Жанр: Любовные романы
Взрывоопасные сестрички
...с Норманом гуляли по пляжу, ища ракушки, он вдруг спросил,
не могу ли я сделать ему одолжение.
— Конечно. Говори.
— Присмотри за мамой, ладно?
— Почему? Она вот-вот свалится с небес на своей метле?
— Да нет, дело не в этом. Позаботься о ней вместо меня, хорошо? Тетя
Дебора, я знаю, вы с ней не всегда ладите и она бывает занозой в заднице,
это уж точно, но она моя мама, и я люблю ее. А поскольку я завтра
возвращаюсь в училище, то не смогу...
— Норман, — оборвала я его, поняв, что он не шутит, —
притормози. Расскажи-ка мне, что тебя тревожит.
Он пожал плечами.
— Норман!
— Ладно. Это тот малый, с которым она встречается.
— Барри Шиллер?
Он кивнул:
— Мой отец был мерзавцем, и мне придется с этим жить. Но мне совсем не
хочется, придя домой, обнаружить там очередного мерзавца.
— С чего ты взял, что Барри мерзавец?
— Я не доверяю ему.
— Для этого должна быть причина, Норман. Говори конкретно.
— Он все время висит на телефоне, болтая о всякой ерунде. А когда
обращает внимание на маму, то лишь для того, чтобы расспросить об убийстве,
в котором вы с ней оказались замешаны, на тот случай, если ему придется ее
защищать: не припомнила ли она чего-нибудь нового о той ночи, когда убили
доктора, и все такое. Он... слишком уж корчит из себя адвоката.
— Твоя мать сказала, что он очень увлечен своим делом и это разрушило
его брак. Но это лишь означает, что Барри самовлюбленный и односторонний
человек, а вовсе не мерзавец.
— Ладно. А как тебе вот это: он сделал пластическую операцию!
Я рассмеялась.
— Пластическая операция — не преступление, Норман! Ты поймешь это,
дожив до моих лет.
— Возможно, но никто из мужчин в училище ни за что не стал бы ее
делать.
— Да, вряд ли.
— Ну а этот клоун отсосал себе жир с рожи и сделал... погоди, как
это... химическую подтяжку, вот!
— Химический пилинг?
— Точно! Ах да! А еще он красит волосы! Как баба.
— У него вроде бы каштановые волосы. А какого цвета они были раньше?
— Седые. Как у бабули.
— Откуда ты все это знаешь, Норман? Люди, как правило, не слишком
распространяются о таких вещах.
— От мамы. Увидев Барри на какой-то свадьбе несколько лет назад, она
подумала, что он гораздо старше. Наверное, она упомянула ему об этом, потому
что он назвал ей имя своего хирурга. А волосы он красит сам. По греческому
рецепту.
— При его работе внешность имеет большое значение.
— Ну, так ему придется на некоторое время забыть о ней. У него не рожа,
а черт знает что.
— Почему? Он сделал очередной химический пилинг?
— Нет, подрался с бугенвиллеей в своем саду. Во всяком случае, он так
заявил. А спроси меня, тетя Дебора, так в него вцепилась когтями разъяренная
женщина. — Норман покачал головой. — Этот малый заработал кучу
очков, сперва изображая, что заинтересован мамой, а потом являясь в таком
виде, будто с кошкой подрался.
— С кошкой подрался...
— Ага.
— Потому что у Барри все лицо расцарапано?
— Ага.
— И он говорит, что поцарапался о колючки бугенвиллеи?
— Ага. Сомнительно как-то, верно?
— Сомнительно.
Сердце у меня колотилось с такой силой, что я боялась потерять сознание. Но
сознания не потеряла. Выдержала. Пришлось. Мне не хотелось пугать моего
бедного славного племянника. Ему и так досталось за его короткую жизнь. И
вот теперь, похоже, Норман столкнется с очередной серьезной проблемой. Очень
серьезной. Потому что до меня наконец дошло, что его мамаша в лице Барри
Шиллера подцепила вовсе не очередное ничтожество. На сей раз она нарвалась
на хладнокровного убийцу.
— Тетя Дебора? Ты в порядке?
Нет! — хотелось заорать мне. — Нет!
Мне бы раньше сообразить, корила я себя. Мысли неслись галопом, дыхание
вырывалось короткими толчками.
