Жанр: Любовные романы
Мой милый плут
......
Что, если он убил его?
Лестер тихо охнул.
- Сходи лучше да посмотри, - посоветовала Айви. Одри соскочила на землю и
поспешила в дом.
- Добавляем два цента, - сказал Солнечный Глаз.
- Принимаю и ставлю еще один, - ответил Чарли.
- И еще два сверху, - немедленно отреагировал индеец.
Чарли задумчиво посмотрел на него и покачал головой. До чего же
непроницаемое лицо у этого краснокожего. Пойди
догадайся, блефует он или нет!
- Много, - сказал Чарли. - Не хочу рисковать. Пас. Он кинул свои карты на
стол, а Солнечный Глаз с довольной
улыбкой принялся сгребать свой выигрыш.
К тому моменту, когда на кухне появилась Одри, он успел обчистить карманы
Чарли почти до последней монетки. И
это при том, что ставили они по центу!
- Солнечный! - радостно взвизгнула Одри. Картежники подпрыгнули от
неожиданности и поспешили убрать с глаз
долой свои карты.
Чарли невольно заткнул уши пальцами, спасаясь от голоса Одри, громкого,
как иерихонская труба, резко двинул при
этом раненой рукой и негромко чертыхнулся от боли. Затем он нежно обнял раненую
руку второй, здоровой, стер с лица
гримасу боли и попытался изобразить вместо нее радужную улыбку.
Рука продолжала гореть, словно в огне.
- День добрый, мисс Адриенна, - выдавил он сквозь стиснутые зубы.
- Мисс Одри, - улыбнулся Солнечный Глаз.
Одри остановилась в дверном проеме, сложив руки под своей высокой грудью,
бурно вздымавшейся от быстрого бега
и от волнения. Ее шляпка съехала назад и болталась сейчас за плечами, то ли
словно огромная бабочка, то ли словно
сложенные крылья ангела.
- До чего же я рада видеть тебя, Солнечный! - воскликнула Одри уже
обычным, не рассчитанным на глухие уши
Айви голосом. - Мы нашли на дороге шляпу Фермина Смолла и испугались. Решили,
что он пришел сюда. Боялись, как бы
он не подстрелил Чарли. Я чуть не умерла от страха.
Чарли был поражен, заметив две влажные дорожки, протянувшиеся по щекам
Одри от уголков глаз. Она и в самом
деле плакала. Плакала от страха за него!
Прекрасные серые глаза Одри понемногу меняли свое выражение. Страх уходил
из них, сменяясь радостью.
"Ведь она бы страшно расстроилась, если б Фермин на самом деле подстрелил
меня", - подумал Чарли, чувствуя себя
при этом последним мерзавцем. Он подошел к Одри, успокаивающим жестом обнял
девушку за плечи своей здоровой рукой
и повел ее к столу. Подвинул ей стул и осторожно помог усесться.
- Выпьете с нами чашечку чая, мисс Адриенна? - спросил он. - Это поможет
вам успокоить нервы.
- Я прогнал Фермина Смолла прочь, мисс Одри, - сказал Солнечный Глаз, в
свою очередь желая успокоить ее.
Чарли улыбнулся индейцу. Один черт, индеец он или нет, все равно Солнечный
Глаз - отличный парень! А уж как он
в покер играет - просто слов нет!
Одри еще разок всхлипнула и притихла. Внимательно посмотрела в лицо
Солнечного и спросила:
- Так, значит, он все-таки был здесь?
- Был, - коротко ответил Чарли.
- Принес новое стекло взамен разбитого?
- Боюсь, что нет.
- А пистолетом своим он опять размахивал?
- Увы, мэм.
На глазах Одри снова появились слезы.
- Значит, он снова приходил, чтобы шпионить за вами, Чарли? - спросила она
и тут же поправилась: - Мистер
Уайлд, я хотела сказать.
- Боюсь, что у него что-то в голове заклинило, мисс Адриенна. Слава богу,
ваш друг Солнечный Глаз появился
вовремя... - Чарли немного помедлил и закончил: - Может быть, нам с Лестером и в
самом деле лучше перебраться отсюда
в другое место? Ведь пока шериф считает нас преступниками, он житья не даст ни
вам, ни нам. Зачем вам с тетушкой лишняя
головная боль?
