Жанр: Любовные романы
Здесь царствует любовь
...ного. Эта - о
Натане Хэйле, которого англичане расстреляли как шпиона. А затем я хочу почитать
про маркиза Лафайета. Он был
французом и...
- Когда ты научишься вести себя со взрослыми как полагается, Джон Остин? - не
дала ему закончить мысль сестра.
- Но, Саммер, как же я могу не говорить?..
- Твоя сестра права. - На этот раз мальчика мягко перебил Трэвис. - Давай
поедим, а потом уж отведем душу в
хорошем долгом разговоре.
Обстановка за столом сложилась самая непринужденная. Трэвис намазал маслом
хлеб для Мэри, сдобрил уксусом зелень
в тарелке, успевая при этом переброситься несколькими словами с хозяйкой. Сэди,
правда, сидела молча. Но Саммер отнесла
это насчет застенчивости подруги. Трэвис оказался веселым и обаятельным
собеседником. Дети слушали его рассказы,
буквально раскрыв рот. Саммер почти не сомневалась, что сочинял он адресованные
им маленькие истории прямо на ходу,
особенно самую забавную из них - о пони, который почему-то предпочитал яблочный
пирог сладкому клеверу. Джону
Остину она очень понравилась.
- Знаешь, Трэвис, Слейтер дал мне лошадь. Ее зовут Джорджиана. Пожалуй, мне
следует проверить, любит ли она
пироги. А может, ей понравятся пончики? Это было бы здорово, потому что я бы мог
дать ей их много. Сэди готовит очень
вкусные пончики.
- Джорджиана? Ты сказал, что твою лошадь зовут Джорджиана? Неплохо. Но почему
ты ее так назвал?
К концу трапезы дети были совершенно очарованы Трэвисом, а Саммер почти
забыла о его столкновении с Джессом. Как
бы там ни было; а сын Эллен Маклин по крайней мере умеет держать себя в
обществе. Уж это оспорить не сможет никто.
После еды женщины принялись убирать со стола, а Трэвис с Джоном Остином
отправились побеседовать на крыльцо.
Мэри тоже пошла было с ними, но Сэди настояла, чтобы девочка осталась играть со
своими куклами на кухне.
- Ты мечешься по дому, будто у нас пожар, Сэди. Зря ты так волнуешься. У нас
еще добрых полдня на то, чтобы
закончить стирку, - хотела пошутить Саммер, но, взглянув в лицо подруги, тут же
нахмурилась. - Ты плохо себя
чувствуешь? - дотронулась она до ее щеки. - Ты белая как мел! Видимо, слишком
долго находилась на солнцепеке да еще
возле бака с кипящей водой.
- Наверное, я перегрелась. Но ничего страшного. Просто надо немного посидеть
в доме и отдохнуть.
Сэди с трудом произнесла эти несколько фраз. Еду за столом ей пришлось
впихивать в себя насильно. Сейчас ее мутило, и
она с трудом сдерживала приступы тошноты. Но не это ее занимало. Куда серьезнее
был вставший перед ней вопрос о том,
что делать дальше. Варианты ответа один за другим проносились в голове, но ни
один из них не годился. Лучше всего,
конечно, прямо сейчас достать с полки ружье, подкрасться сзади к этому мерзавцу
и вышибить из него мозги! Но это почти
наверняка означает смерть и для нее, и для Мэри. Его дружки непременно захотят
отомстить. Застрели она Трэвиса, ни она
сама, ни дочка не смогут спокойно выйти за дверь. За каждым углом их будут
подстерегать убийцы. О Боже милосердный!
Сэди чуть не упала из-за внезапной слабости в коленях. Что будет безопаснее для
них - уехать или остаться здесь? Трэвис
приказывает уехать... Но, уехав, они с Мэри вовсе лишатся какой-либо защиты!
Размышления прервало возвращение Трэвиса и Джона Остина.
- Я так рад, что ты приехал, Трэвис, - говорил мальчик. - Когда ты приедешь в
следующий раз, я расскажу тебе о
битве при Сан-Хасинто. В ней участвовал мой отец.
