Жанр: Любовные романы
Не учите меня жить!
...отом, она так мужественно себя вела, что заслужила награду.
— Теперь, Люси, остаетесь только вы с Хетти, — заметила
Меган. — Скоро сбудется и твое предсказание.
— Знаешь, что такое
после дождичка в четверг
? — усмехнулась я.
— Ах ты, Фома неверующий, — всплеснула руками Меридия. — Но
признай хотя бы, что все это странно.
— И не подумаю! — возразила я. — Не будь дурочкой, можно
любые факты подогнать под какое угодно предсказание, стоит только захотеть.
— Такая молодая и уже такая циничная, — печально покачала головой
Меридия.
— Кто-нибудь видел мой радиотелефон? — придя в себя, вскрикнул
Шейн. — Мне надо связаться с диспетчером.
— Тш-ш-ш, родненький, все хорошо, — успокоила его Меридия, силком
укладывая его голову обратно к себе на плечо.
Он слабо сопротивлялся, но без толку.
— Вот погоди, — пригрозила мне Меридия поверх затуманенной головы
Шейна. — Сама увидишь. Все сбудется. И тогда тебе будет стыдно.
Я страдальчески улыбнулась Меган, рассчитывая, что она в ответ страдальчески
улыбнется мне, но она, к моему беспокойству, не отреагировала, потому что
согласно кивала в такт каждому слову Меридии.
У меня в животе все сжалось в нервный комочек. Господи, у нее что, от удара
в мозгах повредилось? Неужели это Меган, самая циничная из всех моих
знакомых, включая меня, — а я соответствую высшим стандартам цинизма,
чем горжусь? В иной день я спокойно могу переплюнуть самого отъявленного из
ныне живущих циников.
А Меган, как и я, цинична настолько, что даже не влюбилась в Дэниэла.
Он не
одурачит меня своими хорошими манерами и приятной внешностью
, —
заявила она после первой же встречи.
Тогда что с ней стряслось?
Не думает же она всерьез, что ее с Меридией предсказания сбылись? И, что еще
хуже, не полагает же она, будто вследствие этого должно сбыться то, что
миссис Нолан обещала мне и Хетти?
Наконец медсестры разобрались со всеми инфарктниками и другими умирающими и
занялись нами. Меган наложили швы на губу, а Шейну сказали, что сотрясения у
него нет, просто ушиб.
Потом в конце концов нас отпустили восвояси.
— Ты где живешь? — спросила Шейна Меридия, когда мы вышли на
больничную автостоянку.
— В Гринвиче, — настороженно ответил он.
Это на юге Лондона. Можно сказать, на крайнем юге.
— Вот повезло, — выпалила Меридия. — Можем поймать одно такси
на двоих.
— Но... — начала я, желая напомнить Меридии, что она живет в Стоук
Ньюингтоне, в северо-восточной части Лондона, и в Гринвич ей совсем не по
пути.
Меридия ответила мне убийственным взглядом, и я прикусила язык.
— Мне надо еще забрать велосипед, — опасливо пятясь, возразил
Шейн, — и я правда должен сначала отвезти эти документы.
— Не глупи, — с наигранной бодростью заявила Меридия. — Это
ты можешь сделать и завтра. Давай, поехали. Пока, девочки, до завтра на
работе. Если только смогу передвигаться, — пробормотала она в сторону
достаточно громко, чтобы Шейн услышал и пугливо встрепенулся. —
Понимаешь, о чем я? — ухмыльнулась она, в последний раз
многозначительно подмигнула нам и отбыла, таща за собой насмерть
перепуганного Шейна.
Он умоляюще оглядывался на нас с Меган, безмолвно взывая о помощи, но мы
ничего для него сделать уже не могли.
Агнца повели на заклание.
10
На следующий день начался самый настоящий кошмар, потому что Меган и Меридия
оповестили всех, кого смогли, о том, что я выхожу замуж. Нет, они не
сообщали радостную весть каждому встречному, они просто сказали Кэролайн,
нашей вахтерше, а это все равно что — нет, это даже хуже — каждому
встречному.
