Жанр: Любовные романы
Без страха и сомнений
... чтобы дать ее мужу
возможность ускользнуть.
У нее сжималось сердце при мысли о том, что ее дорогой Сейбер заперт под
замок, хотя в глубине души чувствовала, что Девлин может справиться с ним
только силой и только пока тот находится без сознания.
Пуговицы. Элла остановилась на ступеньках и готова была повернуть назад.
Пуговицы от военных мундиров. Когда Сейбер внезапно проснулся, он крикнул:
Тебе не удастся больше никого прикончить
— или что-то в этом роде. Может,
ему снилось одно из ужасных сражений в Индии? Смерть его солдат? Она снова
принялась спускаться по ступенькам. Надо все это выяснить, и тогда она
сможет помочь Сейберу избавиться от наваждения, которое так мучит его.
В ее гостиной и спальне ярко пылал камин. Роуз была уже там, в глазах ее
затаилась тревога.
— С вами все в порядке, мисс... то есть миледи? — Девушка нервно
теребила завязки чепчика. — Скажите, чем мне вам услужить?
Элла взяла себя в руки.
— Я ложусь спать, Роуз, благодарю. У меня было тяжелое путешествие. А
где Макс? Вернулся в Итон?
Роуз потерла руки, пытаясь согреться.
— Биген вернулся в дом лорда Эйвеналла. А мистер Крэбли...
— Но я спрашивала не про них. — Элла снимала перчатки. —
Повторяю, Макс вернулся в Итон?
Роуз покраснела.
— Да, так все думают, — неуверенно промолвила она. Элла бросила
перчатки на стол.
— Но он не возвратился в школу? Это ты хочешь мне сказать, Роуз?
— Да. — Девушка проглотила слезы. — Я не знала, что и делать.
Хотела пойти к вдове, да вот только тут вы приехали, и я решила... Я решила
поговорить об этом с вами — как он меня и просил. Правда, я боюсь очень.
Элла почти весь день ничего не ела. Она почувствовала слабость и опустилась
в ближайшее кресло.
— Так ты знаешь, где мой брат, Роуз?
Девушка в отчаянии заломила руки.
— Роуз? Прошу тебя, не скрывай от меня ничего.
— Он собирался уехать в экипаже. Но мне наверняка известно, что он
никуда не уехал. Я видела, как он направился к конюшням. Я пошла за ним. Я
умоляла его переговорить с герцогиней, но он не слушает таких, как я.
Элла протерла глаза.
— Вам нехорошо, миледи? — тревожно осведомилась Роуз. —
Может, вы беременны?
Элла покосилась на нее. Она понимала, что это значит.
— Надеюсь, да, — решительно ответила она — Да, это было бы
замечательно. Итак, Макс куда-то уехал верхом. Может, обратно в школу?
— Нет, миледи. Он уехал совсем недавно. Сразу после того, как вы
вернулись с господами. О, я так умоляла его остаться. И не делать меня
соучастницей его побега. Но он сказал, что у него ко мне есть дело.
Еще одна проделка Макса! Элла не на шутку рассвирепела. Она ждала, пока Роуз
наберется храбрости, чтобы закончить свое повествование.
— Макс хотел, чтобы я пришла к вам и сказала, что он отправился в тот
дом, о котором вам хорошо известно. Он заставил меня пообещать, что об этом
никто не узнает, кроме вас. Если я разболтаю, это будет стоить мне жизни,
миледи. И я не рассказала об этом ни одной живой душе. Я так волнуюсь за
мастера Макса.
Элла вскочила на ноги.
— Негодник, — прошептала она.
— Прошу прощения, миледи?
— Ничего-ничего. Что еще? Макс просил тебя еще что-нибудь передать?
— Чтобы вы поехали за ним в тот дом. И чтобы никто не знал, что вы туда
едете. И чтобы вы поторопились — иначе будет слишком поздно.
Аллея граничила с высокой стеной, огибающей сады на Пэл-Мэл. Рассвет вставал
над городом. Аромат роз из садов, свежеиспеченного хлеба из пекарен и
легкого дымка от каминов наполнял воздух.
Сейбер расхаживал взад и вперед, потирая горящие ссадины на запястьях. Биген
следовал за ним, меняя направление в соответствии с его поворотами.
— Где, черт подери, этот Крэбли? Почему он мешкает?
— Он скоро придет, милорд. Крэбли — человек надежный.
