Жанр: Любовные романы
Цирк проклятых
.... Вампир сорвал с себя цепь и перебросил ее через дорогу в деревья,
крест сверкнул падающей звездой.
Я скользнула в машину, захлопывая и запирая дверцу. Щелкнув предохранителем,
я зажала браунинг между бедрами.
Вампир по имени Алехандро был слишком занят своей болью, чтобы гнаться за
нами прямо в тот же миг. Подойдет.
Толкнув рычаг передач, я бросила машину вперед. Она завиляла. Я притормозила
до скорости света, и машинально выровнялась. Мы летели в темном туннеле
мелькающего света и теней деревьев. А в конце туннеля стояла фигура с
длинными развевающимися на ветру каштановыми волосами. Это была вампирша,
которая напала на Ларри. Она просто стояла посреди дороги. Просто стояла.
Сейчас мы узнаем, может ли вампир сдрейфить. Мне предстояло проверить
собственный совет. И я вдавила педаль газа в пол. Машина рванулась вперед.
Вампирша стояла на месте, а мы катили на нее.
В последнюю секунду я поняла, что вампирша не бросится в сторону, а у меня
уже не было времени. Нам предстояла проверить мою теорию насчет автомобилей
и плоти вампира. Почему, когда нужен серебряный автомобиль, так его никогда
нет под рукой?
24
Я глядела в незнакомое лицо. Рука держала окровавленный платок возле его
лба. Короткие волосы, светлые глаза, веснушки.
— Привет, Ларри, — сказала я. И голос мой был далеким и незнакомым, но
почему — я не могла вспомнить.
Было все еще темно. Лицо Ларри было чуть почище, но рана все еще
кровоточила. Не могла я так долго быть без сознания. Без сознания? А куда
это я падала без сознания? Все, что я помнила, это были глаза, черные глаза.
Я слишком быстро села, и Ларри поймал меня за руку, а то я бы упала.
— А где...
— Вампиры? — закончил он за меня.
Я откинулась к нему на руки и шепнула:
— Да.
Повсюду вокруг в темноте стояли люди, сбиваясь в шепчущие группы. Темноту
прорезали лучи фар полицейской машины. Рядом с ней стояли двое полицейских в
форме, разговаривая с человеком, чье имя я вспомнила не сразу.
— Карл, — сказала я.
— Что? — переспросил Ларри.
— Карл Ингер, высокий, который говорит с полицией.
— Да, так, — кивнул Ларри.
Рядом с нами склонился невысокий смуглый человек. Джереми Рубенс из Человек
превыше всего, который, по последним данным, по нам и стрелял. Что тут за
фигня творится?
Джереми улыбался мне, и улыбка была естественной.
— Чего это вы вдруг ни с того ни с сего стали моим другом?
Он улыбнулся пошире:
— Мы вас спасли.
Я оттолкнулась от Ларри, чтобы сесть без поддержки. На минуту закружилась
голова, но сразу прошла. Все путем.
— Ларри, расскажи-ка мне!
Он глянул на Джереми Рубенса и снова на меня.
— Они нас спасли.
— Как?
— Плеснули святой водой на ту, которая меня укусила. — Он коснулся
свободной рукой горла — неосознанный жест, и заметил, что я смотрю. — Теперь
у нее будет надо мной власть?
— Она когда кусала, вошла в твое сознание?
— Не знаю, — ответил он. — А как это определить?
Я начала было объяснять, но закрыла рот, не успев сказать ни слова. Как
объяснить необъяснимое?
— Если бы Алехандро, Мастер вампиров, укусил бы меня одновременно с
вхождением в мое сознание, я бы сейчас была под его властью.
— Алехандро?
— Так называли Мастера другие вампиры.
Я качнула случайно головой, и тут же мир поплыл в черных волнах, и мне
пришлось сделать глотательное движение, чтобы подавить рвоту. Что он со мной
сделал? Я уже встречалась раньше с ментальными играми, но такой реакции не
было никогда.
— Вон скорая помощь едет, — сказал Ларри.
— Мне она не нужна.
— Мисс Блейк, вы час были без сознания, — сказал Рубенс. — Мы попросили
полицию вызвать скорую, когда не смогли привести вас в чувство.
Рубенс стоял так близко, что я могла бы до него дотронуться. Он смотрел
дружелюбно, да что там — просто сиял, как невеста в день торжества. Чего это
он вдруг меня так полюбил?
