает свою дорожку, потом подскакивает к моей и тыкает в
какую-то кнопку. Дорожка замедляется, останавливается, а я без сил валюсь на
поручень.
— Выпейте воды. — Лысый протягивает мне стаканчик.
— С-спасибо, — выдыхаю я, и, спотыкаясь, слезаю с дорожки, все еще
хватая ртом воздух. Мои легкие того и гляди разорвутся, а в зеркале вместо
своего отражения я замечаю какую-то багровую, перекошенную физиономию.
— Может быть, на сегодня вам достаточно? — заботливо спрашивает
лысый.
— Да, — соглашаюсь я, — пожалуй, достаточно. — Залпом
выпиваю воду, силясь вернуть нормальное дыхание. — Знаете, по-моему,
все дело в том, что я не привыкла к американским тренажерам.
— Вполне возможно, — кивает он. — С ними иногда сложно
совладать. Хотя вот этот, — он весело похлопывает по стальным поручням
снаряда, — сделан в Германии.
— Ну да, — после некоторой паузы отвечаю я. — Да, спасибо за
помощь.
— Всегда пожалуйста, — отвечает лысый и с улыбкой забирается на
свой аппарат.
Господи, какой конфуз. Когда я иду по фойе, уже успев принять душ и
переодеться, чтобы присоединиться к пешей экскурсии по Нью-Йорку, настроение
у меня не очень радужное. Возможно, Люк прав. Может, я и впрямь не впишусь в
бешеный ритм Нью-Йорка. Неужели идея переехать сюда из области фантастики?
Группа
правильных
туристов, жаждущих совершить прогулку по городу, уже
собралась (почти все намного старше меня) и теперь с интересом слушает
молодого энергичного человека, который эмоционально рассказывает о статуе
Свободы.
— Привет! — прерывает он свою лекцию при моем появлении. —
Тоже на экскурсию?
— Да, спасибо, — невпопад отвечаю я.
— Ваша фамилия?
— Блумвуд Ребекка. Я оплатила экскурсию у администратора. — И
заливаюсь румянцем, оттого что все на меня смотрят.
— Рад видеть вас, Ребекка. — Гид что-то отмечает в своем
списке. — Меня зовут Кристоф. Добро пожаловать в группу. Надели
походную обувь? — Он опускает глаза на мои ярко-лиловые полусапожки на
шпильке, и его улыбка вянет. — Вы в курсе, что это трехчасовая
экскурсия пешком?
— Конечно! — удивленно отвечаю я. — Именно поэтому я надела
эти сапоги.
— Понятно, — помедлив, говорит Кристоф. — Ну что ж, — он
оглядывает группу, — по-моему, все в сборе. В путь!
Он выводит нас из гостиницы, и в то время как все остальные шустро поспевают
за ним по тротуару, я почему-то медленно плетусь, задирая голову к небу.
День удивительно ясный, свежий и яркий, слепящий солнечный свет отражается
от стеклянных стен и даже от тротуара. Я озираюсь, онемев от благоговейного
восторга. Боже, какое это удивительное место, Нью-Йорк. Я, конечно, знала,
что здесь много небоскребов. Но только стоя на улице и глядя на них снизу,
понимаешь, насколько они...
гигантские. Я вглядываюсь в
верхушки зданий, пока не начинает болеть шея и кружиться голова. Потом
медленно опускаю взгляд, этаж за этажом, и тут... упираюсь в витрины.
Сначала я вижу два слова:
Прада
и
Обувь
.
Ах.
Обувь от
Прада
. Прямо передо мной.
Мне бы только одним глазком...
Пока вся группа послушно марширует вперед, я подбегаю к витрине и
разглядываю пару лодочек темно-коричневого цвета. Они просто божественны.
Интересно, сколько они стоят? А может, вещи от
Прада
тут совсем недорогие?
Может, стоит заглянуть и...
— Ребекка?
Вздрогнув от неожиданности, оборачиваюсь и вижу, что наша группа ушла метров
на двадцать вперед, и теперь все стоят и ждут меня.
