Жанр: Любовные романы
Заговор невест
...вы?
- Я думаю... - начал Финн. Он потер ладони и бросил быстрый взгляд на
Тару. - Я думаю, что сам женился бы на
вас, если бы в Ирландии было разрешено многоженство.
- Бросьте. - Эйлин отмахнулась от него. - Что за вздор! Кто-нибудь хочет
молока к чаю?
- Для человека, который отменил все встречи, чтобы посидеть с умирающей
бабушкой, ты не слишком много времени
провел вчера дома.
Брайен посмотрел на старушку поверх страниц газеты "Айриш Таймс" и
улыбнулся.
- Для умирающей бабушки у тебя неплохой аппетит.
- Неужели дела на заводе так плохи, что они отняли у тебя весь день и весь
вечер?
- Кое-что потребовало моего внимания, - уклончиво ответил он.
- Только на заводе?
Брайен засмеялся и отложил газету.
- Что тебе хочется узнать, бабуля?
- Мне хочется узнать, уделил ли ты время перелистыванию своей черной
записной книжки.
- Ты уже во второй раз упоминаешь про мою черную записную книжку, -
пошутил он. - Ты опять смотрела по
телевизору старые американские фильмы?
- Ответь на мой вопрос, пожалуйста!
- Нет. Я не просматривал свою черную записную книжку. Я уже тебе говорил:
в ней нет никого, на ком бы я хотел
жениться.
- Тогда где ты был вчера вечером?
Он чуть было не сказал, чтобы она занималась своими делами, но это только
рассердило бы ее.
- Я обедал у Морана.
- Один? - спросила она.
- Конечно, нет. В ресторане было полно народу.
- Брайен Патрик Шеймус Ханрахан!
- По крайней мере ты правильно произнесла мое имя. - Она сердито
уставилась на него.
- Ты слишком легкомыслен для человека, который вот-вот потеряет сто
миллионов фунтов.
- Ты не можешь говорить об этом всерьез, бабушка. Продать все, что
построили дед, отец и я, только для того, чтобы
настоять на своем?
- Я серьезно. Все это совсем не нужно, если не достанется никому в
будущем. - Она налила себе еще чая из чайника
и положила сахар. - На твоем месте я бы сокращала список, а не удлиняла его.
- Кто тебе сказал, что я его удлиняю?
- Никому и не надо это говорить. У тебя такой вид, какой обычно
появляется, когда ты подцепишь новую женщину.
- Тут ты ошибаешься. Никого я не подцепил. - Эйлис прищурилась.
- Я тебе не верю.
- Прекрасно, - со вздохом ответил он. - Тогда поразведай и выясни сама,
если еще не выяснила. Тебе явно нужно
чем-то заняться. - Он допил чай, встал, взял газету и обошел вокруг стола, чтобы
поцеловать бабушку. - А пока будешь
разведывать, я пойду и почитаю газету там, где меня не побеспокоят.
Библиотека - как раз подходящее место для мужчины, которому досаждают
женщины. В ней полно дерева, кожи и
книг, чтобы обеспечить Килбули чтением по меньшей мере лет на десять.
Брайен запер дверь, разложил газету на письменном столе деда и устроился в
старом кожаном кресле, обивка которого
еще хранила очертания человека, заложившего основы состояния Ханраханов.
Но "Таймс" не смогла удержать его внимание, а неприятности из-за женщин
просочились в замочную скважину и
забарабанили хрупкими кулачками по столу, требуя, чтобы ими занялись.
Никого нового он не подцепил, сказал он бабушке, и это правда - спасибо
Господу и Таре О'Коннел. О чем он думал
вчера вечером, когда пытался соблазнить эту женщину?
Он еще не успел задать себе этот вопрос, как его тело уже ответило: это
похоть и ничего больше.
Ну, с этим он справится. Но какой было бы катастрофой, если бы у нее не
хватило стойкости, или гордости, или чего-то
другого, чтобы наотрез отказать ему!
А она отказала ему наотрез?
Всю ночь и часть утра у него в ушах звучал ее ответ: "Я - репортер,
Брайен. Я делаю передачу о вас". Довольно
простые слова, но не прозвучало ли в них сожаление?