Одри даже подскочила на стуле. Глаза ее мгновенно высохли, и в них
вспыхнул огонь. Она медленно поднялась на
ноги - с пылающими от гнева щеками, с грозным взглядом - маленькая разъяренная
фурия.
- Вы никуда отсюда не уедете, мистер Чарли Уайлд, - отчеканила она. - Вы с
мистером Фроггом останетесь здесь
и будете по-прежнему помогать нам с тетушкой Айви вести хозяйство. Во-первых,
вам все равно негде будет остановиться
сейчас в городе. Во-вторых, я не позволю этому идиоту, Фермину Смоллу,
вмешиваться в мою жизнь.
Чарли был тронут порывом Одри, тем более что и сам больше всего на свете
желал остаться здесь и никуда не уезжать.
Ко всему прочему примешивалась неприятная мысль о рубинах, которые он
сможет найти и украсть только в том
случае, если останется в этом доме. Проклятие! До чего же ему не хотелось их
находить! Но он будет вынужден их искать, у
него нет выбора. Какие же шутки придумывает иногда судьба, как странно
запутывает она все в нашей жизни!
- Э-э... Благодарю вас, мэм. Надеюсь, шериф не будет впредь слишком
обременять вас своим вниманием, - ответил
Чарли.
Одри сердитым жестом вернула на место свою шляпку и принялась заново
завязывать ленты, и до того красиво это у
нее получалось, что Чарли не мог оторвать от нее восхищенных глаз.
- Если этот кретин посмеет еще хоть раз сунуть на наш двор свою идиотскую
длинную рожу, я расколочу о его
голову все стаканы, что есть в доме, - начала Одри и продолжила, распаляясь от
собственных слов: - Да я... Я... Я
пристрелю его! Собственными руками!
Она говорила это так убежденно, что не оставалось сомнений: она в самом
деле может пристрелить длинного
Фермина.
Солнечный Глаз, воспринимавший все очень серьезно, улыбнулся и сказал:
- Если захотите пристрелить Смолла, можете взять один из его пистолетов, -
и он широким жестом указал на два
"кольта", лежавших на краю стола.
- Один из... Он оставил еще один пистолет?
- Ну-у... Не то чтобы сам оставил... - Чарли с улыбкой посмотрел на
индейца. Тот стоял молча, но по лицу его было
заметно, что он очень гордится собой. - И еще, к сожалению, должен заметить, что
в вашем доме стараниями шерифа
появилась еще одна дыра, мэм, - продолжил Чарли. Он подошел к буфету и показал
пальцем на отверстие от пули, вокруг
которого по дереву разбежалась паутинка трещин.
- Ах, м-мерзавец, - с чувством сказала Одри.
- Эту дырку я заделаю, не волнуйтесь, мисс Адриенна, - успокоил ее Чарли.
- Ведь я же плотник.
- Да, да, я помню. Вы говорили об этом, - и Одри, отбросив гнев, одарила
Чарли нежной улыбкой.
Какое-то время все трое стояли молча, глядя друг на друга, пока не
раскрылась дверь и не вошла Айви.
- Что случилось? - спросила она.
Чарли негромко вздохнул, наблюдая, как волшебное, нежное сияние гаснет в
глазах Одри и они начинают обретать
свое обычное выражение.
- Этот идиот Фермин Смолл опять шпионил за Чарли, - сказала Одри. - И
опять стрелял в него, паршивый койот.
По счастью, появился Солнечный и выручил Чарли из беды.
- Спасибо, Солнечный! - пророкотала Айви.
Солнечный Глаз кивнул головой с достоинством короля. Чарли заметил, что
громовой голос Айви совсем не пугает
индейца. Впрочем, Чарли и прежде много слышал о стойкости краснокожих, так что
это только подтверждало истину. За
спиной Айви мелькнуло лицо Лестера. Он вопросительно поднял брови, и Чарли
понял, что его друг тоже сгорает от желания
узнать, что же здесь произошло.
- В доме снова побывал шериф, Лестер, - сказал Чарли. - Я хотел наполнить
сахарницу, а он вцепился в меня.
Лестер нахмурился. Айви оглянулась, протянула руку и втащила его внутрь, в
кухню.
- Лестер, дорогой, - громко принялась объяснять Айви. - Это старый друг
Одри по имени Солнечный Глаз. Он ее
научил многим премудростям жизни в пустыне. А сейчас приехал, чтобы взять еще
несколько банок моего абрикосового
варенья.
