Жанр: Любовные романы

Вся правда о Джеки

сторінка №10

енько встряхнули. Он что-то пробубнил, и огромный байкер загоготал.
А я тем временем пыталась собрать мозги в кучу и расспросить Пита-быка о
своей сестре.
— Расскажи мне о Джеки, — попросила я его.
— Нет! Ты еще не допила свою порцию! — сказал он и потряс бутылкой
перед моим носом.
— Но я больше не могу, — еле выговорила я.
— Мне все равно, можешь ты или нет! — сказал Пит.
Я сморщилась и осушила бокал. Пит взял бутылку и вылил мне остатки пойла.
— Теперь расскажешь? — спросила я.
— Когда стакан будет пустым! — ответил равнодушно он.
Я через силу залила в себя противный напиток.
— Мы встречались всего несколько месяцев... — начал он, но я уже
ничего не слышала.
Я летела в бездну...
Утром я проснулась от жажды. Присев на кровати, я схватилась за голову.
Такой боли я еще не испытывала. Кровь пульсировала в висках... Мне казалось,
что потолок систематически опускается и бьет меня по голове.
Я кое-как повернула голову и осмотрелась.
Где я?
Похоже, это был гостиничный номер довольно-таки бедной гостиницы.
Как я сюда попала? Я не помню ничего вообще! Не поворачиваясь, я начала
нащупывать рукой Саймона. И очень удивилась, когда вместо его накачанного
пресса дотронулась до огромного живота, который напоминал желе.
Через пару секунд до меня дошло, что это явно не Саймон. Я медленно
повернула голову и пришла в ужас: на кровати, с другого края, лежал Саймон,
посередине же храпел огромный лысый байкер.
Что? Что он тут делает? Что мы тут делаем? Я осторожно встала с кровати и
направилась искать ванную комнату. Включив воду, я умылась и попила.
Вспышка!
Я в ковбойской шляпе объезжаю аттракционного быка... Вокруг меня столпились
хохочущие байкеры...
Я еще раз сполоснула лицо холодной водой.
Еще вспышка!
Огромный байкер, обхватив нас с Саймоном мощными ручищами, тащит к себе в
пансионат...
Я всмотрелась в зеркало. Неужели... что-то было? — содрогнулась я. Но,
убедившись, что вся моя одежда на мне, я успокоилась.
Вспышка!
Саймон просит громилу спеть ему колыбельную. Я закатываюсь от смеха и
засыпаю...
Вдруг комнату пронзил истерический крик испуганного Саймона.
Я выбежала из ванной. Саймон сидел в углу, поджав ноги.
— Кто это? — спросил он меня.
— Я хотела задать тебе тот же самый вопрос! — сказала я. —
Это же твой товарищ по распиванию текилы!
Саймон схватился за голову.
— Я думаю, нам нужно убраться отсюда, пока этот громила спит, —
шепнула я.
— Можешь не шептать, он все равно плохо слышит. Когда я заорал, он даже
не проснулся! — громко сказал Саймон.
— Я все слышу, — раздался бас с кровати.
— Извини, друг, нам нужно бежать по делам! — сказал Саймон.
Байкер приподнялся и, покачав головой, повернулся на другой бок.
Мы сидели в такси. Саймон без остановок пил воду из пластиковой бутыли.
— Ну что ты вчера узнала? — спросил он.
— Думаешь, я помню?! — возмутилась я. — Этот Пит-бык напоил
меня какой-то дрянью, после чего я отключилась!
Саймон поморщился и сделал еще пару глотков воды.
— Нужно еще раз к нему заехать! — предложила я.
Саймон измученно на меня взглянул.
— Я ему устрою! — мстительно зашипела я. — Я ему такой
Кикнут покажу, что он на всю жизнь запомнит!
Спустя двадцать минут я со всей силы пинала дверь бара. Послышались шаги и
ругательства в мой адрес, что меня еще сильней разозлило.
Дверь открыл полный мужчина с заспанными глазами.
— Пит-бык здесь? — напористо спросила я.
Мужчина мотнул головой, и я зашла внутрь помещения.
Пит-бык стоял за барной стойкой и что-то записывал. Я быстрыми шагами
направилась к нему. Настрой у меня был воинственным. Мне хотелось растоптать
этого длинноволосого мерзавца. Пит-бык, увидев мое разъяренное лицо,
попятился назад.
— Стой, Лара! Я тебе сейчас сделаю коктейль! — начал лебезить
он. — Он снимет похмелье!
— Я сама из тебя коктейль сделаю! — закричала я.

