Жанр: Любовные романы
Когда придет весна
...Когда Дэниел понял, какой удобной мишенью она была, переходя из одного
поезда в другой, его снова стал сотрясать озноб. Впрочем, едва дверь купе за ними закрылась, он снова заснул. Проснувшись,
Дэниел обнаружил, что спал на коленях Грэйс. Она с закрытыми глазами привалилась к окну. Ее лицо во сне казалось
спокойным и безмятежным.
Дэниел постарался вести себя тихо, не желая тревожить ее. Он умылся, поменял рубашку и сел напротив нее.
Грэйс тоже переоделась в белую блузку с изящной брошкой у ворота и темно-синюю юбку. Туфли по цвету подходили к
юбке. Когда только она нашла время, подумал он, и чего ради это сделала?
- Доброе утро, Дэниел. Тебе сегодня лучше?
- Да. Я тебя разбудил?
- Нет, я просто немного расслабилась. По виду не скажешь, что тебе лучше. Ну-ка наклонись, я пощупаю лоб.
- Не надо, Грэйс. Все в порядке, - сухо обронил он.
- Что-то подобное я уже слышала, - весело заметила она.
- Что именно?
- Что все прекрасно. Ну-ка наклонись!
В ее голосе звучал металл, и Дэниел подчинился, чтобы не сердить ее.
- Какая ты упрямая, - пробормотал он. Она дотронулась до его лба и нахмурилась.
- Не могу определить. - Если у тебя и есть температура, то небольшая. Но пока тебе нельзя ни есть, ни пить. А то снова
станет хуже. Тебе еще повезло.
Откинувшись на подушки, он скрестил на груди руки:
- Повезло?
- У тебя был грипп в слабой форме. Могло быть гораздо хуже. Джессику, например, трясло три Дня. Я думала, она
умрет.
- Прошлой ночью мне тоже хотелось умереть, - признался он. - Кстати, спасибо за... Ну ты сама знаешь.
- Пожалуйста.
Он вдруг с любопытством поинтересовался:
- А зачем ты переоделась? Наверное, я помял твой наряд? - спросил он и, прежде чем она ответила, добавил: - Между
прочим, совершенно напрасно: кроме меня, тебя все равно никто не видит.
- Надо было переодеться.
- Почему?
Грэйс вздохнула:
- Ты меня здорово отделал.
- Грэйс, прости!
- Дэниел, ты ведь не специально, - засмеялась она.
- Проводник тебе, наверное, помогал?.. Девушка решительно замотала головой.
- Я не позволила ему войти в купе. Ведь ты взял с меня обещание никого сюда не впускать. Помнишь?
- Нет, - признался он. - Ничего не помню. А кто же помыл пол?
- Я сама.
Дэниел выглядел совершенно несчастным. Она тут же пожалела, что рассказала ему правду.
- Почему бы нам не поговорить о чем-то другом.
- Например?
- О погоде, - предложила истинная англичанка леди Уинтроп.
- Ты шутишь?..
- Ну, это первое, что пришло в голову. Ты не против, если я открою окно и впущу немного свежего воздуха?
Дэниел встал и открыл окно. Приятный ветерок освежил кожу. Он сел и посмотрел на Грэйс:
- Хочешь чего-нибудь выпить и поесть?
- А ты? Выдержишь, если я у тебя на глазах буду есть?
- Ну давай тогда немного подождем. Не возражаешь?
У Грэйс ни маковой росинки не было во рту со вчерашнего утра, но она кивнула:
- Я подожду.
- Хочешь пить? Я бы выпил воды.
- Тебе нельзя! - командным тоном заявила она.
- Почему?
- Сам знаешь. Снова станет плохо. А у меня нет настроения убирать еще раз.
- Ну, кто из нас сейчас мрачный? - зарычал он как медведь.
Дэниел Райан сейчас и впрямь напоминал медведя: подбородок зарос жесткой щетиной, волосы растрепались, рубашка
вылезла из брюк. Но все равно Грэйс он казался очень привлекательным.
Он хотел ее! Она не могла забыть о его волнующем признании и с удовольствием поговорила бы с ним об этом. Конечно,
она не посмеет произнести ни слова, пока он в таком раздраженном состоянии. Она сочла за благо подождать, пока ему
станет лучше, и потом разобраться, почему его слова потрясли ее и выбили из колеи.
