Жанр: Любовные романы
Ничего не обещай
...Жаль. Ты бы выглядела сексуально.
Тереза покраснела и махнула на него рукой:
— Убирайся отсюда. Ты не видишь, что у меня клиентка?
Рики улыбался.
— Приятно было увидеть тебя, Рокси. — С этими словами он закрыл за
собой дверь.
— Он все еще страстно тебя любит, — задумчиво протянула Рокси.
Тереза вздохнула со счастливым видом:
— Мы двадцать лет вместе, а он все еще заставляет меня улыбаться. Мне
повезло. Кстати, ты помнишь Тиффани Маклейна? Ну, он женился на Ное Бакстер
и...
Тереза затрещала о том, кто на ком женился, кто уехал, кто все еще живет в
округе.
Рокси ждала, пока она закончит возиться с ножницами, отметив, что в салоне
набралось даже больше народу, чем было, когда она вошла.
Через пару минут Тереза уже начала стричь Рокси волосы.
— Итак, расскажи мне об этом Клубе загадочных убийств.
Рокси не могла сдержать довольной ухмылки.
— Как ты о нем узнала?
— Я встречаюсь с Кларой и Розой каждую среду. Они тебя так хвалят, так
хвалят! Они обе тебя ужасно любят, особенно Клара.
— Она тот еще персонаж.
— Ты еще будешь мне это говорить. — Тереза засмеялась. Она порхала
возле Рокси, отщипывая пряди то там, то здесь. — Так скажи мне, ты
считаешь, что Дойла Клойда убили?
Прядки светлых волос падали на пеньюар и оттуда на пол.
— Я не знаю, что думать, — непринужденно откликнулась Рокси, хотя
при этом старалась говорить ясно и отчетливо, как диктор парадно. —
Наверное, тебе рассказали о том, что Дойл вел записи о тех, кого
шантажировал?
— Ну конечно же! На днях я говорила об этом с миссис Ганнон, и она
сказала, что насчет мэра она не удивилась, но священник?
— Миссис Ганнон? Та, что вела у нас английский, в старших классах?
— Ну да. Она теперь уже совсем седая, но такая же вредная. Никогда не
дает мне больше доллара чаевых и всегда поправляет меня, когда я
говорю. — Тереза состроила гримасу. — Терпеть этого не могу.
— Мне бы тоже это не понравилось. — Под пеньюаром Рокси вытерла
ладони о джинсы. — Жаль, что шериф забрал все эти записки себе.
— Не может быть! Так все и забрал?
— Ага. — Рокси соображала быстро. Придав своему голосу ворчливые
нотки, насколько умела, она сказала: — Я хотела сохранить их у себя и
расшифровать для Клары и компании, но Ник — я имею в виду шерифа — настоял
на своем и забрал их.
Тереза встретилась с Рокси взглядом в зеркале и сказала словно невзначай:
— Так у тебя была возможность с ним пообщаться?
— Да. — Увидев, что Тереза ждет продолжения, Рокси добавила: — Он
не сильно изменился.
— Он стал еще сексуальнее, — мечтательно вздохнув, сказала
Тереза. — Когда я училась в школе, я готова была бросить команду ради
одного свидания с ним, но он никогда не смотрел в мою сторону.
— Насколько я помню, мой брат бегал за тобой весь последний год в
школе.
Тереза ухмыльнулась:
— Да, бегал. Я слышала, он приехал в город с тобой.
— Он сейчас сидит дома с собакой. Клара попросила меня, взять Пампера
на время.
Тереза засмеялась:
— Так их все же застукали? Я знала, что это лишь вопрос времени.
— Я успела как раз вовремя: не дала Кларе обезвредить директора
Тайзером
и спасла бедного Пампера от бездомной старости.
— У Клары есть шокер?
— Был. Я его забрала.
— Молодец. — Тереза прищелкнула языком. — С Кларой никогда не
знаешь, чего ждать. Она как-то сказала мне...
Тереза замерла с гребешком в руке:
— Что такое?
— Прости. У меня там ссадина.
— Это после нападения? Ник уже выяснил, кто это был? Я слышала, он
считает, что это кто-то из подростков.
Ник хотел, чтобы все именно так и думали. Мельница слухов в этом городе
работала исправно и точно как часы. Рокси же предстояло сделать так, чтобы
мельница эта вращала жернова в нужном направлении.
