Жанр: Любовные романы
Когда придет весна
...ги. Она опустила их в карман, пообещала Уинифред, что та останется довольна
покупкой, и распрощалась с ними.
- Ну что, теперь мы можем идти на конюшню? - спросила она Дэниела.
По блеску глаз девушки он понял, что она решила сделать по-своему.
- Зачем вам ехать верхом? Лучше сидеть в дилижансе и отдыхать. Вы еще очень слабы, Грэйс...
- Мне не нужен отдых. Я совершенно поправилась.
Ему хотелось еще поспорить с ней, прежде чем сдаться. В глубине души Дэниел понимал, что, если ехать напрямую, а не
в обход, они успеют на дневной поезд. А если на дилижансе, то нет. Следующий поезд, он знал точно, будет только на
следующее утро.
Дэниел невольно залюбовался своей подопечной. Шелковистые волосы эффектно обрамляли лицо Грэйс. Очень нежно он
поднял одну прядь и увидел на виске синяк. Впрочем, пятно уже не было таким лиловым, как прошлой ночью. Дэниел провел
пальцами по бархатистой щеке.
- Грэйс, вы уверены?
Она осторожно отстранилась.
- Уверена.
Он изучающе смотрел на нее, и она подумала, что он, наверное, ищет признаки слабости. Грэйс расправила плечи,
улыбнулась и еще раз предложила поехать верхом.
- У нас еще есть время? Мне надо найти другую шляпу, - объяснила она. - Леди не может появляться в обществе с
непокрытой головой.
- Зачем же вы тогда продали свою? - недоуменно спросил Дэниел.
- Да ведь за нее дали целых десять долларов!
- Она вас застала врасплох? - улыбнулся он.
- Не совсем, - призналась она. - Это уже третья шляпа, которую я продала с тех пор, как приехала сюда. Бедные
женщины, у них здесь нет таких магазинов, как в Лондоне. Приходится заказывать вещи по каталогу, и очень часто они
получают не то, что просят. Они наверняка огорчаются.
- Возможно, - сухо проронил Дэниел.
- Шляпа для женщины очень важна! - засмеялась Грэйс.
- Ну что ж, пошли! Фургон в конюшне. Пойдемте, и вы достанете другую шляпу.
Он взял ее за руку и хотел вывести через главный вход, но она потянула его назад.
- Невежливо уехать и не попрощаться с Джессикой и Ребеккой.
- Но они уже уехали. Джессика с Коулом повезли Калеба к друзьям. А Ребекка отправилась с маршалом Купером. Вы
встретитесь с ними в Ред-Эрроу, - пояснил Дэниел и, крепко сжав ее руку, потащил к двери.
- До конюшни мы побежим? - любезно поинтересовалась Грэйс.
Дэниел сразу же сбавил шаг. Едва они оказались на улице, как он весь обратился в зрение и слух.
- Вы думаете, мы догоним Джессику и Ребекку?
- Нет.
- А как хорошо было бы поехать вместе с ними на поезде!
- Если даже мы окажемся в одном поезде, я не разрешу вам сидеть вместе с ними.
- Но почему?
- Потом объясню.
Грэйс выдернула свою руку из его руки.
- Дэниел, это невежливо. Почему вы смотрите в сторону, когда я с вами разговариваю?
Он улыбнулся. Ну просто учительница! А он маленький мальчик, которому она делает замечание.
- Грэйс, я хочу убедиться, что никто вам не угрожает. Однако если вы предпочитаете, чтобы я смотрел на вас...
- Нет-нет, смотрите по сторонам! Разве кто-нибудь меня стережет?
- Кроме меня?
- Не смешно. Нисколько.
Наконец они пришли в конюшню. Фургон стоял в самом конце, Грэйс перерыла несколько коробок, прежде чем нашла
три подходящие шляпки. Две она засунула в сумку, а третью оставила в руке. Дэниел заставил ее отойти от двери, а сам
пошел седлать лошадь.
Хозяин - невысокий квадратный мужчина, толстой шеей, большим животом - вышел вперечтобы представиться. Он
искренне улыбался и "благоухал" лошадьми.
- Меня зовут Харри. Я бы пожал вам руку, мисс, но слишком грязный. Могу ли я вам помочь?
Грэйс улыбнулась:
- Можете.
