Жанр: Любовные романы
Шопоголик на Манхэттене
...nbsp;— Тебе нужно
беречь силы для завтрашних прогулок по лесам и полям...
Тишина. Я поднимаю глаза и вижу, что Люк уже не улыбается.
— Видишь ли, Бекки... я хотел обсудить с тобой завтрашний день.
Он медлит, и я смотрю на него не моргая, чувствуя, как пропадает и моя
улыбка.
— В чем дело? — спрашиваю я, стараясь не выдать волнения.
Он опять молчит. И наконец резко выдыхает.
— Дело вот в чем. Появилась возможность расширить бизнес, и я... не
хотел бы ее упустить. Приехали люди из США, и мне до зарезу нужно с ними
переговорить. Срочно.
— А-а... Что ж, ладно. Если у тебя с собой телефон...
— Не по телефону. — Он смотрит мне прямо в глаза. — Я
назначил с ними встречу на завтра.
— На завтра? — смеюсь я. — Но ты же не сможешь. Мы же будем в гостинице, за городом.
— Эти люди тоже будут там. Я их пригласил. Я в шоке.
— Ты пригласил на уик-энд людей по работе? На наш уик-энд?
— Но только на одну встречу. Все остальное время мы проведем вместе.
— И сколько продлится ваша встреча?! — возмущенно восклицаю
я. — Можешь не говорить. Целый день.
Поверить не могу. Я так давно этого ждала, так готовилась, с таким трудом
упаковала вещи...
— Бекки, не так уж все страшно...
— Ты
обещал мне, что выкроишь время для отдыха!
Говорил, что у нас будут приятные и романтичные выходные.
— Так и будет.
— Да, в компании с твоими бизнесменами. Со всякими противными нужными
людьми, помешанными на работе!
— Они не будут набиваться к нам в компанию, — улыбается
Люк. — Бекки... — Он берет меня за руку, но я отдергиваю ее.
— Пожалуй, мне вообще нет смысла ехать, раз уж у тебя там намечена
деловая встреча, — жалостливо говорю я. — С таким же успехом могу
провести выходные дома. Знаешь... — я открываю дверцу машины, — пойду-
ка лучше домой. Вызову из студии такси.
Я хлопаю дверью и шагаю по тротуару, цокая своими оранжевыми каблуками. Уже
у ворот студии меня останавливает его голос, такой громкий, что все
оборачиваются:
— Бекки, подожди!
Я медленно поворачиваюсь. Люк вылез из машины и набирает на своем мобильнике
номер.
— Сейчас позвоню своему противному нужному человеку, чтобы отменить
встречу.
Я скрещиваю на груди руки, прищуриваюсь и молча за ним наблюдаю.
— Алло? Соедините с номером 301, пожалуйста, с мистером Майклом
Эллисом. Спасибо. — И говорит уже мне серьезным тоном: — Что ж, видимо,
придется слетать в Вашингтон и встретиться с ним там. Или дождаться
следующего раза, когда он и его коллеги вместе наведаются в Англию. При их
сумасшедшей занятости это вряд ли случится в ближайшее время. Да что там,
подумаешь, какая-то встреча. Ерунда. Всего лишь сорвется сделка, которую я
планировал в течение...
— Ой, перестань! Пожалуйста, можешь устраивать свою дурацкую встречу.
— Ты уверена? — спрашивает Люк, прикрыв ладонью трубку. —
Точно уверена?
— Уверена, — отвечаю угрюмо и пожимаю плечами. — Если уж она
у тебя
такая важная...
— Очень важная. — Люк серьезно смотрит мне в глаза. — Иначе я
бы так не поступил,
Я медленно возвращаюсь к машине, а Люк прячет свой мобильник.
— Спасибо, Бекки. Правда, спасибо. — Он нежно гладит меня по щеке,
потом включает зажигание и трогается.
Я перевожу взгляд на телефон, торчащий из его кармана,
— А ты
в самом деле звонил своему важному клиенту?
— А ты
на самом деле собиралась уйти домой? —
спрашивает он вместо ответа, не отрывая глаз от дороги.
Вот почему тяжело заводить отношения с таким человеком, как Люк, — с
ним никакие фокусы не проходят.
