Жанр: Любовные романы
Под маской невинности
...мэзон.
— Скэмпи мэзон? Похоже на имя кого-нибудь из героев Дэмона Рэньона.
Например, французского гангстера.
Твилар засмеялся и показал на другую строчку меню.
—
Гребешки Скарлетт
, — прочитал он, выразительно поднимая
бровь, — тоже недурно звучит, правда?
— А вот, смотрите,
Мюссель Александр
. Глупая игра напомнила Мэгги об
отце, большом любителе шуток и розыгрышей. Неожиданное сходство еще больше
расположило Мэгги к Твилару.
— Как вам работается у Дирека? — поинтересовался он, протягивая ей
корзинку с хлебом. — Ваши ожидания оправдались?
— Я в общем-то ничего особенно и не ожидала, — ответила
Мэгги. — Просто хотелось куда-нибудь уехать на лето, сменить
обстановку, а работа здесь давала такую возможность.
— Не хочу забегать вперед, — продолжал Твилар, — но, по-
моему, это может дать вам куда больше, чем вы предполагали.
— Не понимаю, простите? — Видите ли, Дирек не перестает о вас
говорить.
— Ну, я думаю, он говорит о многих женщинах, а не только обо мне,
ответила Мэгги, не понимая, что заставляет Твилара затрагивать столь личные
темы.
— Когда знаешь человека столько, сколько знаю его я, нетрудно понять,
что к чему. Я понимаю, это не мое дело, но вы явно первая претендентка.
— В таком случае, я ему сочувствую. Я ни на что не претендую. —
Мэгги отпила немного вина. — И как же давно вы его знаете?
— О, так давно, что и не вспомнишь, даже трудно сосчитать сколько лет.
Знаете, когда переживаешь вместе беду, начинает казаться, что по-другому не
могло и быть. — Глаза Твилара стали печальными. — Дирека просто
Бог мне послал, когда я потерял жену.
Мэгги вспомнила, что Лин-Мэ упоминала о несчастье, случившемся десять лет
назад. Выходит, Твилар должен был знать Фиону. Оставалось выбрать подходящий
момент и, упомянув между прочим ее имя, послушать, что он скажет.
— У него как раз в это время и своих неприятностей было хоть отбавляй,
продолжал Твилар, — но он сел в самолет и полетел в Париж, как только я
позвонил ему. Сам уладил все формальности, все организовал, без него я бы
пропал.
Решив, что стоит рискнуть, Мэгги сказала:
— Я понимаю, для вас было большим утешением, когда они прилетели.
— Они? — озадаченно переспросил Твилар.
— Ну да, разве он был без Фионы?
Глава 35
Ей показалось, что Твилар искренне удивлен.
— Фионы? Откуда вам известно это имя? Мэгги принялась сосредоточенно
намазывать хлеб маслом, чтобы не смотреть на него.
— Случайно услышала на днях.
— От Дирека?
— От кого же еще? — Она почувствовала, что ходит по лезвию ножа.
— Ну что ж, хорошо, что он наконец может о ней говорить, — тихо
сказал Твилар. — Прошло много лет. Простите, я забыл, о чем вы
спросили?
— Приезжала ли Фиона с Диреком во Францию?
Твилар отрицательно покачал головой.
— Пет, Фиона официально не была членом семьи еще почти год. И, кроме
того, не думаю, что она сумела бы помочь в такой ситуации.
— Что вы имеете в виду?
— Совсем молоденькая девушка, очень чувствительная. Фея из сказки,
босоногая колдунья, верящая в чудеса. Немного не от мира сего. Вы, я
полагаю, понимаете, о чем я говорю.
Все, о чем сказал только что Твилар, никак не соответствовало образу женщины
с портрета.
Твилар вздохнул.
— Слава Богу, что Дирек все-таки постепенно отходит. То, что он пережил
из-за этой женщины, было просто ужасно. Поистине черные дни.
— Нo и вы наверняка были ему тогда опорой, — предположила Мэгги,
надеясь услышать от Твилара подробности того, что ей было так интересно
узнать.
— Больше всех Диреку помог тогда Брехт, — ответил он. —
Кстати, я же обещал вам рассказать о нем интересную историю, помните? А сам
чуть не забыл.