- Ты осел, - произнес он вслух. Нечего ему связываться с Тарой О'Коннел.
Он опустил глаза на газету и осознал, что не прочел ни слова. Похоже, ему
необходимо найти лучший способ
отвлечься.
Его сумка стояла в углу, там, где он оставил ее накануне вечером, когда
приехал домой. Он принес ее и начал было
доставать папку по Данлоу, но тут его рука наткнулась на записную книжку с
адресами.
Он вынул ее.
Бабушка права. Ему следует хотя бы наскоро просмотреть ее и узнать, нет ли
там той, о которой он забыл. Той, которая
сможет легко переезжать из Дублина в Лондон и Париж и чувствовать себя как дома
в Килбули. Из кого выйдет терпимая
жена.
И может быть, он позвонит Фионе, если уж на то пошло.
Вот как! Он не захотел признаться, что обедал с Тарой О'Коннел. Интересно!
Эйлис понадобилось две минуты и один телефонный звонок, чтобы выяснить,
где был ее внук. Глупый мальчик, он
думал, что его слова о том, чтобы она все разнюхала, удержат ее от этого.
Она откинулась на спинку своего любимого кресла-качалки и обдумывала, что
все это могло означать.
Брайен никогда не скрывал своих многочисленных подружек ни от родных, ни
от прессы. Он не выставлял их напоказ
нарочно, но если его спрашивали, всегда отвечая без стеснения. Он любил женщин,
и ему было все равно, знают ли об этом
другие.
Но сегодня все иначе. Речь идет о Таре О'Коннел. И это само по себе уже
говорит о многом.
Брайен и Тара Брид О'Коннел.
Их имена, несомненно, подходили друг другу: Брайена назвали в честь
Брайена Бору, первого короля Ирландии, а Тару
- в честь горы, на которой когда-то находилась столица страны.
Эйлис покачивалась в кресле, и улыбка расплывалась по ее лицу. Приятно
было узнать, что интуиция ее не подвела.
Она поняла, что за человек Тара, в ту минуту, когда та вошла в оранжерею:
раскованность, хорошее чувство юмора,
готовность рискнуть всем ради достижения цели - эти черты характера должны
нравиться Брайену. А то, что они заключены
в такую очаровательную оболочку, гарантировало, что он наверняка заинтересуется
ею.
Но дело зашло дальше простой заинтересованности, это ясно. Вопрос в том,
насколько дальше. Возможно, пора
подумать о том, что можно сделать, чтобы подтолкнуть этих двоих друг к другу.
Ей всегда хотелось, чтобы в семье появился кто-то с рыжим оттенком волос.
Томми Ахерн вошел в кухню, держа в руках любимую клетчатую рубашку,
которую он всегда надевал, когда играл
джигу. Его мать, как обычно, сидела, склонившись над швейной машинкой, и не
обратила никакого внимания на сына.
- Что за ужасный розовый оттенок! - проворчал он, наклоняясь, чтобы
чмокнуть ее в щеку. - Что это такое?
- Новые шторы для гостиной Нэн Лори, - улыбнулась Пег. - Они действительно
напоминают лекарство от желудка,
правда? Но в комнате будут смотреться не так уж плохо. Мы их присобрали со всех
сторон, и они выглядят очень мило.
- Вряд ли тебе удастся меня в этом убедить. - Он открыл дверцу
холодильника и несколько секунд стоял, глядя в
него. Наконец достал бутылку молока и взял из буфета стакан. - Мне надо
постирать рубашку.
- Брось ее в грязное белье. На следующей неделе постираю.
- Что? Но... я... - Томми от растерянности даже начал заикаться. - Но мне
она нужна сегодня вечером, а она пахнет
потом после вчерашнего выступления в пабе!
- Ты мог бы подумать об этом, перед тем как ее надевать. - Она закончила
строчку и приподняла лапку, чтобы
повернуть ткань. - Я обещала закончить шторы к следующей неделе, и мне дорога
каждая минута. Ткань такая толстая, что
иглы все время ломаются.
- Но я думал, ты просто бросишь ее в машину.
- Извини, дорогой, но мне некогда. Если хочешь ее постирать, тебе придется
сделать это самому.
- Я ведь не умею.
- Ты умный парень, - заметила она и похлопала его по спине. - Справишься.