- Леди нужна спокойная лошадь, - сказал Дэниел.
Он продолжал седлать своего серого, удивительно спокойного жеребца, не спуская глаз с Грэйс. Она казалась совершенно
не к месту на конюшне.
- Фифочка, - прошептал Харри с тихим смехом.
Да, эта девушка явно из другого мира, из богатой гостиной. Она в смешной дамской шляпке и непрактичных кожаных
туфлях. Но Харри Грэйс явно пришлась по вкусу. Мужчина не спускал с нее восторженных глаз и все ближе подходил к ней.
Наверное, хозяину нравится, как от нее пахнет, решил Дэниел, хотя ему было все равно, что так привлекало к Грэйс
Харри. Главное, чтобы тот отошел подальше.
- Как насчет лошади для леди, Харри? - крикнул Дэниел резким голосом.
- Очень грозный у вас муж, - прошептал Харри, прежде чем повернуться к Дэниелу. - Я покажу вашей жене самое
лучшее, что у меня есть.
Через несколько минут гордый Харри вывел из стойла мерина с глубокой седловиной. Грэйс заподозрила, что бедняга
успел потерять все зубы и был едва ли не на последнем издыхании.
Она посмотрела на животное и вежливо отказалась:
- Нет, спасибо.
Харри почесал подбородок, размышляя, какую еще лошадь предложить.
- Я недавно унаследовал конюшню от брата, поэтому еще не очень хорошо знаю лошадей. Хотя вспомнил, тут есть одна
маленькая кобылка. Думаю, она сгодится, - сказал он, торопливо устремляясь в глубину конюшни. - Самое лучшее я
приберег напоследок.
Грэйс вежливо, но так же твердо отказалась и от маленькой хорошенькой кобылки.
- А эта чем нехороша? - поинтересовался Харри.
- Она мне не подходит, - ответила Грэйс. - Ее надо отправить на пастбище. С такими худыми ногами она не выдержит
дороги. Могу ли я сама посмотреть лошадей?
Харри рассердился и заупрямился:
- Нет, не можете. Стойте здесь, сейчас я приведу самое лучшее, что у меня есть. Специально для вас.
Грэйс сочла невежливым напоминать хозяину о том, что "самое лучшее" он уже выводил. Она набралась терпения, а
когда Харри вывел еще одну тощую, старую кобылу, решительно замотала головой. Тогда мужчина вскинул руки, сдаваясь:
- Ладно! Идите и сами выбирайте, мэм. Я разрешу взять любую, какую захотите.
Ей понадобилось две минуты, чтобы в одном из дальних стойл найти то, что надо. Харри кинулся отговаривать ее:
- Согласен, она крепкая, но норов у нее... - Он покачал головой и присвистнул. - Вы же не позволите леди ехать
верхом на таком животном? - Харри попытался найти помощь у Дэниела.
- Грэйс?
- Да, Дэниел?
- Сможете с ней справиться?
- Смогу.
- Она, конечно, довезет вас куда хотите, - гнусавил Харри, - но...
Грэйс подняла руку в перчатке и потрепала животное по шее.
- О, какая она милая! Просто красавица. Как ее зовут?
- Проклятая.
Грэйс вытаращила глаза:
- Харри, если не хотите продавать ее мне, так и скажите. Зачем ругаться?
- Я не ругаюсь. Ее так зовут, - упрямо повторил он. - Хозяин, который мне ее продал, назвал это имя после
заключения сделки. Вот я вам и говорю: ее зовут Проклятая.
- Нет, это имя ей не подходит, - заявила Грэйс. - Я стану звать ее Дэйзи. "Маргаритка" Она красивая и ласковая.
Харри возвел глаза к небу.
- Вы меня не поняли, мадам. Называйте ее как угодно, но она будет откликаться только на свое имя. Проклятая. Все еще
хотите ее взять?
- Да, конечно. Дэниел, верно, она хороша? Дэниел еле удерживался от смеха. Когда Харри произнес имя лошади, щеки
Грэйс стали яркими, как ее блузка. Но она решила, что Проклятая - замечательная лошадь, и он согласился взять ее.
Получив от Дэниела деньги за лошадь и седло, Харри еще раз уточнил:
- Ваша жена совладает с животным, у которого такой дурной нрав?
- Совладает, - ответила Грэйс, прежде чем Дэниел открыл рот.
