Жанр: Любовные романы
Надменный лорд
...я на семейном ужине, она думала, что
это и был предел аристократической
роскоши, но теперь наконец-то увидела настоящее праздничное изобилие - о таком
ей прежде доводилось читать лишь в
сказках, ведь в "Ярдли" она питалась в основном хлебом с маслом и чаем.
Какое-то время спустя слуги в ливреях снова засуетились вокруг стола - они
убирали одни блюда и заменяли их
другими, а также разливали вино в хрустальные бокалы. Миранда же, погрузившись в
воспоминания, уже ничего вокруг не
замечала, Правда, время от времени она поглядывала на людей, сидевших с ней
рядом, и мысленно благодарила их за
доброту и за этот чудесный праздник, а также за то., что они принимали ее как
равную и ни разу не задели ее гордости и
самолюбия.
Когда Миранда смотрела на Деймиена, она чувствовала, что сердце ее начинает
бешено колотиться, ей казалось, что граф
- самый красивый из всех братьев. Хотя все Найты были необыкновенно
привлекательными мужчинами, ни один из них не
мог сравниться с Деймиеном. Роберт же, которому было уже за тридцать, мог бы
показаться даже надменным и
высокомерным, если бы не его добродушная улыбка. Миранда видела, что он очень
привязан к жене, да и остальных членов
семьи он, конечно же, искренне любил. Выходит, она заблуждалась, когда полагала,
что в высшем свете - одни лишь
холодные эгоисты и гордецы, люди, не интересующиеся ничем, кроме власти и своего
положения в обществе.
Миранда посмотрела на сидевшего напротив нее лорда Алека. Тот улыбнулся
девушке, и она невольно рассмеялась. Она
сразу же прониклась к нему глубочайшей симпатией, ей нравились его шутки и даже
неожиданные и дерзкие выходки. Алек
был самым младшим из братьев, и Деймиен считал его душой любой компании. Миранда
не сомневалась, что так оно и
было. Лорд Алек был неотразим и, конечно же, прекрасно знал об этом. Кроме того,
он считался признанным арбитром в
вопросах моды и вкуса, хотя сам одевался довольно эксцентрично - носил броские
фраки и сюртуки, жилеты кричащих
расцветок и длинные, до плеч, волосы. Было совершенно очевидно, что лорд Алек
принадлежал к тому типу мужчин, к
которому Миранда ошибочно причислила и Деймиена при первой их встрече. И все же
она чувствовала: этот утонченный
аристократ, постоянно всех высмеивающий, относится к ней с симпатией и даже с
уважением. Когда лорд Алек стал
знакомить Миранду со своими друзьями, дабы она могла присмотреться и выбрать
себе подходящую партию, Деймиен
заявил: "Ты занялся не своим делом". Но Алек лишь рассмеялся в ответ. Роберт же
воспринимал шутки Алека
снисходительно, но без восторга, очевидно, он полагал, что младший брат -
слишком уж несерьезный человек.
Наконец Миранда взглянула на Люсьена и тотчас же подумала о внешнем сходстве
близнецов. Сходство, конечно же,
было поразительное - одни и те же черты лица, темные волосы и серые глаза, -
однако Деймиена отличало от брата нечто
неуловимое, во всяком случае, Миранде казалось, что он гораздо привлекательнее
Люсьена.
Отодвинув от себя тарелку с фрикасе и блюдце со сладким соусом, Миранда
выпила бокал вина, а затем не удержавшись
съела несколько устриц. Промокнув губы салфеткой, она взглянула на графа и
прошептала:
- Что это такое?
Он посмотрел на тарелку с устрицами и улыбнулся.
- Устрицы, моя дорогая. Ешьте, пожалуйста. Миранда съела еще одну устрицу и
тут же поняла, что вскоре не сможет
даже пошевелиться. Но у нее все же хватило сил, чтобы попробовать чудесные
сочные груши и мандарины. А когда подали
лимонный бисквит, то она взяла себе совсем крошечную порцию.
- Боюсь, мы все сегодня умрем от обжорства, - заметила Джасинда, отодвигая от
себя тарелку.
- А вот это меня нисколько не пугает, - со смехом отозвался сэр Гамильтон.
