Жанр: Любовные романы
Мой пылкий лорд
...е по руке. - Скажите мне, пожалуйста, вы едете со мной в Лондон завтра
утром? Я уверена, что Гарри без вас
одиноко.
- Благослови вас Бог, детка, за ваши слова, - прошептала Пег, вытирая глаза
уголком передника, - так тяжело
чувствовать себя ненужной! Ах ты Господи! - Она быстро хлюпнула носом и вытерла
руки о передник, словно приняла
решение. - Значит, чаю?
- Я подам, - вмешалась в разговор Нелли.
- Не нужно чаю. Полагаю, нам лучше подкрепиться бренди, - заявила Элис,
направляясь к шкафчику с бутылками.
Придется ускользнуть от Маклиша и стражников так, чтобы они об этом не узнали.
Люсьен приказал своим людям держать
ее в Гленвуд-Парке, но она не позволит запирать себя в собственном доме. - Прошу
вас.
- Я, пожалуй, не буду.
- Это лекарство, я настаиваю.
- Спасибо, мисс Элис, - застенчиво сказала Нелли.
Элис бросила на нее ободряющий взгляд. Пусть это всего лишь служанки, но
другой семьи у нее нет.
- Нужно послать ужин слугам лорда Люсьена. Найдется у нас для них эль?
- Эля нет, но есть вино.
- Хорошо, - отозвалась Элис с заговорщицкой улыбкой, совсем как Люсьен. Она
ведь знает, где в домашней аптечке
лежит опиум.
Бравый Маклиш и его ребята будут сегодня ночью спать без задних ног.
Густой лондонский туман превращал свет уличных фонарей в слабое мерцание,
плыл длинными завивающимися струями
вокруг Люсьена, который устало ехал верхом по Пэлл-Мэлл. Стук шаркающих копыт
вороного глухо раздавался в тумане. И
всадник, и лошадь - оба были измучены до предела.
На въезде в город его пути с Марком и остальными молодыми повесами разошлись.
Все они разъехались по своим
холостяцким квартирам. Люсьен же, в свою очередь, свернул прямиком на СентДжеймс-стрит
и направлялся теперь в НайтХаус.
Сей величественный особняк, стоявший в Грин парке, был бриллиантом в
фамильной короне Хокск-лиффов.
Официально он принадлежал Роберту, его старшему брату-герцогу, но там всегда
были рады всем представителям клана
Найтов. И Люсьен, и Деймиен - оба они остановились там, вернувшись с войны
несколько месяцев назад. Новобрачные -
Роберт и Белинда - все еще развлекались в Вене, так что близнецы никак не могли
нарушить блаженство молодых супругов.
Люсьену было очень интересно познакомиться с женой Роберта. Брак герцога вызвал
грандиозный скандал, поскольку
Белинда до того, как Роберт сделал ей предложение, была куртизанкой и его
любовницей. Как бы то ни было, она была
потрясающе хороша собой.
Люсьен вздохнул, и дыхание его на холоде превратилось в пар. Ему так хотелось
представить своей семье Элис. Теперь
придется подождать, но он ее вернет. "Если только она примет тебя!" Думать о
том, что Элис, пожалуй, еще и не захочет
этого, было слишком больно. Проехав немного по фешенебельной улице, Люсьен
свернул налево, где за высокой чугунной
оградой во всем своем надменном величии возвышался Найт-Хаус. Господи, как ему
хочется лечь! И рану, конечно,
необходимо снова перевязать. Скорее всего повязка промокла от крови. Бок,
казалось, был охвачен огнем. За целый день
сидения в седле при каждом скачке лошади, летящей галопом, все двадцать стежков
на ране натягивались, но Люсьен
выжимал до предела и себя, и лошадь. Преимущество во времени было для него самым
главным. Есть Люсьен не мог, такое
убийственное впечатление произвело на него негодование Элис, и, выпив за этот
день чуть ли не целую бутылку виски,
чтобы притушить тупую боль в ране, он был вознагражден сильной головной болью.
Глаза жгло, сердце ныло, все тело
неимоверно болело после дня, проведенного в седле.
