Жанр: Любовные романы
Ну разве она не милашка
... последний цент, Джи-джи уже придумала способ снова со мной увидеться.
Вместо яростных возражений он опустил голову.
- Ты, возможно, права.
Вернулась официантка с пивом, двумя кусками торта и счетом. Шугар Бет помешала соломинкой полурастаявший лед
в стакане с кока-колой.
- Она классная девчонка, Райан. Уже сейчас задает вопросы, до которых никто из нас не смог бы додуматься в ее
возрасте.
- Она ни о чем меня не спрашивает.
Шугар Бет изогнула бровь.
- Мы с ней большие друзья, - принялся оправдываться Райан. - И всегда разговаривали на любые темы.
- До того, как она подросла.
- Это не должно было что-то изменить.
- Говоришь как девяностолетний старец. Неужели не помнишь, каким был сам? Я не ее родительница и, кроме того,
умудрилась приобрести дурную славу, поэтому ее влечет ко мне как магнитом. Наверное, я успела стать для нее высшим
авторитетом.
- А что за вопросы она задает?
- Закрытая информация. Придется доверять мне.
Райан долго-долго смотрел на нее, и Шугар Бет уже ожидала услышать, что она последний на земле человек, кому он
способен довериться, но ошиблась. Райан промолчал.
- Колин прав. Ты изменилась, - выдавил он наконец. Она пожала плечами. Он принялся снова теребить этикетку.
- Ты когда-нибудь задавалась вопросом, что было бы, останься мы вместе?
- Мы бы не остались вместе. Моя страсть к саморазрушению была шириной с милю. Не брось я тебя ради Тарпа,
бросила бы ради другого.
- Думаю, ты просто не могла ничего с собой поделать.
- Погоди-ка! Ты же не собираешься так вот просто размахивать оливковой ветвью?
- Твой отец был бесчувственным сукиным сыном. Если бы он хоть немного любил тебя, ты бы не применяла по
отношению к мужчинам политику выжженной земли.
- Девочки и их папаши.
Райан мучительно поморщился.
- Послушай, с Джи-джи такого не произойдет. Она знает, что ты ее любишь. И постепенно все станет на свои места.
Только дай ей возможность совершить пару ошибок.
Она глазом не успела моргнуть, как он круто свернул в другую сторону:
- Не стоит вести прицельный огонь по Колину, Шугар Бет. Он так же легко кровоточит, как все мы, не говоря уже о
ранах, оставшихся после самоубийства его жены.
- Беспокойся о себе, - буркнула она, придвигая к нему торт. - И больше не используй меня как пешку для решения
своих проблем с Уинни.
- По-твоему, я именно это делаю?
- Именно это.
Он подался вперед, глядя ей в глаза:
- А что, если я все еще думаю о тебе?
- Можно поверить, но я бы не придала этому особого значения. Между нами не пробежало ни единой искорки. Все
выгорело.
- Но ты по-прежнему красивая женщина.
- А ты - великолепный мужчина. Повзрослевшие Кен и Барби. Мы прекрасно смотримся вместе, но сказать нам
друг другу нечего.
Он невольно улыбнулся, и Шугар Бет показалось, что между ними возникло нечто вроде былой непринужденности. И
прежде чем эта непринужденность улетучилась, она схватила сумочку и положила перед ним счет.
- Спасибо за ужин. Желаю как можно правдоподобнее объяснить все Уинни.
Райан вошел в дом, показавшийся ему заброшенным и унылым. Никакой жены, встретившей его бокалом вина и
улыбкой. Никакой рок-музыки, ревущей наверху.
Он бросил пиджак на спинку кухонного стула, поверх оставленного вчера свитера. Его развернутый "Спорте
иллюстрейтед" лежал на столе. На разделочной тумбе громоздились рекламные листки вперемешку со счетами и
брокерскими отчетами, которые он так и не удосужился проверить. Он всегда считал себя человеком педантичным, но,
одеваясь сегодня утром, не смог найти ни дорогого черного ремня, ни щипчиков для ногтей.
Он попытался представить реакцию Уинни, узнавшей об ужине с Шугар Бет. Может, хоть это приведет ее в себя и
заставит вернуться?