Ну почему я не прислушалась к своей интуиции? Ведь даже узнав, что Барри
учился с Джеффри в одном колледже, даже прямо спросив его об этом, я не
отнеслась к этому с должной серьезностью. До сих пор не заподозрила, что
Барри влез в жизнь Шэрон лишь для того, чтобы на шаг опережать полицейское
расследование. Но сейчас все казалось таким очевидным и ясным, как будто все
части головоломки стали на место. Барри и есть партнер
Хартли Гиршон
.
Барри и есть тот самый седовласый мужчина с фотографии в доме Джоан. В Барри
вцепился кот Джоан, а вовсе не бугенвиллея и не женщина. Барри застрелил
Джеффри и Джоан в их собственных домах. Я знала это так же точно, как свое
имя. Не знала я только одного — почему?
— Тетя Дебора?
— Все хорошо, Норман. Должно быть, слегка перегрелась на солнце.
Он ласково, но твердо взял меня под руку.
— Вот так. Обопрись на меня, — сказал Норман очень по-взрослому и
заботливо. Пока мы шли по песку к коттеджу, я думала, глядя на него с
любовью и гордостью, что он уже не
малыш Норман
.
— Мне правда хотелось присутствовать на твоем выпуске, — с
сожалением сказала я. — Надеюсь, ты веришь в это?
— Конечно. У тебя ведь тогда была температура. Ты сильно заболела и не
могла приехать.
— Твоя мать так и не простила мне этого. Впрочем, она многое не может
мне простить.
— Ей периодически нужно кого-то шпынять. Такая вот моя мама. Неизвестно
почему.
— Не имеет значения почему. Больше не имеет. Когда мы добрели до
коттеджа, Норман взглянул на часы и сказал, что ему пора.
— Не забудешь наш разговор? Присмотришь за мамой, пока я в училище?
Я крепко обняла Нормана.
— Я люблю твою маму. И присмотрю за ней. Даю слово.
Но она никак не облегчит мне эту задачу
, — подумала я, выпуская
Нормана из объятий. Только не наша Шэрон.
Глава 25
Не успела за Норманом закрыться дверь, как я кинулась звонить детективу
Гилби, молясь, чтобы он оказался на месте. Гилби был на месте. Спокойно,
насколько могла в данных обстоятельствах, я рассказала ему все о Барри.
Гилби отнесся к моим словам весьма скептически.
— Полагаете, он и есть тот малый, которого вы видели на фото у миссис
Шелдон? Только до операции.
— Я не полагаю. Я знаю.
— Ага. Только вот фото это мы не обнаружили, поэтому нам не удастся
доказать, что он и есть тот малый.
— А царапины у него на физиономии? Разве нельзя провести экспертизу и
сравнить результаты с тем, что нашли у кота на когтях?
— У меня нет образцов тканей мистера Шиллера. Я не могу подтвердить,
что на когтях кота имеется его кровь или кожа, если у меня нет образца его
крови или кожи.
— А отпечатки пальцев на местах преступления?
— Если на мистера Шиллера нет полицейского досье, то их мне тоже не с
чем сравнить.
— А то, что Барри и Джеффри учились в одном колледже, а потом Джеффри
убили, а затем — о чудо! — Барри стал адвокатом моей сестры, а Джоан
убили таким же способом, как Джеффри, — все это не наводит ни на какие
мысли?
— Нет ничего, что я могу ему инкриминировать, мисс Пельц. Какой у него
мотив, к примеру? Даже если Барри знаком с доктором Гиршоном и миссис
Шелдон, зачем ему убивать их?
— Из-за витаминного бизнеса. Я совершенно уверена: Барри и Джеффри —
компаньоны в этом бизнесе, а мы уже установили, что эта компания выглядит
весьма сомнительной. Значит, вам нужен мотив? Может, Джеффри обманывал Барри
с дележом прибыли, а Джоан приняла сторону Джеффри? Может, Джеффри
испугался, что финансовая инспекция накроет их, и захотел выйти из дела, а
Барри возражал? Может, Джеффри и Джоан имели компромат на Барри и
шантажировали его? Да я навскидку выдам тысячу
может
!
— Я не вправе арестовать человека на основании предположений.
— Да ну? Вы собирались арестовать нас с Шэрон, имея куда меньше
оснований.
— Но ведь не арестовал же, мисс Пельц. Прошу не забывать этого.
— Вы правы, Фрэнк. Извините. Я просто...
— Беспокоитесь о вашей сестре.