Нет, сейчас неловко упоминать об этом...
- А что касается того, что я вчера сказал... - неожиданно начал Дэниел.
- Что именно?
- Ты знаешь, что... Я хочу тебя. Она сцепила руки на коленях.
- Ничего такого ты не имел в виду. Бред больного.
- Нет, именно это я имел в виду. Я сказал тебе правду.
- Неужели? - прошептала пораженная Грэйс. Видит Бог, она пыталась помочь ему вывернуться, но он не
воспользовался ее помощью.
- Да, - сказал он. - Но я, конечно, ничего не собираюсь делать, так что не переживай.
Грэйс от удивления приоткрыла рот. Дэниел понял по ее виду, по загоревшемуся в глазах Грэйс пламени: он снова что-то
ляпнул.
- Воспринимай это как комплимент, но не придавай слишком большое значение словам. Потому что я не собираюсь
ничего делать, - все-таки повторил он.
- О, это был потрясающий комплимент! Ты заявил, что хочешь меня, и потом всю испачкал.
Дэниел расхохотался:
- Мне правда очень жаль, Грэйс.
- Иди и сунь свою голову в ведро.
- Я тебя разозлил. Никак не думал, что ты способна рассердиться. А ты можешь, верно? У вас крепкий характер под
толстым слоем сахара, леди Уинтроп. Интересно, что бы подумал старина Найджел?
- Тебе обязательно надо меня злить?
- Ты все еще хочешь послать телеграмму с согласием выйти замуж за Найджела?
- Тебе обязательно надо меня злить? - снова задала свой вопрос Грэйс.
- А ты обязательно хочешь послать эту телеграмму?
- Будь добр, смени-ка тему разговора! - потребовала Грэйс.
- Охотно. Ты опять хочешь поговорить о погоде?
- Мы о ней еще не говорили. Но я уже не хочу. Я подумала о Джессике и Ребекке. Я очень надеялась увидеть их во
время пересадки на поезд. Но ни той, ни другой не было.
- Коулу и Джессике нас не догнать. Они отстают на целый день пути. А Купер и Ребекка уехали вчера.
- Но мы же успели на поезд только потому, что ехали не в дилижансе, а верхом. Они могли не сесть на вчерашний поезд.
- Возможно, - сказал он. - Я тоже искал их, но безуспешно.
- Еще бы ты их нашел! Ты почти все время лежал у меня на коленях с закрытыми глазами.
- Не волнуйся о подруге, я уверен, с ней все нормально. Купер не даст ее в обиду. И даже развлечет.
- В самом деле?
- Да, - без тени сомнения заявил Дэниел. - Перестань волноваться. Я знаю Купера. Скорее всего в данный момент он
учит ее играть в покер. Бьюсь об заклад, она прекрасно проводит время.
Глава 28
Ребекка была страшно раздражена. Внутри все клокотало, но на лице не отражалось и тени внутреннего волнения. Она
решила, что сойдет с ума, если пробудет еще несколько минут наедине с маршалом Купером в маленьком купе. Своей
галантностью и безраздельным вниманием он безумно раздражал ее. Он не давал ей скучать, делал все, чтобы приятно
скоротать время.
Много часов подряд они играли в карты. Болтали, ели ленч, принесенный проводником, но потом ее охватила тоска и
появилось желание побыть в одиночестве. В отчаянии Ребекка наконец придумала удобный повод отослать маршала Купера:
она попросила его принести коричневый чемодан из багажного вагона - пожаловалась на головную боль и сказала, что если
не выпьет лекарство, которое лежит в чемодане, ей станет совсем плохо, и тогда на следующей станции придется выйти из
поезда и лечь в постель.
Ребекка чувствовала себя виноватой, солгав Куперу: ведь он ей искренне сочувствовал и беспокоился о ее здоровье.
- Мне надо было положить таблетки в маленькую сумочку, но я совсем забыла.
- Сильно болит? - Купер озабоченно качал головой.
- Невыносимо! - простонала она. - Если не унять боль сейчас, я проваляюсь в постели неделю. У меня всегда так.