Входная дверь хлопнула. Раздался отчаянный крик:
- Папа!
Испуганный, Райан уронил газету. Сегодня дочь ужинала с Уинни в "Парриш инн". Неужели что-то случилось?
Он бросился в переднюю. Перед глазами мелькали сцены одна другой страшнее.
Она стояла у порога, тяжело дыша. Глаза превратились в огромные озера боли. Сейчас Джи-джи показалась ему такой
маленькой и несчастной, что он не раздумывая схватил ее в объятия.
- Детка! Что с тобой?
- Па, - дрожа, прошептала она, - па, мама нас бросила.
Уинни вцепилась в рулевое колесо. Больше она не могла держать Джи-джи в неведении. Может, им с Райаном вдвоем
следовало поговорить с дочерью, но в таком случае все было бы обставлено чересчур серьезно, а Уинни не хотела ее пугать.
Кроме того, вряд ли Райан согласился бы на такое: он был слишком зол на жену.
Когда она несколько часов назад позвонила ему, он вел себя язвительно и враждебно, изображая мужа-страдальца,
натерпевшегося от спятившей жены. И наверное, он прав. Какая нормальная женщина уйдет от мужа под предлогом, что
недостаточно любима? И все же она не жалела о том, что прошлой ночью не позволила ему подняться наверх.
Как ни забавно, но они с Джи-джи прекрасно провели время, тем более что Уинни сумела оправиться от
первоначального потрясения при виде волос дочери, висевших неровными лохмами и пестревших красными прядями. Мало
того, с одной стороны этих самых волос почти не осталось, но Джи-джи, похоже, была счастлива, поэтому Уинни даже
умудрилась выдавить из себя комплимент. Она ни словом не обмолвилась о подведенных глазах и безобразно тесных
одежках дочери.
Преодолев начальную неловкость, Джи-джи принялась трещать о том, как некоторые девочки не понимают
собственной силы, - тема, впервые поднявшая змеиную головку после ее тайного свидания с Шугар Бет.
-...например, когда девчонка выкидывает на уроке что-нибудь дурацкое, чтобы посмешить очередного идиота,
который ей нравится. Или когда девочки позволяют учителям их игнорировать, хотя бы даже женщинам. Миссис Керкпатрик
вызывает к доске мальчиков гораздо чаще, чем девочек, потому что мальчишки вечно вертятся и вскакивают, а она любит
дисциплину. Сегодня я тысячу раз поднимала руку, но она так меня и не вызвала. Наконец я тоже вскочила с места и
принялась махать руками, пока она не поняла намек.
- Помню, меня тоже не замечали.
- Потому что ты была тихоней.
Уинни кивнула.
- А вот Колин все видел. В некоторых случаях он был ужасным учителем, а иногда - самым лучшим, - протянула
она и довольно похоже изобразила британский выговор: - "Джаспер, держи свой проклятый зад на чертовом сиденье, пока
тебя не вызвали. Уинни, говори!" Я смертельно его боялась.
Джи-джи хихикнула, и на какое-то время все стало как прежде. Но тут подали клубничный пирог, и Уинни поняла, что
больше не может откладывать неизбежное.
- Знаешь, я кое-что хотела сказать, прежде чем ты услышишь это от посторонних и сделаешь неверные выводы.
Она заставила себя слегка улыбнуться, будто упоминала о чем-то, не более значительном, чем поход к зубному врачу.
- Я решила некоторое время побыть одна и собраться с мыслями. Ничего особенного, и тебе, разумеется, не о чем
волноваться. Но мне придется пожить немного отдельно.
Сначала Джи-джи не поняла:
- Но это просто глупо! И несправедливо! С тех пор как ты наняла Донну, днями и ночами торчишь в этом магазине!
Уинни попыталась снова, тщательно выбирая слова:
- Дело не только в работе. Мне кое-что нужно осмыслить, понять для себя. Мы с папой поженились очень молодыми,
но, взрослея, люди немного меняются. Я хочу хорошенько все обдумать. Это недолго: всего несколько недель. Самое
большее - месяц. Ничего серьезного, так что не беспокойся. Просто ты уже не маленькая, и не стоит ничего от тебя
скрывать.
