Жанр: Любовные романы

Клуб мертвяков

сторінка №2

друг с друга на Буббу и мертвеца.
Да, теперь мы и впрямь оказались в беде.
— Я его кокнул, — гордо объявил Бубба. — Я вас спас, мисс
Сьюки.
Если в твоем баре появился Человек из Мемфиса, который еще и оказался
вампиром, и если он на твоих глазах убил возможного агрессора — да, такое не
просто переварить сразу, даже Сэму, а ведь он не так прост, как кажется.
— Кокнул, кокнул, — успокоил Сэм Буббу. — Знаешь, кто это?
Я мертвецов никогда не видела — только когда бывала в стенах местного морга.
Конечно, в техническом смысле Билл тоже мертв, но я имею в виду мертвых
людей .
Что-то частенько они стали попадаться мне теперь. Слава Богу, я не очень
подвержена приступам тошноты.
Данному конкретному трупу было около сорока лет, и каждый из этих годов явно
дался ему непросто. Руки у него были покрыты татуировками, плохого качества,
такие делают в тюрьме, вдобавок у него отсутствовали несколько коренных
зубов. Одет он был, по-моему, как байкер: грязные синие джинсы и кожаный
жилет, под которым — футболка с непристойным рисунком.
— Что на спине жилетки? — спросил Сэм, будто для него это имело
значение.
Бубба любезно присел на корточки и перекатил человека на бок. Кисть трупа
безвольно ударилась об пол, и меня затошнило. Но я заставила себя посмотреть
на спину жилета, украшенную изображением волчьей головы. Та была изображена
в профиль, так словно волк выл на фоне белого круга, видно,
символизировавшего собой луну. При виде рисунка Сэм еще больше заволновался.
— Вервольф, — изрек он.
Да, это объясняет многое.
Погода была слишком промозглой, чтобы человек надел только жилет, если он не
вампир. Конечно, вервольфы мерзнут меньше, чем нормальные люди, но обычно
они в холодную погоду стараются надевать верхнюю одежду, потому что Общество
вервольфов все еще засекречено от расы людей (за исключением счастливицы —
меня и, возможно, еще нескольких сотен таких, как я). Я подумала — не
оставил ли убитый свою куртку на вешалке в баре у главного входа; в таком
случае он бы прятался в мужском туалете, в ожидании моего появления. Или мог
войти через служебную дверь сразу за мной. Может, оставил куртку в своей
машине?
— Бубба, ты видел, откуда он явился? — Я чувствовала легкое
головокружение.
— Да, мисс. Он, видно, ждал вас на большой парковке. Объехал дом, вышел
из машины и подошел к служебному входу через минуту после вас. Вы влетели в
дверь, тут и он вошел. А я за ним. Вам очень повезло, что я с вами.
— Спасибо, Бубба. Ты прав — мне повезло, что ты тут. Интересно, что он
хотел со мной сделать. — Я похолодела от одной мысли. Может, он просто
высматривал одинокую женщину, чтобы ограбить, или хотел ограбить именно
меня? И тут я поняла, что все это глупости. Если Эрик настолько испугался,
что прислал охрану, он, видно, знал, что мне угрожает опасность, так что я
не попадаю в категорию случайная жертва нападения. Не сказав ни слова,
Бубба вышел через заднюю дверь и спустя минуту вернулся.
— У него на переднем сиденье машины была клейкая лента и что-то вроде
кляпа. И вещи его там. Я принес — положим ему под голову. — Он
наклонился и обмотал голову и шею убитого толстой камуфляжной курткой. Это
было кстати — из человека немного текло. Закончив свои манипуляции, Бубба
облизал пальцы.
— Сэм обнял меня, потому что я начала дрожать.
— Но все же странно... — я не договорила, потому что начала медленно
открываться дверь, ведущая в бар. Я мельком заметила лицо Кевина Прайора. Он
милый парень, но полицейский, а этого нам как раз не хватало.
— Простите, проблемы с водопроводом, — я рывком захлопнула дверь
прямо перед его удивленным лицом. — Послушайте, ребята, почему бы мне
не подержать эту дверь? А вы вдвоем отнесете этого парня в его машину, и
потом будем думать, что с ним делать. — Пол в коридоре надо будет
протереть. Я вдруг сообразила, что дверь коридора запирается. Я только
сейчас это поняла.