— Да, наверное, это какой-нибудь трудный ребенок решил позабавиться.
— Ты ничего не видела?
— Нет, ничего. Но не беда. Теперь у меня есть защитник — Пампер.
Тереза засмеялась, заканчивая стрижку:
— Мокрая, тряпка, — лучшая защита, чем этот пес. Единственная
польза от этого пса — это то, что он рычит на Робин Райт всякий раз, как ее
видит.
— Пампер способен рычать? Ни за что бы не подумала. Готова поспорить,
что Робин нравится, когда на нее рычат.
— Она этого пса терпеть не может. Впрочем, не его одного. — Тереза
состроила кислую мину. — Всякий раз, как она сюда приходит, она
хвалится тем, что ей что-то удается урвать у нашего мэра. Последний раз это
были серьги с бриллиантами. Она все время повторяла, как дорого они
смотрятся, как будто чем ярче штуковина блестит, тем она дороже. —
Тереза пожала плечами. — Можно вывезти девушку из деревни, но вот
деревню из девушки вывести куда труднее.
— Приятно тебе ее обслуживать, ничего не скажешь.
Тереза усмехнулась:
— О, я ничего против не имею. Я просто добавляю по доллару к ее счету,
как только она произнесет слово
богато
. Я взяла с нее вдвое больше того,
что она обычно платит, и когда она спросила меня почему, я сказала, что
использовала для ее волос свои
самые богатые
продукты.
Рокси рассмеялась.
— Вот! — Тереза развернула кресло так, чтобы Рокси смогла увидеть
себя в зеркале.
Рокси восторженно открыла рот. Слов не было.
Никакого платинового хвоста не было. На его месте красовалась копна волос в
изысканном беспорядке с тонкими карамельными и медовыми прядками,
касающимися щек и лба. Прическа была невыразимо элегантной, и глаза Рокси
казались огромными.
Тереза прислонилась к креслу и, улыбнувшись, сказала вкрадчиво:
— Не так плохо для деревенского стилиста, верно?
— Превосходно! — искренне воскликнула Рокси.
Тереза отстегнула пеньюар, стряхнув на пол белые волосы.
Рокси поднялась. Прохладный воздух пощипывал уши. Она чувствовала себя
легкой, невесомой и свободной. В изумлении она смотрела в зеркало.
— Не могу поверить, что это я.
— Поверь. — Тереза повела ее к кассе у входа в салон. — Все,
что тебе требовалось, — это придать волосам форму и вдохнуть в них
немного цвета.
И не только волосам. Тереза даже не догадывалась как ей этого недоставало.
— Мне очень нравится!
— Хорошо. — Тереза нажала кнопку на кассе. — Твоя мама
звонила на прошлой неделе и велела мне снять деньги с ее кредитки, как
только ей удастся уговорить тебя прийти.
— Не она меня уговорила. Я сама решила прийти.
— И все же пусть она заплатит. Ей будет приятно чувствовать, что она
что-то для тебя сделала.
Рокси ухмыльнулась:
— Не забудь снять хорошие чаевые.
— Точно! Я...
Дверь отворилась, и Рокси, обернувшись, оказалась лицом к лицу с Ником.
Он в своей форме шерифа, казалось, занимал все пространство холла. Ник
скользнул по ней взглядом, и сердце ее сделало сальто. Затем он повернулся к
Терезе:
— Простите, что врываюсь без звонка, но Сьюзен просила меня еще на
прошлой неделе заехать к вам и спросить, можете ли вы зайти как-нибудь к ней
и постричь ее отца.
— Конечно! — жизнерадостно ответила Тереза, сделав отметку в
журнале. — Скажите, я заеду во вторник часам к восьми. Вначале мне надо
будет заехать к миссис Кларетон. — Тереза положила журнал и закончила
рассчитываться с Рокси. — Поблагодари маму за чаевые.
Рокси улыбнулась Терезе:
— Непременно.
Ник не мог отвести глаз от Рокси.
Словно со стороны он услышал собственный голос:
— Ты сегодня заезжала навестить мою тетю Клару?
Рокси кивнула.
Ник заметил живой интерес во взгляде Терезы и подарил ей теплую улыбку.
Затем, дабы развязать языки самым ленивым, взял Рокси под локоток и повел
через улицу к ее машине.
Рокси бросила взгляд в сторону салона.
— Итак, теперь весь город знает, что записки Дойла у тебя. Какое будет
следующее задание?