— Значит, они плеснули святой водой на вампиршу, которая тебя укусила.
Что было дальше? — спросила я у Ларри.
— Они прогнали остальных крестами и амулетами.
— Амулетами?
Рубенс вытащил цепь с двумя металлическими книжечками. Обе они могли бы
поместиться у меня на ладони, да еще и место бы осталось.
— Это не амулеты, Ларри. Это миниатюрное исполнение священных иудейских
книг.
— А я думал, там должна быть звезда Давида.
— Звезда не помогает, потому что на самом деле это символ расовый, а не
религиозный.
— Так это миниатюрные Библии?
Я приподняла брови:
— Ну, вообще Тора содержит в себе Ветхий Завет, так что, если хочешь,
это миниатюрные Библии.
— А нам, христианам, Библия поможет?
— Не знаю, Ларри. Наверное. Просто у меня во время нападений вампиров
ни разу не было с собой Библии.
И это, очевидно, моя вина. Когда я вообще последний раз читала Библию?
Может, я становлюсь воскресной христианкой? Ладно, о душе подумаю потом,
когда с телом будет чуть получше.
— Отпустите вы скорую, я в порядке.
— Ничего вы не в порядке, — сказал Рубенс и протянул руку, будто
собираясь меня коснуться. Я посмотрела на него, и его рука остановилась на
полпути. — Позвольте нам вам помочь, мисс Блейк. У нас одни и те же враги.
— А полиция знает, что вы поначалу в нас стреляли?
Что-то мелькнуло в лице Рубенса.
— Значит, не знает?
— Мы вас спасли от судьбы худшей, чем смерть, мисс Блейк. Это было
ошибкой — напасть на вас. Вы поднимаете мертвых, но вы — истинный враг
вампиров, значит, мы союзники.
— Враг моего врага — мой друг?
Он кивнул.
Полицейские были совсем рядом, еще чуть-чуть — и они услышат наш разговор.
— Ладно, но если вы еще раз направите на меня оружие, я забуду, что вы
меня спасли.
— Этого никогда больше не случится, мисс Блейк, даю вам мое слово.
Я хотела сказать что-нибудь уничтожающее, но полиция уже подошла. Они
услышат. А я не собиралась доносить на Рубенса и группу Человек превыше
всего и потому приберегла свои замечания до другого случая. Зная Рубенса,
можно ручаться, что таковой будет.
Я соврала полиции насчет того, что сделали ребята из Человек превыше
всего, и соврала насчет того, чего хотел от меня Алехандро. Это было
очередное безрассудное нападение, вроде тех двух, что уже произошли раньше.
Потом я расскажу правду Дольфу и Зебровски, но сейчас меня как-то не тянуло
рассказывать всю эту путаницу незнакомым людям. Я даже не была уверена, что
Дольф все услышит. Например, о том факте, что я почти наверняка — человек-
слуга Жан-Клода.
Нет, это упоминать совсем не обязательно.
Озеро Чип-Эвэй — это искусственный водоем площадью в пол-акра с
искусственными насыпными берегами. Тут же палаточка, где продаются еда и
наживка. Вокруг — плоская автостоянка с гравийным покрытием. На стоянке —
автомобиль последней модели с плакатом Продается. Платная рыбалка и тут же
продажа подержанных автомобилей. Отлично придумано.
Вправо от стоянки тянулся участок, заросший травой. На нем — небольшой сарайчик-
развалюха и что-то, похожее на остатки промышленного барбекю. Трава
кончалась древесной опушкой, переходящей в лесистый холм. С левой стороны к
озеру подходила река Мерамек. Забавно было видеть свободно текущую воду
рядом с искусственным озером.
В этот холодный осенний день на стоянке было только три машины. Рядом с
сияющим бордовым крайслер-бароном стоял Ингер. Горстка рыбаков закидывала
удочки в озеро. Хорошая должна быть рыбалка, если вытащила людей наружу в
такой холод.
Я поставила машину рядом с автомобилем Ингера. Он пошел навстречу мне
широким шагом, протягивая руку, как агент по продаже недвижимости, который
счастлив показать покупателю дом. Что бы он ни продавал, мне это не нужно. В
этом я была почти уверена.
— Как я рад, что вы приехали, мисс Блейк!
Он пожал мою руку двумя своими, сердечно, душевно, неискренне.
— Что у вас на уме, мистер Ингер?
