Жанр: Любовные романы
Ну разве она не милашка
... стены словно обнимали ее.
"Вы должны были стать моими, - подумала она. - Я не достойна вас и даже не хочу вас получить, но так или иначе
вы должны были стать моими".
Ей хотелось верить, что она так выкладывалась ради этого вечера лишь с целью убедить Колина, что не такое уж она
ничтожество, но дело было не только в этом. Шугар Бет требовалось снова увидеть этот дом во всем его блеске. И еще занять
себя настолько, чтобы не терзаться мыслями о той роли, которую предстоит сегодня сыграть.
На какой-то момент она позволила себе притвориться дочерью Френчменз-Брайд, законной владелицей, пригласившей
на сегодня гостей. Наверное, так оно и было бы, не старайся она так усердно разрушить собственную жизнь. А кого бы она
пригласила? "Сивилл", Райана, помешанную старуху миссис Кармайкл, которая умерла десять лет назад, но всегда твердила,
что Шугар Бет так же сладка, как ее имя; Бобби Джарроу и Вуди Ньюхауса, пастора Феррелла с женой, тетю Таллулу, хотя та
и не одобряла хозяйничанья племянницы.
"Где сырные палочки по рецепту твоей бабушки? Благослови тебя Господь, Шугар Бет, но даже ты не можешь давать
обеды во Френчменз-Брайд без сырных палочек Марты Кэри".
Воображаемый список гостей исчез. Ну нет, не хватало еще сегодня увидеть знакомые лица!
Переливавшиеся чистотой бокалы для шампанского весело ей подмигивали. Ренальдо, студент колледжа, которому
было поручено подавать напитки, осторожно поставил поднос на стойку бара и громко вздохнул.
- Эрни зовет вас на кухню.
- Спасибо, сейчас.
"Не думай о том, что ждет впереди. Делай свое дело".
Эрни, несчастный распорядитель, сильно напоминал демонического поросенка Порки - в точности такие же розовая
мордочка, лысина и густые брови. Он забыл миниатюрные шпажки для подносов с закусками, так что Шугар Бет пришлось
шарить по всем шкафчикам. Едва она успела найти коробочку, как в дверь позвонили. Внутри у нее похолодело.
О нет. Поздно идти на попятную.
Она расправила плечи и зашагала к выходу. Но Колин опередил ее и уже стоял в холле, в обществе двух мужчин и
женщины, шикарный черный наряд которой так и кричал о нью-йоркских магазинах. Один из мужчин, лет пятидесяти, был
коренастым и краснолицым, другой явно принадлежал к кругу "плющевых" . Это наверняка агент Колина, его жена и Нил
Киркпатрик, его редактор. Колин приглашал их на ленч в "Парриш инн", местную гостиницу, где они провели ночь, но
Шугар Бет видела их впервые.
При виде широкой лестницы и горящих в холле свечей глаза женщины широко раскрылись.
- Колин, я такого не ожидала. Невероятно!
Шугар Бет машинально отнесла комплимент на свой счет. Что ж, Френчменз-Брайд нельзя назвать последним
полустанком на границе с нигде!
Нежная баллада, исполняемая на рояле, мраморный пол, сияющий в свете люстры, пламя свечей... Неправдоподобно
прекрасно. Дом опутал ее своими чарами, и показалось вдруг, что она уловила запах духов Дидди.
Шугар Бет, улыбнувшись, направилась к гостям и протянула руку:
- Добро пожаловать во Френчменз-Брайд.
Женщина склонила голову набок. Мужчины сконфуженно переглянулись. Только теперь Шугар Бет сообразила, что
наделала, и, словно обжегшись, отдернула руку. Колин выступил вперед.
- Возьмите пальто миссис Лукато, Шугар Бет, - спокойно велел он. Шугар Бет с горящими от унижения щеками
заставила себя снова протянуть руку.
- Конечно.
Она не могла взглянуть на него. Не могла вынести мысли о том, что он наблюдает за ней. За какие-то десять секунд
она собственноручно погубила десять дней острот, уколов, шпилек и упрямства, Десять дней, в течение которых она ни разу
не позволила ему увидеть, как больно и обидно оказаться служанкой в доме, который по справедливости должен был
принадлежать ей.
