Жанр: Любовные романы
Надменный лорд
...и. Разумеется, она
не могла предъявлять ему какие-либо
претензии - подобное поведение было бы вопиющей бестактностью, - но все же она
досадовала на него и ревновала.
Наконец ей удалось отделаться от мистера Куинна - лорд Алек снова пригласил ее
на танец, а потом повел к столу с
напитками и фруктами, где их уже дожидались лорд Гриффит и герцогиня, -
очевидно, ей тоже надоело танцевать.
Последовав примеру герцогини, Миранда взяла несколько ломтиков ананаса - она
пробовала его впервые в жизни.
Кроме ананасов, тут были и другие экзотические плоды; все вазы были наполнены
чудесными ароматными фруктами из
жарких стран, и Миранда с удовольствием ими лакомилась. Лорд Гриффит, стоявший
рядом, какое-то время молча наблюдал
за ней, потом с улыбкой проговорил:
- Как же Деймиену удалось отыскать вас? Миранда весело рассмеялась.
- Ни за что не расскажу! - Она окинула взглядом стол, высматривая фрукты,
которые еще не пробовала. Потом,
покосившись на собеседника, спросила: - А вы почему не угощаетесь, милорд?
Неужели вы можете устоять перед таким
искушением?
Лорд Гриффит тоже рассмеялся:
- О, я могу устоять не только перед этим искушением.
Перехватив насмешливый взгляд лорда Алека, стоявшего чуть поодаль и
наблюдавшего за ней, Миранда смутилась и
покраснела, но тут же, решив, что не стоит лишать себя удовольствия, снова
принялась лакомиться фруктами и пробовать
разнообразные коктейли. Собираясь на бал, она ужасно волновалась и поэтому весь
день почти ничего не ела, но теперь,
освоившись, не могла не отдать должное стоявшим перед ней деликатесам. Чудесные
рождественские пудинги,
разноцветные пирожные, конфеты и пирожки, лимонные и апельсиновые муссы - все
это привлекало ее гораздо больше,
чем назойливые молодые люди с их банальными комплиментами.
Лорд Гриффит на время отвернулся от нее, чтобы побеседовать со знакомыми, и
Миранда, воспользовавшись случаем,
снова принялась осматривать стол. Заметив фруктовый коктейль, который еще не
пробовала, она протянула к нему руку, но
тут кто-то прикоснулся к ее плечу.
Вздрогнув от неожиданности, Миранда повернулась - и замерла, в изумлении
глядя на стоявшего перед ней бледного
светловолосого офицера в кавалерийском мундире. Молодой человек смотрел на нее с
веселой улыбкой, и чувствовалось, что
он искренне рад встрече. Взяв себя в руки, Миранда тоже улыбнулась.
- Неужели Трик?! - воскликнула она.
- Рад тебя видеть, кошечка, - ухмыльнулся Трик.
"Он сказал "кошечка", - подумала Миранда. - Вот уж не ожидала, что встречу на
этом балу мужчину, который учил
меня целоваться и едва не стал моим любовником".
Теперь, присмотревшись, Миранда с удивлением отметила, что он сильно
изменился за несколько лет; перед ней стоял
совсем не тот молодой офицер, которого она знала когда-то. В волосах Трика
появилась седина, а на лице - морщины. Он
явно выпил лишнее и не очень уверенно держался на ногах.
- Боже, Миранда, я не верю своим глазам. Ты превратилась в настоящую богиню.
Где ты так научилась танцевать? Черт
меня побери, ты просто восхитительна... - бормотал Трик заплетающимся языком.
- А тебе не мешало бы побриться, - сказала Миранда. Трик засмеялся и провел
ладонью по подбородку, заросшему
щетиной.
- Видишь ли, дело в том, что я со вчерашнего дня не был дома. Приходится
переезжать с одного праздника на другой. А
ты что здесь делаешь? Неужели приехала из Бирмингема? - Он пристально взглянул
на нее, и Миранде сделалось не по
себе. - Ты ведь не забыла наши игры?
Она густо покраснела и отвернулась.
- Пожалуйста, не говори об этом.
- Не стесняйся, моя дорогая, тебе нечего стыдиться. Ты ведь достойно защищала
свою честь. Чего я только не делал, но
так и не добился своего - ты мне отказывала.
