Жанр: Любовные романы
Аврора
...телохранителей.
Фанатичные католики... Может быть, Джайлз Блэклоу относится к ним? —
размышляла Аврора. — Разумеется, он затаил злобу на Елизавету. Но он
никогда не пошел бы на такое страшное преступление
.
— Но если королева отличается терпимостью, она не может не понимать,
что причинила боль множеству людей? — воскликнула Аврора.
— Уверен, что она понимает, однако, как говорится, лес рубят — щепки
летят.
— Мог бы какой-нибудь католик, например, являющийся добропорядочным
гражданином, на основании того, что с ним обошлись ужасно несправедливо,
убедить королеву, что в данном конкретном случае по отношению к нему
проявлена несправедливость?
Ричард рассмеялся.
— Скажите, кто из нас двоих более наивен, Аврора? — Он покачал
головой. — Извините, но так дела не делаются. Я, конечно, знаю, что
среди католиков есть немало лояльных верноподданных, как и среди пуритан и
англиканцев. Тем не менее...
— Тем не менее это хорошая мысль.
— Да. И могу добавить, за долгие годы многократно опробованная, хотя и
абсолютно безуспешно. — Ричард оглянулся вокруг, не подслушивает ли кто-
нибудь их разговор. — Боюсь, что королева видит и слышит только то, что
ей самой желательно.
Аврора отхлебнула глоточек вина и вдруг уловила уголком глаза Мэралайн.
Похолодев от страха, Аврора попыталась сообразить, много ли она успела
подслушать и что из услышанного ей удастся использовать в своих интересах.
Глава 6
— Ну, каковы ее успехи при дворе? — спросил Блэклоу. Он сел,
вытянув перед собой длинные ноги, и провел рукой по усталому лицу. Ему
пришлось всю ночь провести в седле, чтобы затемно добраться до Ричмонда.
Через несколько часов он вернется в Лондон и укроется до наступления
темноты, потому что всю его работу приходилось прекращать, едва первые лучи
солнца заиграют на шпилях лондонских церквей.
Тайно приехав сюда, он сразу же прошел в комнату Констанции. Ответив на ее
обычные вопросы о его делах, он перевел разговор на недавний дебют при дворе
его подопечной. Констанция, протянув ему бокал вина, отхлебнула глоток из
своего бокала, обдумывая ответ.
— У нее все хорошо, Джайлз.
— Я очень благодарен тебе, — сухо произнес он.
— Она делает честь своим учителям, потому что никому и в голову не
приходит, что она не благородных кровей. Иногда мне кажется, что ее мать
взяла на воспитание сиротку или что ее отцом был джентльмен. Кстати, я
никогда не слышала, чтобы она упоминала об отце.
— Не так уж редко случается, что у дворянина имеются в деревне побочные
дети.
— Да, ты прав... Ее благородное происхождение проявляется даже в чертах
лица.
Он кивнул.
— Чистый небосклон омрачает единственное облако. К сожалению,
язвительная Мэралайн Чемблет ополчилась на Аврору, считая ее врагом номер
один, и безжалостно отравляет ей жизнь. До сих пор Аврора стойко сносила ее
выходки.
— Проклятие! Только такого рода неприятностей нам сейчас и не хватало!
— Я знаю. Я посоветовала Авроре не обращать на девушку внимания, хотя
подобное трудно сделать. Она не понимает, почему эта мерзавка так поступает,
и я боюсь, что нам придется глаз не спускать с Мэралайн, потому что она у
меня вызывает большое недоверие.
— У меня тоже. — Он вздохнул. — Я слышал, что она шлюха и
согласна отдаться любому мужчине, лишь бы он был богат.
— Наверняка так оно и ест в. Она хитрая. Но довольно о ней. Аврора
завоевала популярность среди мужчин при дворе.
Джайлз нахмурился и пожал плечами.
— Рад слышать. Я хочу, чтобы она приобрела уверенность в себе, вращаясь
среди придворных, и чтобы они ей полностью доверяли.
Констанция улыбнулась.
— Один молодой человек проявляет к ней особенно большое внимание.
— Вот как? — небрежно проронил он. — Кто такой?