Она не помнила, как добралась до прачечной, где установила вешалку для пальто. Подумать только, она едва не
представилась им, словно имела на это право.
Кажется, у нее температура. Лоб на ощупь совсем горячий. Очень хотелось сбежать, но она в плену. В плену этого
дома. Этого города. В плену человека, который не желает ей ничего, кроме зла.
Снова звонок, слабый, но отчетливый.
Она подумала о Дилайле, поспешно вставила в позвоночник стальную пластину и пошла к двери.
На этот раз прибыла пожилая супружеская пара. Шугар Бет сумела поприветствовать их вежливым кивком. После
этого гости пошли один за другим. Наконец появились мэр Эрон Лири с женой.
- Как, это вы, Шугар Бет! Давно не виделись! - воскликнул он.
- Очень, мэр.
- Это моя жена Карис.
Изящная, как топ-модель, женщина, явно не уроженка Парриша, недоуменно хлопнула глазами, не понимая, с чего это
вдруг муж знакомит ее с горничной.
- Рада познакомиться, миссис Лири.
На этот раз Шугар Бет не переступила границ фамильярности. Больше такого удовольствия она ему не доставит, тем
более что Берн следит за ней, как коршун, ожидая ее очередной ошибки.
Многие собравшиеся были из Оксфорда, вероятно, тамошние преподаватели. И все приветствовали Колина как своего,
каковым он никогда не станет, даже через тысячу лет. Она так и чувствовала, как он наблюдает за каждым ее движением!
Хочет, чтобы она подольше помучилась. Наконец-то ему удалось отомстить.
Что же, она это знает, но заставит себя смириться.
Пришла и Джуэл Майерс вместе с кудрявой блондинкой, работавшей в книжном магазине. Шугар Бет вспомнила, как
Элли присылала дочь на веранду с графином лимонада обслуживать Шугар Бет и ее друзей.
"Лимонад сегодня не такой розовый, Джуэл. Отнеси назад и скажи Элли, что мы хотим розовый".
Джуэл оценивающе оглядела черные слаксы и белую блузку Шугар Бет.
- Ну-ну... вижу, мир становится все интереснее и интереснее.
Только на прошлой неделе Шугар Бет надеялась, что подружится с Джуэл. А вот теперь поняла, насколько это
невозможно.
- Взять у вас шаль?
- Нет, пока не стоит.
Голоса из прошлого эхом звенели в голове: "Я не хочу ветчины, Джуэл. Передай Элли, чтобы сделала сандвичи с
арахисовым маслом и медом.
- Да, мэм, миз Скарлетт".
Джуэл так и сказала, и Шугар Бет хотелось верить, что она только засмеялась, но, возможно, все было несколько
иначе.
Колин стоял в гостиной, беседуя с одним из преподавателей, но она знала, что все это лишь поза. Всеми фибрами
своего существа он сосредоточился на ней. Время платить по счетам.
- Вряд ли Мередит захочет сидеть за столом в пальто, - заметила Джуэл, весело блестя глазами.
Шугар Бет обрадовалась возможности скрыться с глаз, но, вешая пальто, она успела пробормотать короткую молитву:
- О'кей, Господи, пора немного отпустить поводья, договорились? Я понимаю, что вела себя ужасно.
Но с тех пор старалась исправиться. По крайней мере хоть в чем-то. Так не мог бы ты отвязаться от меня?
Однако у Бога были дела поважнее, чем прислушиваться к молитвам потрепанной жизнью южной красавицы, потому
что, когда она в следующий раз открыла дверь, за порогом стояли "Сивиллы".
Правда, не все. Только Линии и Мэрилин, этого больше чем достаточно. Шугар Бет смотрела в их лица, такие
знакомые, хоть и изменившиеся, и вспоминала, как ловко Колин ухитрялся обойти правду. Ей следовало обо всем догадаться.
Возможно, в глубине души она и без того все знала...
Линн и Мэрилин, ничуть не удивленные, уставились на нее, словно ожидали именно этого. Глаза Линн сверкали
лукавым восторгом.
- Да это Шугар Бет! Мы слышали, что ты снова в городе!