Миранда нахмурилась и вполголоса проговорила:
- Ты был ужасно навязчив. Даже обещал жениться.
- В то время я мог пообещать что угодно, лишь бы забраться тебе под юбку. Что
и говорить, я был молодой и пылкий
болван.
- Я тоже была не лучше, - пробормотала Миранда. Он посмотрел на нее с
удивлением, потом вдруг покачнулся и,
нисколько не смутившись, продолжал:
- Н-да... уверен, что ты рассчитывала на что-нибудь получше, чем я. Ведь ты
знала, что я собираюсь на войну, не так ли?
Но почему же все так сложилось? Мы могли бы прекрасно проводить время.
Собравшись с духом, Миранда проговорила:
- Что ж, Трик, всего доброго. Мы и так уже беседуем до неприличия долго.
- Господи, да ты стала настоящей светской дамой. - Он протянул руку, пытаясь
удержать ее. - Уж не думаешь ли ты,
что со мной и поговорить зазорно?
- Трик, ты пьян, и мне не о чем с тобой говорить. Оставь меня.
- Миранда, не уходи. Может, сейчас ты и впрямь настоящая леди, но я-то помню,
что раньше ты была самой обычной
провинциальной девицей. Ты тогда была ужасно забавной. Скажи-ка, а с другими у
тебя вышло что-нибудь? Может, мы еще
с тобой увидимся?
- Вряд ли. - Она холодно взглянула на него и поправила застежку на своей
белой перчатке. - Тебе лучше уйти, Трик.
Уверяю, ты и на сей раз ничего не добьешься.
Он пожал плечами и пробормотал:
- По-моему, у твоего дяди в последнее время были серьезные трудности с
деньгами, но я могу ему помочь, если ты... -
Трик внезапно умолк и пристально посмотрел ей в глаза.
Она отстранила его руку и отступила на шаг.
- Миранда, - раздался знакомый голос, - дорогая моя, не познакомишь ли ты
меня со своим другом?
Она повернулась и вздохнула с облегчением. Конечно же, граф уже давно следил
за ней, так что ей ничего не угрожало.
Деймиен с улыбкой приблизился к девушке; теперь он находился так близко от
нее, что она почти физически ощущала
исходившую от него силу. Опекун осторожно обнял ее за плечи, словно ограждая от
опасности, и внимательно посмотрел на
Трика, причем взгляд графа не сулил кавалерийскому офицеру ничего хорошего.
Миранда в смущении взглянула на старого знакомого, потом, покосившись на
Деймиена, проговорила:
- Милорд, это капитан Патрик Слиделл из одиннадцатого драгунского полка.
Кажется, Я вам о нем уже говорила.
- Да, я прекрасно помню, - кивнул Деймиен. - Так это и есть Трик?
Теперь на губах графа появилась усмешка; однако он смотрел на кавалерийского
офицера все так же пристально -
смотрел словно ученый, рассматривающий под микроскопом какое-нибудь мелкое
насекомое.
Миранда снова взглянула на Патрика Слиделла.
- Трик, это мой опекун, полковник лорд Уинтерли. Ты наверняка о нем слышал.
Трик кивнул, заплетающимся языком пробормотал извинения и поспешил удалиться.
Деймиен рассмеялся и еще крепче
обнял девушку.
- Вы меня напугали, - проговорила она. - Я думала, вы собираетесь его убить.
- Если бы он обидел вас, я так бы и поступил, - сказал граф. - Ну а теперь,
если позволите, я хотел бы снова
пригласить вас на танец.
- С удовольствием потанцую с вами, милорд, - с улыбкой ответила Миранда.
Деймиен тоже улыбнулся. Миранда же вдруг подумала о том, что совершила бы
самую большую в жизни глупость, если
бы несколько лет назад поверила лживым обещаниям Трика.