Капризная гримаска сменилась сначала растерянностью, а потом ужасом, словно Джи-джи мгновенно осознала всю
меру свалившегося на нее несчастья.
- Вы с папой разводитесь!
- Нет! Нет, родная, ничего подобного, - уверяла Уинни, надеясь, что дочь не заметит ее собственных гнетущих
сомнений. - Никакого развода. Говорю же, мне нужно побыть одной и все разложить по полочкам.
Вместо надутого, несговорчивого подростка на Уинни смотрела беззащитная маленькая девочка, и сердце ее сжалось.
Джи-джи громко заплакала.
- Вы разводитесь.
Уинни поняла, что этот разговор не следовало бы вести в ресторане, но она думала, что на людях все пройдет легче. И
снова ошиблась.
- Все из-за меня, так ведь? - всхлипывала Джи-джи, шмыгая носом. - Потому что я была такой стервой?
- Нет, солнышко, нет. Это не имеет к тебе никакого отношения.
Она не добавила, что поведение Джи-джи тоже сыграло свою роль, и поспешно увела дочь в туалет, где обняла ее,
помогла смыть размазанную тушь и сделала все возможное, дабы уверить ее и себя, что это все временно.
Дрожа от напряжения, она поднялась в убогую квартирку, ставшую жилищем самой богатой женщины в Паррише,
штат Миссисипи. Натянув майку и недавно купленные пижамные штаны в бело-голубую клеточку, она уселась за работу, но
не смогла сосредоточиться. Взяла "Саутерн ливинг", просмотрела рецепты и вдруг сообразила, что теперь ей не для кого
готовить.
Зазвонил телефон. Должно быть, Райан. Джи-джи уже наверняка успела передать их разговор, и он в бешенстве. Если
не брать трубку, только хуже будет.
- Алло.
- Уинни, мы все в переулке, - раздался голос Мэрилин. - Немедленно спускайся и открой чертову дверь.
А она-то надеялась, что пройдет еще несколько дней, прежде чем "Сивиллы" узнают о ее побеге из дому.
- Сейчас приду.
Медленно пересчитывая ступеньки, она старалась найти способ убедить их, что перебралась сюда только из
необходимости поскорее закончить инвентаризацию.
Не выдерживает никакой критики.
Они выглядели так, словно выбежали из дома впопыхах, в чем стояли: Линн в выцветших капри и мужской клетчатой
рубашке, Мэрилин в желтых спортивных штанах, такой же майке и куртке на молнии, Хейди в джинсах. Эми, должно быть,
вечером ходила в церковь, потому что надела розовый костюм с белыми обтяжными пуговицами. Все дружно ринулись
наверх, обдавая ее сильным запахом духов и страсти совать нос в чужие дела.
- Мы кое-что принесли, - объявила Мэрилин, вытаскивая из пестрой хозяйственной сумки бутылку водки и
серебряный шейкер для коктейлей. - Спасибо тебе, Господи, за бесконечные циститы Эми. Всегда знаешь, где водится
клюквенный сок.
- Теперь мне уже лучше, - сообщила Эми, в свою очередь, вынимая "Оушн спрей" и две банки коки: алкоголя она
принципиально не пила.
- Если бы ты пошла пописала сразу после того, как позанимаешься сексом с Клинтом, не сидела бы потом на унитазе
целыми днями, - изрекла Хейди, принимаясь шарить по шкафам в поисках стаканов.
- Я и писаю, - отмахнулась Эми. - Только не всегда помогает.
Хейди воинственно ткнула в нее стаканом:
- Сразу после? Или после того, как вволю наобжимаешься?
- Когда как.
- Я писаю, - призналась Мэрилин, - и все равно иногда бывает.
Пытаться остановить "Сивилл", когда они пришли в действие, - все равно что пытаться остановить нашествие
кудзу .
Поэтому Уинни покорно устроилась на продавленном диване и только наблюдала за их бурной деятельностью. Линн
вытащила из пакета коробку "Кокоа пафс" .
- Единственное подобие шоколада, которое я нашла в доме. Ребятишки добрались до моих запасов "Херши".