- Надо же, встретить тебя именно здесь! Никогда не ожидали! - вставила Мэрилин.
Когда-то эти двое были ее ближайшими подругами. Но она уехала в "Старый Мис" и забыла о них. Линн стала
медсестрой и потяжелела со школьной поры фунтов на двадцать. В старших классах она была одной из лучших спортсменок.
Сегодня на ней было ярко-желтое платье, более подходящее к июлю, чем к началу марта. Платье из трикотажа в рубчик цвета
мандарина прекрасно облегало высокую худую фигуру Мэрилин, но она по-прежнему злоупотребляла косметикой. Тал-лула
говорила, что она преподавала математику в школе. Трудно представить Мэрилин, верную помощницу Шугар Бет во всех
проделках, школьной учительницей.
Шугар Бет поняла, что загораживает дверь, и отступила. И впервые заметила мужчин. Дик Джаспер, муж Мэрилин,
растерял большую часть рыжеватых волос, но по-прежнему был крепок и прекрасно выглядел. Он всегда был человеком
мягким, и сейчас ей показалось, что в его взгляде светится нечто вроде сочувствия.
- Привет, Шугар Бет. Помнишь меня? Я Брэд Симмонс.
Он был из тех мальчишек, которые никогда не умеют вписаться ни в одну компанию. На весеннем балу в восьмом
классе он пригласил ее на танец, и она едва не намочила в штанишки от смеха, потому что он был невзрачным коротышкой, а
она - Шугар Бет Кэри.
Она почувствовала, что Колин стоит всего в нескольких шагах, ожидая увидеть ее унижение. Шугар Бет крепко
прикусила губу изнутри и стала закрывать дверь, но вовремя увидела еще две пары, идущие по дорожке. Хейди и Эми с
мужьями. Что же, и этого следовало ожидать. Появилась одна "Сивилла", значит, ожидай остальных.
Только сегодня утром она и Колин улыбались друг другу при виде Гордона, появившегося на кухне, с вывернутым
наизнанку ухом и пустой пачкой от крекеров в пасти. Сейчас она ненавидела его за эту улыбку.
Хейди Дуайр, ныне Петтибоун, по-прежнему была счастливой обладательницей больших зеленовато-карих глаз и
непослушных кудрявых рыжих волос. С шеи свисала цепочка с серебряным медведем, а на ярко-фиолетовом свитере
красовалась россыпь воздушных змеев, весело порхающих на ниточках под мартовским ветерком. Шугар Бет мгновенно
представила комод, набитый свитерами на каждое время года и праздник. Когда-то Хейди шила одежду для их Барби.
Фил, муж Хейди, играл в футбол с Райаном. Он остался таким же худым, как в школе, но теперь загорел и приобрел
облик жилистого, выносливого бегуна на дальние дистанции. Летом перед последним учебным годом все они проводили уикэнды
на озере, обжимаясь и попивая пиво, которое таскал им контрабандой один из помощников официанта в местном
ресторанчике. Фил и Хейди встречались еще с тех пор, но как-то Фил попытался поцеловать Шугар Бет. Она не хотела
портить его дружбу с Райаном, поэтому промолчала. Зато во всем призналась Хейди, и та долго плакала.
Эми по-прежнему не пользовалась косметикой, и золотой крестик, выглядывавший в вырезе ее розового платья
довольно скромного покроя, был чуть большей копией того, что она носила в школе, когда вместе с Шугар Бет оккупировала
кухню Элли, чтобы испечь печенье. Мужчина в очках, с каштановыми волосами, должно быть, ее муж.
- Привет, Шугар Бет.
Эми была достаточно доброй христианкой, чтобы пройти мимо нее, задрав нос. Но прощение грешницы еще не
означало прощения греха, поэтому она не представила своего мужа, а прямо направилась к Колину. Судя по теплому
приветствию, она не делала секрета из того, кому принадлежат ее верность и дружба.