Он не отрывал глаз от ее губ. Что-то в них было такое, что заставляло все
тело реагировать самым недвусмысленным образом.
— Начиная с завтрашней ночи я буду дежурить в офисе на случай, если
появится долгожданный визитер. Все это строго между нами, конечно. Я не
хочу, чтобы ты кому-нибудь говорила, даже Марку.
— Клянусь, я буду молчать. Ты будешь там... совсем один?
— Я мог бы попросить бывшего шерифа Томпсона прийти мне на подмогу. Он
все еще офицер запаса и иногда выручает меня. Он собирается наведываться к
вам домой тоже. Просто чтобы проверить как дела у тебя и твоей матери.
— Ты думаешь, что тот человек вернется?
— Нет, — решительно отрезал Ник, боясь, что дрожь в голосе его
выдаст. — Я не думаю, что он вернется, но береженого Бог
бережет. — Он бросил взгляд в сторону салона. — Мне надо в мэрию.
У меня назначена встреча с Харкинсом. Рокси, почему бы тебе чуть позже не
заскочить ко мне в офис? Я хочу поговорить с тобой о деле Дойла.
Она на мгновение потеряла дар речи. Придя в себя, Рокси горячо поблагодарила
Ника. Глаза ее сияли. Ник пожал плечами:
— Мы же партнеры. Разве не так?
Щеки ее вспыхнули, но она ответила; покойно.
— Какое сладкое слово — партнеры. Заеду ближе к вечеру.
Глава 17
Дорогой Боб!
Есть одна девушка, которую я хочу пригласить не свидание, но всякий раз, как
соберусь с духом это сделать, ее уже приглашает на свидание кто-то другой.
Как мне быть?
Ваш Жаждущий шанса.
Дорогой Жаждущий шанса!
Тебе следовало бы подписаться Нытик и Неудачник, потому что заслуживаешь ты
именно этого. Если ты хочешь пригласить девушку на свидание, так пойди и
сделай это, а не ходи вокруг да около!
Вот тебе подсказка, как интерпретировать ее ответ: если она хочет с тобой
пойти, она пойдет, а если не хочет, то не пойдет.
Твой Боб.
Вестник Глори
26 августа, колонка БЗ — Сьюзен, это ты наклеила очередную вырезку
Дорогой Боб
на доску
объявлений? — строго спросил Ник, зайдя к Сьюзен в кабинет.
Та довольно ухмыльнулась и закрыла файл.
— Да, это я. Я подумала, что ты, возможно, найдешь что-то полезное для
себя в мудрых советах Боба.
— Ну что же, я ничего достойного не нашел.
— Тогда прочти еще раз, потому что эта колонка написана прямо для тебя.
Кто не успел, тот опоздал. Сделай эти слова своим девизом.
Ник поставил на стол коробку.
— Сними это с доски. Она не для этого повешена.
— Мне нравится
Дорогой Боб
. Теперь, когда Тай всерьез занялся
коммерцией и печатает в газете в основном рекламные объявления,
Дорогой
Боб
— едва ли не единственная рубрика, которую можно читать. — Сьюзен
кивнула на коробку: — Что это?
— Это то, что мы назовем
наживка
.
После ленча, когда на городской площади было больше всего людей, Ник вынес
коробку из офиса. Поприветствовав почтальона, помахав миссис Хаверленд,
хозяйке цветочного магазина, Ник понес коробку дальше, а потом, словно
спохватившись, вернулся, зашел в парикмахерскую и записался на стрижку.
И повсюду люди смотрели на коробку. Она была пуста, но он написал на боку
большими черными печатными буквами:
ВЕЩЕСТВЕННЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА — ДОЙЛ
КЛОЙД
.
Добравшись до машины, он бросил коробку на заднее сиденье, и тут его резко
окликнули:
— Шериф!
Ник оглянулся. На другой стороне улицы стояла Робин Райт. Она прижимала руку
к огромной груди.
— Господи, я отдышаться не могу!
— Вы что-то хотели?
В глазах у Робин вспыхнула обида, и она поджала губы. Подчеркнуто
официальный тон Ника ей не понравился.
В свое время Робин весьма недвусмысленно его обхаживала. Ник даже подумывал
о том, не закрутить ли с ней роман.
