Жанр: Любовные романы
Мой милый плут
...ту
клятву, он должен быть верен ей до конца и постараться сделать все, чтобы
вытащить своих друзей из той ямы, в которую
загнала их жизнь.
"А если со временем дела у нас наладятся, мы сможем рассчитаться с
Хьюлеттами", - солгал он самому себе.
Чарли еще немного посидел, заглушая голос совести, затем решительно
тряхнул головой и пробурчал:
- Черт побери! Все равно же у меня нет выбора!
Он поднял голову и тоскливо посмотрел по сторонам. Первым делом надо
обнаружить место, где спрятаны рубины. В
конюшне, например, есть немало подходящих мест. Скажем, вон на тех полках,
уставленных какими-то пыльными банками,
бутылками...
Чарли поднялся со своего места и подошел к полкам, прибитым вдоль стен
конюшни. Принялся осматривать, одну за
другой, ржавые банки. В них он обнаружил сотни старых, гнутых гвоздей, какие-то
железки, веревочки и прочий хлам. Под
полками обнаружилось также нечто вроде стола с выдвижными ящиками. Похоже,
папаша мисс Одри оборудовал здесь для
себя настоящую мастерскую.
Примерно через полчаса Чарли оглянулся и увидел целую кучу барахла,
которое он выбросил на середину конюшни в
процессе поисков. Здесь были гнутые ржавые гвозди, старые подковы, кусочки кожи
- одним словом, все, что угодно, кроме
рубинов. Тогда Чарли двинулся дальше, и еще через полчаса груда хлама
увеличилась вдвое, пополнившись осколками
битого стекла, винтиками, гайками, палочками, даже два старых серпа и один почти
новый молоток красовались в этой куче.
Не было лишь драгоценных камешков.
Чарли пнул носком сапога земляной пол конюшни. Столько трудов - и все псу
под хвост!
Он решил, что на сегодня с него хватит, но прежде чем вернуться на свою
вязанку сена, решил напоследок еще разок
пройтись вдоль стен конюшни - а вдруг он пропустил что-то любопытное.
Чарли медленно шел вдоль стен конюшни, но ни на чем не мог остановить
глаз. Мысли его текли беспорядочно, но
тем не менее у него с каждой минутой росла уверенность в том, что две женщины,
уединенно живущие на ферме в этом
забытом богом краю, не станут держать свои драгоценности в доме.
Чарли поравнялся со стойлом Герцога, и мул дружелюбно кивнул ему, не
переставая при этом жевать свою жвачку.
Чарли прошел было мимо, затем вернулся и полез в стойло к Герцогу. Переворошил в
стойле мула все - начиная с
кормушки и кончая слежавшимся слоем навоза у дальней стенки.
Ровным счетом ничего.
Чарли поднял глаза, и ему показалось, что Герцог откровенно усмехается,
глядя на него.
- Ч-черт!
Чарли сплюнул и тряхнул головой, чтобы избавиться от наваждения. Затем еще
раз осмотрелся вокруг.
Ага! Этого он раньше не заметил!
У противоположной стены стояли в ряд покрытые пылью бочонки. Судя по их
виду, они стояли здесь много месяцев, а
может быть, и лет, и никто и ничто не тревожили их.
- А почему бы и нет? - спросил Чарли у Герцога. Ответа он, разумеется, не
дождался и просто подошел к
противоположной стене, опустил руку в пыльное чрево ближайшего бочонка и вдруг
услышал:
- Какого черта вы здесь шарите?
Голос Фермина Смолла гулко раскатился в пустой конюшне, отразился от ее
стен и обрушился на барабанные
перепонки Чарли оглушительным эхом. Даже Герцог перестал жевать и испуганно
вздрогнул.
В следующую минуту оба они пришли в себя. Герцог возмущенно заржал, а
Чарли отскочил от бочонка и
протестующе взмахнул своей здоровой рукой. Помня о том, что лучшая защита - это
нападение, он ринулся вперед и
воскликнул:
- Сукин сын!
Фермин Смолл вытянул вперед руку с зажатым в ней пистолетом. Увидев это,
Чарли застыл на месте как вкопанный и
продолжил - уже гораздо спокойнее, чем прежде:
- Какого черта, шериф?