Линн помахала кому-то в гостиной. Она была самой лучшей подружкой Шугар Бет. Они встретились еще в детском
саду, где, если верить мамашам, Линн пыталась отнять у Шугар Бет игрушечный телефон, а Шугар Бет стукнула ее
телефоном по голове. Когда же Линн заплакала, Шуrap Бет зарыдала в унисон, а потом отдала свою новую мисс Пигги ,
чтобы успокоить. Из всех "Сивилл" Линн сильнее других чувствовала себя преданной, когда Шугар Бет повернулась к ним
спиной, предпочтя Даррена Тарпа.
- Колин, солнышко!
Она буквально повисла на шее бывшего учителя, который едва не провалил ее на экзаменах, потому что у нее не
хватало сообразительности обзавестись шпаргалкой. Но тот факт, что Линн, возможно, до сих пор считала Беовульфа
членом Международного фонда любителей диких животных, похоже, теперь его не волновал. И, крепко обнимая ее, он даже
не пытался заглянуть в вырез.
Шугар Бет наконец позволила себе заметить то, чего не хотела видеть. На Линн до сих пор было пальто. Вернее,
жакет. Коричневая шерсть на подкладке, слишком теплый для дома. Из тех вещей, что должна брать у гостей горничная.
Линн, трепеща от восторга, сбросила жакет и швырнула Шугар Бет.
- И поосторожнее, пожалуйста. Это мой любимый.
Дюжина оскорблений пронеслись в мозгу Шугар Бет, но она только крепче сжала губы, потому что когда-то отреклась
от старой подруги ради ничтожества по имени Даррен Тарп.
И все следили, как она идет через холл. Жакет на ее руке весил тысячу фунтов.
Опять звонок. Она продолжала идти. Не позволяла себе его слышать. Почти успела сбежать.
- Не откроете дверь, Шугар Бет? - тихо спросил Колин.
Невыносимая тоска охватила ее. Где одна "Сивилла", там и остальные.
Путешествие к двери длилось целую вечность. В Паррише больше не осталось ни одной "Сивиллы". Все остальные
уехали. Но кое-какие их приятели еще оставались...
Она распахнула дверь.
Он показался таким знакомым, словно они виделись этим утром, и все же годы оставили свою метку, и, глядя в его
глаза, она поняла, что тот парнишка, которого помнила, был всего лишь тенью мужчины, которым он стал. И был куда
красивее, чем она представляла: уверенный, элегантный, и хотя светлые волосы чуть потемнели, зато глаза остались теми же,
теплого карамельного цвета. Спортивный пиджак в черно-белую елочку прекрасно сочетался с рубашкой в тонкую полоску.
И то и другое было очень дорогим и безупречно сшитым. Но несмотря на поразительно красивое лицо, она не ощутила ни
следа былой страсти. Ни огонька того жаркого желания, которое пробуждал в ней Колин. Только смесь ностальгии и
глубочайшего сожаления.
Шерстяной жакет Линн жег руку. Пианистка заиграла балладу Стинга.
Семья Райана была бедной по сравнению с ее собственной. Маленький тесный домишко, старые машины... но ей было
совершенно все равно. Даже в юности она понимала, чего стоит Райан. Хотя бы в этом нужно отдать ей должное. Впрочем,
вероятно, и тут все дело в сексе.
- Здравствуй, Шугар Бет.
Она пыталась выговорить его имя, но язык не слушался, и она сумела только кивнуть. И неуклюже отступить, чтобы
дать им пройти. Потому что Райан, разумеется, пришел не один.
Уинни заменила жемчуга Дидди бриллиантом в белом золоте. Такие же серьги поблескивали сквозь пряди темных
волос. На ней были облегающий брючный костюм цвета листвы базилика и длинная кофточка-сетка, расшитая изумрудными
пайетками. Шугар Бет подобные оттенки бледнили бы, но Уинни, унаследовавшая оливковую кожу отца, выглядела
неотразимой.
Она вовсе не выказала такого нескрываемого наслаждения ситуацией, как Линн и Мэрилин. Ее взгляд был исполнен
глубочайшего, яростного достоинства. Пусть весь мир видит, что рыхлая неуклюжая отщепенка превратилась в прекрасного
и очень богатого лебедя.
Райан обнял Уинни за плечи. Шугар Бет поняла намек.
Колин выступил вперед. Уинни рядом с обоими мужчинами казалась миниатюрной и женственной. Шугар Бет совсем
забыла, какая она маленькая. Она и Колин обменялись традиционным поцелуем.