- Не сомневаюсь, что мне будет очень интересно, - ответил Трэвис, снимая с
крючка шляпу. - Страшно не люблю
уезжать сразу после еды, мисс Саммер, но моих людей может встревожить мое
слишком долгое отсутствие. Мы решили
немного поохотиться в этих холмах. На ранчо сейчас уже поспокойнее.
- Спасибо, что заехали. И поблагодарите, пожалуйста, вашу маму за любезное
приглашение.
- Непременно, мисс Саммер, - сказал Трэвис и повернулся к бледной Сэди,
которая стояла позади дочки и смотрела на
него расширенными от переизбытка эмоций глазами. - А, вы здесь, миссис Брэтчер.
- Он подошел поближе и погладил
Мэри по головке. - Хорошенько приглядывайте за своей дочуркой. Она такая
миленькая, что просто слов нет! - Сэди
почувствовала, как внутри ее все похолодело под его пристальным взглядом. -
Обещаю, что дядя Трэвис обязательно
навестит тебя, как только окажется поблизости, - шепнул он девочке.
Сэди с трудом сдержала готовый уже вырваться из груди стон. Холодные мурашки
страха пробежали по спине, ноги
стали как ватные и отказывались слушаться. Убедившись, что жертва его доведена
до крайнего отчаяния, Трэвис наконец
отвернулся и направился к двери.
- Ну, пока до свидания, Джон Остин, - произнес он. - Еще раз спасибо за прием
и вкусное угощение, мисс Саммер.
- До свидания, Трэвис.
Девушка остановилась в дверях, глядя на удаляющегося Трэвиса. Перед тем как
покинуть двор, он наклонился в седле и
на прощание снял шляпу. Она улыбнулась и помахала в ответ рукой. Ожидая, когда
гость окончательно скроется из виду,
Саммер испытывала довольно противоречивые чувства. С одной стороны, она была
рада визиту Трэвиса, но с другой - еще
больше тому, что тот уехал до прихода Слейтера. Конечно, она расскажет жениху о
том, что к ним приезжал сын Эллен
Маклин. Но Слейтера это сообщение наверняка рассердит. Неприятный разговор ей
предстоит. Как ни крути, а приходится
признать, что всем было бы лучше, если бы Трэвис не приезжал.
Сэди лежала на кровати, обняв задремавшую Мэри. Ей отчаянно хотелось плакать.
Но слезы не появлялись. Внутри ее
были только ненависть, страх и ужасающая пустота.
- По-моему, ты заболела, Сэди, - сказала Саммер, с беспокойством глядя на
подругу. - Полежи в кровати. Я сама
управлюсь со стиркой.
- Я отдохну совсем немного и приду помочь тебе, - вымученно улыбнулась Сэди.
- Ты же знаешь, я не привыкла
оставаться без дела.
Чувство благодарности к Саммер облегчило душу. Как только подруга вышла, губы
Сэди задрожали, она уткнулась лицом
в волосы дочки и беззвучно зарыдала.
По мере приближения сумерек сердце Саммер билось все чаще и чаще. На этот раз
Сэди, с которой они обычно любили
поболтать вечерами после того, как укладывали детей, ушла рано. Саммер приняла
ванну, надела чистое платье, расчесала
волосы и, собрав их на затылке, перевязала ленточкой. Затем она достала из
шкатулки небольшой мешочек с лепестками роз
и потерла им шею, лицо и руки.
Порой происходящее с ней, особенно то, что она ждет Слейтера, казалось какимто
сном. Она и не догадывалась, как это
на самом деле чудесно - любить. Это чувство заполняло все ее сердце, и ничто не
могло ему помешать. Оно и весь мир
расцветило совершенно новыми красками, дав свободу ощущениям, которые она раньше
обязательно бы подавила. Счастье
переполняло ее в последние дни. Порой она ловила себя на том, что ей ни с того
ни с сего вдруг хочется смеяться. Вспомнив
об этом, девушка улыбнулась. Даже беспокойство о Сэди и предчувствие неприятного
объяснения со Слейтером по поводу
визита Трэвиса не могли омрачить сейчас ее настроения. Она любила и ждала
любимого! Все остальное было менее важно.