— Я все тебе расскажу! Задавай свои вопросы! — сдался он и присел
на высокий стул.
— Какие отношения у тебя были с Джеки Джонсон? — холодно спросила
я.
— Мы встречались пару месяцев! Потом мы разошлись! — быстро
проговорил Пит-бык.
— По какой причине разошлись?
— Я ей изменил... — тихо признался Пит и по моему лицу понял, что
зря это сказал. — Но она мне отомстила!
Я вопросительно на него взглянула.
— Она выбила все стекла в моей машине!
Я злорадно улыбнулась.
— Ну и правильно сделала! Она давала тебе ключ? — спросила я и
взялась за голову.
— Какой ключ? — удивился Пит-бык.
— Обыкновенный ключ! — закричала я.
— Нет! Я не видел никакого ключа!
Я плюнула и направилась к выходу. На огромной шине от грузовика сидел байкер
и допивал пиво из стеклянной бутылки.
— Не скажешь, где машина Пита-быка? — спросила я у него.
— Вон та! — промычал байкер и показал на старую модель шевроле
синего цвета.
Саймон, сидящий в такси, долго не мог понять, что я хочу сделать. Я достала
ключи из сумки и прошла вдоль машины, оставляя за собой полосу соскобленной
краски. У Саймона полезли глаза на лоб.
— Что? — Я села в такси.
Саймон покачал головой и промямлил:
— Ничего...

21



Наверное, единственный раз за все путешествие в поисках Джеки я была рада
оказаться в поезде. Экспресс монотонно раскачивался, и с каждой минутой меня
все сильнее клонило в сон. Я разложила постель и легла. Саймон тоже
готовился ко сну.
— Что мы скажем Альберту? — спросила я Саймона.
— Не знаю...
— Мы потратили столько времени и денег впустую! — Я натянула на
себя одеяло.
— Ты так считаешь? — удивился Саймон.
— Разве не так? Мы так и не узнали, где сейчас Джеки! — Я
притушила свет.
— Но ты столько узнала о своей сестре! Неужели для тебя это не имеет
значения? — Саймон приподнял голову и посмотрел на меня.
Я промолчала.
— Саймон, мне кажется, мы пропустили что-то важное! — Я задумалась
и, отвернувшись от окна, в котором мелькали назойливые фонари, быстро
заснула.
Открыв глаза, я сладко потянулась и взглянула на спящего Саймона. Он
тихонько посапывал и обнимал подушку. Я вышла в коридор и увидела спешащую
по своим делам проводницу.
— Простите, а долго еще до Нью-Йорка? — спросила ее я.
— До Нью-Йорка? Вы не слышали вчера объявления на вокзале? —
удивилась она.
— Нет! — покачала головой я.
— Я же вас тоже вчера предупредила, когда вы садились в поезд! Вы
мотнули головой и зашли в вагон! — растерянно сказала проводница.
— Так что за объявление?
— Маршрут сменился. Вы не доедете до Нью-Йорка! Скоро будет конечная,
буквально через полчаса... в Камберленде...
У меня создалось такое впечатление, что через мое тело прошел электрический
заряд.
Я пулей влетела в наше купе и начала будить Саймона.
— Саймон, поезд не едет в Нью-Йорк! — кричала я ему на ухо и
сильно толкала в плечо.
— Мне все равно... — мямлил сквозь сон Саймон.
Я схватила бутылку с водой и плеснула на Саймона. Он быстро проснулся и дико
посмотрел на меня.
— Ты с ума сошла? — огрызнулся он. — Что случилось?
— Мы едем в Камберленд! — паниковала я.
— Зачем?
Меня взбесил его глупый вопрос, и я опять брызнула в него водой.
— Потому что маршрут у поезда изменился! — раздраженно пояснила я
и зло добавила: — Мы вчера не в состоянии были это переварить!
— Не переживай ты так! На вокзале сразу же купим билеты. — Саймон
ухмыльнулся и залез под одеяло.

