Жанр: Любовные романы
Мертвым сном
...мне
незнакомы.
И он указал на колдуний. Переждав, пока отзвучат пулеметной очередью имена
наших новых союзников, Билл задал вопрос, который заставил меня разинуть рот
от удивления — настолько он был созвучен моим собственным мыслям.
— А что здесь делает Дебби Пелт?
Вот уж, что называется, с языка снял. Непонятно, правда, откуда Билл знает
Дебби. Я попыталась прикинуть, пересекались ли прежде их пути. Если они и
встречались раньше, то мне об этом ничего не известно. Хотя, конечно, Билл
знал о ее существовании.
— Она — женщина Олси, — осторожно пояснила Пэм.
Я вопросительно подняла брови в сторону вервольфа, и он отчаянно покраснел.
— Она была у него в гостях и решила присоединиться к нам, —
продолжала Пэм. — А что, ты возражаешь против ее участия?
— Она присутствовала в ставке короля Миссиссиппи, когда меня там
пытали, — отчеканил Билл. — Помнится, ей очень нравилось наблюдать
за моими мучениями.
— Дебби, это правда? — потрясенно спросил Олси. Не помню, чтобы
видела его настолько шокированным.
Все обернулись к Дебби Пелт, и ей стоило больших усилий сохранять достойный
вид в перекрестье недружелюбных взглядов.
— Я просто навещала одного своего дружка-вервольфа, который жил там и
работал стражником. — Неплохое объяснение, вот только голос у Дебби
предательски дрожал. — Понятное дело, я ничем не могла помочь Биллу —
меня разорвали бы на кусочки.
— Да и потом, — добавила она с оттенком презрения, — очень
сомнительно, чтобы ты запомнил меня там, ты почти все время был в отрубе.
— Ты принимала участие в пытках. — Билл продолжал говорить
бесстрастно, и от этого был еще более убедительным. — Больше всего тебе
нравились клещи.
— И ты никому даже не обмолвилась, что видела его там! — вновь
заговорил Олси — вот уж кто не был бесстрастным. В голосе вервольфа звучали
и гнев, и горечь, и обещание расставания. — Ты знала, что у Рассела
подвергают пыткам подданного другого королевства — и ничего не предприняла?
— Ради Бога, Олси! Для меня он был просто вампиром! — Теперь Дебби
вновь почувствовала себя в своем праве и говорила почти с
раздражением. — Позже, когда я узнала, что ты отправился вместе со
Сьюки спасать его, чтобы выручить своего папашу из долговой кабалы, я,
конечно же, жалела. Но в тот момент я видела просто вампирские разборки. С
какой стати мне в них вмешиваться?
— Да, но с какой стати порядочному человеку участвовать в пытках? — не сбавлял тона Олси.
Последовала долгая пауза.
— Ну и затем она попыталась убить Сьюки, — прервал ее Билл.
Удивительно, но ему удавалось сохранять свой бесстрастный тон.
— Когда я затолкнула ее в багажник, я не знала, что ты там! —
запротестовала Дебби. — Откуда мне было знать, что я заперла ее с
голодным вампиром?
Она говорила так искренне, что даже я (!) на секунду поверила ей. Что уж
говорить об остальных!
Олси сидел, опустив голову и не отводя взгляда от собственных рук, как если
бы они были вместилищем прорицания, способного подсказать верный путь.
Наконец он поднял лицо и посмотрел на Дебби. Дальше закрывать глаза на
правду было невозможно. Мне стало ужасно жалко Олси. Правда! Не припомню,
чтобы кого-то так жалела за последние десять лет!
— Отрекаюсь от тебя, — медленно произнес он. Полковник Флад
вздрогнул, и все — юный Сид, Аманда, Калпеппер — выглядели потрясенными, как
будто внезапно стали свидетелями некоего редкостного ритуала. — Я
больше не увижу тебя. Я больше не буду охотиться с тобой. Я больше не буду
делить с тобой пищу.
Это и впрямь был старинный и очень важный для оборотней ритуал. Дебби
застыла, раздавленная словами Олси. В комнате повисло гробовое молчание,
только колдуньи о чем-то тихо перешептывались. Даже Бубба притих, хотя я
уверена, что большая часть происходящего никак не задевала хозяина этой
лощеной прически.