- А ты не можешь мне показать на первый раз?
- Я тебе уже показывала.
- Но я невнимательно смотрел.
- Тут я ничего не могу поделать. Наверное, тебе придется подождать, пока я
закончу.
- Но у нас сегодня вечером концерт в Балливогане! И эта мисс О'Коннел
собирается снимать нас для телевидения.
Мне надо надеть мою счастливую рубашку.
- Тогда тебе пора приниматься за дело. Инструкция написана на крышке, а
порошок на полке. Ты справишься.
- Похоже, придется справиться, - проворчал Томми.
- Оставь себе достаточно времени на утюжку, потому что сорочка всегда
выходит из сушилки мятой.
- Утюжка? - Он уставился на нее. Она, наверное, сошла с ума. - Никогда
этого не делал.
- А то я этого не знаю, - пробормотала Пег и улыбнулась сыну. - Может
быть, ты попросишь Эйлин?
- Нет, - ответил Томми и пнул ножку стола. Он еще не рассказал матери об
Эйлин. Никому не рассказал. - Ты
уверена, что у тебя нет времени?
- Уверена.
- Ну ладно. Я как-нибудь сам справлюсь.
- Не сомневаюсь. - Пег нажала на педаль, и стрекот машинки заглушил те
слова, которые она пробормотала, когда
он вышел.
- Что случилось, если даже собственная мать не хочет постирать сыну
рубашку!
Томми ворчал всю дорогу до задней веранды, где стояли стиральная машина и
сушилка. Бросил рубашку в машину и
начал читать инструкцию, напечатанную на внутренней стороне крышки.
С таким же успехом она могла быть написана на греческом языке - никакого
смысла он в ней не видел. Коробка
порошка для стирки помогла немного больше, и он отмерил рекомендуемое количество
и высыпал его на рубашку. За
компанию он бросил туда остальные рубашки - уж стирать так стирать! Мать будет
довольна. Повернул регулятор на
несколько делений, нажал какие-то кнопки, и стиральная машина начала заполняться
водой. Ощущая даже гордость от этого
достижения, Томми провел полчаса, повторяя песни к вечернему выступлению, а
затем подошел к машине. Откинув крышку,
он увидел океан розового цвета.
Он вынул одну рубашку. Лишь через несколько секунд он узнал свою лучшую
белую сорочку, которую надевал в
церковь по воскресеньям. Она приобрела точно такой же цвет, как новые шторы Нэн
Лори.
- А, будь все проклято! Ма!
Глава 8
Связи Финка в Балливогане оказались не такими уж прочными, как он говорил
Таре.
Собственно, они больше походили на антисвязи. Каким-то образом здесь была
замешана случившаяся несколько лет
назад история с нарисованной на входной двери поросячьей задницей. Только дар
убеждения Тары и обещание, что название
паба будет упомянуто в передаче не менее двух раз, позволили им войти.
- Чувствую, что всю жизнь мне предстоит провести в темном углу, - ворчал
Финн, складывая аппаратуру в дальнем
конце паба.
- Так тебе и надо. "О, незачем звонить, Тара, - передразнила она. - У меня
есть связи. Меня хорошо знают в
Балливогане". Да, явно знают. И ты им вовсе не нравишься.
- Ничего не могу поделать - та ночь полностью выпала из моей памяти. Как
раз в тот вечер Джоанна сообщила мне,
что собирается выйти за этого англичанина.
- Прекрасное оправдание! Единственная причина, по которой хозяин вообще
пустил тебя к себе, - это то, что ты с
тех пор завязал.
- Неужели? - удивился Финн.
- Да, - подтвердила Тара. - Я убедила его, что ты оставил свой значок
члена "Общества трезвости" на другой
куртке. Так что сегодня ты пьешь только чай, друг мой.
- Черт возьми! - Финн открыл сумку с проводами и вдруг улыбнулся. - Но я
все равно бы не мог выпить, правда?
Ведь я за рулем.
Удовлетворенный тем, что Тара не ущемила его привилегии, которыми он ни за
что бы не пожертвовал, Финн начал,
насвистывая, устанавливать осветительные приборы и микрофоны.