Люсьен неловко спешился и вошел в ворота, с досадой отметив, что они не
заперты. Его младший брат - человек
беспечный, модный повеса, обожает играть в карты по крупному. Люсьен, сердито
посмотрев на дом, увидел, что в окнах
первого этажа горит свет. До него уже долетел шум развеселой вечеринки. Люсьен
запер за собой ворота запасным ключом и
подумал при этом, что нетерпимый в вопросах нравственности Роберт был бы весьма
недоволен.
На скрип ворот из конюшни появился конюх. Люсьен отдал ему поводья и потрепал
по шее измученного, как и он сам,
жеребца. Потом устало поднялся по ступеням и вошел в дом, скрывая раненый бок
под мокрым плащом. Войдя в сияющий
беломраморный холл с великолепной изогнутой лестницей, которая словно плыла в
воздухе, он прищурил глаза от яркого
света люстры.
- Добрый вечер, лорд Люсьен, - приветствовал его мистер Уолш, необыкновенно
опытный дворецкий Найт-Хауса, но
его вежливая улыбка тут же сменилась озабоченным выражением. - Вам нужна помощь,
сэр?
Люсьен понял, что вид у него, судя по всему, ужасный. Он устало провел рукой
по волосам.
- Ужин, порошок от головной боли, горячую воду для ванны, бинты и любую мазь
для порезов, которую миссис Лаверти
хранит, вероятно, в аптечке. Я слегка поранился.
- Жаль слышать это, сэр. Сию минуту.
- А что, это Алек с друзьями играют в карты? - спросил Люсьен, кивая в
сторону столовой и отдавая дворецкому плащ.
Будучи в подавленном настроении, он мог бы, конечно, воспользоваться
непристойным остроумием своего младшего брата и
его проказливостью, чтобы взбодриться.
- Нет, сэр, это лорд Деймиен и несколько офицеров из Гардз-клуба.
- А, герои Бадахоса, - иронично пробормотал Люсьен себе под нос. - Я буду у
себя.
Он поднимался по лестнице, и каждая буйная вспышка смеха, доносившаяся из
столовой, только подчеркивала ощущение
его одиночества.
Люсьен вошел в свою комнату и, не зажигая свечу, направился прямиком к
кровати. Он сел и опустил на руки
разболевшуюся голову. Странно, но прошедшая неделя в обществе Элис заставила его
забыть о том, какую пустоту
ощущаешь, когда ты один на свете. Он посмотрел на кровать и подумал - как он
будет здесь спать один, без Элис...
Хотя чувства его находились в хаотическом состоянии, голод обострил
умственные способности. За целый день езды
верхом Люсьен продумал план насчет того, как ему изловить Барду. Дел было много,
но час уже поздний. Начнем утром.
Он в изнеможении лег и ждал в темноте, пока слуги принесут поесть и все, о
чем он просил, и думал, что где-то в
Гэмпшире Элис именно сейчас мучается так же, как и он.
- Ах, мисс Монтегю! - воскликнул на другой день мистер Хаттерсли, приветствуя
Элис и Пег в элегантном фамильном
лондонском особняке на Аппер-Брук-стрит. Было раннее воскресное утро. - Ах,
входите же, и да благословит вас Бог! -
Дворецкий был аккуратным маленьким человечком с добрым лицом, лысеющей головой и
блестящими синими глазками. -
Слава Создателю, вы поправились, а то мы все так волновались.
- Благодарю вас, мистер Хаттерсли. Я тоже рада вас видеть, - приветливо
сказала Элис.
Этим утром на рассвете они с Пег и Нелли отправились в Лондон, каретой правил
Митчелл, а дюжие стражники Люсьена
спали, опоенные опиумом.
- Миссис Тейт, - поздоровался дворецкий с Пег. Двое преданных старых слуг
обменялись взглядами, которые стоили
многих томов выражения взаимного сочувствия.
- Я приехала разобраться во всей этой чепухе, - сказала ему Элис, понизив
голос. - Дома ли ее милость?
- Конечно, мисс. В утренней гостиной.
- А как наш маленький больной? Хаттерсли улыбнулся:
- Рад сообщить, что сыпь у мастера Гарри проходит.
Элис бросила взгляд в коридор и увидела маленькую белокурую головку,
показавшуюся из-за угла. Ее глаза просияли.
- Гарри! - позвала Элис, снимая свою широкополую шляпу.