Харри сдался:
- Тогда я принесу плеть. Она вам понадобится, когда кобыла начнет вставать на дыбы.
- Нет, спасибо, - твердо сказала Грэйс. - Не надо.
- Она не подчинится ни одному приказу, пока ее не накажешь. Вам без плети - никак.
Спор мог бы продолжаться, если бы не вмешался Дэниел. Харри скорее всего не умеет обращаться с лошадьми, боится
их. Дэниел оседлал кобылу и подвел к Грэйс.
Харри умоляюще смотрел на покупательницу. Но она отказалась брать плеть даже бесплатно.
- Пора ехать, - объявил Дэниел. Он привязал сумку Грэйс к седлу и поднял девушку, помогая ей подтянуть стремена.
Ему показалось, что Грэйс не тяжелее перышка. Он не смог скрыть улыбку, когда она надела соломенную шляпку. Белые
ленты струились по спине. Она будто собралась в парк на воскресную верховую прогулку.
Однако Дэниел знал, как обманчива внешность. Грэйс удивила его, доказав, что прекрасно разбирается в лошадях, да и в
седле она держалась уверенно.
- А почему вы улыбаетесь? - спросила она.
- Нам надо догнать поезд.
На подбородке у Дэниела засохла грязь. Не думая, Грэйс протянула руку и стряхнула ее. Он дернулся назад, как будто от
удара.
- Поехали! - приказал Дэниел. - Харри, открывай задние ворота. Мы выедем через них.
- Долго ли мы пробудем в Техасе? - спросила Грэйс.
Дэниел повернулся к ней, небрежно положив руку на седло и слегка вздернув подбородок. Да ведь он точная копия
меткого стрелка, кумира Дикого Запада, о котором Грэйс прочитала столько рассказов! Он настоящий мужчина, которого
трудно удержать на привязи. Такие бродят по земле в поисках приключений и опасностей, оставляя после себя разбитые
сердца. "Неужели и Дэниел такой?" - изумилась она и мысленно ответила себе, что скорее всего так и есть. Во всяком
случае, он не походил на мужчин, которые живут привычной оседлой жизнью.
- Кто знает! - ответил Дэниел. - А что?
- У меня есть кое-какие обязательства, - призналась Грэйс и нахмурилась. - Не могли бы вы прикинуть поточнее?
Мне действительно надо это знать.
- Неделя или две уйдут на дорогу в Блэкуотер. Все зависит от того, какие препятствия нас поджидают в пути, - сказал
он. - Вам придется остаться в Техасе до окончания процесса, до тех пор пока не поймают остальных членов банды...
- Почему? - перебила его Грэйс. - На это, могут уйти месяцы!
- Я не отпущу вас, пока не буду совершенно уверен, что ни один из членов банды не преследует вас, Грэйс.
- Понятно, - выдохнула она. - Иными словами, я могу задержаться в Техасе месяца на два.
- Может, и больше, - согласился Дэниел.
К величайшему недоумению маршала, из глаз Грэйс потекли слезы.
- Что такое? - испуганно спросил он.
- Все кончено, - прошептала она с печалью в голосе. - Я пропала.
- Грэйс, о чем вы говорите?
- Дэниел, вы тут ни при чем.
- Можете вы наконец объяснить, почему вы так расстроены?
- Из-за моего будущего! - воскликнула она. - Оно погибло. Даже месяц для меня очень большой срок. Неужели вы не
понимаете? Хотя, конечно, не понимаете, но это не важно. Я виновата, мои глупые мечты... Я уже потратила столько
времени, что теперь точно ничего не успею. - Она устало и тяжело вздохнула. - Мне надо зайти на телеграф, прежде чем
мы уедем из города.
- Нет, - ответил Дэниел.
- Извините, но я вынуждена настаивать.
- Объясните, почему, - потребовал Дэниел.
- Когда человек чего-то боится, не лучше ли поскорее покончить с этим, чтобы перестать бояться?
Дэниел понятия не имел, о чем она говорит. Харри, очевидно, понимал, что это такое, поэтому вдруг вышел вперед.
- Вроде как вырвать зуб? - спросил он.
- Именно, - согласилась Грэйс.
- Она вам говорит, что должна послать телеграмму, чтобы больше не бояться, - объяснил он Дэниелу.