Большей озабоченности и взволнованности, чем j проявил Купер, нельзя было вообразить. Он обещал ей очень быстро
вернуться, велел запереть за ним дверь и никому не открывать.
Ребекка так и сделала, а потом встала посреди маленького купе и глубоко, с облегчением вздохнула. Наконец-то она одна!
Надо хорошенько, без посторонних подумать о своем будущем, о планах. Одному Богу известно, сколько еще предстоит
сделать, а времени так мало!
Она рассчитывала, что Купер будет отсутствовать минут пятнадцать, а может, и больше. Багажный вагон находился через
три вагона. Кроме того, ему нужно время отыскать ее чемодан среди других вещей. Однако не прошло и минуты, как в дверь
постучали.
- Что еще? - проворчала Ребекка, решив, что, наверное, маршал забыл ее о чем-то предупредить. Большим усилием
воли она нацепила улыбку на лицо, отодвинула задвижку и выглянула в щелку.
Дверь, будто взрывом, отбросило к стене, потом вернуло на место. Ребекка не успела закричать, увидев черное
сверкающее дуло пистолета, направленное прямо на нее.
Ребекка упала на полку, прижимая руки к груди и задыхаясь от страха.
- Что вы здесь делаете? - закричала она. Вместо ответа вооруженный человек ворвался в купе и ногой захлопнул за
собой дверь. Он был в черном костюме и блестящих черных туфлях и ничуть не походил на убийцу.
- Вставай, сука! - прошипел он.
Она не двигалась, поэтому бандит схватил ее за руку, рывком дернул к себе и приставил пистолет к животу. Ребекка
попыталась отступить назад, качая головой, умоляя взглядом не причинять ей боли, но он остался равнодушен к ее страху.
- Пожалуйста... - всхлипывала она. Но ее мольба лишь подогревала его.
- Так-так, сука, проси! Я хочу, чтобы ты меня просила.
Он разорвал ей платье до пояса и похотливо ухмыльнулся, когда она снова вскрикнула. Прежде чем Ребекка успела
прикрыться, он больно стиснул ее грудь.
- Нет, не надо! - молила она.
Он отшвырнул оружие на скамейку, со смехом привлек еесебе, запустил пальцы в густые волосы и прижался влажным
ртом к ее губам. Он кусал ее нижнюю губу страстно и грубо, пока не почувствовал вкус крови. Потом жадно слизнул красные
капли языком.
Он целовал свою пленницу снова и снова, а она отчаянно сопротивлялась. Наконец отпустив Ребекку, он заглянул ей в
глаза, взял ее ладонь и положил на вздувшиеся спереди брюки.
- Видишь, как я хочу тебя.
Она закрыла глаза и, сдаваясь, прислонилась к нему.
- Ты всегда меня хочешь, - прощебетала она. Он сжал ее еще сильнее и прикоснулся губами к маленькому красивому
ушку. Она затрепетала и обняла его за шею.
- Ты испортил мне блузку. Ты слишком грубый.
- Ты же любишь, когда я грубый.
- Да, мне нравится, - прошептала она.
Он целовал ей шею, а она мурлыкала, как кошка.
- Нам не стоит... Маршал Купер скоро вернется. О Боже, как же хорошо! - Она отклонилась назад, чтобы видеть его
глаза. - Ты получил мою телеграмму?
Он еще раз поцеловал ее, прежде чем ответить.
- Джонсон сейчас в Рокфорд-Фоллз, выжидает момент, чтобы убить обеих. Другие поехали в; Ред-Эрроу. Если Джонсон
провалится, они убьют их, когда те выйдут из поезда. Ты уверена, что они едут именно туда?
- Уверена! - самодовольно заявила Ребекка.
- Ты выяснила, кто из них был в банке?
- Нет, - ответила она. - Обе испуганы, как мыши. И ни одна не доверяет мне. Жаль, они не сгорели в доме. - Ребекка
вздохнула и взъерошила волосы у него на затылке. - Мне пришлось несладко.
- Не дуйся, - принялся уговаривать он. - Если у Джонсона не получится, ребята позаботятся о дамах в Ред-Эрроу.
- И тогда выйдет, что я одна-единственная свидетельница!
Гортанный смех Ребекки возбуждал его.