Он бочком прошел через дверь, посасывая палец. К ее удивлению, Гарри был одет
как маленький мальчик, а не в
просторное платьице, в какие обычно одевают детей обоего пола примерно до
четырех лет. На нем были крошечные
штанишки, маленький жилетик, даже маленький накрахмаленный галстучек. Элис в
жизни не видела ничего более
очаровательного, но все равно Гарри был слишком мал для такой стесняющей одежды.
Он стоял оробев.
- Ах ты, Боже мой! Кто этот красивый молодой джентльмен? - воскликнула Элис.
- Неужели это мой ягненочек?
Гарри, идите сюда и обнимите меня. Или вы меня забыли? Это я, тетя Элис, и
посмотрите, кто еще приехал со мной - ваша
няня Пег.
И он побежал к ним. Элис быстро опустилась на колени и поймала его в свои
объятия. Она ласково поцеловала его между
двух заживающих красных пятнышек на носу цвета розовых лепестков.
- Я так по тебе соскучилась, - прошептала она.
- Мы оба болели, - сказал он, и Элис невольно вздрогнула, поняв, что Кейро
лгала даже Гарри. Она не понимала, как
мог Люсьен жить по горло во лжи, пусть даже ради своей страны. Это невыносимо!
Гарри чмокнул Элис в щеку мокрым поцелуем, точно щенок, гордо показал ей
несколько заживших оспинок, а потом
бросился к Пег.
- Няня!
- Добрый день, мастер Гарри, - как ни в чем не бывало поздоровалась она с
ним.
Самообладание этой женщины вызвало у Элис восхищение. Когда мальчик потянулся
к няне, Пег усмехнулась и взяла его
на руки. Он прижался к ее шее с таким видом, словно хотел остаться так навсегда.
- Ну и как, хорошо ли вы провели праздники в Лондоне? - спросила Элис.
Гарри начал болтать о бездомных кошках, которые живут в саду, а Пег с Элис
обменялись многозначительными
взглядами. Элис кивнула, более чем когда-либо готовая к бою. Она погладила Гарри
по пушистым тонким волосам.
- Сейчас я сообщу вашей маме, что я здесь. При упоминании о леди Гленвуд
ребенок бросил на нее странный взгляд.
- Что такое, ягненок?
Он опустил голову на плечо Пег.
- Она злая леди.
Элис широко раскрыла глаза и не нашлась что ответить.
- Пожалуй, вам с Нелли лучше увести Гарри в детскую.
Пег кивнула с понимающим видом. Судя по всему, сейчас поднимется крик, и это
расстроит ребенка.
- Миссис Тейт, разрешите мне! Вы не сможете отнести его милость на третий
этаж, - запротестовал дворецкий.
- А, мистер Хаттерсли, да я сильная, как старая рабочая лошадь, - возразила
Пег гордо, отмахнувшись от него.
- Господи, да вы же надорвете поясницу! Нелли пошла за ними, чтобы
распаковать вещи Элис, которые та привезла с
собой.
Стоя внизу лестницы, Элис с любовью смотрела им вслед, пока они не исчезли из
виду, наконец собралась с духом и
медленно направилась по коридору в утреннюю гостиную, потом ненадолго
остановилась, чтобы подкрепить свою
решимость закипающей злобой. Она мысленно представила себе Кейро в Гроте -
пьяную, расхристанную, накинувшуюся на
Люсьена - и сердито блеснула глазами. Эта женщина налетела на нее, накричала, а
потом бросила на произвол судьбы в
Ревелл-Корте.
Трудно будет сохранять хладнокровие, когда Кейро так основательно навредила
ей и тем, кто ей дорог, но что бы ни
случилось, Элис нужно заставить Кейро вернуть Пег ее место. Не только ради Пег,
но и ради Гарри. Не затрудняя себя
стуком в дверь, Элис вошла в утреннюю гостиную, чтобы преимущество неожиданного
появления осталось за ней.
- Добрый вечер, леди Гленвуд.
Полулежа на изогнутом диване, Кейро подняла взгляд от газеты и быстро скрыла
свое потрясение, прищурив глаза с
кошачьей улыбкой.
- Ну, я вижу, что все идет как было намечено! Одна неделя - именно так, как
установил наш общий друг. - И она
отбросила газету.
