Жанр: Любовные романы
Обольститель
...упомянуть, ибо
они пока выше моего понимания, - сказал Дастин, нахмурившись. - Знаешь, а я и не
припомню, когда в последний раз
говорил с кем-либо так откровенно. И не только с женщинами, а с кем бы то ни
было, за исключением Трента и Арианы. А
вот ты напомнила мне, что в жизни существует нечто большее. Наверное, я
выражаюсь туманно, поскольку не уверен, что
сам вполне понимаю себя.
- А кто такая Ариана?
Дастин запнулся. Он настолько увлекся, что забыл дать Николь некоторые
объяснения.
- Что? - переспросил он.
- Ариана, - повторила, смущаясь, Николь. - Она... твой друг?
Ошибки быть не могло, ее беспокоил возможный ответ. От радости Дастину
захотелось издать боевой клич ирокезов.
- Да, Дерби, и очень надежный друг. Но не в том смысле, какой ты в это
вкладываешь. Ариана - жена моего брата
Трентона.
- О-о-о! - Николь издала вздох облегчения и тут же покраснела.
- Ариана - исключительная женщина. Мы подружились с первой же встречи - в
тот день, когда они с Трентом поженились.
Если браки свершаются на небесах, то это как раз тот самый случай.
- Понимаю. Значит, она, по-твоему, представляет собой исключение, обладая
искренностью?
- Конечно. Этим она отличается едва ли не от всех знакомых мне людей.
Николь задумчиво закусила губу.
- В таком случае, Дастин, извини, пожалуйста, но мне остается только
пожалеть тебя. Мне повезло больше, несмотря на
весьма ограниченный круг знакомств. Я постоянно встречала на своем пути мужчин,
которые были для меня настоящими,
искренними и преданными друзьями.
Кровь бросилась в голову Дастину, он даже подскочил на месте. В это
мгновение он готов был лишить жизни всякого, кто
оказался бы вдруг рядом с Николь.
- Каких мужчин? - спросил он свистящим шепотом.
- Что? - недоуменно переспросила Николь.
- О каких мужчинах ты говоришь, черт побери?!
- Ты вкладываешь в мои слова смысл, какого они не имеют, - ответила Дастину
Николь. - Я говорю о мужчинах, которые
не заключают пари на то, кто станет их очередной любовницей. - Николь
решительным жестом скрестила руки на груди. -
Запомните, милорд, что в отличие от вас я в лучшие годы своей жизни не
перескакивала из постели в постель. Я выросла
среди замечательных людей, таких, как мой отец. Так что заверяю вас: у лорда
Тайрхема нет никаких причин подпрыгивать
от негодования. Маркизу это, прямо скажем, не к лицу.
- Я это учту, - уже более спокойным тоном произнес Дастин. - Вообще-то я
человек незлобивый, но неожиданно
почувствовал страстное желание убивать каждую особь мужского пола, которая
осмелится прикоснуться к тебе.
- В очередной раз благодарю за вашу заботу о моей безопасности, милорд.
Хотя на этот раз в этом нет абсолютно никакой
необходимости. Может быть, это покажется вам странным, но единственная особь
мужского пола, когда-либо прикасавшаяся
ко мне, - это вы.
Мир вокруг Дастина мгновенно засиял праздничными красками.
- Прекрасно. Надеюсь, что такое положение сохранится и впредь. - Дастин
оглянулся на шум. - Кинжал возвращается.
Либо он получил урок, либо преподал его Брекли. Прежде чем я познакомлю их с
мистером Стоддардом, могу я получить
ответ от Николь?
Она нахмурилась, пристально глядя в глаза Дастину.
- Даст... Простите, лорд Тайрхем! Мы с вами принадлежим к разным слоям
общества.
- Дерби, это - не ответ!
- Ты ведь сказал, что я буду выступать на Кинжале независимо от того, каким
будет мой ответ?
- Да, если Кинжал согласится.
- Он согласится.
- Тогда, - усмехнулся Дастин,- ты выступишь на Кинжале независимо от твоего
решения.
- Отлично, - кивнула Николь. - Приходи, пожалуйста, к чаю. Только имей в
виду: повариха я никудышная, и, боюсь, мои
ячменные лепешки опаснее отравленных стрел. Что касается наряда, то я буду в
бриджах. И не только в целях конспирации.