К тому моменту, когда появились Томми, Мартин и Питер, паб уже наполнился
народом. Подбодренные количеством
нетерпеливых зрителей, парни быстро расселись, настроили инструменты и заиграли
песню "Дьявол на кухне". Вечер
начался.
Где-то в середине второго номера толпа выросла за счет многочисленной
шумной делегации из Килбули под
предводительством Рори Боланда и Дэниела Клохесси. Они заняли ближайшие к
музыкантам столики и, усевшись, стали
криками подбадривать своих парней. Музыканты в знак благодарности заиграли еще
громче.
Мелодии становились все зажигательнее, и атмосфера в пабе накалялась.
Хозяин настежь распахнул дверь, чтобы
впустить свежий воздух, но шум только привлек еще больше народу, и внутри стало
жарче. Наконец парни закончили
выступление искрометным рилом и под гром аплодисментов заявили, что вернутся
через пятнадцать минут.
- До чего здорово играют! - восхищенно воскликнул Финн, выходя из-за
камеры.
Тара кивнула.
- Сними получше этих ребят из Килбули.
- Что в них такого интересного?
- Как что? - удивилась Тара. - Если не ошибаюсь, это наш контингент
холостяков, почти в полном составе.
Финн оглядел мужчин.
- Среди них нет ни одной женщины. Думаю, ты права.
- И самое грустное в том, что они, по-моему, даже не заметили, что пришли
одни.
- Теперь заметят, - проворчал Финн и кивнул в глубину зала. - "Суд"
пришел, с визитом.
Это действительно был "Суд" - Сиобейн и Крисси появились в сопровождении
незамужних женщин, которых Тара
помнила с той первой ночи в пабе. Они заметили ее и направились прямиком в их
угол. Финн быстро освободил столик, на
который навалил свое оборудование, и дамы расселись вокруг него.
Представив всех, Тара устроилась между Сиобейн и Крисси.
- Зачем вы пришли? Отменили бойкот?
- Разумеется, нет! - воскликнула Крисси. - Но здесь дело не только в
отношениях между мужчинами и женщинами.
Эти парни - из Килбули. Наш долг - поддержать наших, даже если некоторые из них
круглые дураки. С братьями Джури
все в порядке - они женаты. Мы будем поддерживать их.
- Кроме того, мы не могли позволить им пойти сюда одним, - объяснила
Сиобейн. - Они бы только пили,
обсуждали футбол и воображали, что прекрасно проводят время. Но теперь они
обнаружат, что мы здесь, на этой половине
зала, а они там и сидят в одиночестве. И тогда они задумаются над тем, почему
это так.
Тара увидела в этом определенную логику, но все же сочла своим долгом
заметить:
- Но Эйлин-то здесь нет.
- Конечно, нет, - ответила ей Крисси тоном терпеливой мамаши. - Томми мог
бы подумать, что она пришла сюда
ради него, а это никак не годится.
- Бедные дурачки, у них нет против вас никаких шансов, - пробормотал Финн.
Сиобейн рассмеялась.
- Так вы, значит, Финн? Эйлин предупреждала, что у вас симпатии смешанные.
- Финн Великолепный к вашим услугам!
- Она вам и о большой голове рассказала? - спросила Тара.
- Действительно, что-то такое упоминала. Но мне хотелось бы знать... -
Сиобейн посмотрела куда-то мимо Тары, и
глаза ее широко раскрылись. - Посмотрите-ка, кто пришел.
Тара оглянулась и побледнела.
В проеме открытой двери стоял Брайен, одетый в кожаную куртку и джинсы. Он
был похож на рекламу всего самого
мужественного, самого лучшего в Ирландии. Настоящим сюрпризом для всех, однако,
оказалась женщина, держащая его под
руку.
Эйлис Ханрахан обводила взглядом помещение, пока ее глаза не остановились
на Таре, сидящей за столом вместе с
женщинами Килбули. Она в приветственном жесте подняла руку и двинулась к ним.
Брайен секунду поколебался, глядя прямо
в глаза Тары, отчего по ее спине вверх и вниз забегали огненные мурашки, и
прошел вперед, расчищая путь для бабушки.
- Вот теперь начинается настоящее веселье, - пробормотала Сиобейн. - Все
молчат в тряпочку, когда появляется
Брайен. - Она бросила на Финна странный взгляд.