Около часа мы мчимся по загородным просторам, останавливаемся на ланч в
деревенском трактире, а потом еще полтора часа едем до Сомерсета. Когда мы
доезжаем до Блейкли-Холла, я чувствую себя совершенно другим человеком. Как
приятно выбраться из душного Лондона. Я выхожу из машины, потягиваюсь и,
честное слово, уже чувствую, что под влиянием благотворного деревенского
воздуха мои мышцы стали сильнее, а я сама — стройнее и бодрее. Пожалуй, если
выезжать за город каждые выходные, можно сбросить пару килограммов, а то и
больше.
— Ты будешь доедать? — спрашивает Люк, не зная, что делать с почти
пустой упаковкой крекеров, которые я грызла по дороге (если я не ем в
машине, меня укачивает). — А куда эти журналы? — Он вытаскивает
пачку глянцевых журналов, что лежали у меня в ногах, и едва удерживает их в
руках.
— Я не буду читать здесь журналы! — возмущаюсь я. — Мы же на
природе!
Нет, честное слово, Люк ничего не смыслит в загородной жизни.
Пока он достает из багажника сумки, я степенно шагаю к забору и с интересом
оглядываю желто-бежевое поле — надо бы спросить, чем оно засажено. И знаете,
я вдруг ощутила такое единение с природой. Как будто в глубине души я всегда
была уверена, что умею ценить и понимать природу, только раньше этого не
осознавала. Вот, к примеру, на днях я купила себе свитер из чистого льна. А
недавно пристрастилась к садоводству. Во всяком случае, купила два таких
симпатичных цветочка в керамических горшочках, на которых написано
базилик
и
кориандр
. И вообще я решила завести побольше комнатных растений — из
тех, что продают в супермаркетах, — и выставить их плотным рядом на
подоконнике. (Они стоят-то всего 50 пенсов, и, если завянут, всегда можно
купить еще.)
— Готова? — спрашивает Люк.
— Конечно! — топаю обратно, вполголоса проклиная деревенскую
грязь.
По скрипучему гравию мы направляемся к гостинице, и, надо признаться, я
поражена. Это большая старомодная усадьба с красивым садом, в котором
расставлены современные скульптуры, и со своим кинотеатром (по крайней мере,
так написано в брошюре). Люк тут и раньше останавливался и говорит, что это
его любимый отель. Кстати, сюда приезжают всякие знаменитости! Например, тут
была Мадонна (или, может, кто-то из
Спайс герлз
— в общем, звезда какая-
то). Понятное дело, знаменитости всегда скрываются, живут в самых дальних
укромных апартаментах, куда запрещен вход даже прислуге.
Но когда мы входим в вестибюль, я все равно на всякий случай внимательно
оглядываюсь. Тут полно народу в стильных очках и дорогих джинсах, и вон та
блондинка... она кого-то напоминает...
Ой, мамочки! От восторга я даже забываю, как дышать. Это он, да? Точно, он!
Элтон Джон! Вон, стоит буквально в двух...
Элтон Джон поворачивается, и оказывается, что это всего лишь унылый дядька в
куртке с капюшоном и очках. Черт. Но все равно, это
почти
Элтон Джон.
Мы подходим к стойке, и портье в стильном пиджаке расцветает улыбкой:
— Здравствуйте, мистер Брендон. И мисс Блумвуд. Добро пожаловать в Блейкли-
Холл.
Он даже знает, как нас зовут! И представляться не пришлось! Понятно, отчего
это место так любят знаменитости.
— Я поселю вас в девятом номере, — сообщает портье, пока Люк
заполняет карточку, — с видом на розовый сад.
— Прекрасно, — отвечает Люк. — Бекки, тебе какую газету на
утро заказать?
—
Файнэншиал таймс
, — отвечаю, не моргнув глазом.
— Конечно. Тогда один номер
ФТ
для тебя, — пишет Люк, — и
Дейли уорлд
[
Бульварная газета] для меня.
Я подозрительно на него поглядываю, но на его лице ни тени издевки.
— На завтрак будете чай? — спрашивает портье, что-то быстро
печатая на компьютере. — Или кофе?
— Кофе, пожалуйста, — говорит Люк. — Тебе тоже, думаю. —
Он вопросительно на меня смотрит, и я киваю в ответ.
