Жанр: Любовные романы
В объятиях страсти
...дить
этого парня. Я предпочитаю, чтобы моя невеста сидела дома, готовясь к
свадьбе, а не пропада—ла целыми днями в школе, — объявил он,
расплываясь в улыбке.
Сирена вся сжалась при этом громогласном заявлении Брендона, но колеса
закрутились, механизм пришел в дви—жение. Проклиная все на свете, она
увидела, как отец раскраснелся от радости, а лицо Оливии озарила доволь—ная
улыбка. Девушка почувствовала себя пленницей, при—вязанной к мачте тонущего
корабля. Она надеялась успеть мягко и тактично сообщить Брендону, что о
свадьбе не может быть и речи, но он все испортил, поторопившись объявить во
всеуслышание о планах, которым не суждено было осуществиться.
— Я так счастлив, что Сирена наконец приняла твое предложение, Брендон.
Я уже опасался, что моя дочь ни—когда не найдет себе достойную пару. Думаю,
за это нуж—но выпить. — Митчел пригласил гостей проследовать к столу с
закусками и подозвал к себе дочь с будущим зятем.
Сирена посмотрела на Трейгера, прислонившегося к колонне. Она чуть было не
поддалась порыву объяснить ему ситуацию, но затем подумала:
С какой стати?
Трейгеру на меня наплевать. Просто задета его гордыня и ничего больше, но
такому не повредит, если сбить с него не—много спеси
.
Митчел провозгласил тост за скорую свадьбу, и Сире—на выжала из себя улыбку
для гостей, поздравлявших ее с удачным выбором жениха. Увы, ей ничего не
оставалось, как смириться с тем, что придется продолжать эту игру весь
вечер.
Трейгер наблюдал за юной красавицей, танцевавшей со своим избранником,
поражаясь мучившей его незнакомой доселе ревности. Почему вдруг возникло
такое чувство, будто Сирена его предала? У него нет никаких прав на скверную
девчонку. Конечно, мисс Уоррен очаровательна, но на свете, слава Богу,
хватает красивых женщин. Одна—ко каков характер!
Она неплохо развлеклась, изображая служанку, кото—рая позаимствовала у
хозяина коня, чтобы тайком иску—паться в бухте. Словно львица бросалась на
него с выпущенными когтями, а затем превращалась в нежного котенка со
сладкими поцелуями, утолявшими жажду, как летний дождик. Трейгер тряхнул
головой, чтобы избавить—ся от причудливых фантазий, но стоило его взгляду
остано—виться на Сирене, как снова в нем вскипала кровь.
Маленькая проныра с собственной бухтой на случай, если захочется окунуться,
и великолепным жеребцом, на котором она не в состоянии проехать и мили,
чтобы не свалиться! Ей хватило нескольких секунд, чтобы заставить его
выложить все, о чем он предпочел бы умолчать, да еще в присутствии военных и
важного чиновника — ее отца. И по воле хитрой
служанки
ему пришлось
выслушать объявление лейтенанта Скотта, что эта обворожительная лгу—нья —
его невеста.
Трейгер едва сдерживал приступ гнева. Он не привык, чтобы ему морочили
голову, а уж от женщины тем более такого не потерпит.
Решив, что клин нужно выбивать клином, Трейгер ог—лядел зал и быстро нашел
кого нужно: красивую женщину, Оливию. Закружив миссис Уоррен в танце, он
постарался сосредоточиться на ее призывно изогнутых губах. Нет та—кой
женщины, из-за которой стоит переживать, убеждал он себя, даже из-за такой
обворожительной зеленоглазой колдуньи. У него и без Сирены хлопот полон рот.
Сирена чуть не сбилась с такта, когда увидела Оли—вию, уверенно обнявшую
Трейгера за шею с явным наме—рением не выпускать его из своих коготков.
Выходит, она не ошиблась. Мачеха и капитан действительно любовни—ки!
Достаточно посмотреть, как они плотоядно смотрят друг на друга, чтобы не
осталось никаких сомнений. Черт бы побрал эту распутную Оливию! Неужели
Митчел ничего не видит? Нет, отец не заслужил, чтобы его жена кокетни—чала
со своим любовником прямо у него под носом!