- Я помню, - ответил Дастин, чувствуя что-то вроде мгновенного опьянения. -
Ты не носишь платьев.
- И корсетов, - добавила Николь. Их взгляды встретились.
- Николь... - нежно произнес Дастин, собравшись, очевидно, произнести
монолог, но тут же опомнился и сказал только: -
Спасибо.
- Пожалуйста, - кротко ответила Николь.
Дастин повернулся и взялся за ручку двери, готовясь открыть ее в будущее
Олдена Стоддарда.
- Мы обо всем переговорили, Дерби?
- Надеюсь, что да.
- Отлично. Тогда идем. Сейчас ты познакомишься со своим партнером.
- О, милорд! - Проходя через дверной проем, Николь слегка задела Дастина. -
Боюсь, что я с ним уже познакомилась.
Глава 6
- Ну, Брекли, как наш упрямец вел себя сегодня? - спросил Дастин, подходя к
стойлу Кинжала. - Есть ли у вас хоть
проблеск надежды на взаимопонимание?
Старший конюх только головой покачал.
- Нет, милорд. Когда я увидел, как умело вы обращаетесь с ним, я надеялся
достичь успеха. Мы довольно спокойно
прогуливались с четверть часа или около того. Но затем, когда я попытался его
оседлать, он заартачился, встал на дыбы,
потом забился словно испуганная кошка. - Брекли бросил хмурый взгляд в сторону
Кинжала. - Простите, сэр, но я не
допускаю возможности его участия в дерби. Думаю, если вы вернете Бенкса, то
положение изменится. Он сумеет поладить с
Кинжалом, у него есть секреты, которые мне, к сожалению, не известны.
- Я полагаю, Брекли, что мы все же найдем выход, - сказал Дастин,
поворачиваясь к Николь. - Это тот самый юноша, о
котором я вам говорил. - На лице Дастина не дрогнул ни единый мускул. -
Познакомьтесь! Брекли - Стоддард, наш новый
жокей. Если рекомендация Ника Олдриджа соответствует действительности, то мистер
Стоддард не уступит Бенксу в
мастерстве и найдет более короткий путь к сердцу Кинжала. После чего, я уверен,
они вместе сумеют одержать победу в
дерби.
- Мистер Стоддард! - произнес Брекли, слегка кланяясь. Это движение было
продиктовано не столько дружеским
расположением, сколько правилами приличий. - Очень надеюсь, что вы знаете,
юноша, на какой риск идете, - сказал Брекли,
вновь отвешивая новоявленному жокею легкий поклон.
- Рад познакомиться с вами, Брекли, - глядя на старшего конюха, ответила
Николь и подумала: "Он может сомневаться в
своих возможностях, но по крайней мере уверен в том, что он мужчина. А это имеет
очень большое значение! Но выбора нет.
Либо принять бой, либо... немедленно отступить".
Покончив с приветствиями, Николь переключила свое внимание на норовистого
жеребца, который стоял, переминаясь с
ноги на ногу.
- Привет, Кинжал, - ласково сказала Николь, медленно приближаясь к этому
восхитительному образчику лошадиной
породы.
Кинжал вздергивал голову, глаза его настороженно глядели на Николь, он
напряженно прислушивался к звуку голоса
девушки.
- Стоддард, не знаю, что рассказал вам милорд Тайрхем, - вставил Брекли, -
но впереди у вас нелегкая работенка.
- Маркиз предупредил меня о пугливости Кинжала. - Николь помолчала,
переводя взгляд с Дастина на Брекли. - Могу я
провести несколько минут с ним наедине? - спросила она. - Он быстрее успокоится,
если сконцентрирует внимание на мне
одном. А у нас не так-то много времени.
С минуту Дастин оценивающе смотрел на Николь, потом кивнул:
- Хорошо. Мы с Брекли подождем в моем офисе.
Лицо конюха вытянулось.
- Милорд, вы уверены, что это разумно? И для меня-то остаться с Кинжалом
наедине - сущее наказание, а ведь я покрепче
Стоддарда.