- Что вы искали в том бочонке, Уайлд? - рявкнул Смолл, перебегая своими
прищуренными глазками то на бочонки,
то на лицо Чарли.
Чарли тоже прищурил глаза и прижал здоровой рукой раненую.
- Я навожу здесь порядок, - сказал он. - Разве это запрещено законом?
Глаза Смолла превратились в узенькие щелочки, и шериф протянул
подозрительно:
- Интересно, интересно...
Чарли очень неприятно было смотреть на ствол пистолета, направленный ему
прямо в живот. Ему совершенно не
улыбалось получить еще одну пулю - он вовсе не собирался коллекционировать эти
кусочки свинца.
А что подумают о нем его парни, если он позволит подстрелить себя дважды
на протяжении одной недели?
В сотый раз Чарли пожалел в эту минуту, что покинул родной дом. Нет, эти
края не для нормальных людей!
- Почему бы вам не обратиться к мисс Адриенне и мисс Айви, шериф? Спросите
у них, имею ли я право прибраться
на конюшне.
- И не подумаю! - вскинулся шериф, которого вовсе не прельщала встреча с
этими леди. - Вы сами должны
рассказать мне о том, что вы тут делали.
- Что я тут делал - не ваша забота, - огрызнулся Чарли.
- Что здесь происходит? Что за шум?
Голос Одри заставил обоих мужчин вздрогнуть от неожиданности. Чарли
невольно пригнулся, опасаясь, что шериф
может ненароком разрядить в него свою пушку.
"От пули не убежишь", - успел обреченно подумать он.
- Какого черта вам нужно здесь, Фермин? - продолжила Одри. - И почему вы
целитесь в Чарли?
Одри стояла в дверях конюшни подбоченившись, с раскрасневшимся от гнева
лицом, и серые глаза ее метали молнии.
Чарли даже в эту опасную минуту не мог не залюбоваться ею. Яркое солнце освещало
ее фигуру и золотистым нимбом
горело в волосах. Полные губы Одри были плотно сжаты, грудь высоко вздымалась
при каждом вздохе. Она и в гневе была
очаровательна, эта маленькая мисс Хьюлетт.
- Этот молодчик шарил у вас на конюшне, мисс Одри, - поспешил
отрапортовать Фермин Смолл.
- Что? - воскликнула Одри и одарила шерифа презрительным взглядом.
Она прошла в глубь конюшни и встала перед шерифом, затем спокойно
протянула руку и выхватила пистолет из его
пальцев. Чарли с восхищением наблюдал за ней.
- Это самое идиотское заявление, которое мне приходилось слышать в моей
жизни, Фермин Смолл. Впрочем, с вас
станется.
С этими словами Одри откинула в сторону барабан "кольта" и высыпала из
него на ладонь все патроны.
- Мэ-эм! - возмущенно воскликнул Фермин.
- Никакая я вам не "мэ-эм", шериф, - бесцеремонно перебила его Одри. - Вы
просто сваляли дурака. Как всегда,
впрочем. Заберите вашу игрушку.
И она сунула в руку Фермина Смолла разряженный пистолет.
- Но, мисс Одри...
- Я больше для вас не мисс Одри! - прикрикнула на него Адриенна. - И
позвольте мне самой хозяйничать в
собственном доме! Забирайте свой пистолет и проваливайте прочь сию же минуту!
Шериф что-то угрожающе пробормотал себе под нос и принялся засовывать
"кольт" в кобуру, болтавшуюся у него на
поясе. Чарли облегченно вздохнул и с удвоенным вниманием продолжал следить за
мисс Хьюлетт. Эта девушка была
достойна самого глубокого уважения. Он не смог сдержать улыбку, глядя на то, как
Одри пересыпает вытащенные патроны в
длинную ладонь Фермина.
- Возьмите, - с презрением сказала Одри, - но с одним условием: заряжать
свою пушку вы будете только тогда,
когда окажетесь за воротами моей фермы.
Она поучала шерифа так, словно тот был маленьким мальчиком.
- Он говорит, что "наводил здесь порядок", мисс Одри, - попытался
наябедничать Смолл. - Хотел бы я знать, что
за порядок он здесь хотел навести!
Голос шерифа сорвался на писк. Фермин замолчал и озадаченно уставился на
патроны, маслянисто поблескивавшие у
него на ладони.