— Не припомню сейчас его имени, — солгала Констанция, и глазом не
моргнув, — но он всего на два года старше ее. Они хорошо смотрятся вместе —
он темноволосый, она белокурая — и после театрального представления
протанцевали вместе почти всю ночь. Он пообещал навестить ее и выполнил свое
обещание.
Блэклоу не сказал ни слова, но стал мрачнее тучи. А Констанция продолжала:
— Он такой воспитанный юноша и из очень уважаемой семьи. К тому же...
Блэклоу с такой силой поставил бокал на стол, что разбил его вдребезги.
— Довольно, Констанция. — Он встал, не обращая внимания на
осколки. — Мне пора. Я еще многое должен успеть сделать до рассвета.
— Ладно. Сказать Авроре, что ты приезжал?
— Не надо... В следующий раз я приеду и повидаюсь с ней.
— Ты рискуешь, Джайлз. — Она пересекла комнату и, взяв его за руки, заглянула ему в глаза.
Он помедлил, потом наклонился и прикоснулся губами к ее губам. Потом накинул
плащ, надел на лицо маску, надвинул шляпу и ушел, бесшумно закрыв за собой
дверь.
Она возвратилась к камину, мысленно спрашивая себя: почему она не назвала
ему имени юноши? Почему? Тем более что он сам хотел, чтобы Аврора
познакомилась с Ричардом де Сейревиллом?
— Можно задать тебе один вопрос, отец? — спросила Роксана Норвилл
однажды вечером, перед тем как идти спать.
Руперт Норвилл взглянул на дочь, оторвавшись от кружки эля. Не вызывало
сомнения, что ярко-рыжие волосы его дочь унаследовала от него, как и плотное
телосложение, обещавшее, что с возрастом она станет весьма дородной
матроной.
— Что за вопрос, малышка? — удивился Норвилл, потому что Роксана
крайне редко задавала вопросы, как и ее мать. Но возможно теперь, когда дочь
при дворе, у нее расширился круг интересов?
— Как распознать ведьму?
— Что? — Норвилл даже поперхнулся от неожиданности.
Дочь взглянула на него невинными светло-голубыми глазами.
— Если кто-нибудь подозревает кого-нибудь в колдовстве, то как
убедиться, справедливо ли подозрение?
— Ты говоришь об очень серьезном обвинении, дитя мое.
— Я знаю, отец, мой вопрос не праздный.
— Ну, обычно ведьмами бывают старые женщины...
— А молодая женщина может быть ведьмой? Скажем, девушка моего возраста
или чуть старше меня?
— Да. Обычно они живут одни в лесу и умеют исцелять или наводить порчу.
Почти все они богоотступницы.
— А в городах ведьмы могут жить?
Он кивнул.
— И еще: обычно у ведьмы есть прирученное животное.
— Зачем?
— Оно помогает ей творить черные дела.
Роксана охнула.
— Я знаю одну девушку, у которой есть кошка, черная кошка.
— Ну, кошки живут во многих домах.
— Но она разговаривает с кошкой, отец, а та ее понимает, как человек, и
ходит за ней по пятам, как собака.
Уперев в колени руки, он наклонился к дочери.
— Расскажи-ка подробнее.
Роксана улыбнулась.
— Как тебе нравится наш прекрасный город, деревенская кузина? —
спросила Мэралайн таким сладким голоском, какого Аврора никогда не слышала.
Не может быть, чтобы люди так разговаривали!
Аврора оторвалась на мгновение от рукоделия.
— Мне здесь очень нравится, Мэралайн Чемблет, я считаю, что Лондон
великолепен, а Ричмонд — самое прекрасное место на земле.
Сегодня выдался тихий вечер во дворце, и Аврора радовалась покою. Она очень
устала.
— Да, так оно и есть, а на следующей неделе мы переезжаем в Нонсач —
тоже замечательное место. — Не спросив позволения у Авроры,
светловолосая девушка села рядом с ней и принялась разглядывать ее
рукоделие. — Ты аккуратно кладешь стежки, и швы получаются очень
ровные, словом, все очень мило.
— Спасибо, — поблагодарила Аврора. Она понимала, что Мэралайн вовсе не
хотела похвалить ее работу, но Аврора намеревалась сохранять с девушкой
вежливые отношения, несмотря ни на что.
— У меня, например, не хватает терпения заниматься такими пустяками.