- Представляешь, нужно же было так случиться, что именно Сью Ковнер...
Линн опрокинула коробку сухого завтрака над миской, подставленной Хейди. Сью была отъявленной сплетницей и
владелицей химчистки, по несчастному совпадению находившейся через дорогу от "Вчерашних сокровищ".
- Ни слова, пока я не приготовлю выпивку, - бросила Мэрилин, направляясь на кухню.
"Сивиллы" привыкли работать дружно, и вскоре все уже собрались вокруг дивана со стаканами в руках. На
французском кофейном столике красовалась керамическая миска с "Кокоа пафс" и "Скиттлз", которые Хейди выудила со дна
сумки.
- Можете издеваться надо мной сколько угодно, - объявила Эми, - но это серьезное дело, и начать следует с
молитвы.
Она схватила за руки Уинни и Линн.
- Господи Иисусе, мы здесь во имя дружбы, чтобы помочь Уинни и Райану в тяжелое для них время. Просим тебя
вселить в их сердца всепрощение, чтобы они смогли разобраться со своими проблемами, какими бы они ни были. Напомни
им, как сильно они любят друг друга. И молим тебя, Господь наш, не позволь никому, подчеркиваю, никому разлучить то,
что ты соединил. Аминь.
- Аминь, - хором вторили остальные.
Уинни глотнула клюквенного сока, разбавленного водкой - очень много водки, очень мало сока, - и обреченно
уставилась на подавшуюся вперед Мэрилин.
- Ладно, друзья, а теперь к делу.
Отчаянно сморщившись, она коснулась колена Уинни.
- Солнышко, сегодня мне звонила Сью Ковнер. Сказала, что две последние ночи у тебя наверху горел свет и, по ее
мнению, ты здесь ночуешь.
Она многозначительно оглядела наряд Уинни.
- Я ответила, что она скорее всего ошибается, но, похоже, Сью была права.
- Сью Ковнер следовало бы заниматься собственными делами, - отрезала Уинни.
- Для этого она слишком занята чужими!
Линн схватила пригоршню "Кокоа пафс" и подобрала под себя ноги.
- Сегодня Дик звонил Райану на работу. Говорит, голос у него ужасный, - продолжала Мэрилин.
- Вот и хорошо, - буркнула Уинни, удивив себя почти так же сильно, как подруг.
Хейди повертела в руках стакан и оглядела остальных.
- Все вы знаете, какая у меня интуиция. Я первая сказала, что у них, должно быть, проблемы.
Все эти годы интуиция Хейди, как правило, оказывалась куда менее надежным источником, чем местные прогнозы
погоды. Могла бы найти другой случай, чтобы ее демонстрировать!
- У нас трудный период. Что-то вроде ухабистого участка дороги, на который иногда попадает машина, - осторожно
объяснила Уинни. - Ничего серьезного. Мне не хочется говорить на подобные темы, и все это зряшная трата хорошей
водки.
Мэрилин оглядела подруг, и Уинни стало немного не по себе при виде их многозначительных физиономий. Эми
схватила стакан Линн и украдкой глотнула смесь, которую никогда не пила. Линн засмеялась:
- Солнышко, лично мы считаем, что это немного серьезнее ухабистого участка. Поэтому и пришли сегодня.
- Почему вы так думаете? - медленно спросила Уинни.
- Сью звонила дважды, и второй раз - не далее как час назад.
Мэрилин беспомощно взмахнула руками.
- О черт, я сейчас заплачу.
Эми погладила ее по плечу, не сводя, однако, глаз с Уинни.
- Дочь Сью позвонила из "Лейкхауса". - Она нервно потеребила крест с видом скорбящей Богоматери и, набрав в
грудь воздуха, выпалила: - Там был Райан. В "Лейкхаусе". Ужинал с Шугар Бет.
И тут все заговорили сразу:
- Я так зла, что готова плюнуть ей...
- Мы должны были первыми предупредить тебя...
- Ты сама знаешь, Райан никогда не взглянул бы на другую женщину. И если бы это была не Шугар Бет, никто бы и
внимания не обратил.
- Я просто ее ненавижу. Ничего с собой поделать не могу. Ей это с рук не сойдет.