Его улыбка расползлась на краях.
— Я вас не понимаю, мисс Блейк.
— Отлично понимаете.
— Серьезно, не понимаю.
Я вгляделась в его озадаченное лицо. Может быть, я слишком много времени
провела с ловчилами. Тут в какой-то момент забываешь, что не все в мире —
ловчилы. Если всегда предполагать худшее, это сильно экономит время.
— Простите, мистер Ингер. Я много времени провожу в поисках
преступников, это вырабатывает цинизм.
У него все равно был озадаченный вид.
— Не обращайте внимания, мистер Ингер, давайте просто поедем к этому
Оливеру.
— Мистеру Оливеру, — поправил он.
— Да, конечно.
— Поедем на моей машине? — Он сделал жест в сторону своего крайслера.
— Я поеду за вами.
— Вы мне не доверяете.
Кажется, это его задело. Вообще люди не привыкли, что бы их подозревали
только за то, что когда-то они что-то такое сделали. По закону каждый
невиновен, пока его вина не доказана, но если ты повидал достаточно боли и
смертей, для тебя каждый виновен, пока не доказана его невиновность.
— Ладно, поедем на вашей.
Он просто просиял. Именины сердца.
К тому же у меня было с собой два ножа, три креста и пистолет. Преступник он
или нет, а я подготовилась. Я не ожидала, что мне понадобится оружие для
разговора с мистером Оливером, но потом — потом может понадобиться. Время
ходить вооруженной до зубов — хоть на медведя. Или дракона. Или вампира.
Ларри лежал на полу головой на коленях у Ясмин, а она прижимала его
запястья. На нем сидела Маргарита, придавливая своей тяжестью к полу.
Длинными, протяжными движениями языка она слизывала кровь с его лица. Ричард
лежал на полу грудой, и по лицу его стекала кровь. Еще что-то лежало на
полу; оно дергалось и ползло. Как вода, обтекал ЭТО серый мех. К небу
взметнулась рука, опала, как увядающий цветок, блеснули кости сквозь плоть.
Пальцы сжимались, плоть перекатывалась по плоти. Сплошь сырое мясо, но без
крови. Кости защелкивались с мокрым сосущим звуком. На черный ковер падали
капли прозрачной жидкости, но без крови.
Я вытащила браунинг и встала так, чтобы прицелиться между Ясмин и тварью на
полу. Спиной я стояла к занавесам, но отошла. Сквозь них слишком легко
пройти.
— Отпусти его сейчас же!
— Мы ему ничего плохого не делаем, — ответила Ясмин.
Маргарита наклонилась к телу Ларри, одной ладонью как чашечкой накрыв его
пах и массируя.
— Анита!
Глаза у него вылезали на лоб, кожа побледнела, веснушки выступили
чернильными пятнами.
Я выстрелила рядом с головой Ясмин. Резкий звук раскатился эхом. Она
зарычала:
— Я перерву ему глотку раньше, чем ты спустишь курок второй раз.
Я направила ствол в голову Маргариты точно над одним из голубых глаз.
— Ты убьешь его, я убью Маргариту. Такой обмен тебя устраивает?
— Что это ты делаешь, Ясмин? — появился за моей спиной Жан-Клод.
Я глянула на него и сразу снова на Маргариту. Жан-Клод не представлял
опасности. Сейчас — нет.
Тварь на полу поднялась на дрожащие ноги и встряхнулась, как вылезающая из
воды собака. Это был большой волк. Он был покрыт густым коричнево-серым
мехом, будто только что вымытым и просушенным феном. Жидкость стеклась в
лужу на ковре. Валялись клочья одежды. Возрожденный волк вставал из этого
беспорядка.
На кофейном столике, аккуратно сложенные, лежали круглые очки в проволочной
оправе.
— Ирвинг?
Волк тихо то ли гавкнул, то ли рыкнул. Это означало да?
Я всегда знала, что Ирвинг — вервольф, но увидеть воочию — это совсем
другое. До самой этой минуты я не верила по-настоящему, взаправду. Глядя в
светло-карие глаза волка, я поверила.
Маргарита теперь лежала на полу за Ларри. Руками она обхватила его грудь,
ногами — талию. Почти вся она спряталась за ним.
Я слишком много времени проглазела на Ирвинга. Теперь я не могла стрелять в
Маргариту, не рискуя попасть в Ларри. Ясмин стояла рядом на коленях,
зачерпнув волосы Ларри в горсть.