Мне такие занятия кажутся... мещанством.
— Все не так просто, — объяснила Аврора. — Нитка может запутаться
и порваться. Надо сохранять терпение и быть внимательной.
— Я понимаю.
Некоторое время они молчали, потом Мэралайн театрально вздохнула и взглянула
на Аврору.
— Я не могла не подслушать ваш разговор с Ричардом де Сейревиллом две
недели тому назад, — небрежным тоном произнесла Мэралайн. — Меня
удивило, что ты так мало знаешь о религии.
— Мой отец проявляет терпимость в вопросах религии и меня всю жизнь
окружали и протестанты, и католики. Они все являлись моими друзьями и всегда
лояльно относились к королевской власти. Мой отец не видел причины выступать
против наших друзей-католиков.
— Значит, твой отец глуп, — лукаво заявила она.
— Не думаю.
— Только глупец считает, что к католикам можно относиться так же, как к
протестантам. Только глупец доверяет им.
— Только глупец делает такие обобщения, когда речь идет о том, чего он
не понимает.
Мэралайн покраснела до корней волос.
— Я знала и католиков, и протестантов, причем одни казались ничем не
хуже и не лучше других, — отчетливо произнесла Аврора. — Осмелюсь
напомнить тебе, что в основе протестантской религии лежит католичество.
— Я знаю. И я знаю кое-что еще, деревенская кузина.
— Что такое ты знаешь? — Аврора пыталась говорить спокойным тоном,
но ей становилось все труднее сохранять его. Может быть, светловолосая
девушка узнала, что она не та, за кого себя выдает? Или что она знает
Джайлза Блэклоу?
— С какой стати я буду тебе говорить?
— Мэралайн, не будь дурочкой, — произнесла Аврора. У девушки снова
вспыхнули щеки.
Скорее я веду себя, как дурочка
, — подумала Аврора,
понимая, что с достоинством прекратить разговор уже не удастся.
— То, что я знаю, очень важно, и я могу кое-кому рассказать о том, что
ты сочувствуешь католикам.
— Я не считаю, что одна из религий лучше другой, но не могу понять,
почему обе религии не могут мирно сосуществовать друг с другом. Больше я не
хочу сегодня разговаривать на эту тему, — заключила она и снова взялась за
иголку.
— Посмотрим.
— Ах, Мэралайн, — раздался вдруг голос, — вижу, ты знакомишь нашу новую
подругу с городским образом жизни.
Мэралайн вздрогнула как ужаленная.
За ее спиной стояла молодая девушка, возможно, несколькими годами старше
Авроры. Она улыбалась. Красавицей ее нельзя было назвать, но необычайно
доброе выражение лица ее поражало. Большие карие, широко расставленные
глаза, прямой нос, твердая линия губ, решительный подбородок обрамляли темно-
русые волосы, уложенные в простую прическу. Платье цвета бургундского вина с
белым воротником почти не имело украшений. Только в ушах блестели жемчужные
сережки. Она носила черные кожаные туфельки на низком каблуке. Девушка
Авроре показалась очень элегантной.
— Не суйся не в свое дело.
— Как пожелаешь, Мэралайн. — Девушка продолжала улыбаться. —
Так о чем шла речь?
— Ни о чем. — Мэралайн повернулась к Авроре. — Я еще поговорю
с тобой... когда мы будем одни. — Она поднялась и обиженно удалилась.
— Спасибо, — сердечно поблагодарила незнакомку Аврора. — Вы вовремя пришли мне на выручку.
— Вы выглядели немного испуганной. Мэралайн, хотя и гордится своими манерами, — ужасная невежа.
— Спасибо еще раз. Но я не знаю имени своей спасительницы.
— Фейт Хоупуэлл, к вашим услугам, — представилась девушка. — А вы
Аврора ле Грей. Я слышала о вас много хорошего.
— Вы очень добры.
— Нет, — ответила девушка, поблескивая глазами, — я всего лишь
констатирую факт. — Она бросила взгляд вслед удаляющейся
Мэралайн. — Вам следует быть с ней осторожной.
— Мне уже говорили.
— Совет хороший, причем сейчас он особенно актуален. Глаз с нее не
спускайте. Она не любит меня и всех, кого я защищаю, а теперь она,
несомненно, терпеть не может и вас.