- Да-да, - хрипло пробормотал он. - Это прекрасно, просто прекрасно!
Ее рука медленно поползла по его груди и ниже, пока не добралась до выпуклости на брюках. Она чувствовала, как
действует на него, и испытывала удовольствие от ощущения своей власти.
Он взялся за ее юбки, но она покачала головой.
- Нет, не надо. Сейчас не время. Слишком опасно.
- Мы успеем! Я хочу тебя, Ребекка. Немедленно!
Ребекка поддалась на уговоры и отступила на шаг, чтобы раздеться. Быстро скинула блузку, превратившуюся в лохмотья,
расстегнула юбку и позволила ей упасть на пол.
- Мы дураки, Дональд, - сказала она, качая головой и расстегивая нижнюю юбку. - Зря мы... сейчас...
Мужчина тяжело дышал, наблюдая за тем, как она раздевается. Когда на ней осталось лишь шелковое кружевное белье,
прикрывавшее золотистое тело, дикое нетерпение охватило его. Он бросился вперед, засунул руку между ее ногами и
швырнул ее на полку. Она отбросила в сторону рубашку и, откинувшись, широко расставила ноги. Он облизал губы, жадно
глядя на ее грудь. Нет, он больше не может ждать ни секунды!
- Ты, сука, разве не знаешь, что сводишь меня с ума?
Ребекка рассмеялась:
- Знаю. Кто бы мог догадаться, что такой важный, чопорный джентльмен обладает столь неуемным аппетитом?
- Сколько у нас времени?
- Минут пятнадцать.
Дональд стал возиться с пуговицами брюк, когда услышал стук в дверь. Запер ли он ее? Он не мог вспомнить. Он вскочил
и повернулся в тот момент, когда Купер открыл дверь.
- Ребекка, я же велел тебе запереться... начал маршал, распахивая дверь шире.
Он умолк, потрясенный увиденным. Голая Ребекка... Маршал Купер замер как вкопанный, казалось, он уже никогда не
придет в себя.
Дональд стоял за дверью, ожидая, когда маршал переступит через порог. В панике он шарил по карманам, но не мог
нащупать пистолет.
- Что за черт, - пробормотал наконец Купер и вошел.
Ребекка оперлась на локоть, ее сердце бешено билось. Она смотрела на Дональда, умоляя его предпринять что-нибудь.
Купер проследил за ее взглядом. В тот же миг Дональд кинулся вперед.
- Сукин сын! - заорал Купер.
Ребекка запаниковала. Увидев на полке пистолет Дональда, она схватила оружие и выстрелила.
Купер полез за своим револьвером, но пуля настигла его. Сила удара была так велика, что его отбросило в коридор, к
окну. Стекло разбилось и осыпало маршала осколками.
Ребекка вскочила на ноги, закрыла рот рукой, чтобы не закричать, и снова выстрелила. Купер медленно осел на пол.
- О Боже... О Боже... - всхлипывала она. - Убедись, убила ли я его. Скорее, Дональд!
Рыча, словно загнанный в угол зверь, Дональд бросился из купе. Судорожно озираясь, он убедился, что в коридоре никого
нет.
- Если он еще не мертв, то скоро будет. Перестань плакать и одевайся. Надо убираться из поезда.
- Да-да!.. - беспомощно всхлипывала Ребекка. Дональд потащил полумертвого человека к двери между вагонами,
оставляя кровавый след на полу.
Поезд как раз замедлял ход перед поворотом. Внизу зияла бездна черного озера. Дональд открыл дверь. Он видел вдали
маленький городок, по другую сторону от озера. Бандит приподнял тело Купера, кряхтя от тяжести, и сбросил его в воду. Он
несколько мгновений постоял, наблюдая, как поезд завершает поворот, и улыбнулся.
Никто не видел его и вряд ли кто-то слышал выстрелы: грохот колес заглушал все звуки.
Итак, еще одно убийство. От возбуждения кипела кровь, он с трудом дышал. Краем глаза он заметил какое-то движение,
впрочем, может, ему показалось. На всякий случай Дональд отвернулся, скрывая лицо, потом быстро вошел в купе. Кровь
впиталась в ковер, пятна уже не выглядели свежими. Никто не сможет узнать, когда ковер запачкался, пока не встанет на
колени или не почувствует влагу.