Наконец все дамы поднялись и вышли в соседнюю комнату. Мужчины же остались
допивать вино.
- Не задерживайтесь, - сказала герцогиня мужу. - Мы ждем вас, чтобы открыть
подарки.
- Да, дорогая, - улыбнулся Роберт.
Последовав за Элис, Миранда оглянулась на Деймиена. Взгляды их на несколько
мгновений встретились, и девушку
поразили глаза графа - он смотрел на нее с нет обыкновенной нежностью.
Почувствовав, что краснеет, Миранда вышла из
комнаты.
И вот настал тот момент, которого Деймиен дожидался с величайшим нетерпением.
Он знал, что теперь наконец-то
сможет показать Миранде, как искренне любят ее в Найт-Хаусе. Пока все
обменивались подарками, девушка скромно стояла
в сторонке и ждала своей очереди. Сейчас она почувствовала себя чужой на этом
чудесном празднике. "Да, я действительно
совсем чужая в этом доме", - думала Миранда; ей казалось, что все простонапросто
забыли о ней. Но тут Деймиен
подошел к ней, взял ее за руку и с улыбкой сказал:
- Пойдемте, у меня кое-что есть для вас. Она в смущении покраснела.
- О, Деймиен... простите, лорд Уинтерли. Милорд, я думаю, не стоит обо мне
беспокоиться.
- Деймиен - именно так, - кивнул граф. - Да-да, Деймиен, вы не ошиблись.
Она посмотрела на него с отчаянием в глазах и села на диван. Граф положил ей
на колени небольшую коробочку и
проговорил:
- Во-первых, вот это. - Миранда неуверенно прикоснулась к коробочке. -
Открывайте же, - сказал Деймиен.
Она откинула крышку и увидела медаль, врученную майору Шербруку за храбрость,
проявленную в битве под Бусако.
Девушка взглянула на Деймиена, и глаза ее наполнились слезами.
- Спасибо, - прошептала она.
- Джейсон хотел, чтобы она была у вас. Хотел, чтобы вы всегда помнили о нем,
Миранда.
Девушка кивнула, утирая слезы, поблескивавшие на ее длинных черных ресницах.
- А теперь еще несколько скромных подарков, - продолжал Деймиен.
Миранда посмотрела на него с удивлением, а он, загадочно улыбнувшись, окинул
взглядом всех присутствовавших и
сказал:
- Что ж, можно начинать.
Люсьен и Элис подарили Миранде письменный прибор с маленькой подставочкой для
визитных карточек. Белинда
вручила девушке жемчужные серьги, Лиззи - три платка с монограммой Миранды,
Джасинда - веер из страусовых перьев,
а Алек преподнес ей меховое манто, необыкновенно изысканное и дорогое. Такое же
манто он подарил Джасинде. Даже сэр
Гамильтон принес для Миранды подарок - книгу стихов Вальтера Скотта с автографом
самого автора - тот часто бывал в
Найт-Хаусе.
Когда же подошла очередь Деймиена, он протянул девушке три листа бумаги,
скрепленные красной восковой печатью.
Миранда взглянула на листы, а затем в изумлении посмотрела на графа.
- Неужели это мне? - прошептала она. Деймиен улыбнулся и кивнул.
- Что там написано? - спросила Джасинда.
- Лорд Уинтерли подарил мне лошадь! - воскликнула Миранда, вскакивая с
дивана.
- С отличной родословной, - добавил граф. - Самых чистых кровей. Она очень
послушная и быстрая как ветер. Ее
приведут сразу же после Рождества. Я уверен, что вы уже готовы пересесть на нее.
Думаю, Джек-яблочко не обидится.
- О, Деймиен, я просто не могу поверить! - Миранда снова залилась румянцем и
приложила к щекам ладони. Сейчас
все смотрели только на нее, и она в смущении пробормотала: - О, я даже не знаю,
как вас благодарить. Я чувствую, что
недостойна всех этих чудесных подарков. Но я ужасно рада, у меня никогда не было
такого восхитительного Рождества. Мне
никогда не отблагодарить вас за вашу доброту ко мне, за то, что вы согласились
принять меня в этом доме и окружили такой
заботой. - Миранда с трудом перевела дух и посмотрела на Деймиена. Он рассмеялся
и заметил:
- Поверьте, моя дорогая, у нас у всех была только одна цель - сделать вас
счастливой.