Граф вновь вывел девушку на середину зала, и они заняли свое место среди
других пар. Для Миранды эти минуты были
наполнены радостью и блаженством, но временами она с грустью думала о том, что
ничего подобного, возможно, больше не
повторится. Ей вспомнились наставления гувернантки герцогини - та говорила, что
молодой даме не положено постоянно
танцевать с одним и тем же мужчиной. Именно поэтому Миранда упивалась каждым
подаренным мгновением, и ей казалось,
что сейчас она по-настоящему счастлива, потому что сбылась ее мечта: она
танцевала в огромном зале среди женщин в
роскошных бальных нарядах и мужчин в элегантных фраках и сверкающих офицерских
мундирах. А Деймиен, ее партнер,
держал ее за руку и улыбался ей...
И тут вдруг раздался громкий хлопок - кто-то у них за спиной откупорил
бутылку шампанского. Причем хлопок
оказался необыкновенно громким - словно прогремел пистолетный выстрел. Деймиен
тотчас же остановился, не обращая
внимания на танцующих, отстранился от Миранды и потянулся к бедру, где обычно
висела шпага. К счастью, оружия у него
при себе не было, и граф, окинув взглядом зал, тут же сообразил, где находится.
- Что же вы, лорд Уинтерли?! - окликнула его Миранда.
Деймиен молча кивнул, затем шагнул к своей партнерше, и они снова закружились
в танце. Но теперь он уже не
улыбался; граф был бледен как полотно, и на лице его застыла жуткая гримаса -
точно такое же выражение было на лице
Деймиена в ту ночь, когда он расправлялся в окрестностях Бирмингема с напавшими
на нее негодяями. И точно так же он
выглядел в гостинице, когда в приступе необъяснимого гнева едва не задушил ее.
Танец продолжался, но Миранда понимала: мысленно ее партнер находится вовсе
не в бальном зале и теперь они танцуют
машинально, танцуют без всякого удовольствия, совершенно не чувствуя друг друга.
Девушка видела: с опекуном
происходит что-то ужасное, - но чем она могла ему помочь? Гости же - и
танцевавшие, и те, что стояли поодаль, - уже
поглядывали на графа с некоторым удивлением.
И тут Миранду осенило. "Решайся же", - сказала она себе.
- О!.. - воскликнула она, потянувшись к шее. - О Боже, запуталась моя
цепочка! Господи, какая я неловкая! - Все
танцующие смотрели на нее с усмешками, но она, хотя прекрасно знала, что
выглядит глупо, продолжала: - О, моя цепочка!
Милорд, прошу вас, помогите...
- Да-да, конечно, - пробормотал Деймиен.
Ужасное выражение исчезло с лица графа, и он снова стал галантным кавалером и
заботливым опекуном. Взяв девушку
под руку и с беспокойством поглядывая на нее, Деймиен повел ее к ближайшему
дивану, но она, покосившись на него,
вполголоса проговорила:
- Нет-нет, милорд, давайте выйдем в холл.
Он молча кивнул, и они направились к выходу, причем Миранда старалась идти
как можно быстрее. Разумеется, она
понимала, что спектакль, который ей пришлось разыграть, выглядел верхом
нелепости, но ее это нисколько не беспокоило -
сейчас она думала лишь о том, чтобы поскорее увести Деймиена из зала, где на
него с любопытством поглядывали многие из
гостей.
Наконец они вышли в холл и подошли к мраморной статуе - мельком взглянув на
нее, Миранда заметила, что кто-то
украсил руку греческой богини веточкой омелы.
С минуту они стояли молча. Наконец Миранда спросила:
- С вами все в порядке?
- Со мной? - удивился Деймиен. - Дорогая, вам, кажется, нехорошо. Присядьте.
- Он подвел девушку к дивану. -
Что с вашей цепочкой? Нужно было просто сорвать ее. Может, принести воды?..
- Нет-нет, Деймиен, я притворялась, - проговорила Миранда.
Она отстранила его руку, когда он попытался снять с ее шеи украшение.
Граф отступил на шаг и уставился на нее в изумлении. Потом вдруг опустил
голову и пробормотал:
- Спасибо, Миранда.
- Так с вами все в порядке? - Она взглянула на него с беспокойством. - Мне не
хотелось, чтобы на вас глазели, вот я и
разыграла этот спектакль.
- Я во всем виноват. - Деймиен сокрушенно покачал головой. - Это было какоето
наваждение. Вы, конечно,
заметили?..
Миранда осторожно прикоснулась к его плечу.