Мэгги улыбнулась, хотя и почувствовала некоторое разочарование, так как
Твилар заговорил о другом.
— Вы ведь знаете, что он немец? — спросил Твилар.
Мэгги кивнула.
— А то, что его семья, как предполагают, была дружна с Евой Браун?
— Любовницей Гитлера?
— Именно. Вообще-то Брехт рассказывал, что они были скорее соседями,
которые, знаете, присматривают за вашей квартирой, когда вы уезжаете, а не
близкими друзьями. Но глупые слухи часто рождаются на пустом месте.
Официант принес салаты, и Твилар прервал свой рассказ.
— Я надеюсь, вам понравится соус, который я выбрал, его очень любила
моя жена, но если нет, вы можете заказать другой.
— Очень вкусно, — ответила Мэгги, торопливо пробуя соус, —
продолжайте, пожалуйста.
— Короче говоря, дружба как дружба, и никому до нее не было дела, пока
не кончилась война. Тут охотники за нацистами вышли из подполья и решили
привлечь к ответственности каждого, кто имел хотя бы косвенное отношение к
третьему рейху. На это ушло тридцать лет, но, в конце концов, дело дошло и
до отца Брехта. Не исключено, что вы даже об этом читали. Ни одна крупная
газета, по-моему, не осталась в стороне.
— Не припомню.
— Он был булочником в Висбадене. Безобидный старичок, мухи не обидел.
Брехт, когда его отца вызвали на допрос, был уже женат, имел двоих детей и
жил в Германии.
История показалась Мэгги смутно знакомой, хотя в свое время она и не
обратила на нее особого внимания. То, что у Брехта была когда-то собственная
семья, почему-то ужасно удивило ее.
— В общем, однажды в висбаденском баре Брехт поведал о своем несчастье
молодому американскому финансисту, известному борцу за справедливость,
Твилар подмигнул ей:
— Я думаю, вы догадываетесь, о ком речь.
— О Диреке?
— Брехт был в отчаянии. Он истратил все сбережения, чтобы нанять
хорошего адвоката, но все напрасно. Кроме того, он потерял жену и детей.
Вероятно, женщина не вынесла шумихи, поднятой средствами массовой
информации. Она увезла мальчиков к своим родителям в Австрию и больше
никогда не давала о себе знать.
— Но чем мог помочь Дирек, раз дело оказалось не под силу немецким
юристам? Твилар улыбнулся.
— Здесь, я думаю, будет уместно напомнить, что деньги — это сила. Вы
должны знать, Мэгги, что Чэннинг не считается с расходами, если уверен, что
правда на его стороне. А так как он был убежден, что старик невиновен, то
для него стало делом чести это доказать.
— Но как Брехт собирался с ним расплатиться, если он потерял все, что у
него было?
— Возможно, только тем, что у него осталось — собой.
— Звучит так, словно он продался в рабство. Твилар покачал головой.
— Вы должны попять Брехта и знать, что у него есть чувство собственного
достоинства, — ответил Твилар. — Восстановить доброе имя семьи,
добившись, чтобы с отца сняли обвинение в преступлениях, которых он не
совершал, — вот что было для него тогда главным.
— И он победил?
— Счастливый финал этой истории, увы, имел привкус горечи. Адвокаты
Чэннинга сумели доказать невиновность человека, который находился два года в
тюрьме.
— Так что же здесь плохого?
— Провести два года в тюрьме, как вы понимаете, нелегко каждому, а что
же говорить о больном старике? В общем, отец Брехта наслаждался свободой
всего лишь месяц, а потом у него случился удар.
Мэгги впервые ощутила сочувствие к человеку, казавшемуся ей до сих пор
бессмысленным тупицей.
— Мне теперь легче понять, что связывает этих двух людей, —
сказала она.
— Помните, я уже говорил вам в прошлый раз, — продолжал
Твилар, — подобную преданность редко встретишь в наше время. Пожалуй,
нет ничего, что бы Брехт отказался сделать, если его попросит Чэннинг.
И даже убить?
— подумала Мэгги, но не решилась произнести вслух.