— Извините, — говорю я, нехотя отлепляясь от витрины, — я уже
иду.
— У нас еще будет время для покупок, чуть позже, — весело
сообщает Кристоф.
— Конечно, — с облегчением смеюсь я. — Прошу прощения, что
задержала.
— Ничего!
Ну конечно, он прав. На магазины будет еще масса времени. Масса.
Так. Нужно сосредоточиться на экскурсии.
— Ребекка, — начинает жизнерадостный Кристоф, когда я
присоединяюсь к остальным. — Я как раз рассказывал, что мы идем по
Пятьдесят Седьмой улице к Пятой авеню, самой известной авеню в Нью-Йорке.
— Прекрасно! — радуюсь я в ответ. — Просто замечательно!
— Пятая авеню разделяет Ист-Сайд и Вест-Сайд, — продолжает
Кристоф. — Всякому, кто интересуется историей, будет любопытно узнать,
что...
Он продолжает говорить, а я с умным видом киваю, пытаясь сохранить
заинтересованное выражение лица. Но голова моя вертится из стороны в
сторону, налево-направо-налево-направо, словно у болельщика на теннисном
матче.
Кристиан Диор
,
Гермес
,
Шанель
... Боже, что за чудесная улица!
Ах, если бы мы могли немного замедлить шаг и как следует все разглядеть, но
Кристоф прет как танк, будто мы в походе, а все остальные довольно спешат за
ним, не удостоив и взглядом окружающее нас великолепие. У них вообще глаза
имеются?
— ...А оттуда мы увидим две известные достопримечательности: Рокфеллер-
центр, который у многих из вас наверняка ассоциируется с большим катком,
и...
Мы сворачиваем за угол, и мое сердце начинает биться от восторга.
Тиффани
!
Салон
Тиффани
прямо передо мной! Я просто
не могу не
заглянуть туда. Ведь разве не это суть и сердце Нью-Йорка? Крошечные
коробочки нежно-голубого цвета с белыми ленточками и эти серебряные
горошинки... я украдкой подхожу к витрине и жадно вглядываюсь в нее. Ух ты.
Это колье просто великолепно. А эти часики! Интересно, сколько такое
может...
— Подождите! — звенит голос Кристофа. Я поднимаю глаза и вижу, что
они опять удрали вперед. Господи, как они умудряются так быстро
ходить? — Ребекка, у вас все в порядке? — кричит он с наигранной
веселостью. — Постарайтесь не отставать. У нас впереди еще долгий путь!
— Извините. — Я покорно семеню к ним. — Просто засмотрелась
на украшения, — улыбаюсь я ближайшей экскурсантке, ожидая от нее
ответной понимающей улыбки. Но она награждает меня пустым взглядом и
поправляет свой капюшон.
— Так вот, — говорит гид, когда мы трогаемся в путь, —
объединенная энергосистема Манхэттена...
Какое-то время я искренне пытаюсь сосредоточиться на лекции, но тщетно. Ну
честное слово! Мы же на Пятой авеню! Куда ни глянь — всюду шикарные
магазины. Вот
Гуччи
, а вот самый огромный в мире
Гэп
, а там... Мама
родная, какие витрины! Но стадо туристов проходит мимо
Армани
, даже не
замедлив шага...
Да что с ними со всеми?! Просто неандертальцы какие-то!
Мы идем дальше, и я изо всех сил вытягиваю шею, чтобы заглянуть в витрину с
роскошными шляпками, как вдруг... Боже мой. Вы только посмотрите... Это же
Сакс на Пятой авеню
-самый известный универмаг в мире! Целые этажи одежды,
обуви и сумок... И наконец-то — слава тебе господи — Кристоф догадался
остановиться.
— Это одна из самых значительных достопримечательностей Нью-
Йорка, — говорит он, вытягивая руку. — Многие ньюйоркцы регулярно
посещают это величественное заведение. Кто раз в неделю, а кто и чаще.