— В номере для вас приготовлена бутылка шампанского — подарок от нашего
отеля. Заказ еды в номер круглосуточно по телефону.
Да, это действительно первоклассное заведение. Тебя узнают в лицо,
предлагают бесплатное шампанское и до сих пор даже не заикнулись о моей
посылке. Наверняка понимают, что дело конфиденциальное. Понимают, что
девушке не всегда хочется, чтобы ее спутнику сообщали о каждой посылке на ее
имя. Ждут, когда Люка не будет рядом. Вот это, я вам скажу, индивидуальный
подход. Да, хотя бы ради такого обслуживания стоит приехать в хороший отель.
— Если вам понадобится что-нибудь, мисс Блумвуд, — говорит портье,
выразительно глянув на меня, — не стесняйтесь и обращайтесь прямо ко
мне.
Догадываетесь? Тайный шифр и все такое.
— Хорошо, обращусь, — многозначительно улыбаюсь я ему, —
буквально через минутку. — И кидаю косой взгляд в сторону Люка. Лицо у
портье как-то странно меняется. Будто он понятия не имеет, о чем я говорю.
Ну и выучка!
Люк наконец заполняет бланки и отдает их портье. Тот вручает ему огромный
старомодный ключ и вызывает носильщика.
— Думаю, нам помощь не понадобится, спасибо, — с улыбкой
отказывается Люк, поднимая мою крошечную сумочку. — Я не слишком
отягощен чемоданами.
— Ты иди наверх, — говорю я, — а мне тут нужно... проверить
кое-что назавтра.
Как только Люк скрывается из виду, я бегом возвращаюсь к стойке
администратора. Портье что-то ищет в ящике стола. Он поднимает голову и
удивленно на меня смотрит.
— А сейчас я ее заберу!
— Простите, мисс Блумвуд?
— Все нормально, — шепчу я с заговорщицким видом. — Теперь вы
можете мне ее отдать, Люк уже ушел.
Тень понимания проскальзывает по его лицу.
— О чем конкретно вы...
— Вы можете отдать мне мою посылку. — Я еще понижаю голос: — И
спасибо, что не выдали меня.
— Вашу... посылку?
— Да, экспресс-почту.
— Какую экспресс-почту?
В душе у меня нарастают смутные и ужасно дурные предчувствия.
— Посылка с моими вещами! Та самая, о которой вы столь тактично
умолчали. О которой...
Выражение его лица не сулит ничего хорошего. Кажется, он понятия не имеет, о
чем я толкую. Так, спокойствие, только спокойствие. Кто-нибудь просто обязан
знать, где сейчас мое шмотье.
— Мне должны были прислать посылку, — объясняю я. — Примерно
вот такого размера, и она должна была прийти сегодня утром...
— Простите, мисс Блумвуд, — качает головой портье, — но у нас
на ваше имя нет посылок.
У меня внутри все так и опускается.
— Но... она обязательно должна была прийти. Я вчера отправила ее экспресс-
почтой. На адрес вашего отеля, в Блейкли-Холл.
Портье хмурится.
— Шарлотта? — кричит он в соседнюю комнату. — Не было ли
посылки для мисс Блумвуд?
— Нет, — отвечает Шарлотта, выходя в холл. — А когда она
должна была прийти?
— Сегодня утром, — повторяю я в который раз, пытаясь скрыть
тревогу. — Они же обещают, что доставят что угодно, куда угодно, к
завтрашнему дню. У вас разве не
где угодно
?
— Простите, но сегодня ничего не привозили, — говорит
Шарлотта. — А посылка очень важная?
— Ребекка? — доносится голос с лестницы. Я оборачиваюсь и вижу
Люка, наблюдающего за мной через перила. — Что случилось?
Вот черт!
— Все в порядке!
— весело кричу я. — Что
могло случиться?
Я быстро отхожу от стойки — Шарлотта и портье даже не успевают ничего сказать — и спешу к лестнице.
— Точно все нормально? — улыбается Люк, делая шаг мне навстречу.
— Все прекрасно! — уверенно заявляю я, и голос звучит почти на
октаву выше, чем обычно. — Все просто замечательно!
Нет, этого не может быть. У меня нет одежды. Вообще.
Я провожу уик-энд с Люком в классном отеле, и мне нечего надеть! Что делать?