— Да. Вас это удивляет, поскольку в протоколе записано, что мы грыземся
как собаки?
— У моей жены есть сестра, мисс Пельц, и они с ней грызутся как собаки.
Но стоит мне отпустить хоть самое невинное замечание в адрес моей
свояченицы, как жена устраивает мне бойкот.
— Значит, вы понимаете.
— Понимаю. Я вот что сделаю: попрошу кого-нибудь покопаться в прошлом
мистера Шиллера, нанесу ему визит, посмотрю, что ему известно. Если нам
повезет, мы установим реальную связь между ним, доктором Гиршоном и миссис
Шелдон.
— Это было бы здорово. Тогда мы вплотную займемся Барри и вычеркнем
остальных подозреваемых.
— Остальных подозреваемых?
— Ну да. Франсину Гиршон.
— Но вы сказали
подозреваемых
. Множественное число. Кого еще вы
имеете в виду, мисс Пельц? Мы уже вычеркнули мисс Уолтерс, доктора Элкина,
мисс Хорнсби, мисс Кэндалл, мисс Оруэлл и мисс Росс.
— Я имею в виду... — Нет, я не могла назвать Рэя. Не было
оснований. Барри убил Джеффри и Джоан, я уверена, и Гилби скоро найдет тому
доказательства.
— Вы собирались что-то сказать, мисс Пельц?
— Нет, Фрэнк. Я просто подумала, что мы бы сильно продвинулись, если бы
нашли больше сведений о
Хартли Гиршон
. Ведь единственное, что у нас есть
на данный момент, — это дурацкие витамины.
— Так, секундочку. Доктор Гиршон наверняка продал вашей матери
таблетки, раз уж она была его пациенткой.
— Верно.
— В зависимости от того, каким образом она за них заплатила, у нее мог
сохраниться погашенный чек — с названием банка, куда перечислены деньги. Это
дало бы нам ниточку.
Я просияла.
— Скоро перезвоню, Фрэнк!
Я позвонила маме. Никто не ответил. Тогда я поехала к ней домой. Дома тоже
никого не застала. Машины Шэрон не было, и я предположила, что они с
Норманом уже отбыли в Бока. Я запаниковала, представив, что она проведет
ночь с Барри, как только завтра днем Норман улетит в Северную Каролину. Если
мне не удастся вправить ей мозги, моя чертова сестрица бросится в объятия
убийцы, совершенно беспомощная и ничего не знающая. А кроме меня, помочь ей
некому. Вот уж действительно выверт судьбы!
— Где же, черт побери, маменька? — пробормотала я себе под нос,
нервно вышагивая возле дверей ее дома.
Наверное, с Фредом, решила я и подумала, что в семьдесят пять лет трудно
начинать новую жизнь.
Я уже собралась вернуться домой, но тут мама въехала на подъездную аллею.
Когда мама вылезла из машины, я увидела, что она в шлепках, розовом леотарде
и леггинсах.
— Мама! Где ты была? — Я вошла вслед за ней в дом.
— В спортзале. Занималась. Тебе тоже не помешало бы провести там
некоторое время, дорогая. У тебя усталый вид. Подумай, не заняться ли йогой.
— Хорошо. Но сначала я хочу поговорить с тобой о витаминах
Хартли
Гиршон
.
Я рассказала ей, что Гилби выяснил о компании, и попросила поискать чек,
которым она оплатила пилюли. (О Барри я не упомянула.) Минут через десять
мама нашла чек.
Поблагодарив ее, я понеслась в офис шерифа, где вручила чек Гилби. Тот,
рассмотрев его, расплылся в улыбке.
— Ну что? — взвилась я. — Скажите же?
— Присядьте, мисс Пельц, — предложил он и исчез в коридоре. Я
беспокойно ждала. И ждала. И ждала. Вернувшись, Гилби по-прежнему улыбался.
— Ладно, выкладывайте! — потребовала я.
Он сообщил, что мамин чек оприходован Багамским банком в Нассо и деньги
положены на счет
Блю Уотер корпорейшн
... той самой корпорации, что владела
прачечной-автоматом в Ривьера-Бич, где якобы производили пресловутые капсулы
витамина Е Джеффри... той самой корпорации, которая была владельцем дома
Барри в Бока.
— Есть! — аж подпрыгнула я. — Вот она, связь! Он это сделал,
Фрэнк! Барри Шиллер и в самом деле убийца! Теперь вы можете его арестовать,
правда?