- Уинни, сегодня ты просто ослепительна. Впрочем, как всегда.
Его улыбка сказала Шугар Бет, что, как бы хорошо он ни относился к Линн и другим "Сивиллам", дружба с Уинни
имела куда более глубокие корни.
- Боюсь, мы опоздали. Райана срочно вызывали на фабрику.
- Поломка на одной из линий, - пояснил Райан. - Но мы справились и снова на коне.
- Рад это слышать.
Колин и Райан обменялись рукопожатием с видом людей, чувствующих себя комфортно в обществе друг друга.
Контраст был поразительным: светловолосый, с тонкими чертами Райан и Колин, темный, мрачный и загадочный.
Шугар Бет поспешила скрыться.
Добравшись до прачечной, она поняла, что трясется в ознобе. Ничто не заставит ее вернуться туда. Она уходит и
больше не вернется. Где ее сумочка? Где она оставила сумочку? Где...
"Я люблю тебя, моя Шугар Бет. И ты меня тоже любишь, правда?"
Дилайла... Пусть на минуту, но она позволила себе забыть. Гордость - вещь хорошая, но что будет с Дилайлой, если
счета за ее содержание перестанут оплачиваться?
Она снова стоит на очередном жизненном перекрестке.
Эммет назвал, бы сегодняшний вечер идеальной возможностью показать, чего она стоит. Из чего она сделана.
"Из стекла, дорогой. Совсем как одно из папочкиных окон.
- Брось злиться, любовь моя, и делай то, что должно быть сделано.
- Легко тебе говорить. Ты мертв.
- Зато ты жива, и Дилайла целиком от тебя зависит".
Она сунула плечики в рукава жакета Линн, почти ощущая сладость мести на языке у Колина. Он ожидал, что она
сбежит... хотел этого бегства, и чем дольше она торчит в этой комнате за закрытой дверью, тем больше удовольствия ему
доставляет.
Она шагнула к порогу и глубоко вздохнула. Пора испытать себя. Снова.
Глава 10
"Есть что-то необыкновенно вульгарное в особах, подверженных сильным эмоциям".
Джорджетт Хейер. "Коринфянин"
Колин наблюдал, как Шугар Бет входит в гостиную с подносом канапе и стопкой коктейльных салфеток. "Сивиллы"
подняли головы: стервятники, заметившие добычу. Они мгновенно слетелись в стаю, предоставив мужей самим себе. Уинни,
бывшая пария, ставшая предводительницей, сверкала среди них, как бриллианты, которые надела сегодня. Она одна
спокойно поднесла к губам бокал, не игнорируя присутствие Шугар Бет, но и не глазея на нее, как другие.
Райан, стоявший поодаль, в арочном проеме, тоже украдкой следил за Шугар Бет. Колин же безуспешно пытался
пробудить в себе прежнее чувство своей правоты и уверенности в правильности собственных поступков, горевшее в нем с
тех пор, как она вернулась в Парриш. Но ничего не получалось. Того эпизода, когда ее принудили взять жакет Линн,
оказалось достаточно, чтобы удовлетворить жажду мести. Теперь же он просто хотел, чтобы вечер скорее закончился и
можно было наконец забыть и Шугар Бет, и вызванные ею треволнения.
На скулах Шугар Бет выступили ярко-красные пятна, но вместо того чтобы, как всякий здравомыслящий человек,
держаться подальше от "Сивилл", она прямиком направилась к ним. Колин кожей ощущал их злобу, ползущую к ней волной
радиоактивных отходов. Она оскорбила всех, и ей не забыли и не простили. Жаль, что у нее не осталось ни единого оружия
защиты: черных туфель на шпильках, которые он заставил ее снять, облегающего топа, бирюзовой бабочки.
Она протянула поднос Линн:
- Креветки?
Линн коснулась пальчиком подбородка.
- Дай мне минуту, хорошо? Попытаюсь представить, что подумала бы Дидди, увидев сейчас свою Шугар Бет.