Сэм засомневался:
— Сьюки, ты не думаешь, что надо вызвать полицию?
Год назад я уже названивала бы 911, не дав еще телу упасть на пол. Но
прошедший год был для меня как длинная кривая роста моего жизненного опыта.
Я встретилась глазами с Сэмом и выразительно посмотрела на Буббу:
— Как, по-твоему, он перенесет тюрьму? — пробормотала я. Бубба уже
мурлыкал вступительные строки Голубого Рождества. И я уточнила: — Нам с
тобой, ясно, такое было бы не под силу.
Поколебавшись минуту, Сэм кивнул, смирившись с неизбежным:
— Ладно, Бубба, давай-ка вдвоем перетащим этого парня в машину.
Я побежала за шваброй, пока мужики — ну, вампир и оборотень — выносили
байкера через служебную дверь. Когда они вернулись вместе с порывом
холодного ветра, я уже убрала коридор и мужскую ванную комнату (как положено
поступать, если там действительно протечка). И побрызгала в коридоре
освежителем воздуха.

Хорошо, что мы обернулись так быстро, потому что как только я отперла дверь,
Кевин тут же распахнул ее.
— Ну, все у вас в порядке? — Кевин занимается бегом, так что у
него нет ни капли жира на теле, и он довольно не крупный парень. Он внешне
смахивает на овцу, живет все еще при маменьке, но при всем при том вовсе не
дурак. Когда-то я послушала его мысли, и они были или о работе в полиции,
или о его партнерше — черной амазонке Кении Джонс. В данный момент в его
мыслях царила профессиональная подозрительность.
— По-моему, мы его починили, — ответил Сэм. — Ноги вытрите,
мы только что тут пол помыли. Не поскользнитесь, чтобы не пришлось подавать
на меня иск! — и улыбнулся Кевину.
— У вас там кто-то есть? — Кевин кивнул на закрытую дверь.
— Один из друзей Сьюки, — объяснил Сэм.
— Я, пожалуй, пойду в бар, притащу чего-нибудь выпить, — весело
сказала я, одаряя их обоих улыбкой.
Проверила, в порядке ли моя прическа — конский хвост, и зашевелила
кроссовками. В баре было почти пусто, и моя сменщица Чарлси Тутен при виде
меня вздохнула с облегчением.
— Ну, и скучная же сегодня была ночка, — пробормотала она. —
Эти ребята за шестым столом целый час цедили один кувшин, а Джейн Боудхаус
старалась подцепить каждого входящего. Кевин всю ночь строчил что-то в
блокноте.
Я взглянула на единственную даму-посетительницу бара, стараясь не выказывать
внешне своего отвращения. В каждом питейном заведении есть свой набор посетителей-
алкоголиков, они приходят к открытию и уходят с закрытием. У нас из таких
была Джейн Боудхаус. Обычно Джейн напивалась у себя дома, но каждые две
недели ей приходило в голову, что надо придти и подцепить мужика.
Возможность подцепления становилась все более сомнительной, и не только из-
за того, что Джейн было под пятьдесят, но когда человек десять лет пьет без
продыху, это скверно сказывается на его внешности, скажем так.
Сегодня я заметила, что при нанесении боевой раскраски Джейн утратила
ощущение истинных размеров своих бровей и губ. И результат был весьма
тревожный. Придется вызывать ее сына, чтобы забрал матушку домой. С одного
взгляда было ясно, что за руль ей не сесть.
Я приветственно кивнула Чарлси и помахала рукой Арлене, другой официантке,
сидевшей за столиком со своим последним объектом страсти, Баком Фоули. Да,
видно, полный застой, если Арлена не на ногах. Арлена помахала мне рукой в
ответ, встряхивая рыжими кудряшками.
— Как детишки? — прокричала я, вынимая из посудомоечной машины
несколько стаканов. Мне казалось, что я держусь вполне нормально, пока не
заметила, что у меня сильно дрожат руки.
— Отлично. У Коби все отметки на уровне А, а Лиза получила В за
правописание, — широко улыбнулась Арлена. Если кто считает, что
побывавшая четыре раза замужем женщина не может быть хорошей матерью, пусть
посмотрит на Арлену. Ради Арлены я улыбнулась и Баку. Бак — парень довольно
средний, Арлена с ним встречается, но для него это много чести.
— Здорово! Толковые детишки, как и мама, — отреагировала я.
— Слышь, тебя тот парень нашел?