Сейбер хмыкнул и снова зашагал. Если бы Крэбли и Биген не приехали в
Бретфортен — Биген получил записку от Марго, — то Сейбер до сих пор
сидел бы в запертой комнате, привязанный к стулу.
Он посмотрел на часы.
— Полчаса! Что можно делать столько времени?
— Я думаю, тому есть множество объяснений...
— Да, Биген, — перебил его Сейбер. — Я тоже уверен, что есть.
Но я хочу получить обратно свою жену — сейчас же.
— Мистер Норт скоро настигнет нас. Мы его сильно стукнули, но он
человек крепкий. Что будем делать, если он застанет нас здесь?
— Он не придет сюда, — сказал Сейбер, втайне надеясь, что именно
так и будет. — А если он сюда сунется, я убью его. Я это обещал ему,
перед тем как вы приехали.
Биген отвел взгляд.
— Да, ты прав, — промолвил Сейбер. — Я не убью его, потому
что поклялся никогда... Я не убью его, но он горько об этом пожалеет.
Правда, Девлин далеко не глуп. Он постарается сделать все, чтобы разделить
нас.
— Кажется, кто-то идет, — промолвил Биген. Сегодня утром его
шелковая туника и белые штаны имели довольно жалкий вид.
— Прекрасно. — Сейбер устремил взгляд на ворота сада. — Элла
— это ответ... на мои молитвы. Она поможет мне исцелиться, теперь я в этом
уверен.
Калитка открылась, и Крэбли вошел в аллею. Он тщательно притворил калитку за
собой. Черные круглые глаза его тревожно блестели.
— Плохие новости, — сказал он. — Мне еле удалось уйти
незамеченным.
— Где Элла? Почему ты не привел ее с собой? Они ее где-то прячут?
Крэбли воздел коротенькие пальцы к небу. Губы его растянулись, потом сжались
в виде буквы
О
.
— Я говорил с Роуз. Девушка вне себя от беспокойства, но я убедил ее
открыть мне все, что ей известно. Она никому этого не рассказывала —
боялась.
Сейбер схватил дворецкого за лацкан сюртука и притянул к себе.
— Отвечай, где...
— Милорд! — воскликнул Биген, пытаясь отцепить пальцы Сейбера от
сюртука Крэбли. — Мистер Крэбли старается нам помочь. Не обижайте его,
прошу вас.
Сейбер отпустил Крэбли.
— Да-да. Прости меня.
— Вы встревожены, милорд, — заметил Крэбли, поправляя помятый
сюртук. — Роуз очень напугана. Она единственная в курсе того, что
происходит. Нам надо спешить, иначе будет поздно.
— Да куда же спешить? — одновременно воскликнули Сейбер и Биген.
— В тот самый дом, разумеется, — ответил Крэбли. — Роуз
сказала, Макс просил ее передать мисс Элле — графине, — чтобы она
следовала за ним в тот дом, который они оба знают. Очевидно, мальчишка
запугал Роуз, сказав, что его жизнь будет в опасности, если она проболтается
об этом кому-либо еще. И если леди Эйвеналл не отправится за ним сейчас же.
На этот раз Эллу провели не в розовую гостиную Лашботтам, а в более
просторную комнату на втором этаже. Вместо роз здесь всюду были кисти темно-
фиолетового винограда. Восковые грозди каскадом спускались из ваз в форме
раковин, которые поддерживали статуи в виде обнаженных женщин. Виноградные
грозди украшали расписанные плиты камина и обои.
Входная дверь открылась прежде, чем Элла успела постучать, и Майло провел ее
внутрь. Он был чем-то возбужден — щеки его покрывал неестественный румянец,
ладони были липкими от пота.
Он провел ее в свою ужасную комнату и запер там. Элла слышала, как ключ
повернулся в замке.
С той поры прошел уже час или даже больше. Из коридора не доносилось ни
звука. В комнате не было окон, но лампы горели перед кроватью под пологом на
четырех столбиках, задрапированной темно-фиолетовой тканью. На полу были
разбросаны подушки, перед камином стояло кресло бледно-лилового цвета,
украшенное золотыми кисточками.
Элла дернула за ручку двери. Она проделывала это уже несколько раз и знала,
что не откроет дверь, но ничего не могла с собой поделать.
Послышались шаги.
Она забилась в дальний угол комнаты и устремила взгляд на дверь. Сердце ее
готово было выпрыгнуть из груди.
Ключ повернулся в замке.