- Наш новый жокей прав, - ответил Дастин, бросая на Николь ободряющий
взгляд. - Чрезвычайные обстоятельства
вынуждают к чрезвычайным действиям. Если мистер Стоддард чувствует, что сможет
справиться с Кинжалом, дадим ему эту
возможность. Если ему понадобится помощь, он нас позовет.
- Обязательно. Спасибо, милорд! - воскликнула Николь с сияющими глазами.
Брекли вновь нахмурился, но больше ничего не сказал и вышел из стойла вслед
за Дастином.
Николь подождала, пока их шаги не смолкли вдалеке, и повернулась к Кинжалу.
Жеребец внимательно наблюдал за
девушкой, готовый, казалось, унестись прочь при малейшем подозрительном
движении.
- Ты напуган, - мягко произнесла Николь, мысленно задав себе вопрос, кто же
мог так дурно обращаться с этим
прекрасным животным, что сделал его таким пугливым. - Уверена, что у тебя есть
на то причины. Но я не собираюсь тебя
обижать. - Подойдя ближе, Николь положила на ладонь кусочек сахара и протянула
жеребцу. Кинжал понюхал ее руку,
потом осторожно потянулся вперед и быстро схватил губами сахар.
С расчетливой предусмотрительностью Николь осталась на том же месте, где
стояла. Она не сделала попытки протянуть
ладонь и погладить коня, но и руки не убрала.
- Хозяин совершенно прав насчет тебя, - продолжала она, разглядывая мощное
тело жеребца и его стройные ноги. - Ты
очень красив. Нам остается только довериться друг другу - и победа будет за
нами. Мои предчувствия никогда меня не
обманывали. Мы будем неподражаемой парой, Кинжал, ты и я.
Конь смотрел на нее, не мигая. Но Николь чувствовала, что страх его
проходит.
"В чем же тут дело?" - мучительно раздумывала Николь. Она провела наедине с
Кинжалом едва ли пять минут - время,
явно недостаточное, чтобы завоевать доверие лошади.
- Ты ведь меня не боишься, правда? - произнесла Николь вслух и осторожно
подняла вверх пальцы, намереваясь
погладить морду животного и держа руку так, чтобы Кинжал мог следить за каждым
ее движением. В ответ жеребец тихо
заржал, выражая одобрение. Николь улыбнулась и нежно погладила шероховатую белую
полосу, протянувшуюся вдоль
конской морды и составляющую резкий контраст с шоколадно-коричневой шерстью.
- Тебе дали точное прозвище, - сказала Николь, обводя указательным пальцем
контуры белой отметины. - Действительно
напоминает кинжал. Но ты не опасен. Ты - гордый и преданный, если к тебе
относиться с уважением, как ты того
заслуживаешь. Если бы ты только мог рассказать мне, кто скверно с тобой
обращался! Конечно же, это был не лорд Тайрхем
и не Брекли. Маркиз - замечательный человек, он в тебя верит и любит тебя. Что
же до Брекли, то его манера достаточно
жесткая, но он тоже безгранично в тебе уверен. Может, дело в их комплекции?
Мужчина, который тебя обидел, был
высокого роста?
Мужчина!
Это слово эхом отдалось в сознании Николь, и разгадка стала очевидной.
- Ну и дура же я! - воскликнула она. Оглянувшись вокруг, Николь потянулась
к уху Кинжала и понизила голос до шепота:
- Ты знаешь, кто я на самом деле. Ведь знаешь? Я могу дурачить людей, но они не
обладают тонким чутьем, как ты. Ты
знаешь, что я женщина. Вот почему не боишься. Тебя напугал именно мужчина: а кто
еще мог за тобой ухаживать? Что ж,
можешь больше не бояться. Лорд Тайрхем нанимает только добрых и сострадательных
людей, таких же, как он сам. - Николь
выразительно кивнула. - Он будет заботиться о тебе так же, как и обо мне. И я
буду о тебе заботиться, дружок. Но, Кинжал, -
зашептала Николь, - ты в свою очередь не должен выдавать мой секрет. Пусть
думают, что тебя успокоило уже само мое
присутствие и... мое мастерство, разумеется, - добавила она с лукавой усмешкой.