Лестер окинул индейца равнодушным взглядом. Солнечный ответил ему точно
таким же взглядом, и Чарли вдруг
поймал себя на мысли о том, что эти двое молчунов удивительно похожи друг на
друга. Правда, один из них белый, второй...
Да не все ли равно, черт побери? Недаром же сказано, что все люди -
братья!
- Так ты приехал за вареньем? - спросил Чарли.
- Хорошая штука, - кивнул Солнечный.
- Надо думать, - откликнулся Чарли, провожая взглядом Одри, направившуюся
в примыкающую к кухне кладовку.
Кладовка! Вот где еще нужно будет поискать эти проклятые рубины! Сколько
полок, и все забиты банками. И в любой
банке, на дне, могут оказаться камешки.
Банок в кладовке Хьюлеттов было и в самом деле множество, на любой вкус -
и с вареньем, и с огурцами, и с желе, и
еще бог знает с чем. Чарли негромко вздохнул, прикинув, сколько же времени ему
потребуется, чтобы покопаться в каждой
из них.
Одри очень скоро вынырнула из кладовки - на сей раз с четырьмя большими
банками варенья в руках.
- Столько хватит, Солнечный?
Индеец внимательно посмотрел на банки, что-то прикинул в уме и ответил:
- Хватит. Сейчас отдам пустые банки. Я их привез. А на обмен сегодня будут
шкурки.
- Шкурки? - оживилась Одри. - Чьи?
- Кролик.
- Отлично. А они хорошие?
Солнечный не счел нужным отвечать на такой глупый вопрос. Он просто вышел
за дверь и тут же вернулся со
шкурками и пустыми банками.
- Меняете варенье на шкурки? - заинтересованно спросил Чарли, обращаясь к
Одри.
Ну и порядки у них здесь, в Нью-Мехико! Абрикосовое варенье против битых
кроликов.
- Не всегда, - ответила Одри. - В прошлый раз это была антилопа. Мы потом
перепродали ее в магазин мистера
Фиппса. А еще был случай, когда я меняла варенье на...
Она резко оборвала фразу и густо покраснела.
- На уроки стрельбы из лука. Верно, мисс Адриенна? - улыбнулся Чарли.
- Он рассказал вам? - смущенно спросила Одри.
- Я сам спросил.
- Н-ну... Может быть, Солнечный и прав, и у меня не хватало терпения и
внимания, чтобы научиться, но согласитесь
- научиться чему-либо можно только в том случае, если у тебя есть полное
взаимопонимание с... партнером.
Одри вспомнила о своем желании взять у Чарли несколько уроков поцелуев,
подумала о том, что в этом-то случае
полное взаимопонимание было бы обеспечено наверняка, и густо покраснела.
Чарли же только покачал головой и ответил:
- Да, индейцу, очевидно, было бы трудно понять ваши романтические чувства,
мисс Адриенна. Они - не рыцари.
- Пожалуй, - чуть слышно сказала Одри.
Солнечный, выходивший тем временем во двор, принес вторую связку шкурок, и
на сей раз Одри поспешила замять
разговор, переключившись на мех.
- О, прекрасно, прекрасно, Солнечный, - оживилась она. - Легкие, теплые,
пушистые - то, что нужно для зимы.
Тетушка Айви, вы только взгляните!
- Я и отсюда вижу. Превосходные шкурки, - ответила Айви, поворачиваясь к
индейцу. - Я дам тебе еще пару
банок огурцов, Солнечный. Честное слово, шкурки стоят того.
- Да, твои любимые.
- Как у Пэнси?
Айви сердито посмотрела в лицо индейца, светившееся детским простодушием.
Одри расхохоталась и заметила:
- Спору нет, тетушка Айви, твое абрикосовое варенье - лучшее на всем
Западе, но по огурцам тетушка Пэнси вас
все же забивает. Сейчас принесу, Солнечный!
Она снова нырнула в кладовку и вынесла еще две большие банки.
При упоминании имени Пэнси по лицу Лестера пробежала тень. Чарли ответил
ему предостерегающим взглядом. Да,
что ни говори, но Лестер умеет быстро соображать - особенно в тех случаях, когда
речь идет об опасности. Тетушка Пэнси
еще может сыграть роковую роль в судьбе духового оркестра из Америка-Сити.