— Я ему шею сломаю!
— Ты ему ничего не сделаешь, Ясмин, — сказал Жан-Клод.
Он стоял рядом с кофейным столом. Волк, тихо ворча, подошел к нему. Пальцы
Жан-Клода погладили его по голове.
— Отзови своих псов, Жан-Клод, или вот этот умрет.
Она оттянула голову Ларри, вытянув его шею до отказа, чтобы подчеркнуть
смысл своих слов. Пластырь, закрывавший укус вампира, был снят, и язык
Маргариты лизал натянутую плоть.
Я бы наверняка могла прострелить ей лоб, пока она лизала шею Ларри, но Ясмин
успела бы сломать ему шею. Я предпочла не рисковать.
— Сделайте что-нибудь, Жан-Клод! — сказала я. — Вы Мастер города, она
должна повиноваться вашим приказам.
— Да, Жан-Клод, отдай мне приказ!
— Жан-Клод, что здесь происходит? — спросила я.
— Она меня испытывает.
— Зачем?
— Ясмин хочет быть Мастером города. Но у нее не хватит сил.
— У меня хватило сил не дать тебе и твоей слуге услышать вопли вот
этого. Ричард тебя звал, и ты не слышал, потому что я не дала.
Ричард стоял за спиной Жан-Клода, и в углу его рта была размазана кровь. На
правой щеке у него был порез, из которого она и текла по лицу.
— Я пытался ее остановить.
— Недостаточно сильно пытался, — сказал Жан-Клод.
— Ругаться будете потом, — сказала я. — А сейчас у нас есть проблема,
которую надо решить.
Ясмин рассмеялась. Этот звук прополз у меня по спине, будто мне кто-то за
шиворот высыпал банку червей. Меня передернуло, и я решила тут же на месте,
что первой я пристрелю Ясмин. Заодно выясним, что быстрее: Мастер вампиров
или летящая пуля.
Она рассмеялась, выпустила Ларри и встала. Маргарита все еще за него
цеплялась. Он встал на четвереньки, а женщина сидела на нем, как на лошади,
обвив его руками и ногами. Она со смехом целовала его в шею.
Я изо всех сил ударила ее ногой в лицо. Она соскользнула с Ларри и свалилась
без сознания на пол.
Ясмин рванулась вперед, и я выстрелила ей в грудь. Жан-Клод схватил меня за
руку, и пуля ушла в сторону.
— Она мне нужна живая, Анита.
Я выдернула руку.
— Она сумасшедшая!
— Но ему нужна моя помощь в битве с другими Мастерами, — сказала Ясмин.
— Она вас предаст при первом случае, — сказала я ему.
— И все равно она мне нужна.
— Если вы не можете справиться с Ясмин, как же вы, черт побери, собираетесь биться с Алехандро?
— Не знаю, — ответил он. — Вы это хотели услышать? Не знаю.
Ларри все еще валялся у наших ног.
— Встать можешь?
Он посмотрел на меня полными слез глазами. Попытался подняться, опираясь на
ближайшее кресло, и чуть не упал. Я схватила его за руку, не выпуская из
другой руки пистолета.
— Давай, Ларри, надо убираться отсюда.
— Отличная идея, на мой взгляд.
Он очень старался не заплакать.
Мы дошли до двери, и по дороге я поддерживала Ларри, не спуская пистолета со
всех присутствующих в комнате.
— Пойди с ними, Ричард. Проводи их до машины, что бы все было в
порядке. И не подведи меня, как только что подвел.
Ричард не обратил внимания на угрозу и подошел к нам придержать дверь. Мы
прошли, не поворачиваясь спиной к вампирам и вервольфу. Когда дверь
закрылась, я с шумом выпустила воздух из легких и только тут поняла, что
задерживала дыхание.
— Я уже могу идти сам, — сказал Ларри.
Я выпустила его руку. Он тут же оперся о стену, но так вроде бы уже
оправился. По его щеке покатилась первая медленная слеза.
— Выведи меня отсюда.
Я убрала пистолет. Теперь он уже был лишним. Мы с Ричардом сделали вид, что
не замечаем слез Ларри. Они были очень тихими. Если не смотреть на него,
можно было не заметить, что он плачет.