Сказать ему правду я не могу. Просто не могу признаться, что крошечный чемоданчик-
это всего лишь косметичка, вершина багажного айсберга. Он ведь был так
доволен. Пути назад нет... Придется... импровизировать. Можно надеть его
одежду, судорожно думаю я, когда мы заворачиваем за угол и оказываемся в еще
одном роскошном коридоре, или... сорвать занавески, найти нитку с иголкой
и... быстренько научиться шить.
— Все хорошо? — спрашивает Люк, и я слабо улыбаюсь ему в ответ.
Спокойно, — твердо говорю я себе. — Просто... успокойся. Посылка
обязательно придет завтра утром, нужно продержаться всего один вечер. По
крайней мере, со мной моя косметичка...
— Вот мы и пришли. — Люк останавливается у двери и открывает
замок. — Как тебе?
Вот это да! На секунду заботы и тревоги испаряются, и я ошеломленно
оглядываю просторную комнату. Теперь я понимаю, почему этот отель так
нравится Люку. Апартаменты просто роскошные — такие же роскошные, как и
квартира Люка, с огромной белой кроватью, с безразмерным стеганым одеялом, с
навороченной стереосистемой и двумя кожаными диванами.
— Посмотри, какая ванная.
Я иду за Люком и заглядываю в обалденную ванную комнату. Огромная джакузи
выложена мозаикой, а сверху громадный душ, и полочки уставлены флакончиками
с ароматическими маслами. Да я в такой ванной могу все выходные провести.
— Ну, — Люк возвращается в комнату, — не знаю, чем бы тебе
хотелось в первую очередь заняться... — Он открывает свой чемодан, и я вижу
ровные ряды рубашек, выглаженных его домохозяйкой. — Но для начала,
думаю, нам стоит распаковаться.
— Распаковаться! Конечно, — весело соглашаюсь я. Иду к своему
чемоданчику, открываю замочек, но откинуть крышку не решаюсь. — А
может... — говорю я так, словно эта идея только что пришла мне в
голову, — спустимся в бар, выпьем чего-нибудь, а вещи разложим позже?
Отлично придумано! Мы пойдем в бар, напьемся, а утром я притворюсь сонной и
проваляюсь в постели, пока не прибудет моя посылка. Ну слава богу. А то я уж
думала...
— Прекрасно. Я только переоденусь. — Люк достает из чемодана брюки
и чистенькую голубую рубашку.
— Переоденешься?... А что, тут строгие правила этикета?
— Нет, не очень. Но все же не стоит идти вниз... в таком виде, —
он указывает на мои шорты и улыбается.
— Ну разумеется! — смеюсь я, будто мне такая идея и в голову не
могла прийти. — Тогда я... выберу себе платье.
Я поворачиваюсь к своему чемоданчику, открываю его и смотрю на любимую
пудреницу.
Что же делать, что делать? Люк расстегивает рубашку. Спокойно берет чистую.
Еще минута — и он спросит, готова ли я.
Так, нужны радикальные меры,
— Люк, я передумала! Давай не пойдем в бар. — Люк удивленно на
меня смотрит, и я выдаю ему самую соблазнительную улыбку, на какую только
способна. — Давай останемся тут, закажем ужин в номер и... — я делаю
несколько шагов к нему, пытаясь распутать завязки на своей майке, — и
посмотрим, к чему приведет эта ночь.
Люк пялится на меня, его пальцы застыли на пуговице.
— Снимай, — хрипло шепчу я. — К чему одеваться, если нам
сейчас придется раздеть друг друга?
Улыбка медленно расползается по его лицу, глаза вспыхивают.
— Ты права, — говорит он и приближается ко мне, на ходу стягивая
рубашку.
Слава богу! — с облегчением думаю я, пока он борется с моими
завязками. — Отлично. Это именно то...
М— м-м...
Скажу вам, это чертовски замечательно.
4
На следующее утро, в 8.30, я все еще в постели. Даже шевелиться не хочется.
Навсегда бы осталась на этой удобной кровати, закутавшись в мягкое белое
пуховое одеяло.
— Ты решила весь день проваляться? — с улыбкой спрашивает Люк, а я
уютно сворачиваюсь калачиком в огромных подушках и делаю вид, что не слышу.