Но Робин ясно дала понять, что спать она с ним готова, но так чтобы об этом
никто не знал, поскольку положение подруги мэра ее вполне устраивает. Ник не
хотел наставлять рога своему боссу, как, впрочем, и любому другому мужчине,
поэтому с Робин решил не связываться.
С тех пор Робин словно задалась целью использовать каждую возможность, чтобы
испортить ему жизнь, беззастенчиво пользуясь своим влиянием на мэра.
Ник знал, что с этой стервой надо быть настороже.
Взгляд ее упал на коробку.
— Что это?
— О чем вы?
Робин нахмурилась. Прищуренные глаза излучали враждебность.
— Коробка, на вашем заднем сиденье.
— А, это. Одно старое дело. Моя тетя Клара и остальные члены Клуба
загадочных убийств случайно ее откопали.
— В нашем округе убийств не случалось уже лет сто.
— Вот и я им так сказал. Но они решительно настроены доказать, что
смерть Дойла Клойда произошла не в результате несчастного случая.
Глаза Робин зажглись неожиданным интересом.
— В самом деле?
— Пока ничего не могу сказать, но кто знает? Я забрал эту коробку у
Рокси Тремейн, которая хранила ее у себя по просьбе моей тети, и теперь
намерен сам провести, расследование.
— Хорошо.
Должно быть, Ник не сумел скрыть своего удивления, потому как Робин
язвительно усмехнулась.
— Вы, наверное, не знаете, но после того как умерла сестра Дойла, я
стала его самой близкой родственницей. И я бы не удивилась, если бы его
убили. Старик был желчным и гадким. Я терпеть его не могла.
— Не вы одна.
— Многие могли бы сказать, что желали этому старому шантажисту смерти,
хотя... — Робин испытующе посмотрела на Ника. — Вы знаете, кто
больше всего был заинтересован в его смерти? Лила Тремейн.
— Лила?
Робин тряхнула головой, и ее крупные бриллиантовые серьги блеснули на фоне
темных волос.
— Никто не заставит меня поверить в то, что этой женщине нечего
скрывать.
Ник старался не показывать свой интерес.
— Никогда бы не подумал, что вы сыщица-любитель.
Она пожала плечами, при этом ее груди даже не шелохнулись. Словно два
изваянных из камня произведения искусства, они высокомерно смотрели в
пространство.
— Я стараюсь быть в курсе. Кстати, если в результате изучения записок
Дойла окажется, что у него есть, где-то деньги на счете, эти деньги должна
получить я.
— Честно говоря я сильно сомневаюсь, чтобы где-то завалялись деньги.
— Все может быть. Дойл всегда был непредсказуемым. — Робин
посмотрела на часы. — Мне лучше вернуться в офис. Чарли будет меня
ждать. — Она окинула Ника прощальным взглядом, под которым он
почувствовал себя неуютно, словно его прилюдно раздели.
— Жаль, что вы не хотите со мной дружить, Ник, — проворковала
Робин. — Я могла бы существенно улучшить ваши отношения с мэром. —
Ник не откликнулся, и взгляд ее разом утратил теплоту. — Ну что же,
поступайте, как знаете. — Повернувшись, она поспешила через улицу в
мэрию.
Ник вернулся в офис.
Что, черт возьми, имела в виду Робин, когда говорила, что у Лилы были
причины желать Дойлу смерти? Лила, конечно, женщина со странностями, но она
не способна на убийство.
Зазвонил телефон, и Сьюзен взяла трубку. Она дала ему знак не шуметь и с
кривой гримасой сказала в трубку:
— Да, мэр Харкинс. Я скажу ему, чтобы позвонил вам, как только
вернется. Да. Непременно! Ладно. Конечно. Хорошо. До свидания. — Она
раздраженно бросила трубку на рычаг.
Ник пошел налить себе кофе.
— Дай-ка угадаю. Мэр вышел на тропу войны.
— Ты даже не представляешь, как ты близок к истине.
Сьюзен вытянулась на стуле и, откинувшись на спинку, закинула руки за
голову.
— Он на меня жаловался?
— Нет, не на тебя. На Клуб загадочных убийств твоей тетушки.
— Что она еще натворила?
— Ничего. Но ему кажется, что ситуация выходит из-под контроля, потому
что все в городе только и говорят о записках Дойла. — Сьюзен
ухмыльнулась. — Твоя тетя заварила ту еще кашу, верно?
— Я думаю, что мозговым центром группы является Роза. Моя тетя всего
лишь у нее на подхвате.