- Но я не могла допустить, чтобы это заметили другие.
В следующее мгновение граф отстранил ее руку и прокричал:
- Прекратите, Миранда! Не прикасайтесь ко мне! Девушка отшатнулась, в ужасе
глядя на опекуна. Он пристально
посмотрел на нее и проговорил:
- Я бесконечно благодарен вам за то, что вы для меня сделали. Но ради Бога,
приберегите вашу нежность для когонибудь
другого. Для того, кто в ней будет нуждаться. Для вашего будущего мужа,
например.
Она смотрела на него в полной растерянности.
- Но, Деймиен...
Он вдруг схватил ее за плечи и прошептал:
- Неужели вы не видите, что заставляете меня страдать? Что еще вам нужно? Я
не нуждаюсь в вашем сострадании. Если
же вам необходимо о ком-то заботиться, то вернитесь в зал и найдите себе
подходящего мужа. Предоставьте мне мучиться
без вашей поддержки.
- Но вы единственный, кто мне нужен! - неожиданно вырвалось у Миранды.
Задыхаясь от волнения, она взглянула в глаза Деймиена и поняла, что ее
признание поразило его в самое сердце.
Несколько секунд он смотрел на нее так, словно увидел впервые, и было очевидно,
что ее слова ошеломили его. Потом его
лицо вдруг снова стало непроницаемым, и он отчеканил:
- Не следует говорить об этом. И направился в зал.
- Счастливого Рождества, Деймиен, - прошептала Миранда, глядя ему вслед
полными слез глазами.
Глава 10
На следующий день Деймиен принимал в гостиной Найт-Хауса мистера Оливера
Куинна, нагловатого сына
преуспевающего коммерсанта. Скрестив на груди руки, граф пристально посмотрел на
гостя, и на одутловатом лице
молодого человека выступили крупные капли пота - они катились по пухлым щекам
Олли и стекали на галстук.
- Я уже говорил, милорд, что нахожу мисс Фицхью-берт восхитительной...
прекрасной молодой дамой, - запинаясь
бормотал Куинн. - Я совершенно не интересуюсь ее происхождением, и мой отец -
тоже. Для нас это не имеет никакого
значения, уверяю вас. - Олли нервно облизал пухлые губы. - Она будет
пользоваться в нашем доме безграничным
уважением и получит все, что только пожелает.
Деймиен нахмурился и проговорил:
- Неужели все, что только пожелает?
Куинн энергично закивал, но граф уже не смотрел на него, теперь его взгляд
был прикован к окну - внизу, в парке,
обучалась искусству верховой езды прелестная девушка. Два грума внимательно
присматривали за ней, чтобы не произошло
несчастья, но Деймиен все равно беспокоился, ведь его не было рядом с ней. Она
была еще очень неопытной, поэтому не
слишком уверенно держалась в седле.
Подарок Деймиена на Рождество, великолепная кобыла по кличке Кокетка, была
доставлена в Найт-Хаус только сегодня
утром. Граф мысленно улыбнулся, вспомнив, как изумилась его подопечная, когда
увидела Кокетку. Это действительно была
прекрасная лошадь - стройная и длинноногая, темно-коричневой масти. Они с
Мирандой вместе наблюдали, как грум водил
кобылу по парку. При этом оба все еще испытывали некоторую неловкость из-за
происшествия на балу, но все же Деймиен
утешался мыслью о том, что в присутствии слуг какие-либо объяснения по этому
поводу были бы неуместными.
Он объяснил Миранде во всех подробностях, как следует управляться с лошадью и
как определять по поведению
животного, в каком настроении оно находится. Следовало иметь в виду, что к
каждой лошади необходим сугубо
индивидуальный подход, так как у каждой из них свой характер. Некоторые лошади
имели склонность к неожиданным и
совершенно непредсказуемым выходкам. Затем Деймиен научил девушку правильно
держаться в седле - так, чтобы
чувствовать каждое движение лошади.
Граф надеялся, что его подопечная быстро освоит искусство верховой езды.
Правда, Кокетка была кобылой довольно
задорного нрава, но это вполне соответствовало характеру Миранды - следовало
лишь научиться обращаться с лошадью
таким образом, чтобы она подчинялась хозяйке беспрекословно.