— Но она меня даже не знает!
— Сначала Мэралайн видела в вас соперницу, привлекающую внимание
мужчин. То, что вы не кокетка, значения не имеет. Кроме флирта и интриг, она
ничего не умеет, но в них она настоящая мастерица.
Аврора не успела ответить, так как девушка, бросив взгляд в другой конец
комнаты, проговорила:
— А вот и мои родители. Мне пора. Но мы с вами еще увидимся, не так ли?
— Непременно. И благодарю вас еще раз, госпожа Хоупуэлл.
— Прошу вас, зовите меня Фейт.
— А вы меня Авророй.
Они обменялись улыбками, и девушка стала пробираться через переполненную
людьми комнату к своим родителям. Аврора некоторое время наблюдала за ними,
удивляясь их непривычно скромной одежде темных тонов, редко встречающейся во
дворце. Аврора подумала, что они, наверное, пуритане. Наконец, она вернулась
к своему рукоделию. Но ей больше не хотелось вышивать, и она стала глядеть в
огонь, надеясь, что сегодняшняя стычка с Мэралайн не будет иметь никаких
последствий.
— Фейт, что мне делать? — спросила Аврора. Люси, свернувшись
калачиком, спала у нее на коленях. Фейт, которая пришла в комнату Авроры
несколько минут назад, приподняла бровь.
— О чем ты?
— Обо мне распространяют слухи.
— Это дело рук Мэралайн.
— Но у меня нет доказательств.
— Они и не нужны. И так видно, что за всем стоит она. А о чем слухи?
— Среди всего прочего меня обвиняют в сочувствии католикам.
— А ты сочувствуешь им?
— Я считаю, что они имеют право исповедовать свою религию, как и
англиканцы и пуритане. Я не понимаю, почему некоторым не дает покоя, какую
религию исповедуют другие люди.
— Некоторым ничто не доставляет большего удовольствия, чем вмешательство в жизни других людей.
— А вот и Ричард. Добрый вечер, — улыбнулась Аврора юноше,
склонившемуся к ее руке. — Вы знакомы с Фейт Хоупуэлл?
Он поклонился, обернувшись к девушке.
— Да, мы недавно познакомились.
— Садитесь, пожалуйста, Ричард.
Он опустился на стул в нескольких футах от нее.
— Вы что-то очень серьезны сегодня.
— До меня дошли слухи, которые распространяют обо мне. Источником их,
несомненно, является Мэралайн Чемблет. Фейт и я как раз сейчас обдумывали,
что мне делать. У вас есть какие-нибудь предложения?
— Пока не опровергайте ничего, потому что многих может насторожить ваша
поспешность. Думаю, если слухи будут разрастаться, нам придется обратиться к
королеве.
— Нет, не надо к королеве, — испугалась Аврора. — Королева слишком
занята.
— Да, она занята, но Мэралайн входит в ее свиту, а ее величество должна
знать, что одна из ее фрейлин ведет себя недостойно. Поведение фрейлин
отражается непосредственно на ее величестве.
— А ты что думаешь, Фейт?
Фейт окинула строгим взглядом юношу и девушку.
— Отличное предложение. Помни, Аврора, что мы с Ричардом твои друзья и
будем поддерживать тебя, что бы ни случилось.
Аврора с благодарностью улыбнулась им, а сама подумала: интересно, как бы
они поступили, если бы узнали, что она проникла ко двору обманным путем? Кто
из них тогда назвал бы себя ее другом?
Слухи, давая пищу досужим сплетникам, продолжали циркулировать при дворе.
Некоторые из них доходили до ушей Авроры по нескольку раз, существенно
измененные, обросшие подробностями и сильно приукрашенные по пути более
изощренными сплетниками, чем Мэралайн Чемблет. И все они имели намерение
унизить ее. Она понимала, что после стычки с Мэралайн поговорить с ней с
глазу на глаз не удастся, поэтому ей оставалось лишь высоко держать голову и
делать вид, будто ничего не происходит. Она надеялась, что ее поведение
опровергнет злые россказни.
Хотелось бы знать, что делать. Интересно, где Блэклоу, когда ей так нужен
совет? Она по нему очень скучала. Прошло уже несколько месяцев, с тех пор
как он навещал ее, и ей не хватало его голоса, его прикосновения, его
поцелуев. Она и понятия не имела, что он уже несколько раз побывал у
Констанции.