Напряженно прислушивающиеся к ночным звукам уши сообщили о его приходе
гораздо раньше, чем это сделали глаза. В
нетерпении Саммер вскочила со скамейки и сбежала с крыльца. Сердце радостно
затрепетало. Раздался скрип седла, еще
мгновение - и она увидела Слейтера. Его светлая рубашка слегка поблескивала в
лунном свете. Он был без шляпы, и черные
волосы оттеняли лицо. Не в силах больше терпеть, она сбежала с крыльца. Он замер
на месте, широко раскинув руки для
объятий. Бросившаяся в объятия девушка почувствовала, что ноги отрываются от
земли. Слейтер крепко прижал ее к себе и,
приподняв, повернулся на каблуках.
- Любимая моя! Нежная моя Девочка-Лето! Никогда не привыкну, наверное, к
тому, что ты ждешь меня, что ты
выбегаешь мне навстречу, - произнес он хрипловатым, проникающим в самое сердце
голосом, щекоча губами ее ухо. - Ты
пахнешь сегодня как роза. Хочешь пленить сердечного дружка?
- Он уже здесь! - горячо прошептала Саммер, обвивая руками его шею. - Он уже
со мной!
От ощущения ее близости и исходящего от нее тепла голова Слейтера кружилась.
Руки, будто желая убедиться, что все
это не сон, заскользили по ее телу, прижимая все ближе и ближе.
- Этот день показался мне длиннее чем год, - прошептал он, горячо целуя ее в
губы.
Саммер поцеловала его в ответ не менее страстно и жадно. Знакомое томление
внизу живота заставляло прижиматься к
любимому еще сильнее. Груди буквально трепетали в предвкушении его ласк. Горячие
ладони Слейтера уже гладили их
медленно и нежно.
- Любимая моя! - Горячее дыхание обожгло лицо девушки. - Я не мог дождаться
этого момента весь день. Мне
становится все труднее и труднее жить без тебя.
От того, что это она так возбуждает его, что это от прикосновений к ней
трепещет его большое, сильное тело и
перехватывает дыхание у него в горле, Саммер почувствовала себя храброй. Ее
ладонь опустилась и скользнула в разрез
рубашки Слейтера, нежно гладя его грудь, заросшую жесткими волосами. Вдруг рука
Саммер замерла, а губы, дрогнув,
оторвались от его губ.
- Ты... Тебя ранили в это место!
- Не имеет значения. Вообще ничего не имеет значения, кроме того, что ты
рядом со мной.
Он вновь принялся целовать ее, поддерживая запрокинувшуюся голову девушки
ладонью, перебирая пальцами густые
шелковистые волосы, собранные на затылке.
Саммер почти физически ощущала, как бушующие в них чувства соединяются в
нечто единое. Больше всего на свете ей
хотелось сейчас раствориться в нем, стать одним целым с этим мужчиной, ощущать
все так же, как он.
Очень осторожно Слейтер расслабил ее объятия, положил руки на плечи и
пристально посмотрел в глаза.
- Позволь мне перевезти тебя и Джона Остина в мой дом, любимая, - произнес он
голосом, в котором явно слышалась
тревога. - Мне хочется, чтобы ты была там. Я могу жить вместе с рабочими до тех
пор, пока мы не поженимся, - добавил
он, вновь прижимая ее к груди.
Удары собственного сердца гулким эхом отозвались в ушах Саммер. Искренняя
забота, звучавшая в словах Слейтера,
была столь трогательна, что она почувствовала себя вдруг маленькой и слабой. Она
с большим трудом нашла в себе силы,
чтобы ответить.
- Ждать осталось совсем немного, - прошептала девушка, покрывая поцелуями его
подбородок. - До этого времени я
поживу здесь. Тем более что ты можешь приходить сюда в любой момент. - Слегка
отклонившись назад, она озорно
улыбнулась. - Почему бы нам не остаться здесь вместе? Пойдем на крыльцо!
- Давай лучше прогуляемся к качелям, - предложил Слейтер.
Девушка кивнула. Он отвязал прикрепленное к седлу одеяло, и они, взявшись за
руки, пошли вниз по тропинке. Саммер
подумала, что сейчас самое время рассказать жениху о визите Трэвиса. Но пока она
подбирала слова, они оказались рядом со
своим любимым большим дубом, а Слейтер уже располагался на разложенном одеяле.
Благоприятный момент для
сообщения был упущен.