Сдерживаясь изо всех сил, Элис повернулась и закрыла дверь.
Держась настороженно, Элис отметила, что вид у Кейро совершенно изменился.
Баронесса рассталась со своими
кукольными локончиками и вместо этого причесала волосы в гладкий, блестящий,
низко уложенный пучок. Ее платье для
визитов дышало скромностью и сдержанностью. Оно было сшито из бархата цвета
коричневатого красного дерева, украшено
черным кантом и узкой кружевной оборкой кремового цвета, выглядывающей из-под
длинных узких рукавов и обрамляющей
высокий воротник. "Наконец-то она начала вести себя соответственно возрасту", -
подумала Элис, но потом поняла, что
означает это платье. Кейро отказалась от черного крепа и надела полутраур. По
обычаю вдова должна носить черное и
только черное в течение двух лет, но Филипп умер всего лишь год назад. Для Элис
это было очередным оскорблением,
нанесенным брату. Кейро даже не желала притворяться, что намерена оплакивать
мужа сколько положено.
Элис оставалось лишь прикусить язык. Филипп согласился бы, что теперь имеет
значение только Гарри, а мальчику
нужна его няня. Девушка сжала руки за спиной и подняла подбородок.
- Мне хотелось бы поговорить с вами о Пег Тейт.
- Какой у вас мрачный вид, милочка, словно вы что-то утратили. - Внезапно
Кейро хлопнула себя по щекам, выражая
деланное удивление. - Ах нет! Неужели вашу добродетель? Куда вы подевали ваш
сияющий ореол?
Элис холодно смотрела на нее.
Кейро хохотнула и изящно поднялась с дивана.
- Дайте мне взглянуть на вас, милочка. Теперь уже наша маленькая Гуди Два
Башмака не такая славная, да? Не
волнуйтесь. Никому не известно, чем вы занимались, то есть никому, кроме меня.
Ах, бедная маленькая Элис спустилась на
землю, как ее порочная невестка. Я вижу это по вашим глазам, но не бойтесь, я
никому не скажу. Это будет наша маленькая
тайна - между нами, девочками, и Люсьеном Найтом. Скажите, что вы об этом
думаете?
- О чем? - спросила Элис тихим и угрожающим голосом.
- О совокуплении, - прошептала Кейро. Элис прикусила язык, чтобы не отвечать
в таких выражениях, о которых ей
придется, потом пожалеть.
- Это великолепно, да? Я люблю звуки, которые он издает, это примитивное
рычание, когда он вот-вот... ну да вы знаете,
- скромно прошептала баронесса.
Чувствуя себя так, точно в нее только что воткнули шпагу, Элис сердито
посмотрела на невестку. Глаза ее сверкали от
боли и ярости, щеки пылали.
- Ну-ну, что такое? Ах, маленькая дурочка, - прошептала Кейро. - Надеюсь, вы
не влюбились в этого волка?
Элис не могла выговорить ни слова. Она только с возмущением смотрела на
баронессу.
- А ведь влюбились, да? Ну конечно, влюбились. Не могли не влюбиться. - Кейро
сложила руки, откинула назад голову
и весело рассмеялась. - Ах, Элис, бедная маленькая дурочка!
- Я слышала, вы ударили Гарри, - проговорила она сквозь стиснутые зубы, чтобы
переменить тему.
- Вот как? Вижу, эта старуха с бульдожьим лицом уже наябедничала вам. Ну а вы
не заботьтесь о моем сыне - это ведь
мой сын, Элис. Пора ему научиться дисциплине.
- И научить его можете только вы, которая так ей и не научилась? - с горечью
заметила Элис.
Кейро, которая направилась к столу, где стоял серебряный чайный сервиз,
бросила на нее из-за плеча угрожающий взгляд.
- Да, я, и, вероятно, с помощью человека, который скоро может стать отчимом
Гарри. В моей жизни появился новый
мужчина, Элис. И какой мужчина! Крупный белокурый прусский варвар. Я могу выйти
за него, если мне заблагорассудится,
тогда мы с Гарри будет жить в Берлине с фон Даннекером.
Побледнев, Элис уставилась на нее.
- Вы, верно, шутите. Вы не можете увезти отсюда Гарри!