— Какой? — хотя мне показалось, что я догадываюсь, о ком идет
речь.
— Такой, одет, как мотоциклист. Он спрашивал, не я ли та официантка,
что встречается с Биллом Комптоном, потому что у него поручение к ней.
— И не знал моего имени?
— Нет, странно, правда? О, Господи, послушай, Сьюки, если он не знал,
как тебя зовут, как же он мог придти от Билла?
Видимо, свои таланты Коби унаследовала от отца, если Арлена так долго шла к
этому выводу. Что ж, я люблю ее за характер, а не за умственные способности.
— Ну, и что ты ему сказала? — улыбнулась я ей. Улыбка вышла
нервная, ненастоящая. Я не всегда отдаю себе отчет, что нервничаю.
— Я сказала ему, что нет, я люблю мужиков теплых и дышащих, —
засмеялась она. Иногда Арлена бывает довольно бестактной. Я решила, что надо
обдумать, в честь чего я держу ее за хорошую подругу. — Нет, конечно, я
так не сказала. Я просто объяснила, что ты блондинка и приходишь в девять.
Спасибо, Арлена. Итак, агрессор знал, как я выгляжу, потому что моя лучшая
подруга меня ему описала; но не знал ни моего имени, ни адреса, просто — что
я работаю в баре Мерлотта и встречаюсь с Биллом Комптоном. Немного
утешительная информация, но все равно не фонтан.
Три часа тащились бесконечно. Сэм пришел в зал, шепнул мне, что дал Буббе
посмотреть журнал и попить бутылку Поддержателя Жизни, и начал возиться за
стойкой бара.
— Как получилось, что этот парень был на машине, а не на
мотоцикле? — тихо пробормотал Сэм. — Как получилось, что на его
машине номера штата Миссисипи? И замолчал — подошел Кевин проверить,
собираемся ли мы вызвать сына Джейн, Марвина. Пока Сэм звонил, Кевин стоял
рядом, так что нам удалось заручиться обещанием сына явиться в бар Мерлотта
через двадцать минут. После этого Кевин убрался, держа подмышкой блокнот.

Интересно, подумала я, что это он, в поэты заделался или просто сводку свою
пишет?
Четверка, старавшаяся игнорировать Джейн, посасывая пиво из кувшина с
черепашьей скоростью, наконец допила и ушла, каждый оставил после себя на
столе доллар — вроде как чаевые. Какие кутилы, смотри-ка. Как правило, мой
путь не усыпан такими клиентами.
Арлене оставалось полчаса до конца смены. Она подсчитала выручку и
отпросилась уйти вместе с Баком. Дети ее были у бабушки, так что им с Баком
светило недолгое уединение в его трейлере.
— Билл скоро вернется? — спросила она меня, натягивая пальто, пока
Бак обсуждал с Сэмом футбол.
Я пожала плечами. Три ночи назад он отзвонился мне, доложил, что
благополучно прибыл в Сиэттл и встречается — с тем, с кем ему надо было
встретиться. В его мобильном исправно звучало: Абонент недоступен. Мне
почудилось, что это слово четко отражало всю ситуацию. И это казалось плохой
приметой.
— Ты... соскучилась по нему? — ее слова прозвучали двусмысленно.
— А ты как думаешь? — я улыбнулась уголками рта. — Иди домой,
желаю тебе хорошо провести время.
— Бак очень хорош, когда все хорошо, — она смотрела на меня как-то
искоса.
— Повезло тебе.
Итак, когда прибыла Пэм, в баре Мерлотта оставалась только Джейн Боудхаус.
Джейн можно не считать: она уже была не в этой реальности.
Пэм — вампирша, она совладелец Клыкочущего веселья, туристского бара в
Шривпорте. Она вторая в их иерархии после Эрика. Пэм — блондинка, ей порядка
пары сотен лет с хвостиком, и у нее действительно есть чувство юмора — что
для вампиров не характерно. Если вампир способен быть другом, то для меня
она была ближе всего в этом качестве.
Она уселась на табурет и посмотрела на меня поверх полированной поверхности
стойки.
Это был зловещий признак. Я ни разу не встречалась с
Пэм нигде, кроме как в Клыкочущем веселье.
— В чем дело? — приветствовала я ее с напряженной улыбкой.