Облокотившись, Маклин смотрел и не мог насмотреться на Саммер. Нет, второй
такой женщины в этом мире не сыскать!
Кто еще сумел бы так легко, совершенно не стремясь к этому, пленить его целиком
и без остатка? И как может хрупкое,
будто бабочка, существо обладать такой волшебной силой? Сейчас, в серебряном
свете луны, Саммер казалась совершенно
неземным, чудесным явлением. Но она рядом, и он может притронуться к ней!
Слейтер приподнялся и обвил руками талию невесты. Она тут же опустилась возле
него на колени.
- Неужели это на самом деле ты, Саммер, или все это сон? Чудесный сон... -
прошептал он, сжимая ее запястья и
покрывая горячими поцелуями мягкие, податливые губы.
Ответный порыв был не менее страстным. Рот девушки приоткрылся, и их языки
соприкоснулись в поисках нового
наслаждения.
- Любимый мой! - прошептала она, когда их губы на мгновение разомкнулись. - И
самый чудесный сон не может
быть столь прекрасен!
Не снимая рук с ее плеч, Слейтер опустился на спину. Из груди его вырвался
радостный, умиротворенный вздох.
- Ты устал за день, - произнесла она, заботливо глядя ему в лицо.
В мягком колеблющемся свете луны кожа девушки казалась серебристо-бархатной,
что делало ее еще прекраснее. Она
будто излучала некое сияние, которое Слейтер не смог бы описать словами. Но он
чувствовал, как под его воздействием все
вокруг становится другим.
- Прекрасная моя Саммер! - прошептал он почти с благоговением. - В это
невозможно поверить, но это так: ты
становишься все красивее, и красивее. Не сказочная ли ты принцесса, любовь моя?
- Да. Она самая, - улыбнулась девушка. - И могу превратиться в зеленую
лягушку, если ты меня не поцелуешь.
- О, не делай этого! - прошептал Слейтер, и в его хрипловатом шепоте
угадывался настоящий страх.
Осторожно положив Саммер на спину, он прижал ее к одеялу своим телом, и губы
их соединились. Это был горячий
поцелуй, полный нежной страсти и любви, из тех, что способны заставить женщину
забыть обо всем на свете. Каждое
движение его губ возбуждало Саммер все больше и больше. Она закрыла глаза,
отдаваясь во власть даримому им
блаженству. Будто во сне она почувствовала, как губы его коснулись ее уха,
обжигая жарким дыханием и прерывистыми,
чуть хрипловатыми словами любви. В этом сладком сне было совершенно естественно,
что оказавшиеся на ее груди пальцы
Слейтера расстегнули пуговицы мешавшего платья. Ладони накрыли мягкие
выпуклости, нежно лаская, погладили их, и к
соскам что есть силы прижалась его обнаженная грудь. Сердца их бились теперь
совсем рядом.
Не решаясь открыть глаза, Саммер вслепую нашла ртом его искалеченную щеку и
стала ласкать ее губами, стараясь
поцеловать каждое углубление и каждый выступ. Руки Слейтера продолжали гладить
ее тело, с нежной жадностью исследуя
его скрытые под платьем изгибы. Саммер почувствовала, как его пальцы
расстегивают дальше пуговицы и крючки ее
одежды. Она затрепетала, но не могла заставить себя остановить Слейтера, как
Слейтер не мог остановиться.
Губы его медленно, то и дело замирая в поцелуе, двигались от рта к мочкам
ушей девушки, касались глаз и вновь
обжигали губы. Слейтер и сам весь трепетал. Он соскользнул вниз и стал целовать
ее грудь, ласкать языком соски. Из груди
девушки вырвался едва слышный звук, похожий на приглушенный стон и сдерживаемую
мольбу. Она хотела продолжения!
Ей хотелось лежать так и чувствовать эти ласковые мужские руки на своем теле!
Она и представить раньше не могла, что ей
может быть так приятно, что прикосновения могут так тревожить, возбуждать и
приносить такие чудесные наслаждения.
- Я люблю тебя и очень тебя хочу! Но я понимаю, что это должно произойти...
после свадьбы... Прикажи мне
остановиться, любимая!