Некоторые приходят сюда каждый день! К сожалению, у нас нет времени на
тщательный осмотр, поэтому мы только взглянем на него мельком. Однако те,
кто действительно этим интересуется, всегда могут сюда вернуться.
— Он очень старый? — спрашивает мужчина со скандинавским акцентом.
— Здание построено в 1879 году, — говорит Кристоф, — проект
архитектора Джеймса Ренвика.
Кто— то начинает настырно расспрашивать Кристофа об архитектурных деталях.
Ну честное слово, нетерпеливо думаю я, не все ли равно, кто и когда его
построил?! И в каком стиле. Важно то, что внутри.
— Зайдем? — наконец спрашивает Кристоф.
— Конечно! — энергично соглашаюсь я и спешу к входу.
И только когда моя рука уже лежит на ручке входной двери, я понимаю, что за
мной никого нет. Куда они делись? В растерянности оглядываюсь и вижу, что
группа направляется к каменному собору, на стене которого висит табличка
Собор Святого Патрика
.
Ой.
А, понятно. Когда Тони говорил о
величественном заведении
, он имел в
виду...
Ну да... Ну конечно...
Я в нерешительности цепляюсь за дверную ручку, меня разрывают сомнения.
Пойти в собор? Причаститься к культуре и вернуться в магазин позже?
Но разве так я смогу узнать, хочу ли я переехать в Нью-Йорк? Разглядывая
старые и неинтересные соборы?
Подумайте сами: сколько миллионов древних церквей есть у нас в Англии? А
сколько филиалов
Сакс на Пятой авеню
?
Кто— то нетерпеливо подгоняет сзади: -Вы заходите? И я решаюсь.
Вхожу в массивные деревянные двери, почти дрожа от нетерпения. Такого
восторга я не испытывала с тех пор, как меня пригласили на прием в честь
открытия этажа дизайнерской одежды в магазине
Октагон
.
Понимаете, первое посещение любого магазина — это всегда событие. Всякий
раз, когда я переступаю порог нового магазина, появляется это волнение,
надежда, можно даже сказать вера, что именно этот магазин окажется лучшим в
мире, в нем будет все-все-все, и необыкновенно дешево. Но сегодня особенный
случай — в сотню раз лучше. В миллион раз. Потому что ведь это не просто
магазин. Это магазин, имя которого гремит на весь мир. И вот я тут. В
Сакс
на Пятой авеню
в Нью-Йорке. Когда я медленно вхожу, сдерживая себя, чтобы
не пуститься вприпрыжку, у меня такое чувство, словно я иду на свидание с
голливудской звездой.
Я прогуливаюсь по парфюмерному отделу, разглядывая элегантную обивку в стиле
ар деко
, высокие воздушные потолки, орнаменты в виде листвы. Пожалуй, это
самый красивый магазин из тех, где мне довелось побывать. А старомодные
лифты создают атмосферу старого кино с Кэри Грантом. На столике лежит стопка
справочников по магазину. Беру один, чтобы сориентироваться... и не верю
своим глазам. Здесь десять этажей.
Десять. Я не в силах оторвать удивленного взгляда от бесконечного списка. Чувствую
себя, как ребенок на шоколадной фабрике — что выбрать? С чего начать? С
верхнего этажа? Или с нижнего? Боже, все эти названия манят, притягивают.
Анна Сью. Кельвин Кляйн. Кейт Спейд. Кейлз. По-моему, мне вот-вот дурно
станет.
— Извините? — врывается в мои мысли чей-то голос. Обернувшись, я
вижу девушку со значком на груди. Она улыбается мне. — Вам помочь?
— М-м... да. — Я перевожу взгляд на список. — Никак не могу
решить, с чего начать.
— Вас интересует одежда? Или галантерея?
Или обувь?
— И то и другое, — ошарашенно отвечаю я. — Все. Пожалуй...
сумка. Мне нужна новая сумка!
Конечно нужна! Не подумайте, что я не привезла с собой сумки, но ведь новая
никогда не помешает, правда? К тому же я заметила, что все женщины в Нью-
Йорке носят стильные сумочки известных дизайнеров, так что эта покупка очень
поспособствует моей акклиматизации в городе.