Не потрудившись стереть ехидную улыбочку с лица Линн одной из своих уничтожающих реплик, на которые прежняя
Шугар Бет была так щедра, высокая блондинка с подносом не ответила ни слова. Просто стояла и позволяла им пялиться на
нее так, словно у нее внезапно выросли рога.
Колину стало не по себе. Почему она не смирится с поражением и не уедет? Неужели так отчаянно нуждается в этой
картине? Невозможно придумать иную причину, по которой она позволяет так себя унижать!
- Креветки свежие? - свысока осведомилась Хейди.
Вопрос должен был оскорбить его, как хозяина, но, понятное дело, не имел отнощения ни к нему, ни к креветкам. Он
мысленно подначивал Шугар Бет на контратаку, но она, видимо, не обладала телепатическими способностями.
- Абсолютно.
Хейди взяла креветку, а Линн, преисполненная самодовольной уверенности в собственной правоте, потянулась к
полупустому бокалу Уинни:
- Шампанское Уинни выдохлось. Принеси новый бокал.
Он сам планировал этот вечер, так как же мог винить их за беззастенчивое издевательство над жертвой? Задумывая
всю эту историю, он считал, что нашел наилучший способ сравнять счет. Месть джентльмена, если вам угодно, прямо к делу
и без кровопролития. Теперь же горечь и обида казались пожелтевшим кусочком старой зернистой кинопленки, слишком
долго проигрывавшейся в голове.
Шугар Бет переложила салфетки в ту же руку, которой держала поднос, и взяла бокал.
Жажда мести выгорела, и во рту чувствовался вкус золы. Верх взяла старая, разрушительная потребность убивать
драконов. Он поспешно подошел к женщинам:
- Я сам принесу.
Но Шугар Бет отступила, прежде чем он успел коснуться бокала.
- Не стоит беспокоиться, мистер Берн. Я более чем счастлива принести шампанского миссис Галантайн, - заверила
она, направляясь к стойке бара: подбородок вздернут, спина прямая, плечи расправлены. Королева с подносом в руках.
- Вот так так, - нахмурилась Линн, разочарованная полным отсутствием реакции. - По-прежнему дерет нос.
Хейди вытянула шею, стараясь получше разглядеть Шугар Бет.
- Какое у нее было лицо, когда Линн протянула ей бокал Уинни! Не знаю, как насчет вас, но лучшей вечеринки мне
не приходилось видеть.
Эми встревоженно огляделась:
- Я не стала бы так открыто злорадствовать.
- Отдыхай и веселись, - парировала Мэрилин. - Завтра еще будет время попросить прощения у Иисуса.
- Она просто вычеркнула нас из своей жизни, - вторила Мэрилин. - Как только поступила в колледж, мы перестали
для нее существовать.
- Плюс все, что она сделала с Колином, - добавила Эми.
- И при этом клялась, что все правда, - фыркнула Линн. - Но мы никогда ей не верили.
Колин уже слышал все это раньше и не желал слышать снова.
- Было когда-то, но быльем поросло, и все такое. Дело прошлое, и не стоит больше об этом.
Все дружно уставились на него, но прежде чем кто-то успел возмутиться, вернулась Шугар Бет с бокалом Уинни. Та
взяла бокал, не глядя на нее. Словно Шугар Бет была невидимкой. Ничего не скажешь, ему можно себя поздравить. Салонное
правосудие во всем своем блеске.
- Я закончила читать роман китайского автора, который вы рекомендовали, - заметила Уинни. - Вы были правы. Я
получила огромное наслаждение.
Колин ощутил укол раздражения. Уинни лучше других понимала, каково быть отверженной, и он ожидал от нее
большего благородства.
Но сознание собственного лицемерия отрезвило его. Значит, теперь он будет винить Уинни за то, что самолично
запустил адский механизм?
Шугар Бет отправилась на кухню, и он позволил себе немного расслабиться. Может, она все-таки придет в себя и
догадается удалиться. Прежняя Шугар Бет так и поступила бы.
Он очертя голову ринулся в обсуждение китайского романа, и, хотя сам себе казался напыщенным болваном, это его
не остановило. И пропади все пропадом, вовсе он не напыщенный, что бы там ни твердила Шугар Бет. Просто нравилось
поощрять высказывания окружающих о литературе.