Меридия и Меган решили, что, невзирая на отсутствие у меня парня,
пророчество миссис Нолан насчет свадьбы сбудется так же, как сбылось
предсказанное им.
Разумеется, потом они просили прощения, говорили, что не имели в виду ничего
дурного и вообще просто шутили, и так далее. Но дело уже было сделано, идея
укоренилась в моем мозгу, и я стала задумываться о том, что, возможно, не
так уж плохо найти задушевного друга, близкого человека, с которым спокойно
и надежно, как за каменной стеной.
Во мне проснулись забытые желания. Я чего-то начала хотеть от жизни, а это в
корне ошибочно.
Но все вышеупомянутое было еще впереди, а пока я ни о чем не тревожилась и,
как всегда, думала о том, как я несчастна.
Единственное, что радовало меня в тот день, — это то, что наступила
пятница.
Проснулась я в том же разобранном состоянии, что и накануне. Одежду так и не
постирала, следовательно, чистого белья у меня по-прежнему не было, поэтому
пришлось надеть боксерские трусы Стивена, которые он забыл забрать, когда я
выставила его из своей квартиры три недели тому назад. Их я постирала с
намерением вернуть владельцу, так что они, по крайней мере, были чистыми.
Автомат с шоколадками на станции подло сработал — уже второй раз! Автоматы
меня ненавидят. Этот выдал мне плитку шоколада с орехами и изюмом, и у меня
недостало воли не съесть ее. Я все больше и больше убеждалась, что
сдвинулась на питании: во вчерашнем шоколадном драже было всего 170 калорий,
а в плитке шоколада — целых 267. Мне становилось хуже, а не лучше. Назавтра,
наверное, попробую достать из автомата большую плитку шоколада, а еще через
неделю буду съедать перед завтраком по двухкилограммовой коробке шоколадных
конфет, мрачно подумала я.
С этими мыслями наконец я доехала до работы и опоздала, даже по собственным
представлениям, очень прилично или скорее неприлично.
Когда я влетела в приемную, меня чуть не сбил с ног мистер Симмондс, на
четвертой скорости мчавшийся к уборной. Его огромная задница еле поспевала
за ним. Вид у него был взъерошенный, глаза покраснели. Если б я считала, что
этот тип способен испытывать человеческие чувства, то сейчас поклялась бы,
что он плакал. Его явно что-то расстроило.
Я немного приободрилась, широко улыбнулась сидевшей на посту Кэролайн, чтобы
она не думала, что жизнь меня совсем задавила. Она приняла вызов, мгновенно
поняв, что ее хотят обидеть, и с такой же широкой улыбкой протянула мне
список телефонограмм. Пробегая мимо ее стола, я услышала, как она что-то
сказала мне вдогонку — до странности похожее на
поздравляю
, — но мне
слишком не терпелось выяснить, что за беда стряслась с мистером Симмондсом,
и оборачиваться я не стала.
Я влетела в наш кабинет, уже не беспокоясь о своем опоздании. Мистер
Симмондс интересовал меня неизмеримо больше, нежели трудовая дисциплина.
У Меган отчетливо выступили все синяки, а нижнюю правую часть лица закрывала
белоснежная повязка, закрепленная пластырем.
Я остановилась. Что-то было не так! Потом меня осенило: Меридия и Меган не
ссорились! Они вполне мирно беседовали, что усугубило мое недоумение.
Как странно, подумала я. Кто их угомонил? Что происходит? Они склонились
голова к голове над тарелкой с печеньем — на работе печенье обладает большой
связующей силой — и о чем-то таинственно шептались.
Не похоже, что они обсуждали увечья Меган или личную жизнь Меридии: чтобы
объединить Меган и Меридию, должно случиться нечто большее.
А это опять-таки значит, что произошло Событие.
Отлично! Я совсем развеселилась и почувствовала приятное возбуждение. Может,
мистера Симмондса уволили? Или от него ушла жена? Или еще что-нибудь
хорошее.
Я огляделась, но больше в комнате никого не было. А где же вечная труженица
Хетти?
— Люси! — как всегда, драматически воскликнула Меридия. —
Слава богу, ты наконец здесь. Ты должна это узнать.