Девушка дружелюбно улыбается.
— Сумки и аксессуары здесь, — показывает она. — Думаю, вам
стоит начать отсюда и дальше двигаться наверх.
— Да, я так и поступлю, — соглашаюсь я. — Спасибо!
Обожаю заграничные магазины. Магазины — вообще приятные заведения сами по
себе, но преимущества заграничных очевидны:
1. Можно купить то, чего не продают в Англии.
2. Можно ненавязчиво хвастаться названиями, когда вернешься домой. (
Кстати,
это я прикупила, когда была в Нью-Йорке
.)
3. Иностранные деньги не считаются, поэтому можно тратить их сколько угодно.
Ладно, я знаю, что последний пункт не совсем верный. Где-то в глубине
подсознания у меня засела мысль, что доллары тоже деньги, причем вполне
реальные. Но вы только
посмотрите на них. Я вот не могу
относиться к ним серьезно. У меня в кошельке этих фантиков целый ворох, и
меня не оставляет чувство, что я ношу с собой условные деньги из
Монополии
. Вчера, расплачиваясь за журналы, я протянула продавцу
двадцатидолларовую купюру и никак не могла отделаться от ощущения, что мы с
ним играем
в магазины
. Это какой-то побочный эффект от смены часовых
поясов — ты оказываешься в зоне действия другой валюты, и тебе кажется, что
ты ничего не тратишь.
И вот я в огромном галантерейном отделе, хожу, рассматриваю одну роскошную
сумку за другой, даже не обращая внимания на цены. Время от времени все-таки
беру ценник, пытаясь подсчитать, сколько же это будет в настоящих деньгах,
но, вынуждена признаться, обменный курс выветрился у меня из головы. Но даже
если бы вспомнила, что толку — у меня с математикой всю жизнь проблемы.
Но ведь это неважно. Мне не о чем волноваться. Я же в Америке, а всем давно
известно, как в Америке все дешево, разве нет? Так что я просто изначально
предполагаю, что каждая покупка тут дико выгодна. Вы только посмотрите на
эти сумочки. Они же тут наверняка как минимум в два раза дешевле, чем в
Англии!
Наконец я выбираю сумочку от Кейт Спейд из желто-коричневой кожи и иду к
кассе. Сумочка стоит пятьсот долларов. Да, сумма вроде немалая. Но ведь и
миллион лир
тоже кажется огромными деньгами, а на самом деле это всего 50
пенсов, так?
Продавщица выдает мне чек и что-то говорит про
подарок
, отчего я
расплываюсь в улыбке. Подарок! А в Лондоне мне бы это обошлось в...
— Джина, ты наверх? — прерывает мои воспоминания продавщица,
обращаясь к коллеге. И сообщает мне с улыбкой: — Джина отведет вас на
седьмой этаж.
— Хорошо, — немного растерянно отвечаю я. Джина жестом приглашает
меня следовать за ней, и, помявшись секунду, я иду, строя догадки, что же
там, на седьмом этаже. Может, какая-нибудь особая комната отдыха для
покупателей товаров от Кейт Спейд с бесплатным шампанским! И только когда мы
приближаемся к секции
упаковка подарков
, я понимаю, что происходит. Говоря
про
подарок
, они, наверное, имели в виду...
— Вот мы и пришли, — весело говорит Джина. — Коробочка с
логотипом магазина предлагается бесплатно. Или вы можете выбрать оберточную
бумагу на свой вкус.
— Что ж... спасибо большое! — бормочу я. — Хотя я вообще-то
не собиралась...
Но Джина уже ушла. Боже, как неловко. Что же делать?
— Вы уже знаете, какую бумагу хотели бы выбрать? — спрашивает одна
из женщин отдела упаковки, та, что постарше. — У нас также большой
выбор ленточек и украшений.
Ну и черт с ними. Пусть упакуют. Стоит-то это всего семь с половиной
долларов, и мне будет приятно вскрыть упаковку, когда вернусь в гостиницу.