Еще несколько раз она пробовала заговорить о Фионе, но больше на эту удочку
Твилар не попался. Сев на своего любимого конька, он принялся рассказывать
ей свои любимые анекдоты и истории из области экспортного бизнеса, упоминая
о людях, которых Мэгги не знала, и касаясь проблем, которые ее совсем не
интересовали.
— Что вы будете на десерт? — спросил он. — Надеюсь, вы не
откажетесь.
— Спасибо, только кофе.
Твилар, чуть наклонив голову, с минуту прислушивался к музыке.
— Слышите? — Он принялся помахивать вилкой в такт мелодии. —
Вот это место очень любила моя жена, вот сейчас, прислушайтесь — тра-та-та-
та та-та тра-а-тра-а тра-а-та-та...
— Вам, наверное, ее очень не хватает, — сказала Мэгги.
— Когда оказываешься в таком месте, как это, одолевают воспоминания. Я
уверен, вам бы она понравилась. Живая, веселая. Простите, я снова отвлекся,
извинился он.
— Нет, нет, что вы. Вы, наверное, были очень счастливы вдвоем.
— Вы правы. Наверное, не у всех так бывает.
— А вы думаете...
— Думаю о чем? — спросил Твилар, так как Мэгги не договорила.
— Нет, я просто хотела... а Дирек был счастлив с Фионой?
Твилар взглянул на нее с удивлением.
— С Фионой? Не знаю. При чем здесь Фиона?
— Ну, вы ведь сказали, что он наконец хотя бы может снова о ней
говорить.
— Я имел в виду лишь то, как ужасно все получилось. — Твилар с
сожалением покачал головой. — Ужасно, когда человек погибает совсем
молодым, в расцвете сил.
— И еще ребенок, — добавила Мэгги. — Дирека это, наверное,
просто убило.
— Что и говорить, он горевал так, будто потерял собственное дитя.
— Кажется, я сказал что-то, что вас огорчило? — осторожно
поинтересовался Твилар.
С трудом приходя в себя от изумления, Мэгги брякнула первое, что пришло ей в
голову:
— Нет, я просто удивилась, ну, что вы знаете, — я имею в виду
ребенка.
— Дирек ни за что бы не стал возражать против ребенка только из-за
отца, объяснил Твилар, — не тот он человек. — Он как-то странно
посмотрел на Мэгги. — Но я не пойму, откуда это вам известно?
Мэгги лихорадочно соображала, как ему объяснить.
— Я и сама не помню, почему об этом зашла речь, — сказала
она, — возможно, на Дирека нашла минутная слабость.
— Странно, — удивился Твилар. — Дирек вообще-то не склонен
поддаваться минутным слабостям.
Мэгги пожала плечами.
— Не знаю.
Твилар внимательно разглядывал ее.
— Почему вас так интересует Фиона? — наконец спросил он, и в
голосе его прозвучала подозрительность, которой не было прежде.
— Просто так.
— Неужели?
— А почему бы и нет?
— Странно.
Мэгги не знала, как выкрутиться.
— Ну, если честно, Твилар, — начала она, — то я спрашиваю не
случайно.
— Ну так поделитесь со мной.
— Только обещайте больше никому не рассказывать.
Твилар снова заулыбался.
— Значит, секрет? Они бывают опасными.
— Мой, скорее, странный. Но мне действительно не хотелось бы, чтобы кто-
то еще знал, а особенно Чэннинг.
— Клянусь, что буду молчать.
Глубоко вздохнув, словно произнести то, что она собиралась, было очень
непросто, Мэгги сказала:
— Мне очень важно узнать, какой была моя предшественница. И, поскольку
вы ее знали, я...
— Предшественница? — Твилар еще больше изумился. — Мне не
хотелось бы вас поправлять, Мэгги, но, по-моему, вы употребили неверное
слово.
— Правда?
— Ну если только вы не собираетесь... — Твилар не договорил. Его
внимание отвлекло что-то, что происходило за спиной у Мэгги.
— Что случилось? — спросила она, не понимая, что заставило ее
собеседника внезапно замолчать.
— У вас такой вид, словно вы только что видели привидение.
— Простите меня. — Он торопливо извинился, встал и, отодвинув
стул, чуть не налетел на официанта. — Я должен отлучиться, вернусь
через минуту.