Глядя в окно, Деймиен любовался своей подопечной, изящно восседавшей на
Кокетке, и лишь в глубине его сердца все
еще кровоточила рана, оставшаяся после их ссоры под статуей,, украшенной
веточкой омелы. Разумеется, он был сам во всем
виноват, потому что позволил себе поведение, недостойное джентльмена, - выставил
напоказ самые неприглядные и
темные стороны своей натуры. А ведь эта женщина по-настоящему дорога ему, и он с
радостью окружил бы ее любовью и
заботой. Увы, он не сдержался и выпустил из самых мрачных закоулков своей души
всех терзавших его демонов, жаждавших
крови, хаоса и разрушений. Во время войны он привык к этим демонам, они стали
его вторым "я", и теперь ему никак не
удавалось от них избавиться. Разумеется, он допустил ошибку, ему сразу же
следовало понять, что именно происходило с
ним в тот вечер, следовало обратить внимание на первые тревожные признаки, и
тогда ему, возможно, удалось бы
удержаться от дикого приступа ярости, тогда он не огорчил бы Миранду, не испугал
бы ее своей безумной вспышкой.
Конечно, демоны не отступили бы и продолжали бы его терзать, но он не имел права
причинять боль Миранде.
Сейчас он наконец-то осознал: причиной его гнева и раздражения был инцидент с
Патриком Слиделлом - ведь тот
посмел прикоснуться к Миранде и попытался удерживать ее, когда она хотела уйти.
Вспоминая о том, что рассказывала ему
Миранда о своих отношениях с этим человеком, Деймиен испытывал ревность. И в то
же время он считал, что Трик вел себя
непорядочно, так как пытался обмануть молоденькую неопытную девушку и давал ей
обещания, которые заведомо не
собирался выполнять. К счастью, Миранда все же не поверила соблазнителю, и это
спасло ее.
Деймиен пытался подавить свой гнев, и каким-то образом получилось так, что
его ярость обратилась против Миранды.
Он сожалел, что вовремя не смог обуздать себя, что дал волю гневу и набросился
на девушку как дикий зверь. Теперь, как
следует обо всем поразмыслив, граф пришел к выводу, что сумеет оградить Миранду
от своих безобразных выходок только
одним-единственным способом - он решил, что должен выдать ее замуж за
порядочного и заслуживающего доверия
человека. Но он вовсе не считал, что таким человеком мог бы стать мистер Оливер
Куинн.
А гость между тем продолжал:
- ...Вот почему мой отец готов хоть сейчас выдать мне тысячу гиней на подарок
для будущей невесты. - Олли
откашлялся, утер пот со лба и добавил: - Ведь вы не можете не признать, что это
немалая сумма для такой девушки, как
мисс Фицхьюберт. Я имею в виду ее происхождение...
Деймиен молча смотрел на молодого человека. Ему ужасно хотелось схватить
этого самодовольного наглеца за шиворот
и дать ему пинка под зад. Однако граф сдержался и с невозмутимым видом
проговорил:
- Мистер Куинн, я нахожу вашу поспешность неуместной.
- Почему же, сэр?
- Я сомневаюсь, что моя подопечная станет обсуждать эту тему. Более того, я
почти уверен, что она вообще не захочет с
вами говорить.
- Но мы ведь с ней танцевали...
- Мистер Куинн, мне следует вас предупредить. Если вы... Деймиен внезапно
умолк, потом вдруг бросился к окну - и в
ужасе замер на несколько мгновений. Оказалось, что лошадь каким-то образом
вырвала из рук девушки поводья и теперь
неслась по парку в сторону дальней ограды. Миранда же, обхватив обеими руками
шею животного, с трудом удерживалась в
седле.
- Куда же вы, милорд! - закричал Куинн, когда Деймиен стремительно бросился к
двери.
Сбежав по лестнице, граф выскочил на парковую дорожку, и тут к нему подбежал
один из грумов.
- Милорд, что-то случилось? - спросил грум; он, вероятно, не видел, что
произошло.
- Лошадь вырвала из рук Миранды поводья! - бросил на бегу Деймиен.