- Мне не нужен переводчик! - резко бросил маршал. - Можно послать телеграмму из Блэкуотера. А теперь поехали,
пора.
Она покачала головой:
- Ожидание только отсрочит неизбежное.
Сказав это, Грэйс повернула кобылу и направилась к передней двери. Дэниел мысленно выругался и поехал за ней.
Харри схватил лошадь под уздцы:
- Мадам, ваш муж очень рассердился. Что такое вы должны сделать, что не может подождать?
Она разразилась слезами:
- Я должна выйти замуж!
Глава 27
- Не хочу даже говорить об этом.
- А мне все равно, хочешь ты или нет, - ответил Дэниел. - Расскажи, почему тебе надо выйти замуж?
Грэйс решила не отвечать ему. Она откинулась на сиденье и смотрела в окно. Поезд летел с головокружительной
скоростью, и поскольку они ехали в последнем вагоне, их довольно сильно качало на поворотах. К горлу подступала
тошнота, и, судя по складке у рта Дэниела и по его серому лицу, он тоже чувствовал себя неважно.
- Ты в порядке?
- Все прекрасно! - ответил он.
- Не надо быть со мной грубым, Дэниел.
Они сидели друг против друга в маленьком купе, рассчитанном на четверых. Маршал занимал два места. Ему пришлось
поджать свои длинные ноги, и Грэйс не могла бы выйти, не заставив его подвинуться. Но она не собиралась никуда
выходить. Дверь была закрыта изнутри на задвижку, чтобы никто не беспокоил их.
- Это нехорошо, - заметила она.
- Что нехорошо?
- Вот так путешествовать вместе. В Англии это вызвало бы порицание. Неженатые мужчина и женщина не ездят в
отдельном купе без сопровождающего.
- Я представитель закона, - напомнил он. - Это все меняет.
- Но ты все-таки мужчина?
- Еще недавно я был им, - сказал он с ухмылкой.
Она снова выглянула в окно, но он успел заметить ее улыбку.
- Так ты расскажешь мне, почему должна выйти замуж? - спросил Дэниел.
- Нет, я еще не готова рассказать.
- У тебя неприятности, Грэйс? Она ответила, не глядя на него:
- Да. Полагаю, да.
В голове Дэниела роились беспокойные мысли, возникло множество вариантов, версий. Ведь она не из тех женщин,
которые позволили бы прикоснуться к себе до свадьбы. Она мила и невинна.
- Ты не беременна?
- Господи, конечно, нет! - возмутилась Грэйс. - Как ты мог подумать такое!
- Но ты сказала, что должна выйти замуж и у тебя неприятности. Вот я и решил, что все дело в этом. Но потом
передумал. Грэйс, до Техаса ехать очень долго. Расскажи мне!
- Дэниел, я и понятия не имела, что мужчины бывают такие любопытные. Ладно, ты выиграл. Я пообещала родителям
выйти замуж за лорда Найджела Эдмондса, если у меня здесь ничего не получится. А у меня не получилось, - призналась
она.
- Что у тебя не получилось?
Она нахмурилась.
- Мои родители - титулованные особы, они занимают высокое положение в обществе. В то же время они очень бедны,
им трудно поддерживать видимость состоятельности. Они заложили земли, не могут заплатить банкиру, поэтому чувствуют
себя униженными.
- А нельзя предложить твоему отцу подумать насчет работы?
- Нет-нет, это невозможно, у него же титул! - повторила девушка.
- Благодаря одному титулу на столе само собой ничего не появится.
- Нет, - согласилась Грэйс.
- Если он не может работать, пускай продаст земли и все ценное.
- Вот поэтому я и собираюсь замуж.
- Не понимаю.
- Я - самое ценное, что осталось у моего отца, Дэниел.
Он подался вперед:
- Ты хочешь сказать, он тебя продает?
- Нет, разумеется, просто подыскал для меня хорошую партию.
- Твой брак решит его финансовые проблемы?
- Да.
- Значит, он продает тебя.
- Нет, не продает! - резко оборвала его Грэйс. - Браки по расчету, как правило, идут на пользу обеим семьям. Так
было всегда, столетиями. Мой отец не делает ничего дурного. Он и так слишком терпелив со мной. Я попросила его дать мне
год. Надеялась, мечтала, хотя, конечно, это глупо - купить землю на свое наследство от дяди...