Наверное.
— Пожалуйста, упакуйте в серебряную бумагу, — прошу я, —
перевяжите лиловой ленточкой и еще... украсьте, пожалуйста, вон той веточкой
серебряных ягодок.
Женщина берет бумагу и ловко начинает заворачивать мою сумку, да так
аккуратно, что я диву даюсь. И знаете, это весело! Может, мне всегда
упаковывать свои покупки?
— Кому? — спрашивает женщина, взяв в руки подарочную карточку и
серебряный фломастер.
— М-м... Бекки, — неуверенно говорю я.
Тут в зал впархивает стайка девушек, занятых весьма интересной беседой:
— ...скидка пятьдесят процентов...
— ...распродажа образцов...
— ...джинсы
Эрл
...
— А от кого? — вежливо спрашивает упаковщица.
— М-м... от Бекки. — И, поскольку упаковщица удивленно смотрит на
меня, быстро добавляю: — Это... другая Бекки.
— ...распродажа образцов...
— ...от Александра Маккуина, бледно-голубая, скидка восемьдесят
процентов...
— ...распродажа образцов...
— ...распродажа образцов...
Ой, все, больше не могу.
— Извините, — говорю я, повернувшись к девицам. — Я ненароком
подслушала ваш разговор и только хотела спросить. Что такое
распродажа
образцов
?
Воцаряется странная тишина. Даже упаковщица застыла с фломастером в руке.
— Вы не знаете, что такое распродажа образцов? — наконец
переспрашивает девушка в кожаном жакете, да так, будто я призналась, что не
умею читать.
— М-м... н-нет, — заикаюсь я и чувствую, что краснею. — Н-
нет, не знаю.
Девушка поднимает брови, роется в своей сумочке и вытаскивает оттуда
визитку.
— Милочка,
вот что такое распродажа образцов
[
На такой распродаже продаются вещи из последних коллекций прет-а-
порте, которые демонстрировали манекенщицы на показах].
Я беру визитку, читаю и от восторга чувствую, как мурашки ползут по всему
моему телу.
РАСПРОДАЖА ОБРАЗЦОВ Одежда от известных дизайнеров — скидка 50-70% Ральф Лорен, Комм де Гарсон, Гуччи Сумки, обувь и чулки — скидка 40-60% Прада, Фенди, Лагерфелъд — А это правда? — наконец выдыхаю я, поднимая на нее глаза. —
То есть я
тоже могу... пойти туда?
— Конечно, — отвечает девушка. — Но распродажа длится всего
один день.
— Один день? — Мое сердце начинает биться в дикой панике. —
Всего один день?
— Да, — серьезно подтверждает девушка.
Я смотрю на ее подруг, и те тоже кивают.
— О таких распродажах заранее не предупреждают, — поясняет одна из
них.
— Их могут устроить где угодно. Никто не знает, где и когда. Только
накануне вечером становится известно.
— А через день — словно ничего и не было.
Я перевожу взгляд с одного лица на другое, совершенно зачарованная. Так себя
чувствует ученый, обнаруживший загадочное кочующее племя.
— Думаю, вам стоит поторопиться, — говорит девушка в кожаном
жакете, возвращая меня на грешную землю легоньким постукиванием по
визитке, — если хотите успеть на эту распродажу.
Я никогда не передвигалась с такой скоростью, с какой вылетела из магазина.
Сжимая в руках пакет, я ловлю такси, едва переводя дух называю таксисту
адрес, указанный на карточке, и откидываюсь на сиденье.
Я понятия не имею, куда мы едем и какие достопримечательности проезжаем, мне
все равно. Если на распродаже будут модели известных дизайнеров, все
остальное не имеет значения. Мы останавливаемся, и я расплачиваюсь с
таксистом, не забыв накинуть пятьдесят процентов
на чай
, чтобы он, не дай
бог, не принял меня за скупую английскую туристку. Сердце едва не
выпрыгивает из груди, когда я выхожу из машины. Должна признаться, улица,
куда мы приехали, не производит хорошего впечатления. Кругом весьма
неприглядные фасады магазинов средней руки и офисных зданий. На визитке
написано, что распродажа состоится в доме 405, но это ведь простое офисное
здание, такое же, как еще десяток на этой улице. Неужели не туда попала? С
минуту я прогуливаюсь по тротуару, рассматривая стены домов, но не вижу ни
одного намека на вывеску. Я даже не могу понять, в каком районе нахожусь.