— Тебе не кажется, любимая, что у твоего платья не—сколько вызывающий
вид? — осведомился Брендон, вы—ведя Сирену из мрачной
задумчивости. — Я не поверил своим глазам, когда вошел в зал и
обнаружил, что все мужчины пожирают тебя глазами.
Легкая улыбка тронула ее губы.
— Мое платье обнажает ничуть не больше, чем платье Оливии или любой из
присутствующих здесь дам. Ты ни—чего не имеешь против откровенных нарядов
других жен—щин, почему же я должна одеваться как святоша?
— Просто я не хочу ни с кем делить твою красоту, — возразил
Брендон, притягивая ее к себе и вдыхая сладкий аромат, витавший над
ней. — Я не желаю, чтобы моя невеста показывала свои прелести целому
выводку похот—ливых животных.
Как будто ты не один из них
, — кисло подумала Сирена.
Она отлично разглядела вожделение в глазах Брендона тем вечером в борделе,
когда он вцепился в проститутку поволок ее наверх. Лейтенант Скотт —
законченный ли—цемер. Сирена больше не могла выносить его отвратитель—ной
близости. Осыпает ее знаками внимания, чтобы произвести впечатление на
зрителей, а наедине не подхо—дит к ней ближе, чем на пять футов. Ей вдруг
стали непри—ятны его объятия, и Сирена решительно сняла руку Брендона со
своей талии. Она достаточно долго подыгрывала ему и больше не в состоянии
этого выносить.
— Пойду на веранду, подышу свежим воздухом, — сообщила она
неожиданно холодным тоном, и, когда Брендон собрался было последовать за
ней, Сирена подняла руку, останавливая его. — Одна.
Проходя мимо слуги, державшего поднос с шампан—ским, Сирена взяла бокал и
вышла на веранду. Итак, ве—чер обернулся полным кошмаром: Брендон вылез со
своим объявлением, прежде чем она сообщила ему, что передума—ла; неведомо
откуда вынырнул Трейгер Грейсон, чтобы смутить ее покой, а в довершение ко
всему Оливия на глазах у всех соблазняла своего любовника.
Сирена вышагивала по веранде взад и вперед, пытаясь успокоиться, но ничто не
помогало. Она чувствовала, что готова в любую-минуту взорваться. Если бы
только у нее была возможность поговорить сейчас с Натаном, оказыва—ющим на
нее такое благотворное действие. Возможно, сле—довало рассказать другу о
своих чувствах к Трейгеру и его связи с мачехой. Натан наверняка дал бы
хороший совет, в котором она отчаянно нуждалась.
— Так вот где скрывается будущая миссис Скотт, дочь самого богатого и
влиятельного лоялиста во всем штате! —
В низком голосе Трейгера отчетливо слышались издева—тельские нотки.
Обернувшись на звук его голоса, Сирена невольно залю—бовалась лунными
бликами, танцевавшими в его темных волосах. Она была возбуждена и
взволнована его появ—лением.
— Как я понимаю, вы явились на бал с единственной целью — клянчить
деньги у моего отца, — съязвила она в тон ему. — Надеетесь
обольстить Оливию настолько, что она уговорит его вложить деньги в ваше
разваливающееся предприятие?
Трейгер стремительно пересек веранду, буквально при—гвоздив ее к перилам
сверкающим взглядом серебристых глаз.
— Я не прибегаю к услугам женщин, когда мне нужно чего-либо добиться.
— Значит, дело все-таки в деньгах, — обвинила Си—рена и вскинула
подбородок, храбро встретив его пронзи—тельный взгляд. — В таком случае
я тем более рада, что вы не знали, кто я. Иначе попытались бы добраться до
кошелька отца через меня, а не его неверную жену.
— Ты ведьма, Сирена, а твои злобные слова жалят как укусы змеи, —
прорычал Трейгер и грубо схватил ее. — Ты дурачила меня с самого
начала, ты обманула мое дове—рие! Я купил это платье, считая, что у тебя
ничего нет, кроме лохмотьев. — И посмотрел на нее с горькой
на—смешкой. — Откуда мне было знать, что ты обладаешь нарядами, рядом с
которыми мое скромное подношение покажется убогим.
— Ты сделал этот подарок, чтобы затащить меня в постель, —
огрызнулась она.