Весной двор переехал в Нонсач. Если раньше Авроре казалось, что прекраснее
Ричмонда ничего не может быть, то, увидев новый дворец, она быстро изменила
свое мнение. Для того чтобы построить его, Генрих VIII приказал снести
деревню Каддингтон в Суррее. Расположенный неподалеку от Ричмонда и
Хэмптона, дворец представлял собой невероятно сложное сооружение со
множеством башенок и бельведеров, с часами необычной формы и декоративными
дымовыми трубами, с куполами, с фальшивыми зубчатыми стенами и бойницами. Во
времена Генриха, когда разгоняли монастыри, разрушили до основания молельный
дом приорства Мертон, и сотни тонн камня переправлялись оттуда и
использовались в качестве строительного материала для постройки Нонсача.
Дворец возводился вокруг центральной точки, которой служил внутренний двор.
В него входили через ворота, охраняемые привратником, и поднимались вверх по
нескольким ступеням лестницы. Стены внутреннего двора, до половины обшитые
деревом, украсили великолепной лепниной. В дальнем конце внутреннего двора
располагались две восьмигранные башни, верхние этажи которых превратили в
павильоны со множеством окон. Остроконечные свинцовые крыши заканчивались
шпилями с флюгерами. Общинные земли нескольких соседних приходов — около
1700 акров, отчужденные в целях устройства двух парков, стали впоследствии
домом для выпущенных сюда более тысячи оленей.
Аврора с первого взгляда влюбилась в Нонсач, похожий на сказочный дворец,
перенесенный сюда из какой-то экзотической страны. Пусть другие придворные
смеялись над ним, называя его
безумной прихотью Генриха
, ей он казался
великолепным. Как и в Ричмонде, она отправилась побродить по дворцу и
поразилась обилием укромных уголков в здании, множеством загадочных комнат
непонятного назначения, выходивших в длинные коридоры и на галереи. Все
комнаты, меблированные с необычайной роскошью, имели на стенах гобелены
поразительно тонкой работы и изделия из серебра и золота, изготовленные
руками непревзойденных мастеров.
Отведенные Авроре во дворце комнаты вновь оказались смежными с комнатами
Констанции, и к концу недели жизнь Авроры вновь вошла в привычное русло, как
и в Ричмонде. Она виделась с теми же людьми и слышала те же злые сплетни о
себе. Казалось, что количество слухов даже увеличилось. Аврора наконец
решила обратиться к Констанции.
— Если при дворе станет слишком неуютно, мы всегда можем на некоторое
время вернуться домой, — ответила та.
— А что, если другие сочтут такой поступок трусостью или подумают, что
слухи — правда, и потому я сбежала? — спросила Аврора.
— Вполне возможно, хотя поверят не все. Далеко не каждый при дворе
прислушивается к тому, что говорит Мэралайн Чемблет.
— В таком случае, что вы посоветуете мне делать?
— Ждать. Если ты не будешь реагировать, она устанет играть и
переключится на кого-нибудь другого, выберет новую жертву. Наберись терпения
и просто жди.
Просто жди, подумала Аврора. Легко сказать, а на самом деле очень трудно.
Аврора опасалась, что Мэралайн подлая игра еще долго не наскучит.
— Как тебе нравится Нонсач?
Аврора, которую неожиданно оторвали от чтения, подняла глаза и увидела
Мэралайн. Светловолосая девушка улыбалась, что насторожило Аврору. Она не
любила, когда Мэралайн удавалось застать ее в одиночестве.
— Мне он нравится. А тебе?
— Мне кажется, он построен в слишком уж восточном стиле. Не так, как
должен выглядеть настоящий английский дворец.
Аврора промолчала.
— Что ты молчишь? Тебе кошка язык откусила?
— Вовсе нет. Просто сказать больше нечего. — Аврора решила
оставаться вежливой во что бы то ни стало.
— Кстати, о кошках... — Девушка не закончила фразу, но ее улыбка
сделалась еще шире. — Насколько мне известно, у тебя живет кошка.