Но он ошибался. Ни самолетов, ни поездов до Нью-Йорка не было. Единственный
вариант — автобус, который должен будет отправиться через два дня.
— Давай попросим Альберта, чтобы забрал нас на самолете? —
предложил Саймон.
— Повадился? — Я взглянула на Саймона. — Я боюсь, что нам
придется покрывать расходы нашего незакрытого дела! Что мы ему скажем?
Спасибо, Альберт, за чудесный тур по Америке! Нам было так хорошо, что мы
аж решили пожениться!
.
Саймон махнул рукой:
— Делай, что хочешь!
Город был крошечным и безумно красивым. Солнце поднималось из-за гор. Воздух
был кристально чистым. Повсюду виднелись маленькие дома с уютными садами.
Этот город был антиподом Нью-Йорка. И бетонная столица мира с ее вечными
пробками, шумом и гамом в этой неравной борьбе сильно проигрывала.
Такси на вокзале не было, и пришлось попросить одного старика с небольшим
грузовичком подвезти нас до местной гостиницы. Он был не прочь заработать
денег и с радостью согласился.
— В вашем городе есть отели? — спросила я.
Старик расхохотался.
— Отели? Нет, отелей нет! Я могу вам посоветовать снять комнату у
француженки, мадам Роже, — ответил он мне, заводя мотор.
Впервые в жизни я видела такого приветливого и разговорчивого старичка. В
первые же минуты он возжелал познакомиться.
— Зовите меня дядюшкой Сэмом, — сказал он и расхохотался, как Санта-
Клаус на рождественской елке.
Да и внешностью он походил на праздничного дедушку: седая борода с густыми
усами, добрые голубые глаза, маленькие круглые очки на переносице и пивной
животик. Для полноты образа дядюшка Сэм был в красной рубашке.
— Вам понравится у мадам Роже. Комнаты у нее небольшие, но очень
уютные. Хотя я даже не знаю... Вы ведь из Вашингтона?
— Нет, — сказал Саймон, — я из Нью-Йорка, а Лара приехала из
Лондона.
— Ну я же сказал — из Вашингтона! — Он радостно засмеялся. —
Я всегда называю крупные города Вашингтоном! Наверное, потому, что не силен
в географии! Я всю жизнь прожил в Камберленде. Образование мне дал отец, у
которого за плечами было три класса.
— А телевизор? Вы не смотрите новости? — спросила я.
— Телевизор — это нечисть! — убежденно сказал дядюшка Сэм. —
Не знаешь, что в мире творится, и на душе спокойно! А посмотришь хоть краем
глаза, и всю ночь кошмары снятся! — Старичок артистически
передернулся. — Я с семьдесят четвертого года в доме телевизора не
держу!
Саймон смеялся над рассказом дядюшки Сэма.
— О, Билли! — Наш старичок притормозил свой грузовик и высунулся в
окно. — Сегодня будет праздник?
Мужчина, чуть постарше Саймона, остановился и подошел к машине.
— Говорят, Питерсоны собираются опять попробовать себя в
испытании! — шепнул он дядюшке Сэму и посмотрел по сторонам.
— Питерсоны? Опять? Да сколько можно! А кто еще участвует? —
спросил старичок.
— Бог его знает! Может, кто-нибудь и решится! У нас молодежь уже вся ту
черту перешла! Свободных не осталось! — Билли махнул рукой и пошел в
бар.
Мы с Саймоном переглянулись и пожали плечами.
— А что за праздник? — Во мне разгорелось любопытство.
— У нас называют его Лебединый поцелуй. Холостяк и незамужняя женщина
должны пройти определенные испытания. Если у них все получается, то мы
разрешаем им жениться. Такие у нас традиции! — Старичок
рассмеялся. — А вот Питерсоны то разводятся, то женятся уже в шестой
раз!
Я невольно улыбнулась.
Если Саймон мне предложит в этом участвовать, то я непременно соглашусь! — подумала я про себя.
— Вот мы и приехали! — сказал старичок и уставился на Саймона.
Саймон понял намек и начал искать бумажник в кармане брюк. Я попрощалась с
дядюшкой Сэмом и вышла к дому мадам Роже.
От этого дома веяло сказкой: белый, двухэтажный, с розовыми занавесками на
окнах. В саду стояли качели, обвитые диким плющом. Сад был небольшим, но
легкий аромат цветов вскружил мне голову. Все казалось таким миниатюрным,
крошечным, кукольным, что мне показалась, что я вернулась в детство.
Мне захотелось прокатиться на этих качелях, посмотреть в качающееся небо и
почувствовать свободу полета.
Неграмотный Санта-Клаус завел машину и исчез в конце дороги.
Я поднялась на крылечко и только хотела постучать в дверь, как она вдруг
сама по себе открылась. Я с удивлением взглянула на Саймона. Он пожал
плечами и пропустил меня вперед.