- Но то, что я женщина, должно оставаться
между нами. Нами и лордом Тайрхемом. Договорились?
Кинжал потянулся к карману Николь, выпрашивая очередной кусочек сахара.
- Шантаж, да? - спросила Николь, протягивая своему сообщнику лакомство. -
Очень хорошо. По рукам. А теперь не
прогуляться ли нам на пару? Мне хотелось бы, чтобы к концу дня ты прошелся
легким аллюром, а завтра продемонстрировал
рысь. Глядишь, к середине недели мы уже будем вовсю галопировать, а к концу
начнем готовиться к Эпсому. Как тебе такой
план?
Жеребец ответил на слова Николь ржанием.
- Отлично! Вперед, Кинжал!
Сорок пять минут спустя Николь и Кинжал уже объезжали иноходью скаковой
круг Тайрхема, и плавность хода жеребца
поразила даже Николь.
- Великолепно! - похвалила его девушка, похлопывая по шее и переводя на
шаг. - Ты сможешь выиграть дерби даже с
менее опытным наездником. У тебя такая грациозная поступь, что мне не терпится
увидеть тебя в галопе. Но все же я
подожду. До завтра. На сегодня мы сделали достаточно, пора возвращаться в
конюшни.
Впервые после того, как села в седло, Николь расслабилась, чтобы оглядеться
вокруг. И тут она с превеликим удивлением
заметила, что за ней наблюдают.
В конце дорожки стояли, сияя улыбками, Дастин и Брекли. Брекли восхищенно
покачивал головой и что-то тихо
бормотал. Во взгляде же Дастина было нечто такое, от чего сердце Николь замерло.
- Бесподобно! - воскликнул Дастин, салютуя подъехавшим Николь и Кинжалу. -
Мы посрамлены, мистер Стоддард.
- Это уж точно. - Брекли снова потряс головой. - Никогда бы этому не
поверил, если бы не убедился собственными
глазами.
- Мне просто повезло, - ответила Николь. - Тог, кто прежде общался с
Кинжалом, был, очевидно, человеком крупным. Я
же - невысокий, легкий да и слишком молод, чтобы мой голос обладал грозным
тембром. - Николь одарила собеседников
самодовольной улыбкой. - И, по правде говоря, я еще и хороший наездник. А Кинжал
- прекрасный конь. Сочетание
непобедимое. А теперь извините нас, мы пройдем в конюшню.
- Вы были правы, милорд, - сказал Брекли, как только новый жокей отъехал. -
Стоддард именно таков, каким его
представил Олдридж.
- Согласен, - кивнул Дастин, провожая Николь взглядом. Затем он резко
развернулся и достал из кармана часы. - Брекли,
будьте любезны, представьте Стоддарда остальным служащим. У меня через час
встреча с новым тренером.
- Конечно, милорд.
Не обращая внимания на удивленное выражение лица Брекли, Дастин направился
к дому, быстрым шагом пересек
длинный холл, вошел в кабинет и запер за собой дверь.
Дастин был в беде. В большой беде.
Налив себе коньяка, он посмотрел в огромное окно, за которым открывался
сказочный вид на лесистые холмы Тайрхема.
Но Дастин не замечал этих красот. Перед его внутренним взором маячил образ
Николь, сидевшей в седле так естественно
словно она в нем родилась. Николь обращалась с Кинжалом с искусством опытного
жокея, а вовсе не новичка. Новичка?
Черт возьми, да три последних жокея Дастина, каждый с десятилетним опытом, мог
бы многому поучиться у Николь!
Опытный глаз Дастина отметил школу Ника Олдриджа в каждом жесте Николь: посадка,
техника, плавность, координация,
проницательность в отношении возможностей лошади. Николь была истинной дочерью
своего отца. Меньше чем за час она
превратила полудикого жеребца в будущего чемпиона, коим он и должен был стать.
Николь была прекрасна!
Губы Дастина скривились в невеселой усмешке. Николь обвинила его в
недооценке ее способностей из-за того, что она
женщина. Она ошибалась.
Дастин не только видел ее исключительные таланты, но и без всяких колебаний
признал в Николь лучшего наездника,
которого он когда-либо видел. Честно говоря, Дастин готов был поставить не
только свою репутацию, но и все свое
состояние и всех своих породистых лошадей на то, что Николь выиграет дерби.