- Не беспокойтесь, милочка, вы тоже сможете поехать, если захотите. Но даже и
не пытайтесь украсть у меня Даннекера
таким же манером, каким украли Люсьена.
Элис опустила глаза на ковер, пытаясь сохранить самообладание. Она заставила
себя не думать о диких планах Кейро,
сосредоточившись на главной цели этого разговора.
- Кейро, вы должны взять Пег Тейт обратно. Как можно было уволить ее? Она
прожила в нашей семье двадцать пять
лет, не говоря уже о том, что Гарри ее обожает. Вы не можете выбросить ее
потому, что она в досаде...
- Нет, Элис, могу, и, если мне вздумается, я могу так же поступить и с вами.
Теперь, после того, что с вами произошло,
вы должны знать свое место. Осмелюсь заметить, что вы свалились с вашего
пьедестала, верно?
Элис вздернула подбородок, но удержалась от возражений.
- За время вашего отсутствия я внесла кое-какие перемены, - продолжала Кейро,
- пора вам с ними ознакомиться. -
И баронесса, держа в руке чашку, повернулась и холодно посмотрела на девушку. -
Я сама теперь распоряжаюсь своей
жизнью и домашним хозяйством. Отныне я требую относиться ко мне с уважением,
которого я заслуживаю. Вам, Гарри и
этой старой ведьме придется научиться этому. Неповиновения я не потерплю.
- Как правило, уважение еще нужно заслужить! - прорычала Элис.
- В ваших нравоучениях я больше не нуждаюсь, маленькая распутница! - сказала
Кейро, и в глазах ее блеснула злоба.
- Как вы смеете так называть меня?
- Ну а разве вы не такая? Я же знаю. Я знаю, что вы сделали, так что нечего
представляться передо мной, или можете
убираться из моего дома и жить как знаете. Не забудьте, что я могу запретить вам
видеться с Гарри.
- Вы этого не сделаете.
- А вы проверьте!
Элис быстро заморгала, пытаясь осознать ату самую страшную угрозу.
- Чего вы хотите от меня?
- А, это уже лучше. Видите, как хорошо, когда мы с вами ладим?
Элис с отвращением смотрела на нее. Кейро ласково улыбнулась ей и выпила
немного чаю.
- Так вот. Первое, что вы сделаете, - это немного повращаетесь в обществе,
чтобы убедить всех, что вы вполне
оправились от приступа инфлюэнцы. Таким женщинам, как мы с вами, очень важно
придерживаться приличий.
Элис отчаянно старалась не дать волю языку. "Я не такая, как вы, - подумала
она. - Не важно, чем я занималась с
Люсьеном, я никогда не стану такой, как вы".
- Общество сейчас довольно скудное, но сегодня вечером будет концерт у
графини Ливен, а в пятницу бал в "Аргайле".
Вы появитесь и там и там.
- Я не могу, у меня гостит "французская дама", - пробормотала Элис.
- Понятно. Ладно, на концерт сегодня можете не ходить, но на бал в пятницу
пойдете со мной обязательно. К тому
времени вы поправитесь.
- А что будет с Пег?
С холодным видом Кейро скосила глаза на чайную чашку, явно наслаждаясь
обретенной властью.
- Поклянитесь, что навсегда сохраните в тайне все, что происходило в РевеллКорте,
и я дам ей возможность сделать
еще одну попытку.
Элис с отвращением смотрела на баронессу. Кейро прекрасно понимала, что, если
общество узнает о том, что Элис стала
любовницей Люсьена с подачи Кейро, им обеим придется навсегда распроститься со
светской жизнью. Одно дело Кейро,
известная своими скандальными приключениями, и совершенно другое - молоденькая
девушка, которую мелочная и
ревнивая злодейка безжалостно погубила. Вряд ли Кейро понравится, если ее новый
любовник-пруссак узнает, что она на
самом деле за человек.
- Так вы клянетесь?- поторопила ее Кейро.
- У меня нет никакого намерения публично объявлять о своем знакомстве с
Люсьеном Найтом, - отозвалась Элис
приглушенным голосом. - Перед моим отъездом мы договорились, что будем
обращаться друг с другом как совершенно
незнакомые люди, словно мы никогда не встречались. - От этих слов болезненные
спазмы распространились от сердца по
всему ее телу.