— Нет, — сдавленно закричала вдруг Дебби. Она замахала перед собой
руками, будто пытаясь стереть роковые слова. — Нет, Олси!
Напрасные усилия — Олси смотрел сквозь нее. Он больше ее не видел.
Хотя я терпеть не могла Дебби, в тот момент мне было больно смотреть на ее
лицо. Не я одна была шокирована — все присутствующие отводили взгляд от девушки-
оборотня. Кажется, даже предстоящее столкновение с Халлоу отошло на задний
план перед драматизмом ситуации.
— Так, покончили с этим, — взяла инициативу в свои руки
Пэм. — Значит, Сьюки вместе Буббой прокладывает нам дорогу. Она делает
все, что сможет, и подает нам сигнал.
Помолчала мгновение.
— Итак, Сьюки, повторим, что нам нужно узнать: количество людей в доме,
все ли из них являются колдунами, каковы их настроения, ну и вообще все, что
ты сумеешь услышать. Отправь Буббу с информацией к нам, а сама оставайся на
страже. Если ситуация изменится, пока мы подбираемся, дашь нам знать. После
того, как мы займем позиции, ты отойдешь к машинам и отсидишься там в
безопасности во время схватки.
Этот пункт понравился мне больше всего. И то сказать — какой из меня боец в
толпе колдунов, вампиров и вервольфов?
— Ну что ж, все ясно, — ответила я. — Раз уж мне приходится в
этом участвовать...
В этот момент меня словно дернули за руку — я вспомнила про Эрика. В нем
чувствовалась радость предвкушения драки, но вместе с тем робость и
неуверенность.
— А что будет с Эриком? — спросила я.
— В смысле?
— Если вы ворветесь в здание и перебьете всех колдунов — кто снимет с
него проклятие?
В качестве экспертов я обратилась к викканам:
— Скажите, если Халлоу умрет, наведенные ею чары спадут сами собой? Или
Эрик так и останется в нынешнем состоянии?
— Ни о каком
само собой
не может быть и речи. Проклятие должно быть
снято, — произнесла афроамериканка, старейшая из колдуний. — Лучше
всего, если его снимет тот, кто наложил. Это может сделать и другой колдун,
но ему придется затратить гораздо больше сил и времени. Не говоря уж о том,
что мы не знаем типа наложенного заклятия.
Я слушала и старалась не встретиться взглядом с Олси, который все еще не мог
восстановить душевного равновесия. Стыдно говорить, но я ощущала легкое
разочарование от того, что он бросил Дебби только сейчас, а не месяц назад,
когда
я рассказала ему о покушении. Хотя тогда он,
скорее всего, просто не поверил мне. Решил, что я ошиблась, что вовсе не
Дебби Пелт втолкнула меня в машину.
Насколько мне известно, сегодня вообще был первый случай, когда она хоть в
чем-то призналась. Конечно, с оговорками: мол, она не знала, что Билл
находится там же, причем в бессознательном состоянии! А вообще-то сама затея
затолкать человека в багажник и запереть там — не слишком ли невежлива?
Возможно, Дебби Пелт имела привычку врать и самой себе тоже.
Однако следовало послушать, о чем говорят остальные. Если я переживу эту
ночь, у меня будет достаточно времени, чтобы поразмышлять о человеческой
способности к самообману...
Говорила Пэм:
— Так вы считаете, что мы должны сохранить жизнь Халлоу? Чтобы она
сняла чары с Эрика? — Похоже, эта перспектива не очень ее вдохновляла.
Решив, что сейчас не время для самокопаний, я заставила себя внимательно
прислушаться к разговору.
— Нет, — быстро ответила главная колдунья. — Лучше сохранить
ее брата, Марка. Оставлять в живых Халлоу слишком опасно — лучше сразу же
уничтожить ее.
— А чем будете заняты вы? — спросила Пэм. — Как вы поддержите
нашу атаку?
— Мы будем снаружи, в пределах двух кварталов от их дома, —
ответил мужчина-колдун. — Мы наведем чары, лишающие врагов силы и
решимости. Ну и помимо этого, у нас припрятаны некоторые козыри в рукаве.
И он, и его молодая коллега — дама, явно злоупотреблявшая косметикой —
удовлетворенно улыбались — видимо, эти козыри грели им сердце.