- Я уже дал клятву хранить молчание. - Финн поднял руку.
- Видишь, Брайен, - обратилась к внуку Эйлис, когда они приблизились к их
столу, - похоже, не только мы с тобой
решили сегодня поддержать юного Томаса и его друзей.
- Я ведь говорил тебе, что так и будет, бабушка. Кажется, они собираются
снова играть. Нам надо найти столик.
- Вы не возражаете, если мы присоединимся к вам, леди? - спросила Эйлис,
не утруждая себя поисками.
- Конечно, нет.
Женщины подвинулись и расчистили место. Крисси заставила мужчину за
соседним столиком уступить нормальный
стул в обмен на табурет, который она достала буквально из воздуха, и они удобно
устроили миссис Ханрахан.
- Боюсь, для тебя здесь не хватит места, Брайен, - сочувственно промолвила
Сиобейн, едва скрывая свое
удовольствие по этому поводу. - Тебе придется самому о себе позаботиться. Может
быть, вон те парни смогут тебя
пристроить.
- К чему такая деликатность? - возразил Финн. - Он может и не понять, что
вы хотите посплетничать о нем.
Сиобейн бросила на Финна убийственный взгляд, но Брайен только рассмеялся.
- Сплетничайте на здоровье. Я сейчас принесу нам выпить. Что ты хочешь,
бабушка?
- Спасибо, чаю. И не торопись.
- Да, мадам. - Он подмигнул ей, потом Таре и начал пробираться сквозь
толпу.
- Вот так, - удовлетворенно произнесла Эйлис. - Во всяком случае, у нас
есть несколько минут. Кстати, этот парень
весь день пребывает в очень странном настроении.
- Возможно, что-то съел вчера вечером, - невозмутимо заметил Финн.
Тара сделала пальцами движение, будто отрезала его косичку.
- Сделаю пару кадров под другим углом. - Финн, поспешно сняв камеру с
треноги, подсоединил ее к аккумулятору и
растворился в толпе.
- О чем вы тут говорили? - спросила Эйлис.
- Я как раз спрашивала Тару о вчерашнем вечере, - усмехнулась Сиобейн. -
Ходят слухи, что она куда-то ездила с
Брайеном и вернулась очень поздно.
- Не так уж и поздно, - возразила Тара, пытаясь справиться с предательским
румянцем, который начал расползаться
по ее шее. - Да у меня и выбора-то не было. Он настоял, чтобы мы поехали к
Морану. - Она рассказала о вчерашнем
приключении и по примеру Брайена постаралась сделать свой рассказ как можно
более скучным.
Большинство женщин даже не пытались скрыть разочарования - они надеялись
на большее, но у Тары возникло
ощущение, что ей не удалось обмануть Эйлис. Старая леди наблюдала за ней яркосиними
глазами и слегка улыбалась, кивая
именно в тех местах, где Тара чего-то недоговаривала, словно заранее знала обо
всем.
Когда она закончила, Эйлис сказала:
- Вам придется простить Брайена за то, что он поступил с вами так
бесцеремонно. В нем всегда проявлялись
наклонности авантюриста.
- Вы это так называете? - сухо спросила Сиобейн. Ансамбль уже вернулся и,
к облегчению Тары, начал играть
медленную, нежную мелодию. Публика притихла, и прекратились всякие рассуждения о
том, что она делала и чего не делала
с Брайеном.
К сожалению, начало музыки совпало с возвращением Брайена с двумя чашками
чая. Он поставил одну перед
бабушкой и, держа в руках вторую, подошел к Таре.
- Вы не против того, чтобы поделиться со мной кусочком стула?
Тара не смогла придумать веской причины для отказа.
- Не против. Думаю, мы поместимся.
Она сделала вид, что ее это не волнует, но ей ужасно действовало на нервы,
что она сидит вот так, рядом с ним, гадая,
что он предпримет в следующую минуту. И ко всему прочему Сиобейн и остальные
постоянно посматривали в их сторону,
словно надеялись застать их врасплох за непристойным занятием прямо здесь, на
глазах у всех.
Мартин порвал струну на гитаре, и музыкантам пришлось ненадолго
прерваться, дожидаясь, пока он ее заменит.