- Ладно, - ответила Кейро. - Значит, это будет нашей маленькой тайной. А я в
ответ позволю миссис Тейт остаться, но
вы будете обязаны сделать так, чтобы эта назойливая старая ведьма не попадалась
мне на глаза. И передайте ей, что я требую
извинений.
Элис знала, что Пег вскипит, если ей придется унижаться перед леди Гленвуд,
но она, конечно, сделает это ради Гарри.
- Хорошо.
Кейро весело улыбнулась и пригладила волосы.
- Ну и как, все оказалось не таким уж трудным?
В это мгновение раздался звонок в дверь.
- Ах, это, верно, фон Даннекер. Мы собираемся прокатиться в Гайд-парк. - И
Кейро поставила чашку, подбежала к
зеркалу, висевшему над камином, и пощипала свои щеки, чтобы они зарделись
девическим румянцем. Потом она ринулась в
коридор, где мистер Хаттерсли уже открыл дверь.
Элис опасливо пошла за ней, собираясь взглянуть на человека, который, как
пригрозила Кейро, может стать отчимом
Гарри. Фон Даннекер оказался крупным высоким человеком может быть, даже более
высоким, чем Люсьен, довольно
толстым, с плечами, похожими на гранитные утесы. Хотя его темное платье было
выбрано с модной сдержанностью, Элис
насмешливо подумала, что этот обветренный, морщинистый и грубый человек выглядел
бы уместнее в кольчуге Казалось,
его мускулистую надменную фигуру раздражал строгий крой фрака и сковывала
накрахмаленная сдержанность белого
галстука.
- Карл!
Кейро казалась чуть ли карлицей по сравнению с ним, когда она подошла к нему
и обняла став на цыпочки, чтобы
поцеловать в щеки как это принято в Европе. Лицо у него было широкое,
квадратное, с широким лбом и раздвоенным
подбородком; его соломенного цвета Волосы были прилизаны назад и плоско
прилегали к черепу а в правом глазу он носил
монокль.
Внезапно монокль упал, покатился по его груди - Барду заметил Элис, стоявшую
гостиной, а Кейро все еще кудахтала
над ним. Что-то в его бледно-голубых глазах заставило Элис содрогнуться и
отодвинуться от дверного косяка. Рот у него был
тонкий, жестокий, под глазами глубокие провалы, на коже легкий маслянистый
блеск.
- Ах, Карл, это моя золовка, мисс Монтегю. Элис, это барон Карл фон Даннекер,
- сказала Кейро гордо и просунула
руку ему под локоть хозяйским жестом, совершенно бесстыдно поглаживая его
вздутые бицепсы.
Элис кивнула, он поклонился в ответ, потом посмотрел на лестницу, по которой
к ним спускался Гарри, держась за
перила.
- Тетя! Пойдемте в сад, посмотрим на котят! - крикнул мальчик.
- Иду, Гарри! Прошу меня извинить. - Элис слегка присела перед Кейро и фон
Даннекером, потом торопливо прошла
мимо них, чтобы помочь Гарри спуститься вниз. Она взяла его за руку. - Вы же
знаете, Гарри, что вам нельзя ходить по
лестнице без сопровождающего.
- Я увидел котят из окошка. Няня Пег сказала, что можно дать им молока,
потому что они бездомные.
- Ах, Гарри! - окликнула сына Кейро. - Подойдите и поздоровайтесь с бароном
фон Даннекером и поцелуйте маму на
прощание. - Кейро нагнулась, простирая руки к ребенку, всячески демонстрируя
любовнику, какая она хорошая мать.
Восторженная болтовня Гарри прекратилась. Он печально посмотрел на Элис, та
незаметно кивнула. Нельзя как следует
воспитать ребенка, если он не уважает свою мать, пусть даже она имеет репутацию
блудницы. Мальчик подавил вздох и
послушно направился к матери. Сердце у Элис сжалось при виде того, как осторожно
он обнял ее, словно ему строго
наказали ни в коем не случае не мять мамину прическу и платье.
- Какой вы славный мальчуган, - сказала Кейро, погладив его по голове, чтобы
показать нежную привязанность, - а
теперь поклонитесь его милости.