— Бубба где? — спросила она своим резковатым голосом. И посмотрела
поверх моего плеча. — Эрик рассердится, если Буббы тут нет. — Я в
первый раз обратила внимание, что Пэм говорит с легким акцентом, непонятно
каким. Может, просто модуляции древнеанглийского?
— Бубба там, в офисе Сэма, — я не сводила глаз с ее лица. Я
хотела, чтобы удар обрушился, наконец, поскорее. Сэм подошел, встал рядом со
мной, я их познакомила. Пэм приветствовала его с гораздо большим уважением,
чем простого человека (которого она и не заметила бы), потому что Сэм был
оборотень. И я ожидала от нее проявления интереса, поскольку Пэм всеядна в
вопросах пола, а Сэм — привлекательное сверхъестественное существо. Хотя
вампиры не отличаются выразительными лицами, но мне показалось, что Пэм
определенно несчастна.
— Ну, и в чем дело? — помолчав, спросила я.
Взгляд Пэм встретился с моим. Мы обе блондинки с синими глазами, но на этом
наше сходство кончается. С тем же успехом можно сказать, что две собаки —
обе, мол, животные. У Пэм волосы прямые и тусклые, а глаза очень темные.
Сейчас они были полны тревоги. Она со значением поглядела на Сэма. Не говоря
ни слова, он отошел помочь сыну Джейн — измученного вида человеку лет
тридцати — перетащить ее в машину.
— Билл пропал, — бросила Пэм, резко изменив тон беседы.
— Нет, не пропал. Он в Сиэттле, — ответила я. Преднамеренно тупо.
Я усвоила это слово из моего календарика Слово-в-День только сегодня
утром, и вот уже пришлось им воспользоваться.
— Он тебя обманул.
Я выслушала ее без комментариев, сделав рукой знак продолжай.
— Все это время он был в Миссисипи. Поехал в Джексон.
Я уставилась на деревянную стойку бара с толстым полиуретановым покрытием. Я
и так догадывалась, что Билл мне соврал, но выслушать это сказанное вслух,
громко, было невероятно больно. Он меня обманул, и вот он пропал.
— И что же... что вы станете делать, чтобы отыскать его? — мне
самой был противен мой неуверенный голос.
— Уже ищем. Делаем все, что можем. Тот, кто поймал его, может и за
тобой охотиться. Поэтому Эрик послал Буббу.
Я не могла ей ответить. Я изо всех сил старалась держать себя в руках.
Вернулся Сэм, — видимо, заметил, как я подавлена. Стоя в нескольких
сантиметрах за моей спиной, он сказал:
— Сегодня кто-то хотел похитить Сьюки по пути на работу. Бубба ее спас.
Тело нападавшего спрятано за зданием бара. Мы его вывезем, когда закроемся.
— Как, уже? — голос Пэм прозвучал совсем несчастно. Она взглянула
на Сэма, кивнула. Он был ее брат, сверхъестественное существо, хотя для него
вампир — существо второго сорта. — Я лучше пройдусь до машины и
посмотрю, что там найдется.

Пэм считала естественным, что мы сами разберемся с телом, а не будем
обращаться к официальным властям. Вампиры всегда нарываются на неприятности,
когда обращаются к властям для принудительного исполнения закона и когда
поступают как законопослушные граждане, то есть информируют полицию, если
произошло что-то незаконное. Хотя вампиры не имеют права служить в
вооруженных силах, но они могут стать полицейскими и даже любят эту службу.
Но вампиры-полицейские часто изгои для других мертвяков.
Я предпочла бы лучше думать о вампирах-полицейских, чем о словах Пэм.
— Ну, и когда Билл исчез? — спросил Сэм. Голос его звучал ровно,
но чувствовалось, что он рассержен.
— Вчера вечером он должен был появиться, — объяснила Пэм. Я
вздрогнула — это для меня было новостью. Почему же Билл не сказал мне, когда
вернется? — Он собирался приехать в Бон Темпс, позвонить нам в
Клыкочущее веселье, сообщить о прибытии, а сегодня мы должны были
встретиться. — Из уст вампира это звучало как детский лепет.
Пэм защелкала кнопками на своем мобильнике; слышались отдаленные гудки.
Потом я слушала ее разговор с Эриком. Пересказав ситуацию, Пэм сказала: —
Она тут. Ничего не говорит.
И сунула мне трубку. Я автоматически поднесла ее к уху.