— А ты заигрывала со мной тайком от своего жениха, — парировал
Трейгер с жесткой улыбкой. — Так вот что заста—вило тебя подглядывать в
окна борделя! Хотела узнать, не играет ли лейтенант Скотт в те же игры, что
и ты! Как только у тебя хватает наглости критиковать свою мачеху, когда ты
сама носишься по окрестностям флиртуя с пер—вым встречным?
Она отреагировала мгновенно, не успев подумать о по—следствиях. Ее рука со
звонким шлепком опустилась на щеку Трейгера, и Сирена затрепетала, встретив
его свире—пый взгляд.
— Не сомневаюсь, что ты готова соблазнить своего учителишку, лишь бы он
остался здесь и помогал тебе ко—ротать одинокие ночи, когда твой муж будет
таскаться по борделям.
Если бы Сирена могла вырвать руку из его мертвой хватки, то, не задумываясь,
ударила бы снова. Но, увы, она вынуждена была выслушивать его клеветнические
выпа—ды, вне себя оттого, что Трейгер относит ее к разряду женщин, подобных
Оливии. Ничто не могло задеть ее больше.
— Как ты смеешь оскорблять меня, ты, ничтожный попрошайка?! Если я
захочу, отец вышвырнет тебя из это—го дома, — злобно прошипела она.
— Не думаю, что у мистера Уоррена хватит на это мужества, впрочем, как
и у твоего сладкоречивого жениха.
— Отпусти меня! — взвизгнула Сирена, не в состоя—нии поручиться за
себя, если Трейгер и дальше будет удер—живать ее.
— Не сейчас, ведьмочка, — проворковал он, медленно склоняя к ней
голову. — Не раньше, чем я узнаю, дей—ствуют ли на тебя поцелуи Скотта
так же, как мои. Не—ужели ты жаждешь его так же, как меня, когда я сжимаю
тебя в своих объятиях?
Ее протесты утонули в захватывающем дух поцелуе. Обнаженной кожей она
ощущала гулкие удары его сердца, вторившие лихорадочному биению ее
собственного. Сколь—ко бы Сирена ни отрицала, что именно Трейгер способен
разжечь огонь в ее крови, тело отказывалось признать эту ложь, трепеща в
кольце его рук, а губы сами открывали доступ властному языку в глубины ее
рта.
— Кажется, мне понятно, почему ты так настаивала, чтобы я поцеловал
тебя, будто без памяти влюблен, — произнес он с оскорбительными нотками
в голосе. — Хо—тела проверить, способен ли Скотт удовлетворить тебя. Он
не выдержал испытания, не так ли, Сирена?
Девушка возмущенно ахнула, раздосадованная его про—ницательностью, а Трейгер
снова надолго завладел ее гу—бами. Когда его рука, скользнув под шелк и
кружево, сжала упругий холмик груди, боль желания пронзила Сирену, вызвав не
менее жгучее презрение к самой себе. Она не желала реагировать на его
прикосновения, не желала испы—тывать наслаждение, однако ее тело само
тянулось к пла—мени и блаженствовало под умелыми ласками Трейгера.
Проклиная свою слабость, Сирена сдалась под натис—ком эмоций, лишавших ее
рассудка. Сознание, что Брендон ей не подходит, унижало, а влечение к
Трейгеру наносило ее гордости сокрушительный удар. Одному Богу ведомо, что
творили с ней его властные руки и требовательные поцелуи.
— Что, черт побери, здесь происходит? — Брендон застыл на месте
при виде притаившейся в тени парочки, а затем рванулся к ним, намереваясь
оттащить Сирену от Трейгера. — Я никому не позволю приставать к моей
невесте, — прорычал он.
Трейгер едва заметно улыбнулся, глядя на распаливше—гося лейтенанта.
— Она полностью в вашем распоряжении.
Ничто во вкрадчивом тоне не указывало на страсть, безраздельно владевшую им
мгновением раньше.
Сирена была потрясена его способностью управлять своими эмоциями, тогда как
она едва держалась на ногах и хватала ртом воздух как рыба на песке.
— Вы идеально подходите друг другу, — продолжил Трейгер с
нескрываемым сарказмом.
— Вам придется ответить, сэр, за оскорбление, нане—сенное как вашими
действиями, так и словами! — выкрик—нул Брендон, дрожа от гнева.
Темная бровь изогнулась в насмешливом изумлении.