Элла поплотнее запахнулась в плащ. Она потребует встречи с Максом, а потом
будет просить, чтобы их обоих выпустили отсюда.
В комнату вошел Майло. Он улыбался, но Элла заметила, что руки его дрожат.
— Я уже сказала тебе, что пришла за Максом, — обратилась она к
нему. — Сейчас же приведи его ко мне.
— Ну конечно, — ответил Майло, нервно оглянувшись через
плечо. — Он уже идет. Заходи, Макс. Твоя сестра желает тебя видеть.
Майло отступил в сторону, и на пороге появился Макс. Он подошел к Элле с
мольбой в глазах. Увидев это, она кинулась к нему и обняла его.
— Что случилось? — прошептала она. — Что с тобой?
— Делай, что он тебе прикажет, — промолвил Макс. — Он
говорит, что если ты послушаешься его, с нами ничего дурного не случится.
Элла взяла его за руки и отступила на шаг. Надо было хоть кого-нибудь
предупредить, куда она направляется.
— Зачем ты здесь, Макс?
Он виновато повесил голову.
— Я идиот, круглый простофиля. В ту ночь я солгал тебе — я не был в
Уайтс-
клубе
. Я пришел сюда. Я пришел сюда, потому что хотел выяснить что-нибудь
о... О том, кто я такой на самом деле.
— О Макс. — Ей следовало предвидеть, что все так обернется. —
Ты — это ты. А я — это я. Мама умерла и...
— Но я знал, что Майло жив, — торопливо перебил ее Макс. — Я
пришел, чтобы узнать, где он. Он очень обрадовался, увидев меня. Он сказал
мне... О Элла, ты попала из-за меня в беду. Прости меня.
Она легонько встряхнула его и бросила взгляд на Майло, который по-прежнему
стоял на пороге.
— Я уверена, что Майло заставил тебя прийти сюда, поскольку испытывает
к тебе теплые чувства, — промолвила она, не вполне в этом
уверенная. — Но нам пора домой, а то нас хватятся.
— Я сам попался на крючок. Я облегчил ему задачу. Он хотел заполучить
тебя и использовал для этого меня.
Мурашки выступили у Эллы на руках.
— Майло не причинит нам вреда.
— Неправда! — Макс вырвался из ее объятий. — Он сказал, что
он не дядя мне. Что он был маминым любовником и я его сын. Я поверил ему.
Мне так хотелось ему верить.
Элла покачала головой:
— Нет, Макс, нет. Тебе следовало открыться мне. Я бы...
— Я знаю, что это не так, — перебил ее Макс, понуро опустив
плечи. — Он сейчас признался, что обманул меня, поскольку получил то,
что хотел. Он заставит нас следить друг за другом.
— Довольно, — рявкнул Майло. — Не надо было позволять тебе
встречаться с ним, Элла. Но теперь по крайней мере ты знаешь, что он жив и
здоров. Пока. Ты будешь делать, что я тебе прикажу, мисс.
— Мы уходим, — твердо промолвила Элла, вовсе не чувствуя в себе
храбрости. — Дай нам пройти.
— Это так-то ты разговариваешь со своим дядюшкой?
— Мы не желаем больше видеть тебя. Не пытайся когда-нибудь увидеться с
нами, понятно?
— Довольно наслышался я от тебя, мисс, — заявил Майло. —
Убирайся, мальчишка. И не вздумай ничего предпринимать, иначе ответить за
это придется твоей сестре.
Макс встал рядом с Эллой.
— Я не оставлю ее с тобой.
— Если ты не уйдешь, — сладким голосом промолвил Майло, — то
тебе оттащат силой, а ее выпорет тот, кто несомненно получит от этого
удовольствие.
Элла подавила невольный вскрик.
— Уходи, Макс. Прошу тебя. Я позабочусь о себе сама — и о тебе тоже.
Уходи.
Он топтался на месте.
— Уходи же, Макс! — крикнула Элла. — Пожалуйста. Нетвердыми
шагами он вышел из комнаты.
Майло подождал, пока за Максом закрылась дверь, и повернулся к Элле:
— Ну-с, продолжим. Ты будешь слушаться меня, мисс, иначе тебя выпорют.
Не думай — это мне тоже доставило бы удовольствие. А заодно поколотил бы
твоего надоедливого братца. Ваша мать не должна была заниматься вами — она
была нужна мне. А теперь ты окажешь мне услугу.