— Что? — дрожа от нетерпения, спросила я. — В чем дело? Как у
тебя с Шейном — все хорошо?
По лицу Меридии пробежала легкая тень.
— Об этом после, — сдержанно проронила она. — Наша новость
касается присутствующих.
— Да неужели? — возбужденно выдохнула я — Так и думала, что у нас
новости. Я только что столкнулась в приемной с Гадюкой Айвором, и он...
— Люси, — перебила меня Меридия, — пожалуй, тебе лучше сесть.
— Да что такое? — изнемогая от любопытства, воскликнула я.
— Произошло нечто, — приличествующим случаю драматическим шепотом
начала Меридия. — Нечто такое, о чем тебе следует знать.
— Ну, если следует, так не тяни и просвети меня наконец! — не
выдержала я.
— Речь пойдет о Хетти, — торжественно произнесла Меган
неповрежденным углом рта.
— Хетти? — не поверила я. — Какое отношение имеет Хетти к
Гадюке Айвору? Или ко мне? О боже — у нее что, с ним роман?
— Нет, нет, нет, — содрогнулась Меридия. — Нет, новость
хорошая, но Хетти пару дней не будет на работе, потому что с ней кое-что
произошло.
— Тогда, будь так добра, скажи наконец, что это за
кое-что
, —
взмолилась я. — или мне тут весь день сидеть и мучиться, пока вы
созреете?
— Имей терпение, — недовольно поморщилась Меридия.
— Скажи ей, — по-бандитски шевеля одним углом рта, велела Меган.
— Что
скажи
? — взорвалась я, как они и ожидали.
— Хетти, — начала Меридия и замолчала, нагнетая напряжение.
Господи, долго она так собирается надо мной издеваться?! —
Хетти, — повторила она и опять замолчала.
Я почувствовала почти неодолимое желание закричать, но тут Меридия
сжалилась.
— Хетти встретила любовь всей своей жизни.
В наступившей тишине можно было услышать, как я моргаю.
— Правда? — хрипло выдавила я.
— Ты слышала, — самодовольно ухмыльнулась Меридия. Я посмотрела на
Меган, надеясь, что хоть она не сошла с ума, но она только кивнула и так же
самодовольно ухмыльнулась.
— Она встретила свою большую любовь, бросила Дика и сегодня же
переезжает к Роджеру.
— А сердце Гадюки Айвора разбито, — прогудела Меган, шлепнув себя
по крепкой ляжке.
— Не пори чушь, — рассеянно отозвалась я. — У него нет
сердца.
Меган с Меридией захихикали, но я не могла к ним присоединиться.
— Он уже давно неровно дышал к Хетти, — сказала Меган. — Бр-р-
р, бедняжка Хетти, гадость какая. Только представь себе! У него, должно
быть, стояло так, что колом не перешибешь, с утра до вечера.
— Заткнись, пожалуйста, — попросила я, — а то меня стошнит.
— И меня, — присоединилась Меридия.
— Я правильно поняла? — спросила я слабым голосом. — Роджер —
это тот, другой?
— Да, — улыбнулась Меган.
— Но Хетти так никогда не поступает, — не сдавалась я,
расстроенная и потерянная. Я хотела сказать, что Хетти действительно никогда
раньше так не поступала. Хетти — строгая, стойкая, стабильная, сдержанная...
вообще у нее куча достоинств. Ей несвойственно вот так просто ни с того ни с
сего встретить где-то там любовь всей своей жизни, уйти от мужа... Она на
это не способна, и все тут!
Уход Хетти от Дика противоречил всему, что я считала правильным, он потряс
самые основы моего миропорядка.
— Разве ты не рада за нее? — спросила Меридия.
— Кто он? — выпалила я. — В кого она так смертельно
влюбилась?
— Подожди, узнаешь, — с наслаждением протянула Меридия.
— Да уж, — подхватила Меган с не меньшим ехидством.
— Любовь всей ее жизни — не кто иной, как родной брат Дика! —
покраснев от удовольствия, выдала Меридия.
— Брат Дика? — прошептала я. С каждой секундой все становилось еще
более странно. — Как это? Она была знакома с ним все эти годы и вдруг
решила, что любит его?