— Сьюки, слушаешь? — Я знала, что Эрику слышно, как шуршат мои
волосы панель телефона, слышно мое дыхание.
— Знаю, слушаешь. Значит, поступай так, как я скажу. Прежде всего,
никому не говори о том, что произошло. Веди себя как обычно. Живи своей
жизнью, как и прежде. Кто-то из нас все время будет рядом, даже если ты не
будешь их видеть. Даже днем мы найдем способ охранять тебя. Мы отомстим за
Билла, и тебя защитим.
Отомстим за Билла? Значит, Эрик уверен, что Билл мертв. То есть, не
существует.
— Я не знала, что Билл должен был приехать вчера вечером, —
прозвучало так, будто это — самое важное из услышанного мной сегодня.
— Да, должен был, — он собирался рассказать тебе дурные вести, — вдруг выпалила Пэм.
Эрик, слыша ее слова, недовольно фыркнул:
— Пусть Пэм заткнется, — впервые за все время нашего знакомства он
был так разозлен. Я не сочла нужным передавать его слова, решила, что Пэм
сама их услышит. У большинства вампиров очень тонкий слух.
— Итак, ты знал эти дурные вести и знал, что он возвращается, —
сказала я. То есть Билл не только исчез и, возможно, мертв, — то есть
окончательно мертв, но он наврал мне о том, куда едет и почему, он скрыл от
меня какой-то важный секрет, что-то касающееся меня. Боль была такой
глубокой, что я даже не чувствовала раны. Но знала, что это ощущение придет
позже.
Я вернула трубку Пэм, развернулась и вышла из бара.
Спотыкаясь, добралась до своей машины. Надо бы остаться в баре, помочь
разобраться с телом. Сэм ведь не вампир, это я втянула его в историю с
исчезновением Билла. Нечестно по отношению к нему.
Но, подумав минуту, я отъехала. Ему поможет Бубба, да и Пэм тоже — она-то
знает все, а я — ничего.
Конечно, при подъезде к дому я заметила, что среди деревьев мелькает белое
лицо. Я чуть не позвала наблюдателя, чуть не пригласила вампира в дом или
хотя бы посидеть на кушетке ночью. Но потом подумала — ни за что. Я должна
остаться одна. Все произошедшее — не моего ума дело. Мне не надо
предпринимать никаких действий. Надо оставаться пассивной, раз уж я нахожусь
в полном неведении.
Я была до предела уязвлена и рассержена. Или, по крайней мере, мне так
казалось. Последующий ход событий показал, что я была не права.
Я протопала в дом и заперла за собой входную дверь. Конечно, замок не
остановит вампира, но без приглашения он входить не станет. Вампир,
определенно, не впустит в дом людей, хотя бы до рассвета.
Я надела старый синий нейлоновый халат с длинными рукавами и уселась за
кухонный стол, тупо глядя себе на руки. И думала — интересно, где сейчас
Билл. Ходит ли он по земле, или стал горсткой пепла в каком-то костре для
барбекю? Я вспоминала его густые темно-каштановые волосы. Я думала о
секретности его запланированного возвращения. Посидев немного, я взглянула
на часы. Оказывается, я больше часа просидела у стола, глядя в пространство.
Надо идти спать. Было поздно, холодно, лечь спать — самое нормальное. Но в
будущем меня теперь не ждет ничего нормального. Хотя, постой! Если Билл бы
ушел, мое будущее стало бы именно нормальным .
Никакого Билла. То есть, никаких вампиров: ни Эрика, ни Пэм или Буббы.
И никаких сверхъестественных существ: ни вервольфов, ни оборотней, ни менад.
Я даже не встретилась бы с ними, если бы не связалась с Биллом. Если бы он
тогда не зашел в бар Мерлотта, я просто обслуживала бы столики, слушая
неинтересные мне мысли окружающих: мелкую жадность, похоть, разочарования,
надежды и фантазии. Сумасшедшая Сьюки, доморощенный телепат из городишки Бон
Темпс, штат Луизиана.
Я до Билла была девственницей. Единственный доступный мне тогда секс у меня
состоялся бы с ДжиБи дю Роуном, таким красавцем, что можно было бы закрыть
глаза на то, что он туп, как пень. У него в голове было так мало мыслей, что
в его обществе мне было комфортно. Я даже могла дотрагиваться до ДжиБи, и
при этом не видела в его голове неприятных картинок. Но
Билл ... Я обнаружила, что моя правая рука сжалась в
кулак, и я ударила ею по столу так сильно, что она страшно заболела.