Элла расправила плечи и гордо выпрямилась.
— Я замужняя женщина. Мой муж вызволит меня отсюда.
Майло захихикал:
— Насколько мне известно, это вряд ли возможно. Ага, кажется, наши
гости уже прибыли. Слушайся меня во всем. Они заплатили мне за то, чего
хотят от тебя.
В комнату влетела Пришес Эйбл. Ее злобная ухмылка нисколько не напоминала о
былом заискивании перед Эллой.
Глава 29
— Всегда знала, что ты шлюха. — Вся в розовом и белом, словно
рождественский пудинг, Пришес приблизилась к Элле семенящими шажками. Ее
юбки из тафты колыхались вокруг бедер, экстравагантная вечерняя шляпка
подрагивала при каждом шаге. Бесстыдно обнаженная грудь бурно вздымалась и
опускалась.
Элла смутилась, увидев ее.
— Ты пришла мне помочь?
Пришес захихикала.
— Ну конечно, Элла-потаскушка. Я пришла помочь тебе перестать
притворяться. В свете все про тебя знают, но ничего не говорят тебе, потому
что боятся Россмара и Фрэнкхотов. Но я не боюсь. Я говорю тебе это прямо в
лицо. Подумай об этом. Ты вообразила, что богата и знатна, когда ты всего
лишь приемная дочь виконта! Надеялась, что никто не узнает, что ты была
проституткой?
— Нет, это неправда. — Мысли Эллы неслись с лихорадочной
быстротой.
Пришес замахала руками перед ее носом.
— Нет, правда. И ты до сих пор шлюха. И всегда ею останешься.
Элла перевела взгляд на ее руки и отшатнулась. С пальцев Пришес свисало
платье из красного шифона.
Элла обернулась к Майло.
— Зачем она здесь? Почему пытается напугать меня?
— Делай, что тебе говорят, мисс, — сказал Майло. — Вспомни о
своем братце и исполняй, что тебе прикажут.
— Надевай. — Пришес протянула ей платье, и Элла заметила в
выражении ее лица что-то еще, кроме злобы и ненависти. — Ну же, снимай
свою одежду и надевай это платье.
— Нет. — Элла покачала головой и села в кресло. — Ты больна,
Пришес. Ты просто не в себе. Как тебя могли вовлечь в эту гнусность?
— Раздевайся!
Элла стянула завязки плаща и не двинулась с места.
В следующий момент ее ударили по щеке. От неожиданности и боли Элла чуть не
задохнулась. Она отшатнулась от Пришес, которая стояла над ней.
Лицо Пришес покрылось красными пятнами, она снова подняла руку, чтобы
ударить ее.
На этот раз Элла оказалась проворнее. Она уклонилась от удара и в тот же
момент схватила Пришес за руку.
Пришес яростно вырывалась. С языка ее слетали слова и выражения, которых
Элла никогда в жизни не слышала.
Элла обеими руками принялась выкручивать пухлые запястья Пришес. Та
вырывалась и визжала:
— Пусти меня, шлюха! Пусти! О-о, мне больно! — Под тяжестью
страусовых перьев шляпка съехала ей на лоб, и она выронила красное платье.
— Хватит, Элла, — сказал Майло.
Она бросила на него взгляд и с отвращением заметила, что он явно
наслаждается зрелищем.
— Я замужняя женщина. Мой муж жестоко расправится с вами за это.
Отмахиваясь от перьев, которые лезли ей в глаза, Пришес тщетно пыталась
вырваться из сильных пальцев Эллы.
— Ты думала стать настоящей леди. — Она плюнула Элле в
лицо. — Но ты не леди. И твой брак уже ничто не спасет.
— Откуда... — Элла не могла стереть с лица плевок Пришес — иначе
пришлось бы ее отпустить. — Это неправда. Мы с Сейбером поженились
неделю назад.
— Ты хочешь сказать, что вы уже неделю предаетесь плотским
утехам, — злобно возразила Пришес. — Мне все известно. Брак ваш
скоро расторгнут. Не понимаю, почему тебя еще хотят мужчины... Приведи
Помми! — внезапно взвизгнула она.
У Эллы подкосились ноги.
— Помми? Ты имеешь в виду Помроя Уокингема?
— Ну конечно. Приведи его сюда, старикашка! Сейчас же. Пусть он сам
надевает красное платье на эту шлюху. Мне надоело ему во всем помогать. Он
получил меня. — Она злобно взглянула на Эллу сквозь перья
шляпки. — Ему нужна только я, но он хочет получить и тебя. И покончим с
этим.