Просто не хочу вставать. Мне тут хорошо, тепло и уютно.
К тому же
— один маленький нюанс — мне по-прежнему
нечего надеть.
Я уже трижды тайком звонила администратору, чтобы узнать про посылку (один
раз — пока Люк был в душе, второй раз — пока я была в душе, звонила с
аппарата в ванной, и третий раз быстренько позвонила, пока Люк бродил в
коридоре: я ему сказала, что за дверью кто-то мяукает).
Но посылка так и не пришла. У меня нет ни одной вещи. Ни пуговки. Ни
завязочки.
До сих пор это не имело большого значения, потому что я валялась под
одеялом. Но я уже объелась круассанами, облилась кофе и в душ не раз
сбегала, да и Люк почти собрался. Боже, Другого выхода нет. Придется надеть
вчерашнюю одежду. Ужасно, конечно, но что делать? Притворюсь, что у меня к
этим шортам сентиментальная привязанность. И потом, может, Люк вообще ничего
не заметит. Мужчины же все равно не замечают, что на тебе надето...
наверное...
Подождите-ка.
Не поняла... А
где одежда, в которой я вчера приехала?
Я же ее вчера тут на полу скинула...
— Люк? — обращаюсь я к нему как бы совершенно между делом. —
Ты не видел мою одежду? Ту, в которой я приехала.
— Ах да, — он поднимает голову от чемодана, — я ее утром
отдал в прачечную вместе со своими вещами.
Я смотрю на него, не в состоянии даже вдохнуть. Мою
единственную
одежку отобрали и отдали в прачечную?
— А когда ее... вернут? — наконец спрашиваю я.
— Завтра утром. — Люк поворачивается ко мне. — Прости, надо
было тебе сказать. Но это ведь не страшно, да? Вряд ли стоит из-за этого
волноваться. Они очень осторожно обращаются с вещами.
— О нет! — севшим голосом отвечаю я. — Нет, конечно, я не
волнуюсь!
— Хорошо, — улыбается он.
— Хорошо, — улыбаюсь я в ответ. Господи, что делать-то?
— Да, в шкафу еще полно места, — говорит Люк. — Из твоих
вещей повесить что-нибудь?
Он тянется к моему чемоданчику, и я в панике воплю:
— Нееет! — И уже спокойнее добавляю, видя изумленное лицо Люка: —
У меня там в основном... трикотаж.
Господи боже мой. Он уже и туфли надел.
Что делать? Ну же, Бекки, — судорожно подстегиваю я себя. — Надень хоть что-
нибудь. Неважно что
.
Может, костюм Люка?
Боюсь, он решит, что это уж совсем странно, и вообще у него все костюмы
стоят не меньше тысячи фунтов, так что я не посмею закатать рукава.
Остаться в гостиничном халате? Прикинуться, что халаты и махровые тапочки —
последний писк моды? Но ведь не станешь так шататься по отелю — это ведь не
санаторий какой-нибудь. Еще засмеют.
Должна же быть в этом отеле хоть какая-нибудь одежда, например... униформа
горничной! Да, это мне подходит. Такие коротенькие платьишки, и к ним еще
шапочки, Я могла бы сказать Люку, что это новая коллекция от
Прада
.
Главное, чтобы при этом никто не попросил меня прибраться в номере...
— Кстати, ты забыла это у меня в квартире, — говорит Люк,
вытаскивая что-то из своего чемодана. — Держи.
Я испуганно вскидываю голову, и в меня летит что-то мягкое... легкое...
ткань. Я готова расплакаться от счастья. Это одежда! Точнее, большая
футболка от Кельвина Кляйна. Никогда в жизни меня так не радовал вид старой,
застиранной серой футболки.
— Спасибо! — чуть не рыдаю я, потом заставляю себя мысленно
сосчитать до десяти и безразлично так объявляю: — Пожалуй, ее-то я и надену.
— Вот это? — Люк странно на меня смотрит. — Я думал, это
ночнушка.
— Ну да... такое платье в стиле
а-ля ночнушка
, — бормочу я,
ныряя в
платье
, которое, слава богу, надежно прикрывает зад. И еще! В
косметичке завалялось настоящее сокровище — эластичная махровая лента для
волос, вот вам и ремень...