Не понимая, чем вызвано его волнение, Мэгги удивленно смотрела ему вслед.
— Еще кофе, мисс? — обратился к ней официант.
Мэгги рассеянно кивнула. Твилар вышел из зала в холл. Спустя десять минут
его все еще не было, и она решила пойти его поискать.
— Простите, мисс? — произнес тот же официант, глазами указывая на
неоплаченный счет.
— О, я сейчас вернусь, — поспешила заверить его Мэгги, хотя
перспектива оставить здесь свой недельный заработок ее отнюдь не радовала.
Она первая заметила Твилара в холле. Он стоял к ней спиной, держа в правой
руке телефонную трубку и жестикулируя левой.
Мэгги решила, что стоит показаться ему на глаза.
— Я надеюсь, ничего плохого? — спросила она как ни в чем не
бывало.
Твилар быстро закончил разговор.
— Дурная голова ногам покоя не дает, — пошутил он. — Но слава
Богу, что я дозвонился, мне надо было кое-что уточнить.
— Все в порядке? — еще раз спросила Мэгги.
— О, не беспокойтесь: только вы не рассердитесь, если я высажу вас там
же на площади Пионеров. — Он бросил взгляд на часы. — Неотложные
дела.
Они снова прошли в зал, и ее спутник расплатился за ленч.
Мэгги ругала себя за то, что ошиблась в Твиларе. Кто-то вмешался и, испортив
ему настроение, явно отбил у него охоту с ней болтать.
Она вспомнила слова Троя.
— Не забывай, что он друг Чэннинга. Она решила, что бессмысленно
выяснять у Твилара, что заставило его внезапно покинуть ее и пойти звонить,
или пытаться снова расспрашивать о Чэннинге.
Может быть, он разговаривал так серьезно именно с ее боссом. Интуиция
подсказывала ей, что она права, но ей оставалось лишь снова теряться в
догадках.
Почти всю дорогу они молчали, Твилар всего несколько раз нарушил тишину,
заговорив о погоде и о предстоящих выборах в городской совет. Правда, один
заданный им словно между прочим вопрос насторожил Мэгги.
— Вы знали кого-нибудь из нашего города до приезда сюда?
— Ни души, — ответила она, не зная, что именно успел рассказать
Чэннинг приятелю о ее прошлом, — но я много слышала о Сиэтле от людей,
которые бывали здесь.
— Да, у нас есть что посмотреть, — кивнул Твилар. — Вы,
наверное, успели завести новых друзей?
Последнее — было скорее утверждением, нежели вопросом, но Мэгги все же
решила ответить.
— Работа почти не оставляет мне досуга, — сказала она, — а
почему вы интересуетесь?
— Просто так.
Мэгги обещала позвонить Трою, если успеет, а поскольку ленч закончился
раньше, чем предполагалось, она вполне успевала зайти в
Дока Мэйнарда
и
связаться с ним, прежде чем вернуться в туннель.
Собственно, то, что она узнала от Твилара, едва ли могло заинтересовать
детектива. Хотя история Брехта сама по себе была любопытной, сомнительно,
что она возбудит у него какие-то новые подозрения. Едва ли ему покажется
важным и то, что Чэннинг был женат на женщине, которая оказалась ему
неверна.
Не отвлекайся
, — снова повторит он и еще раз напомнит ей,
что она попусту тратит драгоценное время.
— Алло, возьми, пожалуйста, трубку, — попросила она, услышав
автоответчик, и удивилась, что Трои молчит. — Алло!
— Вы не мне случайно звоните? — раздался знакомый голос почти у
нее над ухом. Мэгги в испуге обернулась и увидела возвышающуюся над ней
фигуру Кена Кливленда.
— Надо было сообщить кое-что боссу, — с ходу придумала Мэгги,
молясь, чтобы Кливленд не вспомнил о том, что у Чэннинга нет автоответчика.
— Мы с ним сегодня, наверное, увидимся поздно.
— Похоже на телепатию, — ответил Кливленд.
— Он сам звонил вам, не успели вы утром уйти.
— Ой, правда? Кливленд пожал плечами.