Какая же я дура! Могла пойти на хорошую экскурсию, а что я сделала вместо
этого? Укатила невесть куда, и теперь меня тут могут запросто ограбить какие-
нибудь криминальные элементы. Наверняка вся эта история — простая афера для
лохов-туристов, угрюмо размышляю я. Нет, правда, сами подумайте. Модели
известных дизайнеров с семидесятипроцентной скидкой? Я должна была сразу
догадаться — слишком уж это нереально... Минутку. Стойте...
Еще одно такси останавливается на этой же улице, из него выходит девушка в
платье от
Миу Миу
, сверяется с какой-то бумажкой, быстро проходит мимо
меня и исчезает в дверях дома 405. Тут же в конце квартала появляются еще
две девушки и устремляются к той же двери.
Может, это все-таки
то место.
Я открываю стеклянные двери, захожу в облупленный вестибюль и нервно киваю
консьержу за столом.
— Э-э... извините... Я ищу...
— Двенадцатый этаж, — устало сообщает он. — Лифты в дальнем
углу.
Отыскав лифт, нажимаю кнопку
12
. Лифт со зловещим скрипом ползет наверх.
До меня доносится какой-то глухой гул, и чем выше я поднимаюсь, тем он
громче. Лифт останавливается, открываются двери, и... Боже мой. Это что,
очередь?
Вереница девушек тянется от двери в дальнем конце коридора. Они толкают друг
друга, переговариваются, и у всех в глазах нетерпеливый блеск. Время от
времени из дверей протискивается кто-то с пакетом в руках, а на замену ей
внутрь вваливаются еще трое. Когда я встаю в конец очереди, раздается лязг
замка, в нескольких метрах от меня женщина открывает дверь и громко говорит:
— Еще один вход. Проходите сюда!
Вся очередь резко оборачивается. Потом коллективный вдох, а после, словно
приливная волна, девушки устремляются к заветной двери. И вот я уже тоже
бегу вместе со всеми — просто потому, что иначе меня затопчут. И вдруг
оказываюсь посреди зала, растерянно озираюсь, а девицы врассыпную кидаются к
вешалкам.
Вокруг меня несчетное количество стоек с одеждой, столов, заваленных
сумками, обувью, шарфами, и во всем этом добре копаются бесчисленные руки. Я
замечаю кучку трикотажа от Ральфа Лорена... вешалку с шикарными пальто...
груду сумочек от
Прада
... Господи, это же сон наяву!
Голоса вокруг звенят от возбуждения, я ловлю обрывки фраз, трассирующих в
воздухе.
— Я просто обязана это купить, — одна девица прикладывает к себе
пальто, — просто обязана.
— Знаешь, что я сделаю? Те четыреста пятьдесят долларов, что я
потратила сегодня, спишу на счет ссуды, — говорит другая девушка своей
подруге, выходя из зала, нагруженная покупками. — Что такое четыреста
пятьдесят долларов, если разделить их на тридцать лет?
— Стопроцентный кашемир! — взвизгивает кто-то. — Ты видела? И
всего за пятьдесят долларов! Куплю сразу три.
Я оглядываю ярко освещенную, наполненную гулом комнату, наблюдаю, как
девушки снуют вокруг, хватают то одно, то другое, примеряют шарфы, набирают
полные охапки новых одежек. И вдруг мне становится тепло и радостно, потому
что я понимаю: это — мое племя. Мое тайное сообщество, мой мир. Я дома.
Несколько часов спустя я прибываю в гостиницу, вне себя от восторга. Я
обвешана сумками с поку
...Закладка в соц.сетях