Гарри едва доставал фон Даннекеру до колен, но повернулся к этому человеку,
приложил руку к сердцу и слегка
поклонился, как положено джентльмену, а потом снова устремился к Элис. Она
подхватила его на руки и обняла, полная
какого-то странного подсознательного желания защитить дитя от бесчувственного
взгляда фон Даннекера.
До Ночи Гая Фокса оставалось всего шесть Дней, и приготовления Клода Барду
шли с точностью часового механизма.
Прибыла его команда стрелков - все на той же ирландской рыбацкой лодке, которая
доставила его в Англию. Его люди
привезли с собой блестящую, вылитую из бронзы пушку длиной восемнадцать футов,
оружейный ящик, плотно набитый
боеприпасами, и особую жаровню для каления ядер.
"Город сгорит", - улыбаясь, думал он, выходя из дверей вместе с леди Гленвуд.
Однако ему не понравилось, как
вызывающе смотрела на него ее молоденькая золовка, когда взяла на руки ребенка и
прижала к себе.
Хотя мисс Монтегю и выглядела так же изящно и скромно, как и всякая
англичанка благородного происхождения, в ее
настороженных синих глазах он нашел силу характера, заставившую его
остановиться. Барду отвернулся, пожатием плеч
стряхнув странное ощущение, что эта девушка каким-то образом разгадала его
маскарад. Нелепость! Торопясь укрыться от
ее холодного взгляда, Клод вывел леди Гленвуд из дома и подвел к ожидавшей их
карете, которую Барду одолжил у
Стаффорда.
Как только они сели в карету и тронулись, Кейро обняла его за шею и
поцеловала. Барду никогда не любил поцелуев, но
подыграл ей довольно охотно, потому что она была ему весьма полезна. Баронесса
послужит отличной приманкой, на
которую он выманит Найта из Лондона в Ночь Гая Фокса. И все же, грубо целуя ее,
Барду чувствовал, что есть что-то в ее
отношениях с Люсьеном Найтом, о чем Кейро ему не говорит. Всякий раз, когда он
касался недавнего скандала с близнецами
Найт, она с наигранной веселостью уклонялась от темы.
Барду не давил на нее, потому что не хотел настроить против себя, но,
чувствуя, что она все больше подпадает под его
власть, решил спросить еще раз, уже настойчивее. Закончив поцелуй, он посмотрел
в ее затуманившиеся похотью глаза.
- Моя дорогая, вы знаете, что я обезумел от вас, - прошептал Барду. Для
француза было не трудно говорить поанглийски
как бы с прусским акцентом.
- Ах, Карл, - промурлыкала она, обхватив его руками, - я испытываю к вам то
же самое. Вы заставляете меня
чувствовать себя такой живой!
- Вы знаете, что мои намерения касательно вас очень серьезны, Каролина, -
сказал он, поглаживая ее. При радости,
осветившей ее лицо, Барду чуть было не ощутил угрызений совести. Какая дура! -
Но если мы будем вместе, - сурово
продолжал он, - я должен знать, что кроется за этой огорчительной сплетней,
подстерегающей меня везде, куда я ни
повернусь. Я не хочу стать посмешищем. Я должен знать правду о том, что
произошло между вами и этим чертовыми
братьями Найт.
Она опустила ресницы.
- Вы ведь чуть было не вышли замуж за Деймиена Найта, верно?
- С моей стороны это было лишь кокетство, Карл.
- И поэтому вы позволили второму использовать вас?
- Люсьен Найт не использовал меня! - возразила Кейро, и в глазах ее вспыхнуло
негодование. - К вашему сведению,
ему так отчаянно хотелось овладеть мной, что он предал родного брата, но не
стану скрывать - Люсьен очень быстро мне
наскучил. Он был сильно уязвлен. Честно говоря, он все еще злится на меня, но
что я могу поделать? Мне стало с ним
скучно.
- Стало быть, он в вас влюблен? - спросил Барду, разочарованный смутным
ощущением, что она ему лжет. - Я
спрашиваю только на тот случай, что у меня с ним могут возникнуть неприятности
из-за вас.
Баронесса улыбнулась и опять обвила его руками.
- Ах, Карл, как это мило! Неужели вы на самом деле станете защищать меня от
ухаживаний моего ревнивого любовника
в отставке?
Вот тут-то Клод и предположил, что за ложь кр
...Закладка в соц.сетях