— Наверное, хотел посоветоваться. Знаете поговорку — одна голова
хорошо, а две лучше?
Мастер употребил одно из самых любимых выражений отца, и Мэгги даже
вздрогнула от неожиданности.
— Выпьете пива? — предложил Кливленд.
— Нет, спасибо, я только что...
— А, вы же собирались в ресторан.
— Ну да, потому я и переоделась, — объяснила Мэгги. Кен прежде
видел ее только в рабочей одежде и сейчас разглядывал с нескрываемым
интересом ее голубое платье и туфли на высоких каблуках.
— Вы так нарядились, чтобы прийти в
Дока
?
— поинтересовался он. — Нет, не то чтобы здесь было плохо, или что
не так... — Мэгги не успела ему ответить, как он уже задал следующий
вопрос. Может, ваш кавалер не пришел?
— Нет, меня просто высадили рядом, — объяснила Мэгги, хотя
Кливленд явно лез не в свое дело. Она заметила, что перед ним стоит большая,
уже опустошенная наполовину кружка пива. Его не слишком изысканные манеры
свидетельствовали о том, что за сегодняшний день это уже не первая. — А
что у вас там было без меня внизу?
— Ничего, — он кивком указал на кружку, — вот зашел выпить
холодненького.
— Не буду вам мешать. — Мэгги уже успела оглядеть небольшой зал и
заметила, что Кливленд тут один, хотя обычно он звал с собой кого-нибудь из
товарищей.
— Увидимся на работе.
— Может, все-таки выпьете немного? — предложил он снова. —
Чего спешить, еще целый день впереди.
Мэгги было странно услышать подобное из уст человека, который, свято
соблюдая интересы Чэннинга, не давал и минуты передохнуть никому из
подчиненных.
— Я за последнюю неделю уже много пропускала, — сказала
Мэгги. — Надо идти.
— Тогда я сейчас быстро допью и провожу вас, а то вдруг вас обидят какие-
нибудь мерзавцы. Мэгги засмеялась.
— А что, они среди бела дня бродят толпами?
— Ага, выползают наружу, как червяки после дождя. То и дело
натыкаешься.
— В таком случае, я в надежных руках. Считая дело решенным, Кливленд
направился к стойке и, усевшись, указал Мэгги на место рядом.
— Я хотел у вас кое о чем спросить.
— О чем?
— У вас все нормально? Вас долго не было.
— Распоряжение босса, — ответила Мэгги, — но ничего, я
работаю лучше, если мне не дают свободы.
— Лучше некуда.
— Спасибо.
— Я не шучу. Некоторые из наших сомневались в вас сначала.
— Почему?
— Вы женщина.
Последнее замечание задело Мэгги.
— Может, если бы вы взяли к себе женщину раньше, то давно нашли бы, что
ищете.
Кливленд восхищенно хлопнул себя по бедру.
— Вы все же лихая девушка, Мэгги.
— Спасибо.
— Я хочу сказать, вы и та, другая, как день и ночь.
— Другая?
— Тоже соображает, но холодная как льдышка.
— Извините, но я что-то запуталась. Мне казалось, вы говорили, до меня
здесь женщины не работали.
— Работать не работали. Но зато являлись вместе с боссом проверить, что
и как мы делаем.
Мэгги заметила, что пива в его кружке осталось совсем мало, и решила, что
стоит уговорить Кливленда заказать еще, раз он разговорился.
— Значит, это было в прошлом году?
— Да нет же. — Кен вытер рот тыльной стороной ладони. —
Давно, когда я еще не был мастером.
Мэгги почувствовала, как у нее беспокойно забилось сердце.
— А она была красивая, Кен? Кливленд пожал плечами.
— Встречаются и покрасивее. Хотя, конечно, дамочка классная, дорогая.
Не дай Бог при ней чихнуть не так, как положено. Знаете эту породу? В общем
мы ее прозвали... нет, не могу, в смешанном обществе...
— А как ее звали на самом деле?
Глубокая морщина прорезала лоб Кливленда.
— Азиатская штучка, — произнес он наконец. — У них у всех имена звучат на один манер.
— Лин-Мэ?