- О, я действительно счастлива! - воскликнула девушка. Слезы покатились по ее
щекам, но она, повернувшись к
герцогу, проговорила: - Милорд, могу ли я обратиться к вам с одной маленькой
просьбой?
- Я слушаю вас, мисс Фицхьюберт, - кивнул Роберт. Она подошла к нему и что-то
прошептала ему на ухо. Роберт
улыбнулся и сказал:
- Прекрасная мысль, моя дорогая. Значит, вы готовы?
- Да, милорд.
Герцог окинул взглядом комнату и произнес:
- Я имею честь сообщить вам, что мисс Фицхьюберт хочет спеть для нас.
Все с улыбками закивали, и Роберт тут же подвел Миранду к своему фортепьяно.
- Я надеюсь, вам понравится эта песня, - сказала девушка. - Только так я могу
отблагодарить вас.
Кивнув Миранде, Роберт взял первые аккорды, Деймиен же смотрел на девушку во
все глаза - ему казалось, что сейчас
она еще прекраснее, чем прежде, и он чувствовал, что ни одна из женщин не была
так дорога ему, как Миранда. Граф вновь
вспомнил ее выступление в "Павильоне", когда весь зал слушал Миранду затаив
дыхание. А сейчас она пела старинный
рождественский гимн "Что за прекрасное дитя...".
Гордый за нее, Деймиен вслушивался в волшебные звуки - точно так же он слушал
ее и в тот памятный вечер в
"Павильоне".
Когда певица умолкла, на несколько мгновений воцарилась полная тишина - все
слушатели находились под
впечатлением ее замечательного выступления. Деймиену же вспомнились слова,
сказанные Мирандой у выхода из театра.
"Вы даже не аплодировали мне", - кажется, так она сказала.
И тут наконец раздались аплодисменты, все благодарили Миранду за чудесную
песню. Девушка еще больше покраснела
- она даже не смела поднять глаза на Деймиена.
- Это великолепно! - воскликнула Элис.
- Да, чудесный голос, - согласилась герцогиня.
- Браво! - крикнул Алек; он был очарован пением Миранды.
- Спасибо вам, спасибо за вашу доброту. - Девушка поклонилась всем и
вернулась к дивану. Но ей тут же пришлось
выйти на середину комнаты и снова поклониться, так как все хотели, чтобы она
спела еще что-нибудь.
Раздеваясь, чтобы лечь спать, Миранда чувствовала себя счастливейшей из
смертных. Вынув из прически шпильки и
гребни, она откинула за спину свои тяжелые густые волосы; горничная же тем
временем расстегивала ее платье. Глядя в
зеркало, Миранда стала расчесывать волосы. Ей до сих пор казалось, что ее
появление в Найт-Хаусе - это настоящее
рождественское чудо. И еще большим чудом казалось искреннее расположение к ней
всех обитателей особняка. Никто ни
разу даже не вспомнил о том, что она - всего лишь незаконнорожденная дочь
актрисы. А ведь в школе ей постоянно
напоминали об этом...
Горничная поклонилась и собралась уходить. Миранда поздравила ее с Рождеством
и пожелала ей спокойной ночи.
Оставшись одна, она опустилась на постель. Почувствовав, что грудь переполняется
радостью, Миранда закрыла глаза и
рассмеялась. "О Господи, он подарил мне лошадь", - подумала она.
Открыв глаза, Миранда взглянула на картину, висевшую на стене - на ней были
изображены скачки, - и представила
себя в седле, представила, как несется во весь опор. Ей тогда так хотелось
обнять и поцеловать графа за его щедрость, но она
не осмелилась сделать это при всех. А сейчас никак не могла решиться подняться в
его комнату, хотя и говорила Деймиену,
что приготовила для него подарок.
Миранда подбежала к туалетному столику и заглянула в ящик, где лежал ключ,
который ей вчера вручил лорд Люсьен.
Немного помедлив, девушка оделась и, прихватив с собой ключ, выскользнула в
коридор. Она уже знала, где находилась
комната опекуна, и сейчас направилась туда.