Ей надо собраться с силами. Элла снова повернула запястье Пришес, и та
отчаянно завопила. Девица была мягкая и слабая, как тряпичная кукла. Элла с
самого детства заботилась о себе сама. Живя в Керколди, она часто бродила по
лугам и объезжала поместье на лошади или трудилась с женами фермеров, вместо
того чтобы лениво потягивать чай целыми днями.
Помрой Уокингем появился на пороге. Его тонкие губы искривились.
— Можешь убираться, подлец, — сказал он Майло. — И не
возвращайся, пока я тебя не позову.
— Но деньги...
— Тебе уже заплатили, идиот. Убирайся.
— Но...
Помрой лягнул его носком сапога в коленку. Майло согнулся пополам от боли и
прислонился к стене.
— Не смей сюда возвращаться! — рявкнул Помрой. — Вон!
Майло, скуля, убрался восвояси.
— О Помми! — захныкала Пришес. Элла отпустила ее, и та бросилась к
Помрою Уокингему и повисла у него на шее. — О, Помми, она такая злючка!
Она выкручивала мне руки и плевалась. Плевалась в меня!
Элла не стала спорить. Бесполезно. И не стоит спрашивать, что здесь делает
невеста лорда Уокингема в компании сына лорда Уокингема.
— Она плевалась? — переспросил Помрой с улыбкой, напоминавшей
оскал. Он сбросил с себя руки Пришес. — Отлично. Рад слышать — люблю,
когда сопротивляются. Так получаешь больше удовольствия.
— Но Помми!
Помрой окинул Пришес холодным взглядом, прошелся по ее телу сверху вниз и
остановился на груди.
— Это твое главное достоинство, — промолвил он и ногой захлопнул
за собой дверь. — Да, это лучшее, что у тебя есть. Зачем скрывать их,
моя дорогая?
Прежде чем Пришес успела ответить, Помрой Уокингем разорвал лиф ее платья,
обнажив огромные груди, которые покачивались над туго зашнурованным
корсетом. Элла поежилась. Плотные чашечки корсета поддерживали нечто
огромное, с коричневыми сосками, подрагивающее, словно молочное желе,
украшенное сливовым джемом.
Пришес замолотила кулаками по плечу Помроя, но не сделала никаких попыток
прикрыть себя. Подперев руками бока, она подошла к Элле.
— Она тощая, Помми. Совсем не такая, как я. Мы можем заняться этим
прямо здесь, если хочешь. Перед ней. Иди же сюда, Помми, я готова. Я всегда
готова для тебя.
— Всему свое время, — сказал Помрой, не сводя глаз с Эллы. —
Возьми платье, — приказал он ей.
Она сжала губы и не двинулась с места.
— О, мы решили сопротивляться, — заметил Помрой. Он скрестил руки
на груди и стал рассматривать свои ногти. — Мне это нравится. То, что
слишком легко дается, быстро надоедает. — Тут он обратил внимание на
Пришес. Он ухватил ее за корсет между грудями и притянул к себе. Потом
сильно сжал по очереди каждую ее грудь и рассмеялся, когда она застонала от
боли.
— Перестань! — крикнула Элла. — Ты же причиняешь ей боль.
— Заткнись! — приказала ей Пришес. — И делай, что тебе
говорят. Я помогу тебе, Помми. Я всегда тебе помогала.
В ответ он злобно ущипнул глупую девицу за соски.
Элла отвернулась.
Краем глаза она видела, что Помрой направляется к ней.
— Я передумал, Пришес. Убирайся.
— Помми!
— Убирайся вон!
— Но ты же обещал. Ты говорил, что я тоже буду присутствовать.
— А теперь я решил, что не будешь. Чтобы ты не болтала, я сделал вид,
что позволяю тебе это. Я боялся, что ты приведешь сюда отца. — Он
презрительно усмехнулся, глядя на нее. — Но теперь ты за ним уже не
побежишь, ведь так? Он только посмотрит на тебя и сразу поймет, чем ты тут
со мной намеревалась заниматься. Убирайся, и тогда я, может, и не стану
рассказывать отцу, какая ты на самом деле шлюха. Не мешай мне — я слишком
долго ждал, чтобы получить то, что мне принадлежит, и я не собираюсь это ни
с кем делить.