— О нет, — терпеливо улыбнулась Меридия, будто увещевая,
непослушного ребенка. — Это очень романтическая история. Она никогда с
ним не встречалась, пока три дня назад они увидели друг друга и... вот вам,
пожалуйста, — любовь всей жизни! — Как же так получилось, что до
того они ни разу не виделись? — недоумевала я. — Ведь она столько
лет замужем.
Тут меня осенило.
— Нет, — встревожилась я, — нет, нет. Этого не может быть.
— Что? — дружно выдохнули Меган и Меридия.
— Только не говорите, что он младший брат Дика и пропадал в каких-
нибудь дальних странах — в Кении или Бирме — последние двадцать лет, как в
романе
Последние дни Раджи
, а теперь вернулся — весь загорелый, с копной
выгоревших волос, в белом полотняном костюме и вот сидит в ротанговом
кресле, пьет джин и смотрит на Хетти томными, зовущими в постель глазами. Не
надо, я не выдержу! Это слишком затаскано.
— Честно говоря, Люси, у тебя слишком живое воображение, —
охладила мой пыл Меридия. — Нет, ничего такого не было.
— И он не дарил ей браслет из слоновой кости? — спросила я.
— Если и дарил, нам она ничего не сказала, — с сомнением в голосе
ответила Меган.
Я вздохнула с явным облегчением.
— Ну и хорошо.
— Он старший брат Дика, — уточнила Меган.
— Хорошо, — повторила я. — Хотя бы нечто небанальное.
— И не виделись они из-за какой-то давней семейной ссоры, —
продолжала Меридия. — Дик и Роджер много лет не разговаривали, но
отныне они лучшие друзья... Хотя теперь, пожалуй, нет, ведь Хетти...
Я смотрела на их довольные физиономии и ничего не говорила.
— Что с тобой, корова ты несчастная? — спросила Меган.
— Не знаю, — сказала я. — Неправильно это как-то.
— Нет, правильно, — пропела Меридия. — Гадалка сказала ей,
что она встретит любовь всей своей жизни, она и встретила!
— Да я не о том, — безнадежно возразила я. — У Дика и Хетти
уже давно что-то не так. То есть это стало ясно, когда она расплакалась на
обратном пути от миссис Нолан.
Меридия и Меган обиженно замолчали.
— Но вместо того, чтобы предпринять что-то реальное, она поверила
россказням гадалки, шарлатанки...
— Ничего не шарлатанки, — обиженно перебила Меридия.
— Все равно, ей сказали, что она встретит свою неземную любовь, и вот
она кидается на шею первому встречному, который не удосужился даже завести
себе полотняный костюм или ротанговое кресло, и, не подумав о последствиях,
сбегает с ним неизвестно куда! И вообще, — добавила я, помолчав, —
по-моему, у нее все-таки было что-то с Гадюкой Айвором — вот до чего она
докатилась!
И подождала, не стошнит ли их.
Они обе побледнели. Я еще подождала и продолжила:
— Ладно, пусть мы и пошли к гадалке, но не надо было принимать это
всерьез. Это же просто так, смеха ради. Так настоящие проблемы не решаются.
Они молчали.
— Не понимаете? — не отступала я, но они избегали моего взгляда и смотрели себе под ноги.
— Да откуда ты знаешь? — взвилась Меридия. — Почему у тебя
нет ни крупицы веры? Почему ты не веришь миссис Нолан?
— Потому что у Хетти в семье настоящие проблемы, — ответила
я. — И ничего не наладится только оттого, что ей хочется верить, будто
она встретила большую любовь. Это называется эс-капизм, я читала.
— Ты просто боишься, — выпалила вдруг Меган. Лицо у нее
перекосилось, но пылало искренним возмущением.
— Чего это я боюсь? — изумилась я.
— Боишься признать, что предсказания Меридии и Хетти сбылись, потому
что тогда тебе придется признать, что и твое тоже сбудется.
— Меган, — упавшим голосом сказала я, — что с тобой? Я-то
думала, хоть одна ты у нас нормальная. Ты ведь наш голос разума, забыла?!