Билл говорил мне, что если с ним что-то случится, мне надо пойти к Эрику.
Не уверена, говорил ли он, что Эрик позаботится, чтобы я получила финансовое
наследство Билла, или что Эрик защитит меня от других вампиров, или что я
буду при Эрике... ну, что мне придется вступить с Эриком в те же отношения,
какие у меня были с Биллом. Я бы сказала Биллу, что не собираюсь переходить
из рук в руки, как рождественский фруктовый торт.
Но Эрик сам пришел ко мне, так что у меня даже не было возможности решить,
последовать ли последнему совету Билла.
Я точно потеряла ясность мысли. Да и не было у меня ясных мыслей в тот день.
Ох, Билл, где ты? Я закрыла лицо руками.
Голова гудела от усталости, и даже моя уютная кухня была ледяной в этот
ранний час. Я поднялась, чтобы пойти в постель, хотя знала, что не усну. Мне
нужен был Билл, — просто все внутри так сжималось, что я решила — это
ненормально, наверняка на меня наведена какая-то сверхъестественная порча.
Хотя мои телепатические способности дают мне иммунитет от чар вампиров,
может, я подвержена другим воздействиям подобного толка? Или, возможно, я
только что потеряла единственного человека, которого любила в своей жизни. Я
чувствовала себя так, будто меня выпотрошили. Даже когда умерла бабушка, мне
было не так худо, даже когда утонули родители. Родители умерли, когда я была
очень маленькой, возможно, я не совсем понимала, что это навсегда. Сейчас
трудно вспомнить. Но бабушка умерла несколько месяцев назад, и я утешалась
принятым на Юге ритуалом погребения.
И потом — я знала, что они оставили меня не
добровольно.
Я обнаружила, что стою в дверях кухни. Я выключила верхний свет.
Оказавшись в постели, в темноте, завернувшись в одеяла, я заплакала и долго-
долго не могла остановиться. Сегодня я не могла читать молитвы. Сегодня я
очень остро ощущала все свои потери. Похоже, мне везет не больше, чем
другим. Я сделала символическую попытку отогнать ложную жалость к себе, но
мне не удалось. Слишком горько было от того, что не известна судьба Билла.
Я хотела, чтобы Билл сейчас был рядом, прильнул бы к моей спине; я хотела
ощущать его прохладные губы на шее. Я хотела, чтобы его белые руки пробежали
по моему животу. Я хотела говорить с ним. Хотела, чтобы он высмеял мои
страшные подозрения. Хотела рассказать ему, как прошел день; как я глупо
поскандалила с газовщиками, какие новые каналы ввела наша компания
кабельного телевидения. Я хотела напомнить ему, что в раковине в его ванной
надо сменить прокладку; рассказать, что мой брат Джейсон, как оказалось, все-
таки не станет отцом (что неплохо, потому что он пока и не муж).
Самое приятное в том, чтобы быть чьей-то половинкой — это возможность разделять свою жизнь с другим.
Но моя жизнь, очевидно, не настолько хороша, чтобы разделять ее с кем-то.

Глава 3



К восходу солнца мне удалось задремать на полчаса. Я решила было подняться и
приготовить себе кофе, но не видела в этом смысла. И я просто осталась в
постели. Все утро звонил телефон, но я не брала трубку. Позвонили в дверь,
но я не подошла.
Где-то ближе к полудню я сообразила, что надо бы сделать одно дело —
выполнить поручение, на котором настаивал Билл, в случае, если он
задержится. Создалась именно такая ситуация.
После смерти бабушки я занимала самую большую спальню, принадлежавшую раньше
ей. Шатаясь, я пересекла холл и вошла в свою прежнюю комнату. Два месяца
назад Билл сделал люк в полу чуланчика в этой комнате. Он проделал
гигантскую работу — устроил для себя в подполе светонепроницаемое убежище.
Я убедилась, что меня не видно из окон, и только тогда открыла дверь чулана.
На полу ничего не стояло, только валялся ковер — продолжение того, что лежал
в комнате. Откинув доску, прикрывающую пол чулана, я перочинным ножом
провела по периметру пола и в итоге с трудом подняла крышку люка. Посмотрела
вниз. Комнатка была переполнена: там стоял компьютер Билла, кор

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.