Одри круто развернулась и сердито посмотрела на Чарли. Тот виновато пожал
плечами.
- Вы же ничего не разрешаете мне делать, мисс Адриенна, - сказал он. - Вот
я и решил хотя бы в конюшне
прибраться немного.
Затем Чарли улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой, что сгубила
столько девичьих сердец в его родном
Америка-Сити, и добавил:
- Надеюсь, вы не станете сердиться на меня за это, мэм.
Он указал рукой на груду хлама, скопившуюся посреди конюшни в результате
его поисков. Одри покосилась на эту
кучу, и щеки ее порозовели.
- Ах, Чарли, негодник, зачем вы меня не слушаетесь?
- Но, мисс Адриенна, поймите, я просто не могу сидеть без дела. Надеюсь,
вы не станете сердиться на меня за то, что
я хотел немного прибраться здесь, - продолжил Чарли. - Честное слово, рука у
меня не так уж сильно болит...
- Ах, Чарли, вы просто прелесть! - прервала его Одри. Она нежно
прикоснулась к здоровой руке Чарли, и он
смутился - не столько от этого прикосновения, сколько от мысли о том, что весь
этот мусор он выгреб вовсе не для того,
чтобы навести здесь порядок, а ради этих проклятых камешков.
Одри снова обратилась к Фермину и сказала ледяным тоном:
- Не лучше ли вам заняться своим делом, шериф? И знайте, что, если вы еще
раз сунете нос на нашу ферму, мы с
тетушкой Айви предпримем меры.
Шериф что-то пробормотал себе под нос и уныло поплелся к выходу. Следом за
ним пошла Одри и последним,
замыкающим в этой процессии, - Чарли. Он не переставал восхищаться мисс Одри.
Что за девушка эта мисс Одри! Она
опять выручила его! Да еще как выручила!
Чарли усмехнулся. Да, с какой стороны ни посмотри, мисс Хьюлетт -
потрясающая девушка!
- Позвольте вас спросить, мисс Одри, - негромко спросил Чарли. - Что вы
имели в виду, когда говорили, что
примете меры против шерифа?
Одри обернулась и улыбнулась так, что у Чарли перехватило дыхание.
- Да просто расскажу всем о том, какой он идиот, и все. - Она улыбнулась
еще шире и добавила: - А Фермин и в
самом деле идиот. Это стало ясно на второй день после того, как его выбрали
шерифом. Какие-то ворюги украли у миссис
Рамирес свиней, причем прямо из-под носа Фермина. Более того, он даже сам
помогал им открыть ворота. Говорил потом,
что принял воров за работников миссис Рамирес. Ха!
Одри покачала головой и продолжила свою обвинительную речь против шерифа
Смолла:
- И это не единственный случай, когда Фермин выставил себя идиотом.
Однажды он пришел к старику Гудлоу -
расследовать дело о похищении у него племенного быка. Лучше бы он не приходил!
Вытоптал у Гудлоу все грядки - словно
стадо бизонов там пробежало! Оставил старика без урожая. И быка того,
разумеется, не нашел. Нет, Фермин Смолл не
человек, а ходячее недоразумение!
Чарли молча слушал ее. Сам-то он вовсе не считал шерифа законченным
кретином.
- А еще он отказался арестовывать человека, который пристрелил Билли
Пайка, - продолжал журчать голос Одри,
- хотя тот на каждом углу грозился убить беднягу.
- Господи, боже мой, - вздохнул Чарли. - Это уж действительно ни в какие
ворота не лезет. А почему же тогда его
выбрали шерифом?
- По ошибке, - категорично отрезала Одри. - И было это в первый и
последний раз, можете мне поверить. Второй
раз этот идиот не пройдет.
Она посмотрела на Чарли и печально добавила:
- На то, чтобы лазить по чужим фермам и шпионить за честными людьми, у
него время находится, а вот на то, чтобы
заниматься своим непосредственным делом, - никогда. Торчит здесь целый день, а
там, в городе, в это время кто-то кого-то
грабит, убивает, а нашему дорогому шерифу на это наплевать!
Чарли тряхнул головой и улыбнулся.