Чарли вышел во двор, чтобы проводить индейца. Солнечный Глаз ловко
приторочил к седлу банки, вскочил на коня и
без долгих прощаний скрылся в пустыне.
- Прекрасный парень, - сказал Чарли.
- О, да, Чар... э-э... мистер Уайлд, - улыбнулась в ответ Одри, и они рука
об руку направились назад, к дому.
- Мне хотелось бы, чтобы вы называли меня по-прежнему Чарли, мисс
Адриенна.
- Нет, лучше - мистер Уайлд. Звать вас по имени было бы неучтиво с моей
стороны. Такой джентльмен...
- Да не джентльмен я, мисс Адриенна, не джентльмен, - уныло ответил Чарли.
Одри шутливо махнула на него рукой:
- Перестаньте, мистер Уайлд. Я-то знаю, - и добавила, когда они уже
подходили к крыльцу: - Кстати, сегодня в
церкви мы встретили ваших друзей, мистера Олдена и мистера Уотли, и они сказали,
что оркестр соберется сегодня на
репетицию. Около трех, после обеда.
- Они были в церкви? - поразился Чарли.
- Да, конечно. По-моему, они оба работают теперь в газете у мистера
Стедлоу.
- Вот как? Одри кивнула.
- Я поняла так, что мистер Уотли стал наборщиком, а мистер Олден
механиком. Говорят, что мистер Стедлоу очень
доволен ими.
- Джордж всегда хорошо разбирался в машинах, это верно.
Одри выразительно вздохнула и сказала:
- Умелый человек всегда сможет найти себе работу, тем более в городе. Вам
должно быть стыдно, если вы снова
собираетесь сорвать их всех с места.
Она заглянула в глаза Чарли. О боже" сколько наслаждений обещал этот
взгляд! Найти такое сокровище - да где! На
краю земли, в пустыне, где встречаются только рехнувшиеся шерифы и индейцы,
обожающие огурцы и абрикосовое варенье!
Сердце Чарли ускорило свой бег, и он знал, что то же самое происходит сейчас и с
сердцем Одри. Чарли попытался унять
волнение, но безуспешно. Да и попробуй-ка, останься спокойным рядом с такой
девушкой, как мисс Адриенна Хьюлетт!
Да, конечно, она иногда раздражает своими потугами быть похожей на
уроженку Джорджии, своей болтовней и
детской наивностью. Но, но... Разве мало в ней достоинств, перед которыми
бледнеют и становятся незначительными эти ее
недостатки? Джорджия! Да разве найдешь сейчас в Джорджии такую девушку?
Чарли чувствовал, понимал, что недостоин такой девушки, как Одри. Нельзя
ему надеяться на что-то, строить какие-то
планы. Ведь за спиной у него не только оркестр, о котором он не имеет права
забывать, но и та проклятая попытка
ограбления в соседнем городишке, жертвой которого едва не стала родная тетка
Одри.
- Мне и самому не хотелось бы никуда уезжать, мисс Адриенна, - против воли
высказал Чарли свое заветное
желание и тут же пожалел о сказанном. Такие слова только еще больше отяготят его
вину, когда все раскроется. Да и Одри
после таких признаний с новой силой начнет пытаться удержать его здесь,
бедняжка.
Однако Одри повела себя как настоящая леди. Она не стала ничего говорить и
молча преодолела последние метры
пути, хотя все внутри нее пело от радости. Но Одри помнила о том, что ни одна
настоящая леди не должна уговаривать
джентльмена не покидать ее. "Это унижает достоинство леди и делает ее посмешищем
в глазах света", - припомнила она
фразу из какой-то книжки и грустно усмехнулась.
Хорошо, пусть так и будет. Пока, во всяком случае. Время у нее еще есть.
- Что ж, мистер Уайлд, - серьезно сказала она, завершая разговор, - вам
лучше знать, как поступить.
Как дальше быть ей самой, она не знала. Знала Одри только одно - Чарли
должен навсегда остаться здесь. Как этого
добиться, как убедить его в том, что он просто необходим ей? Да, это, конечно,
задачка не из легких.
Вскоре Одри и Айви принялись накрывать к обеду стол. Сегодня их ждало
фрикасе из кур, которых Айви
предусмотрительно замариновала еще до отъезда в церковь, а пока Одри и Чарли
провожали Солнечного, она успела еще и
замесить тесто для коржиков.