Пэм кивнула, будто услышав нечто успокаивающее. А по мне так лучше бы они
дежурили у дома с огнеметом, чем с чарами.
В это самое время Дебби Пелт неловко поднялась, будто ее разбил частичный
паралич, и стала прокладывать себе путь к выходу. Бубба настиг ее в один
прыжок и крепко ухватил за руку. Обернувшись, Дебби так зашипела на него,
что я, наверное, отпрыгнула бы в сторону. Однако на вампира это не произвело
особого впечатления. Никто из вервольфов также не обратили на разыгравшуюся
сценку ни малейшего внимания. Казалось, девушка-оборотень действительно
стала для них невидимой.
— Отпусти меня! — вырывалась Дебби. — Меня не желают здесь
видеть.
Успеха она не добилась — кажется, все ее силы уходили на то, чтобы не
расплакаться.
Бубба пожал плечами. Безучастно держа девушку, он поглядывал на Пэм.
Последнее слово оставалось за ней.
— Если мы отпустим тебя, где гарантии, что ты не предупредишь Халлоу о
нашем наступлении? — рассудила Пэм. — Это было бы вполне в твоем
духе.
Поглядывая на Олси, Дебби всем своим видом изображала оскорбленную
добродетель. Но бывший приятель сохранял спокойствие, словно перед ним
разворачивалось действо, по драматизму приближающееся к прогнозу погоды.
— Билл, присматривай за ней, — решила Пэм. — Если попытается
предать нас — убей.
— Отлично. — Билл выдал одну из своих самых зубастых улыбок.
Затем были сделаны распоряжения насчет транспорта. Колдуньи тихо завершили
свой собственный совет. Пэм скомандовала:
— Все, выходим.
При этом в своем нежно-розовом свитере и розовых слаксах она больше чем когда-
либо напоминала Алису в Зазеркалье. Остановившись перед зеркалом, вампирша
подправила помаду на губах и улыбнулась своему отражению. Сколько раз мне
доводилось видеть эту пробную женскую улыбку!
— Сьюки, дружок! — Теперь ее улыбка предназначалась мне. —
Сегодня великая ночь!
— Неужели?
— Именно так, — Пэм обняла меня за плечи. — Мы защищаем то,
что принадлежит нам! Мы боремся за восстановление нашего вождя!
Она ухмыльнулась в сторону Эрика.
— Завтра, шериф, вы снова будете на своем месте — в
Клыкочущем
веселье
. Вы сможете вернуться в собственный дом, в свою постель. Мы
сохраняем их для вас в неприкосновенности.
Я невольно взглянула на Эрика. Раньше мне не доводилось слышать, чтобы Пэм
озвучивала его официальное звание. Хотя каждый региональный глава вампиров
носил звание шерифа, и я к этому уже привыкла, но применить этот титул к
Эрику мне не удавалось. Перед глазами так и вставала картинка: мой друг в
ковбойском прикиде и с шерифской звездой на груди... Или, еще того лучше, в
черном обтягивающем трико, как подлый шериф Ноттингема. Мне также показался
интересным тот факт, что Эрик не жил здесь, вместе с Пэм и Чжоу.
Эрик очень серьезно посмотрел на свою заместительницу, от чего улыбка ее как-
то испарилась.
— Пообещайте, что если сегодня ночью я умру, — произнес он,
обнимая меня за плечи, — вы заплатите этой женщине обещанные деньги.
Я была прямо-таки задрапирована в вампиров.
— Клянусь, — ответила Пэм. — Чжоу и Джеральд тоже в курсе.
Но это было еще не все.
— Скажи, ты знаешь, где находится ее брат? — спросил Эрик.
Я невольно отодвинулась от Пэм.
— Нет, шериф, — твердо ответила та.
— Я вот подумал: вы вполне могли бы взять его в заложники, чтобы
обезопаситься от предательства, — пояснил Эрик.
Очень неглупая мысль, хоть и новая для меня. Очевидно, мне предстоит еще
учиться и учиться, чтобы сравняться с вампирами в вероломстве.
— Сожалею, что не подумала об этом, — озвучила мои мысли Пэм, хоть
и на свой собственный лад. — Было бы совсем неплохо залучить в дом
такого пленника, хоть ненадолго.