"Проклятие! - подумал он. - Хорошо еще, что мисс Одри на моей стороне. Не
хотел бы я оказаться в стане врагов
маленькой мисс Хьюлетт! "
После обеда Чарли снова загрустил. Во-первых, Одри категорически запретила
ему что-либо делать. По крайней мере,
сегодня. Конюшня? Она может подождать и до лучших времен, ничего с ней не
сделается.
Во-вторых, Чарли переживал за Лестера. Как только он вернулся с покупками
из города, его снова взяла в плен Айви.
Она с таким жаром принялась за него, что бедняга Лестер мгновенно сделался
пунцовым как рак.
"Как бы его не хватил удар! " - озабоченно подумал Чарли.
А затем был обед - такой обед, о каком Чарли в жизни своей даже не мечтал.
Они с Лестером оказались за столом,
так густо уставленным тарелками, что на скатерти пустого места не осталось.
Того, что было подано, с лихвой хватило бы на
весь их оркестр. Лестер чувствовал себя не в своей тарелке и ел необычно мало -
быть может, оттого, что ему неуютно было
в крахмальной салфетке, заткнутой за воротник рубашки.
Бедный старый Лестер!
Да еще Одри весь обед сидела рядом и без умолку болтала, не закрывая рта
даже тогда, когда срывалась с места,
чтобы что-то подать или принести. В основном она продолжала поносить Фермина
Смолла, и Чарли, слушая ее, не мог
согласиться с выводами Одри о полной неспособности шерифа к своей работе. Он-то
знал, что чутье Смолла не подвело, и
шериф сумел раскусить и его, и Лестера. Смолл сразу понял, кто они такие на
самом деле.
Когда обед закончился, Одри настояла на том, чтобы он прилег отдохнуть.
- И не смейте возражать мне, мистер Уайлд, - категорически заявила она и
даже демонстративно заткнула пальцами
уши, не желая слышать никаких возражений.
Чарли только вздохнул, вступать в пререкание он был просто не в состоянии.
Одри принесла ему отцовский махровый халат и тапочки.
- В этом вам будет удобнее, - сказала она. - Халат я выгладила и надушила
лавандой. Вы обидите меня, если не
наденете его.
Сказано это было, разумеется, в шутку, но сердце у Чарли болезненно
сжалось. Он снова почувствовал себя таким
подлецом! После ванны он послушно надел халат мистера Хьюлетта и его тапочки.
Тапочки оказались ему малы, но Чарли
решил стерпеть это маленькое неудобство.
- Ну вот, Чарли, - улыбнулась Одри, осмотрев его. - Теперь, по крайней
мере, ваши уставшие ноги смогут немного
отдохнуть. А то вы целыми днями в своих сапогах, а они такие тяжелые. Кстати, я
пока почищу их хорошенько, а то на них
столько пыли.
- Во-первых, я совсем не устал, - возразил Чарли. - А во-вторых, не нужно
ничего делать с моими сапогами.
Напрасный труд! Разве можно остановить мисс Одри, если она что-то
задумала! Еще не договорив, Чарли знал, что его
сапоги все равно будут вычищены до зеркального блеска.
Затем Одри усадила его на стул, чтобы заново перебинтовать раненую руку, -
и Чарли покорно уселся, стараясь не
смотреть ни в глаза Одри, ни на ее грудь. Это было непросто, но Чарли по мере
сил исполнил задуманное.
После перевязки Одри проводила Чарли в гостиную, озабоченно спросив по
дороге:
- Как рука, Чарли, не слишком разболелась после того, как вы дали ей такую
нагрузку сегодня? Смотрите, не
забывайте, вам просто необходим покой!
- Постараюсь не забыть об этом, мисс Адриенна, - вздохнул Чарли.
Наконец она оставила его одного, широко улыбнувшись на прощание в дверях
гостиной. Чарли устроился в большом
покойном кресле мистера Мартина Хьюлетта, положил ноги на край стоявшего возле
кресла дивана и осмотрел гостиную.
Настроение было паршивым. Никогда в жизни Чарли не было так стыдно за
себя, как сейчас. Положение казалось
безвыходным. До чего же мерзко обманывать таких славных женщин, как Одри и ее
тетушка Айви!
В голове мелькнула мысль о том, что неплохо было бы обыскать и гостиную,
но у Чарли на это не осталось ни сил, ни
желания. Он прикрыл глаза и через минуту провалился в глубокий сон.