Спустившись по холодным мраморным ступеням, Миранда оказалась в полутемном
коридоре - свечи горели лишь у
самой дальней стены. Со свертком в одной руке и ключом в другой она подошла к
двери графа и осторожно постучала, затем
чуть приоткрыла дверь.
В комнате, озаренной лунным светом, не было ни души. Миранда переступила
порог и осмотрелась. "Деймиен, где же
ты?" - думала она.
Миранда снова взглянула на подушку, лежавшую на постели. Действительно, где
же мог находиться граф? Она пересекла
комнату, подошла к двери кабинета и попробовала открыть ее своим ключом.
Но ключ оказался слишком маленьким. Это был явно не тот ключ.
Миранда нахмурилась. "Что же им тогда можно открыть?" - подумала она. Девушка
осмотрелась в поисках другой
двери. Подошла к шкафу, решив, что ключ - от него. Но на сей раз ключ оказался
слишком большим.
Она вдруг услышала веселый смех. Миранда замерла на несколько секунд.
"Кто же это здесь смеется в такое время? Или мне просто почудилось?"
Внезапно раздался смех, а затем - пронзительный крик и собачий лай.
"Что происходит?" - думала девушка. Она прислушалась и поняла, что смех,
крики и лай доносятся со стороны окна.
Собравшись с духом, Миранда осторожно подошла к окну, отдернула занавеску - и
глазам своим не поверила. Четверо
братьев с увлечением играли в парке в снежки, Трое из них преследовали лорда
Алека, который скорее всего и затеял эту
веселую баталию. Братья веселились как дети. Перебегая от одного дерева к
другому и прячась за стволами и пышными
вечнозелеными ветвями елей, они обстреливали Алека снежками, а тот громко
смеялся. А потом они вдруг разбежались в
разные стороны, и теперь уже каждый из них был сам по себе. Все четверо бегали
по парку, и за ними с веселым лаем
носился огромный сторожевой пес, пытавшийся ловить снежки. Лорд Алек что-то
выкрикивал - казалось, он подзадоривал
Люсьена. Оба они упали в снег и начали бороться. Минуту спустя Роберт объявил,
что победил Люсьен, уложивший брата на
обе лопатки. Деймиен подошел, чтобы поздравить Люсьена, но тут герцог набросился
на него сзади. Однако Деймиен
вовремя увернулся, толкнул Роберта, и тот в результате оказался на снегу. И все
четверо снова расхохотались.
Миранда решила, что пора возвращаться к себе в комнату, и отошла от окна. Она
до сих пор была в шоке от увиденного.
"Неужели это Рождество так повлияло на них? - думала девушка. - Ведь они словно
с ума сошли..."
И все же Миранда радовалась, даже ликовала - теперь-то она не сомневалась:
даже Деймиен временами мог забывать о
прошлом и становился веселым и беззаботным, точно мальчишка. Она снова подошла к
окну, взглянула на ночное небо и,
обращаясь к рождественской звезде, загадала желание - ей хотелось всегда
оставаться такой же желанной в Найт-Хаусе, как
в этот вечер.
Задернув штору, девушка отошла от окна, вышла из комнаты и направилась к
себе. В эти минуты ей казалось, что она
всегда была счастливой...
Особняк Холланд-Хаус казался необыкновенно старым. И действительно, он был
построен еще в эпоху короля Якова.
Сейчас, по случаю праздника, Холланд-Хаус был ярко освещен свечами в массивных
канделябрах и украшен гирляндами и
еловыми ветвями. Издалека Миранде показалось, что особняк сияет как сказочный
дворец. Ее алое атласное платье было
закончено только час назад, перед тем как она села в карету Хоксклиффов, чтобы
отправиться на свой первый в жизни бал.
Как только экипаж покатил по улицам, Деймиен с герцогом затеяли спор - речь шла
о политических взглядах хозяев бала.
Супруги были сторонниками партии вигов, Деймиен же придерживался позиции тори. К
несчастью, сторонники обеих
партий отличались крайней нетерпимостью и ни за что не соглашались на
примирение, хотя разумнее всего было бы
заключить перемирие.