— Добрый день! Чем могу помочь? — Услышав голос, я повернулась и
увидела невысокую полноватую женщину лет шестидесяти.
Мадам Роже предстала перед нами в кружевном платье нежно-голубого цвета. Ее
черные волосы были аккуратно обрамлены узорчатой сеткой. На шее мадам Роже
красовалась нитка жемчуга.
— Простите, но дверь была открыта! — извинилась я.
— А чему вы удивляетесь? В нашем городке никто не закрывает
дверь... — Она дружелюбно улыбнулась и подошла к нам. — Меня зовут
мадам Роже.
Мы представились и по очереди пожали ее пухлую ручку.
— Нам сказали, что у вас есть свободная комната. Мы хотим пожить у вас
дня два, — объяснила я.
— Прошу за мной, — сказала она и начала подниматься по деревянной
лестнице с резными перилами.
Следуя за ней, я успевала смотреть на многочисленные фотографии, висевшие на
стене. На снимках не было людей, в основном это были красивейшие пейзажи
здешних мест.
— Вас удивляют эти фотографии? — Обернувшись, мадам Роже заметила
выражение моего лица.
— Немного, — созналась я. — Я привыкла видеть на домашних
снимках членов семьи, друзей, питомцев...
— А на моих фотографиях и изображены друзья, семья, а также мои
соседи! — Мадам Роже улыбнулась и взглянула на мою реакцию.
Я удивленно на нее посмотрела.
— Это моя сестра из Колумбии... — Мадам Роже показала на заход
солнца. — Это мои соседи... — Она провела рукой по стеклянной
рамке с изображением водной глади.
У меня мелькнула мысль, что мадам Роже не в себе.
— Вы думаете, я чокнутая? — Женщина как будто прочитала мои мысли.
— Нет, что вы! — вежливо возразила я.
— Почему люди всегда смотрят только на внешнюю оболочку? Разве нельзя
отразить на снимке чувства? Посмотреть на человека изнутри и попытаться
запечатлеть его душу? — Мадам Роже развела руками. — Воспоминания!
О человеке складывается впечатление только из воспоминаний! Посмотрите на
это солнце на закате. Как я вам сказала, это моя сестра из Колумбии. Она
яркая, но легкомысленная и непостоянная женщина, как и солнце... Никогда не
знаешь, увидишь ли завтра его золотые лучи или оно спрячется за тучи.
Допустим, мои соседи Питерсоны... У них хаос в отношениях. То любовь, то
ненависть, то опять любовь. Посмотрите на гладь реки: она олицетворяет их
отношения в настоящее время, но как только подует ветер, на глади реки
появится рябь, возможно волны, которые в скором времени опять утихнут...
Мадам Роже закончила и снова стала подниматься по лестнице. Скорее всего, ей
не важно было знать наше мнение.
Комнатка, которую нам предоставила мадам Роже, действительно была крошечной.
У окна стояла кровать, застеленная покрывалом с золотистой бахромой. Рядом
пристроилась старинная тумбочка, а у двери мы увидели один, сиротливо
стоящий стул.
Окна были распахнуты. Розовые занавески раздувал ветер, он приносил с собой
аромат сада.
— Мне здесь так нравится! — шепнула я Саймону.
Позже в нашу дверь постучали. На пороге стоял мужчина с огненно-рыжими
волосами. Его лицо напоминало солнце — жизнерадостное и излучающее свет.
Он представился Джейком и сразу же предложил нам составить ему компанию в
пабе. Я отказалась, но отпустила Саймона. Тот обрадовался, как маленький
ребенок, схватил пиджак и последовал за рыжеволосым мужчиной.
Я присела на кровать и взглянула в окно.
— Я не помешаю вам? — спросила мадам Роже, заглядывая в
комнату. — Джейк — мой сын. Я специально попросила его отвлечь вашего
друга.
Я удивленно на нее взглянула.
— Когда я была в вашем возрасте, я коллекционировала платья. Не хотите
взглянуть? — спросила она ласковым голосом.
Мы спустились в подвал. Там, напротив входа, стоял огромный платяной шкаф.
Мадам Роже открыла скрипучие дверцы, и я ахнула. На вешалках аккуратно
висели вечерние платья разных фасонов и цветов.
— Какой цвет вы любите, Лара? — полюбопытствовала она.
— Розовый, белый... ну и голубой мне нравится.
Мадам Роже улыбнулась и достала длинное платье бледно-розового цвета.
— Я думаю, это ваш размер. Примерьте! — Она протянула мне платье.
— Зачем? — удивилась я.
— А разве вы не будете участвовать в Лебедином поцелуе? — Мадам
Роже посмотрела на меня с улыбкой.
Я немного помялась.
— Даже не знаю.
— Я вижу, Лара, у вас очень теплые отношения с Саймоном. Возможно, вы
любите друг друга. Вам нужно принять участие в сегодняшнем празднике.