- Если только на обложке не изображен голый мужик, мне вряд ли захочется это читать, - призналась Мэрилин. -
Вот разве что снимут картину, тогда...
Все, кроме Уинни, засмеялись. Проследив за направлением ее взгляда, он увидел, что Шугар Бет вернулась и на этот
раз преспокойно идет к Райану.
Райан любил вечеринки с хорошей музыкой и вкусной едой, на которых старые друзья иногда встречаются с новыми
людьми и узнают от них немало интересного, но сегодня он не хотел идти к Колину. И в то же время почти не мог думать о
чем-то еще. После стольких лет он все-таки увидит ее!
- Погодите, Колин еще поставит ее на место, - твердила Линн во время их последней встречи. - Как и всякий
нормальный человек.
Остальные что-то чирикали, наперебой высказывая свое мнение. И только Уинни молчала.
Еще не заметив Шугар Бет, он ощутил ее близость. Так было и в школе. Еще не свернув за угол, он знал, что она стоит
на другой стороне улицы.
Любовь до гроба.
Он решительно отмахнулся от старческого, заикающегося шепота. Они мало походили на Ромео и Джульетту. Скорее
уж на Кена и Барби, как их часто дразнили. Он лизал ее ноги, как спятивший от любви щенок, а она и тогда была именно тем,
кем осталась: женщиной, от рождения слишком красивой и богатой, чтобы волноваться о такой мелочи, как порядочность.
- Привет, - сказала она чуть хрипловато. Он помнил другой голос: веселый и звонкий. - У меня здесь тартинки,
довольно среднего, правда, качества, но для мужчины с хорошим аппетитом сойдет. Только вот эти лучше не трогать.
Соевый творог.
Он медленно обернулся.
Хотя она была одета скромнее остальных женщин, все же умудрилась затмить их одной манерой держаться.
Присмотревшись, он заметил, что свежая красота юности осталась позади. Она была слишком худа, а под глазами темнели
круги. Возможно, она выглядела немного постаревшей. Не измученной. Не изнуренной. Не потасканной. Просто не новой. И
в то же время ничто не могло скрыть ее благородного происхождения. Настоящая чистокровка.
Шугар Бет протянула ему поднос.
- Посмотри на себя, - тихо бросила она. - Мистер Большая Шишка.
Тон был не саркастическим. Скорее, любящим. Словно перед ним стояла гордая мамаша, а не бывшая подружкаизменница.
Из него будто воздух выпустили, и именно поэтому он ощетинился.
- Не жалуюсь. И вполне освоился в бывшем кабинете твоего папаши.
- Бьюсь об заклад, так оно и есть.
Ее улыбка стала еще ослепительнее, и это окончательно взбесило его.
- Никогда не знаешь, когда жизнь подставит тебе подножку. Верно, Шугар Бет?
- И тут ты прав.
Резкая боль налетела на него вместе с потоком эмоций, в которых не было сил разобраться. С чего это она смотрит на
него с такой симпатией? Он ждал чего-то более опасного, более определенного. Может, раскаяния из-за того давнишнего
предательства? Жалких остатков прежней похоти, способных утешить его эго, хотя, учитывая тогдашнюю юношескую
неуклюжесть, последнее вряд ли возможно.
"Вынь его, Райан. Я передумала. Очень больно. Вынь".
Но было уже поздно.
- О Господи, прости меня.
Она засмеялась:
- Все в порядке. Давай сделаем это еще раз.
И они сделали это еще раз. Снова и снова, пока наконец все не получилось как следует. Они делали это в ее "камаро".
На одеялах, у озера. Рядом с печкой, в подвале дома Линн. И всего этого было недостаточно.
Они поклялись друг другу, что, когда поженятся, будут делать это не меньше трех раз в день.
Любовь до гроба.
- Шугар Бет, мне нужно с вами поговорить.
Он не слышал, как подошел Колин, и сейчас едва не поддался неожиданному порыву защитить Шугар Бет, особенно
еще и потому, что ее улыбка мгновенно поблекла.
- Прошу прощения, босс, но лучше поболтаем позже. Сейчас нет времени. Нужно разнести эти так называемые
закуски, пока они не прокисли.
...Закладка в соц.сетях