Нет, пусть мне кто-нибудь объяснит: Джейсон что — обладает универсальными
чарами?
— К сожалению, он не у нас, — подытожила Пэм. — Если мы
сегодня выкарабкаемся, я лично займусь поисками твоего брата, Сьюки ... А
Халлоу не могла схватить его?
— Возможно, — вздохнула я. — Правда, Клодин не видела там
никаких пленников, но она заглядывала не во все комнаты. С другой стороны,
зачем бы Халлоу понадобился Джейсон? Если только она прознала, что Эрик у
меня... В этом случае они могли похитить Джейсона, чтобы заставить меня
говорить. Собственно, вы таким же образом могли бы заставить меня молчать.
Но Халлоу никак не дала о себе знать. А трудно шантажировать человека, не
вступая с ним в контакт.
— Тем не менее, я на всякий случай накажу всем, кто попадет в здание,
искать Джейсона, — пообещала Пэм.
— А что с Белиндой? — спросила я. — Вы сделали какие-нибудь
распоряжения относительно больничных счетов?
Пэм глядела на меня, недоумевая.
— Это официантка, пострадавшая в баре, — сухо напомнила я. —
Забыла? Подруга Джинджер, которая
погибла.
— Конечно, — подал голос Чжоу, подпиравший стену. — Она
поправляется. Мы послали ей цветы и конфеты. Плюс у нас групповой страховой
полис.
Он был горд, как новоявленный папаша.
Пэм его рапорт, казалось, порадовал.
— Ну хорошо, — сказала она. — Пора их осчастливить. Ты готова
выходить?
Я пожала плечами:
— Полагаю, да. Какой смысл ждать, да и чего бы?
Пока Пэм и Чжоу советовались, каким транспортом лучше добираться, а Джеральд
отлучался проконтролировать, все ли идет по плану, ко мне подошел Билл.
— Как Перу? — вежливо спросила я, чувствуя за спиной огромную
молчаливую тень Эрика.
— Поездка оказалась очень полезной, — ответил Билл. — Я
сделал много заметок для своей книги. В целом Южная Америка не очень
гостеприимна к вампирам, но Перу далеко не самая враждебная страна. Я
встретился с некоторыми вампирами, о которых не слышал прежде.
Вот уже несколько месяцев Билл собирал сведения о вампирах по указанию
королевы Луизианы, считавшей полезным обладание максимумом информации. Не
все подданные разделяли ее мнение, многие очень рьяно возражали против
нарушения своего инкогнито, пусть даже в рамках собственного сообщества.
Ничего не поделаешь, привычка к скрытности вырабатывалась у вампиров веками.
Кроме того, имелись отдельные ретрограды, которые по старинке жили на
кладбищах и еженощно выходили на охоту. Они отказывались признавать
изменения, произошедшие в последние годы. Мне все это напоминало истории о
японских солдатах, еще долгие годы после завершения Второй Мировой войны
удерживавших отдельные тихоокеанские острова.
— Удалось посмотреть развалины, о которых ты говорил?
— Мачу-Пикчу? Да, я в одиночку поднимался на вершину. Получил
незабываемые впечатления.
Я словно вживе увидела, как Билл восходит на гору, рассматривая облитые
лунным светом останки древней цивилизации. Мне трудно представить, что
именно человек должен чувствовать при этом, я ведь никогда не выезжала в
другие страны. Если уж на то пошло, я и за пределами своего штата бывала
нечасто.
— Значит, это Билл, твой бывший приятель? — Голос Эрика звучал
несколько... напряженно.
— Э-э... ну да. Типа того, — промямлила я. Действительно
бывший
,
вот только слово
приятель
мне не очень нравилось.
Эрик положил обе руки мне на плечи и придвинулся поближе. Не сомневаюсь,
через мою голову он в упор глядел на Билла, стоящего напротив. Выбрось
недужный шериф транспарант
ОНА МОЯ
— происходящее не стало бы очевиднее.
Арлена неоднократно упоминала о том, как обожает предоставлять своему
очередному бывшенькому явные доказательства собственной нужности кому-то
помимо него. Должно быть, у нас совершенно разные вкусы. Я ненавижу подобные
ситуации и чувствую себя в них конфузно и нелепо.