Я хотела что-то сказать, что-нибудь. Но что можно было сказать? Он видел
монстров, и они его напугали до смерти. Они и меня напугали до смерти. И
любого бы напугали. Теперь Ларри это знал. Может быть, это стоило пережитых
страданий. А может быть, и нет.
На улицу лился густой и золотой солнечный свет. Воздух был прохладный и
влажный. Реки отсюда было не видно, но она ощущалась: от запаха воды каждый
вдох был свежее, чище.
Ларри достал ключи от машины.
— Ты вести сможешь? — спросила я.
Он кивнул. Слезы засохли на его лице дорожками. Он не позаботился их
стереть. Но больше он не плакал. Его лицо сделалось суровым, но все же
напоминало переростка Худи-Дуди. Открыв дверь, он сел в машину и наклонился
отпереть пассажирскую дверь.
Здесь же стоял Ричард. Прохладный ветер развевал волосы по его лицу. Он
убрал их пальцами. Этот жест был мне болезненно знаком. Так всегда делал
Филипп. Ричард улыбнулся мне, и это не была улыбка Филиппа. Она была
открытой и ясной, и ничего в его карих глазах не таилось.
Кровь уже стала засыхать у него на щеке и в углу рта.
— Ричард, держись ты от этого подальше.
— От чего?
— Предстоит война нежити. Не надо тебе попадать в середину.
— Не думаю, что Жан-Клод позволит мне уйти, — сказал он.
Эти слова он произнес без улыбки. Я не могла решить, когда он красивее —
когда улыбается или когда серьезен.
— Людям плохо приходится посреди монстров, Ричард. Выбирайся, если
можешь.
— Но ты же человек?
Я пожала плечами:
— Не все так считают.
— Я, так считаю.
Он протянул ко мне руку. Я не отодвинулась. Его пальцы коснулись моей щеки,
теплые и очень живые.
— Увидимся сегодня в три, если ты будешь не очень усталой.
Я покачала головой, и его пальцы упали вниз.
— Ни за что не пропущу, — сказала я.
Он снова улыбнулся. Упавшие на его лицо пряди перепутались. Я спереди всегда
стригла волосы коротко, чтобы они не закрывали мне глаза. Слоистая прическа
— вещь полезная.
— Увидимся сегодня. — Я открыла дверь.
— Я привезу твой костюм.
— И как я буду одета?
— Невеста эпохи Гражданской войны.
— Это означает кринолин?
— Вероятно.
Я поморщилась.
— А кем ты будешь одет?
— Офицером армии Конфедерации.
— Придется тебе надеть лосины, — сказала я.
— Вряд ли такая одежда мне подойдет.
Я вздохнула:
— Ричард, я не хотела бы быть неблагодарной, но...
— Кринолины не в твоем стиле?
— Совсем не в моем.
— Я предлагал комбинезон и всю ту грязь, через которую мы проползем.
Вечеринка — это была твоя идея.
— Я бы не пошла, если бы могла.
— Всех хлопот будет стоить увидеть тебя прилично одетой. Есть у меня
такое чувство, что это редкое событие.
Ларри перегнулся через сиденье и заявил:
— Мы едем или нет? Мне нужна сигарета и малость поспать.
— Сейчас. — Я повернулась обратно к Ричарду и вдруг оказалось, что я не
знаю, что сказать.
— Ладно, до свидания.
— До свидания, — кивнул он.
Я села в машину, и Ларри рванул с места раньше, чем я успела пристегнуться.
— К чему такая спешка?
— Хочу убраться отсюда как можно дальше.
Я глянула на него:
— Ты как?
— А как я могу быть? — Он посмотрел на меня яркими от злости голубыми
глазами. — Как ты можешь после всего этого держаться как ни в чем не бывало?
— Прошлой ночью ты так не психовал. А тогда ты получил укус.
— Да, но это другое дело, — сказал он. — Эта женщина сосала кровь из
укуса. Она... — Он стиснул руль так, что руки у него задрожали.
— В прошлую ночь ты пострадал сильнее. Чем же было хуже теперь?
— Тогда это было насилие, но это не было... извращение. Прошлой ночью
вампирам что-то было нужно. Имя Мастера. А этим ничего не было нужно, это
была просто...
— Жестокость? — предложила я слово.
— Жестокость.
— Это вампиры, Ларри. Они не люди. У них другие правила.
— Она бы меня убила сегодня, если бы на нее нашел такой каприз.
— Да, могла бы.
— Как ты можешь среди них находиться?