Одри была очень довольна тем, что Чарли вел себя так послушно. Когда она
провожала его в гостиную, он показался
ей совсем домашним - в махровом отцовском халате, с растрепавшимися после
купания волосами. Уложив своего рыцаря
отдыхать, она вернулась на кухню и помогла Айви с мытьем посуды. Все это время
она не переставала думать о Чарли - с
теплотой и нежностью.
- Раненым необходим покой! - прокричала она тетушке, вытирая тарелки.
- Разумеется, - откликнулась Айви.
Лестер, сосредоточенно чистивший в углу картошку, искоса посмотрел на дам,
словно на идиоток. Одри окинула его
лучезарным взглядом, и Лестер смутился еще больше и засопел, яростно очищая
картофельную кожуру.
Закончив дела на кухне, Одри прихватила свою корзинку с вязаньем и
тихонько вернулась в гостиную. Чарли спал уже
больше часа.
Он прекрасно вписывался в интерьер их гостиной. Одри уселась на стул и, по
своему обыкновению, принялась
мечтать.
Они с Чарли поженятся, и он займет в ее жизни то место, которое доныне
принадлежало отцу. Ей так нужен мужчина,
на чье плечо она могла бы опереться в трудную минуту! Ведь дом без мужчины - не
дом. Вся жизнь станет иной, когда в
нее войдет Чарли, - войдет прочно, навсегда.
Одри прислушалась к его ровному дыханию. Чарли спал крепко и чему-то
улыбался во сне. Одри уселась так, чтобы
первым, что он увидит, когда проснется, стало ее улыбающееся лицо.
"Невероятно, чтобы мужчина был настолько красив", - со вздохом подумала
она.
Ей вдруг захотелось зарыться пальцами в его густые каштановые волосы,
вдохнуть их запах.
Чарли пошевелился и открыл глаза. Увидел Одри и неожиданно застонал.
5.
- Добрый день, мистер Соня! - с улыбкой приветствовала его Одри.
Только теперь, когда она заговорила, Чарли понял, что это уже не сон, а
явь.
"Впрочем, - неожиданно подумал он, - разница невелика. Все равно я
постоянно ее вижу".
Это было истинной правдой. Одри постоянно присутствовала во всех снах
Чарли.
Он выпрямился в кресле и запахнул на коленях разошедшийся в стороны
махровый халат.
"До чего же непривычно в этой штуке! " - мелькнуло у него в голове. Одри
сидела перед ним на диване, прямо в
центре яркого солнечного пятна, и сияла, как новенькая монетка. Она с улыбкой
смотрела на Чарли, а ее проворные пальчики
тем временем продолжали перебирать сверкающие спицы.
Самым ужасным для Чарли оказалось то, как его сердце отозвалось на эту
картинку, - теплота и покой охватили
душу несостоявшегося грабителя. Однако Чарли понимал, что не должен поддаваться
таким настроениям. Он должен
поскорее разыскать эти рубины, украсть их и поскорее смотать отсюда удочки.
Хорошо, если бы перегон скота на летние
пастбища начинался не в будущем месяце, а, скажем, со следующей недели. Тогда он
украл бы камешки, а грабить банк им с
ребятами уже не пришлось бы. Чарли побаивался этого ограбления и чувствовал, что
до добра оно не доведет.
- Как вы чувствуете себя, Чарли? Получше? - спросила Одри.
- М-м-м... Пожалуй.
- Вот видите. Я же говорила, что вам необходимо поспать.
- Да, - кивнул Чарли.
- Лестер сказал тетушке Айви, что ваш оркестр соберется на вторую
репетицию сегодня около пяти. А еще он сказал,
что двоим из ваших музыкантов, похоже, удалось найти себе работу в Розуэлле.
- Вот как?
- Да, так сказал Лестер. Надеюсь, вы тоже останетесь у нас на некоторое
время.
Одри смотрела на него с такой надеждой, с такой скрытой мольбой, что Чарли
не выдержал и отвел глаза в сторону.
- Д-да, конечно. Мы подождем, пока моя рука не заживет окончательно,
прежде чем отправимся в Альбукерке.
Лицо Одри мгновенно помрачнело.
- Так вы все-таки отправитесь в Альбукерке? - спросила она.