На этот раз он не забыл закрыть дверь на задвижку. Ребекка все еще была голая. Одежда лежала на полке, а разорванную
блузку она засовывала в дорожную сумку. Дональд обхватил ее сзади, прижал к стене и грубо взял.
Никто не слышал ее криков.
Расставание оказалось не просто тягостным, это была настоящая пытка. Когда Джессика прощалась с Калебом, ее сердце
будто разрывали на части. Она не проронила ни единой слезинки, и ее сын тоже. Впрочем, отъезд матери не огорчил его: ему
очень нравились Джози и Том Нортоны. Он нетерпеливо вертелся на руках у Джессики, целующей его на прощание. Малыш
даже не махнул рукой вслед уходящей матери: был занят важным и очень увлекательным делом - "наводил порядок" на
кухне Джози.
Джессика удивила Коула. Он знал, что она не станет устраивать сцену перед ребенком, но ожидал слез после. Коул даже
хотел предложить ей поплакать - легче станет. Но она была сдержанна, глаза оставались сухими. Они ехали весь день и
только дважды останавливались, давая отдых лошадям. К заходу солнца Джессика окончательно выбилась из сил.
В сумерках Коул остановился и мысленно обругал себя. Джессика не слишком опытная наездница, долгая дорога без
отдыха трудна для нее. Но она молодец, ни разу не пожаловалась.
- Завтра утром мы догоним поезд в Эдварде-вилле, примерно в пяти милях к югу отсюда. Сомневаюсь, что там будут
сносные условия, но ты по крайней мере выспишься в кровати, - пообещал он. - А если хочешь, оставим городок в
стороне и переночуем под открытым небом, у водопада.
- Мы не поедем обратно в Рокфорд-Фоллз? - вдруг спросила она.
- Нет, мы уже далеко от него. Местечко, про которое я говорю, красивое и уединенное. Небольшой водопад струится в
чистое, голубое озеро.
- Это далеко? - устало спросила Джессика. Убирая прядь волос, упавшую на глаза, она заметила грязь на руках.
Хорошо бы помыться!
- Примерно миля отсюда, - сказал он. - Но если мы заночуем под открытым небом, утром придется встать пораньше.
- А ты сам чего хочешь?
Коул всегда предпочитал спать под звездами, подальше от шума, толпы, суеты большого города. Но он не хотел
навязывать свое мнение Джессике. Выбор за ней.
- Мне все равно, сделаем, как ты решишь.
- Я бы хотела помыться.
- Мы могли бы помыться в Эдвардсвилле.
- Но мне нравится спать под открытым небом. У водопада уединенное местечко?
- Да, очень.
- Тогда я смогу потренироваться.
- В чем?
- Увидишь, - пообещала она. - Я не смогу делать это одна. Ты должен мне помочь.
Коул удивился:
- Мы будем прикасаться друг к другу? Коул подтрунивал над ней, ожидая, что Джессика покраснеет, но, напротив, она
охотно согласилась:
- О да, тебе придется обнять меня. Я так думаю, но не уверена. У меня нет опыта.
Коул пустил лошадь рысью вниз по узкому склону. Она ехала прямо за ним.
Боже, в чем это она хочет потренироваться с его участием? Он оглянулся:
- А то, о чем ты говоришь, требует уединения?
- Еще бы, конечно, - скрыла улыбку Джессика.
- Почему?
- Потому что я могу наделать много шума. При людях я чувствовала бы себя скованно.
Он натянул вожжи, подождал, когда она поравняется с ним, и заметил искорки в глазах девушки. Значит, она решила
подразнить его!
- Ты ведь говоришь не о том, о чем я думаю, да?
Она захлопала ресницами и уставилась на Коула, а он расхохотался.
- А как ты считаешь, о чем я говорю? - с невинным видом поинтересовалась она.
- О близости со мной.
- Нет! - выпалила Джессика, а потом рассмеялась.
- Джесси, мужчины не любят, когда их дразнят. Запомни.
Он снова поехал вперед, а она за ним, как и все последние восемь часов. Она очень долго не произносила ни слова, пока
любопытство совсем не одолело ее.
- Коул?
- Да.
- Ты разочарован?