Это. Он говорит о ней, как о вещи. Элла мысленно
прикинула шансы, какие у нее есть. Никаких шансов спастись.
— Помми, я не хочу...
— Мне плевать, что ты хочешь, паршивая потаскушка. Я слишком долго
делил наслаждения. Убирайся в коридор и следи, чтобы сюда никто не вошел.
Пришес, всхлипывая, удалилась. Помрой подошел к Элле, нагнулся и приблизил к
ней свою гнусную физиономию.
— Ну, наконец-то, — промолвил он. — Наконец-то мы с тобой
одни, моя цыганочка. После стольких лет томительного ожидания ты сделаешь
то, за что я когда-то заплатил.
Годы ожидания! Она старательно избегала взгляда его бесцветных пустых глаз.
— Я не буду смотреть, не беспокойся, — промолвил он. Элла не
пошевелилась. О чем он говорит?
— Пока ты не подготовишься. Не хочу испортить удовольствие.
Пришес ушла, и у Эллы появилась надежда ускользнуть. Помрой швырнул ей
красное шифоновое платье.
— Иди переоденься за ширмой в углу. — Он ухмыльнулся и провел
пальцем по ее щеке. — Ты такая красивая. Ты будешь танцевать для меня,
моя цыганочка.
Она не покажет вида, что боится. Элла выдавила из себя улыбку.
Помрой ухмыльнулся еще шире.
— Вот и отлично. Будь поласковей с Помроем — он заслужил это после
стольких лет ожидания.
И снова он вспомнил о чем-то, что ждал так долго, — это имеет какое-то
отношение к ней самой.
— Продолжай же, — подбодрил он ее сладким тоном. — Иди и
делай то, что от тебя хочет Помрой. А я пока подготовлюсь, чтобы нам было
хорошо вместе.
У Эллы пересохло в горле. Она не могла заставить себя сдвинуться с места.
Помрой легонько подтолкнул ее.
— Ну, иди же. Все снимай с себя. Я хочу, чтобы ты предстала передо мной
такой, какой я впервые тебя увидел.
Элла похолодела.
— Ага! — Он хлопнул в ладоши. — Вспомнила наконец?
— Нет, — прошептала она. — И я не знаю, о чем вы говорите.
Когда Сейбер...
— Не упоминай при мне его имя! — Ухмылка слетела с его лица, глаза
прищурились. — С этим покончено. Маленькая ошибка, которую я прощу
только в том случае, если ты будешь послушной девочкой.
Элла отбросила в сторону красное шифоновое платье.
— Нет, я буду повторять имя моего мужа столько, сколько хочу.
Черты Помроя искривила злобная гримаса. Он оскалил свои гнилые зубы и стал
наступать на нее.
— У тебя нет мужа. Ты моя. Я купил тебя.
Сердце ее замерло в груди. Она ухватилась за столбик кровати.
— Вот так. Я купил тебя в этом доме. Но Хансиньор выкрал тебя. Зачем?
Это я и хотел узнать. Уж не думаешь ли ты, что я поверю, будто он хотел тебя
спасти?
Этот человек был здесь... в ту ужасную ночь.
— Папа самый добрый человек на свете, — слабо промолвила
она. — Он взял нас с Максом к себе, потому что он щедр и великодушен.
Так же, как мама, дядя Арран и тетя Грейс. И дядя Кэлум и тетя Пиппа. Ты
ничего не знаешь об их благородстве — ты даже не знаком с ними.
— Потому что они лучше меня? — Он устремил на нее угрожающий
взгляд. — Они не лучше меня. Просто они научились скрывать свои пороки.
Но сегодня ночью я им отплачу. Когда я расправлюсь с тобой, они будут рады
избавиться от тебя.
— Сейбер... — Она не договорила, мысли ее путались.
— Лорд Эйвеналл сумасшедший. Но я должен сказать ему за это спасибо.
Если бы это было не так, твои дражайшие родственники не предоставили бы мне
такой возможности снова увидеть тебя в Лондоне. И твой тупоумный братец не
подстроил бы тебе эту западню.
— Пусти меня.
— Ни за что. Никогда. Сегодня — наша первая церемония соединения. А потом я увезу тебя отсюда.
Элла с трудом овладела собой. Она встала.
— Ты сам сошел с ума. С чего ты взял, что муж не спасет меня?
Помрой снял сюртук и повесил его на кресло. Жилет в черных и ора
...Закладка в соц.сетях