— Арестовать его я пока не могу, но у меня есть к нему масса вопросов.
— Отлично! А когда вы его допросите?
— Как только вы перестанете допрашивать меня, мисс Пельц.
Я прыгнула в
понтиак
и помчалась к дому Рэя, кипя от эмоций. Меня
приводило в ужас, что Шэрон связалась с убийцей, но при этом я испытывала
глубокое облегчение, поскольку я не связалась. Рэй невиновен, и я совершенно
напрасно подозревала его.
Когда я остановилась у дома Рэя, он стоял у почтового ящика, листая свежий
номер
Добычи аллигатора
.
— Привет! — Увидев меня, он просиял. — Ты где пряталась? Я
пару раз заскакивал к тебе в коттедж, но не застал. Ты что, избегала меня?
Выскочив из
понтиака
, я ринулась ему в объятия и выбила газету у него из
рук.
— Пожалуйста, скажи, что ты не занят!
Я вовсе не собиралась сознаваться, что действительно избегала его, и
объяснять причину. Мне было слишком стыдно.
Рэй засмеялся, озадаченный и довольный проявлением моей привязанности.
— Я не занят.
— Ты не собираешься кататься на своем мотоцикле?
— Не-а.
— Или идти на свидание?
— Никаких свиданий сегодня.
— Вот и хорошо. Мне нужно поговорить с тобой, моим лучшим другом.
Рэй взял меня за руку и повел в дом.
Едва мы вошли в коридор, как я разрыдалась, уткнувшись ему в плечо. Я вдруг
иссякла, силы мне изменили, словно все неприятности последних месяцев все же
достали меня. Словно проблемы в
Отныне и впредь
, взлом квартиры, мамин
инфаркт, переезд во Флориду, стычки с Шэрон, участие в расследовании,
сомнения в Рэе и последние открытия насчет Барри сплавились в один
гигантский груз, слишком тяжкий, неподъемный для меня.
— О Рэй! — воскликнула я, осознав, что залила своими дурацкими
слезами его красивую рубашку в бело-синюю полоску. — Тебе это совсем не
нужно!
— Откуда ты знаешь, что мне нужно? — мягко проговорил он,
поглаживая меня по волосам. — Давай-ка присядем, и ты мне все
расскажешь.
Кивнув, я переместила себя, любимую, и мои слезы в гостиную.
— Я пока не хочу, чтобы мама знала об этом. — Я рассказала Рэю о
Барри и закончила тем, что Гилби отказался арестовать его, пока не получит
более веских доказательств. — То же относится и к Норману. Мама
заболеет от тревоги, а Норман будет разрываться на части, потому что ему
нужно вернуться в училище. К тому же в первую очередь необходимо сообщить
обо всем Шэрон. Ее я должна предупредить. К несчастью, предупредив сестру, я
спровоцирую очередную войну между нами.
— Ну почему же войну? — возразил Рэй. — Дождись завтрашнего
отъезда Нормана, а потом позвони сестре и скажи, чтобы она держалась
подальше от этого малого.
— Она ни за что на это не купится. Как обычно, обвинит меня в том, что
я не одобряю ее выбор мужчин, сочтет мои слова выпадом против нее, очередной
попыткой ее унизить. И заявит, что я пытаюсь обгадить Барри не потому, что
он того заслуживает, а из зависти. Господи, да я заранее знаю весь сценарий!
— Теперь припоминаю. Вы с ней уже проходили это.
— Да. Когда мы в последний раз сцепились, обсуждая эту тему, то не
разговаривали потом друг с другом битых два года!
— И все же тебе придется позвонить ей.
— Завтра после обеда. После отъезда Нормана.
— Тебе поможет, если я посижу рядом, когда ты будешь ей звонить? Для
моральной поддержки?
— Мне бы очень хотелось этого, Рэй! А поможет это или нет, поживем —
увидим.
На следующий день, в половине шестого, мы с Рэем уселись на пуфы в моей гостиной, собираясь звонить.
— Вперед, на баррикады! — воскликнул он, когда я набрала номер
Шэрон, держа аппарат на коленях.
Я одними губами проговорила
спасибо
и начала ждать. Один гудок, второй. На
третьем взяла трубку помощница Шэрон, изображавшая на мамином юбилее
вертихвостку времен Ревущих 20-х.
— Организация свадеб Шэрон Пельц, — пропела она.