Меридия сердито засопела и надулась, точнее, раздулась, и я даже испугалась, что она вот-вот лопнет.
— Послушай, Меган, — продолжала я, — ты же на самом деле не
веришь в эту чепуху с предсказаниями. Скажи, что не веришь.
— Факты говорят сами за себя, — надменно отозвалась она.
— Да, — ощерилась Меридия, осмелев оттого, что Меган на ее
стороне, и даже попыталась презрительно вздернуть губу. — Да. Факты
говорят за себя сами. Так что лучше посмотри в лицо действительности! Ты
выйдешь замуж!
— Больше не могу слушать эти глупости, — хладнокровно заявила
я. — Не собираюсь из-за этого ссориться с вами, но, насколько я
понимаю, тема закрыта.
Они переглянулись — оживленно или обеспокоенно? или виновато? — но я
предпочла не обращать на это внимания.
Я села за свой стол, включила компьютер, подавила мгновенное, но сильное
желание расшибить лбом стену и приступила к работе.
Немного спустя я заметила, что они обе так ничего и не делают — в этом
ничего необычного не было, особенно учитывая отсутствие мистера
Симмондса, — но вместо того, чтобы звонить друзьям в Австралию, листать
Мари Клер
или завтракать во второй раз (как Меридия обычно делала в
половине одиннадцатого), они просто сидели и как-то странно смотрели на
меня.
Я перестала печатать, подняла голову.
— Что с вами? Какая муха вас сегодня укусила?
— Скажи ей, — шепнула Меридия Меган.
— Ой нет, — с нервным смешком ответила Меган, — только не я.
Идея была твоя, тебе и говорить.
— Ах ты, стерва! — возмутилась Меридия. — Это была не моя, а
наша общая идея.
— Да пошла ты! — крикнула Меган. — Сама все это начала...
Тут у меня на столе зазвонил телефон, и им пришлось прерваться. Я умудрилась
ответить, не сводя глаз с обеих. Они то и дело зыркали друг на дружку, а
пропускать хорошую ссору мне совсем не хотелось, тем более ссору Меган и
Меридии. Даже забавно, как скоротечна оказалась их общность.
— Алло! — сказала я.
— Люси! — сказал голос в трубке.
О господи, это Карен, моя соседка по квартире. Почему у нее такой злой
голос? Наверно, я забыла оставить ей деньги за газ или телефон...
— Привет, Карен! — затараторила я, пытаясь скрыть
беспокойство. — Слушай, прости, я, кажется, забыла оставить тебе чек за
телефон. Или за газ? Я вчера поздно пришла, и...
— Люси, это правда? — перебила она.
— Конечно, правда, — возмутилась я. — Когда я вернулась, было
уже за полночь, и...
— Да нет же, — нетерпеливо возразила она. — Ты правда
выходишь замуж?
Комната качнулась у меня перед глазами.
— Что ты сказала? — тихо спросила я.
— Дежурная на коммутаторе, — ответила Карен. — И, должна тебе
сказать, довольно странно узнавать такие новости от нее. Когда ты собиралась
поставить в известность нас с Шарлоттой? Я считала, что мы лучшие подруги. А
теперь придется давать объявление, что мы ищем новую соседку, а мы ведь так
хорошо ладили, а вдруг вместо тебя вселится какая-нибудь зануда, которая не
пьет, незнакома с симпатичными парнями, и без тебя все будет не так, и...
Она долго говорила еще что-то в том же духе.
Меган и Меридия подозрительно притихли. Они сидели смирно, слишком смирно, и
физиономии у них были испуганные и виноватые.
Стоп. Их виноватые лица. Вопрос Карен, не выхожу ли я замуж. Упорство Меган
и Меридии в том, что предсказание, данное Хетти,
сбылось
. Слова миссис
Нолан о том, что я скоро выйду замуж. Так-так-так!
Я все поняла!
Хотя это было настолько неправдоподобно, что не хотелось верить.
Неужели правда? Неужели, вбив себе в головы, что предсказания Меган, Меридии
и Хетти якобы сбылись, они решили, что непременно должно сбыться и мое? Быть
не может, чтобы эти две идиотки побежали докладывать всем подряд, что я
выхожу замуж, как будто это свершившийся факт, а не болтовня гадалки!