— Вы предлагаете дуэль, Скотт? — Пренебрежитель—но фыркнув,
Трейгер не спеша двинулся прочь, затем ос—тановился и окинул Брендона
пристальным взглядом, явно не находя в нем ничего устрашающего или по
крайней мерзаслуживающего внимания. — Извините за прямоту, но если у
вас хватит глупости скрестить со мной оружие, вы станете для меня легкой
мишенью. Какой прок от холодно—го трупа этой плутовке с горячей кровью, на
которой вы намерены жениться?
Оскорбление обожгло, как соль открытую рану, и Си—рена бросилась на наглеца,
но Брендон перехватил ее.
— Держитесь подальше от моей невесты или вам при—дется пожалеть об
этом, — громко сказал лейтенант с безопасного расстояния.
Не удостоив взглядом смельчака, прятавшегося за женской юбкой, Трейгер
громко расхохотался, но, прежде чем уйти, бросил уже в дверях:
— Оставьте при себе свои пустые угрозы, Скотт. Мне с самого начала
следовало держаться подальше от этой огнедышащей ведьмы. Не надо быть
пчелой, чтобы по—нять: у этой розы нет нектара. А колючки меня не прельщают.
Сирена была вне себя, ярость застилала ее взор, она жаждала крови, крови
Трейгера. И не сомневалась, что сгорит дотла, если немедленно не возьмет
себя в руки. Раз Брендон такой трус, что не может поставить на место этого
проходимца, придется самой защищать свою честь, ну а Брендону, поскольку он
не обладает таковой, не на что и обижаться. Вырвавшись, Сирена устремилась
за Трейгером и схватила его за руку.
— Грейсон, — медоточивым голосом произнесла она, поражаясь тому,
как ей удается удержаться от крика.
Он, надменно приподняв брови, обернулся, и Сирена, изо всех сил врезав ему
кулаком, выдала все, что было у нее на уме.
— Может, Брендон и способен проглотить ваши ос—корбления, но от меня вы
этого не дождетесь! — почти выплюнула она, потирая ушибленные костяшки
пальцев.
Удовлетворение, которое она испытывала, делало боль почти приятной.
Удар в челюсть ошеломил Трейгера. Он никак не ожи—дал подобной силы от столь
миниатюрного создания. Каза—лось, искры посыпались из его глаз. С изумлением
Трейгер взирал на Сирену, продолжавшую свою обличительную речь.
— Посмейте только приблизиться ко мне — и встре—тите точно такой же
прием. Один удар в челюсть — еще недостаточная плата за хамство, которое вы
себе позволи—ли. Надеюсь, мне удалось вбить немного разума в вашу пустую
башку и впредь вы сто раз подумаете, прежде чем станете порочить чье-либо
честное имя.
Сирена презрительно взглянула на Брендона, так и не сделавшего ничего ни в
ее, ни в свою защиту, затем свире—по посмотрела на Трейгера и, приклеив к
губам очарова—тельную улыбку, впорхнула в бальный зал, чрезвычайно довольная
тем, что поставила мужчин на место.
Трейгер потер ноющую челюсть и усмехнулся, наблю—дая за тем, как Сирена
вплыла в объятия отца и безмятеж—но закружилась в танце, словно ничего
необычного не произошло. Затем бросил взгляд на лейтенанта, который,
казалось, проглотил язык.
— Если вы полагаете, что сумеете держать в узде эту чертовку с медовыми
кудрями, советую вам еще раз взве—сить свои возможности и не спешить с
женитьбой, — за—явил Трейгер, прежде чем оставить Брендона наедине с
его мыслями.
— Где ты была? — спросил Митчел у дочери. — Я думал, что вы с
Брендоном не пропустите ни одного танца.
— Папа, мы с Брендоном... — Слова застряли в горле, когда она увидела
Трейгера, появившегося рядом с отцом.
— Прошу прощения, Митчел, — начал Трейгер с любезной
улыбкой. — Мне хотелось бы убедиться, что ваша дочь лучше держится на
ногах, когда танцует, чем когда спускается по лестнице. — В его
взгляде, на секунду задержавшемся на Сирене, мелькнула ирония, от которой
она ощетинилась, как рассерженная кошка.
Митчел ослабил объятия и передал дочь в руки Трей—гера, усмехнувшись ему в
ответ.