Так что ее беспокойство лишено каких-либо оснований. С мастерством Николь и
решительностью Дастина им будет легко
убедить мир конного спорта в том, что Николь - это Олден Стоддард.
Но одно дело вводить в заблуждение публику. Обманывать себя - совсем
другое. Эта мысль напомнила Дастину о
сложности положения, в котором он оказался. Дастин мог называть Николь жокеем,
но он никогда, даже на самый краткий
миг, не мог смотреть на нее как на мужчину.
Выпив залпом коньяк, Дастин задумчиво повертел в руке пустой бокал. Он
ожидал, что маскировка Николь доставит
некоторые трудности, но не мог представить, что его чувства к Николь проявятся с
такой силой, что он не в состоянии будет
с ними справиться. А именно так и случилось. Только что эти светящиеся триумфом
аметистовые глаза, это лицо,
полуприкрытое жокейской кепочкой, но такое неописуемо прекрасное, заставили
Дастина выдержать нелегкую битву с его
инстинктами. Ему пришлось призвать на помощь все свое мужество, чтобы не стащить
Николь со спины коня и не заключить
в объятия.
Но... он дал слово.
Так когда же, черт побери, пройдет это наваждение? Дастин не мог избавиться
от своих чувств, но он не мог и поступать,
руководствуясь ими. По крайней мере до тех пор, пока Николь сама не сделает шага
навстречу. Даже при самом
благоприятном стечении обстоятельств сексуальная увертюра будет для Николь такой
же чуждой, как и затягивание корсета.
К тому же редкие визиты, которые она ему позволила, будут происходить в коттедже
под бдительным оком отца.
Перспектива невеселая.
А времени у Дастина не так уж много, потому что, как только будут найдены
угрожавшие Нику Олдриджу преступники, у
Николь отпадет всякая необходимость в маскировке. И тогда она, вероятнее всего,
исчезнет из жизни Дастина так же
стремительно, как и появилась. И не только по соображениям приличий, но и ради
себя самой. Дастин чувствовал ее
смущение так же ясно, как то, что разбудил в Николь женщину. Сейчас она
ошеломлена силой связавшего их чувства.
Господи, да то же самое происходит и с самим Дастином! Но Николь молода,
неопытна. И упряма. Ее страхи могут одержать
верх над чувством и вынудить к бегству. Лишь от Дастина зависело не допустить
этого. Но как?
Дастин снова наполнил бокал и принялся мысленно бранить себя за то, что
воздвигает для себя непреодолимые преграды.
В попытках успокоить Николь он сам угодил в ловушку.
"Думай, - приказал себе Дастин, ставя на стол бутылку. - Выход должен быть.
Я должен сдержать свои обещания перед
Николь, не дав ей при этом ускользнуть".
Есть!
План, возникший в уме Дастина, был очень рискованным и мог навсегда
отвратить от него Николь. С другой стороны,
осуществление этого плана могло оказаться единственно верным путем к решению
мучительных вопросов.
Он должен пойти на этот риск!
Дастин снова посмотрел на часы. С утренним собеседованием он покончит
быстро, поскольку окончательное решение у
него фактически созрело. Оба тренера, претендовавшие на место в конюшнях
Тайрхема, имели безупречные репутации и
отличные рекомендации. Но Раггерта, одного из кандидатов, предложил Дастину граф
Ленстон, чья интуиция почти не
уступала интуиции самого Дастина. Ленстон до небес превозносил достоинства
Раггерта - факт, решительно склонявший
чашу весов в пользу последнего. Таким образом, место Бенкса будет заполнено, и
Дастин сможет сосредоточить все
внимание на дерби. И на Николь.
Подойдя к столу, Дастин придвинул к себе бумаги. Прежде всего надо поскорее
расправиться с делами. После этого он
намеревался отправиться в часть поместья, где обосновались арендаторы, для
разговора, возможный результат которого так
волновал Дастина. Разговор этот мог окончательно определить его будущее.