Я пожала плечами:
— Это моя работа.
— И моя тоже.
— Это не обязательно, Ларри. Просто откажись работать по делам
вампиров. Почти все аниматоры отказываются.
Он покачал головой:
— Нет, я этого не брошу.
— Почему? — спросила я.
Минуту он ничего не говорил. Мы выехали на шоссе 270 и поехали на юг.
— Как ты можешь думать о свидании сегодня после того, что только что
случилось?
— Ларри, жизнь идет своим чередом. Если ты дашь этой работе проглотить
тебя целиком, ты с ней не справишься. — Я всмотрелась в его лицо. — А на мой
вопрос ты так и не ответил.
— Какой вопрос?
— Почему ты не оставишь мысль быть истребителем вампиров?
Он задумался, сосредоточившись на дороге. Вдруг его очень заинтересовали
проезжающие машины. Мы проехали под железнодорожным мостом, где с каждой
стороны были склады. У многих стекла в окнах были разбиты или вообще
отсутствовали. С перекрытий моста капала ржавчина.
— Симпатичный квартал, — сказал Ларри.
— Ты уходишь от вопроса. Почему?
— Не хочу отвечать.
— Я тебя спросила о твоей семье, ты сказал, они все живы. А друзья?
Твой друг погиб от вампиров?
— Зачем спрашивать? — вызверился он на меня.
— Я знаю эти признаки, Ларри. Ты вознамерился убивать монстров в
отплату за обиды?
Он ссутулил плечи и смотрел прямо перед собой. На скулах у него ходили
желваки.
— Рассказывай, Ларри, — сказала я.
— Я из маленького городка, полторы тысячи населения. Когда я уехал
учиться в колледж, шайка вампиров убила двенадцать человек. Я их не знал,
честно, никого из них. Так, здоровались на улице, но это и все.
— Дальше.
Он глянул на меня.
— Я приехал на похороны на рождественские каникулы. Видел гробы, видел
их семьи. Мой папа — доктор, но он не мог им помочь. Никто не мог.
— Помню этот случай, — сказала я. — Элберт, штат Висконсин, три года
назад. Так?
— Да, а откуда ты знаешь?
— Двенадцать человек — большая цифра для одиночного нападения вампиров.
Это попало в газеты. Бретт Колби был тем охотником на вампиров, которому
дали эту работу.
— Я его никогда не видел, но родители мне рассказывали. У них он
получался как ковбой, который врывается в город и мочит плохих парней. Он
нашел и убил пятерых вампиров. И спас город, когда никто больше этого
сделать не мог.
— Если хочешь помогать людям, иди в социальную службу, Ларри, или в
медицину.
— Я — аниматор; у меня природная сопротивляемость вампирам. Я думаю,
это Бог предназначил меня для охоты на них.
— Ради святой Луизы, Ларри, не отправляйся в крестовый поход, или ты
уже мертвец.
— Ты можешь меня научить.
Я покачала головой:
— Ларри, это не должно быть личным. Не может быть. Если дашь своим
чувствам пойти по этому руслу, либо будешь убит, либо сойдешь с ума.
— Я научусь, Анита.
Я посмотрела на его профиль. Какой он упрямый!
— Ларри... — начала я и остановилась.
Что я могла ему сказать? Что нас всех приводит к этой работе? Может быть,
его причины не хуже моих, если не лучше. Это не просто желание убивать, как
у Эдуарда. И, видит Бог, мне нужна помощь. Слишком много собралось вампиров
на меня одну.
— Ладно, я буду тебя учить. Но ты будешь делать что я скажу и тогда, когда я скажу. Без споров.
— Как прикажете, босс! — коротко улыбнулся он мне и тут же снова стал
смотреть на дорогу. Решительный, лишенный сомнений, молодой.
Но все мы были когда-то молоды. Это проходит, как невинность, как чувство
честной игры. И в конце остается только хороший инстинкт выживания. Этому я
могу научить Ларри? Могу я научить его выживать? Господи, пусть его смерти
не будет на моей совести!
Тварь летела ко мне. Я бросила браунинг и успела до половины выхватить нож,
как она уже была рядом, и я оказалась на ступенях, а она сверху и откинулась
для удара. Я успела выхватить нож, а она всадила зубы мне в плечо. Я
вскрикнула и ткнула ножом. Он вошел, но не было ни крови, ни боли. Она
грызла мое пл
...Закладка в соц.сетях