Наконец экипаж, освещенный тусклым дорожным фонарем, остановился у входа в
Холланд-Хаус, и Миранда, взглянув на
Деймиена, вдруг подумала: "Наверное, все женщины будут от него без ума, ведь он
неотразим в своем красном мундире". Но
она нисколько не ревновала, напротив, радовалась тому, что ее сопровождал на бал
такой мужчина, как лорд Уинтерли. Он
подал ей руку, помог выбраться из кареты, а затем повел ее по лестнице следом за
герцогом и герцогиней.
Всякий раз, восставая против унижений, с которыми ей приходилось сталкиваться
в "Ярдли", Миранда утешалась тем,
что в своих тайных мечтах представляла себя танцующей на балу в роскошном
особняке - представляла, как кружится под
звуки музыки в залитом светом зале, и эти мечты помогали ей переносить все
тяготы жизни в школе.
И вот теперь мечты ее сбылись: она действительно оказалась в роскошном
особняке, в огромном бальном зале, где
собрались самые знатные и богатые лондонские аристократы. Вновь прибывавшие
приветствовали друг друга, затем
раздевались и передавали шляпы и накидки расторопным и любезным слугам.
Некоторые из дам усаживались на диваны,
расставленные у стен холла, и переобувались, меняя теплые зимние ботинки на
легкие и изящные бальные туфельки,
украшенные жемчугом и расшитые золотом. Слуги же разносили кофе и горячий чай,
чтобы гости побыстрее согрелись.
Миранда передала слуге свое меховое манто, затем, последовав примеру
герцогини, выпила чашку горячего чая и только
после этого принялась переобуваться. Развязывая шнурки, она ужасно нервничала и
думала о том, что, возможно, не умеет
танцевать так, как принято в Лондоне, и поэтому может показаться неуклюжей
провинциалкой. Но вскоре зазвучала музыка,
и девушка тотчас же забыла обо всех своих опасениях. Когда Деймиен взял ее под
руку и повел в зал, она почувствовала, что
это самый значительный момент в ее жизни, и никакие театральные успехи не могли
бы с этим сравниться.
Огромный бальный зал был украшен еловыми ветвями и гирляндами,
переливавшимися в пламени свечей - свет
оказался настолько ярким, что Миранда зажмурилась, пока ее глаза не привыкли к
этому ослепительному сиянию - сияли не
только люстры и зеркала, но и хрустальные вазы с бокалами, стоявшие в дальнем
конце зала, на покрытом белоснежной
скатертью столе.
Деймиен повел Миранду к хозяйке дома, высокой даме с темными кудрями и
веселыми проницательными глазами -
было очевидно, что баронесса Холланд не только умна, но и обладает прекрасным
чувством юмора. Хозяйка оказалась
необыкновенно веселой дамой - нисколько не смущаясь, она рассказывала гостям о
том, как они с мужем послали
Наполеону на Эльбу сладкую настойку и целый ящик книг. Изумленная этим
рассказом, Миранда вопросительно взглянула
на Деймиена, но тот молча пожал плечами и едва заметно нахмурился.
Герцогиня наконец-то представила хозяйке Миранду. Девушка изящно поклонилась
и поблагодарила баронессу за
приглашение на бал. Леди Холланд внимательно посмотрела на Миранду, улыбнулась и
кивнула. В этот момент к баронессе
подошли Люсьен и Элис. Они также поблагодарили хозяйку за приглашение и
обменялись с ней последними новостями.
Несколько минут спустя Люсьена, Роберта и Деймиена окружили знакомые, уже
успевшие разглядеть их среди
присутствующих, а Элис направилась к дамам, стоявшим чуть поодаль. Миранда же в
замешательстве поглядывала на
Деймиена; она не знала, как вступить в беседу с людьми, с которыми ее только что
познакомили, но еще больше девушку
смущало странное поведение многих гостей - они вели себя совсем не так, как
предписывалось в недавно прочитанной
Мирандой книге об этикете. Покинутая своими покровителями, Миранда была в
отчаянии, она не знала, что делать и как себя
вести.
- Грифф! - неожиданно воскликнул Люсьен; он заметил подходившего к братьям
высокого мужчину в черном фраке и
ослепительно белой рубашке.