Я дрожала от бешенства. И от недоумения. Как они могли оказаться такими
дурами?
Понимаю, кто бы говорил... Моя собственная жизнь — длинная серия глупостей с
редкими вкраплениями нелепостей и пары откровенных безумств. Но на такое
даже я не способна, могу поручиться.
Я смотрела на них, недобро прищурившись. Меридия сжалась в комочек на стуле,
демонстрируя крайний испуг (когда я говорю
Меридия сжалась
, это не следует
понимать буквально). Меган упрямо и независимо поджала губы, насколько
позволяли бинты. Ее напугать не так просто.
В трубке по-прежнему тараторила Карен:
— ...конечно, можно и парня поселить, но что, если он влюбится в одну
из нас, и...
— Карен, — безуспешно попыталась я вставить хоть слово.
— ...и начнет свинячить в туалете, ты же знаешь этих мужчин...
— Карен, — сказала я громче.
— ...конечно, может, друзья у него будут симпатичные, да, вообще-то, и
он сам может оказаться ничего себе, но нам уже нельзя будет ходить по
квартире без одежды, хотя, если он симпатичный, может, мы были бы не против,
и...
— Карен! — заорала я.
Она замолчала.
— Карен, — с облегчением повторила я, радуясь, что остановила
безудержный поток ее сознания, — я сейчас не могу с тобой говорить, но,
как только смогу, перезвоню.
— Скажи, это Стивен? — не вытерпела она. — Рада за тебя, он
прелесть. Не знаю, зачем было давать ему отставку, разве что на самом деле
ты хотела, чтобы он сделал тебе предложение. Умно придумано, Люси, я от тебя
такого не ожидала...
Я повесила трубку. А что еще было делать?
Потом остановила тяжелый взгляд на Меридии. Перевела глаза на Меган и
обратно на Меридию. Потом снова на Меган, чтобы та знала, что я о ней не
забыла.
Выдержав паузу, я медленно заговорила:
— Звонила Карен. Она думает, что я выхожу замуж. С чего бы это?
— Извини, — пробормотала Меридия.
— Да, извини, пожалуйста, — промямлила Меган.
— За что
извини
? — безжалостно спросила я. — Может, вы
наконец объясните мне, что происходит?
Что происходит, я прекрасно понимала, но хотела ознакомиться с фактами во
всей их полноте. Вслух, членораздельно, при всех признаваться в собственной
глупости — дело не самое приятное. Тут открылась дверь, в комнату скользнула
Кэтрин, секретарша директора, и бросила что-то в лоток для писем.
— Люси, — окликнула она меня, — какие новости! Я еще забегу к
вам попозже, чтобы услышать все в подробностях. И упорхнула.
— Какого чер... — начала я.
Зазвонил телефон.
То была моя вторая соседка по квартире, Шарлотта.
— Люси, — выпалила она, — Карен мне все рассказала! Я звоню
сказать, что страшно за тебя рада. Карен говорит, что ты дура и дрянь,
потому что не сказала нам, но я уверена: у тебя были на то веские причины.
— Шарл... — попыталась остановить ее я, но, как и в случае с Карен,
вставить хотя бы слово оказалось невозможно.
— И еще, Люси, я так рада, что у тебя наконец все наладилось, —
трещала она. — Если совсем честно, я никогда не думала, что так будет.
Знаешь, я всегда спорила с тобой, когда ты говорила, что останешься старой
девой в вольтеровском кресле, с одной батареей на всю квартиру и сорока
кошками, но я уже начала бояться, что тебя действительно ждет что-то
такое...
— Шарлотта, — сердито перебила я (одна батарея, придумает
же!), — мне некогда.
И с размаху швырнула трубку.
Телефон тут же зазвонил.
На сей раз то был Дэниэл.
— Люси, — прохрипел он, — скажи, что это неправда. Не выходи
за него! Никто не будет любить тебя больше, чем я.
Я угрюмо ждала, пока он заткнется.
— Люси, — помолчав, позвал он. — Ты еще здесь?
—&nbs
...Закладка в соц.сетях