На стук Дастина никто не ответил. Впрочем, учитывая ситуацию, удивляться
этому не приходилось. Выждав время,
необходимое обитателям коттеджа на то, чтобы прислушаться, Дастин снова постучал
и тихо произнес:
- Это я, Тайрхем.
Щелкнула задвижка, и дверь слегка приоткрылась: невидимый пока хозяин
изучал гостя. Мгновение спустя дверь
отворилась нараспашку.
- Входите, милорд.
Переступив порог коттеджа, Дастин увидел худого темноглазого человека, в
котором тут же узнал Ника Олдриджа.
- Заприте дверь, - посоветовал Дастин и протянул навстречу руку. - Рад
познакомиться, Олдридж.
- Для меня большая честь познакомиться с вами, милорд, - ответил Олдридж,
пожимая руку его светлости. - У меня нет
слов, чтобы выразить благодарность.
Пропустив слова Ника мимо ушей, Дастин огляделся.
- Мы можем поговорить в гостиной, - предложил Ник. Он провел гостя в
небольшую уютную комнату. - Что вам
предложить? По части готовки мы с Ники не великие мастера. Но у меня есть
неплохой ликер. Очень освежает, хм...
Вспомнив, как описывала свои кулинарные способности Николь, Дастин не смог
сдержать улыбку:
- Ничего освежающего не требуется, благодарю. Я совсем недавно плотно
позавтракал. Кроме того, мне не хотелось бы
терять время. Мы многое должны обсудить.
- Это точно. - Ник жестом пригласил Дастина садиться, после чего сам
опустился в мягкое кресло.
- Прежде всего хочу извиниться за то, что пришел несколько раньше, - начал
Дастин, устраиваясь на краешке дивана. -
Знаю, что вы не ждали меня раньше полудня, но утренняя встреча оказалась
настолько же краткой, насколько успешной, и я
взял на себя смелость явиться прямо к вам домой. Надеюсь, что доставил вам не
слишком много неудобств.
- Милорд, меня смущают только ваши извинения, - сказал Ник, в нетерпеливом
ожидании подавшись вперед. - У вас
нашлось время для утреннего собеседования... Означает ли это, что Проказница...
- Олдридж неловко закашлялся. - Я хотел
спросить: неужели Николь поладила с вашим жеребцом?
Прозвучавшая в голосе Олдриджа нежность была так же трогательна, как и
отеческая гордость, отразившаяся на его лице.
- В рекордное время, - улыбнувшись, сказал Дастин. - Целый час они с
Кинжалом шли рысью, двигаясь так, словно
работали в паре месяцами. Способности вашей дочери поразительны.
Лицо Ника осветилось счастливой улыбкой:
- Рад это слышать. Она прирожденный наездник.
- Вы об этом сообщили в рекомендательном письме.
Улыбка сошла с лица Ника.
- Простите меня за тот обман, милорд. Если бы у нас был другой выход...
- Никакого обмана не было, - перебил Дастин. - Может быть, вы и выдумали
имя Олден Стоддард, но большинство
пунктов вашей характеристики - чистая правда.
- Но ведь вы не могли знать, кто скрывается под личиной Стоддарда. Жокеевженщин
не существует.
- Теперь существует.
- Никто об этом не знает, за исключением Николь, меня и вас. - Ник
приподнялся в кресле. - Извините меня за прямоту,
сэр, но прежде, чем мы займемся обстоятельствами, вызвавшими появление на свет
Олдена Стоддарда, мы должны
поговорить о Николь и ваших... видах на нее.
- Давайте поговорим, - согласился Дастин. - Вы - ее отец. Выскажите ваши
сомнения, и я постараюсь их разрешить.
- Это справедливо, - в глазах Ника вспыхнуло удивление, граничащее с
восхищением. - Начать с того, что я обеспокоен
идеей участия Николь в скачках.
- Вы полагаете, она к этому не способна?
- Не способна? Да она сильнее всех жокеев, против которых мне приходилось
выступать! Я беспокоюсь о ее
благополучии.
- Благополучии? - нахмурился Дастин. - Как может на него повлиять участие в
дерби? Вы полагаете, что все совершается
слишком быстро и нагрузка для нее будет чересчур велика?