Сьюзен захихикала:
— Они обе друг друга стоят.
— Как и половина жителей нашего города.
Сьюзен собрала кое-какие бумаги и аккуратно сложила их в стопку.
— Тебе удалось поговорить с Терезой в
Укладке и завивке
?
— Да. Она сказала, что сможет заехать во вторник в восемь.
— Мой заросший отец и я благодарим тебя.
— Прости, что все забывал ее попросить.
— Все в порядке. У нас была трудная неделя. — Сьюзен открыла ящик
письменного стола, достала оттуда несколько новых карандашей и поставила их
в стакан на столе. — А ты больше никого не видел в салоне? —
спросила она как бы невзначай.
— Нет, никого.
Сьюзен посмотрела на него в упор.
— Ну ладно, я видел Рокси. Она сделала стрижку.
— Да? Она была одна?
— Она была с Терезой.
— Нет, я имела в виду... — Сьюзен покраснела. — Так, ничего.
Ник окинул взглядом порозовевшее лицо Сьюзен.
— Если ты хотела спросить, видел ли я Марка, то ответ — нет, не видел.
Сьюзен густо покраснела.
— Я ни словом о Марке не обмолвилась, это ты про него сказал. Кстати,
возвращаясь к клубу твоей тетушки: удивительно, что о них ничего не
напечатали в газете.
— Вероятно, Тай запретил. Он избегает конфликтных ситуаций.
— Он дурак. Если он хочет получать больше прибыли от рекламы, то должен
увеличить тираж, а увеличить тираж можно лишь улучшив качество репортажей. А
клуб пенсионеров, расследующих потенциальное убийство, мог бы вызвать живой
человеческий интерес. В этой истории есть все: сильные характеры, тайна,
сюжет.
— Иногда я забываю о том, что ты училась на журналистку.
— Мне бы хотелось однажды провести собственное журналистское
расследование. А пока я подготовила для тебя отчет по запискам Дойла. —
Она открыла выдвижной ящик и достала толстую папку.
Ник взял папку у нее из рук и стал ее листать. Брови его поползли вверх,
когда он осознал, какой объем информации она успела обработать и
систематизировать.
— Ты этого хотел?
— Да. Ты сделала даже больше, чем я хотел. — Он закрыл
папку. — Я ни разу не встречал человека, у которого был бы такой
детективный талант.
Сьюзен зарделась от смущения.
— Там много информации. Ник, ты веришь в то, что Дойл был убит?
— Нет. — Ник добавил сливок в кофе. — Стоит ли звонить мэру
сейчас? Я провел у него час утром и сыт им по горло.
Сьюзен покачала головой:
— Когда он позвонил, я сказал ему, что ты раздаешь предупреждения
неплательщикам алиментов и будешь занят еще долго. Баллотируясь в мэры, он
пообещал, что займется этим вопросом, и поэтому он не стал, настаивать на
том, чтобы ты рысцой мчался в мэрию.
— Умница.
Ник взял коробку под мышку и с чашкой кофе в руке удалился к себе в кабинет.
Вскоре он уже сидел за столом и читал подготовленные Сьюзен материалы.
Он вытащил желтый блокнот и разложил документы на столе. Первым шло
свидетельство о рождении Дойла Флойда Клойда — потертое и ветхое. Бедный
Дойл. Неудивительно, что у него были проблемы.
Следом шли два свидетельства о браке с женщинами, о которых Ник никогда не
слышал, и два комплекта документов о разводе. Похоже, детей у него не было
ни от первого, ни от второго брака.
Затем шли документы о владении недвижимостью, налоговые отчисления и так
далее. Кофе остыл, он вылил его, налил еще и вновь дал ему остыть. Сьюзен
принесла ему еще кофе, но Ник и к нему не притронулся.
Он погрузился в море цифр и букв. Его желтый блокнот полнился записями. В
дверном проеме показался женский силуэт. Ник поднял голову, ожидая увидеть
Сьюзен, и потерял нить размышлений.
В дверном проеме стояла Рокси. Глаза ее закрывали громадные солнечные очки,
белые шорты подчеркивали красивый загар ног, а маленькая, очень маленькая
розовая футболка облегала ее лучшее достояние. Он помнил эти груди — помнил
их форму, помнил, какие они на ощупь, помнил, как восставали соски при
малейшей стимуляции. И теперь при виде всего этого у него пересохло во рту.