Граф устремился к открытым воротам парка - он боялся, что животное может
вырваться на улицу. Деймиен видел, как
Миранда выронила поводья, и теперь в ужасе думал о том, что любое ее неверное
движение может закончиться падением. К
счастью, он говорил ей о том, как нужно вести себя в подобных случаях. И, судя
по всему, Миранда запомнила его
наставления - еще стоя у окна, он заметил, как она обхватила обеими руками шею
лошади. Так что можно было надеяться,
что девушка помнила и другие его наставления.
И Миранда действительно запомнила все советы опекуна. Когда лошадь уже
повернула к воротам, девушка,
изловчившись, подхватила повод и с силой рванула его на себя. Кокетка яростно
замотала головой и взвилась на дыбы,
стараясь освободиться. Но Миранда крепко держала повод, и лошадь, в конце концов
успокоившись, поскакала в сторону
дорожки, ведущей к конюшням.
Вскоре лошадь остановилась, и граф вздохнул с облегчением. Теперь он
приближался к Кокетке медленно и осторожно,
так как слишком резкое движение могло бы напугать животное.
Миранда же была бледна как полотно. Шляпка свалилась с ее головы, заколки
выпали из прически, и волосы рассыпались
по спине и по плечам.
- Спокойно, девочка, не бойся, - шептал Деймиен, протягивая руку к поводьям,
теперь свисавшим с шеи Кокетки.
К лошади подошел грум, и Деймиен, передав ему поводья, помог Миранде
спешиться. Она по-прежнему была бледна, и
губы ее дрожали; казалось, девушка хотела что-то сказать, но не могла вымолвить
ни слова.
Шагнув к Миранде, Деймиен взял ее лицо в ладони и заглянул ей в глаза. Потом
вдруг привлек ее к себе и крепко обнял.
- С вами все в порядке? - прошептал он. Она молча кивнула.
- Но что же произошло?
- Я не знаю, не знаю... - пробормотала девушка. - Что-то на нее нашло...
Все еще обнимая Миранду, граф повернулся к груму и указал на лошадь:
- Уведите ее немедленно. Верните бывшему хозяину или пристрелите.
Миранда в ужасе посмотрела на опекуна, однако промолчала - она поняла, что он
в ярости.
Минуту спустя они вернулись в дом, но даже не взглянули на мистера Куинна,
стоявшего в холле.
В тот же день, ближе к вечеру, Миранда оделась потеплее и, выскользнув из
дома, отправилась на поиски Деймиена. Она
до сих пор немного сердилась на него - ведь он, возможно, вовсе не желая этого,
очень обидел ее на балу прошлым
вечером. Правда, сегодня, после неудачного урока верховой езды, он так страстно
обнимал ее и был так нежен и
внимателен... Да, сегодня к ней вернулась надежда, и она решила, что ей,
возможно, все-таки удастся сломить его упрямство.
Что бы Деймиен о ней ни думал, она не могла его бросить - пусть даже он сам
этого требовал, когда они стояли у статуи,
украшенной веточкой омелы.
Пробежав по дорожке, Миранда пересекла двор, освещенный фонарями, и
направилась в ближайшую конюшню. Она
увидела свет, выбивавшийся из-под приоткрытой двери, и решила, что Деймиен
находится именно там.
Переступив порог, Миранда на мгновение замерла, пытаясь успокоиться. Какое-то
чувство подсказывало ей, что она не
ошиблась и Деймиен действительно здесь. Собравшись с духом, девушка сделала
несколько шагов и осмотрелась. Графа она
не увидела, но в конюшне горели фонари, так что кто-то наверняка тут находился.
Дверь конюшни оставалась незапертой,
хотя все слуги и грумы давно уже отправились на кухню ужинать, Миранда
остановилась и прислушалась. "Похоже, где-то
кошка точит когти о деревянную перегородку", - подумала она. Немного помедлив,
девушка направилась к стойлу Кокетки
- она предполагала, что Деймиен находится именно там.
И Миранда не ошиблась. Услышав ее шаги, граф повернулся и молча взглянул на
нее. Глаза его блеснули, но тут же
потухли. Он вежливо кивнул ей, однако по-прежнему не произносил ни слова.