- Чем?
- Ну что я говорила совсем о другом.
- Нет, - резко ответил Коул. - Нисколько. Плечи ее опустились от огорчения.
- Значит, ты никогда об этом не думал... со мной?
Он не мог поверить своим ушам! Неужели Джессика не понимает, какое впечатление производит на него? Наверное, нет.
Ясное дело, она совершенно невинна, но после таких вопросов это продлится недолго.
- Да, думал.
- Ну и что?
- Этого не произойдет, Джессика.
- Нет, конечно, нет, - заторопилась она. - Но знаешь, я тоже про это думала несколько раз.
Коул чуть не свалился с лошади.
- Ты наконец перестанешь?
- А ты не кричи на меня! Я честно и откровенно разговариваю с тобой. С тобой легко говорить, когда ты спокоен, но
стоит тебя разволновать... Неужели ты полагаешь, что мысль про это - преступление? Я же не собираюсь ничего делать, я
даже не представляю, что это такое.
- Ну тогда мне не о чем волноваться, значит, ты не совершишь никакой глупости.
- Какой, например?
Коул не ответил. Он поклялся не говорить ей больше ни слова и не оборачиваться, по крайней мере пока он не преодолеет
желание стащить ее с лошади, раздеть и заняться любовью.
- Я надеюсь, вода теплая, - заметила Джессика. Он-то хотел, чтобы вода оказалась холодной как лед.
Последняя миля далась Джессике нелегко. Когда они наконец прибыли на место, девушка не могла слезть с лошади. Коул
помог ей спешиться, задержав руки у нее на талии дольше, чем было необходимо, а она невольно прильнула к нему. Ноги ее
так Дрожали, что если бы не Коул, она бы упала.
Джессика посмотрела на Коула, желая поблагодарить, но, заметив крепко сжатые губы, быстро отошла подальше. Он
раздражен ее неуместными высказываниями. Она решила не обращать внимания и ждать, когда его настроение улучшится.
Место ей очень понравилось: кругом пышная зелень, прелестный водопад, совсем непохожий на тот, который ей довелось
увидеть в Рокфорд-Фоллз, - гораздо меньший и не такой мощный. Струя воды стекала с неровных каменных выступов и
падала в голубое озеро, рассыпая брызги. В них, словно в стеклянной призме, отражался солнечный свет, и над озером
возникала сверкающая радуга.
Пока Коул возился с лошадьми, Джессика начала готовить место для стоянки. Собрав хворост для костра, она разложила
постели и еду, которую Джози дала им в дорогу.
- Еда готова, - позвала она его.
- Я поем позже, - ответил Коул.
Он закончил чистить лошадей и отпустил их попастись на свежей, нежной траве. Шум водопада успокаивал, словно
приглашая нырнуть в хрустальную воду. Пока Джессика ужинала, Коул разделся и бросился в озеро.
Холодная вода помогла избавиться от мысли о Джессике, он даже сумел вспомнить, почему не хочет и пальцем до нее
дотронуться. Ведь он не собирается связывать себя. Эта женщина манит его, но такие, как она, требуют от мужчин
обязательств. Она не из тех, с кем можно провести ночь, а наутро забыть. Она заслуживает лучшего отношения и не такого
человека, как он. Так почему же он горячится и беспокоится, представляя ее с другим? Разве есть у него на Джессику какието
права?
- Ты собираешься сидеть в воде всю ночь?
Ее вопрос отвлек от мрачных мыслей. Коул вышел из воды, торопливо вытерся и натянул штаны. Вернувшись к костру,
он подвинул постели ближе к горе, на случай дождя, и иначе уложил ветки для костра. Он зажег их и уселся поесть.
Поскольку Коул знал, что еду готовила Джози, он не удивился, какая она ужасная. Джессика не жаловалась, но, судя по
тому, сколько у нее осталось, он понял, что она съела мало.
Впрочем, она осилила почти всю мятную лепешку Джози и теперь собиралась купаться. Она взяла чистую одежду,
полотенце и мыло. Перед тем как войти в воду, девушка разделась, скрывшись за водопадом, как за ширмой.