— Привет, Паула! Это Дебора, сестра Шэрон. Она на месте?
— А, Дебора! Сейчас посмотрю.
— Меня просили подождать, — сообщила я Рэю. — Помощница пошла
спросить у Шэрон подойдет ли та к телефону. Шэрон завопит, заверещит и
раскричится, что лучше съест засохший свадебный торт, чем станет
разговаривать со мной, но, в конце концов, возьмет трубку, поскольку мой
звонок может быть связан только с мамой.
— Ты хорошо ее знаешь, — заметил Рэй.
— Боюсь, что да.
— Шэрон подойдет через секундочку, — снова пропела Паула.
Я поблагодарила ее, показав Рэю большой палец.
А потом целую вечность дожидалась, пока дорогуша Шэрон держала младшую
сестренку в подвешенном состоянии.
Наконец она приветствовала меня словами:
— В чем дело, Дебора? Я вся в мыле. Готовлю свадьбу Глассерштайнов и
предварительный ужин, которые состоятся через две недели.
Я не спросила, кто такие Глассерштайны.
— Мне нужно обсудить с тобой кое-что очень важное, Шэрон.
— Это не насчет мамы?
— Нет. Насчет Барри Шиллера.
Она фыркнула:
— До тебя наконец дошло, какой он роскошный улов, и ты хочешь
поинтересоваться, нет ли у него брата?
— Не совсем так. Шэрон, возможно, это приведет тебя в шок, но у меня
есть все основания полагать, что Барри убил Джеффри и его медсестру, Джоан
Шелдон.
— Что, прости?
— Ты слышала. Мне очень жаль, что именно я должна...
— Погоди. Погоди-погоди! Ты что, совсем из ума выжила, Дебора? По
словам мамы, после приезда во Флориду у тебя случился нервный срыв, но ведь
сейчас ты наверняка принимаешь лекарства? Прозак? Золофт? Сент-Джон Уорт?
— Барри был партнером Джеффри в этой их витаминной компании, —
продолжила я. — Он ведь тебе об этом не сказал, верно?
— Конечно, нет! Потому что это неправда.
— Правда.
— Докажи.
— Не могу.
— Вот видишь!
— Не могу, потому что всю прибыль
Хартли Гиршон
они с Джеффри клали
на счет в банке на Багамах. Государство не может заполучить эти деньги. Об
этом он тебе, полагаю, тоже не сказал.
Шэрон вздохнула, показывая, как ей все это надоело.
— Мне очень жаль портить тебе игру в полицейских и воров, в которую ты
втянулась, Дебора, но если у Барри и есть счет на Багамах, то скорее всего
потому, что у него дом в Нассо. В Лифорд-Ки.
— Где-где?
— Лифорд-Ки. Это частный клуб. Эксклюзивный. У Шона Коннери там есть
дом.
— У меня нет слов.
— И правильно. В Лифорде живут кинозвезды, капитаны индустрии, члены
многих королевских фамилий. Гнездо богатых и могущественных. У Барри там
собственность еще с семидесятых.
— Значит, он прячет деньги на Багамах уже более двадцати лет, а затем
отмывает их через прачечные-автоматы, витаминные бизнесы и бог знает что
еще. Вероятно, это он дал начальный капитал для
Хартли Гиршон
и предложил
план, как утаить доходы компании. Иначе, зачем бы Джеффри понадобился
партер? Он ведь был врачом. Запросто мог и сам продавать витамины своим
пациентам. Но ему нужен был компаньон, кто-то знающий всю подноготную работы
с оффшорными банками.
— Да что ты такое несешь?! — воскликнула Шэрон.
— Должно быть, они поддерживали связь после колледжа, — продолжила
я. — Или снова встретились несколько лет назад, во время одного из
морских путешествий Джеффри на Багамы, и разработали за парой
Гумбэйских
смэшей
эту самую витаминную схему.
— Хватит! Я больше не намерена слушать эту чушь! — бросила
Шэрон. — Я не позволю тебе оскорблять Барри, выдумывать, будто он
сделал что-то плохое, и пытаться встать между мной и супружеским счастьем!
— Супружеским счастьем? Шэрон, ты не можешь выйти за Барри! Он убийца,
а кроме того, уклоняется от уплаты налогов. Барри надолго отправится в
тюрьму. И было бы неплохо, чтобы до этого он тебя не угрохал.
Шэрон расхохоталась.