Сначала Уинни во всем обвинила себя. Не уйди она из дому, ничего этого не случилось бы. Позволь она Райану вчера
вечером подняться к ней... Объясняйся она мягче по телефону...
Желудок словно обожгло кислотой.
Ну что же, по крайней мере теперь кое-что стало ясно.
- Райан уже большой мальчик, - услышала она собственный голос, - и достаточно силен для того, чтобы отбить
все ее атаки, если захочет, конечно.
- А если не захочет? - вскинулась Линн. - Что тогда мы будем делать?
"Не ты. Мы".
То ли от водки, то ли от страха, но сердце Уинни наполнилось любовью к этим женщинам.
Начался допрос с пристрастием. Что именно сделал Райан? Как долго все это тянется? Что это Шугар Бет о себе
вообразила?
Уинни осушила стакан, призналась, как сильно она их любит, но наотрез отказалась отвечать на вопросы.
- Мы твои лучшие друзья, - запротестовала Мэрилин, наполняя свой стакан. - Если не хочешь поговорить с нами,
тогда с кем же?
- Очевидно, не с тем ублюдком, за которого я вышла замуж.
Услышав, что Золотого Мальчика Паррища, штат Миссисипи, впервые в жизни назвали ублюдком, Хейди от
неожиданности фыркнула, отчего водка попала ей в нос. Тут все, даже Уинни, захихикали и успокоились не скоро. Хейди
проглотила "Кокоа пафс", каким-то образом попавший в ее стакан. Эми прикончила выпивку Линн. Мэрилин вновь
наполнила шейкер. Линн сколупывала лак с ногтей. Их дружба окутывала Уинни теплым одеялом.
Линн выпрямилась и надела туфли. Глаза ее вновь стали серьезными.
- Райан - человек особенный, и, по правде говоря... если не будешь поосторожнее, Шугар Бет украдет его прямо у
тебя из-под носа.
- Линн права, - кивнула Мэрилин. - Райан особенный. Нельзя позволить ей отнять его у тебя. Ты должна за него
бороться.
- Я тоже особенная, - возразила Уинни. - И думаю, давно пора Райану Галантайну побороться за меня.
Все воззрились на нее, но Уинни испытывала свою силу и поэтому даже не поморщилась.
- Если хотите знать, ему давно следовало это сделать.
Глава 15
"Ты не можешь вечно держать меня на расстоянии, моя маленькая красавица. Я хочу тебя. Придешь ко мне?"
Джорджетт Хейер. "Дьявольское отродье"
Шугар Бет вошла в каретный сарай, включила свет и истерически вскрикнула.
- Добро пожаловать домой, дорогая, - приветствовал Колин, скорчившийся в самом темном углу комнаты, закинув
одну руку на подлокотник кресла и сжимая в другой хрустальный стакан с виски. Воротник рубашки был расстегнут, у ног
лежал Гордон, разостлав ухо на начищенном черном мокасине от Гуччи.
- Не смей больше никогда так меня пугать!
- Я предупреждал: запирай дверь!
Она уронила сумочку на стул, сбросила куртку, надетую поверх свитера, и покачала головой.
- Мог бы по крайней мере включить свет.
- Хотел поразмышлять в одиночестве.
- Немедленно перестань.
Он скрестил ноги, потревожив мирно спящего Гордона.
- Брось, ты, должно быть, давно привыкла находить на своем пороге разгневанных мужчин. Помнишь, у нас было
назначено свидание?
- Это ты его назначал. Меня не спрашивали.
- Насколько припоминаю, я оставил тебе записку, а потом был еще телефонный разговор.
-Односторонний, прошу заметить.
- Я не собираюсь встречаться с тобой тайком. - Он со стуком поставил стакан и поднялся. - Именно в этом все
дело, верно?
- Тебе придется жить в этом городе, приятель. Не мне.
Он шагнул ближе и угрожающе навис над ней.
- Таким странным образом ты, значит, стараешься меня защитить.
- Как бы добрые граждане Парриша ни пресмыкались перед твоей известностью, все же ты остаешься чужаком, и
красный ковер может быть в любую минуту выдернут у тебя из-под ног.