Высокий незнакомец пожал Люсьену руку и вдруг с искренним удивлением в голосе
проговорил:
- Неужели и Деймиен тут? Вот уж не ожидал! Да я просто глазам своим не
верю...
- Господи, Йен, неужели это ты?! - с таким же неподдельным изумлением
воскликнул Деймиен; он шагнул к нему, и
мужчины обменялись рукопожатиями.
- Деймиен, сколько лет прошло... Да, поздравляю тебя с титулом. Значит, ты
теперь лорд Уинтерли?
Граф молча кивнул и улыбнулся. Друг братьев Найт тоже улыбнулся и, взглянув
на Люсьена, продолжал:
- Извини, я не смог приехать на твою свадьбу, дружище. Я только что вернулся
из Вены.
- Пересек Альпы в такое время года? Довольно опасное путешествие.
- Чертовски сильные морозы, не то что в Лондоне, - ответил Грифф. - Но ничего
не поделаешь. Мой сын был болен.
- А Кэтрин не могла ничего сделать без тебя? - спросил Деймиен.
Люсьен подтолкнул брата и проговорил:
- Йен, не обращай на него внимания. Братец никогда ничего не помнит. Видишь
ли, Деймиен, леди Гриффит умерла два
года назад.
Миранда, слышавшая этот разговор, заметила, что друг Деймиена едва заметно
нахмурился, но все же он прекрасно
владел собой и не показывал своих чувств.
- О Боже, - в растерянности пробормотал Деймиен. - Грифф, я очень сожалею, я
не знал...
- Конечно, ты этого не знал, - кивнул Гриффит. - Ведь ты тогда был на войне.
- А что же с ней случилось? - спросил граф. - Какая-то болезнь?..
- Нет, она умерла во время родов, - ответил Гриффит. Он взял с подноса
проходившего мимо слуги бокал вина и
окинул взглядом зал.
Какое-то время все молчали, потом Люсьен спросил:
- А как твой сын? Он выздоравливает? Гриффит усмехнулся.
- У него корь. Сейчас ему уже лучше. Но довольно говорить о неприятностях,
теперь ваша очередь. Скажите, кто эта
прелестная дама? - Он кивнул в сторону Элис.
- О... Это моя жена. - Люсьен с улыбкой взглянул на супругу, и та
приблизилась к мужчинам. - Дорогая, позволь
представить тебе нашего старого друга Йена Пре-скотта, лорда Гриффита. Наши
семьи дружат уже несколько столетий.
Лорд Гриффит поклонился Элис:
- Миледи, я думаю, что мне нет смысла перечислять достоинства моего друга
Люсьена, вы знаете его лучше, чем я.
Могу только поздравить вас и пожелать вам счастья.
Элис улыбнулась и покосилась на мужа. Затем снова посмотрела на Гриффита.
- Милорд, я действительно счастлива. Гриффит с улыбкой повернулся к Деймиену.
- А что скажет граф Уинтерли? Это твоя невеста, Деймиен? - Он указал глазами
на Миранду. - Почему я не получил
приглашения на свадьбу?
- Нет-нет, это моя подопечная мисс Фицхьюберт. Она племянница одного моего
друга, он недавно трагически погиб. -
Граф кивнул девушке, и та приблизилась. - Мисс Фицхьюберт, разрешите представить
вам лорда Гриффита. Мы с ним
старые друзья и помним друг друга такими, какими были еще двадцать лет назад.
Лорд Гриффит поклонился Миранде и проговорил:
- Мисс Фицхьюберт, примите мои соболезнования по случаю вашей утраты.
- И я тоже выражаю вам сочувствие, милорд, - ответила Миранда. - Очень
приятно познакомиться с вами.
В этот момент к ним подошли герцог и герцогиня, расставшиеся со своими
знакомыми, и лорд Хоксклифф
поприветствовал Гриффита с не меньшим восторгом, чем его младшие братья. Затем
герцог познакомил друга со своей
женой и еще двумя дамами.
- А теперь, джентльмены, можете предаться воспоминаниям о годах своей юности,
а я хотела бы похитить Миранду,
чтобы познакомить ее еще кое с кем, - объявила Элис, взяв девушку под руку.
- Удачи и успехов, - кивнул Люсьен.