Слейтер произнес эти слова прерывисто, борясь сам с собой. Губы его целовали
шею Саммер и постепенно спускались к
груди. Одна рука приподняла спину девушки, другая ласкала ягодицы и бедра. Он
уже не мог в одиночку справиться со
страстным желанием прикоснуться к каждой частичке ее тела, разжечь ее, слиться с
ней в одно целое.
- Или скажи, что ты хочешь того же, что и я, - продолжил он после некоторого
перерыва. - Пожалуйста...
Пожалуйста, скажи, что ты тоже хочешь!
Глядя на Слейтера полным любви взглядом, Саммер прижала ладони к его щекам и
необычайно мягко, будто
разговаривала с ребенком, произнесла:
- Да, мой любимый. Я хочу, чтобы это произошло. Несколько слов, которые скоро
произнесет священник, не могут
сделать меня более близкой тебе, чем сейчас.
Он склонился к ней и медленно, будто боясь спугнуть, дотронулся губами до ее
губ. Язык слизнул сладкий нектар с их
поверхности, а затем, приоткрыв их, проник вглубь. Еще одно долгое мгновение
Слейтер, все еще не решаясь, неподвижно
лежал, прикрыв ее тело своим, чуть раздвинув ей ноги и сильнее обняв рукой.
- Я должен предупредить, любовь моя... - прошептал он, щекоча губами ее щеку.
- Это... может быть не совсем то,
что ты ожидаешь... Может быть...
- Больно? Я знаю, знаю...
Руки Саммер нетерпеливым движением сняли с него рубашку, погладили жесткие
кудрявые волосы на груди и скользнули
вниз, гладя мускулистый живот. И вдруг он резко отстранился. Девушка вздрогнула
и чуть было не запротестовала вслух. Но
прежде чем она успела сделать это, Слейтер, уже обнаженный, был опять рядом,
помог снять платье и прижался к ней,
согревая теплом своего тела.
Она обняла его, будто боясь лишиться этой близости. Тело трепетало, ища еще
более полного слияния. Слейтер
непрерывно целовал ее, и с каждым поцелуем страстное желание разгоралось в ней
все сильнее и сильнее. Голова его чуть
склонилась, и горячие поцелуи обожгли налившуюся грудь. Руки волшебными пассами
ласкали нежную кожу между бедрами
и внизу живота. Вот пальцы прикоснулись к самому интимному ее месту и слегка
углубились внутрь. Из груди Саммер
вырвался приглушенный стон.
Он шептал что-то мягко и убедительно, хотя смысла слов она почти не понимала.
А еще через мгновение Саммер вообще
забыла обо всем. Ноги сами собой раздвинулись шире, приглашая его пальцы
продолжить приносящие такое невыразимое
удовольствие движения. Переполнявшее ее возбуждение заставляло все тело
изгибаться навстречу этим движениям в поисках
чего-то, чего она пока не знала.
- У нас еще будет тысяча ночей. Но сегодня мы впервые любим друг друга,
дорогая, - прерывисто дыша, вымолвил
Слейтер. - Мне хочется, чтобы и ты получила такое же удовольствие, как и я.
Важно, чтобы ты сохранила о нашей первой
ночи самые лучшие воспоминания.
- О да! Я знаю... Пожалуйста, - прошептала она.
Слейтер по-прежнему прижимал ее грудью к одеялу, его колени раздвинули бедра
девушки. На какую-то секунду Саммер
ощутила страх. Пальцы ее заскользили по его спине, судорожно сжимая и вновь
отпуская вьтуклые мышцы. Еще мгновение
- Слейтер чуть приподнялся, и девушка ощутила, как нечто большое, твердое и
продолговатое вошло внутрь ее тела. Глядя
ей в глаза и прерывисто дыша, он ненадолго замер, и вдруг резко продвинул часть
своего тела глубже. Саммер вздрогнула не
то от боли, не то от удивления. Губы приоткрылись, но он мгновенно запечатал их
поцелуем, так и не дав вырваться
зародившемуся уже в горле стону.
- Бесценная моя... Любимая... - шептал он нежные, успокаивающие слова.
Слейтер снова замер, но тела их уже окончательно слились в одно целое.