- Они отлично играют, - заметила Тара, чтобы начать беседу - их угол был
единственным в зале, где все сидели
молча.
- Я рад видеть вас здесь, - сказал Брайен. - Я не был уверен, что вы
запомнили то, что я говорил насчет Томми и
его музыки, после моего поведения на развалинах. Меня беспокоило, что я лишил
Томми его мгновения славы.
Ей не нужны были напоминания о развалинах.
- Он заслуживает большего, чем одно мгновение. Если повезет, наша передача
привлечет к нему внимание нужных
людей. Он должен выпустить свои пластинки.
- У нас в Клэр много хороших скрипачей.
- Но не таких хороших и не с таким количеством собственных произведений.
Не знаю, почему никто не заметил этот
ансамбль раньше! Вы запирали Томми в конюшне или что-то в этом роде?
- Наверное. Мы его загружали работой. Это точно. Он просил сократить ему
рабочий день вдвое примерно год назад.
Я думаю, именно тогда он начал так хорошо играть. - Он поставил пустую чашку на
стол. - Признаюсь, мне очень не
нравится перспектива потерять его навсегда. Но когда я слушаю его игру, то
понимаю, что со скрипкой он управляется
гораздо искуснее, чем с лошадьми. Мир станет лучше, если он будет заниматься
тем, для чего предназначен.
Это пробудило в ней интерес.
- Похоже, вы ему завидуете.
- Завидую, - согласился Брайен. - Такой талант - редкость.
- Кое-кто говорит, что у вас много талантов в разных областях.
- Кое-кто, но не вы, а?
- Я этого не говорила.
- Ну, какими бы талантами я ни обладал, что толку, если я не могу привести
их в соответствие со своими мечтами.
Вот почему я завидую Томми. И вот почему желаю ему больших успехов.
То, что у Брайена есть несбывшиеся мечты, поразило Тару. Ей хотелось
задать ему еще вопрос, однако желание
поддерживать философскую беседу исчезло, так как толпа начала отбивать ритм в
такт барабану Питера. И все же она взяла
этот вопрос на заметку, собираясь задать его во время интервью в понедельник.
Это может получиться интересно на пленке.
Тара отметила, что думает об этом интервью с некоторой гордостью и
облегчением. Она сумела удержать между ними
профессиональную дистанцию и в то же время получить согласие на интервью. И
нечего реагировать на него, словно
возбужденная девочка-подросток.
Тут подошел Финн и занял столько места, сколько потребовалось бы для двух
человек, вынудив Тару плотнее
придвинуться к Брайену, и все рассуждения насчет профессиональной дистанции
исчезли как дым от запаха кожи,
одеколона... и от соблазна.
Финн, водрузив камеру на треногу, посмотрел в видоискатель.
- - Ты попадаешь в кадр, Тара. Придется тебе отодвинуться в сторону.
- Подожди. - Она поерзала. - Но здесь нет места.
- Есть место, - возразил Брайен. Он положил ладони на ее талию и прижал ее
спиной к своей груди. - Вот здесь.
"Для этого в пабе слишком жарко", - подумала Тара, стараясь сидеть
совершенно неподвижно. Невозможно было
повернуться к нему лицом и устроить сцену, хотя ее упрямая натура требовала это
сделать и посмотреть, есть ли у него части
тела, более твердые и мужественные, чем грудная клетка. Вот так профессионал!
Она скрипнула зубами.
- Если не будете дышать, упадете в обморок, - шепнул ей на ухо Брайен.
- Я дышу, - пробормотала она.
- Мне кажется, нет, - отозвался он. Его ладони скользнули вверх по ее
ребрам, оставаясь на безопасной территории,
но от близкой угрозы соски ее стали твердыми. - Дайте мне ощутить хороший,
глубокий вдох.
- Перестаньте. - Она попыталась оттолкнуть его руки,
- Ш-ш-ш. - Он дышал в ее волосы. - Не хотите же вы, чтобы весь столик
обернулся к нам? - Он поцеловал ее
сбоку в шею, и Тара содрогнулась, потом глубоко вдохнула воздух.
- Вот видите? - Он опустил ладони ниже, снова обхватив ее руками за талию.
- Отпустите меня.