Мадам Роже рассказала мне историю возникновения этой традиции. Много лет
назад один пастух очень полюбил соседскую девушку, но она решила пошутить
над молодым человеком. Она сказала ему: Я подарю тебе поцелуй, но обещай,
что ни к чьим губам ты больше не прикоснешься
. Влюбленный пастух дал
клятву. Девушка его поцеловала и рассмеялась: Это был первый и последний
поцелуй в твоей жизни!
.
В течение многих лет к ее отцу ходили молодые и богатые мужчины. Они просили
руки его прекрасной дочери. Но как только девушка оставалась наедине с
будущим женихом, он становился ей противен. Она даже не могла на него
смотреть, не то что прикасаться! Девушка вспомнила тот случай с поцелуем.
Пастух был единственным мужчиной, целоваться с которым ей вовсе не было
противно. И она решила найти того влюбленного пастуха. Спустя месяцы она его
нашла. Он по-прежнему пас овец. Подойдя к нему, девушка удивилась. Обычный,
ничем не выдающийся пастух стал для нее принцем, самым лучшим, самым
красивым...
Лебеди — символ верности. Если дословно переводить название нашего
праздника, то получится Поцелуй верности. Поцеловав любимого человека в
эту ночь, конечно же после определенных обрядов, вы навсегда будете вместе.
Взгляните на Питерсонов. Они шесть раз уже женились. Поссорятся, разведутся,
а жить друг без друга не могут!
Я с интересом выслушала рассказ мадам Роже и взяла у нее из рук наряд.
— Как вам идет это платье, Лара! — промолвила мадам Роже, когда я
его надела. — Взгляните на себя в зеркало!
Она подошла ко мне сзади и приподняла мои волосы.
Я была поражена. Длинное, по щиколотку платье нежно-розового цвета эффектно
смотрелось на фоне моей загорелой кожи. На ткани были вышиты маленькие цветы
из бисера, переливающегося на свету. Декольте подчеркивало мою длинную шею и
красивую грудь. Мадам Роже достала шпильки и ловко сделала мне прическу.
— Джейк приведет Саймона сразу на праздник. У нас есть время превратить
тебя в настоящую невесту...
Близился праздник. На улицу начали выходить люди, желающие всю ночь до утра
танцевать и праздновать. Зажглись фонари вдоль дорог.
Я очень волновалась. Мадам Роже протянула мне длинный балахон, чтобы никто
не догадался, что я невеста.
— Мы выйдем через черный ход, чтобы Саймон не мог тебя увидеть! —
шепнула мне мадам Роже, как будто боялась, что нас кто-нибудь может
услышать.
Мы спустились по лестнице и вышли через задний двор.
На небольшой площади стояли накрытые столы. На сцене играл оркестр.
Я стояла в толпе горожан и ждала наступления праздника.
Мелодия закончилась, и на сцену поднялся Билл, тот самый мужчина, который
разговаривал с дядюшкой Сэмом утром.
— Я приветствую всех, — сказал Билл, — сегодня шестнадцатое
августа. И что это значит?
Толпа засвистела и закричала:
— Сегодня ежегодный праздник Лебединый поцелуй!
Заиграла музыка, и все вышли на площадку танцевать.
— Ты такая красивая... — внезапно шепнул мне на ухо Саймон и
протянул маленький белый цветок. — Давай сегодня поженимся?
Я только улыбнулась в ответ и скинула балахон.
Саймон обомлел:
— Ты самая красивая женщина из всех, которых я когда-либо
видел... — Он долго смотрел на меня, не отрываясь.
Этот вечер был самым романтичным и сказочным в моей жизни. Саймон кружил
меня в танце, улыбался и, не переставая, целовал.
Я боялась испытаний, которые мы должны были пройти. Но волнение мое было
напрасным, потому как испытания были вполне безобидными: кто быстрее съест
мед из ложки возлюбленного, чей поцелуй окажется самым долгим... И конечно
же все эти конкурсы сопровождались танцами и пиршеством.
Близилось последнее испытание: жених обязан рассказать невесте свою самую
страшную тайну, а она должна простить его, после чего святой отец обвенчает
всех.
— Лара, я хочу тебе признаться, что я специально взял билет на этот
поезд. Я не хотел, чтобы наше расследование закончилось. — Саймон
посмотрел мне в глаза. — Я люблю тебя.
— Я тоже очень сильно люблю тебя! — сказала я и крепко его обняла.
И святой отец обвенчал нас...
На следующий вечер мы должны были сесть на автобус и отправиться в Нью-Йорк.
Мне так не хотелось покидать этот чудесный городок, где каждый человек был
добр и приветлив. Где не запирают двери и всегда ждут гостей. Это город-
сказка... Порой мне кажется, что я видела во сне эти красивые улочки,
чудесные сады с цветочными ароматами, которые разносит теплый ветерок,
небольшую площадь, где я обвенчалась с любимым человеком... Я буду скучать
по этому сказочному городку и непременно постараюсь вернуться туда.
Дядюшка Сэм заехал за нами, чтобы отвезти на вокзал. Мадам Роже обняла меня
и протянула фотографию города, сделанную с высоты гор. Маленькие домики
казались крошечными, улочки — тонкими нитями, а вдали занималась заря...