Осознание случившегося теплой волной омыло
сердце. Она обхватила любимого руками, прижимая к груди. Бедра сами сделали
движение навстречу. В голове пульсировала
лишь одна Мысль - этот момент никогда больше не повторится, отныне она стала уже
другой.
Очень осторожно и медленно, стараясь не изгибать тела, он шевельнулся и
посмотрел ей в глаза. Они светились счастьем
и любовью. Он шевельнулся чуть резче и быстрее. В глазах любимой не было боли.
Едва сдерживая радостный крик, Слейтер
горячо поцеловал ее в губы. Тела их изогнулись, ища друг друга во встречном
движении. Саммер ощутила внутри нечто
похожее на удар молнии. Казалось, какая-то волшебная сила подхватила их обоих,
унося на край света и еще дальше, куда-то,
где были лишь они вдвоем, слившиеся в одно целое.
- Я люблю тебя, - пролепетала она, трепеща всем телом.
Сказочное, непередаваемое наслаждение волна за волной накатывалось на них,
захватывая целиком. Они были
существами, способными, соединившись, принести друг другу высшее счастье. Каждый
из них с готовностью отдавал
другому все, что мог, получая не меньше, а может, и больше в ответ. Саммер лишь
догадывалась, что такая любовь, как у
них, дана не всем. Слейтер знал это наверняка. Он был человеком, всей душой
стремящимся к мирной жизни и простому
человеческому теплу. И сейчас он обрел все это. Все, чего он так страстно желал,
заключалось в этой маленькой женщине.
Он чувствовал это, сливаясь с ней, и хотел отдать ей всего себя без остатка,
вновь и вновь прижимаясь к ее груди.
Наконец вырвавшийся из его губ легкий стон возвестил об окончании акта любви.
Они лежали рядом, не разжимая
объятий. Сил у Саммер осталось ровно на то, чтобы отвечать на его поцелуи. Тело
вдруг стало слабым и безжизненным, зато
душа ликовала. Хотелось поделиться своим счастьем и с любимым.
- Это было просто чудесно! Ты... ты великолепен!
Слейтер, чувствуя, как по телу разливается приятная усталость, бережным
движением поправил выбившиеся на лоб пряди
волос Саммер. Сердце его ликовало. Он и в самых смелых мечтах не рассчитывал,
что судьба пошлет ему такую женщину. И
никогда еще он не чувствовал себя столь радостно и умиротворенно. Склонив
голову, он с нежностью и благоговением
поцеловал ее, затем откинулся на спину и взял в руку свою рубашку. Но не надел
ее, а протер мягкой тканью грудь, живот и
бедра Саммер, а затем аккуратно смахнул капельки пота с ее лица. Так поступить
мог только по-настоящему любящий
мужчина, и Саммер безошибочным женским чутьем угадала это.
Слейтер присел, и они пристально стали смотреть друг на друга, не в силах
отвести глаз. Саммер впервые видела его
мускулистое, чуть худощавое тело обнаженным, чувствуя, что и он наслаждается
созерцанием ее наготы. Но и тени
смущения, а тем более раздражения у нее не возникло.
- Я люблю тебя! - произнесла она мягким, слегка дрогнувшим голосом.
- И я люблю тебя! - ответил он. - Я так благодарен судьбе за посланное мне
счастье.
Он быстро натянул на себя одежду и помог одеться Саммер.
- Если бы ты жила в моем доме, я бы не выпускал тебя из своих объятий все
ночи напролет, - сказал Слейтер тихо
немного шутливым тоном. - Но я понимаю причины, по которым ты не хочешь
переезжать сейчас, - добавил он уже
серьезно.
Утомленная, Саммер сидела неподвижно, предоставив Слейтеру позаботиться о
своей ленточке для волос. Он нашел ее на
одеяле и надел ей на шею, оставив волосы распущенными. Они снова посмотрели друг
другу в глаза. То, что произошло
между ними, было чудом. Продолжение обещало быть не менее прекрасным. Они уже не
были чужими людьми, а стали
близкими и родными, как муж и жена. Ее мягкость теперь добавилась к его
непреклонности, а ей передалась часть его
твердости. Совершилось обыкновенное и вечно новое чудо, наполнявшее обоих
восторгом. Они были счастливы тем, что
просто сидят рядом на мягком одеяле, а ночь дарит им уединение, отгораживая от
остального мира.