- Это моя забота. И я ничего подобного не допущу. Ясно, Шугар Бет?
- Ты сейчас ужасно похож на одного из своих викторианских предков!
- Я не нуждаюсь ни в чьей защите, - бросил он, медленно зловеще надвигаясь на нее. - Особенно в защите
женщины, чьи жизненные планы начинаются и заканчиваются продажей картины, которую она не в силах найти.
- Ах, до чего же мы сегодня полны сочувствия!
- Веришь или нет, но ты вполне способна вести нормальную жизнь без мехов и бриллиантов.
- Спасибо за совет, мистер Гуччи, - бросила она, отодвигаясь. Он положил руку на спинку второго кресла.
- Я наслаждаюсь роскошью, которую дают мне деньги, но вполне могу обойтись без них и, уж конечно, ни за что не
продал бы ради всего этого свою душу.
- Снова доказываешь, что ты лучше меня.
- Шугар Бет... - тихо прорычал он, и она поняла, что сейчас не время обмениваться уколами.
- Я не полная идиотка. И никогда не намеревалась жить на деньги от продажи картины. Собираюсь вернуться в
Хьюстон и получить лицензию агента по продаже недвижимости.
Идея была прекрасной, ничего не скажешь, и она так и считала, но все же почему-то с трудом изобразила энтузиазм в
голосе.
- Там у меня много знакомых, и я действительно хочу продавать недвижимость. Но поверь, это трудно делать без
приличной машины и впечатляющего гардероба.
- Ты? Продавать недвижимость?
- А что тут плохого?
- Абсолютно ничего. Весьма респектабельное занятие. Просто я как-то не вижу тебя в этой роли.
- Не волнуйся, я большой специалист по продажам. Все будет о'кей.
- Пока какой-то несчастный клиент не умудрится обозлить тебя.
- Я мету быть тактичной.
Он скрестил руки на груди:
- Ну да, ты воплощенная тактичность.
- Спасибо за поддержку.
- Я просто подчеркиваю то, что ты, похоже, твердо решила игнорировать. По-моему, мы уже говорили о трудностях,
возникающих при твоем соприкосновении с реальностью. Взять хотя бы твою идиотскую идею насчет книжного магазина.
- Я больше не желаю говорить на эту тему.
- В таком случае вернемся к твоему плану продажи мини-особняков.
Он снова накалялся, и ей стало немного не по себе.
- Тебе необходим реальный способ заработать деньги, а не какой-то заоблачный мираж, основанный на продаже
картины, которая, возможно, давно уже уничтожена.
- Знаю! Пойду учиться на автомеханика!
- Ну все, с меня хватит! - И не успела она оглянуться, даже не поведя своим аристократическим носом, как он
прижал ее к стене, схватил в объятия и прорычал: - Помоги мне Боже, никогда еще я пальцем не тронул женщину, но мы
либо займемся любовью, либо я тебя побью.
Это наконец заставило ее улыбнуться.
- Выбираю первую дверь.
Он пробормотал грязное ругательство и раздавил ее губы своими, одновременно сунул руки под короткую джинсовую
юбку... и она пальцем не пошевелила, чтобы его остановить.
Еще секунда - и ее колготки и трусики полетели на пол. Он стиснул ее бедра и поднял на себя. Фарфоровая ваза
рухнула на пол у самой головы Гордона, отчего несчастный пес вихрем метнулся на кухню. Она обхватила ногами талию
Колина. Он принялся возиться с застежкой брюк. Рывком вонзился в нее.
Она была готова принять его.
Он вонзился глубоко, застонал и попытался выйти.
- Кондом...
Она сжала его, не собираясь отпускать.
- Все предусмотрено.
- Слава Богу.
Он еще крепче притиснул ее к стене, впиваясь пальцами в попку. Она завладела его губами и отдалась жаркому
влажному трению... звукам и запахам... его ярости... его нежности.
Она, кажется, влюбляется в него.
Подспудное понимание этого преследовало ее не один день, но она отказывалась признаться себе, да и не могла,
особенно сейчас, когда стрельчатые ресницы лежали густыми темными полумесяцами на его щеках. Когда ей было так
хорошо. Когда он наполнял ее собой.