Внезапно Деймиен снова повернулся к лошади. Что-то прошептав ей в ухо, он
заставил Кокетку приподнять ногу.
Внимательно изучив ее копыто, он о чем-то задумался. Кокетка же, опустив голову,
принялась жевать сено.
- С ней все в порядке? - спросила Миранда. Деймиен утвердительно кивнул.
Похлопав Кокетку по крупу, он
повернулся к девушке и спросил:
- А с вами?
- Я прекрасно себя чувствую. Сначала все тело ныло и болело, но помогла
горячая ванна. Я могу собой гордиться, ведь
правда? - Она улыбнулась и добавила: - Я не только не свалилась, но даже
остановила ее.
Деймиен тоже улыбнулся. Казалось, он хотел что-то сказать, но потом
передумал.
- Неужели вы действительно хотите отослать Кокетку к бывшему хозяину? -
спросила девушка. - Она ведь ничего
плохого не сделала. Я уверена, что сама во всем виновата.
Правда, Миранда понятия не имела, в чем именно она виновата. Ей казалось, что
она все делала правильно, и сначала все
шло хорошо - они с Кокеткой прекрасно понимали друг друга. Но потом кобыла вдруг
заметалась - словно что-то очень
беспокоило ее.
Деймиен снова посмотрел на лошадь.
- Если вы находите ее подходящей для вас и если она вам нравится, то, думаю,
можно простить ей эту глупую выходку.
- О да, она очень мне нравится, - с улыбкой ответила Миранда. Она разжала
руку и протянула Кокетке на ладони
кусочек сахара. Лошадь, шевеля губами, потянулась к руке девушки. - Видите, она
просит прощения, обещает больше
никогда так не делать. - Миранда снова улыбнулась. - Просто Кокетка еще не
успела привыкнуть к своей новой жизни.
- Но вы не будете ее бояться? - Деймиен с беспокойством посмотрел на девушку.
- Конечно, нет. Разве я не могу с ней справиться? Мы с ней прекрасно понимаем
друг друга. - Миранда рассмеялась и
добавила: - Я знаю, вам очень неприятно - ведь это вы мне ее подарили. Но
поверьте, Деймиен, вы тут совершенно ни при
чем. Да-да, вы ни в чем не виноваты.
Деймиен потянулся к решетчатой двери, и Миранда решила, что он хочет выйти из
стойла. Но граф еще плотнее прикрыл
дверцу и теперь смотрел на девушку из-за решетки - словно узник из своей камеры.
Миранда уставилась на него в
изумлении. Немного помолчав, спросила:
- Что случилось, Деймиен? Он вздохнул.
- Оливер Куинн просит вашей руки. Вас это интересует?
- Нет, нисколько.
Деймиен усмехнулся.
- Не торопитесь, дорогая. Видите ли, я предупредил его, что ему потребуется
очень много денег. Но не сомневайтесь, у
него найдется любая сумма.
Миранда опустила голову, чтобы скрыть слезы, навернувшиеся на глаза.
- Милорд, вы знаете, кому принадлежит мое сердце.
- Но, Миранда, поймите...
- Я прекрасно все понимаю. - Она посмотрела ему прямо в глаза. - Я знаю, что
вы ко мне неравнодушны. Но почему
же вы меня все время отталкиваете?
Он пожал плечами и пробормотал:
- Вы думаете, что я вас отталкиваю? Почему вы так решили?
- Я думаю, что это связано с чем-то... Мне кажется, вас что-то угнетает,
Деймиен. Что-то вывело вас из себя прошлым
вечером. Полагаю, вас по ночам мучают кошмары. Помните ночь в гостинице? Вы
тогда набросились на меня и чуть не
задушили. А помните вечер в окрестностях Бирмингема? Когда вы расправлялись с
этими негодяями, я заметила, что в
вашем взгляде... Я видела... - Миранда внезапно умолкла - ей почудилось, что она
переживает те страшные мгновения.
Деймиен пристально посмотрел на девушку.
- Так что же вы увидели?
- О, это было нечто ужасное... - Она со страхом взглянула на опекуна. - Это
ведь наверняка связано с войной, да?
Деймиен неохотно кивнул.
- К сожалению, я слишком часто убив
...Закладка в соц.сетях