Как хотелось бы Чарли сказать ей правду! Сказать, что ни в какой
Альбукерке он вовсе не собирается и что самое
большое его желание - это поселиться где-то совсем рядом. В том же Розуэлле,
например. А еще лучше - навсегда
остаться здесь, на этой ферме. Но разве мог он сказать Одри все это?
- Полагаю, что отправимся.
- М-м-м-м, - грустно протянула Одри.
Сердце Чарли тоже готово было разорваться от тоски, и он поспешил сменить
тему.
- А что поделывает наш Лестер? - с наигранной бодростью спросил Чарли. -
Еще не умер от страха?
И он буквально выдавил из себя кривую улыбку. Одри улыбнулась в ответ,
хотя глаза ее по-прежнему оставались
грустными.
- Бедняга Лестер, - продолжил Чарли. - Сочувствую ему.
- Он почистил картошку и тут же сбежал, - сообщила Одри со смешком. - И
где он сейчас - не знаю.
Она засмеялась, и этот негромкий смех поразил Чарли в самое сердце. Теперь
он понимал, что это значит - быть
пораженным стрелой амура. Раньше-то Чарли считал, что это все только выдумки и
что на самом деле так в жизни не бывает.
Оказалось, что бывает, да еще как бывает.
Чарли резко поднялся на ноги, и голова его закружилась. Чтобы не упасть,
он ухватился за подлокотник кресла.
- Осторожнее!
Одри уже оказалась рядом - и когда она только успела? Подбежав к Чарли
сзади, она успела поддержать его одной
рукой за здоровое плечо, а второй обвила талию Чарли. При этом полная грудь Одри
коснулась его спины, вызвав у Чарли
дрожь желания.
- Ну вот. Видите? - наставительным тоном сказала Одри. - Вы еще очень
слабы, Чарли. Куда слабее, чем вам
кажется. И вам нужно отдыхать, а не наводить порядок на грязной конюшне. Вы ведь
могли занести в рану инфекцию. Да-да,
и не смейтесь!
Не смейтесь! Чарли вовсе было не до смеха. Он с трудом сглотнул и сказал:
- Полагаю, что вы правы, мисс Адриенна.
Чарли в самом деле чувствовал себя слабым - впервые в жизни. Усталость
была неведома ему до того дня, когда он
получил пулю в плечо. Чарли покачал головой, постарался принять бодрый вид и
пошел наверх, в спальню, категорически
отказавшись от помощи Одри.
Поднявшись к себе и войдя в спальню, Чарли первым делом заметил Лестера.
Тот забился в угол и прикрылся какой-то
тряпкой в надежде остаться незамеченным. Когда открылась дверь, он вздрогнул, а
затем осторожно выглянул из-под своей
попоны и, обнаружив, что это всего-навсего Чарли, облегченно вздохнул.
- Не бойся, Лестер, это я, - в свою очередь успокоил друга Чарли. - И Айви
со мною нет.
Лестер снова облегченно вздохнул, и Чарли на этот раз не смог не
улыбнуться.
- Что и говорить, женщины в семействе Хьюлетт необыкновенные, верно?
Лестер, как всегда, ничего не ответил. Он лишь выбрался из своего укрытия
и обреченно кивнул головой. Затем друзья
уселись возле окна и просидели здесь в молчании до тех пор, пока во дворе фермы
не появились их товарищи.
Репетиция удалась на славу, шериф не испортил ее. своим присутствием.
Впрочем, Чарли не сомневался в том, что не
скоро теперь ферму Хьюлеттов удостоит своим визитом длиннолицый мистер Смолл.
Чарли так увлекся, что забыл обо всем, - забыл спросить Харлана о том,
когда точно начинается перегон скота.
Забыл рассказать своим парням о бесплодных поисках рубинов. Он упивался музыкой,
тем более что играли они сегодня на
удивление хорошо. Да и то сказать, ведь последний раз у них была возможность
спокойно репетировать лишь дома, в родной
Джорджии.
- Провалиться мне на месте, Чарли, если мы сегодня звучали хуже, чем в
Америка-Сити, - сказал Харлан Льюис,
шевельнув своими густыми седыми усами. Очевидно, его одолевали те же мысли, что
и Чарли.
- Мы никогда еще так здорово не играли "Войну", - подтвердил стоявший
рядом Пичи Джилберт, и на глаза его
навернулись слезы. Он полез в карман за носовым платком, а Чарли и Харлан
деликатно отвернулись.