- Заработать денег, чтобы содержать родителей на привычном для них уровне?
- Нет. Ты неправильно подумал. Мои родители довольно пожилые люди. Я родилась, когда им было по сорок. Если бы с
ранчо получилось, они перебрались бы из Англии ко мне. Разве это не отважный поступок с их стороны? Тебе бы
понравились мои родители, Дэниел. Они очень практичные люди, ты бы это оценил.
- Но ты недостаточно взрослая, чтобы взваливать на свои плечи такую ответственность.
- Возраст тут ни при чем. Мое будущее было, предопределено в день рождения.
- Почему?
- Потому что я рождена леди.
- Я знаю, что ты леди. - Дэниел улыбнулся.
- Ты не понимаешь! Я родилась леди Грэйс Уинтроп. Это налагает определенные обязательства, и я опозорю родителей,
если не отнесусь с уважением к их желаниям.
Дэниел удивился: оказывается, то, что важно для англичан, не имеет никакого значения для его соотечественников.
- В Соединенных Штатах титул абсолютно ничего не значит.
Грэйс кивнула.
- А что здесь важно? Деньги?
- В некоторой степени, - согласился он.
- А для тебя?
- Честь.
- Это как раз то, что я пытаюсь тебе объяснить. Моя честь сейчас под угрозой. Я должна поступить так, как делают все
девушки моего круга.
- В Соединенных Штатах слово, данное человеком, важнее его положения в обществе.
- Для меня главное - быть ответственной, - продолжила Грэйс. - Я обязана выполнить свой долг.
- Подцепить мужчину при деньгах и власти?
- Если это поможет моей семье, тогда да.
- Но тебе самой это не очень нравится, так ведь, Грэйс?
Она молчала.
- Тебе совсем не нравится, - заявил Дэниел. - Иначе ты бы не стала просить отсрочку. Ты хоть любишь того, кого они
тебе выбрали?
- Я научусь его любить. Он кажется порядочным человеком.
- Кажется? - перебил он ее.
Она покраснела:
- Я не знаю его достаточно хорошо... Сказать по правде, я видела его всего один раз. Нас представили друг другу на
благотворительном балу. Пожалуй, он не произвел на меня особого впечатления. Наверное, мне не стоило этого говорить?
- Нет ничего плохого в честном признании, -подбодрил ее Дэниел. - Ты-то наверняка произвела на него прекрасное
впечатление.
- Похоже, да, - согласилась Грэйс. - На следующий день он послал моему отцу письмо с просьбой принять его. Мама
сказала, что Найджел влюбился в меня с первого взгляда. Но я в такую чепуху не верю.
- С первого взгляда возникает только похоть!
- Видимо, нам не стоит продолжать разговор. Ты слишком волнуешься, Дэниел.
- Нисколько не волнуюсь! - резко ответил он. - Меня возмущает жестокость твоего отца.
- Дэниел, браки по расчету совершенно обычное дело в обществе.
- А ты очень послушная дочь.
Грэйс напряглась.
- Да, я такая. А со стороны родителей было очень благородно дать мне год...
- Отсрочки?
- Отпуска, - поправила она его. - Они дали шанс исполнить мою мечту. Они в меня верили.
Его голубые глаза так и сверлили ее.
- Но ты сама в себя не очень веришь, Грэйс?
- Конечно, верю.
.- Почему тогда так легко сдаешься?
- Потому что я еду в Техас! - воскликнула она. - Не могу же я оказаться в двух местах одновременно! Я уже четыре
месяца в Штатах. Поездка в Техас отнимет еще два. Так что у меня совсем не останется времени.
- Ты слишком легко сдаешься! - настойчиво повторил Дэниел.
Вообще-то он почти попал в цель, и Грэйс это нисколько не понравилось. Ведь он заставлял ее честно признать то, что
она пыталась скрыть даже от самой себя. 1
- Я не сдаюсь.
- Мне так не кажется, - не унимался он.
- Да что ты понимаешь? У тебя все по-другому.
- Потому что я живу в Соединенных Штатах.
- Нет, потому что ты мужчина, - покачала головой Грэйс. - Ты можешь не связывать себя узами брака, пока сам не
решишь, что пришло время сделать это. Честно говоря, я очень сомневаюсь, что такое когда-то с тобой случится. Ты не из
тех мужчин, которые способны угомониться и завести семью.