— Ты видишь на этом снимке всех нас? — спросила мадам Роже.
— Да! Я поняла, что вы имели в виду. Спасибо вам за все! — Я от
всего сердца поблагодарила женщину.
Два дня, всего два коротеньких дня полностью поменяли мое отношение ко
многим вещам. Я вспомнила тот день, когда водитель Альберта Джерри показывал
мне роскошные коттеджи и сады. Но та роскошь была скудна и однообразна,
потому что прекрасное не измеряется ни деньгами, ни трудом. Прекрасное
творит сама природа и доброта человеческого сердца, когда они сливаются
воедино...
Дядюшка Сэм всю дорогу расхваливал праздник и уверял нас, что через
несколько недель Питерсоны подадут на развод. Он громко хохотал, рассказывал
о своем отце и ругал телевизор.
Когда мы приехали на вокзал, Саймон протянул старичку деньги.
— Не стоит! — отказался тот. — У нас с молодоженов денег не
берут. Такова традиция.
Мы помахали ему руками. Неграмотный Санта-Клаус улыбнулся нам и завел свой
грузовик.

22



Вокзал Нью-Йорка, казалось, сошел с ума. Люди здесь непрерывно кричали и
метались по залам и платформам. От этого шума у меня стало давить в висках,
а от мельтешения перед глазами сразу ухудшилось зрение.
Вдруг Саймон дернул меня за руку.
— Держи сумки! — крикнул он и ринулся в толпу.
Я заметила, что невысокий мужчина средних лет, увидев Саймона, побежал от
него прочь. Но бегал он куда хуже моего мужа!
Саймон схватил его за шкирку. И мужчина понял, что сопротивляться
бесполезно.
Саймон взял его за руку, и они подошли ко мне.
— Дорогая, ты готова выпить кофе в компании этого замечательного
человека? Я думаю, он многое нам хочет рассказать!
Через несколько минут мы сидели в кафе возле вокзала. Саймон заказал три
чашки кофе и с ухмылкой взглянул на мужчину.
— Лара, познакомься, это Рэй — пилот самолета, потерпевшего крушение
над Гудзоном.
Я остолбенела.
— Что с Джеки? — Я схватила мужчину за руку и затрясла. — Что
с моей сест

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.