- Восхитительно, леди, просто восхитительно, - сказал через полчаса Чарли,
откидываясь на спинку стула после
того, как разделался со второй порцией курятины.
- Да, фрикасе из кур тетушка Айви готовит просто мастерски, - кивнула
Одри. - Куда лучше, чем тетушка Пэнси.
Она улыбнулась Айви, и та, потупив глаза, смущенно и в то же время
горделиво повела плечами.
Лестер не сказал ничего - он просто усердно двигал челюстями. Только раз
он приподнял голову, оторвавшись от
тарелки, и бросил на Айви короткий взгляд, но она успела поймать его - как,
впрочем, и Чарли. Перехваченный взгляд был,
как уже говорилось, коротким, но он вызвал у Чарли долгие размышления по поводу
дальнейшей судьбы его друга. Лестер и
Айви. Боже мой!
Чарли подумал еще и о том, что на сегодняшней репетиции недурно будет
вспомнить "Лесной квикстеп". Эта пьеска
не может не понравиться Одри с ее романтической душой.
И, кто знает, может быть, после этого она наконец снова назовет его просто
по имени - Чарли?
10.
- Ах, мистер Уайлд! - страстно воскликнула Одри, найдя Чарли на привычном
месте, под яблоней. - Я в жизни
ничего прекраснее не слышала, чем та мелодия, что вы играли сегодня днем. Это
просто какое-то волшебство.
Репетиция сегодня и в самом деле удалась на славу. Чарли сам такого не
ожидал. Оркестр зазвучал слаженно и
многообразно - то мощно, то нежно - и, пожалуй, даже лучше, чем звучал когда-то
давным-давно, много лет тому назад,
когда они жили еще в довоенной Джорджии. Да, звучали они сегодня просто классно,
и в этом Чарли был полностью
согласен с мисс Хьюлетт.
Понемногу налаживались и личные дела каждого из его друзей. Джордж и
Фрэнсис работали в местной газете "Уикли
рекорд" и были, казалось, вполне довольны. Харлан по-прежнему работал в кузнице.
Только Пичи Джилберт пока оставался
не у дел. Правда, и он при последней встрече сказал Чарли:
- Школьная учительница, мисс Пинкли, говорила, что ей нужен человек -
поправить крышу. Сказала, что может
заплатить пять долларов. Предложила мне взяться за это.
- А ты сможешь справиться с крышей, Пичи? - спросил его Чарли.
- Попробую, - нерешительно ответил Пичи.
- Слушай, Пичи, а когда это нужно сделать? Скажи, и я подъеду в город,
помогу тебе.
Глаза Пичи радостно заблестели.
- Правда? - обрадовался он. - Ты поможешь мне? Тогда у нас наверняка все
получится. Сам-то я не большой
специалист по крышам, сам знаешь.
- Зато я знаю, как их чинить. И с удовольствием помогу тебе, Пичи.
Чарли и самому очень хотелось наконец заняться делом. У него, что
называется, руки чесались. Он и на ферме
Хьюлеттов уже наметил места, требующие починки. Прежде всего - кузня,
пострадавшая от пуль дурака-шерифа, потом
конюшня и сарай, да еще окно на веранде.
Кстати сказать, Фермин Смолл сдержал-таки свое слово. Он привез из города
стекло взамен разбитого и забрал заодно
свои пистолеты, предусмотрительно разряженные Лестером. Уходя, он не сказал ни
слова, только окинул Одри хмурым,
немигающим, как у совы, взглядом. И хорошо, что он промолчал. Одно лишь слово -
и Одри, без сомнения, обломала бы об
него швабру.
На минуту Чарли представил себе, как славно все было бы, останься все они
в Розуэлле - на постоянном месте, при
работе. Представил, но тут же выбросил эти мысли из головы. Нет. Оставаться в
Розуэлле нельзя, это слишком опасно. Ведь
каждый день может нагрянуть из Арлетты тетушка Пэнси. Приедет, узнает в них
грабителей, и что тогда? За решетку?
Чарли грустно вздохнул и перевел взгляд на Одри.
Она стояла под яблоней, сложив руки на груди. Из-под юбки выглядывали
кончики туфель, которые она не снимала
теперь весь день. Увы, те дни, когда она, босоногая, сидела напротив Чарли на
изгороди, похоже, прошли навсегда. Жаль.