— Ты действительно не помнишь меня? — с сомнением спросил Билл у
Эрика.
Затем, глядя мне в глаза и совершенно игнорируя своего шефа, будто того и не
было поблизости, он заявил:
— Откровенно говоря, думаю — все это подстроено, чтобы поселить Эрика в
твоем доме и облегчить ему путь в твою постель.
Я не стала протестовать, поскольку подобная мысль посетила в свое время и
меня, хоть и ненадолго, а залилась вместо этого краской.
— Нам пора в машину. — Я обернулась к Эрику. Лицо его абсолютно
ничего не выражало, что всегда сигнализировало об опасном состоянии духа.
Тем не менее он послушно двинулся за мной к двери. Дом постепенно пустел,
выплескивая своих обитателей на узкую окраинную улочку.
Интересно, а что думают о здешних жильцах соседи? Конечно, им известно, что
дом арендуют вампиры — ни души в течение дня, работы по дому и во дворе
выполняют наемные рабочие-люди, а все визитеры бледны как смерть и
заявляются по ночам. Думаю, сегодняшняя активность не могла пройти
незамеченной.
Ехали молча. Эрик сидел возле меня на пассажирском месте и пользовался
каждым удобным случаем, чтобы прикоснуться ко мне. Не знаю, кто подвозил
Билла, но рада, что не я — уровень тестостерона в машине и так был
непозволительно высок.
Бубба развалился на заднем сидении, что-то напевая себе под нос. На слух это
напоминало
Love Me Tender
...
— Дерьмовая машина, — проворчал Эрик. Судя по всему, он был не в
лучшем настроении.
— Да, — согласилась я.
— Ты боишься?
— Да.
— Если все закончится благополучно, ты по-прежнему будешь встречаться
со мной?
— Конечно, — ответила я, чтобы сделать ему приятное. Я была
убеждена, что после сегодняшней ночи ничто не останется по-прежнему. За
невозможностью подтвердить обладание необходимыми для любого вампира
качествами — доблестью, умом и безжалостностью — положение нынешнего Эрика
было очень шатким. Уверена, в бою он не спасует, но в данный момент мой друг
нуждался в утешении.
Каждому участнику операции было предписано определенное место парковки,
чтобы неожиданный наплыв автомобилей не привлек внимания Халлоу и ее ковена.
У меня тоже имелась в наличии карта с отмеченным пунктом назначения.
Крошечный крестик украшал строение в самом уединенном уголке юго-восточной
части города, на пересечении двух крупных улиц. В полном молчании мы
направились туда.
Район выглядел не очень респектабельно. Примерно половину домов клеймила
печальная табличка
Продается
, да и остальные явно нуждались в ремонте и
обновлении. Машины на газонах стояли в основном побитые, а сами газоны то
там, то сям зияли проплешинами: очевидно, домовладельцы не обременяли себя
возделыванием и поливкой. За каждым окошком светился экран телевизора.
Я порадовалась, что на дворе стояла зима и люди прятались по домам.
Появление в этом районе двух белых вампиров с дамой-блондинкой наверняка
вызвало бы пересуды, если не выплеск агрессии. Плюс ко всему — один из
вампиров был слишком известен, его узнавали даже с учетом произошедших
изменений во внешности. Именно поэтому Буббу предпочитали держать в тени.
Скоро мы остановились в безветренном закутке, где Эрику надлежало расстаться
с нами и присоединиться к остальным вампирам. Нам же с Буббой предстояло
отправиться дальше. К этому времени я была настолько напряжена, что,
казалось, тронь пальцем — завибрирую как струна. Однако целомудренно-
безмолвное прощание, похоже, не устраивало Эрика. Он стиснул мои руки и
поцеловал что было сил. А сил тех, поверьте, было немало.
— Вам не полагается целоваться или что-то в этом роде, мисс
Сьюки, — заволновался Бубба. — Билл говорил, это нормально... Но
мне не нравится.
Прошла еще секунда, прежде чем Эрик оторвался от меня.
— Извини, если обидели, — бросил он Буббе и снова обернулся ко
мне. — Увидимся позже, родная.
Я провела пальцем по его щеке.
— Позже, — повторила я и отвернулась, чтобы скрыться в темноте с
Буббой.