— Думаю, вам не составит труда вести мою дочь. Она воспитывалась в
лучших английских школах и училась танцам под руководством частных учителей,
известных при дворе.
Митчел, поклонившись, удалился, и Сирена свирепо уставилась в светившиеся
весельем серые глаза.
— Вы полагаете, что еще недостаточно оскорбили меня? — процедила
она, стараясь обуздать свой гнев.
— Напротив, Сирена, я хотел бы извиниться. — Слова его звучали
мягко, невесомые объятия напомина—ли ласку. — Перед тобой, но не перед
этим молокососом в мундире, за которого ты собралась замуж. Он не стоит
тебя.
— А вы, надо понимать, стоите? — И, вздернув под—бородок, Сирена
пристально посмотрела на него.
Капитан утвердительно кивнул.
— Осмелюсь предположить, что у меня больше шан—сов совладать с такой
злючкой, как ты, чем у Скотта, — заявил Трейгер без тени хвастовства,
словно констатиро—вал очевидный факт.
— К счастью для вас обоих, я не нуждаюсь в муже. Что касается Брендона,
то я не собираюсь выходить за него замуж. У нас слишком разные взгляды.
Трейгер мгновенно притянул ее к себе, и Сирена едва не забыла о своем гневе.
— Рад слышать, что ты еще не совсем лишилась рас—судка, — выдохнул
Трейгер.
Почувствовав, что девушка вздрогнула, он поднял го—лову и увидел Брендона,
пробиравшегося к ним среди танцующих. Ироничная улыбка осветила лицо
Трейгера, когда он заметил, каким взглядом удостоила Сирена своего жениха.
— Может, мне оставить тебя, чтобы ты могла сооб—щить Скотту
сногсшибательную новость о том, что он ус—тановил рекорд по самому короткому
сроку обручения?
Она молча кивнула, и Трейгер деликатно удалился. Брендон приступил к ее
воспитанию.
— Если я еще когда-нибудь увижу сцену, свидетелем которой оказался на
веранде, тебе придется несладко, Сирена. — Он говорил тихо, но в его
голосе звучала угроза, похожая на приближающуюся грозу.
Этот ультиматум не произвел на Сирену никакого впе—чатления: ведь лейтенант
пренебрег возможностью предъя—вить его человеку, более подходящему ему по
силе и комплекции. Он предпочел запугивать девушку, а не муж—чину, который
допустил вольность по отношению к ней. Трейгер прав. Ее жених — молокосос и
трус.
— Ну конечно, проститутки в борделе — совсем дру—гое дело, —
вскипела она. — Какое ты имеешь право упрекать меня? Ты лицемер,
Брендон.
Он был потрясен, но быстро пришел в себя, его взгляд стал тяжелым.
— Так ты шпионила за мной? — Брендон разразился бранью. —
Твое поведение достойно презрения, Сирена.
— Не более чем твое. И я не собираюсь...
— Лейтенант, вы позволите пригласить вашу очарова—тельную
невесту? — осведомился полковник Пауэлл, по—ложив конец тому, что по
всем признакам грозило превратиться в гражданскую войну.
Брендон не заставил себя ждать и, перепоручив девуш—ку своему командиру,
затерялся в толпе. Сирена вдруг уви—дела мачеху, которая обратила свои чары
на Лоуренса Хилла, адъютанта полковника. Джон проследил за ее взглядом и
заметил:
— Оливия — на редкость привлекательная женщина. Не часто встретишь двух
очаровательных особ, которые носят одну и ту же фамилию.
Сирена изобразила бледную улыбку, снова задаваясь вопросом: найдется ли
мужчина, способный устоять перед знойной красотой Оливии? Не приходилось
сомневаться, что полковник, так же как и его адъютант, не на шутку увлекся
ею. Оставалось только надеяться, что мачеха серь—езно отнеслась к угрозе
Сирены: падчерица не сделает и шагу из дома, пока Оливия не расстанется со
своими лю—бовниками.
Полковник проводил Сирену к столу с закусками и последовал за другими
мужчинами в кабинет ее отца. И в это время она заметила Анну Морган, скромно
стоявшую у стены и, судя по всему, чувствовавшую себя не в своей тарелке.
Сирена не предполагала оставлять подругу одну, но за бурными событиями
совсем забыла о ней.