Ему так хотелось бы вновь увидеть ее обнаженные щиколотки, покачивающиеся на
уровне его глаз. Конечно, картина та
была опасна для его сердца, но зато сколько радости доставляла она!
- Эта пьеса называется "Лесной квикстеп", мисс Адриенна, - сказал Чарли. -
Я любил играть ее еще тогда, в
прежние времена.
- Она просто изумительна, мистер Уайлд. Просто изумительна.
Чарли так и подмывало спросить у Одри, не закружилась ли ее голова, когда
она слушала эту мелодию, но он
сдержался и ответил дежурной фразой:
- Я рад, что она вам понравилась.
- О, да. Я просто без ума от этой музыки.
- А почему бы вам не присесть, мэм? Ноги-то, наверное, устали.
Одри слегка нахмурилась и поспешно ответила:
- Нет-нет, благодарю вас, мистер Уайлд. К тому же здесь не на чем сидеть,
кроме как на изгороди.
- Ну уж на изгородь-то вы никогда не станете садиться, мисс Адриенна, это
понятно, - сказал Чарли и тут же
пожалел об этом, потому что щеки Одри вспыхнули.
- Я сидела на этой изгороди, мистер Уайлд, и вам это хорошо известно, -
ответила Одри. - Но это больше не
повторится. Это неприлично, когда леди сидит на изгороди, словно курица на
насесте.
"Лучше бы ей и не слышать никогда о правилах приличия", - подумал Чарли.
Ведь как хорошо было раньше, когда
Одри вела себя просто и естественно и была самой собой".
- Мисс Адриенна, мне кажется, что в последнее время вы слишком много
внимания уделяете так называемому
этикету, - осторожно заметил Чарли.
- Вы так полагаете?
- Да, - кивнул Чарли и продолжил, тщательно подбирая слова: - Давайте
посмотрим на вещи трезво, мисс
Адриенна. Ну что хорошего, скажите вы мне, если девушка только и знает, что
вышивать какую-нибудь чушь да сушить
цветы? И что такой девушке делать здесь, в этих суровых краях? Разве такой
должна быть девушка, живущая на Диком
Западе? Нет. Мне гораздо приятнее смотреть на вас, когда вы занимаетесь
настоящим делом - лечите раны, например, или
варите варенье, или, на худой конец, торгуете с индейцами.
- Что это значит - сушить цветы? - с любопытством взглянула на него Одри.
- Сушить цветы? - вздохнул Чарли. - Еще раз говорю, не для вас это глупое
занятие, мисс Адриенна. Пусть их
сушат те девушки, которым больше нечем заняться. Сушить цветы - идиотское
занятие, поверьте мне.
- И все-таки, что же это значит - сушить цветы? - продолжала допытываться
Одри. - И чем их сушат? Если
утюгом, то он же просто раздавит их в порошок.
Чарли с трудом подавил усмешку.
- Нет, мэм, не утюгом. Леди, которым время девать некуда, срывают
цветочки, а потом засушивают их между
страницами в какой-нибудь книжке. Цветы высыхают, но при этом сохраняют и форму,
и цвет.
Его рассказ явно заинтересовал Одри.
- В книжках, говорите? - переспросила она. - Хм-м... Любопытно.
"Дернул же меня черт за язык! " - в сердцах подумал Чарли. Не хватало еще,
чтобы Одри всерьез занялась этой
дамской чепухой! Делать ей больше нечего, как только засушивать цветочки.
- Боюсь, что цветок кактуса засушить не удастся. Они такие хрупкие, эти
кактусы. А вот цветы яблони... Пожалуй,
пожалуй. И еще вербена. И маргаритки. М-да, интересно.
Чарли еще раз пожалел о том, что ляпнул про засушенные цветочки. Он
поднялся, положил руку ей на плечо.
- Мисс Адриенна, прошу вас, выбросьте эти глупости из головы. Поверьте, и
без этих цветочков вы выглядите
достаточно... э-э... чопорно.
- Чопорно? - обиделась Одри. - Но все-таки не так, как должна, по-вашему,
выглядеть настоящая леди?
Чарли энергично потряс головой, проклиная себя за свое косноязычие.
- Да нет же! - с отчаянием воскликнул он. - Вы ведете себя как леди. Как
самая настоящая леди.