Дэниел поерзал на сиденье, еще дальше вытягивая ноги.
- Я был женат.
Грэйс вскинула бровь:
- Правда?
- Да, почти семь лет. У нас была дочь. Ее звали Бриджит.
Больше Грэйс не задавала вопросов. В наступившей тишине у него не возникло чувства неловкости. Он не знал, почему
решил рассказать этой девушке о своем прошлом, раскрыть душу. Видимо, наступил подходящий момент.
- Их уже нет на свете. Два года, как нет.
- Мне очень жаль!..
- Мне тоже.
Он говорил так, будто рассказывал о посторонних: бесцветным голосом, но с ужасной болью в глазах. Грэйс хотелось
обнять его, успокоить, но она не дала себе волю: не знала, как он отнесется к ее сочувствию.
Не желая, чтобы Дэниел заметил ее потрясение, Грэйс отвернулась к окну. Помолчав еще несколько минут, спросила:
- А как звали твою жену?
- Кэтлин.
- Красивое имя. Ты ее очень любил, да, Дэниел?
- Да, - ответил он без колебаний. - Я любил ее и люблю до сих пор.
- И ты никогда больше не женишься?
- Думаю, нет, - ответил он.
- Со временем...
Он покачал головой:
- Только не говори, что время лечит.
Грэйс не поняла, почему в его голосе появилась враждебность.
- Я и не говорю.
- А что ты хотела сказать?
- Со временем ты сможешь снова с улыбкой вспоминать Кэтлин и Бриджит, радостные моменты вашей жизни втроем.
Конечно, боль не пройдет совсем, но станет менее сильной.
- Откуда ты знаешь?
Она попыталась не обращать внимания на его раздраженный тон.
- Я не знаю этого по себе, но надеюсь, именно так и будет.
- Жарко! - проговорил Дэниел, расстегивая рубашку.
Она кивнула и повернулась открыть окно. Грэйс толкала, дергала раму, но безуспешно.
- Кажется, его запечатали навсегда. Дэниел встал и толкнул раму, окно открылось.
Горячий ветер ворвался в купе.
- Скажи, а как выглядела Кэтлин? - спросила она.
- А зачем тебе?
- Просто любопытно.
Дэниел положил ногу на сиденье рядом с Грэйс, откинулся на спинку и закрыл глаза. Он сложил руки на груди и,
казалось, забыл обо всем.
- Она была полной противоположностью тебе, вздохнул он. - И внешне, и по сути.
- Какая она была?
- Высокая, с каштановыми волосами, карими глазами. Вся в веснушках. Кэтлин постоянно беспокоилась о своем весе, и
совершенно напрасно. Она была красивая женщина и внешне, и внутренне. Наша дочь тоже. Она очень походила на мать.
Несколько минут они сидели молча, прежде чем Грэйс задала следующий вопрос:
- Как вы познакомились?
- Я остановился на ферме ее отца, по дороге в Дилон. Она работала в саду. Стоя на коленях, полола грядку под палящим
солнцем. Она подняла глаза на меня и улыбнулась. Тогда-то я и влюбился.
- Я тоже люблю возиться в саду, - сказала Грэйс. - У меня растут самые красивые цветы. Самые разные.
Дэниел покачал головой.
- Кэтлин выращивала овощи. На цветы у нее не было времени. Она воспитывалась на ферме. А ты росла в городе. Так
ведь?
- Но у нас есть загородный дом. Мы уезжаем туда, когда жара в городе становится невыносимой.
Дэниел фыркнул:
- Нет, Кэтлин была из простых. У нее не было времени думать о таких, пустяках, как жара или развлечения. Она
работала с утра до вечера в любую погоду. У нее не было шкафов, набитых нарядами. Но она обладала достоинством,
мужеством, верностью.
- А я разве нет? Ты сказал, что мы с Кэтлин не похожи. У нее было чувство собственного достоинства, а у меня, потвоему,
его нет?
- Я просто говорю: вы разные. Грэйс уставилась ему прямо в глаза:
- Ты намеренно хочешь меня обидеть?
Он не ответил. Она выглянула в окно, не желая, чтобы он заметил, как ее задели его слова. Почему он так дурно думает о
ней? А с другой стороны, почему мнение маршала Райана вдруг стало столь важным для нее?