- Не могу. Вы попадете в кадр. - Он прислонился спиной к оштукатуренной
стенке, слегка потянул ее на себя, и Тара
чуть не свалилась со стула. Теперь ей оставалось лишь прислониться к нему. - И
потом, мне совсем не хочется этого делать.
Слава Богу, Томми именно в этот момент демонстрировал, на что он способен,
когда по-настоящему разогреется.
Музыка была такой захватывающей, что никто не обращал внимания на
происходящее в углу. Даже Финн, кажется,
ничего не замечал: он не отрывал глаз от видоискателя и одной ногой беззвучно
отбивал такт.
Так они и сидели, прижавшись друг к другу, на глазах у всего мира, словно
влюбленная парочка. Напряжение
постепенно покинуло тело Тары.
- Вот так-то лучше, - выдохнул Брайен. Он отвел в сторону ее волосы и еще
раз поцеловал в шею.
И именно в этот момент его бабушка решила оглянуться. Тара, покраснев,
рванулась вперед.
- Черт! Ты испортила мне кадр! - возмутился Финн.
- Не важно. Этот номер почти закончился. Я хочу задать Томми еще несколько
вопросов во время следующего
перерыва.
- Как скажешь, - пробормотал Финн. - Я всего лишь оператор.
Она услышала за своей спиной вздох Брайена.
Вопросы к Томми. Вопросы к хозяину паба. Вопросы к холостякам. Вопросы ко
всем, кто стоит у стойки бара, лишь
бы они были подальше от Брайена.
Эйлис наблюдала за всем этим и изумленно качала головой. Тара Брид
О'Коннел бежит как от огня. А Брайен слишком
увлекся, зажигая спички и бросая к ее ногам, - он пугает ее, но не устраивает
настоящего пожара.
Пора немного пошевелить угли в камине.
Она затолкала свою сумку подальше под стол и начала терпеливо ждать, когда
Тара направится к туалету.
Тогда она подозвала Брайена.
- Наверное, я оставила в машине свою сумку. Ты не принесешь?
- Мне казалось, я видел ее у тебя, когда мы сюда вошли.
- Ну а сейчас ее нет. Я никуда не выходила и не могла ее где-нибудь
оставить.
- По-моему... - начала Крисси.
Эйлис толкнула ее под столом ногой.
- Сбегай, Брайен. Мне пора принять таблетку.
- Хорошо. Я сейчас вернусь.
Эйлис дала ему подойти к двери и подозвала Финна Келлехера. Пока он
пробирался между столиками, она ногой
выдвинула свою сумку назад из-под столика и раскрыла ее.
- Я так и знала, что она здесь, - прошептала Крисси, потирая ногу.
- Конечно, - ответила Эйлис. - А теперь молчи и учись.
- Мне было бы легче научиться, если бы нога так не болела.
Финн подошел к столику.
- Я могу вам чем-то помочь, мадам?
- Вы ведь курите, не так ли, мистер Келлехер?
- Да.
- Мне показалось, что вы похожи на человека, который нуждается в сигарете.
- Вы правильно поняли. Я пытаюсь сократить количество сигарет, но это -
чертовски трудно.
- Я не склонна поощрять людские пороки, но вы не считаете, что вам пора
устроить перекур? - Она положила на
стол десятифунтовую купюру и подвинула ее к Финну. - Я слышала, что за пабом
есть одно славное местечко, где вас не
сразу найдут.
- Мне так хочется курить, что я даже не стану спрашивать, зачем вам
понадобилось, чтобы я ушел. - Купюра исчезла
в его кармане. - Присмотрите за этим. - Он поставил камеру на середину стола,
подмигнул ей и зашагал прочь.
- Что это вы задумали, черт возьми? - спросила Сиобейн.
- Терпение, девочка, терпение.
Тара вскоре вернулась. Она попыталась разглядеть что-то сквозь висящий в
воздухе табачный дым, Потом сдалась и
подошла к столику.
- Куда ушел Финн?
Все выжидательно смотрели на Эйлис.
- Он сказал что-то насчет того, что ему нужно перекурить и пройтись, -
невозмутимо ответила миссис Ханрахан.
- Проклятие! И надо же б
...Закладка в соц.сетях