- Как настоящая леди? - переспросила Одри. - Это хорошо.
- Но, скажу вам честно, мне больше нравилось, как вы держались поначалу.
И Чарли, не удержавшись, прикоснулся пальцем к ее подбородку. Одри
вздрогнула и прерывисто задышала.
- Правда? - задыхающимся шепотом спросила она.
- Правда.
Одри подняла на него свои огромные сияющие глаза. Они были похожи на
августовские хрустальные звезды, и эти
звезды наплывали на Чарли, манили его к себе, и как-то так получилось, что их
губы вплотную приблизились друг к другу.
- Мисс Адриенна, - тихо сказал Чарли. - Мне кажется, что вы должны
перестать копировать юных бездельниц из
Джорджии. Поверьте, вы и без того прекраснее всех девушек, которых я встречал в
своей жизни. И способнее.
Бедняга Чарли! Он-то хотел сделать комплимент, сказать, что Одри гораздо
приспособленнее к суровой жизни, чем ее
ровесницы из далекой Джорджии, но она истолковала его слова по-своему. Одри
неожиданно выпрямилась, врезавшись при
этом головой в подбородок Чарли.
У него искры посыпались из глаз.
Одри потерла рукой ушибленный лоб, затем потерла подбородок Чарли. Чарли
напрягся от ее прикосновения, но
Одри, казалось, и не заметила этого.
- Простите, Чарли... то есть, мистер Уайлд, - сказала она. - Я не хотела
вас ударить. Но вы сами виноваты.
- Я виноват?
Она убрала руку, и Чарли принялся самостоятельно массировать ушибленное
место. "Однако крепкая же у нее голова!
" - подумал он при этом.
- Вы, конечно, очень добры, мистер Уайлд, но, право же, я не заслуживаю
таких слов. Да вы и сами думаете обо мне
иначе, чем говорите.
- С чего вы взяли?
- А разве не так? - усмехнулась Одри. - Вы - человек воспитанный и хотели
сделать мне приятное, но при этом
солгали, я же знаю. Не могло вам нравиться то, как я вела себя прежде. Я же
совершенно невоспитанная девушка,
неотесанная, деревенская. Куда уж мне до настоящих леди!
- Но поверьте, мисс Адриенна, нет ничего лучше... Она приложила пальцы к
губам Чарли, призывая его к молчанию.
- Нет, не говорите больше ничего, мистер Чарли Уайлд, или я нарушу свое
слово и поцелую вас.
- Вы правда... хотите?
- Очень, - кивнула Одри, не отводя пальцев от его губ. - Хотя и знаю, что
вам это неприятно.
- Неприятно? - поразился Чарли.
- Конечно. Какому джентльмену может понравиться девушка, которая сама
падает в его объятия? Которая сама лезет
целоваться?
Искушение становилось не просто сильным, а совершенно невыносимым. Их
разговор распалял Чарли с каждой
секундой, с каждой новой фразой.
- Сама, сама, разве не так? - сорвалось с языка Одри, и Чарли немедленно
вспомнил про Минни Мейфилд. Та
говорила точно с таким же акцентом и похожим выражением на лице.
Память тут же перенесла Чарли на много лет назад, в милую старую Джорджию.
Он снова увидел себя лежащим в
стогу сена с Минни Мейфилд, женой старого Мейфилда. Старику уже перевалило за
восемьдесят, а Минни не было и
двадцати. Ее выдали замуж только для того, чтобы не упустить имущества Мейфилда,
- какая уж там любовь! А Чарли было
тогда всего-навсего семнадцать, и молодая кровь его бурлила в жилах.
Кстати, в первый раз Минни отдалась ему именно после танцев, на которых он
играл "Лесной квикстеп". И тогда,
прямо в сарае старого Мейфилда...
Нет-нет, это слишком опасные воспоминания. Особенно в такой напряженный
момент.
- Конечно, - донесся до него голос Одри, - какому же джентльмену может
понравиться такая девушка?
- Любому, - брякнул Чарли. Одри расхохоталась в ответ.
- Ну, уж вы скажете, мистер Уайлд! - Она отступила назад и добавила с
явным сожалением: - Но, признаюсь
честно, мне нелегко держать себя в узде. Особенно после "Лесного квикстепа". В
этой музык
...Закладка в соц.сетях