— Да, — настороженна ответила Аврора. — Откуда тебе известно,
Мэралайн? — Она вспомнила, что говорила о ней всего двум-трем знакомым
при дворе. Видимо, каким-то образом ее слова дошли до ушей Мэралайн. —
Что в этом плохого? Некоторые из придворных привезли с собой собак.
— С собаками нет никаких проблем. Какого цвета твоя кошка? Я сама
обожаю кошек.
— Черная.
— Да ну? Наверное, очень красивая?
— Да.
— И умная? Ты научила ее каким-нибудь трюкам?
— Нет.
— Совсем никаким? Очень жаль. Я надеялась, что ты мне покажешь, что она
умеет. Ну да ладно. Приглядывай за своей кошкой... Случалось, что кошки во
дворце исчезали бесследно. — Сделав свое мрачное предсказание, Мэралайн
ушла.
Интересно, что она имела в виду?
— подумала озадаченная Аврора,
возвращаясь к прерванному чтению.
В конце апреля двор переехал в Виндзорский дворец, который служил
резиденцией английских королей дольше, чем любой другой дворец в Англии. В
1080 году Вильгельм Завоеватель соорудил окруженную насыпью центральную
цитадель крепости. В начале своего существования Виндзорский дворец был не
более чем деревянной крепостью норманнов, обнесенной земляным валом и
укрепленной частоколом. Король проводил там много времени, охотясь в лесах,
расположенных к югу.
Генрих II приказал построить первые каменные здания, включая и
центральную жилую часть, но первым королем, превратившим замок в
комфортабельную резиденцию, стал Эдуард III. Шли годы, и к Виндзорскому
дворцу пристраивались дополнительные здания и башни. Часовню, строительство
которой начали в 1472 году, украшали узорчатые стекла и тонкая резьба по
камню. Генрих VIII не внес почти никаких изменений в убранство
королевских апартаментов, и многие придворные считали Виндзор весьма мрачным
по сравнению с Ричмондом и Нонсачем. Однако Елизавете Виндзорский дворец
нравился тем, что она считала его более безопасным местом по сравнению с
другими дворцами.
После переезда в Виндзор жизнь снова потекла своим чередом.
Аврора теперь редко видела Мэралайн, что казалось ей весьма подозрительным.
Ей не нравилось, когда светловолосая девушка чуть ли не навязывалась ей в
друзья, но и выпускать ее из поля зрения она опасалась. Наверняка Мэралайн
что-то затевает.
— Не тревожься, — успокоила ее Фейт, с которой Аврора поделилась своими
подозрениями. — Если ее нет поблизости, надо только радоваться.
Возможно, Мэралайн просто устала от своей игры.
Ричард поддержал Фейт, но, несмотря на разумные доводы своих друзей, Аврора
не могла избавиться от чувства тревоги.
В последние дни апреля должно было состояться театральное представление.
Авроре предложили в нем принять участие. И хотя она волновалась, но
пребывала в радостном волнении и сумела хорошо сыграть свою роль, заслужив
множество комплиментов от своих поклонников, в том числе и от Констанции.
После представления Аврора отвела Констанцию в сторонку, чтобы поговорить с
глазу на глаз.
— Есть ли какие-нибудь вести от нашего путешествующего друга?
— Нет. Я уже давненько не получала от него никаких вестей. —
Констанция не сказала Авроре, что Блэклоу несколько раз приезжал к ней. Она
не хотела нервировать Аврору. Охвативший ее сначала гнев понемногу прошел, и
теперь ей хотелось защитить свою юную подопечную.
— Интересно, где он сейчас?
— Занят делами, — улыбнулась Констанция.
— Да, конечно, у него дела, — улыбнулась в ответ Аврора, но улыбка
получилась вымученная. Ее тревожило его долгое отсутствие.
— К тому же, — Констанция наклонилась к самому уху Авроры, чтобы их кто-
нибудь не услышал, — в Виндзорский дворец труднее проникнуть, чем в другие
дворцы. Так что не жди, что мы будем часто видеть его здесь.
Аврора кивнула. Но видеть Блэклоу ей захотелось еще сильнее.
Накануне своего девятнадцатого дня рождения Аврора неожиданно подслушала
разговор, который страшно ее расстроил.
— Я слышала потрясающую новость! — говорила Р
...Закладка в соц.сетях