— Он богатый адвокат, холости влюблен в меня. Для тебя это невыносимо,
да, Дебора?
— Шэрон, слушай меня внимательно. Речь идет не о папе. Не о команде
поддержки. Не о сестринской ревности. Ты это понимаешь?
— Я понимаю одно: ты хочешь помешать моему счастью.
— Нет, я хочу спасти тебе жизнь! Отец Нормана был преступником. Барри
Шиллер тоже преступник. Тут есть закономерность. Ты — умная женщина, но
пускаешься в глупейшие эскапады.
— А ты плохо одеваешься, слишком много весишь и никак не можешь
подцепить мужчину!
— Вовсе нет.
— Да.
— Нет.
— Да.
Блямс!
Я беспомощно посмотрела на Рэя.
— Она швырнула трубку...
— Я подумал, что все к тому идет, — кивнул он.
— Я опять позволила ей достать меня, Рэй. А ведь дала себе слово, что
не допущу этого.
— Что сказано, то сказано. А теперь встряхнись и попытайся еще раз.
Думаю, стоит дать Шэрон время успокоиться, а завтра мы съездим в Бока и
поговорим с ней.
— Мы?
— Угу. Я по субботам не работаю.
— Знаю, но ты уверен...
— Абсолютно.
Я поблагодарила его. А потом, внезапно перепугавшись, спросила:
— А вдруг Барри с ней что-нибудь сотворит, Рэй? Вдруг он взбесится,
узнав, что полиция копает под него, и обвинит сестру в том, что это она их
навела? Вдруг он не только хитроват, но и псих в придачу?
— Мы не можем заставить Шэрон держаться от него подальше.
— Не можем?
— Ну, разве что похитим ее.
Я с облегчением улыбнулась:
— Значит, именно так и сделаем.
Мы планировали приехать в Бока в полдень, но в то субботнее утро боги явно
не покровительствовали нам.
Мой
понтиак
не завелся. Я позвонила Рэю, он приехал на своей
хонде
,
заглянул под капот
понтиака
и выяснил, что сдох генератор.
— Можешь починить? — спросила я.
— Нет, тут нужен хороший механик.
— У меня есть хороший механик. Мне нужна хорошая машина.
Мы решили ехать на
хонде
, но выяснилось, что она тоже не заводится.
— У меня сроду с ней проблем не было, — пробормотал Рэй, не сумев
определить, что же стряслось.
— Ну так теперь есть! — Я все сильнее психовала.
Рэй предложил позвонить маме и спросить, нельзя ли взять ее
Дельту 88
, но
я эту идею отвергла.
— Не хочу, чтобы она знала о нашей затее. Если уж наши с сестрицей
ссоры вредны для ее сердца, то представь, какое впечатление произведет на
маму похищение Шэрон.
— Есть другой вариант, — сказал Рэй. — Можно поехать на
индейце
.
— На твоем мотоцикле?
— Это транспортное средство, Дебора. И в прошлые выходные я легко
добрался на нем до Дайтона-Бич. Уверен, и до Бока он сегодня доедет.
— Он-то доедет, а выдержу ли я? Сомневаюсь, что готова к
полуторачасовой поездке на нем, хоть он и красивый. Кататься на
индейце
по
окрестностям — это одно, а мчаться по шоссе, объезжая тракторы да
трейлеры, — совсем другое.
— Все с тобой будет нормально. Безопасность гарантирована.
— Ладно. Но как тогда быть с Шэрон? Куда мы посадим ее, когда похитим?
На руль?
— Никаких проблем. У меня есть мотоциклетная коляска. Посадим ее туда.
Поедет со всеми удобствами.
— Нет, не годится. Что-что, но Шэрон точно не байкерша. Да на нее даже
под угрозой смерти шлем не напялишь: прическу помнет, видишь ли.
Рэй обнял меня за плечи.
— Мне неприятно это говорить, но если мы не поспешим в Бока, Шэрон
может умереть. Точка.
Рэй был прав.
Мы бросили наши машины у моего дома, вызвали такси и заехали к Рэю за
мотоциклом. Напяливая кожаную куртку и шлем, выданные мне Рэем, я лишь
усилием воли заставила себя не завыть, не завопить и не смыться. У меня есть
миссия: спасти сестру. И если ради этого мне придется рисковать жизнью в
седле мотоцикла, то так тому и быть.
Мы прибыли к шикарному ра
...Закладка в соц.сетях