Она крепко зажмурилась, удерживая слезы. Если он увидит хоть слезинку, то подумает, что она слабая, а это неправда.
Она сильная. Конечно, она никогда не работала в поле, не сажала овощи, но это не значит, что она бы не смогла. Злость
немного смягчила боль от обиды. Как он смеет делать скоропалительные выводы?
- Извини, Грэйс, я не хотел тебя обидеть. Она, не глядя на,него, ответила:
- Нет, хотел.
- Ты собираешься плакать?
- Нет, не собираюсь, - заявила она, - но не лги мне. Признайся, ты хотел меня обидеть.
- Прекрасно. Признаюсь. Я хотел тебя обидеть. Закрой окно. Понятно? Становится прохладно.
- Здесь жарко, как в печке, - начала спорить Грэйс.
- Закрой окно! - приказал он.
Она подчинилась, потом снова повернулась к Дэниелу:
- Тебе плохо?
- Нет, - пробормотал он. - Я просто ужасно устал.
- Несколько минут назад тебе было жарко. А сейчас холодно.
Она села рядом с ним, втиснувшись между стеной и Дэниелом. Прежде чем он успел остановить ее, она прикоснулась
ладонью к его лбу.
- У тебя жар, Дэниел. Я думаю, ты подхватил грипп.
- Грэйс, сядь на свое место и отстань от меня. Пожалуйста.
Она неохотно вернулась на свое место.
- Теперь понимаю, почему ты такой мрачный. Ты плохо себя чувствуешь.
Поезд еще раз повернул, вагон наклонился. Дэниелу стало еще хуже.
- Я не мрачный, - проворчал он. - Я поступил глупо и жестоко, мне не следовало этого делать. Тебе лучше держаться
подальше от меня, Грэйс. Почему поезд идет так быстро? Почему он летит?
- Он как раз замедляет ход. Боже мой, да как же я могу держаться от тебя подальше? Мы заперты в купе, ты не
спускаешь с меня глаз - сторожишь. Что такого я сделала? Чем обидела тебя?
- Грэйс, ничего плохого ты не сделала. Ты просто чертовски хороша и мила.
Она терялась: слова, сказанные этим красивым, сильным мужчиной, льстили ей, но в его тоне слышалось обвинение.
Почему он злится на нее, если она хорошенькая и милая?
- Дэниел, в твоих словах нет никакого смысла. Он почувствовал, как к горлу поднимается желчь.
Он глубоко вдохнул, чтобы сдержать тошноту.
- Слушай, все очень просто.
- Разве? - спросила она.
- Да, - пробормотал он. - Я не хотел ни одной женщины после смерти жены, а в последнее время... с тех пор, как
увидел тебя, я...
- Что ты? - не выдержала она.
Он понял: у него есть не больше пятнадцати секунд, чтобы добежать до туалета в конце вагона. Он ринулся к двери.
- Я хочу тебя, Грэйс! Поняла наконец? Закрой за мной дверь и никого не впускай.
Потрясенная, она не могла сдвинуться с места. Как странно он себя ведет...
Первый раз ему удалось добежать до туалета, но потом его стало рвать на пол, в ведро, которое принес проводник. Ему
казалось, что он испачкал наряд Грэйс, но он надеялся, что это бред больного. Никогда в жизни Дэниел Райан не чувствовал
себя так плохо. Болезнь отняла все силы. Он едва мог поднять голову. И сколько бы одеял на него ни накидывала Грэйс,
никак не мог согреться.
Грэйс приготовила ему постель. Она сидела рядом с ним ночь напролет, держа его голову у себя на коленях. Девушка
гладила лоб Дэниела прохладной рукой, прикладывала мокрый компресс. Он был уверен, что умер бы, если бы не она.
К полуночи его перестало рвать и наконец он заснул. Рано утром Грэйс потрясла его за плечо и сообщила, что они
прибыли на станцию и им надо пересесть на другой поезд. Дэниел не помнил, как сделал пересадку, и невероятно удивился,
увидев рядом с собой все дорожные сумки. Неужели она их перетащила? Нет, хрупкая Грэйс не могла этого сделать. Он же
все это время был совершенно беспомощным.
...Закладка в соц.сетях