Олдридж не сдержался и фыркнул:
- Как раз наоборот! И нагрузка ей вовсе не помешает. С других семь потов
сойдет, а она по-прежнему будет в форме.
- У вас есть основания думать, что негодяи, угрожавшие вам, узнают Николь?
- взволнованно спросил Дастин.
- О нет! - Ответ Ника звучал убедительно, и можно было предположить, что
уверенность эта родилась после многих часов
тяжких раздумий. - Насколько я знаю, эти люди никогда в глаза не видели Ники. А
если даже и видели, то уверены, как и все
прочие, что она сейчас в Шотландии вместе со мной. Помогает залечить мою травму.
Кроме того, они никогда не видели ее в
костюме жокея. Ники удалось ввести в заблуждение многих других жокеев,
большинство из которых - мои друзья, знающие
ее с младенчества. Она начала говорить более низким голосом, изменила манеру
держаться, жестикуляцию и... обмоталась
куском материи. - Ник невольно покраснел. - Так вот, все это заставит моих
коллег слишком напрягать зрение, чтобы узнать
в этом парне Ники, а они этим заниматься не станут, особенно в Эпсоме. Все их
внимание будет занято собственными
лошадьми. По крайней мере я молю Бога, чтоб так оно и было. - Ник вытер
вспотевшие ладони о бриджи. - Все мои страхи
связаны со временем непосредственно перед состязаниями. Ники должна будет
взвеситься за четверть часа до начала скачек
и пройти жеребьевку. Вот тут она будет наиболее уязвима. Стоддард - новичок на
скаковой дорожке. В расписании
состязаний он будет заявлен как ваш жокей, так что вокруг него возникнет немалый
ажиотаж. Вполне естественно, что
другим жокеям захочется оценить своего будущего соперника. А если они станут к
нему приглядываться слишком
пристально...
- У них не будет такой возможности.
- Что?
- Я достаточно влиятельный человек, Олдридж, и намерен предпринять коекакие
меры, чтобы исключить ситуацию, о
которой вы говорите. Николь прибудет в Эпсом перед самым началом дерби.
Взвешиваться она будет одна. Николь с
Кинжалом займет стартовую позицию за несколько секунд до сигнала. Ни у кого не
будет времени как следует их
рассмотреть.
- Благослови вас Бог, милорд! - с облегчением выдохнул Ник. - Трудно
передать, как меня измотали эти мысли.
- Что ж, теперь вы можете с ними распрощаться. А теперь скажите мне
откровенно, что еще вызывает ваше беспокойство
относительно Николь?
Ник снова напрягся.
- Хорошо, буду откровенен, милорд. Я никогда не предполагал, что планы
Николь зайдут так далеко. Мы нуждались в
деньгах. Я должен был исчезнуть, а ей предстояло найти работу и поддержать себя
и меня, пока эти мерзавцы не прекратят
гоняться за мной. Я предполагал, что Николь устроится в Тайрхеме, будет
тренироваться, но до скачек дело не дойдет. До
июля еще целых два месяца - время более чем достаточное, чтобы эти подонки
потеряли ко мне интерес и обратили свое
внимание на более сговорчивых. Тогда мы с Ники смогли бы вернуться к своей
обычной жизни. - Губы Ника вытянулись в
тонкую жесткую полоску. - Я не хочу, чтобы моя дочь вела жизнь жокея.
- Я тоже не хочу, - жестким тоном произнес Дастин. - Мне никогда и в голову
не приходила подобная перспектива. Вот
вам мое слово, Олдридж. Николь будет под надежной защитой не только на стартовой
линии, но и во всей дальнейшей
работе.
- Милорд, при всем моем уважении к вам я не могу взять в толк, как вы
намерены обеспечить такой всеобъемлющий
надзор? - Ник отважно взглянул на Дастина. - Или же мне следует спросить, кто
будет его осуществлять. Вы?
- А если я, то вам это будет неприятно?
- Неприятно? Нет. Немыслимо? Да! - Ник перевел дух, пытаясь взять себя в
руки. - Понимаю, что веду себя слишком
дерзко, разговаривая с вами подобным образом. Более того, у меня нет оснований
не доверять вам. Ники говорила, что вы
были не только
...Закладка в соц.сетях