После репетиции рука Чарли разболелась так, словно ее ударила копытом
лошадь, но он почти не замечал этой боли.
Сердце его пело оттого, что они снова играли вместе, и при этом звучали так
хорошо, как никогда прежде.
- Знаешь, мне обещали работу в кузнице, Чарли, - сказал Харлан, уложив
свой бас в потертый чехол. - Здесь, в
Розуэлле.
- Вот как?
- Да, я могу приступить дня через два. - Харлан с надеждой посмотрел в
лицо Чарли. - Это неплохо, правда ведь,
Чарли?
Чарли поднял голову от своего корнета, который также укладывал в чехол.
- Конечно, Харлан. Очень рад за тебя.
Харлан, с трудом подыскивая нужные слова, продолжил:
- Ну, ты понимаешь... С тех пор как мы начали заниматься... сам знаешь
чем... Так вот, я уже и не надеялся на то, что
буду когда-нибудь работать на нормальной работе... Понимаешь...
Чарли ободряюще хлопнул Харлана по спине:
- Все в порядке, Харлан. Если тебе удалось найти работу, так это же просто
замечательно. Разве каждому из нас не
хотелось бы того же?
- Ну-у... Я-то думал, что мы снова примемся граб... Чарли снова хлопнул
его по спине, но на сей раз для того, чтобы
он замолчал. Харлан подавился и закашлялся, а Чарли заговорил тем временем -
громко, чтобы его слышали все:
- Самое лучшее, что может произойти, ребята, это если всем нам удастся
найти себе работу. Ведь наша мечта - быть
вместе, жить рядом и играть. Верно?
- Верно, - откликнулся прокашлявшийся Харлан. - Самое важное для нас -
играть вместе.
- Тем более что мы не расстаемся друг с другом уже много лет, - добавил
Чарли, перебивая на всякий случай
Харлана, - кто знает, что ему еще в голову может прийти? - И клятва наша
остается в силе. Мы будем играть вместе.
Все шестеро членов духового оркестра города Америка-Сити посерьезнели и
согласно кивнули. На некоторое время
под крышей конюшни воцарилась торжественная тишина.
- Как ты думаешь, не могли бы мы как-нибудь на днях попробовать сыграть
"Фейерверк" Хэнди, а, Чарли? -
решился нарушить молчание Фрэнсис Уотли, выжидательно глядя в лицо своего
лидера. Надо сказать, что Фрэнсис был в
оркестре самым амбициозным музыкантом. Он всегда считал, что если уж играть - то
непременно великую музыку.
- Ты имеешь в виду "Королевский фейерверк"? - улыбнулся Чарли. - Вспомнил
старые деньки?
Дело в том, что много лет назад, когда в их город приезжал из столицы
большой оркестр, их пригласили поиграть
вместе с ним. Тогда-то они и познакомились с великолепной музыкой Хэнди. Тот
концерт навсегда остался в памяти, и его
вспоминали часто, и при этом непременно с волнением.
- Не знаю, Фрэнсис, - продолжал Чарли. - Ведь в "Фейерверке" на первом
плане струнные, а где нам их взять. Да к
тому же у меня и нот "Фейерверка" не сохранилось.
- Жаль. - Лицо Фрэнсиса сразу же помрачнело, и он стал похож на побитого
пса.
- Впрочем, идея сама по себе хороша, - сказал Чарли, желая подбодрить
друга. - В самом деле, прекрасная идея.
Надо подумать. Может быть, мы еще и сыграем этот "Фейерверк".
- Будем надеяться, - с надеждой сказал Фрэнсис, на глазах воспрянув духом.
А вот Чарли, напротив, вдруг загрусти л. Ему вспомнилась былая жизнь - те
далекие счастливые деньки, когда он
жил себе припеваючи в своем родном Америка-Сити, поигрывал по субботам на
танцах, и, когда начиналось его соло,
девушки так и падали к его ногам.
И каждое воскресенье послушать его игру приходили в парк и мать, и отец, и
сестренка. Как они гордились им Как...
Чарли резко тряхнул головой, не желая попадать в плен собственных
воспоминаний. Слишком уж печальными они
были.
- Послушай, Фрэнсис, - громко сказал Чарли.
...Закладка в соц.сетях