— Это самая веселая улыбка, на которую ты способна? — пошутила
Сирена, подходя к ней. — Между прочим, здесь полагается
развлекаться. — Она окинула взглядом изыскан—ный наряд подруги. —
Тебе это платье идет куда больше, чем мне. Ты прекрасно выглядишь, ну-ка
взбодрись и поста—райся хорошо отдохнуть и повеселиться.
— Как я поняла, тебя можно поздравить с обручением, — начала Анна,
выжимая из себя улыбку, которая тут же увяла при виде омрачившегося лица
Сирены. — Что-ни—будь не так?
— Да, — призналась Сирена с тяжким вздохом. — Я собиралась
сказать Брендону, что испытываю серьезные со—мнения по поводу нашего брака и
хочу отложить помолвку, но он выболтал все, прежде чем я успела его
остановить.
— Ты увлеклась кем-нибудь другим?
— Нет, — солгала Сирена, стиснув зубы и прекрасно понимая, что
этим другим был Трейгер Грейсон, человек, которого она не выносила и в то же
время находила неве—роятно привлекательным.
Анна скептически посмотрела на нее.
— Перед тобой не пустоголовая офицерская жена, — напомнила
подруга. — Я не забыла нашей последней встре—чи, когда ты намекнула,
что сам дьявол преследует тебя.
Сирена беспокойно оглянулась по сторонам, не уверен—ная, стоит ли развивать
эту тему, но Анна решила доко—паться до истины.
— Это, наверное, тот неотразимый красавчик, с кото—рым ты танцевала. В
черном бархате. Потрясающий муж—чина! — Озорная улыбка скользнула по ее
губам. — Только не говори мне, что ты этого не заметила.
— Вот именно.
Анна громко рассмеялась, а затем понизила голос:
— Я видела, какими взглядами вы обменивались.
— Тогда ты должна была заметить, что они были убий—ственные, —
возразила Сирена, изображая равнодушие, но от подруги не ускользнуло ее
раздражение.
— Не будь такой упрямой, Рена. Все женщины в этом зале строили ему
глазки, обсуждая на все лады его красо—ту. Даже я готова признать, что он
обладает определенным обаянием, которое невозможно не заметить, хотя и не
кру—жилась в его объятиях.
— Хорошо, хорошо ты права: он производит впечатле—ние, —
согласилась Сирена. — Теперь ты отстанешь? У меня есть более важные
дела, чем сходить с ума по какому-то проходимцу.
— Возможно, — сказала Анна, пряча усмешку. — Но, как бы там
ни было, именно он у тебя на уме и, как я догадываюсь, с той самой
ночи. — Ее глаза хитро блесну—ли, и Сирена встревожилась. —
Вообрази мое изумление, когда твой отец заехал к нам с изъявлениями
благодарнос—ти за то, что я позволила тебе переночевать у меня в грозу. Не
беспокойся, дорогая. Я тебя не выдала. В конце кон—цов, для чего еще нужны
друзья, как ты однажды замети—ла. Я заверила мистера Уоррена, что твое
общество в такую непогоду скрасило мое одиночество. Однако я не могу не
задаваться вопросом, где же тебе удалось укрыться от бури и... с кем.
Избегая ее насмешливого и любопытного взгляда, Си-рена проворчала:
— Тебе всегда удавалось выудить у меня всю правду но между нами ничего
не было. Я поранилась, а Трейгер ухаживал за мной.
— Благородный рыцарь спасает даму, попавшую беду, — рассмеялась
Анна, с удовольствием наблюдая, как Сирена выкручивается, словно
провинившийся ребенок.
Она впервые видела, чтобы девушка так упорно отри—цала свой интерес к
мужчине. Но ведь Сирена не встреча—ла никого равного себе по интеллекту и
темпераменту... до сих пор. Глядя на самоуверенного Трейгера Грейсона,
мис—сис Морган готова была поставить на кон свои тяжким трудом заработанные
деньги, что этот до неприличия красивый темноволосый дьявол не пожалел
усилий, соблазняя Сирену.
— Твоя сила воли достойна восхищения.
Последняя реплика подруги исчерпала далеко не без—граничное терпение Сирены,
хотя ее бесконечно радовало, что впервые за несколько месяцев Анна искренне
развле—кается. Впрочем, Сирена еще не забыла, как сама безжа—лостно дразнила
ее,
...Закладка в соц.сетях