Он откинулся на спинку стула и закинул руки за голову.
— Прошу, заходи. — Он кивнул на свободный стул.
Рокси не шевельнулась.
— Я могу зайти позже. Сьюзен сказала, что у тебя встреча с мэром.
— Мэр может подождать. — Ник усмехнулся. — Каждый раз, когда
я иду к нему, он заставляет меня ждать минут пятнадцать, не меньше.
Она вошла в комнату. На губах ее, словно созданных для поцелуев, играла
улыбка.
— Он делает это нарочно?
— Он прочел самоучитель для тех, кто хочет научиться управлять людьми,
и в той книжке была глава под названием
Заставь их ждать
. Я видел эту
книжку в мужском туалете в мэрии.
Рокси сняла очки. В глазах ее играли озорные огоньки. Они были такими,
синими... Устоять перед ними невозможно.
— Ты это придумал.
— Нет. Я сам ее читал, когда, в последний раз ждал мэра.
Она захихикала, чем тут же подняла Нику настроение.
— Итак, Тремейн, могу я заинтересовать тебя, чашкой кофе для гурманов
по доллару за пачку?
— Едва ли кофе для гурманов может стоить доллар.
— Дело в том, как его варить, а не из чего. — Он встал, прихватив
с собой свою чашку. — Сливки и сахар?
— Нет, черный.
— Я сейчас вернусь.
Он вышел в приемную. У Сьюзен при его появлении брови полезли наверх. Отчего-
то Ник покраснел.
— Рокси хочет кофе. — Он и сам слышал, что сказал это так, словно
оправдывался.
— Тогда пусть Рокси выпьет кофе, — ответила Сьюзен, блеснув
улыбкой.
Он поспешил к кофеварке и налил две чашки, затем понес их в свой кабинет.
— Мы с Рокси просматриваем файлы на Дойла и...
— Ник, вы с Рокси оба — взрослые люди. И еще, — она закрыла ящик с
файлами и стала собираться, — ты не будешь возражать, если я уйду с
работы сейчас? До конца рабочего дня остался еще час, но у меня есть отгулы.
Мне надо собрать вещи отца и отнести их в химчистку.
— Конечно. Без проблем. Увидимся завтра. Мы с Рокси просто... Мы
собираемся обсудить дело Дойла.
Сьюзен закатила глаза. Она достала что-то из сумочки и, проходя мимо Ника,
сунула это что-то в его карман и похлопала по нему.
— Завтра жду подробный отчет.
Когда дверь за ней закрылась, Ник заглянул в карман и увидел упакованный в
пакетик из серебристой фольги презерватив.
Поворчав, он сунул кондом в верхний ящик рабочего стола Сьюзен, взял обе
чашки с кофе и вернулся в кабинет. Рокси по-прежнему стояла перед его
столом, сжав в кулаки вытянутые по швам руки.
Получалось, что она нервничала не меньше его. Но это же хорошо, верно? Он
протянул ей чашку.
Рокси глотнула кофе и поморщилась.
— Такой плохой?
— Нет, просто горячий. — Она подула на кофе.
Ник смотрел на нее как зачарованный.
Ни у одной женщины не было таких губ, как у Рокси. Нежных, искушающего
розового цвета. Нижняя губа ее была чуть шире верхней и изысканно полной. Он
испытывал настоящие муки, наблюдая, как она надувает эти губки и нежно дует
на кофе. Тело его напрягалось так, словно она дула на него.
Она еще раз подула, затем попробовала сделать глоток.
— Гораздо лучше. Итак, у тебя есть новая информация по Дойлу?
Ник покопался в бумагах на столе, после чего протянул ей папку:
— Здесь все по его делу. Я сделал для тебя копию, так что можешь
забрать этот файл с собой.
— Спасибо. — Рокси пролистала страницы, пытаясь сосредоточиться на
словах, но буквы расплывались. Когда Ник поднял голову и увидел ее в дверях,
он, казалось, так ей обрадовался.
Но он явно успел взять себя в руки. Теперь он смотрел на нее вообще без
всякого выражения.
Ну что же, она тоже так может. Рокси положила папку на колени.
— Ник, я кое-что поискала на мэра и думаю, тебе будет это интересно
узнать. Я воспользовалась детективными приемами твоей тети Клары, и, знаешь,
они сработали.
Ник скривил губы:
— И в
...Поділитися у соцмережах