— Вы ведь не злитесь на меня, мисс Сьюки? — обеспокоился он.
— Нет, — ответила я и улыбнулась, зная, что он увидит улыбку — у
моего провожатого отменное зрение.
Ночь стояла холодная, и мое старое пальтишко, казалось, совсем не грело. Я
пожалела, что не взяла перчаток — руки замерзли и покраснели, нос окоченел
до онемения. Непонятно, как ему удавалось чуять дым каминов, запах бензина,
масла и выхлопных газов, а также прочие автомобильные запахи, которые,
собственно, и составляют Аромат Города.
Но в этом районе было что-то еще, отличавшееся от обычного городского амбре.
Это нечто сгущалось в воздухе в плотные, почти видимые клубы, от которых
подводило живот. После минутного раздумья я поняла: это запах магии. Так в
моем понимании должно пахнуть на восточных базарах. При той концентрации,
что присутствовала здесь, эффект был просто ошеломляющим. Неужели местные
жители не жалуются в полицию? Или, может, запах магии доступен не каждому?
— Бубба, ты чувствуешь что-нибудь необычное? — спросила я очень
тихо.
Одна-две собаки подали голос при нашем появлении, но быстро смолкли,
распознав вампира. (Надеюсь, для них Бубба являлся чем-то непривычным).
Собаки, как правило, испытывают перед вампирами устойчивый страх, в то время
как отношение к вервольфам и оборотням у них менее предсказуемое.
Движение в нужном направлении стоило мне изрядных усилий — больше всего на
свете мне хотелось вернуться в машину и укатить обратно.
— Да, конечно, — прошептал мой спутник. — Кто-то наложил
охранную магию.
Не знаю уж, кого благодарить за столь сильные чары — наших виккан или
колдуний Халлоу, — но эффект получился потрясающий.
Ночь казалась неправдоподобно тихой. За все время, пока мы блуждали в
лабиринте окраинных улочек, мимо проехало всего две-три машины. На улице не
было ни души, и зловещее ощущение изоляции росло с каждым шагом. По мере
нашего приближения к искомому зданию запах магии усиливался.
Становилось все темнее, уличные фонари не в силах были рассеять мрак. Я
спотыкалась на каждом шагу, поэтому когда Бубба взял меня за руку, я с
благодарностью приняла его помощь.
Подумалось, что сходный душок витал в разгромленном
Клыкочущем веселье
—
должно быть, Сиду и его товарищу было не так уж сложно идти по следу.
— Мы почти пришли, мисс Сьюки, — сказал Буббаы, когда мы завернули
за угол; голос его, словно нить в иголку, проник в тишину ночи.
Я упорно продолжала двигаться вперед, поскольку знала, что дело в магии:
именно она — источник мрака и безнадежности, что мешают мне идти. Но
поверьте, если б я была неосведомленной о первопричинах местной жительницей,
то подумала бы дважды, прежде чем подойти к зачарованному (или
пр
оклятому?) месту. Лучше уж сделать крюк в два лишних
квартала! Наверное, здешние обитатели после работы не торопятся домой:
обедают в ресторанчиках, пьют в барах, торчат в киношках — все что угодно,
лишь бы не возвращаться в квартиры. Неудивительно, что любой дом на этой
улице выглядел подозрительным и заброшенным.
Источник гнетущих магических флюидов располагался в конце квартала, через
дорогу.
Халлоу выбрала для своего укрытия отличное место: она арендовала большое
здание, в прошлом — цветочный магазин, комбинированный с булочной. Заведение
Цветы и кексы Минни
занимало когда-то одно из трех сооружений, торчавших
на отшибе, как три свечи канделябра. Очевидно, постройка пустовала не один
год. Ее зеркальные окна были заклеены плакатами, рекламирующими давно
ушедшие события и превозносящими политических деятелей, чья карьера
закончилась крахом много лет назад. Во избежание вандализма стеклянные
некогда двери заколотили фанерой — верный знак прошлых взломов.
На парковочной площадке даже в зимнее время сквозь трещины пробивалась
трава. Справа стоял большой мусорный контейнер. Прежде чем подойти поближе и
переключиться на внутреннее в
идение, я внимательно все
...Закладка в соц.сетях