- Я чувствую, что стала какой-то другой, новой, - прошептала Саммер. - То,
что творится в моей душе, похоже на
музыку.
- Поцелуй меня еще раз.
Их губы нашли друг друга в темноте и слились в поцелуе. Вышедшая из-за
закрывавшей ее тучки луна пролила на них
свой загадочный серебряный свет. Где-то далеко койот протяжным воем пожаловался
небу на свое одиночество, сова
пробормотала что-то в ответ, вспугнув зашумевшую в листве белку, и вновь все
смолкло.
Они сидели неподвижно несколько минут, пока еще один почти неслышный далекий
звук заставил Слейтера
встрепенуться. Он настороженно прислушался. И хотя звук не повторился, он
потянулся к своим мокасинам, и в руках его
блеснул маленький револьвер. Обняв Саммер, он вновь стал вслушиваться в тишину,
затем одним ловким движением
поднялся вместе с ней на ноги.
- Что это? - спросила она шепотом.
- Олень спустился к реке, - спокойно сказал он, протягивая ей руку.
Саммер вложила свою ладонь в его, они вышли из тени своего любимого дерева и
направились через двор к дому.
- Трэвис Маклин приезжал к нам сегодня, - поспешила выпалить она то, что не
решалась сообщить весь вечер.
Они вошли на крыльцо. Слейтер не торопясь молча положил одеяло на скамейку.
Девушка почувствовала себя неловко. В
том, что он слышал ее последние слова, сомнений не было. Но и в том, что он не
проронил в ответ ни звука, тоже.
- Слейтер, - снова окликнула она его, стараясь заглянуть в глаза. - Ты
слышал, что я тебе сказала?
- Слышал.
Горечь, прозвучавшая в ответе, отозвалась болью в сердце Саммер.
- Почему ты мне не сказала об этом раньше? Что ему здесь понадобилось? -
спросил Слейтер.
Казалось, что гнев, не умещаясь в нем, рвется наружу, заполняя ночную тьму и
обжигая Саммер. Она невольно
попятилась, но рука его лишь крепче сжала ее запястье.
- Он сказал, что охотится в горах. Эллен просила его передать мне приглашение
на бал, если он окажется поблизости от
нашего дома, - сказала она, с опаской глядя на Слейтера.
Она почти физически ощутила, как в нем все сильнее и сильнее разгораются
злость и раздражение.
- Он охотился? На кого, интересно? Не на несчастных ли индейцев, чтобы
обратить их в рабов или замучить пытками?
Если поначалу Саммер была лишь удивлена реакцией Слейтера, то теперь это
обвинение, да еще произнесенное столь
раздраженным тоном, вывело ее из себя.
- Он не сообщил мне, на кого охотится. Зато вел себя как джентльмен, и я,
естественно, предложила ему сесть с нами за
стол. А как, по-твоему, мне следовало поступить?
- Ты не знаешь, на что способны Трэвис Маклин и эта красивая притворщица
Эллен!
Бесцеремонность, с которой Слейтер проигнорировал ее мнение, задела уже
природную гордость Саммер.
- Возможно, - произнесла она с холодным спокойствием. - Но у меня нет никаких
оснований считать их своими
недругами. Эллен была так добра, что сразу же навестила меня, как только смогла.
Она была подругой моей мамы и хочет
дружить со мной тоже. Ты совершенно не прав, полагая, что они как-то связаны с
убийством твоего отца. Эллен во время
наших разговоров и о Сэме, и о тебе говорила только хорошее...
- Ах вот оно что! - резко, будто ударом хлыста, прервал ее Слейтер. - Ты
думаешь, что она была подругой Нэнни? Да
она презирала и ненавидела Нэнни, так же как ненавидела и презирала мою мать,
меня, любого, кто, по ее мнению, стоял
между ней и моим отцом. А когда Эллен окончательно поняла, что не добьется
своего, она решила убить его и меня! В
результате она получила бы хоть частицу отца - созданное им ранчо!
- Ты не можешь знать этого, Слейтер! - Из-за усиливающегося раздражения
девушка не столько задумывалась над его
словами, сколько искала аргументы для их опровержения. - Ты просто дал волю
своим подозрени
...Закладка в соц.сетях