Она ахнула. Вобрала в рот его нижнюю губу. Он застонал, проник еще глубже, и она отдалась на волю вихря.
Когда все было кончено, она позволила ему увлечь ее наверх, где они наконец разделись и снова занялись любовью, на
этот раз куда медленнее и с нежностью, которая почти раздавила ее. Она проигрывала битву, безуспешно пытаясь сохранить
разделявшие их барьеры.
Насытившись, они пошли в ванную вместе. Она заколола волосы на макушке. Он сел позади нее, обхватив согнутыми
коленями и облокотившись локтями на бортики.
- Что ты имела в виду насчет кондома? - спросил он, лаская намыленными руками ее груди. - Когда сказала, что
все предусмотрено?
Розовое сияние старых красных рождественских свечей Таллулы делало древнюю ванную похожей на некую
фантастическую пещеру вне времени и пространства. Ах, если бы только это было правдой...
Она не хотела отвечать, но и лгать тоже не стоило. В конце концов, он имеет право знать.
- В двадцать два года у меня была внематочная беременность. А потом и еще кое-какие проблемы. Надеюсь, ты
будешь рад услышать, что я неспособна стать мамочкой.
Колин прижался губами к ее шее.
- Никак не можешь угомониться, верно?
Он ударил в больное место, и она не смогла найти ответа. И продолжал гладить ее груди, чтобы дать ей время прийти
в себя. Наконец он заправил мокрый локон ей за ухо.
- Как давно ты одна?
Она нарисовала спираль на его намыленном колене.
- Эммет заболел два с половиной года назад.
- То есть у тебя не было секса почти три года.
- По крайней мере с другим человеком.
Он фыркнул. Одна из свечей затрещала. Он передвинул ногу в более удобное, как ему казалось, положение и прикусил
мочку ее уха. Она откинула голову ему на плечо. Собственно говоря, очередная влюбленность не была чем-то
необыкновенным, поскольку уже не раз настигала ее раньше. Старая слабость, что поделать, но она уже давно прошла тот
этап, когда не чувствовала себя живой, если не воображала, что в очередной раз влюблена в кого-то. Но сейчас она точно
знала, что делать.
- Нам нужна музыка, - объявил Колин. - Думаю, Бах подойдет.
Но вместо этого начал напевать "Ну разве она не милашка?" удивительно мягким баритоном, чем заставил ее
улыбнуться, несмотря на воинственное настроение. Допев, он погладил ее по плечу.
- Обещай, что откажешь Джуэл, дорогая. Дай слово, что останешься во Френчменз-Брайд.
За эти годы мужчины называли ее по-разному: "детка", "солнышко", "лапочка", "сука", но никогда "дорогая".
- Мои дни во Френчменз-Брайд окончены, ваша светлость.
- Позволь спросить: почему?
- Ну... не годится быть содержанкой и все такое...
- Какая же ты содержанка, если работаешь на меня?
- Спать с боссом...
- Ты вечно стараешься все усложнять. К счастью, я в необычайно хорошем настроении. Можно сказать, в
прекрасном.
- Еще бы! После того, что я проделывала с тобой сегодня вечером!
Этим его удалось отвлечь еще на пару минут. Но не больше, потому что он тут же вернулся к прежней теме:
- Кроме всего прочего, мы должны понять природу нашего поразительного взаимного влечения. Ко всему следует
иметь логический подход.
- О'кей, но я попрошу своего адвоката составить железный брачный контракт, чтобы после нашего развода
Френчменз-Брайд остался за мной.
Колин, вместо того чтобы испугаться, почти обрадовался.
- От меня так просто не отделаешься.
- Да ты должен посинеть от страха! Если не считать одного, к счастью, весьма кратковременного периода моей
жизни, ознаменованного беспробудным пьянством, я имею неприятную тенденцию тащить своих любовников к алтарю.
- Но теперь ты стала зрелой и более мудрой женщиной.
- Не настолько уж мудрой, приятель, и, кроме того, меня обуревает страстное желание.
- Перестань играть со мной. И запугать меня не так легко. Признаю: все случившееся поистине удивительно. Похоже,
мы одни из тех
...Закладка в соц.сетях