Джессика подняла волосы с шеи на затылок и встала под мощную струю, закинув назад голову. Закрыв глаза, она отдала
прохладной воде свое уставшее тело. Дневное напряжение и усталость медленно покидали ее. Очень скоро Джессика
почувствовала невероятное облегчение. Настоящее блаженство!
Коулу казалось, что он попал в чистилище, но винить за это было некого, кроме самого себя. Нечего подглядывать, как
она купается. Неприлично, стыдно. Но он не мог заставить себя отвернуться! Пусть даже его сочли бы распутником, да кем
угодно, но что делать, если она невероятно хороша, эта Джессика Саммерз!
Она стояла по пояс в воде. Каждое движение Джессики дышало чувственностью и изяществом. Коул любовался ее шеей,
руками, потом невероятным усилием воли заставил себя закрыть глаза. Как же ему хотелось нырнуть к ней! В конце концов,
может, привязать себя к такой женщине не самое страшное дело в жизни? Но Коул тут же отбросил нелепую мысль и открыл
глаза.
Он чуть не задохнулся. Сердце гулко забилось, в жилах уже текла не кровь, а расплавленная лава. В голове осталась
только одна мысль, одно желание: прикоснуться к прекрасному женскому телу. Он понял наконец, что его ожидают
настоящие муки, если он не научится сдерживать себя. Застонав, Коул повалился на походную постель и положил руки под
голову. Он всегда спал очень чутко, и если Джессике что-то понадобится ночью, пусть лишь тихо окликнет его. Он принялся
мысленно считать коров. Потом овец... Потом способы любви, какими он бы занялся с Джессикой...
- Коул, ты спишь?
Не открывая глаз, он пробормотал:
- Нет.
- Ты говоришь как-то хрипло.
- Со мной все в порядке. Чего ты хочешь?
- Ты не будешь против, если я сейчас подниму шум?
- Ты это о чем?
- Хочу потренироваться в стрельбе по цели.
Он резко сел и увидел у нее на коленях пистолет.
- Где это ты его взяла?
- Том Нортон дал.
- Убери!
- Я хочу научиться стрелять.
- Нет!
- Я хочу научиться защищать себя. Я не люблю оружие и надеялась, что у меня его никогда не будет. Но блэкуотерская
банда все еще существует. В мире много зла. Я должна уметь постоять за себя и за сына.
- Суши волосы и ложись спать.
Она откинула мокрые волосы на спину, потом открыла коробочку с пулями, которые купил ей Том, и начала заряжать
пистолет...
Коул сдерживался изо всех сил, наблюдая за ее стрельбой. Снова и снова она совершала одни и те же ошибки! И когда он
уже не мог вынести происходившего перед глазами кошмара, то вскочил, подошел к Джессике сзади, обнял ее за талию и
притянул к себе. Потом чуть опустил руку, в которой она держала оружие.
- Куда ты стреляешь?
- Третье дерево впереди. А ты думал куда?
- В звезды. Слишком высоко целишься, дорогая.
Следующие двадцать минут маршал Клейборн учил меткой стрельбе Джессику Саммерз и, честное слово, проклял все на
свете. Зачем ей учиться стрелять? Ей следует проводить время в гостиной, пить чай, а Калеб играл бы у ее ног. Она
настоящая леди, а леди не носят при себе оружие. Он допустил ошибку, высказав свое мнение вслух. Она раздраженно
заспорила:
- Мне не нравится иметь дело с оружием, но я не расстанусь с ним до тех пор, пока не поймают всех бандитов. Если
считаешь, что из-за этого я перестану быть женщиной, хорошо, пусть будет так.
- Тебе очень идет сердиться. У тебя из глаз сыплются искры.
- Многие женщины носят оружие для... Что ты сказал? - Она повернулась к нему и наткнулась на его подбородок.
- Я сказал, что ты красивая, - повторил он.
- Спасибо, - слегка заикаясь, пробормотала Джессика. В следующее мгновение она отвернулась и с трудом заставила
себя сосредоточиться. - Женщины на Диком Западе должны носить оружие. Потому что там встречаются всякие... Ой, что
ты делаешь?
Он наклонил голову и уткнулся ей в шею.
- Целую тебя, но не хочу прерывать твою тираду. Так что еще ты хотела сказать?
- Встречаются всякие дикие животные, напр
...Закладка в соц.сетях