- Будьте осторожнее, - предупредил Деймиен. Какое-то время Элис и Белинда
объясняли Миранде, как следует
держаться и вести беседу - даже на самые незначительные темы, - и вскоре девушка
вошла в свою новую роль и
почувствовала себя увереннее. Талант актрисы очень помог ей, но без помощи и
наставлений своих покровительниц она всетаки
не смогла бы обойтись - кто-нибудь постоянно должен был опекать ее и
удерживать от возможных ошибок, и это
вызывало ощущение неловкости. Впрочем, ничего удивительного - ведь она
находилась среди совершенно незнакомых
людей, среди столичных аристократов...
Кроме того, Миранда очень опасалась, что кто-нибудь из гостей барона и
баронессы может вспомнить о том, что она -
незаконнорожденная дочь актрисы. Но в конце концов девушка поняла, что в ее
положении лучше всего сохранять
спокойствие и держаться с достоинством, даже если кто-то и вспомнит о ее
происхождении. При мысли об этом Миранда
окончательно успокоилась и теперь держалась так, словно всю жизнь провела среди
лондонских аристократов.
Когда же пришло время танцев, Миранда почувствовала, что сердце ее забилось
быстрее - ей казалось, что Деймиен
непременно пригласит ее на танец. И она не ошиблась, он действительно направился
прямо к ней.
- Разрешите пригласить вас, - сказал граф с улыбкой; он легонько прикоснулся
к ее плечу, и девушка вспыхнула.
- Вы хотите, чтобы я танцевала с вами? - проговорила она в волнении.
- Это всего лишь формальность, - Деймиен понизил голос, - никто не пригласит
вас до тех пор, пока я первый не
сделаю этого. - Снова улыбнувшись, он добавил: - Кроме того, леди Холланд уже
настолько надоела рассказами о своем
лучшем друге Бонапарте, что терпеть ее больше нет сил.
Взяв девушку под руку, Деймиен вывел ее на середину зала. Перед началом танца
дамы и их партнеры стали друг против
друга, и Миранда вдруг подумала: "Наверное, со стороны это выглядит так, словно
две враждующие армии выстроились
перед боем". Она улыбнулась Деймиену, и граф улыбнулся ей в ответ. В следующее
мгновение он крепко сжал ее маленькую
ручку, и они двинулись следом за парой, стоявшей перед ними. Меняясь партнерами,
они продолжали следить друг за
другом, а потом снова брались за руки и возвращались на прежнее место. Музыканты
играли все быстрее, и движения
танцующих ускорялись в соответствии с ритмом. Вскоре Деймиен с Мирандой снова
оказывались рядом, но на сей раз - в
паре с другими танцорами, иногда это были Люсьен и Элис. Миранда просияла от
удовольствия, когда ритм наконец стал
замедляться, и они с Деймиеном опять сошлись, взявшись за руки. Прикосновение
его руки заставляло сердце девушки
биться все быстрее... Когда музыка смолкла, граф вдруг наклонился и прижался к
ее руке губами. Миранда же затаила
дыхание; она почувствовала, что это был не просто поцелуй вежливости - Деймиен
вложил в него гораздо больше
интимности, чем полагалось по этикету. Затем снова зазвучала музыка, и они опять
двинулись в танце, сменяя партнеров.
Потом Миранда танцевала с лордом Гриффитом, а также с лордом Алеком,
галантным и остроумным, как всегда. Кроме
того, она танцевала с несколькими молодыми офицерами, знавшими ее дядю. Она
невольно улыбалась, замечая молодых
людей, прогуливавшихся по Бонд-стрит, когда ее чуть не сбила карета. Молодые
люди тоже узнавали Миранду и бросали на
нее восхищенные взгляды; среди этих джентльменов были также Олли Куинн и Наиджел
Стэнхоуп, его светловолосый
приятель. Оба приглашали ее танцевать, и Миранда не решилась ответить отказом,
так как это, по ее мнению, было бы
дурным тоном. Танцуя с ней, Оливер Куинн не сводил взгляда с ее декольте, и это
ужасно раздражало Миранду. Но еще
больше ее раздражало то, что Деймиен танцевал с другими дамам
...Закладка в соц.сетях