— Мило, — насмешливо говорит Люк, наблюдая, как я натягиваю через
голову свой
ремень
, — хотя, по-моему, немного коротковато...
— Это мини-платье, — уверенно заявляю я, и поворачиваюсь к
зеркалу.
Мамочки родные, платьице и вправду коротковато. Но теперь уже ничего не
поделаешь. Надеваю свои новые босоножки, встряхиваю волосами и заставляю
себя не вспоминать, какой классный наряд был заготовлен у меня на
сегодняшнее утро.
— Вот, — Люк берет шарфик и накидывает мне на шею, — шарфик
от
Денни и Джордж
и никаких трусов. Мое любимое сочетание.
— Я собиралась надеть трусы, — с достоинством парирую я. (Чистая
правда, между прочим. Как только Люк уйдет, я стащу у него пару
боксеров
.)
И быстро меняю тему: — А что это за сделка такая? Что-нибудь интересное?
— Очень... серьезная, — помедлив, отвечает Люк и достает два
шелковых галстука. — Который из них принесет мне удачу?
— Красный, — решаю я, и наблюдаю, как он завязывает галстук
уверенными, быстрыми движениями. — Ну же, расскажи. У тебя новый
крупный клиент?
Люк улыбается и мотает головой.
— Это
Нэт Вест
? Нет? Знаю, это банк
Ллойд
!
— Скажем так, это то... чего я очень хочу. То, чего я всегда хотел. Ну
а ты чем сегодня займешься? Ты сама тут освоишься?
А вот теперь он меняет тему. Не понимаю, чего он так скрытничает из-за
своего нового проекта. Он что, не доверяет мне?
— Сегодня утром бассейн закрыт.
— Да, знаю. — Я беру кисточку для румян. — Это неважно. Я и
так найду чем заняться.
В ответ тишина. Я поднимаю голову и вижу, что Люк подозрительно меня
оглядывает.
— Может быть, я закажу такси, чтобы тебя отвезли в магазин? Бат
[
Город, славящийся своими минеральными источниками и памятниками
древнеримской культуры] совсем рядом...
— Нет, — с достоинством отвечаю я. — Я не хочу в магазин!
Не хочу
! Не могу — так вернее. Когда Сьюзи узнала, сколько стоили мои
оранжевые босоножки, она всерьез решила, что была недостаточно строга со
мной, и поэтому запретила мне на этой неделе ходить по магазинам. Она
заставила меня перекреститься и поклясться... на моих новых оранжевых
босоножках, что я ничего не куплю в эти выходные. И уж я постараюсь свою
клятву сдержать.
Ведь она права. Если сама Сьюзи может продержаться целую неделю без
магазинов, то уж хотя бы сорок восемь часов я должна выстоять.
— Займусь милым сельским времяпрепровождением, — говорю я,
закрывая румяна.
— Например?
— Например, осмотрю окрестности... может, схожу на ферму, посмотрю, как
доят коров, или еще что-нибудь...
— Ясно... — слегка улыбается он.
— Что? — подозрительно спрашиваю я. — Как это понимать?
— То есть ты хочешь заявиться на ферму и попросить разрешения подоить
корову, так, что ли?
— Я не говорила, что
сама собираюсь доить
коров, — отвечаю я, вздергивая подбородок. — Я сказала, что
посмотрю, как это делается. А может, вообще на ферму не пойду. Осмотрю
местные достопримечательности. — Я беру одну из брошюрок, лежащих на
журнальном столике. — Вот, например... выставка тракторной техники.
Или... монастырь Святой Уинифред и знаменитый Бевиигтонский триптих.
— Монастырь, — после некоторой паузы вторит Люк.
— Да, монастырь! А что, я не могу пойти в монастырь? Я, между прочим,
очень даже духовно развитая личность.
— Не сомневаюсь в этом, милая. — Люк все еще озадаченно
рассматривает меня. — Но ты бы все-таки надела
что-нибудь
еще, кроме футболки, прежде чем идти туда...
— Это платье, — заявляю я, одергивая футболку, чтобы хоть немного
прикрыть голую попу. — И вообще, духовность не имеет ничего общего с
внешним видом. Посмотри на лилии, как они растут [
Посмотрите на
лилии, как они растут: не трудятся, не прядут; но го...
Закладка в соц.сетях