— Да, так, — подтвердил Кливленд, — или Мэ-Лин. Вы что, с ней знакомы? Мэгги кивнула.
— Женщину вроде нее трудно представить себе в туннеле.
— Вот именно! Как дорогой бриллиант в куче мусора.
— Она и сейчас продолжает бывать внизу? — спросила Мэгги,
удивляясь, что они ни разу не встретились.
— Сейчас нет. А раньше постоянно спускалась вместе с боссом. Раза два в
неделю, не меньше.
— Да, они с Чэннингом близкие друзья.
— Да не с ним, а со старым боссом, — пояснил Кливленд, — с
Клейтоном Прайсом.
Мэгги оторопела. Решив, что не выйдет из бара, пока не выпытает у Кливленда
побольше, она неожиданно сильно закашлялась.
— Эй, что это с вами, — удивился он. — Может, все же выпьете?
— Да, спасибо, немного.
За тот час, что они провели в баре, Мэгги ухитрилась не допить даже одной
кружки, зато мастер прикончил три. Взволнованная тем, что ей стало известно,
она мечтала теперь поскорей остаться в одиночестве, чтобы как следует все
обдумать.
На улице начался небольшой дождь, и тротуары вокруг площади Пионеров стали
мокрыми.
— Еще по одной? — спросил Кливленд.
— Еще одна, и я лопну, — ответила Мэгги.
— Да, вам же еще плыть домой, — заметил он, вспомнив о том, что
она живет на острове. — Вам нравится на Линкс-Бэй?
— Ездить неудобно, но в остальном все хорошо.
Кливленд слез с высокого стула, готовясь покинуть бар.
— Смотрите, не задирайте нос. Мэгги послышалась в его тоне обида.
— Вы думаете, остальным это не нравится? — спросила Мэгги, —
ну то, что я ночую там...
— Нет, черт возьми! Кого касается, чем вы двое занимаетесь наедине, раз
вы отлично справляетесь со своей работой.
Мэгги вспомнила его замечание насчет того, что она женщина.
— Может, хватит намеков? — потребовала она сердито и пошла за ним
к выходу.
Мастер так резко остановился, что Мэгги чуть не налетела на него.
— Проклятье! — выругался он. Кливленд оказался у двери, прежде чем
она успела спросить у него, что случилось.
Для человека своей комплекции двигался мастер удивительно проворно и успел
перебежать на другую сторону улицы как раз в ту секунду, когда желтый свет
светофора сменился красным. Мэгги остановилась, поняв, что ей за ним не
угнаться.
Оттуда, где она остановилась, ей удалось разглядеть, за кем гнался Кливленд.
Стройный юноша с длинными черными волосами стремительно шел по тротуару,
ловко обходя прохожих. Это был индейский подросток. Мэгги одновременно
обрадовалась и испугалась — раз мастер бросился за ним, значит, и ее
опасения были не случайны.
С нетерпением она ожидала, пока светофор снова переключится, чтобы догнать
их обоих.
Хотя до сих пор молоденький индеец попадался ей на глаза не так уж много
раз, то, что он именно сегодня болтался возле бара, едва ли было случайным
совпадением. Возможно, что он, как и Брехт, следит за ней с самого начала.
Доводы Троя, уверявшего ее, что юный шпион следит не за ней, а за Чэннингом,
оказались явно не состоятельными. Наверняка парнишку интересует она. С чего
бы он вдруг стал следить за Кеном Кливлендом?
Если это тот, кого, как рассказывал Кливленд, прозвали
Маугли
, он мог бы
наблюдать за ней под землей, где, вероятно, прекрасно ориентировался. В
туннеле ему было бы проще не попадаться ей на глаза. Зачем ему понадобилось
болтаться в таком людном месте, как площадь Пионеров, было невозможно
понять.
Однако еще трудней было объяснить поведение Кливленда. Почему он сломя
голову понесся за подростком, который ничем не отличался от множества своих
товарищей, любивших собираться возле самой популярной в городе таверны.
Как только зажегся зеленый свет, Мэгги бросилась бежать, выглядывая в толпе
яркую рубашку Кливленда.
Ну надо же было мне вырядиться именно
сегодня, — сокрушалась она, чувствуя, ...
Закладка в соц.сетях
